Текст книги "Пес войны: Становление. Испытание. Воин духа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pes-voyny-stanovlenie-ispytanie-voin-duha-245946.jpg)
Автор книги: Ерофей Трофимов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 46 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
– А вот об этом нам с вами предстоит как следует подумать. Ар описал мне, каким путём нам гнать стада. Нам нужно собраться и вспомнить, где есть нужные места. Кара права, хватит попусту сотрясать воздух. Хватит споров. Начинайте собирать стойбище. В течение двух-трёх дней мы должны покинуть это место, – решительно сказал Чин, подводя черту под разговором. Затем, развернувшись, он решительно зашагал следом за старухой.
Сообразив, что бунт подавлен и племя вернулось к мирному решению проблемы, Араб осторожно выдохнул и медленно вернулся в шалаш. Каждое движение давалось с большим трудом, но он заставил себя подойти к шкурам, служившим ему постелью, и осторожно улечься.
Заметив его неуклюжие движения, Сала выскочила из толпы и, подбежав к шалашу, бросилась помогать ему. Но Араб, сделав ей знак не мешать, справился сам. Улёгшись поудобнее, он бросил на девушку торжествующий взгляд и расслабился.
Несмотря на боль от ран и сильное напряжение, он смог заставить своё тело подчиниться и даже победить в драке здорового человека. И пусть этот человек не умеет драться и не знает ни одного приёма, но он был здоров, когда нападал на лежащего калеку.
– Зачем ты вставал? – удивлённо спросила Сала. – Тебе же было очень больно! Тебе и сейчас больно.
– Больно, – честно признался Араб. – Но встать я должен был. Тем более после того, как выбросил этого болвана. Я должен был заставить людей поверить в меня, иначе этот спор мог бы расколоть всё племя.
– Но ведь эта боль вредит тебе, – упрямо возразила девушка. – Ты не должен был так рисковать.
– Нет, она не может повредить мне, – улыбнулся Араб, – эта боль – только отголоски той, настоящей боли.
– И что теперь ты собираешься делать? Будешь долго мучиться и терпеть эту боль? – не унималась Сала.
– Нет. Я использую тот же приём, что и в прошлый раз.
– Я давно хотела тебя спросить, что это было?
– Если ты останешься, то увидишь всё сама, – улыбнулся Араб.
Ему нужен был собеседник и информатор. Эти люди наивны и просты, и, говоря с ними, нужно уметь задавать вопросы правильно. Судя по тому, что она ему рассказала, особых дел у девушки не было. Значит, он со спокойной душой может придержать её рядом и потихоньку вытянуть из неё всё, что ей известно.
Немного подумав, Сала послушно опустилась на шкуры и уставилась на него внимательным, заинтересованным взглядом. Глубоко вздохнув, Араб закрыл глаза и вызвал приток энергии извне. Затем принялся нагнетать её в места сосредоточения боли.
Всё время, пока он занимался самолечением, Сала сидела рядом, и создавалось впечатление, что девушка даже не дышит, следя за каждым его движением. Она словно видела, как он распределяет полученные силы, чтобы справиться со своей болезнью.
Наконец, сделав завершающий выдох, он открыл глаза и взглянул на неё. Девушка сидела в самом уголке шалаша, замерев и закусив от напряжения нижнюю губу. А в её огромных глазах плескался страх вперемешку с восторгом.
Чуть пожав плечами и улыбнувшись, Араб тихо спросил:
– Ты видела?
– Да, – кивнула она после короткого молчания.
– И ты всё поняла?
– Нет. Я ничего не поняла, – ответила она. – Просто ты вдруг вспыхнул и засветился, как яркий огонь в ночи. Это было странно и красиво. Ты весь светился, и этот свет переливался и укрывал тебя всего. Я испугалась.
– Не стоит этого бояться, – улыбнулся Араб. – Этот свет не обжигает и не может повредить. Если, конечно, не делать такого специально.
– Значит, тот, кто очень хочет, может убить врага этим светом? – не унималась Сала.
– Может. Но таких людей очень мало. Я и сам плохо владею этим искусством, – честно признался Араб. – Сейчас меня интересует другое. Как ты поняла, что видишь его?
