Текст книги "Страж Китежа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/strazh-kitezha-255955.jpg)
Автор книги: Евгений Нетт
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Надеюсь на твоё благоразумие! – Дорш усмехнулся собственным словам. – Но если ты думаешь, что я просто отсюда уйду, то нет, сын мой. Ты в деталях мне расскажешь о том, чем здесь занимаешься. Приступай. – Глава клана Нойр взмахнул рукой, а Элин, издав тяжёлый вздох, начал свой рассказ.
А кто говорил, что будет легко?
Глава 5
Дни шли сплошным потоком, а Элин, с головой погрузившись в работу, почти всё время проводил в мастерской, решая проблему колоссальных размеров: ни один из имеющихся в клане материалов не мог вместить в себя даже порядком урезанное сердце будущего посоха.
Как бы перерождённый ни тасовал сегменты и отдельные цепочки, но добиться от них удовлетворительной работы не мог. Ему требовалось нечто большее – или уникальный в своих свойствах материал, или кардинальное изменение схемы, со столь стремительной разработкой которой ему и так банально повезло.
– Молодой господин! – От ворот донёсся стук, и Элин обернулся, едва удержавшись от того, чтобы послать решившего его отвлечь человека далеко и надолго. – Молодой господин, с вами ищут встречи! Это важно!
«Иногда мне даже интересно, что творил тот Элин, которого мы заменили, – с толикой ехидцы высказалась змейка. – А тебе?»
«Я примерно представляю себе, чем и как он занимался. И, Эрида, уж поверь, хорошего там ничего нет».
Анимус с тяжёлым вздохом поместил готовое древко и уже обработанные сердца-набалдашники разной формы в перстень. Он никогда не оставлял их в мастерской, опасаясь кражи, ведь здание склада само по себе было защищено крайне посредственно, а о том, что здесь работает наследник, к концу второго месяца лета знала уже каждая собака.
«Единственное, что меня волнует, это последствия его поступков, которые мне приходится ежедневно разгребать».
Элин нисколько не преувеличивал, говоря о ежедневных проблемах. Одни только многочисленные якобы друзья, которым от наследника среднего клана Нойр требовались лишь деньги да покровительство, создали проблем больше, чем в своё время старая Эрида. А озлобленных мужчин, обзаведшихся развесистыми рогами, перерождённый устал считать. Те будто бы видели Элина за каждой изменой, случившейся в городе, и, соответственно, приходили за ответами. И не будь у перерождённого техник разума, он бы просто утонул в этом дерьме, ведь память предшественника у него отсутствовала, а четверо гостей из пяти хотели просто нажиться, а не добиться справедливости.
– Кто на этот раз? – устало спросил Элин, распахнув ворота и выйдя наружу.
Солнце уже миновало зенит и неспешно клонилось к горизонту, но район клана был столь же оживлённым, как и тремя часами ранее. Люди сновали пешком и на конях, а временами нет-нет да проезжали мимо гружёные повозки.
И Элину очень нравилось, во что превратились Нойр в этот раз. Самодостаточный, сильный и многочисленный клан одним своим существованием отсекал львиную долю причин для беспокойства о нём. – Старший сын клана Аквилас, молодой господин.
Элин поверхностно пробежался по воспоминаниям обратившегося к нему слуги и едва сдержал желание смачно выругаться. Во-первых, гость действительно был клановым и принадлежал к основной ветви. Сценарий действий из-за одного только этого усложнялся в разы. А во-вторых, поведение, внешний вид и сопровождающие этого сына Аквилас прямо указывали на его желание поучаствовать в дуэли.
«Нашёл, сучий сын, повод сразиться с другим высокорождённым анимусом из среднего клана. Лёгкая победа, если принять во внимание старую силу моего предшественника», – подумал Элин, прикидывая, как выйти из конфронтации с наименьшими потерями.
