Текст книги "Рожденная заново"
![](/books_files/covers/thumbs_240/rozhdennaya-zanovo-45060.jpg)
Автор книги: Елена Рахманова
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Елена Рахманова
Рожденная заново
Глава 1
– Венчик, ну посоветуй, какие серьги лучше надеть. Эти с рубинами или вот эти с бриллиантами?..
Сидящий в кресле закинув ногу на ногу Вениамин окинул жену придирчивым взглядом и изрек:
– Ты стильная деловая женщина и должна выглядеть стильно и по-деловому, чтобы выделяться из толпы богатых дамочек, которых на этом мероприятии будет не счесть.
– Но мне же хочется покрасоваться, как и любой другой женщине, – возразила Александра, разглядывая себя в большом, от пола до потолка, зеркале.
Она очень себе нравилась в этом цвета спелой брусники платье, ниспадающем складками на манер греческого хитона и стянутом на тонкой талии поясом из узких золотистых пластин. Платье изумительно подходило к ее темным, собранным на затылке в элегантный строгий пучок волосам.
– Однако, Венчик, ты, как всегда, прав, когда дело касается внешнего облика женщины, – со вздохом признала она и достала из футляра «простые» золотые серьги, по стилю подходящие к поясу.
– Обижаешь… – протянул он. – Если бы меня интересовал только внешний облик, я бы мог жениться и не на тебе. Красоток вокруг всегда столько, что голова идет кругом и глаза разбегаются.
«Это уж точно», – подумала Александра, ничуть, впрочем, не рассердившись на мужа. Уже давно у них сложились довольно странные, но устраивающие их, супругов Александру и Николая Бенедиктовых, отношения. Именно Николая – ибо, родившись, глава семьи был зарегистрирован в районном отделе ЗАГСа как Николай Николаевич Венедиктов. И только позднее, уже в школе, он получил прозвище Веня Диктов. Ему настолько нравилось, как это звучит, что, став успешным продюсером, он взял себе псевдоним и отныне именовался Вениамином Диктовым.
Еще Венчик, как звала его только жена, был прирожденный бабник. Галантный, обворожительный бабник. Ни одна представительница прекрасного пола не могла устоять, когда его глаза загорались притягательным светом любовного влечения и чисто мужского интереса. И Александра понимала это, как никто другой. Она и сама некогда потянулась на этот свет, как мотылек на горящую в ночи свечу.
Но к счастью, это была их первая обоюдная влюбленность, и, увенчавшись браком, она просуществовала довольно долго, несколько лет. А потом как-то сама собой сошла на нет, переродившись в спокойную, доброжелательную привязанность и дружеское участие. Продолжая состоять в браке, они не вмешивались в личную жизнь друг друга, являя окружающим, не посвященным в тонкости их взаимоотношений, образец супружеской пары, достойный всяческого подражания. Да и, к слову сказать, если кому-то из них требовался совет или помощь, другой мог незамедлительно бросить ради этого все свои дела. Что, например, для любвеобильного Вениамина порой было сопряжено с неимоверными трудностями…
Церемония награждения личностей, добившихся выдающихся успехов в различных областях бизнеса, проходила с размахом и собрала весь цвет деловой России. Получив диплом в красивой рамке и изящную бронзовую загогулину на мраморной подставке, как лучший топ-менеджер в гостиничном деле, Александра с облегчением перевела дыхание. Она честно заработала свою порцию хвалебных слов и аплодисментов, коротко и емко поблагодарила за оказанную ей честь. Теперь, на банкете, можно было и себя показать, и на других, что называется, посмотреть.
Александра лишний раз убедилась, как была права, послушавшись мужа. Бриллиантов и прочих драгоценных камушков на деловых женщинах вроде нее было пруд пруди, а на спутницах деловых мужчин – и того больше. Она собралась уже сказать об этом Венчику, как неожиданно обнаружила, что того и след простыл. Оглядевшись по сторонам, она увидела мужа подле молоденькой белокурой особы, уже взирающей на него с обожанием.