– Случайно, – улыбнулась девушка. – Я закрыла ненадолго глаза, чтобы потом лучше тебя видеть в этой темноте, и в это время откуда-то сверху упал столб света. Я открыла глаза, но всё пропало. Тогда я снова закрыла их и увидела, что ты светишься.
– Испугалась? – улыбнулся Араб с неожиданной теплотой.
– Ага, – кивнула она в ответ.
– Прости, я не хотел тебя напугать. Но, скажу честно, после такой процедуры мне намного легче.
– Такой чего? – не поняла Сала.
– После того, что я сделал, – улыбнулся в ответ Араб.
Он снова забыл, что в этом мире нет многих слов из его прежней жизни.
– Что теперь будешь делать? – неожиданно спросила девушка.
– Ждать.
– Чего?
– Решения старейших. Сейчас я полностью нахожусь в зависимости от племени. До тех пор, пока не смогу двигаться самостоятельно, хотя бы так, как двигался до того, как попал сюда. Иначе мне просто не выжить, – мрачно добавил он.
– Тебя это злит? – настороженно спросила девушка.
– Очень. Я привык заботиться о себе сам, а не зависеть от других. А сейчас я вынужден лежать, как бревно, и ждать, пока кто-нибудь вспомнит про моё существование. Это бесит меня.
– Если хочешь, я останусь здесь. С тобой, – неожиданно предложила Сала. – Буду заботиться о тебе до тех пор, пока ты не сможешь делать всё сам, – быстро добавила она, бросив на него непонятный взгляд.
– Я очень благодарен тебе, Сала. Это было бы здорово. Если только у тебя не будет из-за этого неприятностей, – улыбнулся в ответ Араб.
– Неприятностей? Ты имеешь в виду, что меня будут за это ругать? – догадалась она.
– Да. Я бы очень не хотел этого.
– Нет. После нашего ухода из постоянного стойбища я только и делаю, что помогаю то там, то тут. Свободных рук в стойбище хватает. С тобой мне хотя бы не будет так скучно.
– С чего ты так решила? – удивился он.
– Ты пришёл из другого мира и знаешь много нового.
– Ты хочешь узнать, как живут люди в моём мире?
– Да, – радостно кивнула девушка.
– Тогда давай договоримся. Я рассказываю тебе о своём мире, а ты мне – о своём.
– Хорошо, – легко согласилась Сала.
* * *
Благодаря упрямству и авторитету стариков племя наконец-то тронулось в путь. Большой караван, состоящий из огромного стада похожих на бизонов животных, полусотни фургонов и нескольких десятков животных, похожих на собак, двигался по кромке леса в сторону границы земель. Пастухи вынуждены были скрываться среди деревьев, чтобы отслеживать всех босков. То и дело несколько животных отходили в сторону, заметив полянку с особо сочной травой и упрямо не желая двигаться дальше.
Устроившись в фургоне Чина, Араб с интересом наблюдал за медленно проплывавшим за окном фургона пейзажем, удивляясь странности местных лесов. Он с удивлением обнаружил мирно соседствующие вместе хвойные и тропические растения. Так, высоченные корабельные сосны росли рядом с небольшими банановыми пальмами, а раскидистые ели уживались рядом с буками и каштанами. Многие пальмы были обвиты не только плющом, но и вполне узнаваемыми тропическими лианами.
К вящему удивлению Араба, огромные, выше человеческого роста колёса фургонов не скрипели и не грохотали на всю округу. Мальчишки постарше чинно шли рядом с колёсами, неся в руках плошки с жиром и небольшие куски шкур, намотанные на палочки. Этими кистями они регулярно смазывали ступицы, что помогало колёсам крутиться и исключало скрип. Внимательно осмотрев эту конструкцию, Араб вспомнил о таком мудром изобретении, как подшипник.
Это стало ещё одним поводом озадачить местных плотников. Ввиду отсутствия металла ему пришлось ограничиться древесиной. Выбрав из нескольких принесённых Салой кусков дерева самый крепкий, он взял нож, сделанный также из дерева, и, с сомнением посмотрев на этот инструмент, принялся вырезать подобие подшипника. Всё, что ему было нужно, это вырезать внутреннюю обойму и, приладив к ней несколько гладко оструганных роликов, изготовить наружную обойму. Но из-за отсутствия элементарных инструментов и приспособлений работа двигалась очень медленно.