И по всему выходило, что дуэли чести избежать не удастся. При этом дуэль официальная, и Аквилас привёл с собой судью от какого-то нейтрального клана. Не удастся даже сместить их внимание на что-то другое, как делал Элин при встрече с прочими анимусами, способными прорваться сквозь его маскировку, – заметят в момент. И если в своей победе перерождённый не сомневался (всё-таки золотым рангом в его возрасте похвастаться не мог ни один из сверстников), то раскрытию информации о взрывном росте сил наследника Нойр в данном случае помешать было невозможно. Ведь к судейству в Китеже всегда подходили с особой серьёзностью, а когда один из участников – наследник среднего клана…
«Всё так плохо?»
«Хуже, чем хотелось бы. Вероятно, уже завтра на меня обратят внимание абсолютно все заинтересованные лица, а послезавтра подтянутся охотники за геномами. Репутация Элина Нойр сразу укажет им на самый короткий путь к желаемому».
Невесело покачав головой, перерождённый запер за собой ворота, двинувшись прямиком к главным воротам клана. На самом деле выходов с территории Нойр было больше десятка, но если кто-то искал встречи или приходил с официальным визитом, то использовать должен был лишь южные, считающиеся основными ворота.
«И все наши труды по отваживанию многочисленных пассий прошлого меня канут в Лету».
«Этого никак не избежать?».
«Дуэль чести – это сплошь официальное событие, перед которым независимый судья должен проверить обоих участников и высказать своё мнение о целесообразности боя. Обман в таком случае неприемлем, так что – да, змейка, извернуться тут не выйдет. Если только обставить всё таким образом, чтобы дело не дошло до непосредственно вызова, но судя по тому, что я увидел, паренёк настроен решительно», – мысленно ответил перерождённый, дополнив слова образами того, что ему удалось поймать на поверхности мыслей слуги.
«Тогда остаётся смиренно принять раскрытие нашей маскировки за данность, – подчеркнула очевидное Эрида, тут же форсировав развитие диалога: – Но ты всё равно собираешься прочесть его память?»
«Поверхностные мысли, а не память. Это даже нельзя назвать полноценным воздействием, так как явных следов оно не оставляет и все известные мне виды защит даже не тревожит. Другое дело, что цель, приложившая для защиты разума хоть какие-то усилия, уже станет невосприимчива к чтению, но в Китеже… Это отдельный разговор».
За прошедшее время Элин успел пообщаться со многими анимусами, и специально свой разум среди них не укреплял никто. Все, начиная от зелёных адептов и заканчивая ветеранами платинового ранга, полагались на крепость своей воли, считая, что при условии полного отсутствия специалистов в воздействиях на разум этого будет вполне достаточно. Так оно и было на деле: низшие с подобными способностями не могли подавить волю сильного духом человека, а среди людей изучение ментала было строжайше запрещено.
И запрет этот появился не в угоду чьей-то придури, а из-за реальной опасности для практиков техник разума. Ведь что обычные люди, что анимусы в большинстве своём с трудом управлялись с собственным разумом, из-за чего возможность видеть, читать и изменять чужие сознания воздействовала на них, словно очень сильный яд, смешанный пополам с некачественным дурманом.
Иными словами, те практики, о которых было известно, рано или поздно скатывались в полное безумие, и безобидными они были очень-очень редко. Гораздо чаще против таких умудрённых опытом анимусов приходилось собирать полноценные армии, и при этом без потерь всё равно не обходилось.
В исторических летописях такие случаи рассматривали со всех сторон, активно закладывая в умы новых поколений мысль о недопустимости овладения этой силой.
Будь у перерождённого выбор, он скорее всего отказался бы от такой сомнительной чести – становления специалистом в ментале, но в заточении этого самого выбора он был лишён. Или техники разума и сохранение своей памяти в целостности, или поражение и скорая смерть.
«Считаешь, что с таким подходом к защите сознания в Китеже могут найтись люди, служащие симбионтам?»