«Ну нет, так не годится, – подумала Александра. – Во-первых, он должен сопровождать меня. А во-вторых, здесь не кастинг на второстепенную роль секретарши в очередном сериале. Блондинка наверняка пришла не одна, и, если ее спутник – человек могущественный, тогда последствия для Венчика могут оказаться непредсказуемыми».
С бокалом шампанского в руке она направилась к воркующей парочке, по пути принимая поздравления и отвечая на них.
У Венчика заметно погрустнел взгляд и вытянулась физиономия, когда он увидел приближающуюся жену. «Естественно, Жанночка сразу же почувствует себя провинциальной замухрышкой, едва увидев Александру. Но не объяснять же сейчас, что не Бодлера он с ней собирался читать и не обсуждать последний фильм Сокурова!» – печально вздохнул он.
– А это моя жена… – игривым тоном начал Вениамин, обращаясь к блондинке, и осекся, увидев, что та готова расплакаться, будто ее жестоко обманули в самых светлых ожиданиях.
– Здравствуйте. Я Александра, – вежливо улыбаясь, произнесла Александра и, поскольку была женщиной мягкосердечной, когда дело не касалось бизнеса, добавила: – Ах, мой муж всегда умеет отыскать самую красивую девушку, где бы он ни находился!
Этим она несколько подсластила пилюлю и вызвала бледное подобие улыбки на лице блондинки, которая в свою очередь представилась:
– А меня зовут Жанной.
Однако ее хватило еще лишь на пару-тройку ничего не значащих фраз. Затем она, извинившись, отошла и затерялась в толпе.
– Дорогой, голову надо терять только в отведенных для этого местах, – попеняла мужу Александра, проследив, не подойдет ли кто к Жанночке. – Если у этой крошки здесь покровитель и он увидит вас вместе, может выйти скандал. А мы же договорились, что ты не будешь светиться, разве нет?
Слушая жену, Венчик согласно кивал и при этом чисто машинально оглядывал всех девушек и женщин, попадающих в поле его зрения. «Боже, что за ножки! А ведь этот толстяк даже не понимает, каким сокровищем обладает!.. Какая роскошная огненная грива! Ну и пусть крашеная, зато как искусно подчеркнуты косметикой белизна кожи и румянец, что присущи только рыжим. Да, девочка не лишена художественного вкуса!» – проносилось в его мозгу…
– Пожалуй, нам пора домой, дорогой, – услышал Вениамин и догадался, что, занятый своими размышлениями, упустил нить разговора.
– Ну, может, побудем здесь еще чуть-чуть?.. – совсем как маленький капризный мальчик протянул он и состроил жалостливую гримасу.
Вениамин понимал, что, как проштрафившегося, его здесь одного не оставят, даже если он поклянется могилой родной бабушки, что дальше пламенных взглядов на расстоянии дело не пойдет. На сегодня ему не было веры.
– Знаешь, я просто с ног валюсь от усталости и голова раскалывается, – сказала жена.
Даже если это была уловка, проигнорировать ее было бы невеликодушно. К тому же Александра вообще жаловалась редко.
Окинув последним печальным взглядом этот цветник прелестниц, Вениамин понурился и обреченно произнес:
– Ну, если так, то, конечно, поедем домой…
Однако, жалуясь на усталость и головную боль, Александра не кривила душой. В последнее время с ней вообще творилось нечто странное. Она и раньше работала, что называется, на износ, но очень быстро восстанавливала силы. Сейчас же ей все давалось с трудом. Даже обыкновенная деловая рутина отнимала у нее массу энергии, выматывая до изнеможения. А что уж говорить об обещающих огромные прибыли проектах! Александра страшно боялась оказаться не на высоте положения, особенно после выпавшего на ее долю профессионального признания.