Запряжённые в фургоны боски двигались неторопливым, размеренным шагом. С первого взгляда было понятно, что заставить их двигаться быстрее будет очень сложно. Каждый фургон тащило четыре боска, запряжённых в один ряд, по типу упряжки древнеримской квадриги.
Сами фургоны тоже были достойны особого внимания. При ближайшем рассмотрении это оказались тяжёлые, неуклюжие, почти квадратные платформы, поставленные на огромные колёса. Самым неприятным в этом сооружении было отсутствие поворотной платформы. Чтобы изменить направление движения этого дома на колёсах, нужно было гнать босков в одну сторону долгие часы. Радиус поворота фургонов был огромен. Араб чуть было не застонал в голос, когда понял, что с таким средством передвижения племя будет не идти, а ползти. Это будет гонка черепах. Единственное, что его радовало, так это ударные темпы, с которыми его тело начало приходить в норму.
Он уговорил Салу принести ему пару срезанных с ближайшего дерева веток с рогулькой на конце и, сделав себе костыли, уже через день бодро носился по всему лагерю. Даже Сала, не отходившая от него ни на шаг, поражалась его работоспособности. Первыми, кому он нанёс визит, были плотники. Внимательно рассмотрев, что они успели сделать за это время, он долго про себя матерился, после чего отправился осматривать лагерь. Спокойная, неторопливая жизнь рядом с босками отложила отпечаток буквально на всю жизнь племени. Всё делалось медленно. Не спеша. Так, словно им некуда было торопиться. За всё это время они вырезали только несколько спиц для колёс. Их примитивные инструменты требовали огромных затрат сил и энергии.
Отбросив ненужные эмоции, Араб решил при первой же возможности изготовить несколько нормальных инструментов, чтобы ускорить процесс эволюции этого племени и облегчить их жизнь. Дело вставало только за железом и местом, где можно было бы оборудовать мастерскую.
С трудом дождавшись, когда племя наконец тронется в путь, он попросил у Чина несколько тонких кож и принялся изобретать и фантазировать. В создавшейся ситуации ему нужно было всё: инструменты, оружие, ездовое животное и многие другие мелочи, которые смогут помочь ему в его борьбе с крагами.
Он решил начать с нового места жительства. В фургоне старого Чина и так было тесно от чад и домочадцев. Не желая быть помехой в их жизни, он решил сделать себе фургон, решительно отличавшийся от тех неуклюжих монстров, которыми пользовались члены племени. В этом деле он преследовал ещё и чисто психологический аспект. Ведь одно дело убеждать в чем-то на словах, а другое – дать людям увидеть и попробовать всё самим. Не желая вступать в ненужные споры и рассуждения, он планировал собрать себе фургон и убедить племя использовать именно эту конструкцию. Договорившись с Чином и плотниками, он принялся за работу.
Спустя пару недель в караване появился принципиально новый фургон, который легко могли тащить только два боска. Но самое главное, что он был оборудован поворотной платформой, благодаря которой Араб мог маневрировать на нём так, как ему было нужно. В день демонстрации этого чуда всё племя высыпало из своих фургонов и увлечённо обсуждало все достоинства и недостатки нового транспорта. Единственное, что настораживало всех, это его грузоподъёмность. В старых фургонах они перевозили весь свой скарб. Арабу пришлось успокоить сомневающихся заверением, что подобный фургон можно сделать любого размера. Восхищённо покачав головами, люди вернулись на свои места, и караван снова тронулся в путь.
Править босками, запряжёнными в новый фургон, вызвался малыш Люк. Усевшись на широкий облучок, мальчишка с гордым видом оглядел собравшихся вокруг людей и, сосредоточившись, направил босков в объезд каравана. Сделав несколько крутых поворотов, мальчик подогнал фургон обратно к толпе и, остановив животных, спрыгнул на землю.
