Текст книги "Под доброй улыбкой зла"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pod-dobroy-ulybkoy-zla-275584.jpg)
Автор книги: Евгения Горская
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Новые следы у пустующей квартиры он заметил, подойдя к лифту. Следы были совсем свежие, влажные. Накладывались на те, которые Власта заметила утром.
Следы были мужские и вели в квартиру. Обратных не было.
Или посетитель тщательно вытер в квартире обувь.
Денис тихо подошел к чужой двери, прислушался.
Зашумел лифт, открыл двери, закрыл.
Денис прислонился спиной к стене. Хотелось сесть, стоять подолгу он уставал.
Лифт зашумел, уехал. Потом несколько раз шумел снова.
Он не сможет простоять здесь всю ночь. Спина ему не позволит.
Дверь распахнулась неожиданно, никакого шороха перед этим Денис не слышал.
Он никогда не отличался большой спортивностью, даже в молодости. Когда-то играл в теннис, плавал, но и то, и другое его не увлекало, он и тогда предпочитал спорту книги. Бабушка боялась, что он испортит себе зрение.
Тело среагировало само. Он схватил тихо вышедшего из квартиры человека за рукав, прижал к стене, увидел непонимающие испуганные глаза и слегка ослабил хватку.
Парень, который утром звонил в квартиру Лизы, не сопротивлялся.
Он был одного с Денисом роста, испуганные глаза смотрели на него в упор.
– Ты кто? – выдохнул Денис.
– Человек, – с вызовом прошипел парень.
Он хорохорился, но страх в глазах не исчез.
– Ты хозяин квартиры?
Парень отвернулся.
– Откуда у тебя ключи?
– Лиза дала.
Бабушка заболела и отдала чужие ключи соседке Лизе? Очень может быть.
– Зачем? Зачем Лиза дала тебе ключи? Говори, не тяни, – попросил Денис.
– Я здесь жил в октябре, – парень покосился на Дениса и зло усмехнулся. – От военкомата прятался.
Парень был призывного возраста. Хотел откосить от армии, такое во все времена случается.
В октябре Денис с Лизой только здоровался. Он еще не приходил к ней по вечерам.
– Утром зачем к ней приходил?
– Отдать ключи.
– Отдай мне, – решил Денис.
Молодой человек послушно полез в карман, протянул Денису связку – не ту, что хранилась у бабушки. Без забавного брелока.
Впрочем, брелок парнишка мог потерять. Или выбросить за ненадобностью.
– Кто ее убил?
– Что? – Денис сунул ключи в карман.
– Кто Лизу убил?
– Почему уж так сразу убил? – хмыкнул Денис. – Полиция разбирается, имело ли место убийство или что-то другое.
Парень посмотрел на него как-то странно, не то со злобой, не то с презрением. Дернул плечом и побежал вниз по лестнице.
Когда Денис на лифте спустился вниз, его в подъезде уже не было. И консьерж, как на зло, еще не пришел.
Консьерж появился, когда Денис через полтора часа возвращался домой. Пожалуй, с недовольными соседями можно согласиться, Александр Николаевич мог бы проводить на рабочем месте больше времени.
6 февраля, понедельник
– Пригласи нотариуса, – по дороге на работу велел Антон.
Варя послушно кивнула.
Антона было жаль, он совершенно измучился, хмурился, кусал губы. Варя его понимала, деньги от бывшего тестя кардинально улучшили бы ситуацию. Денег должно быть немало, Лизин отец когда-то занимал высокую должность.
И квартира в центре стоила немало. Сейчас с ценами на недвижимость полная неясность, но то, что на вырученные деньги можно будет какое-то время жить безбедно, очевидно.
Если Лиза успела написать завещание, Антону будет трудно это пережить.
Варе хотелось как-то его ободрить, но она молчала. Знала, что выйдет только хуже.
Нотариусу она позвонила, едва вошла в свой маленький кабинетик. Его Антон ей организовал, когда она уже пару месяцев у него жила. Варя его об этом не просила, сам догадался. Раньше она сидела вместе с секретарем фирмы, теткой предпенсионного возраста. Секретарша сначала пыталась давать Варе мелкие поручения, Варя лениво их выполняла, но очень быстро выяснилось, что Антон предпочитает иметь дело напрямую с Варей, и секретарша от нее отстала. Варя была уверена, она до ужаса боялась, что Варя ее подсидит.