Лежа тем вечером одна в супружеской постели, она ломала голову над тем, как поступить. Обращаться за советом к мужу ей пока не хотелось. К тому же того опять как корова языком слизнула. Сопроводив Александру до дома и пожелав ей поскорее прийти в норму, он сказал, что немного поработает в студии. Так Венчик очень красиво называл собственную, обставленную на холостяцкий манер квартирку, где регулярно пудрил мозги хорошеньким недалеким барышням россказнями о своей якобы неудачной женитьбе. Впрочем, иногда попадались и весьма смышленые, точно знающие, чего хотят, девицы. Но и они впоследствии, после расставания, не держали зла на душку продюсера. А некоторые даже, избрав его в наперсники, хвастались своими удачами или просили совета, когда фортуна грозила от них отвернуться…
Итак, поразмыслив, Александра пришла к выводу, что даже сейчас, когда пришло время самостоятельных карьерных женщин вроде нее, работа не должна составлять смысл существования. На ум тут же пришла фраза, сказанная знакомым врачом, что по выносливости женщина уступает только лошади, которая, загнанная, падает замертво. А в ее случае, вполне возможно, она сама же себя и загоняла. Значит, надо с галопа перейти на размеренную рысь – словом, дать себе роздых. А еще было бы неплохо заняться своим здоровьем и выяснить, не подорвала ли она его, совершая трудовые подвиги.
Придя к такому решению, Александра дала себе две недели на подготовку к отпуску и блаженно закрыла глаза. Она знала, что уснет быстро и спать будет без сновидений. Если же ей что и снилось, то она об этом никогда не помнила, проснувшись…
На следующее утро, придя в свой кабинет – просторный, обставленный, к сожалению, по вкусу главы фирмы, а не ее собственному, дорогой итальянской мебелью с зеленой тисненой кожей, – Александра составила детальный план действий. Прежде чем идти к руководству, надо было прикинуть, кому можно передать текущие дела, при этом оставив за собой перспективные проекты. Затем следовало решить, как поступить с Тиной.
Ну что за дурацкое имя! А все потому, что Валя или Валентина звучит, по мнению владелицы имени, слишком уж по-деревенски.
Тина появилась в ее кабинете пару месяцев назад, преодолев все препоны и рогатки охраны, помощников и секретарш при помощи всего одной фразы, произнесенной безапелляционным тоном: «Я близкая родственница Александры Ивановны!»
Она действительно оказалась родственницей, только не близкой, а дальней, седьмая вода на киселе. И выяснилось это далеко не сразу.
Без стука возникнув в дверях кабинета, Тина набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:
– Здравствуйте, я Тина, внучка бабы Дуни!
На Александру это приветствие произвело действие пароля, на который надо было немедленно дать нужный ответ. Вот только она не знала какой и во все глаза смотрела на представшую ее взору девушку.
Юбка у той была короче, чем следовало, кофточка ни по фасону, ни по расцветке не подходила к юбке, а так называемый макияж был способен изуродовать даже писаную красавицу. Распущенные по плечам темные волосы больше походили на нечесаные патлы.
– Здравствуйте, – несколько оторопело ответила Александра и спросила: – А чего вы, собственно, хотите?
– Как чего? – недоуменно уставилась на нее вошедшая. – Баба Дуня сказала, чтобы я ехала к вам.
Опять эта таинственная баба Дуня! Александра, уже заинтригованная, предложила девушке пройти и сесть в кресло для посетителей. Затем последовали сложные поиски их взаиморасположения на генеалогическом древе. Веточка, на которой находилась Тина, могла вот-вот оторваться от расположенного неимоверно далеко от нее ствола. Однако девушка не видела в этом ничего страшного. Какая-никакая, а связь все же существовала.
Уяснив характер и степень родства, Александра поинтересовалась, зачем Тина заявилась в Москву, более того – лично к ней.
– Ну как же! – снова несказанно удивилась новоявленная родственница. – Баба Дуня сказала, что вы обязательно возьмете меня к себе на работу!
Вот те на! «Похоже, баба Дуня у них там, на Валдае, сродни дельфийскому оракулу и никто не сомневается в верности ее предсказаний», – подумала Александра. И решила поначалу как можно скорее отделаться от девицы.