Одобрительно кивнув, Араб потрепал его по плечу и принялся обсуждать со стариками достоинства и недостатки новинки. Как оказалось, краги давно использовали нечто подобное, но только для личных нужд. Разница заключалась в конструкции колёс и в тягловых животных. Очень часто для тяги использовали рабов.
Получив в своё распоряжение жильё и транспортное средство, Араб принялся решать проблему оружия. Тот нож, при помощи которого он, путём упорного труда и долгих часов высказывания ненормативной лексики, вырезал подшипники для колёс своего фургона, пришёл в полную негодность.
Теперь, получив у плотников новый нож, он на первой же стоянке отправился в лес. Выбрав пару крепких, гибких ветвей на кусте орешника, он аккуратно срезал их и принялся искать подходящий материал для изготовления стрел. На его счастье, Люк, увязавшийся за ним в лес, быстро сообразил, что ему нужно, и, скрывшись в кустах, вскоре вернулся с пучком молодых побегов бамбука.
То, что это бамбук, Араб понял, получив пучок в руки. Радостно улыбнувшись, он весело хлопнул мальчишку по плечу и поспешил обратно в лагерь. Теперь всё, что ему требовалось, это свитые сухожилия, которых было в избытке, несколько кусочков плотной древесины, из которой делали колёса, и маховые перья птиц, за которыми он отправил Люка.
Взяв у Чина высушенные сухожилия, Араб принялся осторожно свивать их в тонкую тетиву. Тщательно ошкурив принесённые ветки, он сделал на концах небольшие зарубки и, закрепив тетиву на одном конце, упёр его в носок ботинка.
Осторожно согнув ветку, он натянул тетиву и, взяв получившийся лук за середину, легонько ударил по ней пальцем, внимательно прислушиваясь к звуку. Удовлетворённо кивнув головой, он отложил оружие в сторону. Вообще изготовление настоящего боевого лука было делом достаточно долгим и трудоёмким, но, если отбросить все спортивные изыски и окунуться поглубже в историю, то легко понять, что самые первые, так называемые западные или валлийские луки делались именно так. Несколько упругих ветвей, свитые сухожилия и долгие месяцы тренировок. Чтобы изготовить настоящий, боевой, восточный или, как их ещё называют, сложный лук, у Араба не было ни времени, ни возможности, ни материалов. Крепкие турьи рога и три сорта древесины было найти непросто. Рога босков для подобного дела не подходили.
Теперь настала очередь стрел. Тщательно сточив коленца с бамбуковых стволов, он выточил несколько наконечников и, засыпав в переднее колено немного песка, заткнул его кусочком кожи. Вклеив в ствол выточенный наконечник, он принялся оперять стрелу.
Закончив, он отложил готовый снаряд в сторону, и всё началось сначала. Так, раз за разом повторяя все операции, он получил два десятка стрел. Закончив работу уже глубокой ночью, Араб устало потянулся и, тяжело поднявшись, направился в свой фургон.
Взявшая на себя заботы о его нуждах Сала давно уже спала, уютно свернувшись калачиком на своих шкурах. В унисон её лёгкому дыханию раздавалось тихое сопение Люка. Вольно раскинувшись, мальчик спал, отбросив одеяло в сторону. С трудом забравшись в фургон, Араб с лёгкой улыбкой посмотрел на спящих и, медленно нагнувшись, накрыл мальчика одеялом. Вздохнув, Люк повернулся на бок и снова уснул. Опустившись на свои шкуры, Араб закрыл глаза и провалился в сон.
Утро разбудило его звонким птичьим гомоном и щебетанием. Приподняв голову, он быстро огляделся и, убедившись, что его соседи спокойно спят, осторожно поднялся. Выбравшись из фургона, Араб забрал изготовленный лук и, отойдя в сторону от лагеря, повесил на дерево небольшую высушенную тыкву в качестве мишени.
Отсчитав полсотни шагов, Араб вскинул лук и, тщательно прицелившись, выпустил стрелу. Негромко свистнув, лёгкий снаряд со звонким «цанг», вонзился в край тыквы. Мрачно посмотрев на мишень, бывший наемник поморщился и, проворчав: «Придётся вспоминать, как это правильно делать», – снова натянул лук.
