Читать книгу "Академия №13. Шанс для бракованной"

Глава 5

Жизнь не переставала удивлять. На этот раз приятно.

Стоило выбраться из подвала, как выяснилось, что тринадцатая академия магии ничего общего с болотом не имеет. На улице было светло, тепло и оживлённо. Студенты… то есть, адепты в чёрных мантиях с подбоем разных цветов выходили из жилых зданий и небольшими группками устремлялись к учебным корпусам, маячившим вдали.

Меня они, безусловно, замечали, потому что замолкали, проходя мимо, а потом ещё по несколько раз оборачивались в попытке получше рассмотреть. Подозреваю, всё дело в отсутствии мантии.

Собираясь на встречу с ректором, я оделась, как девочка: вместо кепки – аккуратная шляпка, вместо штанов – юбка, а вместо бесформенного мехового жилета, скрывающего фигуру, – приталенный жакет.

Я шла, мерно постукивая тростью и чуть прихрамывая (надо же обосновать наличие палочки!), хотя стёртая в дороге нога, благодаря волшебной мази, практически зажила.

Уложенные в причёску кудри сияли, играя солнечными бликами, пусть и не так ярко, как это бывает в темноте.

Нервничала ли я?

О да! Даже пару капель успокоительного зелья выпила.

Быть новенькой – это всегда испытание. Особенно в академии магии, где человек человеку зверь. Не человеку – тоже. Короче, тот ещё зоопарк. Друзья, возлюбленные, враги – как показывает опыт, все мы прежде всего конкуренты. И при первом же удобном случае лучшая подруга с радостью воткнёт в спину нож, а парень, недавно клявшийся в любви, бросит и ославит на весь МагВУЗ.

В столице было именно так. Здесь… как бы хуже не оказалось!

И всё же, вопреки терзавшему душу беспокойству, я чувствовала себя в своей стихии. Это ведь академия магии! Пусть другая, пусть у тирса на рогах, пусть… Но тут по-своему красиво. И неожиданно тепло, хотя ночью было прохладно. И так солнечно, что приходится щуриться, прикрывая ладонью глаза.

И ребята такие же, как и везде. И небо тоже такое же, хотя нет… небо лучше.

Остановившись, я подняла голову, чтобы полюбоваться на плывущие бело-розовые облака, похожие на летающие корабли. Присмотревшись, и правда увидела крылатый парусник. Настоящий! Восприняв небесного странника, как добрый знак, улыбнулась.

Всё же убойные капельки у магистра Левиафорта – в заторможенную муху не превращают, как большинство успокоительных снадобий, а настроение незаметно поднимают, меняя восприятие окружающей действительности.

Или это не только они, но и всё в совокупности так повлияло?

Казалось, что вместе с ночным мраком рассеялся и зловещий туман, и даже число тринадцать на главной башне замка перестало источать мрачный красный свет. Вокруг было много роз, деревянных скамеек с ажурными боковинами, причудливых клумб и похожих на вазы урн. Аромат цветов смешивался с морской свежестью, и я, остановившись, вдохнула поглубже, наслаждаясь этим сочетанием.

– Алиса?

Я словно очнулась, выпав из созерцательного транса. Обернулась на голос и в удивлении уставилась на брюнетку… которая тоже была без мантии.

Преподавательница? Или ещё одна припозднившаяся новенькая?

– Здравствуй, – улыбнулась я ей и заломила бровь в ожидании. Она моё имя знает, не пора ли тоже представиться?

– Я Вилма, – сказала девушка так, будто мне это о чём-то говорит. – Вилма! – повторила лна, не видя на моём лице проблесков озарения.

– Ворона, что ли? – осторожно предположила я, мысленно готовясь извиняться, если брюнетка за такое сравнение обидится.

– Да-да! Это я.

Не обиделась.

– А другие птицы… они тоже люди? – спросила я, вспомнив, что пернатых говорунов вчера было аж четверо. И это только те, с кем наши пути пересеклись.

– Мы все родственники, – сообщила черноволосая болтушка. – Один большой пернатый клан оборотней!

