Текст книги "Исключение из правил"
![](/books_files/covers/thumbs_240/isklyuchenie-iz-pravil-223799.jpg)
Автор книги: Елена Рейн
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
Быстро двигалась, оглядываясь по сторонам в поисках подруги. Когда почувствовала запах Ларисы, прибавила шаг. Ника стояла посреди зала с озадаченным лицом. Меня искала. Увидев облегчение и интерес в ее глазах, предложила:
– Пойдем домой?
– Что случилось? – спросила она, моментально в айфоне открывая приложение, чтобы вызвать машину. В отличие от меня, она никогда не терялась.
– Ничего, – что еще могла сказать? Только успокоить ее… и себя. Вновь напомнила себе, что осталось немного, и я буду жить далеко от оборотней. С нетерпением ждала этого момента. Вот оно счастье!
– Ты разговаривала с Назаровым и поэтому так расстроена? – начала она, тыкая по экрану айфона.
«Вот зачем вечно о нем говорить? Я бы уже забыла…»
– Нет. Я… не хочу оставаться здесь и… – только собралась приступить к объяснениям, но тут в нос ударил тошнотворный аромат духов Ларисы. Вот же ж… Не выдержала и пробормотала: – Проклятье.
И тут показалась сестра – красивая брюнетка с длинной косой в коротком бежевом платье, прямым ходом направлявшаяся в нашу сторону. На лице счастливый оскал, глаза прищурены, губки бантиком. Как же я ненавидела этот предвкушающий азарт в ее глазах. Всегда знала, когда будет нападение.
Пыталась быть спокойной, как обычно. Лучшее средство быстрее избавиться от нее – не реагировать.
– Ой, Вер, прости, что не заметила тебя. Встретила друзей и заговорилась.
Поразительно, где так врать учат? Смотреть в глаза и нагло лгать – это талант. Хотелось поставить на место, но не стала. Тронь Ларису и все… ей поскандалить только в радость.
– Ничего, – буркнула и, замечая интерес подруги, представила: – Ник, познакомься, это моя… двоюродная сестра, Лариса. Лара, а это Вероника, моя лучшая…
– Подруга? Она? – возмущенно прокричала волчица, совсем не заботясь о чувствах других. – Человечка? Ты брось… Она же…
«Луна! Что будет?! И почему не поговорила с ней там на крыльце? Сцепятся ведь сейчас… Точнее Ника ей волосы проредит. Конкретно так. Ей не впервой…»
– А в чем проблема? – с рычанием выдала любимая подруга, меняя интонацию и оценивая взглядом соперницу. – Между прочим, я невероятно вежливая человечка. А могла бы сказать: «Ой, Вера, это что… твоя сестра? Невероятно! Облезлая с драным хвостом и без мозгов! Ну да… в семье не без урода!» А я очень… ну очень вежливая и та-а-аак не сказала, – она не говорила, а рычала. Я видела по глазам и позе, что Климова уже оперативненько откопала свой топор войны. Дело за малым – грубое слово от Ларисы. И ВСЕ… БОЛЬШЕ НЕ НАДО!
Поражалась Нике. Ну как так?! Я, полуволчица, старалась держаться в стороне от оборотней, а подруге было абсолютно плевать кто перед ней. Даже если получит…
Лариса разозлилась. Процедив что-то про себя, она показала зубы, давая понять, что на пределе. Заметив, как Ника прищурилась и сделала шаг к сопернице, встала между ними и довольно выдала:
– Лариса, у Ники черный пояс по кикбоксингу…
«Ну… и еще… она самбо занимается, рукопашным боем, каратэ. Но это не столь важно, а вот бокс… очень даже любит».
Что сказать – реакция была мгновенная у обеих: Лариса отошла на шаг, Ника скривилась, поминая меня «добрым» словом, взглядом обещая моей сестре расплату. Как-то так.