О том, что Варя заняла в жизни Антона особое место, секретарша неуловимым образом догадалась первой. И к Вариному веселому изумлению, начала перед ней почти заискивать.
Варя повела себя правильно, как раньше была с секретаршей доброжелательна и вежлива, так и дальше продолжала.
Вообще-то Варе нравилось, что в компании о ее особом положении знают. Нравилось, что бухгалтерши замолкают, когда она заходит в бухгалтерию.
Впрочем, кроме секретарши и бухгалтерш, Варя никого не интересовала. Программистам до нее дела не было.
Программисты и перед Антоном не сильно заискивали.
Нотариус Виктория Геннадьевна ответила сразу и согласилась приехать к ним в офис сегодня же. Нотариус сотрудничала с фирмой уже несколько лет, Антон был теткой доволен.
Варя тоже была довольна. Виктории было лет сорок пять, и к ней Варя гражданского мужа не ревновала.
Варя включила компьютер, посмотрела служебную почту.
Срочных дел не имелось, и это было плохо. Дела помогли бы отвлечься от Лизиной смерти.
Полиция не знала, что бедная Лиза никому помешать не могла. Бедная, в смысле несчастная.
Она была несчастная и не хотела жить. Но полиция может думать иначе и искать тех, кому эта смерть выгодна.
Выгодна она была только Антону, если Лиза не успела написать завещание. И тому неизвестному, кто получит ее имущество, если успела.
Узнать, написано ли завещание, хотелось нестерпимо.
Еще хотелось немедленно узнать, считает ли полиция смерть жены Антона самоубийством, несчастным случаем или все-таки убийством.
Жаль, что узнать это было невозможно.
Неожиданно Варя пожалела, что сидит одна в офисе. Поболтать бы сейчас с кем-то о каких-нибудь пустяках.
Поболтать было не с кем, не к секретарше же наведаться.
Варя достала телефон, помедлила и набрала Власту.
Вчерашний страх до конца не исчез. На мгновение стало жутко, что сейчас Власта вежливо спросит, как давно Варя знакома с Лизой.
Скажу правду, решила Варя.
Жаль только, что всю правду сказать опасно. Можно попасть в подозреваемые.
Попадать в подозреваемые Варе не хотелось.
Власта не ответила. Варя положила телефон рядом с клавиатурой.
Ветер за окном гнал облака.
Варя покачалась в кресле.
Ветер поднимал пыль, нес ее над тротуаром, когда Варя проходила мимо женщины с коляской. Женщина поворачивала коляску, старалась закрыть ребенка от ветра и пыли. Ребенок спал. Варя успела удивиться, что такой большой малыш до сих пор спит в коляске, и тут начался дождь.
Варя молча схватила ручку коляски, не давая ветру коляску развернуть, Лиза подхватила со скамейки большую сумку, и они бегом добрались до козырька подъезда.
– Спасибо, – улыбнулась Варе Лиза.
Улыбка у нее была искренняя, благодарная.
Ребенок открыл глаза, заплакал, Лиза подхватила его на руки, Варя докатила коляску до двери квартиры.
Она не догадывалась, кого видит рядом с собой, пока Лиза не подошла к квартире. Номер квартиры Варя отлично помнила.
Тогда они еще не познакомились, не представились. Варя вкатила коляску в прихожую и заспешила к еще стоявшему на этаже лифту.
Все было ясно. Антон сбежал от ребенка, который отличался от детей его возраста. И никогда к жене не вернется.
Варя должна была радоваться, но ей было тоскливо. Она тогда прошла две остановки метро пешком, не решаясь поехать к Антону.
То есть она знала, что поедет. Но почему-то оттягивала момент, когда снова его увидит.
Власта перезвонила, когда за окном начало темнеть.
– Работала утром, – объяснила Власта. – Не слышала звонка.
– Ничего страшного, – успокоила Варя, помялась и робко спросила: – Как ты думаешь, Лиза сама?..