Элин сдавленно чертыхнулся, ведь змейка сказала то, о чём он сам боялся упоминать вслух. Да, огромная брешь в защите людей – это намеренно похороненные знания о защите разума. Их постепенно задвигали всё дальше и дальше под эгидой защиты анимусов от них самих, а теперь, как итог, титанической мощи на службе симбионтов было просто нечего противопоставить.
Можно ли исправить ситуацию? Да.
Способен ли на это Элин? Нет.
Его собственного влияния ни сейчас, ни в ближайшие годы совершенно точно не хватит для того, чтобы протолкнуть необходимость развивать хотя бы ментальные защиты где-то помимо родного клана. Конечно, он мог устроить в Китеже форменную вакханалию, покопавшись в мозгах десятка-другого облечённых особой властью лиц, но тогда изгнание станет самым мягким наказанием из возможных. С гораздо большей вероятностью по голову мозголома отправят с десяток профессиональных отрядов, которые будут его преследовать не месяцами, а годами. И на такую жертву Элин пошёл бы, лишь обладая абсолютной уверенностью в её необходимости.
«Конечно, могут. Симбионты… Они сильны, да. И интеллектом не обделены тоже. Им совершенно не обязательно проникать за стены – достаточно понемногу обрабатывать людей в отрядах, выходящих на охоту. А город покидали абсолютно все анимусы, включая глав кланов, членов совета академии и лучших из стражей…»
Чем больше Элин пользовался своим особенным талантом, тем чётче понимал, насколько люди уязвимы. Он – уникум, сломить которого лордам симбионтов не удалось за десятилетия, но обо всех остальных такого сказать было нельзя.
Даже Дорш, глава среднего клана и опытный боевой анимус платинового ранга, защищался отчасти интуитивно и потому, что его комплексные защитные техники изначально включали в себя элементы, обеспечивающие обнаружение ментальных контактов любого уровня и способные выгадать защищающемуся секунду-другую. Правда, от серьёзного удара такая защита в принципе спасти неспособна, но людей это не волновало совершенно. Как и Элина до того момента, когда он воочию узрел все возможности ментала как отдельной силы, которую на пике мастерства можно даже ничем не дополнять.
«По всем этим причинам меня сильно беспокоит ранний выход на сцену. Даже если всё пройдёт как надо и я добьюсь звания стража, от угрозы культистов тернового венка с симбионтами пополам нас это не избавит».
Тем временем Элин вышел на финишную прямую, уже видя ожидающую его процессию – всё ровно так, как он прочёл в чужих мыслях. Сам Аквилас, невысокий чернявый юноша со злыми бегающими глазами, пара его телохранителей-воинов и судья, выставивший напоказ ранговый амулет золотого анимуса. В целом ровным счётом ничего серьёзного, если не принимать во внимание их намерения и тот факт, что якобы независимый судья на всю округу фонил чем-то очень нехорошим. С такого расстояния перерождённый улавливал лишь обрывки его мыслей, но даже так уже понимал, что эта недоброжелательность к дуэли не имела никакого отношения…
«Змейка, – сомневался Элин недолго, – на тебе шлем. Ищи тех, кого не замечу я сам».
«Сделаю».
Анимус выдохнул и поднял степень слияния до той границы, за которой начинались крайне заметные изменения во внешности. Параллельно с тем он подготовил основу для моментального развёртывания шлема, разумно предположив, что перестраховка лишней может и не быть. А сразу после этого его глаза вспыхнули, и судья, поверхностные мысли которого предстали перед перерождённым в полный рост, замер…
Свист рассекаемого воздуха оборвался в тот момент, когда вокруг Элина развернулась сотканная из нитей ядовитой анимы сфера, остановившая с десяток необычных лезвий. На грани восприятия раздался женский крик, но перерождённый не обратил на это никакого внимания. Он, организовав вокруг себя надёжный защитный периметр, сумел поймать взгляд несостоявшегося убийцы и теперь пристально смотрел в его глаза, выворачивая наружу чужую память.