Выучиться стрельбе из лука его заставили обстоятельства. Однажды, попав в серьёзную переделку, он остался с оружием, но без боеприпасов. В итоге, чтобы не погибнуть с голоду, ему пришлось воспользоваться таким древним оружием охоты. С тех пор он не один месяц посвятил серьёзному обучению стрельбе из лука, посетив для этого даже Японию, где ещё сохранилось древнее искусство кю-дзютсу, техника лука или, как ещё её называют, кю-до, путь лука. Правильно изготавливать лук его научил один профессор истории. Скрупулёзно расписав каждую операцию, этот поклонник музы Клио передал ему пачку распечатанных на принтере листов и, хитро усмехнувшись, предложил попробовать. Араб так и не сообразил, что именно так насмешило профессора, но, едва начав работу, понял, что сделать настоящий боевой лук не так просто. Прежде всего ему потребовалось несколько разных пород древесины, потом турьи рога или сырая звериная шкура. Затем всё это нужно было правильно обработать и, обшив шкурой, высушить. Но тоже правильно. В противном случае шкура пересохнет и станет слишком ломкой. Убедившись, что всё не так просто, Араб, недолго думая, снова отправился в дорогу. На этот раз в индейскую резервацию. Найдя одного из старейших охотников племени апачей, старого, но ещё не до конца спившегося мужчину, он уговорил его поделиться знаниями. В итоге простой, но достаточно упругий лук был первым результатом его опытов. Именно эти навыки и спасли ему позже жизнь в той памятной передряге. Ведь только благодаря умению правильно вырезать и увязать несколько гибких прутьев и выточить стрелу он выжил. Даже несмотря на то что есть добытое мясо пришлось сырым.
Всё время, пока женщины, проснувшись, готовили завтрак, он продолжал упражняться. Сменив четыре тыквы, он добился регулярного попадания в мишень и, собрав стрелы, отправился в лагерь.
Почти всё племя уже успело покончить с едой и принялось готовиться к долгой дороге, когда из лесной чащи неожиданно появилось около десятка странных животных. Внимание Араба привлекли испуганные крики и лихорадочные попытки пастухов спрятаться. Бросив быстрый взгляд в сторону леса, он подхватил лук и, встав на краю фургона, принялся внимательно рассматривать атакующих.
Внешне они напоминали земных страусов, с той только разницей, что их длинные, хищно загнутые клювы были украшены острыми зубами. Вытянув длинные шеи, они стремительно неслись в сторону лагеря. Их намерения стали абсолютно явны, когда «страусы» решительно атаковали забравшихся в фургон людей.
Натянув лук, Араб выцелил самую агрессивную птицу и выпустил стрелу. Лёгкий снаряд вошёл в грудь существа почти до половины древка. Высоко подпрыгнув, хищник рухнул на землю и, несколько раз судорожно дёрнув длинными голенастыми ногами с крепкими когтями, замер. Остальные хищники даже не заметили смерти собрата, продолжая атаковать фургоны. Сбившись в кучу в середине широкого кузова, люди пытались отбить нападение при помощи подручных средств. Не теряя времени даром, Араб принялся всаживать в «страусов» стрелу за стрелой, благо птицы были крупными и промахнуться в них было сложно. Когда от нападавшей стаи осталось всего три особи, хищники словно поняли, что кто-то убивает их на расстоянии, и, дружно развернувшись, стремительно понеслись в сторону стрелка.
Теперь Арабу оставалось только одно: стрелять очень быстро и очень метко. Что он и сделал, выпустив вторую и третью стрелы, когда первая была ещё в полёте. Все три птицы рухнули в траву. Последний хищник, пропахав клювом несколько метров, умер уже под фургоном Араба.
Отложив лук, он медленно спустился на землю и, внимательно осмотрев лежащее существо, мрачно спросил у восхищённо смотревшего на него Люка:
– Ну, и как вы называете этих птичек?
– Это драфсы, – коротко пояснил подошедший к ним Чин.
– И часто они нападают на стойбище?
– Бывает, – неопределённо ответил старик.