– Ммм… я не так сказала. Прошу простить. – И все! Лариса еще та трусиха, пасует сразу же, как только понимает, что к чему. Тем более Ника в своем репертуаре – удостоила ее только презрительным взглядом. Оборотней она не любит, о чем всегда открыто заявляет.
Все дальше и дальше сестра отходила от нас, пока вдруг не ойкнула, вспоминая что-то важное для нее:
– Ой, Вера… ты не забудь деньги перевести, в противном случае альфа переместит твоих родителей в другой дом, чтобы…
Что-то оборвалось во мне. Не ожидала услышать подобное. Не могла принять тот факт, что альфа переселит мою семью… Неужели правда? Но как ютиться в доме, напоминающем кладовку? А сейчас есть просторная кухня и три комнаты. Нам хватало.
И где достать деньги? Если бы знала, то не ходила в клуб… что было бы лучше. Но сейчас… Не представляла, где буду брать нужную сумму. Понимала только что сделать это нужно и как можно скорее.
Сдержанно кивнула ей, пытаясь говорить спокойно:
– Да, я постараюсь…
– Надеюсь, а то моему отцу уже надоели попрошайничества жены его брата. И мы до сих пор не понимаем, почему она решила…
– Рот закрой, когда говоришь о моей матери! – грубо рявкнула, не ожидая от себя подобного. Хотя нет, как не ожидать?! Так всегда, когда трогали мою семью, за что доставалось всем. И как не просила мать меня контролировать эмоции, не получалось. А сейчас… я даже не задумывалась. Готова была наброситься на нее. Даже больше – хотела этого и ждала повода.
«Что со мной?»
Только отошла от мыслей, как увидела бегущую Нику, среагировавшую на то, как Лариса зарычала и расправила грудь третьего размера, желая продемонстрировать свое недовольство. Ника закрыла меня и нагло пошла на нее, показывая всем своим видом, что та ошиблась адресом.
Не видела ничего из-за спины подруги, только слышала слова, направленные на меня:
– Хм… сколько гонора и от кого? Слабого недооборотня… – она говорила с паникой в голосе, отчего появилось желание улыбнуться… но только не сейчас. – Ну да ладно. Хотя… – тут она сделала паузу и вдруг выдала: – мое предложение в силе. Я бы перевела на счет вожака все деньги, что у меня есть, за вашу семью, если ты отдашь мне драгоценности нашей бабушки.
Опять. Снова. Вновь и вновь поднималась эта тема, не переставая быть актуальной. Как же она надоела.
Это единственное, что досталось мне от бабушки. Она умоляла меня беречь, никому никогда не отдавать. Я не могла предать, даже когда отчаянно нуждалась в деньгах. Я обещала.
– Никогда, – грубо отчеканила, понимая, зачем она устроила все эти унижения. Возможно, бабушка плохо поступила, не оставив ничего другой внучке, но и Лариса не любила ее, относилась с пренебрежением. – Она подарила их мне!
– Так важны? И тебе плевать, что семью переведут в самый затхлый дом? – с осуждением прокричала она, все дальше отодвигаясь, благодаря бешеному напору подруги. Ника наступала танком.
– Мне мама не говорила об этом. Я бы нашла…
– Ну, конечно, она ведь считает, что ей должен помогать мой отец, а он ничего никому не должен! Неважно, что она заболела…
Внутри все сжалось в тугой узел, такой, что не могла дышать. Вот как оказывается. Заболела… И мне не сказала.
Почему?
А эта змея приползла в тот момент, когда тяжело, желая забрать то, что ей не принадлежит. Сжала руки в кулаки и прошептала:
– Уходи…
– Естественно! Что ты еще можешь сказать?!
– Куда переводить деньги? – прозвучал разгневанный голос Ники. Она приблизилась и ухватила меня за запястье, останавливая, мимикой показывая, чтобы я молчала.
Но я не могла…
Покачала головой и громко сказала:
– Я найду деньги и перешлю.