Она и ночью говорила без умолку, сопровождая меня. Самая адекватная из их семейки. Интересно, а остальные ей кто? Сестры, братья? Или, может, мама, папа, бабушка?

Стоило раньше догадаться, что воронья шайка – зверолюды. Но я почему-то решила, что это либо нечисть, либо фамильяры. Хотя ясно почему: двуликих, способных менять не только облик, но и размер, в нашем мире мало. Самые яркие представители этого вида оборотней – драконы. А тут – надо же! – целый пернатый род.

Прикольно!

Вилма оказалась настоящей находкой для шпиона. Тут же выложила мне родословную своей уникальной семьи, по секрету сообщив, что заправляет здесь всем бабуля – это она та вредная комендантша, которая подселила меня к злобному призраку. А ещё она большая поклонница некоего Люция Танненбаума.

Интересно всё-таки, что он за зверь такой. Куратор мой будущий, да? Раз я перевожусь на его курс.

– А Люций этот кто? – нагло пользуясь словоохотливостью собеседницы, спросила я.

Мы шли в направлении главного учебного здания вместе, потому что ворона-гид… вернее, теперь уже девушка-гид решила проводить меня, чтобы я не заплутала.

Логично! Территория академии оказалась очень большой, а картой меня снабдить никто не удосужился. Да и когда? Я же ночью приехала.

– Как кто? – искренне удивилась Вилма. – Твой будущий декан. Мы, кстати, к нему и идём. Ректор вчера отбыл на большую землю – там какой-то экстренный слёт глав МагВУЗов намечается. Твоим оформлением займётся декан факультета некромагии.

Вообще-то, именно так обычно и делается, просто у меня был особый случай и письмо к ректору, с которым договаривались о моём переводе. Но судьба-злодейка решила иначе, отправив меня прямо в лапы к…

Так, минуточку.

– Факультет некромагии?! – воскликнула я, привлекая к нам ещё больше внимания.

И так народ пялился на двух девчонок без формы, которые о чём-то оживлённо шушукаются, а тут одна ещё и вопит, аки банши.

– Что тебя удивляет? – выгнула бровь моя спутница. Её, в отличие от меня, чужое внимание нисколечко не смущало.

– Всё! – честно призналась я. – Мне казалось, кафедра судебной экспертизы должна относиться к юридическому факультету, а не…

– А! – понимающе улыбнулась брюнетка, перекинув на другое плечо длинную чёрную косу. – Раньше так и было, но потом произошёл некоторый разлад в преподавательских кругах… – Её выразительная мимика, вероятно, должна была показать мне масштабы этого разлада. – В итоге юридического факультета в тринадцатой академии не стало. Совсем. Часть кафедр отошла боевым магам, часть некромантам, а часть гуманитариям с факультета магического слова, они теперь не только языковедов, историков и заклинателей готовят, но и юристов, специализирующихся на законах, связанных с магией и магами.

– А некроманты судмагэкспертов обучают? – Вилма кивнула. – Всё страньше и страньше, – пробормотала я, ни к кому не обращаясь.

Моя провожатая пожала плечами, мол, что есть, то есть – привыкай.

Мы немного помолчали. Я думала об отсутствии логики в этой странной академии, она… да тирс знает, о чём она там думала.

– А магистр Танненнбаум… Он какой? – Я решила не терять время даром и узнать о том, что меня ждёт, побольше.

Про декана местного, помнится, Левиафорт, если и говорил, то очень уж уклончиво. Да и то, что ворона-вредина его большая поклонница тоже как-то доверия не внушало.

– О! Он шикарный, – улыбнулась Вилма. Аж глазки загорелись – видимо, от воспоминаний о шикарном некроманте. Или судмагэксперте. О декане, короче. – Роскошный мужчина. По нему многие адептки сохнут. Но ты им не уподобляйся, – предупредила она. – Люций шашни с ученицами не заводит. Да и зачем личу интрижки?

Аш-ш-ш!

