Читать книгу "Сущий кошмар"

Глава 3

Утром Уголёк напросился к кому-то из местных автовладельцев в попутчики и срулил в город, оставив мне записку с информацией о том, что хочет поискать на рынке запчасти для мопеда. Я и сама скаталась бы на рынок, но после бессонной ночи проспала ведь до обеда. Да и коробки Гусева нужно было разобрать, а то они стоят посреди комнаты и нервируют моё любопытство. Хотела ради окончательного примирения попросить Ждана помочь с этим, он ведь про ведьмовские штучки больше меня знает, но для начала нужно было умыться, сделать зарядку и пробежку…

К слову о пробежке. Подобных привычек у меня никогда не было, поскольку я ленивая, но в магическом справочнике сказано, что утренняя разминка полезна не только для здоровья, но ещё и стимулирует циркуляцию магии в ауре, а это значительно облегчает практику. Помнится, прочтя это мудрое замечание, я долго хохотала, потому что представила, как брусничнинские ведьмы ранним солнечным утречком, одетые в шорты и майки, всем своим ковеном делают зарядку и потом бегают по лесным дорогам до карьера и обратно. И Хрусть с ними за компанию. Ну весело ведь. Попробовала ― самой понравилось. Правда, для полноты эффекта ещё и просыпаться рекомендуется в ранний утренний час, но на подобные жертвы я не согласна.

В общем, умылась, почистила зубы, размялась, оделась по-спортивному и ― вперёд! Против часовой стрелки ― до дома Ждана, потом на «окружную» до Колхозной, через центр до «окружной» на другом краю деревни и по Берёзовой до своего дома. Получается в общей сложности чуть меньше трёх километров, если верить смарт-часам. Нормально так. Суровое испытание для моей лени. Бежишь себе неспешно мелкой трусцой, окрестностями любуешься, с селянами по пути здороваешься. Но в этот раз, помня о вчерашнем столпотворении у магазина, я маршрут сократила и побежала не по Колхозной, а по Советской, которая ближе. И не зря. На полпути увидела, как Ждан с довольной физиономией выходит со двора той самой бабули, которая вчера грозилась Гусева пешком в город отправить. А бабуля эта с таким же счастливым выражением лица моего домового за калитку провожает. Она не то чтобы совсем старуха ― ей всего шестьдесят пять. Вдова, дети по стране разъехались ― одна живёт и гостей редко принимает. Увидели меня, лица испуганно вытянули, побледнели и хором:

― Добрый день!

― Ага. И вам не кашлять! ― небрежно бросила я и пробежала мимо.

А сама думаю: «Ну Ждан! Ну дурачина! Нашёл компанию! Эта змеюка ведь наизнанку вывернет всё, что ты ей скажешь, а потом вывернутое по деревне понесёт». Заволновалась, проще говоря, что моего домового обидят. Из-за этого сократила маршрут ещё сильнее и вернулась на Берёзовую не по грунтовке на окраине, а через переулок Майский. Их у нас два ― Майский и Первомайский. Оба соединяют Колхозную и Берёзовую, пересекая Советскую. Дома приняла душ, переоделась, заварила в кружке пакетированный чай и прямо с этой кружкой попёрлась к домовому в гости. Села на крылечке и принялась ждать. В доме у него делать нечего, потому что это сарай, а не дом. Там даже мебели нет нормальной, ведь для домового такие мелочи значения не имеют. Зато для кошек своих Ждан ничего не жалеет ― сам подушечки для них шьёт и корзинки делает.

Сижу, наслаждаюсь тёплой погодой, любуюсь сочной майской зеленью, никого не трогаю. За дверью позади меня коты орут ― гулять просятся. Они Ждана обычно на все прогулки сопровождают, а тут он сам ушёл, негодяй. Подумывала уже выпустить их, но домовой как раз вернулся и виновато застыл у калитки.