– Чин, говори толком, – мрачно попросил Араб. – Мне нужно точно знать, как их много, как часто они нападают на людей, какими стаями охотятся? Эти вопросы – не просто из любопытства. Это важно. Важно и то, можно ли их есть? Или это просто пожива для падальщиков?
– Нет, это хорошее мясо. Вкусное, – неожиданно улыбнулся старик. – Их перья мы продаём торговцам, а когти и клювы используем для изготовления инструментов. Жаль, что они не бросились бежать. Если найти их гнёзда, можно разжиться яйцами.
– И то ладно, хоть стрелы не даром пропали, – глубоко вздохнув, проворчал Араб.
– Объясни мне, что это за штука? – осторожно спросил Чин, тыча пальцем в лук, лежащий на краю кузова фургона.
– Только не говори мне, что у вас никто не пользуется таким оружием! – недоверчиво проговорил Араб.
– Я нигде такого не видел, – покачал головой старик.
– Это называется лук. Выпуская из него стрелу, я могу убить врага, не подходя к нему близко, – с расстановкой пояснил Араб.
– Этому сложно научиться? – задумчиво спросил старик.
С ходу сообразив, о чем он думает, Араб лукаво улыбнулся и, кивнув, весело ответил:
– Ты прав, это будет намного проще, чем обучить твоих телят драться.
– А есть ещё что-нибудь такое?
– Ты видел, как при помощи кожаного ремня бросают камни? – задумчиво спросил Араб.
– Нет, – снова развёл руками старик.
– Ваши воины не умеют стрелять из лука и не знают, что такое праща? Я правильно тебя понял? – растерялся Араб.
– Всё верно, – удивлённо кивнул старик.
– Но как же тогда воюют краги? – продолжал допытываться Араб.
– Войска сходятся и рубят друг друга мечами, топорами и режут кинжалами, – спокойно ответил Чин.
– Похоже, у нас появился шанс здорово испортить крагам настроение, – весело усмехнулся Араб.
– Что ты задумал? – тут же спросил старик.
– Мне потребуется выделанная кожа, чтобы нарезать ремни вот такой длины, – ответил Араб, широко разведя руки в стороны.
Недоумённо кивнув, Чин подозвал к себе Люка и, пояснив ему, что делать, отправил мальчика к своему фургону. Тем временем женщины уже успели ощипать большинство добытых птиц, и мужчины принялись потрошить туши, чтобы подготовить их к долгому хранению.
Люк притащил свёрнутый в рулон кусок кожи, на поверку оказавшийся целиком выделанной шкурой боска. Одобрительно кивнув, Араб раскатал её на полу своего фургона и, взяв нож, принялся кроить из кожи ремни для пращи. Простота и удобство, вот что было положено в основу этого оружия. С древнейших времён обыкновенные пастухи и крестьяне ловко орудовали этим незамысловатым оружием, лихо разбивая друг другу лбы в войнах и мелких стычках. Вырезав несколько ремней, Араб выбрался из фургона и отправился искать подходящие камни. Выбрав несколько круглых голышей подходящего размера, он вернулся обратно к фургону и, закрепив ремень на запястье, вложил камень в петлю. Выбрав цель в виде висящего на пальме непонятного плода, Араб ловко раскрутил над головой пращу и, резко выбросив руку, послал камень в полёт.
Гул раскрученной пращи привлёк внимание вождя племени. Чин следил за действиями пришельца, открыв от удивления рот. Камень свистнул и размытым пятном метнулся к цели. Раздался глухой удар, и плод свалился на землю. Не поленившись, Чин подошёл к упавшему плоду и, осторожно перевернув его ногой, с задумчивым видом принялся рассматривать результаты броска.
Не сообразив, в чём дело, Араб подошёл к нему и, бросив взгляд на упавший плод, спросил у старика:
– Что-то не так?
– Это кос. Его орех нельзя расколоть даже большим камнем. Скорлупа очень прочная.
– И что? – не понял Араб.
– Ты разбил его при помощи своего оружия, – тихо ответил старик.
– Хорошо, – с довольным видом кивнул Араб. – Но я не понимаю, что тебя не устраивает?