Податливый, незащищённый разум открылся менталу в тот же момент, как он нанёс удар, и теперь Элин активно выискивал в беспорядочной череде образов ту информацию, что была ему необходима. Всё то, что было на поверхности, он просмотрел ещё в первые мгновения и потому не опасался удара в спину. Кто бы ни нанял этих представителей теневого Китежа, но на профессионалов он поскупился, и единственного анимуса золотого ранга перерождённый потрошил прямо сейчас, превращая его разум в отвратительного вида кашу.
«Кому-то везёт… – Элин вернулся в реальность, в два шага приблизившись к теперь уже овощу и обрушив на него технику, что практически моментально превратила тело в изъеденное кислотой нечто. Теперь никто не сможет определить в этой куче мяса не то что анимуса, но даже человека. – А кому-то – не очень. Ничего подозрительного?»
«Ещё двое… нет, ещё один убийца прорывается в сторону ворот».
Стража Нойр присутствовала здесь не просто для красоты, за счёт чего один из уцелевших ассасинов был ими практически сразу нейтрализован.
Очевидно, что нападавшие рассчитывали поразить наследника и тем самым приковать к нему все взгляды, ведь покрытые рунами лезвия были рассчитаны на пробитие любых типовых барьеров вплоть до золотого ранга включительно, а нанесённый на них яд гарантировал отложенную на несколько десятков секунд смерть. Достаточно было небольшой раны, которой малоопытный низкоранговый анимус обязательно обзавёлся бы, даже будь при нём защитный артефакт. Лезвия пробивают барьер – яд убивает.
Простой и надёжный план, если, конечно, цель не окажется гораздо более сильной, чем ожидалось…
Перерождённый вскинул руку вперёд и вверх, и с кончиков его пальцев сорвалась пара неаккуратных, кислотного оттенка клякс, с лёгкостью пробивших стену дома, в окно которого запрыгнул убийца в тщетной попытке спастись. Короткий вскрик обозначил попадание, и Элин, убедившись в том, что последний из нападавших никуда не денется (ногу ему оторвало напрочь, и вдобавок в тело проник парализующий яд), направился к тем стражам, что скрутили уже пойманного убийцу.
А по дороге перерождённый успел по-доброму улыбнуться старшему сыну Аквилас. Бледному, напуганному и даже не пытающемуся сдержать колотившую дрожь человеку, который едва не вызвал на дуэль на порядок более сильного анимуса.
– Я извиняюсь за всё это и прошу с пониманием отнестись к тому, чему вам пришлось стать свидетелями…
Мысли юноши ясно указали на то, что о произошедшем он ничего не знал, так что подозрения Элина стихли, а он сам обратил взгляд на нервничающего судью.
– На правах хозяина приглашаю вас разделить со мной трапезу, скажем, через час…
Аквилас при упоминании еды позеленел, покосившись на труп, но принял приглашение, в то время как судья отрицательно замотал головой. Впрочем, Элин нисколько не расстроился, так как сказанное им подтолкнуло мысли мужчины в нужную сторону, и на поверхность его сознания всплыла целая серия весьма занятных фактов.
К вящему облегчению перерождённого, ни культисты, ни симбионты в деле замешаны не были. Всего лишь межклановая грызня и попытка целого альянса политических оппонентов – целых четырёх малых кланов – принудить Нойр к активным действиям.
Вот тебе и судьба Элина Нойр в этой реальности: пасть от руки убийц лишь ради того, чтобы Дорш сорвался и начал полномасштабную войну.
– Пока же я вас оставлю. Необходимо кое-что уладить.
– Молодой господин! – Тот страж, что одним из первых среагировал на опасность и бросился наперерез атаковавшему убийце, пусть и зазря, прорвался через своих коллег с диагностирующим артефактом наперевес. – Вы не ранены?