– Уж постарайся… – процедила Лариса и с превосходством отвернулась, тут же восторженно завизжав, заметив кого-то в стороне. За секунду добежала до знакомой девушки и начала целоваться, восторгаясь одеждой, прической, сапогами, иногда путая слова, но совершенно этого не замечая.
Наблюдали за процессом. Мне было безразлично, думала о том, что делать. И все же была благодарна Ларисе. Пусть и грубо, но она поведала, что творится в моей семье. От мамы не дождешься. Я знаю, что она переживает и боится за меня, но в этом случае… страдает она и дети. Заметив, как Лариса довольно прищурилась, услышав вопрос: «Какими судьбами?», устало протянула:
– Пойдем… а то в третий раз я не хочу это слышать.
– Третий? – переспросила подруга, нахмурив брови.
Тем временем сестра уже повествовала самое интересное, привлекая все больше аудитории. Как всегда. Слыша о том, какая я тварь, скривилась, желая поскорее уйти. Лариса еще пять раз кому-нибудь расскажет. Вот такой у нее язык. Трепло.
Хотелось скорее добраться до общежития, доползти до подушки и моментально уснуть, забывая обо всем.
* * *
И вот… я дома, но не могла уснуть, хоть и слышала, как сладко Ника похрапывает.
«– Думаешь, эти законы что-то значат для меня? Не забывай, что скоро ты будешь на моей территории. В моем городе».
Слова не выходили из головы. Конечно, незаметно и быстро выйти из клуба не получилось. Назаров преградил дорогу с предложением подвезти. Но, в результате… вот что вышло. Правила университета его не волновали, и он ждал, когда окажемся на его территории.
Напрягало. И очень переживала.
Да, так и есть, как ни печально признавать.
Нужно уснуть, а значит – думать о хорошем. Глянула на кровать подруги. Ника ногами обнимала подушку, а руками одеяло, что-то бубня про себя. Под утро будет звездой с открытым ртом.
Улыбнулась, вспоминая наш разговор после приезда. До сих пор потряхивало от ее слов:
«– Вера, мне твоя семья небезразлична. Я не хочу, чтобы они переезжали в лачугу. Не хочу! Переживаю за них и не нахожу себе места, когда ты, как проклятая вкалываешь и учишься. Но почему ты не понимаешь, что обижаешь меня своими отказами? Ты для меня – сестра. Неужели трудно принять помощь от той, кому не плевать? Ведь мне не жалко, мне вообще начхать на деньги, но они есть, ну вот есть у меня, и я хочу помочь единственному человеку, которому не все равно на меня…»
Было еще много фраз, слез, но во мне что-то перевернулось и я согласилась на финансовую помощь. Впервые. Но потом… все обязательно отдам. Сразу, как только появится возможность.
Только вот переживала за одно – прохождение практики на территории белых волков.
Но с другой стороны… все там будут, следовательно, и Вита. Если Назаров слишком часто будет заглядывать, она быстро устроит ему разнос. Скривилась, опасаясь того, что альфа-сука не забудет и про меня.
Нужно сделать так, чтобы он не приходил, как впрочем, и она. Самый лучший вариант для меня, но в это плохо верилось.
Но зачем ему приходить? Или волк его ведет? Чувствует свой запах? Подумала о волшебных снадобьях Семеновой. Нужно Нелли попросить, чтобы приготовила побольше.
Но если Назаров рыскал в ее квартире, то видел все, включая бутылочки, в чем была уверена Нелли. Но если не пробовал, значит, не знает результата?
В груди зародилась надежда.
Повернулась и посмотрела на часы. Четыре утра. Нужно ложиться спать или завтра не встану.
Только закрыла глаза, убеждая себя, что все будет хорошо, как услышала писк сотового. Нахмурилась. Поднялась и взяла телефон с тумбы.
Несколько сообщений от неизвестного абонента. Открыла и непонимающе буркнула:
– Это еще что?!