– Мне вдруг стало страшно, – неожиданно признался старик. – Я представил себе, что будет, если это оружие попадёт в руки крагов или наёмников. Ведь тогда вся наша земля умоется кровью.
– Значит, нужно сделать так, чтобы оно не попало им в руки, – пожал плечами Араб.
– Как тебя понять? – растерялся старик.
– Просто. Я научу пастухов пользоваться пращой. Её можно носить вместо обычного ремня, на поясе. А камней везде много, – лукаво улыбнулся Араб.
– А лук? Ведь это настоящее оружие и его не спрячешь, – не уступал Чин.
– Вы не пользуетесь кнутами, – задумчиво ответил Араб.
– Мы не знаем таких вещей, – мотнул головой старик.
– Кнут – это палка с верёвкой, которой погоняют животных. Если снять тетиву, то лук вполне сойдёт за посох, раз уж кнуты у вас тоже не в ходу. Надеюсь, посохами у вас пользуются?
– Да, многие ходят за стадом с длинной палкой. Так, на всякий случай, – пояснил старик.
– И то ладно, – покладисто кивнул Араб. – Стрелы спрятать, а лук носить вместо посоха. Краги наверняка не таятся, когда находят пастухов.
– Наоборот. Они сразу начинают кричать и громко звать друг друга, чтобы заставить пастухов бежать. Тогда они гонятся за ними на своих таргах и колют их копьями. Это у них называется: заставить скотину побегать.
– Ничего, – мрачно пообещал Араб, – скоро они от нас бегать будут.
– Ты собираешься объявить им войну? – спросил старик.
– Нет. Никакой войны не будет, – решительно ответил Араб. – Я просто буду уничтожать их как смертельно опасных зверей. Из-за угла. Из засады.
– Я думал, что ты воин, а ты собираешься поступать, как обычный наёмник, – удивлённо проговорил Чин.
– Я воин. Но я один. И геройски погибать ради дурацкой идеи я не собираюсь, – резко ответил Араб. – Для тебя главное – сохранить племя. Всё остальное оставь мне. Пусть это будет на моей совести.
– Я не знаю, что означает это слово, «дурацкий», но судя по тому, как ты это сказал, оно означает что-то не очень приятное, – неожиданно насупился Чин.
– Я хочу сказать, что каждый должен заниматься своим делом, – попытался смягчить свою резкость Араб. – Ты – пасти босков, а я – воевать. И пусть тебя не смущают мои методы и способы. Ты об этом ничего не знаешь.
– Я вынужден согласиться с тобой, – задумчиво кивнул старик. – В войне я действительно ничего не понимаю. Но мне трудно понять, почему ты не хочешь сражаться с ними открыто?
– Да потому, что их много. Ты сам говорил, что они выезжают на охоту всем скопом. Всей семьёй. Понимаешь, если один краг, воин по рождению, неожиданно исчезает, то остальные сначала задумаются, а потом испугаются.
– Возможно, – задумчиво кивнул Чин. – А возможно, что это наоборот только раззадорит их.
– Ничего, это нам тоже на руку, – жёстко усмехнулся Араб, медленно сворачивая пращу.
– Хорошо, – решительно махнул рукой старик, – делай, как считаешь нужным. Я не стану вмешиваться.
– Это мудрое решение, – одобрительно кивнул Араб. – Если не можешь помочь, то хотя бы постарайся не мешать.
Ловко развернувшись на своих костылях, он не спеша заковылял к фургону. Проклиная эти не уклюжие деревяшки и свои раны, он забрался в кузов и, устроившись на шкурах, задумчиво уставился на сплошную зелёную стену леса.
* * *
Великая госпожа и высокочтимая хозяйка дома, как велеречиво называли её рабы, проснулась и, лениво потянувшись на изысканно тонких простынях, негромко рассмеялась, вспомнив испуганные старания своего постельного раба минувшей ночью.
Великая госпожа пообещала ему, что наградит в случае успеха и прикажет живьём сварить в саранговом масле, если он не доставит ей удовольствия. Раб старался. Он очень старался, и поэтому она разрешила ему жить дальше. Награды же он так и не заслужил.