– А похоже? – Элин ухмыльнулся. – Я сильнее, чем кажусь, Тарек. Благодарю за службу… И будь так добр, зайди вечером в мою мастерскую. Нужно кое-что обсудить.
Несмотря на нежелание лезть в политику, перерождённому всё ещё были нужны верные люди, одним из которых вполне мог стать этот моложавый мужчина, верность которого была буквально безгранична. Иного и не скажешь о человеке, который всерьёз был готов отдать жизнь за Элина. За того, чьей репутацией стыдно было даже вытирать полы… – Да, молодой господин! – В глазах стража вспыхнул недюжинный энтузиазм, из-за чего Элин в очередной раз удивился тому, сколь много для людей значит то, помнишь ты их имя или нет.
– А теперь я, пожалуй, займусь нападавшими. Доставьте их в темницы и подготовьте всё для допроса.
Совсем не обязательно было марать руки, но Элин решил проверить всё то, что ему удалось узнать из черепушки лидера отряда убийц. Всё-таки там он действовал впопыхах, опасаясь раскрытия своих способностей, из-за чего мог упустить нечто важное. А в подземельях клана Нойр у него будет столько времени, сколько потребуется. И, что куда важнее, никаких лишних вопросов…
Глава 6
– Я не перестаю удивляться тому, насколько странными бывают совпадения. – Элин аккуратно развёл руки в стороны, и стаи парящих в воздухе книг, пергаментов и целых полок с макулатурой последовали его команде, разлетевшись налево и направо. Перед перерождённым и стоящей подле него Эридой остался висеть лишь небольшой постамент с сомнительного вида книгой, будто бы измазанной грязью. – Казалось бы, мироздание не может играть на чьей-то стороне. Но стоит встретить что-то подобное, и от сомнений уже будет не избавиться.
В тот же момент и постамент, и талмуд на нём рассыпались ворохом серебряных искр, с шелестом втянувшись в голову перерождённого.
– Это действительно то, что мы ищем?
– Несомненно. – Парень кивнул головой, просмотрев все поглощенные воспоминания. Он уже примерно представлял себе, что содержалось в конкретном кластере памяти, но хотел прямо сейчас узнать подробности. – Забавно, но даже эти исполнители знают о теневом Китеже в десятки раз больше, чем я. Имена, места, организации, лидеры… К верхушке так не выйдешь, но это всё равно лучше, чем ничего. – Можно сказать, что нам повезло…
Змейка деловито прошествовала мимо потоков неструктурированной памяти, секундой позже вырвав из них очередную «книгу». При этом убийца, в реальном мире скованный цепями и окутанный печатями, болезненно взвыл. Ни Элин, ни его напарница нисколько не церемонились, потроша память пленника.
– Мы заканчиваем?
Они не беспокоились о возможном раскрытии своих способностей, так как сильные эмоции вроде боли, гнева и ненависти, подобно наждачке, проходились по сознанию жертвы, сглаживая все шероховатости и уничтожая свидетельства даже столь грубого вмешательства.
– Пройди по связующим нитям, проверь, не затесалось ли что-то в других участках сознания, и на этом всё, – попросил анимус, едва удостоверился в том, что содержимое поглощённой части соответствует самым смелым его ожиданиям.
Конечно, имён заказчиков эти двое не знали, но данную информацию Элин получил ещё во время боя. Сейчас же его интересовали другие, куда более важные вещи, о которых анимусы-убийцы оказались неплохо осведомлены.
– Я пока запечатаю то, что удалось узнать.
Одни только сведения об одарённых чужаках, втайне прибывших в город и теперь скрывающихся в теневом Китеже, стоили того, чтобы потратить те три часа, на протяжении которых перерождённый копошился в чужой памяти, параллельно проверяя на своих жертвах всё новые и новые способы причинения боли посредством своих ядов.