Шесть фотографий: где я спешу в университет, выхожу из кафе, разговариваю по телефону на лавочке, гуляю с Никой, играю с детьми в парке… а последняя – где я захожу в черном платье в клуб.
Закрыла рот рукой, роняя телефон, отчего он с грохотом приземлился на пол. Пораженно смотрела в одну точку, не в силах пошевелиться, понимая, что кто-то точно знает, что я была в клубе в тот день. Сомнений не было, особенно после такого сообщения:
«Дрянь. Ненавижу…»
* * *
Вторник
Время: 01:30
«И где она?» – не находила себе места, не представляя, где потерялась Ника. Уже что только не удумала. Хорошее в голову не лезло. Порадоваться, отдохнуть и поплакать на чужой территории она бы и меня пригласила, следовательно – что-то случилось. В груди сердце стучало с бешеной скоростью. Плохое предчувствие заставляло сходить с ума от волнения.
Определенно, день сегодня отстойный. Точнее вечер, если учитывать и хорошее. Нелли звонила час назад, поделившись, что ее проспиртованный фраер смылся играть с оборотнями, а до этого они решили, что он больше туда ни ногой. Выиграл, и замечательно – долги немного отдадут. Но стоило ей выйти в ближайший магазин за хлебом, Вадик смысля. Идиот. Жалко было подругу, она так хотела сделать из него путевого, ну куда там. Идиот. Мозги давно сжег алкоголем. В этом я не сомневалась.
Мужчины…
К слову, у меня вроде начинает все успокаиваться. Только немного перепугалась, когда вышла из автобуса на остановке и увидела на байке Назарова. Он с пренебрежением посмотрел на меня и, кивнув какой-то длинноногой девчонке, стоящей рядом с ним, увез ее в неизвестном направлении. Сегодня удивительным образом столкнулись с ним три раза, но он постоянно отворачивался, абсолютно не замечая меня. Радовалась, считая, что его волк успокоился, а парень выдохнул.
Но все равно было неприятно с ним видеться. Сразу вспоминала весь тот ужас, что он мне устроил в клубе. Хорошо что заикаться не стала. Хотя… нет. После жизни в стае уже ничего не страшно.
А практика… не хотела себя накручивать. Приеду и решу, насколько все плохо. Кстати, вопрос с квартирой решила. Неделя у меня будет, чтобы найти себе другое жилье. Вторая хорошая новость.
Но вот на счет фотографий не знала, что думать. Сомнений не было – за мной следят. Но кто? Кому я нужна?! Я же бракованная. Главное, чтобы эти фотки никто не увидел. Особенно Назаров. А для этого необходимо узнать, что нужно шантажисту от меня. Не просто так же он мне их прислал. Должны же быть цель и пожелания.
Оставалось только ждать…
Услышав шум, я вышла на балкон и увидела такси. Застыла на месте, прислушиваясь, надеясь, что это пожаловала подруга. Водитель вышел из машины и, открыв дверь салона, басом прогрохотал:
– Э, белобрысая, ты что там, померла? Не смей этого делать в моей машине!
Втянула воздух и стремительно бросилась к двери, четко понимая, что это Ника. Только запах смущал… и настораживал. Не бежала, а мчалась, планируя оперативно доставить подругу до комнаты. Только подошла, как в нос ударил мерзкий запах лекарств и чего-то такого, отчего глаза заслезились.
«Это еще что?!»
– Отойдите, – обратилась к потному мужчине, нуждающемуся в душе и хорошем сне, желая поскорее ее вытащить. Может, Нике стало плохо от его ароматов? Лично меня от такого амбре передернуло.
– А кто платить будет? Эта похоже того… – почесывая затылок, буркнул он.
– Не того! – рявкнула, не желая слушать подобное, и быстро достала телефон, радуясь, что не забыла его, тут же спрашивая: – Дайте код для оплаты.