Ей вообще трудно было угодить. С тех пор как хозяин дома, великий господин, получил наконец долгожданного наследника, он вообще перестал входить в её спальню, предпочитая развлекаться на конюшнях и в камере пыток. Его дикая, неуёмная фантазия заставляла искать всё новых развлечений, жертвами которых становились практически все, кто проживал в замке. Если объекту его развлечений удавалось пережить этот кошмар, то он уже не скоро мог быть на что-то годен. Но такое случалось редко. Пережить близкое, интимное знакомство с наследным крагом мог только другой краг. Несмотря на внешнюю изнеженность и анемичность, они были воинами. Все. И мужчины, и женщины. Каждый из них походил на сыромятный ремень, который тянется, но не рвётся. А кроме того, каждый из крагов и сам был не прочь подвергнуть таким развлечениям кого-то из своих собратьев. Такие дела считались нормой во всех правящих домах Гаронды. Ведь владетель – выше всех обычных норм, правил и законов. Только воля блистательного Сархана могла заставить эти существа изменить обычный порядок своих дел и обратить внимание на проблемы государства. Но и такое случалось редко. Блистательный Сархан и сам был крагом, получившим свой титул в наследство от своего хитрого папаши, сумевшего отравить прежнего Сархана и получить золотой жезл власти. Кусок жёлтого металла, длиной около локтя и толщиной с запястье взрослого мужчины, означал неограниченную власть того, кто умудрялся получить его в руки. Считалось, что жезл обладает магической силой и тот, кто смог вырвать его из рук умирающего властелина, получает его силу и власть. Но получить её можно только одним способом. Убив своего предшественника. Способ убийства не оговаривался, и поэтому каждое из семейств регулярно предпринимало такие попытки. Единственное, что удерживало крагов от состояния постоянной войны, была жестокость блистательного Сархана. Любой краг, сделавший попытку добраться до жезла и потерпевший неудачу, попадал в камеру пыток, откуда для него был только один выход – в могилу. Вместе с ним в камеру попадали все, пришедшие во дворец Сархана. Считалось, что оставшиеся в родовом замке ничего не знают о планах наносивших визит. Ведь давно известно, что краг делает то, что сам захочет и когда захочет.
Услышав смех хозяйки, личные рабыни бросились умывать и умащивать тело госпожи. Вышколенные, а точнее запуганные до полуобморочного состояния, они быстро и бесшумно выполняли все капризы своей хозяйки. Рабы внесли в спальню огромный чан с парным молоком и, подхватив хозяйку под локти, осторожно опустили в него. Стоявшие рядом рабыни тут же принялись омывать её тело при помощи мочалок, сделанных из пуховой шерсти. И рабы, и рабыни были полностью обнажены. В складках одежды и набедренных повязках можно было спрятать оружие. Краги могли быть скупыми, кровожадными, извращёнными, но не глупыми. Глупый краг – это мёртвый краг. Их боялись и ненавидели. И любой из рабов готов был отдать один глаз, чтобы вторым глазом увидеть смерть одного из крагов.
Покончив с омовением, госпожа соизволила пожелать завтрак, который был немедленно подан в голубую столовую. Накинув на плечи лёгкую накидку из прозрачного материала, который добывали далеко на юге из паутины специально выращенных пауков, она прошла к столу и, усевшись в мягкое резное кресло, взяла с золотого блюда свежую булочку. Аромат свежей выпечки приятно щекотал ноздри, вызывая прилив слюны во рту. Поднеся булочку к тонким, почти прозрачным ноздрям, она вдохнула её аромат и, макнув в вазочку со свежим мёдом диких пчёл, вонзила в неё крепкие зубы.
Наступил ещё один обычный, скучный день. Выглянув в окно, она обвела взглядом тщательно ухоженный сад и, немного подумав, решила прогуляться, пока не наступила дневная жара. Тряхнув стоящий на столе колокольчик, она ленивым голосом отдала приказание и вытянула длинные, изящные ноги, чтобы рабыни могли обуть её. Две молоденькие девочки быстро надели ей на ноги открытые сандалии на высоком каблуке и, обмотав голени позолоченными лентами, осторожно затянули завязки под коленями, так, чтобы они находились строго посередине икр.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?