Такая практика лишней точно не была, ведь если особая анима выступает в качестве инструмента поддержки для ментальных техник, то особой убойности от неё не требуется. Зато боль и стабильность – сопротивляемость попыткам цели подавить яд – были очень и очень важны. Расслабился – и вот уже твоё сознание превратилось в страшное месиво. Очень эффективно и просто даже в том случае, если враг способен кое-как защищаться ментально.
Тем не менее далеко не всё увиденное в чужой голове оседало в долгосрочной памяти, так как сам метод добычи чужих воспоминаний подразумевал просмотр огромных объёмов информации. Усвоить столько за один-два подхода не мог ни один человек, и потому Элин был вынужден подходить к процессу творчески, по-настоящему запоминая только то, что его интересовало. И, несмотря на все минусы такого метода, плюсы перерождённого полностью устраивали.
Впрочем, технические аспекты сейчас были не столь важны: блюдом дня стала вероятная связь симбионтов и культа тернового венка. Первые обладали особым потенциалом в ментале хотя бы за счёт специализирующихся на этом лордов, а на вторых работали отнюдь не слабые наёмники, в чьих головах кто-то качественно покопался ещё в первом цикле.
Помешанные на своей цели и серьёзно ею же ограниченные, те анимусы в столкновениях с Элином использовали далеко не всю свою силу. Никакого сложного планирования, никаких продвинутых техник, только напористость, голая мощь и фантомное бесстрашие, исчезающие в момент осознания исходящей от противника опасности.
И если до сего момента Элин ещё сомневался в существовании культистов во втором цикле, то теперь с сомнениями было покончено. Несостоявшиеся убийцы, попавшие в темницу Нойр, знали о пятерых анимусах, скрытно проникших в город и теперь скрывающихся в теневом Китеже. И как минимум один из них точь-в-точь походил на ублюдка, из-за которого перерождённого выслали из города, что в конечном итоге поставило на той петле жирный крест.
Совсем недавно, можно сказать – ещё утром, Элин не собирался отвлекаться на что-то кроме самосовершенствования и воплощения рун в металле, но теперь резко пересмотрел все планы. Ему сейчас не хватало лишь информации, которую, если верно разыграть карты, можно было легко заполучить.
И совсем не обязательно при этом действовать своими руками.
Стражи Китежа наверняка и сами не против узнать о сорящих деньгами и отлично скрывающихся шпионах других городов. Конечно, пленники даже приблизительно себе не представляли, в какой тени скрывался отряд чужаков, но Элин считал, что с его способностями и готовностью рисковать отыскать их будет не слишком сложно. Достаточно аккуратно пройтись вверх по цепочке преступников и покопаться в памяти нужного человека…
– Прости, Элин. Почти все косвенные связи разрушены… – Эрида словно бы воспрянула ото сна, тут же сокрушённо покачав головой. – Вообще ничего интересного.
– Не извиняйся. – Перерождённый улыбнулся. – Я с самого начала решил не проверять связи, значит, и вина лежит на мне.
Оба пленника допрашивались максимально грубо, и на первом Элин даже не задумался над проверкой незначительных причинно-следственных связей, могущих привести его к смутным, но всё ещё нужным воспоминаниям. Услышанный обрывок фразы тут, общие черты лица там… К сожалению, всё это было уничтожено без возможности восстановления. Если, конечно, не посвятить разработке этих двоих неделю-другую.
– Возможно. – Девушка чуть улыбнулась. – А я, кажется, уже догадываюсь, что ты хочешь сделать!
– И что же? – Перерождённый точно так же не смог сдержать улыбки.
– Столкнуть кланы и протекторов с культом венка, – тут же выдала змейка, хлопнув кулаком по ладони. – Известить о них всех, не оставив следов, предоставить доказательства, которые будет легко проверить и сложно скрыть, а после просто наслаждаться результатами истребления наших врагов. Как-то так. – Под конец Эрида развела руками, передав эстафету носителю.