Но та будто ничего не слышала и ласково, с убеждающими интонациями, словно имела дело с умственно отсталой собеседницей, повторяла, что она, Тина Орешко, окончила местное высшее учебное заведение с отличием, а до этого – музыкальную школу по классу фортепиано. «Наверняка тоже с отличием», – мысленно добавила Александра и почувствовала, что ее терпению приходит конец.
– Дорогая моя, – решительно перебила она девушку и постаралась уложиться в несколько фраз, предельно проясняющих ситуацию, – не в моих правилах брать на работу родственников только потому, что они родственники. Числиться на должности и соответствовать этой должности – не одно и то же. А я подозреваю, что с твоими университетами в нашей фирме только полы мыть…
Произнесено это было жестко и не без столичного высокомерия, но для блага, по мнению Александры, амбициозной девицы, возомнившей себя покорительницей Первопрестольной.
– Попытай счастья где-нибудь в другом месте. Вполне возможно, там тебе повезет больше, – под конец посоветовала она.
Взгляд Тины из наивного и ясного вдруг превратился в холодный и трезво оценивающий. И, глядя в глаза своей собеседнице, она произнесла, чеканя каждый слог:
– Я согласна.
– Ну вот и чудесно, – обрадовалась Александра, не рассчитывавшая на столь быстрое и мирное окончание разговора. – Всего тебе самого…
Но Тина, не дав ей договорить, повторила свой ответ в более развернутой форме:
– Я согласна у вас мыть полы.
«Но я же совсем не на это рассчитывала, когда упоминала про полы!» – чуть было не воскликнула Александра. Она откровенно растерялась, что с ней редко случалось, и не нашла ничего лучшего, как неуверенно произнести:
– Н-ну ладно. Я поговорю с менеджером по кадрам… Подожди пока в приемной.
Когда Тина вышла, Александра задумалась. Договориться о том, чтобы ее родственницу взяли на какую-нибудь трудоемкую и низкооплачиваемую работу, было легко. Глядишь, сама не выдержит и уволится. А чтобы Тина стала выглядеть приемлемо, следовало прибегнуть к помощи личной секретарши Альбины.
Александра не любила всякие уменьшительно-ласкательные имена и прозвища. Исключение делала лишь для мужа – возможно, в память об их окрашенной романтическим флером юности. Поэтому даже не подозревала, что все, кроме нее, обращаются к ее секретарше не иначе как Бина или Биночка.
Итак, она вызвала к себе Альбину и попросила – не в службу, а в дружбу, естественно, – проконсультировать ее родственницу по части одежды и внешнего вида вообще.
Альбина была образцовая секретарша – не только безукоризненно и точно выполняла все указания Александры, но и всегда знала, в каком настроении начальница и как облегчить ей жизнь. Короче, в их деловых взаимоотношениях присутствовал еще и легкий намек на приятельство.
Секретарша тут же поняла, что от нее требуется: проверить новую – и явно временную – сотрудницу на прочность, загрузив до предела лишенной смысла работой. Кроме того, эта самая сотрудница по своему внешнему виду не должна диссонировать с изысканным интерьером.
– Не волнуйтесь, Александра Ивановна, все сделаю как надо, – заявила секретарша, нимало не сомневаясь в своих силах. – Положитесь на меня.
Впрочем, Александра, зная Альбину, и не думала волноваться.
– Спасибо. А теперь пригласи ко мне Валентину.
Она познакомила девушек и сказала своей родственнице:
– Валентина, ты поступаешь в полное распоряжение моей секретарши. Будешь ей помогать – делать все, что она скажет. И вообще прислушиваться к ее советам. Устраивает?
– Устраивает, – потупившись, но достаточно четко ответила девушка.