― Чего встал-то там? ― недовольным тоном осведомилась я. ― Иди уже. Чем быстрее огребёшь, тем раньше от моего общества отделаешься.

Он сделал пару шагов вперёд и замялся.

― Хозяюшка, ты всё неправильно поняла. Уголёк поутру сказал, что Зоя Акимовна браниться к тебе приходила. Я ж примирения для, а не удовольствия ради к ней пошёл. Медком твоим угостил, о причинах разузнал. У ней под забором тюльпаны росли. Только-только цвет набрали, а эти косари городские жужжалками своими побили всё. Тюльпаны те ещё муж её покойный посадил. Они аккурат ко дню её рождения распускаются, ежели погода позволяет. Обида у человека, понимаешь? А где обида, там и злоба. Поговорили за чаем, полегче ей стало. Больше браниться не будет, пока снова не обидят.

― Пф-ф! ― насмешливо фыркнула я. ― Ждан, ну ты наивный. Она сейчас новости свежие посмотрит и новую обиду себе придумает. Просто человек такой. Внимания ей не хватает, вот и привлекает его любым доступным способом. Что ты ей о Гусеве сказал?

― Что он начальник большой и важный с особенными полномочиями. В Москве живёт, а к нам в глубинку для борьбы с древним злом приехал.

― Пф-ф-ф!... ― снова сказала я, но в этот раз у меня во рту был чай, который нечаянно окропил ступени крыльца. ― Ты с ума сошёл?

― А что не так? ― удивился домовой. ― Правду же сказал. Не соврал ни словом.

― А о том, что месяц назад участковый по твоей же милости по деревне слушок о нечисти пустил, помнить я должна? ― уточнила я. ― Ты хотя бы представляешь, что тут Гусева ждёт в следующий его приезд? Вся деревня же соберётся на молоко прокисающее жаловаться, на овощи, плохо растущие, и на кражи магазинные. Ждан, у тебя в голове вообще есть что-нибудь, кроме кошачьего пуха?

― У кошек мех, ― возразил он, но задумался.

И так посмотрел на меня, что сразу понятно стало ― ещё не весь масштаб бедствия озвучен.

― Говори, ― потребовала я, предчувствуя, что после следующего откровения просто взорвусь. ― Что ещё ей сказал?

Он втянул голову в плечи, отчего его бородка приподнялась параллельно земле.

― Что ты у Бронислава Артёмовича в подчинённых. Тайный агент со сверхспособностями, поэтому обращаться к тебе нужно вежливо, а не наскоками.

Я закатила глаза и опрокинулась на спину ― осторожно, чтобы не удариться. Приехали. Через пару часов каждая мышь в этой деревне будет знать, кто я такая. А стараниями Зои Акимовны «тайный агент со сверхспособностями» гарантированно превратится в «ведьму». Пожила тихо и спокойно, ага. Только этой огласки мне для полного счастья и не хватало.

Ждан подошёл поближе и на всякий случай заглянул мне в лицо ― проверить, от счастья я в обморок хлопнулась или по другой причине.

― Сгинь, ― попросила я.

Он исчез из поля зрения, но продолжал топтаться у крыльца и виновато вздыхать. Понял, что сболтнул лишнее, или нет, но сказанного и услышанного уже не вернёшь. Осталось выяснить последнюю деталь.

― А про Уголька ты сказал, что он зверь магический у меня в помощниках?

― Не. Про него я сказал, что он тебе муж законный и к Гусеву никакого отношения не имеет.

Я сделала несколько глубоких вдохов, заставляя себя успокоиться. Руки чесались схватить болтуна за бороду и приложить его пару раз головой о дубовые перила, чтоб содержимое черепной коробки на место встало, но недавно Ждан сам попросил убрать скрывающий морок с его двора ― кто-нибудь может увидеть, как я добродушного и глуповатого старика воспитываю. К званию тайного спецагента добавится ещё и характеристика «с о-о-чень широкими полномочиями». На меня и без этого все косо смотрят, а теперь вообще можно с чистой совестью прибить над калиткой табличку с надписью «Здесь живёт ведьма» и под ней повесить график приёма по личным вопросам. И рядом ― череп козий с рогами на штакетину нацепить, чтобы все понимали, куда пришли. Ну хоть Уголька эта катастрофа стороной обошла ― уже хорошо. К нему просто теперь местные с вопросами приставать будут постоянно.