Я иду в логово живого мертвеца, который будет решать мою судьбу. Это шутка мироздания такая? Или наказание? Сначала соседка-привидение, теперь декан-лич. Осталось для полного счастья ночью ещё мёртвого дракона встретить! То есть призрачного.

Подумав о ночных визитёрах… не гипотетических, а тех, что уже были, я спросила:

– Вилма, ответь… Это не ты, случайно, Максу сказала, как меня зовут, и где меня поселили?

– Макс? Какой Макс? – заволновалась девчонка, в этот момент сильно напоминая ужимками ворону.

Мне так и виделись вместо её личика с бегающими чёрными глазками большой изогнутый клюв и вставшие дыбом мелкие пёрышки.

– Не знаю – какой. Высокий, черноволосый. С рассечённой левой бровью. Очень наглый и самоуверенный. С амбалом по прозвищу малыш Гвидо ходит.

– Не говори с ним! – придвинувшись ко мне практически вплотную, Вилма сжала мой локоть пальцами. По ощущениям – птичьими. – И даже не смотри в его сторону, – зашипела девушка, воровато оглянувшись. – Он псих. Псих!

– А кроме этого? – не прониклась её настроем я.

– Некромант!

А! То есть лич-декан целого факультета некромагии – милашка, а любой другой некромант – зло во плоти. Любопытные двойные стандарты.

– А ещё? Что ещё в нём такого плохого?

И куда только её болтливость подевалась? Каждое слово приходится клещами тянуть.

– Поговаривают, что Макс – внебрачный сын одного из трёх самых могущественных драконьих князей, но какого именно – никто не знает, – сделала страшные глаза девушка.

Тьма-а-а! Ещё и дракон! Чешуйчатые все, за редким исключением, отморозки. Силы немерено, самомнения тоже, зато с эмпатией полная беда.

– Дракон-некромант-пятикурсник, угу, – буркнула я, прикидывая масштаб своих проблем… и долгов заодно – Макс ведь сказал, что не по доброте душевной мне помогает. – Что-нибудь ещё?

– Псих, – повторила Вилма. Наверное, чтобы я точно это усвоила.

– А Гвидо?

– Он неплохой, но полностью под влиянием психа. Они соседи по комнате.

Мы опять помолчали.

– Значит, не ты ему мои координаты дала? – повторила вопрос я.

– С ума сошла? – Девушка отстранилась, чтобы посмотреть на меня с искренним возмущением. – Я бы никогда!

– А Сержу и его друзьям ничего обо мне не говорила?

И вновь её глазки забегали, а щёчки заалели. Куснув губу, ворона потупилась. Себе на уме птичка – вся в бабушку. Кровь – не вода.

– Зачем? – вздохнув, спросила я.

Мало ли – может, случайно сболтнула, она такая.

– Волки были вчера дежурными по территории. Видели тебя… нас. Я не могла не сказать.

Волки, значит. Очередные оборотни. Как-то многовато тут двуликих.

– А ничего, что они припёрлись ко мне с отнюдь не благими намерениями?

– Но они же обещали… – растерянно пробормотала Вилма.

– Что обещали?

– Не сильно тебя мучить и… не в первые дни.

– А потом, значит, мучить можно, – криво усмехнулась я.

Брюнетка снова пожала плечами.

Рано я расслабилась, поддавшись очарованию прекрасного утра. Своеобразное место – эта тринадцатая академия! Внешне глазу, может, и приятная… в дневное время суток, а внутри – хмарь тирсова с мерзопакосными тирсенятами!

Соседка-призрак, дракон-некромант, декан из высшей нежити и болтливая ворона, которая, как выяснилось, незаменимый источник информации не только для меня, но и для Сержа, и для её многочисленной пернатой родни, и для «роскошного мужчины», надо полагать, тоже. Если тот пожелает.

Не зря мне вчера не хотелось посвящать Вилму в свои личные дела. Спасибо интуиции, что она у меня всё ещё есть… в отличие от контроля над магией.