Тогда, оставшись одна, Александра довольно улыбнулась. Теперь же, два месяца спустя, вспоминая о прошедшем, она задумалась. Тина с упорством маньяка следовала советам секретарши, а все ее поручения поначалу выполняла беспрекословно. Но уже неделю спустя стала проявлять склонность к бунтарству. Александре обрадоваться бы. Но нет, она начала с интересом прислушиваться к возражениям девушки. Та не оспаривала правомерность тех или иных отдаваемых ей указаний, но предлагала более быстрые и целесообразные способы их исполнения. И еще, например, она не просто набирала на компьютере текст документов, она явно понимала, о чем в них идет речь…
Прошел всего месяц, а Тина уже казалась маленьким, но незаменимым винтиком в работе их фирмы. Вот только хорошо это или плохо, Александра пока решить не могла. Еще один момент очень смущал ее. Тина, поменяв стиль одежды и почти перестав пользоваться косметикой, стала заметно походить на нее, свою начальницу.
Когда они оказывались рядом, Александра очень часто обращала внимание на то, что их сравнивают на предмет внешнего сходства.
Она вызвала к себе Альбину и, предложив сесть, с ходу спросила:
– Ну и что ты думаешь о Валентине?
Секретарша вдруг смущенно заерзала и отвела взгляд в сторону, словно не справилась с порученным делом.
– Видите ли, Александра Ивановна, оказалось, что Валентина – девушка хорошо образованная и все схватывает на лету…
– Значит, у тебя с ней проблем не было? – спросила Александра, озадаченная поведением секретарши.
Та вздохнула и призналась:
– Были… точнее, появились. Говоря сейчас, что ей делать, я чувствую себя первоклашкой, которая учит завуча школы.
– Вот даже как… – задумчиво протянула ее начальница. – Выходит, если мы от нее избавимся, в какой-то степени пострадает фирма, так?
– Выходит, что так…
– И что же ты мне тогда посоветуешь?
Подобный вопрос не был чем-то неожиданным. Александра очень ценила секретаршу за врожденную способность верно оценивать деловые и человеческие качества людей. Она уже сейчас с огорчением думала о том, что рано или поздно им придется расстаться. И отнюдь не потому, что Альбина стремилась получить повышение по службе. О, она была амбициозна, но не в смысле карьеры. Альбина весьма комфортно чувствовала себя в роли секретарши, но считала эту должность лишь ступенью к следующей роли – жены и матери. Уютный семейный очаг был пределом ее мечтаний. Поэтому Александра не сомневалась – Альбина не видит в ее родственнице конкурентку.
– Я бы на вашем месте сделала Валентину своей личной помощницей. Ей можно доверять, и, как профессионал, она вполне на уровне, – сказала секретарша и закончила: – Уж поверьте мне.
– Верю, – коротко ответила начальница, попросила пригласить к ней Валентину и оставить их одних.
Их разговор был краток, но, как сейчас модно говорить, судьбоносен для Тины. Ей очертили круг ее новых обязанностей, даже не спросив, согласна ли она. Естественно, согласна. Это же не полы мыть!
Когда после выражения искренней признательности Тина встала, чтобы уйти, Александра решила поинтересоваться, как же девушка устроилась с жильем в незнакомом городе. До сего момента она считала, что это не ее забота. Впрочем, Александра и сейчас не собиралась становиться для своей дальней родственницы родной матерью. Та сама выбрала свой жизненный путь – пусть сама и идет по нему. Но уважение и симпатию силой воли и упорством девушка у нее снискала. Скорее всего, потому, что походила на Александру не только внешне.