– В общих чертах верно, но, конечно, на деле всё будет несколько сложнее. Главное затруднение – это доказательства, которые смогут получить абсолютно все. А без них… – Перерождённый выдохнул, негромко цокнув языком. Один из жестов, которые он себе позволял лишь в детстве и юности, но наедине с Эридой частенько им использовался. – Увы, без них нужного эффекта достичь не удастся, и культисты отделаются потерей нескольких пешек.
– Возможно, стоит спровоцировать бой?..
– Наёмники не будут сражаться, имея возможность отступить, – пояснил Элин очевидное. – В их головах должны были сохраниться хоть какие-то осколки чувства самосохранения. Во многом из-за этого я рассчитываю устроить небольшое шоу с участием энергии, которая, как принято считать, давным-давно покинула этот мир.
Мана. Сила, которой просто не должно существовать, содержалась в венках, которые культисты использовали в качестве своего символа. В общем и целом для непосвящённых она была малополезна, но её существование можно очень просто доказать. Требовались лишь сам венок и инструкция, которую перерождённый был готов написать, перенеся свой опыт на бумагу. А уж воспроизвести строгую последовательность действий, сделав верные выводы, мог практически любой анимус, хоть что-то понимающий в предмете.
– Заявить на весь город о том, что мана существует? Допустим, инструкции воспроизвести будет несложно…
В какой-то момент окружающие Элина и Эриду декорации померкли, сменившись куда более привычным пейзажем – бескрайней степью и беседкой, окружённой высокой, сочной травой, сминающейся под порывами неудержимого ветра.
– Но останутся венки, заполучить которые даже для нас будет непросто, если не невозможно. Найти и обокрасть культистов…
– Есть и другой путь, – с улыбкой на лице ответил перерождённый. – Ты забыла о том, что сами культисты точно так же могут попасть под наше влияние. Их сознания уже сломлены, и нам останется только зайти, кое-что подправить – и бесследно исчезнуть. Достаточно будет одного наёмника, который будет держать инструкции при себе, искренне веря в их невероятную ценность.
– Я не уверена в том, что нам удастся за небольшое время столь сильно перекроить сознание даже безвольного человека. А поверхностная работа будет очень ненадёжна. Эффект исчезнет, как только жертва испытает боль, что, несомненно, случится. – Параллельно словам змейки Элин дважды кивнул. – Если быть честной, то я не дам никаких гарантий и спустя месяц ежедневной работы…
– А нам это и не нужно. Кем являются те культисты, о которых мы знаем? Наёмниками. Верность таких людей постоянно находится под вопросом, так что Китеж с лёгкостью примет существование фанатика, который сломается и отречётся от своих слов после первых же действий палача.
В наёмники никогда не идут от сытой жизни, а заниматься этим десятилетиями удаётся или прожжённым романтикам, или тем ещё ублюдкам. Уж в этом-то Элин разбирался, проведя три с небольшим года в подобной компании и став тем самым исключением, бросившим полное грязи ремесло.
– Иными словами, достаточно будет отыскать одного культиста, обработать его – и отдать на растерзание кланам.
– Но так ли это будет просто на деле?
– Кто знает… – Анимус демонстративно щёлкнул пальцами, переместившись в реальный мир.
За всё это время он отточил процедуру до такого уровня, что само перемещение не отнимало даже мгновения. – Вы готовы говорить?
– Да! Да! Только уберите…
Резким движением перерождённый вырвал из жил подавшего голос пленника несколько нитей своей анимы, от которой беззащитный анимус самостоятельно избавиться так и не смог. Он даже не выдавил её на поверхность кожи, что, как полагал Элин, провернуть сможет любой мало-мальски компетентный боевой анимус.
– Спасибо! Спасибо, господин!
– Если не хотите встретиться со мной снова, отвечайте на все вопросы, которые вам зададут.