Глава 6

– Госпожа Эйвери, – протянул бледнолицый блондин лет тридцати на вид, щуря красные, будто горящие угольки, глаза.

На самом деле Люций Танненбаум был, скорей всего, седым, потому что брови и ресницы у него тёмные, зато волосы – прямые и длинные – выцвели добела. Даже пепельного оттенка не осталось.

По моей десятибалльной шкале привлекательности я дала бы ему шесть или максимум семь, а потом вычла ещё три балла за жутковатое впечатление, которое он производит, едва начинает говорить. Оно и понятно – нежить же. Пусть и высшая.

Что Вилма, спрашивается, в нём нашла? А бабка её что? Загадочные двуликие!

– Да, господин декан, – сказала я, стараясь вести себя спокойно, хотя пальцы, теребящие ремень сумки, немного подрагивали. Чуть-чуть совсем – спасибо успокоительному. Но даже оно не могло полностью усмирить мои эмоции.

Здесь и сейчас этот человек… вернее, НЕчеловек решает мою судьбу.

Кто бы на моём месте не нервничал?

– Почему вы хотите перевестись к нам? – продолжал сверлить меня взглядом магистр.

– Вы же читали письмо.

Я немного растерялась. Мало того что этот белёсый хмырь вскрыл послание, адресованное ректору, после чего минут пять его изучал, поглядывая поверх листа на меня, будто сверяясь, так ему всё мало – ещё и вольный пересказ в моём исполнении подавай!

А как я перескажу, если, в отличие от него, чужие письма не читаю?

– Хочу услышать вашу версию, госпожа Эйвери. Будет забавно, – произнёс он, чуть подавшись вперёд, а я едва не отпрыгнула от разделявшего нас стола, словно трусливый заяц от щёлкнувшего пастью волка.

Это разозлило. Я не заяц, а он – не волк! Мы тут не в мире животных, а в академии магии. Я ни в чём не провинилась, чтобы так себя ощущать. А он мне пока даже не декан, чтобы его бояться.

Подумаешь, лич…

В пятой академии магии тоже, помнится, такой профессор был. И ничего! Все студенты целы остались. Вроде бы.

В любом случае нужно держать свои эмоции в узде, если я хочу здесь учиться.

А я хочу!

– Что тут рассказывать? – Гордо вскинула голову я, расправляя плечи. – После несчастного случая во время практического занятия по порталостроению я потеряла связь с нитями элеора, и больше не могу плести заклинания. Однако я по-прежнему магесса: накапливаю в себе силу, вижу чары и их следы. По мнению магистра Левиафорта, делаю это лучше, чем большинство других магов.

– Вот как… – протянул декан, дёрнув уголком тонких и на диво подвижных губ.

Складывалось впечатление, что он эмоции только ими и выражает, потому что остальная физиономия не менялась совершенно: будто он не мужчина, а статуя с арсеналом всевозможных улыбок. Хотя нет… ещё левая бровь периодически приподнималась. И пожалуй, всё.

– Там что-то другое написано? – проявила любопытство я, пряча за ним беспокойство.

Может, мои бывшие преподаватели придумали мне какую-нибудь героическую легенду для перевода, а я сломала их хитрый план, сказав правду. И свою жизнь заодно сломала, угу.

– Вам интересно? – Второй уголок его рта тоже поднялся, и задумчиво-надменная полуулыбка превратилась в откровенно хищную. Я кивнула, ибо да, интересно, но всё-таки сделала маленьких шажочек от стола – на всякий случай. – Мне тоже! – внезапно заявил лич. – Мне крайне любопытно, почему за вас, госпожа Эйвери, хлопочут магистры первой академии магии: самовлюблённые, чванливые зазнайки, считающие наш ВУЗ третьим сортом. – Вы чем-то их довели, и они решили сослать вас к нам, не имея возможности просто выгнать? Чем? У вас отличные оценки, хорошая репутация… Что вы натворили, господа Эйвери? И почему вас просто не отчислили? Вы дочь какого-то высокопоставленного чиновника? Аристократа? Или, может, чья-то любовница? – Он скользнул таким откровенным взглядом по моей фигуре, что меня бросило в краску.