Как выяснилось, Валентину пригрела Альбина, временно поселив у себя. И вскоре столичная штучка Бина и провинциалка Тина не заметили, как стали задушевными подружками. Острословы в фирме даже прозвали их Бомом и Тимом на манер парных коверных клоунов, имея в виду исключительно их неразлучность…
Выйдя в приемную, Тина закатила глаза и прижала руки к сердцу, выражая всю степень своего счастья свершившимся. Прекрасно ее поняв, Бина, не издав ни звука, «прокричала» троекратное «ура» и потрясла сжатыми в кулак пальцами над головой. Все сложилось как нельзя лучше. Теперь следовало отметить радостное событие в узком кругу приближенных к приемной сотрудников. Таких насчитывалось человек шесть-семь. И курьер Аркаша незамедлительно был послан с энной суммой денег и списком жизненно необходимых в данной ситуации продуктов в ближайший универсам…
Глава 2
Теперь следовало приступить ко второму пункту плана подготовки к отпуску – заняться своим здоровьем. Кого Александра не любила, так это врачей, и не потому, что не доверяла им. Просто считала себя человеком от природы здоровым и предпочитала в случае недомогания ставить диагноз и лечить себя сама. И до последнего времени ей это неплохо удавалось.
Вот и сейчас она была твердо уверена, что услышит от маститых эскулапов, что надо себя беречь, а не доводить до вегетативно-сосудистой дистонии и упадка сил вследствие хронического переутомления.
Александра уже жалела, что так опрометчиво поставила перед собой задачу выяснения состояния своего организма, но отступать не собиралась. Она всегда доводила задуманное до конца и намеревалась остаться верной себе. В результате чего, стиснув зубы и вежливо улыбаясь, она в течение недели обошла кучу врачей и сделала массу анализов и обследований. Наконец наступил день, когда ей должны были вынести, как Александра с усмешкой это мысленно называла, приговор. Окончательный и не подлежащий обжалованию…
Итак, она вот уже десять минут сидела в кресле перед кабинетом врача и буквально изнывала от столь длительного бездействия. Но в кабинете явно кто-то находился – оттуда доносился гул оживленного разговора, хоть слов было не разобрать. Но тут неплотно закрытую дверь приотворил легкий сквознячок, и Александра явственно услышала:
– Ужас, правда, Людмила Васильевна? Такая молодая, красивая! Кажется, жить да жить бы еще. Ан нет – дни уже сочтены и осталось их всего ничего, какие-то два-три месяца!
В ответ раздалось сочувственное:
– И не говори. Хорошо, хоть детей у них нет. А муж, он что – погорюет, погорюет да и утешится с какой-нибудь молодкой… Все они одним миром мазаны, эти мужики, что у нас, что в этой Бразилии… Ладно, хватит болтать, Анюта. Лучше погляди, не пришла ли Бенедиктова. Уже минут пятнадцать, как должна была появиться.
Медсестра Анюта выглянула в приемную, но никого там не обнаружила. Повернувшись, она сообщила:
– Не-а, не пришла.
Пожилая врач вздохнула и, на миг обиженно поджав губы, произнесла:
– Вечно торопят, говорят, что у них ни секундочки нет свободной, а сами даже не предупредят, когда опаздывают. За людей нас не считают.
– Это уж точно, – согласно кивнула медсестра.
И обе женщины в ожидании запаздывающей пациентки вернулись к прерванному занятию – обсуждению очередной серии очередного латиноамериканского сериала. Хорошее все-таки это изобретение – зарубежные мыльные оперы! Все страсти там хоть и берут за живое, но такие красивые, что ими просто наслаждаешься. А в наших сериалах проблемы те же, что и в реальной жизни. Ну как тут отдохнуть душой? У них там богатые плачут – пустячок, а приятно. А то, что у нас и небогатые рыдают навзрыд, так ведь это всем и так прекрасно известно…
Александра встала, не дослушав разговор в кабинете до конца. И так все было предельно ясно. Голова сразу стала пустой и гулкой. Сердце словно перестало биться, а желудок вдруг налился холодной свинцовой тяжестью.
Взгляд ее бесцельно блуждал по стенам и потолку, пока не наткнулся на двойную стеклянную дверь. Выход… Надо искать достойный выход из создавшейся ситуации. Но прежде следовало покинуть это заведение, чтобы не видеть врачей с их нарочито ободряющими улыбками и не слышать ласковых, не внушающих ни малейшего доверия слов.