Собралась в кучку, отнесла эту кучку домой, положила её в гостиной на диван и принялась размышлять над проблемой, любезно подсунутой мне домовым. И так прикидывала, и эдак ― как ни крути, а правда в моём случае лучше сплетен. Проще сказать её один раз и для всех любопытствующих, чем ждать, пока они перевернут всё с ног на голову. Гусев давно советовал таким способом завоевать уважение местных жителей, потому что шила в мешке всё равно не утаишь. Особенно в таком дырявом мешке, как голова Ждана. До профессионализма в магических вопросах мне ещё расти и расти, но кое-что всё-таки могу.

Дождалась возвращения Уголька, чтобы посоветоваться ещё и с ним. Запчастей он не нашёл, потому пребывал в огорчении, а после того, как я озвучила ему текущее положение дел, скис окончательно.

― Муж? Ага. Объелся груш. Не надо вот этого вранья. Я кот. Просто кот. Можешь всем так и сказать.

― Уголёк, мы живём под одной крышей уже полгода, ― напомнила я. ― Нас часто видят вместе. Все и так считают, что мы пара. Какая разница…

― Да большая разница! ― вдруг вспылил он. ― Может, я хочу, чтобы это было правдой! Такое тебе в голову никогда не приходило? У меня тоже есть сердце и чувства!

Развернулся на пятках, ушёл в свою комнату и дверью хлопнул. А я что после этого думать должна? Он действительно кот, в шкуру которого Жалейка из чистого эгоизма засунула человеческую душу своего возлюбленного. Не зверь и не человек. Оборотень, но с сердцем, способным любить и ненавидеть. В чужую душу не заглянешь. Откуда мне было знать, что он привязался ко мне именно по такой причине? И что теперь с этим знанием делать? Подождать, пока он успокоится, а потом поговорить по душам? Других вариантов нет. У меня по отношению к нему чувства исключительно дружеские. Нужно расставить все точки по местам, пока не стало хуже.

Расстроилась. Никогда бы не подумала, что дойдёт до такого. Так ведь хорошо всё было, жили себе душа в душу, а тут ― как снежный ком с горы. Одно на другое. Уголёк хороший, но… Не могу я ответить ему взаимностью. Просто не могу.

Успокоился он, впрочем, довольно быстро. Вернулся в гостиную и сказал:

― Забудь. Я не должен был так говорить. Прости. Если правда намерена открыто заявить о том, что ведьма, обо мне можешь сказать что угодно. На твоё усмотрение. Только заранее предупреди, чтобы я знал.

― Хорошо. Спасибо, ― кивнула я, не смея смотреть ему в глаза.

Чуть не расплакалась, но всё же взяла себя в руки и придумала полезное занятие, способное направить мои мысли в другое русло ― добралась-таки до архива Гусева. Разбирала эти несчастные две коробки до самого вечера, сверяя содержимое с описью. Опись, кстати, оказалась не просто перечнем ― в ней содержалась ещё и информация о том, где, как и при каких обстоятельствах был обнаружен тот или иной предмет. По большей части это были самые обычные вещи, с той или иной целью приправленные какой-нибудь магией. Например, хрустальный магический шар ― такой можно в любом магазине сувениров купить. Бесполезная стекляшка, а чары всего лишь слегка подсвечивают её изнутри. Или бусы из кроличьих костей ― тоже безделушка, но прикосновение к ней вызывает головокружение. Такими обманками можно несведущих убеждать в том, что ты ― могущественный маг. Подобные вещицы я складывала отдельно, чтобы позже объяснить Гусеву, что они не представляют никакой ценности. Но было там и кое-что интересное.