Мужчина нахмурился, очевидно, планировал получить наличные. Облизнул губы и со вздохом принялся тыкать по экрану, набирая нужную сумму. Отсканировав код, оплатила и, дождавшись, когда водитель убедится в поступлении денег на счет, нагнулась, хватая Нику за плечо. Перехватила за талию, приподнимая со словами:
– Ника, поднимай свою… – не могла сказать тощую, потому что подруга была просто нереально тяжелая, – попу.
Кое-как с помощью водителя затащила ее себе на спину, громко приказывая:
– Ника, ухвати меня за шею!
– Вера, – еле слышно выдавила подруга, – мне плохо. Я конкретно встряла.
Улавливая запах самца, нахмурилась. И еще знакомый запашок. Такой резкий.
Стоять, она была в клубе «Идеальный партнер»? Зачем?! Соскучилась?
– Ну, это я уже поняла… – пробубнила, начиная движение, удивляясь, как ее косточки могут столько весить. А на вид тростиночка.
– Она хотела перелить мне кровь, считает, что я монстр. А-а-а, так болит голова и внутренности… Во рту гадость. Словно железа наглоталась.
Остановилась, пытаясь понять, о чем это она говорит. Ее отравили?
Чувствуя взгляд, обернулась и, вынужденно улыбнувшись наблюдающему мужчине, поплелась дальше. Пока волокла Нику по лестнице, слушая ее бубнения и вздохи, попросила:
– Никуль, потерпи. Еще немного…
– Я монстр… теперь такая же, как они. Даже хуже.
«Белая горячка началась?!»
– Помолчи, не забывай, что тебя сейчас могут услышать.
– Буду как они – слюнявые, мохнатые…
– Ника, молчи! – вновь попыталась напомнить, чтобы завтра проблем не было от слюнявых, мохнатых… и обиженных.
– И бегать голой по лесу, мурлыча от счастья.
– Ника-а-а, – шипела, оглядываясь по сторонам.
– Вера, я умру, да? – с отчаянием спросила она и так обняла, что чуть не задохнулась от ее любви. Перекрыла кислород полностью.
– Это я сейчас коники брошу! Климова, ослабь хватку, – понимая, что не реагирует, посягнула на святое: – либо завтра кормить блинами не буду.
– Блины! Я так хочу блины, – прошептала она с таким удовольствием, приходя в себя и отпуская меня. Вот что значит сила блинов! Но тут раздался протяжный стон, и я услышала: – Вера, я урод.
– Все мы такие, если впихнуть в себя какой-нибудь гадости. Кстати, у тебя какая?
– Нет, я с рождения урод, но надеялась… – подруга тяжело дышала, слова давались с трудом, – что буду… как мама.
– Никуличка, а ты чего наглоталась?
– Пила! Какую-то дрянь, плюс укол. И мне так плохо… – послышался стон и всхлипывание. – Все внутренности болят… И я сейчас…
– Не вздумай мне в волосы блевать! – предупредила, чтобы завтра в мужской столовой оборотней на меня не показывали пальцем. Попробуй такой запах убери.
Быстро влетела в лифт, нажимая нужную кнопку. Можно было и по лестнице, как обычно, но переживала, что Ника не выдержит.
– Ты как? – спросила, ощущая, как моя спина все сильнее сгибается под непосильной тяжестью. Такое ощущение, что динозаврика несу.
– Она сказала, что лучше умереть, чем быть оборотнем.
– Шприц ей в руки! – постаралась пошутить, тут же уточняя: – А какая ты?
– Не пойми кто… но однозначно УРОД!
– И все же… какой урод? Не дракон случайно, если судить по весу твоих костей? – уточнила, чтобы понять, о чем она говорит. Ведь не пьяная, а под препаратом.
– Не знаю, – протянула она, тут же добавляя: – Но если бы этот слюнявый, поганый кошак меня не укусил, я была бы нормальной. Он активировал эти чертовы клетки. У меня особенная кровь, потому как прабабушка была чистокровной тигрицей, бабушка – рысью.