Собравшись и контролируя каждый свой шаг, жест, выражение лица, Александра покинула клинику. Села в машину и подождала, пока руки, перестав быть ватными, обретут прежние силу и уверенность. Как добиралась до работы, она не помнила, но подозревала, что не нарушила ни одного правила. Почему поехала туда, а не домой, молодая женщина не знала. Но она привыкла доверять интуиции.
Сказав секретарше, чтобы с ней никого не соединяли и никого к ней не пускали, Александра задумалась. Ей и на секунду не пришло на ум усомниться в правильности диагноза. Точнее, не самого диагноза, а того, что из него следовало. Возможно, потому, что она подсознательно была готова к чему-то подобному. Недаром же в кои-то веки решила обратиться к врачам.
Вот и объяснение ее усталости, когда все буквально валится из рук, когда даже на переживание радостного события не хватает сил. И что же теперь делать?
Поразмыслив, она пришла к выводу, что это ее и только ее проблема. Как там сказала врач Людмила Васильевна: «Хорошо, хоть детей у них нет. А муж, он что – погорюет, погорюет да и утешится с какой-нибудь молодкой…» Все верно. Значит, за помощью обращаться не к кому. Да и кто способен помочь в такой ситуации…
Александра сидела часа два, обдумывая, как прожить отведенный ей срок, но все было без толку. С любой мысли сбивало неодолимое желание забиться в какой-нибудь дальний темный угол, найти убежище, недоступное для посторонних. Чтобы хоть напоследок побыть самой собой, а не сильной, уверенной в себе женщиной, какой ее привыкли видеть окружающие.
Так, может, пойти на поводу у этого последнего в жизни желания? Но как… как избежать недреманного ока знакомых и близких? Затеряться, когда за каждым твоим шагом пристально наблюдают?..
Молодая женщина, словно кончик ниточки из клубка, поймала это слово «затеряться» и стала разматывать перепутанное сплетение мыслей, ассоциаций и ощущений, пока в мозгу не выстроился сложный, фантастический, но по-своему не лишенный изящества план. Александра так увлеклась, согласовывая его части, что даже забыла, что послужило причиной его составления.
Осознав продуманное, она пришла к выводу, что в этом, возможно, ее спасение. Хотя, конечно, смешно говорить о спасении, когда жить осталось всего ничего. Но и за это «всего ничего» можно было вполне лишиться рассудка. А так она нашла себе занятие: воплощение плана в действительность.
Но здесь без помощника было не обойтись. И он у нее имелся, очень для ее задумки подходящий, если не посвящать его в суть происходящего.
Александра прикинула, что до отпуска у нее осталась всего неделя. Мало, конечно, чтобы успеть. Но у нее вообще времени на все в этой жизни оставалось ничтожно мало.
Затем она вызвала Альбину и поручила ей подыскать такое тихое курортное местечко за границей, где наши соотечественники практически не появляются. Ничего страшного, если там не будет сервиса высочайшего класса и пятизвездочных отелей. Главное – тишина, покой и поменьше туристов. И еще – всем позвонившим не по делам отвечать, что с завтрашнего дня она в отпуске.
Секретарша все выслушала, сделала пометки в блокноте и, кивнув, вышла. Ее место заняла Тина.
– Валентина, как ты отнесешься к тому, чтобы отдохнуть недельку-другую, а то и подольше? – без предисловий спросила Александра девушку.
Та, решив, что ей в завуалированной форме предлагают подать заявление об уходе, огорченно воскликнула:
– Но, Александра Ивановна, я же стараюсь! Если что не так, вы только скажите, я мигом исправлюсь!..
– Успокойся, успокойся, – поспешно перебила ее начальница. – Я тобой очень довольна. Просто… просто я ухожу в отпуск. А ты моя личная помощница, вот я и решила, что тебе нечего будет здесь делать в мое отсутствие…
Этому доводу можно было поверить лишь с большой натяжкой. Но у Тины не оставалось другого выхода, как сделать вид, будто у нее отлегло от сердца, и продолжать слушать Александру, согласно кивая.