С этими словами наследник клана Нойр развернулся и в два шага покинул крошечную, поделенную на секции камеру, своими размерами обеспечивающую превосходное давление на психику. А две двери с небольшой комнатушкой между ними, отделяющие камеру от коридора, гарантировали, что о творящемся внутри не узнает никто. Никто, кроме палача и стража клана, что ожидали молодого господина у самого входа.
– Они на грани, так что не затягивайте, – бросил перерождённый, разминувшись с людьми, внимательно за ним наблюдавшими. О собственном облике в их глазах Элин ни капли не беспокоился, ведь падать ниже ему было попросту некуда. – И если глава не прикажет иного, избавьтесь от них.
Жалости к оставшимся позади ублюдкам дважды перерождённый не испытывал совершенно, ведь именно из-за них ему пришлось не просто раскрыть свою силу перед множеством людей, но и сделать это очень и очень ярко.
Элин не хотел лишний раз рисковать и потому был вынужден сначала вскрыть голову первого из нападавших, а после, стремясь скрыть факт ментального вмешательства, превратить его лишённое разума тело в кисель. Подобная жестокость среди анимусов не была чем-то новым или редким, но от весьма далёкого от боевого искусства наследника Нойр такого не ждал никто. Как итог, если не сегодня, то уже завтра сказ о спящем тигре разлетится по Китежу, и одними только охотниками за геномом перерождённый уже не отделается. Это была первая причина, по которой хорошее настроение анимуса стремительно улетучилось.
Второй стала реакция стражей клана на сам факт покушения. Из тех полутора десятков, что находились поблизости, помочь самому Элину бросились лишь трое – Тарек и ещё двое воинов. Все остальные как будто проигнорировали наследника, решив, что поимка убийц – дело куда более важное, чем сохранение его жизни.
Как раз из-за этого перерождённый решил обзавестись доверенными лично ему людьми, которых можно будет вывести из-под руки отца, ослеплённого происходящими с сыном переменами. Несмотря на все его скромные – относительно прежних – планы, надёжные слуги всё равно были необходимы, так как один человек всегда останется всего лишь одним человеком, какой бы силой или умом он ни обладал.
В то же время с тем, как клан относился к наследнику главы, Элин с горем пополам смирился.
Чувство паршивое, досадное и крайне неприятное, но перерождённый всё сильнее склонялся к тому, что это приемлемая плата за полученную свободу. Ведь сейчас Нойр не пропадут, даже если он где-то ошибётся. Не повредит клану и его исчезновение на долгий срок, как часто бывает с теми анимусами, что в погоне за силой отправляются в далёкие земли. А после того как перерождённый преодолеет первые – и далеко не последние – препятствия на своём пути, став стражем Китежа и получив соответствующие привилегии, ему не придётся оглядываться на клан, опасаясь ему навредить. Что бы ни делал Элин Нойр, на среднем клане это едва ли скажется.
– Молодой господин… – Уже дома Элин наткнулся на ту самую служанку, что встретилась ему в коридоре в первый день нового цикла, но её попытка завязать разговор столкнулась с глухой стеной равнодушия, о которую тут же и разбилась.
Под непонимающим взглядом Алексии, подглядывающей через отражение в маленьком зеркальце и искренне считающей, что спутник её не видит, парень навестил кухню, удивив поваров и набрав целый поднос сладкой выпечки всех видов, после чего покинул дом, направившись в сторону своего склада-мастерской.
Ухмылку на его губах не увидел никто. Лишь Эрида, сидя в беседке и наслаждаясь терпким, горьким чаем, тихонько посмеивалась про себя. Напарница перерождённого прекрасно осознавала, сколь ветреными бывают люди. И для этого ей совсем не нужно было проживать самостоятельную жизнь: достаточно было собственного характера змейки и рассказов Элина, описавших, вероятно, всю его историю до встречи с гримуаром…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?