― Уголёк, смотри, ― позвала я. ― На эту штуку у тебя реакция?

И показала ему свёрнутую бухтой цепь, на какие обычно привязывают не слишком крупных собак.

― Ну да, ― ответил он.

― Здесь написано, что эта цепь была найдена в погребе, где содержался дикий волк. Гусев как-то рассказывал, что однажды он расследовал дело, связанное с серией убийств. Я подробности не очень помню, но вроде бы тогда один мужик сам во всём сознался. Его на принудительное лечение направили, потому что психом был, а потом посадили. При обыске в погребе нашли дохлого волка.

― Он кормил зверя…

― Ну да, ― кивнула я. ― И держал его на этой цепи. Она закалена особым образом с использованием трав, заклинаний и крови собак охотничьих пород, какими волков загоняют. На человека не повлияет никак, а оборотня соответствующего вида лишает сил и удерживает в облике зверя. Я в Интернете о таком читала, но не думала, что и сейчас подобное делают. В средние века существовал культ больных на голову людей, которые верили, что обычного волка можно превратить в оборотня и подчинить своей воле, если держать его на такой цепи и кормить исключительно человеческими органами. Жуть жуткая и чушь полная, но чокнутых фанатиков хватало всегда и везде. А цепочка реально рабочая. Смотри, у тебя когти проявляются, если ближе эту штуку поднести. Наверное, это из-за собачьей крови. Котам ведь без разницы, какой породы пёс. Вы всех недолюбливаете.

― Фу, убери её, ― брезгливо проворчал Уголёк и отошёл подальше.

А я подумала о том, что для хранения таких интересных вещей не мешало бы обзавестись коробочками с особенной защитой, которая не пропускает магию ― вроде свинцовых контейнеров для радиоактивных веществ. И ещё меня посетила очень злая мысль о том, что эту цепочку можно подложить под дом Ждану ― тогда вся его кошарня разбежится и обратно возвращаться не захочет. Но это я так, просто из вредности. Мстить за длинный язык нужно ему, а не его кошкам. К тому же там котятки маленькие.

― О! Я только что придумала, как бороться с мышами! ― обрадовала я своего хвостатого друга. ― Если сделать нечто подобное на кошачьей крови и хранить это в доме или вокруг дома, ни один уважающий себя грызун не сунется ведь. Надо только заклинание поискать правильное, а то с моими навыками всё с точностью до наоборот получится.

― Я против нашествия мышей ничего не имею. Они весёлые и пахнут прикольно, ― сообщил мне кот, роясь в холодильнике.

― Бе, ― изобразила я брезгливость и продолжила сортировку магического хлама.

Глава 4

Вроде бы всё прояснили, но Уголёк этой ночью впервые спал в своей комнате ― должно быть, понял, что сам же и создал неловкую ситуацию. А я ворочалась с боку на бок без сна, потому что уже привыкла к его теплу и мурчанию. Ну и ладно. Всё равно это было неправильно. Он хоть и кот, но всё-таки мужик. Друзья в одной постели не спят. Должны быть границы.

С утра, так толком и не поспав, я выползла на пробежку, прикрывшись мороком ― не столько ради физкультуры, сколько разведать обстановку в деревне после вчерашних откровений Ждана. И не зря. На перекрёстке Первомайского переулка и улицы Советской увидела Зою Акимовну и Нину Александровну. Первая ― та ещё сплетница почтенного возраста, а вторая помоложе будет и характером попроще. Мне Нина Александровна даже нравится. Она молчунья и редко улыбается, зато не имеет привычки совать нос в чужие дела. Этим утром она собирала грабельками скошенную городскими трудягами траву на придомовой территории, а Зоя Акимовна бегала вокруг неё и периодически возмущённо взмахивала руками. Со стороны это напоминало момент из мультика про Маугли, когда невозмутимый дикобраз катил дыню, а шакал бегал перед ним с воплями: «Позор джунглям!» ― ну один в один. Пока я до них добежала, у тётки Нины, похоже, лопнуло терпение ― она перестала трудиться, взяла грабли на манер булавы и попёрла с ними на приставучую сплетницу. Та быстро оценила перспективы и ретировалась. Пронеслась мимо меня подобно ураганному ветру и не заметила, что я есть ― морок и на зрение, и на слух работает. А Нина Александровна по-мужицки сплюнула ей вслед и продолжила заниматься своими делами. Хорошая женщина, уважаю таких.