Всегда недолюбливала некромантов, но скоро, чую, буду их люто ненавидеть. Что Макс с Гвидо, что этот…

Проклятье! Да я ведь и сама скоро отчасти некроманткой стану, если примут на обучение. Факультет-то у нас один.

– Ничья я не любовница! – воскликнула возмущённо. – И не аристократка. И не дочь богатого папочки тоже. Я, вообще, сирота. – Никогда не думала, что буду говорить это с гордостью и, тирс побери, с радостью. – Меня бабушка вырастила, но она год назад умерла. Родители были простыми ремесленниками, магически неодарёнными.

– Врать не советую, – опять прищурился декан.

Куда больше-то? И так не глаза, а мерцающие алые щёлки!

– Я не вру. Можете мага-ментала пригласить и удостовериться, – заявила с вызовом. Разумеется, я не думала, что он именно так и поступит, но…

– Отличная мысль!

Тирсова тьма! Кто меня за язык тянул?

Мозгокопателя декан, к счастью, не вызвал. Вместо этого он вынул из массивного перстня чёрный камень, и, достав из ящика стола полупрозрачный дымчатый аналог, вставил его в оправу. После чего выразительно взглянул на меня и поманил к себе пальцем.

Естественно, с места я не сдвинулась, продолжая стоять и хлопать ресницами, не до конца понимая, чего эта высшая нежить хочет.

– Подойдите ко мне, госпожа Эйвери, если действительно хотите, чтобы я принял вас на мой факультет.

– Зачем? – спросила я настороженно.

– Зачем принимать? – развеселился декан, что в его исполнении выглядело пугающе.

– Зачем подходить! – скрипнув зубами, ответила я.

Хотя уверена на все сто – он прекрасно меня понял и с первого раза.

– Хочу удостовериться в правдивости вашей истории с помощью ментальной магии. – Декан постучал по перстню, заряженному светлым камнем. – Ну же, Алиса, – сказал он чуть мягче, будто уговаривая. А потом насмешливо добавил: – Боитесь или есть, что скрывать? Я очень не люблю сюрпризы, особенно от первой академии…

– Я согласна! – вырвалось у меня. – Проверяйте.

Одно я точно уяснила – магистр Танненбаум крайне негативно относится к моему прежнему МагВУЗу и к тем, кто там работает. Не зря Левиафорт юлил, когда речь заходила про местного декана. Понятно теперь – почему.

Не давая себе передумать, я решительно обогнула большой прямоугольный стол и замерла в паре шагов от лича, который повернулся ко мне вместе с креслом.

Проблему неприятного запаха некроманты научились решать давно (не только они), но меня всё равно не покидало чувство, что от магистра веет смертью, хотя парфюм был вполне приятный. Горьковатый такой, древесно-травяной – чем-то неуловимо напоминает запах леса после дождя.

– Ближе, – сказал декан, продолжая сидеть в расслабленной позе, положив на подлокотники руки. Сделала ещё шаг: осторожный, маленький. – Ближе! – повысил голос он. Да куда ближе-то? На колени к нему сесть, что ли? Стиснув кулаки, сократила дистанцию до минимума и замерла, практически касаясь бедром его ноги. – Так хорошо, – одобрительно улыбнулся он, а потом, подняв руку с перстнем, коснулся кончиками пальцев моей щеки и виска.

Аш-ш-ш!

В меня словно сотня колючих иголочек воткнулась. Мало того что пальцы у лича ледяные, так от них ещё и магический ток идёт: тоже ледяной. Не то чтобы больно, но и приятным сие действо не назовёшь.

Инстинктивно отпрянуть декан мне не дал, обвив второй рукой талию. Причём так, что возникло ощущение, будто я оказалась в каменных тисках, откуда без боя не вырвешься. С боем – тоже не факт.

– Чья ты дочь? – задал первый вопрос магистр, удерживая мой взгляд, отчего мне начало чудиться, будто мы неотвратимо сближаемся, и я, как песчинка в океане, растворяюсь в алом пламени его мерцающих глаз.