Мы остановились на нашем этаже, а я все стояла, пытаясь переварить. Ника оборотень?! Она оборотень по женской линии? И я ведь ничего не улавливала. Абсолютно! Как впрочем и все…
Чувствуя, как она ногами бьет по бедрам с мычанием «ну», возмущенно повернула голова и рявкнула:
– Климова, я тебе не лошадь!
– Вер, мне так плохо… Давай я сама… поползу…
– А ты не гусеница! – ответила и поспешила к нашей комнате, радуясь, что дверь открыта. Усадила ее на кровать и пробубнила:
– Ты как?
Она секунду не двигалась, а потом мгновенно повалилась вниз, сгибаясь в три погибели, хватаясь за живот.
– Тяжело дышать и все болит, словно меня потрошат изнутри.
– Понятно. Подожди, – проговорила и схватила телефон, набирая Нелли. Да, поздно, но она поймет.
– Сбежала от оборотня и стоишь под моей дверью? – услышала я в ответ.
«Офигеть! Вот у нее юмор! Умеет поднять настроение!»
– Нель, Нике очень плохо.
– Что случилось? Какие симптомы?
Задумалась, вспоминая все, о чем она говорила. Получилось так:
– В общем… прабабушка у нее была чистокровной тигрицей, бабушка – рысью… мать человек. Какой-то слюнявый урод укусил и спровоцировал спящие клетки. Вроде так.
– Превращается?
«А может?!»
– Нет, но она очень бледная, не может нормально дышать. Она была у врача: та ей сыворотку вколола и про переливание говорила.
– Спроси фамилию?
– Ее?
– Врачихи!
Подошла к подруге и как можно спокойнее поинтересовалась, надеясь на ответ:
– Ник, ты как? Ника! – не помогло, поэтому дернула за плечо, переворачивая, и ахнула, когда вдруг увидела кровь на покрывале. Уложила подругу на спину и открыла рот, заглядывая, понимая, что оттуда идет.
«Твою мать!»
– Нель, у нее кровь со рта идет. Что делать?! – стараясь говорить ровно, а внутри все сжималось от страха.
– Глянь руки и тело на реакцию.
Быстро начала избавлять Климову от одежды, наблюдая красные пятна везде.
– Сыпь.
– Походу Ласкина работала. Только эта сука может так издеваться.
– Опустим мои вопросы и перейдем к важному: «Что делать?!». Она загнется сейчас!
– Так, успокойся и быстро достань микстуру желтенького цвета, которую я тебе положила для экстренной ситуации.
Галопом понеслась в туалет. Самое ценное там спрятала. Однозначно никто не сунется. Нашла нужное и спросила:
– Что теперь?
– Завари крепкий чай и две столовые ложки в него добавить.
– Поможет?
– Тебе однозначно нет, будешь всю ночь за ней бегать, а вот ей – да.
– Поняла.
– Я скину сообщением хороший рецепт, с утра приготовишь, и через час она оживет. А до этого будет обнимать унитаз, напевая ему серенады.
– Спасибо!
– Завтра пусть она приедет к нам в кафе. Поговорим.
– Непременно! Прилетит! Все, побежала я… – буркнула, включая чайник.
– Потом отзвонишься, чтобы я была в курсе.
– Угу… – пробормотала, открывая банку, чувствуя невероятную вонь. Ужас. И это можно пить? Схватила ложку и поинтересовалась: – Твой пришел?
– Нет, но лучше не спрашивай.
– Ага, давай спи, а то с утра на работу.
Не дожидаясь ответа, бросила телефон на стол и схватила горячий чайник, чувствуя, как дрожат руки. Обычно я спокойна в стрессовой ситуации, а тут… не могла. Это же моя Ника…
Справившись с приготовлением чая, добавила две ложки зелья и побежала к подруге. Увидев слезы на щеках кровь… стерла, планируя позже ее обмыть, и убежденно проговорила:
– Завтра… завтра ты от меня получишь, а сегодня… будем дрянь эту выводить. Ну, родная, открой ротик…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?