Обежав всю деревню, я больше никого не встретила, но выводы сделала. Уголька дома не было, Ждан тоже куда-то ушёл, поэтому после душа я взяла телефон и набрала номер Гусева ― час хоть и ранний, семи ещё нет, но он сказал в случае чего звонить в любое время.

― Алло? ― услышала в динамике его бодрый голос.

― Бронислав Артёмович, доброе утро! ― поздоровалась вежливо. ― Я вас не отвлекаю? Можете говорить?

― Говори, ― деловито разрешил он.

― Тут такое дело…

И объяснила ему суть проблемы. Он посоветовал пока ничего не предпринимать и пообещал приехать ― в области пока ещё по своим делам, часа через три будет у меня. Мне аж полегчало, ведь наличие поддержки имеет очень большое значение.

Эти три часа я провела за уборкой в собственном дворе, потому что чуть не пробила ногу о какую-то железку, когда возвращалась с пробежки. Аккуратно сложила разбросанные Угольком запчасти под навесом и даже в сарай заглянула, хотя там ничего нет, кроме старого хлама на выброс. Придирчиво осмотрела малинник ― его проредить и почистить надо, а мне всё как-то лень. И я ведь ещё хотела огурцы с помидорами посадить, а для этого надо место под теплицу выбрать. Рассаду можно в городе купить или у соседей поспрашивать ― это не проблема. К тому же у меня своя есть ― в горшочках на окне в гостиной стоит, подросла уже. Ну и лучок с укропчиком свеженький тоже вырастить было бы полезно. Для этого руки и желание нужны, а из меня огородница примерно такая же, как и журналистка ― одно название. Вообще я решила в этом году ни на что не заморачиваться и только придумать план размещения грядок на участке. Если буду заниматься зельями, многие травы можно рядом с домом выращивать, а не искать по окрестным лесам.

За работой и размышлениями время пролетело незаметно, а там и внедорожник Гусева на горизонте появился. Я обрадовалась и вышла за калитку встречать гостя, но на месте выяснилось, что Бронислав Артёмович приехал не один. Парковочное место у меня за калиткой всего одно, поэтому личный автотранспорт нашего участкового припарковался на скошенном газоне у забора, а рядом с ним ― ещё одна машина, из которой выбрались глава районной администрации и две его заместительницы. Подозревая какой-то подвох, я вежливо и осторожно поздоровалась с ними и на всякий случай даже растянула лицо в улыбке. Потом из авто участкового полезли ещё какие-то люди. Вишенкой на торте стали «ребята» Гусева, которых он утрамбовал в свой внедорожник аж шесть человек.

У меня нервно задёргался глазик.

Соседка из дома напротив сначала смотрела на всё это через окно своего дома, но оттуда видно плохо, поэтому она вышла на улицу и принялась таращиться на моих гостей из-за забора. Другие соседи по Берёзовой, кто был дома, тоже живо заинтересовались происходящим. Притопали любопытствующие и из переулков ― судя по всему, процессия торжественно прокатилась по всей деревне, прежде чем добраться до меня. Я бочком подобралась к Гусеву и шёпотом поинтересовалась:

― Бронислав Артёмович, а это всё вообще зачем?

― Сейчас узнаешь, ― с ободряющей улыбкой ответил он.