А та после слов об отпуске неожиданно предложила Тине рассказать о том, как живут ее родственники. Растерянная девушка сначала с трудом выдавливала из себя слова. Потом ее речь стала оживленнее, объяснения пространнее, и вскоре Александра услышала то, что ей показалось подходящим.
Выяснилось, что Виктор, троюродный внучатый племянник все той же бабы Дуни, в детстве жил в месте дивной красоты, деревеньке под названием Выглядовка. В шестидесятых годах неподалеку от нее возвели какой-то военный, кажется противовоздушный, объект, а окрестных жителей переселили в специально построенный для них поселок. Но избы остались, правда «обесточенные», потому что выкорчевали столбы линии электропередачи, ведущие к деревням. Однако, заметила Тина, находятся любители, которые снимают на лето эти развалюхи, чтобы наслаждаться первозданной природой.
«Это именно то, что мне нужно», – решила Александра и попросила Валентину поподробнее описать деревеньку. А когда услышала, что домик, доставшийся Виктору от родителей, стоит на отшибе, в полутора километрах от самой Выглядовки, еще больше уверилась в том, что ей повезло. Хотя теперь любые слова вроде этого «повезло» Александра даже мысленно произносила с горькой усмешкой.
Виктор – заядлый охотник – использовал домик лишь осенью как охотничий. Но буквально на днях собирался сняться с насиженных мест и податься к дочери, которую судьба забросила в Липецк.
– Я бы хотела пожить в его доме, – тихо произнесла Александра. – Как думаешь, он согласится сдать его мне на лето?
Валентина уставилась на нее во все глаза и, не скрывая удивления, воскликнула:
– Он-то согласится! Но вы же не имеете ни малейшего понятия о том, что собой представляет эта хибара и что такое жизнь без электричества и водопровода!
– Ерунда! Наши же предки так жили! – заявила ее начальница.
Железный аргумент, ничего не скажешь.
– Наши предки и на мамонтов с дубинкой ходили, – возразила ей Тина, от потрясения забыв о почтении к могущественной родственнице.
– Тем не менее меня это устраивает, и точка!
«Точка так точка, – ошарашенно подумала Тина. – Вот уж точно, у богатых свои причуды».
– Как полагаешь, за сколько этот Виктор согласится сдать мне дом? – спросила Александра, вся во власти идеи отправиться в Выглядовку.
– Ну, за тысячу…
– Долларов или евро?
– Рублей, Александра Ивановна! – воскликнула Тина. – Кроме вас, желающих не найдется, можете мне поверить!
– И несмотря на это, пожалуйста, сегодня же позвони своему… нашему родственнику и, если он согласится сдать мне дом, немедленно перешли ему деньги, – твердо сказала Александра и уже просительно добавила: – Столько, сколько он запросит, ладно?
– Ладно, – пожала плечами Тина и спросила: – Это все?
– Н-нет, не все, – задумчиво произнесла Александра, внимательно разглядывая свою собеседницу. – Скажи, ты сегодня вечером свободна?
– Да, – кивнула Тина.
– Как насчет того, чтобы сходить к моему… стилисту?
– К вашему стилисту?
Александра какое-то время молчала, возможно пытаясь поточнее сформулировать ответ, потом, видимо, решила, что лучше сразу перейти к сути:
– Знаешь, многие находят, что мы с тобой похожи, вот я и решила, что ты должна меня заменить.
Тина несколько раз открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба, но слова не шли. Очевидно, от потрясения горло свело судорогой.
Поняв ее состояние, Александра принялась поспешно объяснять:
– В последнее время я много работа и безумно устала. Мне нужно отдохнуть, но не на виду у всех, а там, где меня никто не знает. Ясно?
– Ясно, – кивнула Тина, по-прежнему не понимая, при чем здесь она.
– Так вот, я решила создать видимость, будто уехала отдыхать на мало кому известный курорт, а сама отправлюсь в твою Выглядовку…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?