Повторила, как под гипнозом, имена родителей, их профессию, город, откуда они были родом, и даже место, где похоронены, назвала.

– Кто твой любовник? – ничуть не смущаясь, продолжил выпытывать подробности моей личной жизни декан. Очевидно, желал доказать свою правоту.

И именно в этот момент дверь с коротким стуком открылась, явив нам эльфийку со стопкой каких-то бумаг… которые эффектно разлетелись по кабинету, выпав у неё из рук.

Люций Танненбаум убрал руку с моего виска, но не с талии, лишив меня возможности отскочить. Посмотрев на секретаря так, что та умудрилась всё собрать в мгновение ока и, пискнув «извините», исчезнуть в приёмной, он снова перевёл взгляд на меня.

– Дальше?

Я же словно закаменела, не в силах пошевелиться. Хотелось вырваться из капкана и убежать на улицу, где тепло, светло и безопасно, но вместо этого я продолжала стоять близко-близко к магистру, ощущая, как тяжёлым грузом давит на поясницу его ледяная ладонь.

Как могильная плита, вот честно!

– Давайте, – сказала я тихо, но твёрдо.

Чем быстрее он удостоверится, что я ничего особенного не скрываю, тем скорее всё закончится.

Глава 7

Я думала, что это будет допрос с магическим определителем лжи, как поначалу, однако всё оказалось куда хуже. Не знаю, какая сила скрывалась в перстне магистра Танненбаума, но она не просто побуждала говорить правду – она провоцировала воспоминания, вновь и вновь погружая меня в прошлое. Оно наползало холодной сизой дымкой, заставляя заново переживать то, что так хотелось забыть.

Вот я только что сдала зимнюю сессию: счастливая и гордая собой, потому что по всем предметам получила высшие баллы. Более того – Левиафорт зачислил меня в команду для осеннего турнира, где участвуют лучшие ученики из тринадцати магических академий. Я с первого года училась на отлично, но такой чести удостоилась только на третьем.

Удача мне явно благоволила, одаривая неожиданными подарками. Пару месяцев назад у меня появилась первая настоящая подруга – мы с ней учились в одной группе, но раньше близко не общались, хотя и не враждовали тоже. Я, вообще, мало с кем враждовала, предпочитая поддерживать нейтралитет в отношениях с однокурсниками и заниматься исключительно учёбой.

Но Тара сумела найти ко мне ключик. Как-то раз, когда нас с ней задержали после занятий, загрузив работой во благо любимой академии, она просто подошла и предложила дружить, объяснив это тем, что мы с ней похожи: обе целеустремлённые, ответственные и с незаурядными способностями.

Лукавила, конечно. Не в части способностей и целей, а в вопросе сходства. Она – королева нашего курса: умница, красавица, к тому же аристократка. Я – простолюдинка. Не уродина, конечно, но и не безупречная леди, как госпожа Дэверо. Мы с ней были из разных миров, но её это нисколечко не смущало, в отличие от меня.

Вода, как известно, камень точит. И Тара, словно та вода, умудрилась растопить мой скептицизм и пробить брешь в осторожности. Я впустила её в свою жизнь, в свою комнату и в своё сердце. А потом она познакомила меня с виконтом Аланом Нори, который был не только крайне выдающимся старшекурсником с факультета боевой магии, но и близким другом её брата.

В Алана трудно было не влюбиться – атлетически сложенный, высокий, синеглазый блондин поражал трепетные девичьи сердца одним только взглядом. У него было столько поклонниц, что и не сосчитать. Даже некоторые преподавательницы по нему украдкой вздыхали, считая эталоном мужской красоты.

Я никак не могла понять, почему этот великолепный молодой маг, устав от своих бесчисленных побед, выбрал меня: обычную заучку без рода и племени. У меня не было денег, как не было и влиятельной родни, которая могла бы поспособствовать карьерному росту будущего зятя. У меня ничего не было, кроме себя самой.