Полчаса мы просто толпились отдельными стайками по интересам: я с Гусевым и его ребятами, полиция, администрация и постепенно подтягивающиеся к месту собрания жители деревни. Внутренний голос подсказывал, что это утро было последним для меня спокойным, а инстинкт самосохранения подталкивал в направлении бани, в которой можно спрятаться и переждать грядущий апокалипсис. А потом началось самое страшное. Глава района поздоровался с селянами зычным басом и сообщил, что Старые Мельницы в этом году выбраны местом проведения областного фестиваля самодеятельности. Пейзажи здесь красивые, поблизости есть речка с широким лугом по берегу, где и будут проводиться фестивальные мероприятия. От местных жителей не требуется ничего, кроме соблюдения порядка. Фестиваль пройдёт в первые выходные июля. К этому времени от трассы до Старых Мельниц и в населённом пункте будет обновлено дорожное покрытие, а грунтовку до луга расчистят и отсыпят щебнем. Во время подготовки к мероприятиям будет шумно, люди приедут разные, поэтому желающие за отдельную плату разместить в своих домах посторонних должны проявлять особую бдительность. Ожидаются также неоднократные визиты прессы, в связи с чем деревня должна содержаться в чистоте, а выпас птицы и домашнего скота за пределами подворий нужно временно прекратить. Препятствий рабочим не чинить, самогон не продавать и так далее. На время подготовки и проведения фестиваля за Старыми Мельницами будет вестись постоянное наблюдение со стороны правоохранительных органов.

Глава района вещал долго, потом передал слово участковому, а дальше дело дошло и до Гусева. Бронислав Артёмович объяснил местным жителям, что прошлогодние события в регионе, связанные с ведьмовской общиной Брусничного, никак не могли обойтись без последствий. Магия ― дело тонкое. В таких делах нужно проявлять максимальную осторожность и предусмотрительность, в связи с чем в каждом из населённых пунктов региона с недавних пор живёт «понимающий» наблюдатель, который внимательно следит за тем, чтобы нечисть, разбежавшаяся из Брусничного, людям не вредила. В Старых Мельницах тоже есть такой наблюдатель ― я. И именно благодаря мне недавно был пойман и обезврежен вороватый дух, регулярно таскавший продукты из местного магазина. Огласке это не предавалось для всеобщего спокойствия, но ввиду предстоящего фестиваля меры безопасности должны быть усилены, поэтому в деревне теперь будет жить целый отряд борцов с нечистью, к которым можно обращаться с жалобами на любые странности.

На этом мой мозг перестал воспринимать входящую информацию. Когда пафосные речи закончились и настал черёд вопросов, один из ребят Гусева за локоть отвёл меня в сторонку и спросил заботливо:

― Нашатырь дать?

― Ага. И пустырничек за околицей поищи. Можно прямо с корнями, ― растерянно ответила я. ― Твой начальник помочь хотел или добить меня решил?

― Ты ещё главного не знаешь, погоди, ― с маниакальным блеском в глазах сообщил мне собеседник.

Его Лёшей зовут. Нормальный парень. Был раньше в столичной команде Гусева, приехал в наше захолустье важные дела расследовать, а в итоге остался без должности и зарплаты, как и вся команда. Останутся в Старых Мельницах на два месяца? С чего бы?

Магическая составляющая безопасности волновала местных пенсионеров меньше всего. Наконец-то получив доступ к непосредственным представителям власти района, пенсионеры забросали главу и его замов вопросами относительно сложностей жизни вдали от цивилизации, а на меня и команду Гусева перестали обращать внимание. Оттеснили даже в сторонку, что было весьма кстати.

― И что это значит? ― спросила я у Бронислава Артёмовича с неприкрытой безысходностью в голосе.

― Пойдём в дом, ― предложил он и приказал своим ребятам в случае необходимости помочь участковому.

― Ладно, ― согласилась я.

Нужно же мне было знать, что он задумал. Неспроста ведь это всё. А господин Гусев попил у порога родниковой водички из ведра, стряхнул со своего делового костюма пылинки и заявил:

― Я всё неправильно понял. Мою команду просто вывели из официального поля, чтобы заинтересованные личности не мешали нашей деятельности приказами сверху. Вчера только узнал об этом, не успел тебе рассказать. Будем теперь работать под прикрытием по принципу частного охранно-сыскного агентства. Полномочий и возможностей поменьше, конечно, зато свободы в принятии решений гораздо больше.

― Круто. Поздравляю, ― без особого оптимизма ответила я и поинтересовалась: ― А всё остальное?

― А это тоже часть плана. Фестиваль настоящий, он каждый год проводится, а место выбрано так, чтобы с минимальными усилиями можно было провернуть очень сложную многоходовочку. Глава вашего района нас как бы нанял именно для того, что было озвучено, но на самом деле нам нужно подготовить здесь надёжную ловушку.

― Ага. И родственников моих на свободу выпустили тоже ради этого, ― догадалась я.

― Ну да. Вроде того, ― услышала в ответ.

― Супер, ― подытожила обречённо. ― И узнали вы об этом только вчера. Класс. Просто превосходно.

Он строго сдвинул брови и снизошёл до ещё одного откровения.

― Арин, за всем, что происходило в Брусничном, стоят злодеи покруче твоего отца и даже того живого духа, которого заклевала твоя ворона. Уничтожив фигуры на доске, эту проблему не решить. Нужно вычислить и поймать игрока.

― Но ведь зеркало уже уничтожено! Что им ещё нужно? Видят же, что все их планы рушатся. Что им мешает отказаться от амбиций и просто жить? ― расстроилась я.

― От амбиций отказаться не так-то просто, ― возразил Бронислав Артёмович. ― Зеркало уже не собрать, в этом ты права, но существуют просто сумасшедшие люди, которые не способны остановиться. Не достигнув одной цели, они переключаются на другую лишь потому, что в вечном поиске и попытке достичь недостижимое для них заключается смысл жизни. Не смогут жить вечно? Ладно, пусть так. Зато смогут обрести больше власти, богатства или ещё чего-нибудь такого, что утолит их неуёмное желание возвыситься над другими. Они не видят препятствий на своём пути, не ценят человеческие жизни, плевать хотели на законы и не верят в то, что могут быть за это наказаны. Можешь называть это манией величия, чрезмерной самонадеянностью, излишней амбициозностью или просто безумием. Как ни назови, но таких людей нужно останавливать, потому что чужими руками они творят слишком много зла. Я понимаю, что тебе хочется покоя и нормальной жизни, но ты уже втянута в это по самые уши. Просто потерпи ещё немного.

― Я втянута, а жители Старых Мельниц здесь при чём? Их вы зачем подставляете? Тот, кто не постеснялся сжечь заживо целый ковен, пощадит кучку пенсионеров? Бронислав Артёмович, мы же не в Средневековье живём. Где цивилизованные методы борьбы с преступностью? Зачем вы превращаете в пушечное мясо тех, кому и так живётся несладко?

― Это не моя идея, ― сдался он. ― Холмогоров предложил.

У меня отвисла челюсть.

― Вовка?!

― Угу, ― кивнул Гусев. ― Не знаю, как, но после смерти брата он сам вышел на моё непосредственное начальство.

― Веник умер?! ― округлила я глаза ещё сильнее. ― Как?

― Мучительно, ― услышала в ответ. ― И это связано с той силой, с помощью которой Володя уничтожил осколок зеркала.

― Холодное пламя? ― уточнила я. ― А что в нём такого? И какое отношение это имеет к Венику?

Он помолчал немного, подумал и ответил:

― Спроси у Холмогорова сама. Он приедет вечером. Сказал, что будет лучше, если ты всё узнаешь от него лично.