– Не знаю! – резко оборвала Власта.
– Не сердись. Я понимаю, я виновата… Я знала, что Антон женат…
– Кончай! Никто ни в чем тебя не упрекает! Антон не собирался возвращаться к Лизе.
– Извини, – промямлила Варя.
– Для нас, для меня и мамы, Лиза была близким человеком, – смягчилась Власта. – А Антон давно ею не интересовался.
Непохоже, что Власта узнала о Варе что-то, вызывающее вопросы. Не тот у нее характер, чтобы сразу эти вопросы не задать.
Варя попрощалась с Властой вовремя, дверь открылась, и в проеме остановился Антон.
Он был самым красивым мужчиной из всех, кого Варя знала. Высокий, широкоплечий. С мужественным лицом и умными глазами.
Для Вари было бы лучше, если бы он был самым обыкновенным, неприметным. Она его не за красоту любила и не за внешнюю мужественность.
Она любила его не за что-то, а вопреки, пошутила бы мама.
– Поезжай домой, – велел Антон. – Я попозже буду.
– Виктория приходила? – спросила Варя.
– Приходила, – Антон поморщился.
Он не был настроен отчитываться перед Варей, и она больше ничего не спросила.
Расспрашивать его необходимости не было. Сам все расскажет, если не сегодня же вечером, то в самое ближайшее время. Он не умел держать в себе то, что его хотя бы минимально волновало. Мужественность была только внешней, на самом деле ему требовалось, чтобы его постоянно утешали. Только кроме Вари этого никто не знал.
Разве что Власта и Татьяна Павловна.
Антон захлопнул дверь, Варя выключила компьютер, надела пуховик, заперла офис-кабинетик.
У лифта топталась бухгалтерша Наташа. Та была влюблена в Антона давно и прочно и сильно переживала, когда выяснилось, что место рядом с Антоном заняла Варя.
– Привет! – обрадованно улыбнулась Варя. – Какая у тебя шуба красивая!
Шубка была так себе, китайское барахло. Но Наташе шла, это правда.
Из-за поворота коридора вовремя вышел Антон, приобнял обеих женщин за плечи и подтолкнул в подошедший лифт.
* * *
Звонить насчет работы Денис не стал. Но и болтаться по городу не отправился.
С самого утра собирался позвонить Власте, рассказать, как обещал, про вчерашнего парнишку и объяснить, что все вопросы насчет пустующей квартиры нашли свое объяснение.
Денис парню верил.
Со звонком он почему-то тянул. Звонок означал, что больше с сероглазой Властой его ничто связывать не будет, и от этого жизнь начинала казаться еще более унылой.
До вечера он провалялся, читая очередной детектив. При таких запросах он может очень скоро превратиться в тупого обывателя. Правда, для этого нужно еще начать смотреть сериалы по телевизору, которого у него не было. Последний телевизор сломался у бабушки года три назад, и новый она покупать не стала, потому что к тому времени уже прочно сидела в интернете.
Как и вчера, на улицу Денис вышел, когда уже совсем стемнело. Пошел в сторону ресторана, но неожиданно развернулся и направился к супермаркету. Он безработный, ему стоит экономить деньги.
Народу в супермаркете было мало. У ближайшего ко входу столика молодая пара с детской коляской складывала покупки в целлофановые пакеты. Молодая мама смеялась, глядя на мужа, ткнулась лбом ему в плечо. Муж заметил Дениса, отчего-то удивился и неожиданно поздоровался. Денис тоже пожелал паре доброго вечера.
Через пару минут, складывая в тележку коробки с замороженными блюдами, вспомнил, что знает показавшегося сначала незнакомым молодого папу. Это племянник консьержа Александра Николаевича.
Племянник почти не изменился. Он и несколько лет назад был таким же толстым, дружелюбным и в очках с сильными диоптриями. Тогда племянник был студентом и иногда подменял дядю, дежуря в подъезде.
Парень Денису нравился. И бабушке тоже. Бабушка сетовала, что не вся молодежь сейчас такая же добродушная и искренняя, как… Денис попытался вспомнить, как зовут племянника, и не смог – забыл.
Когда он снова вошел в подъезд, накупив еды, у лифта стоял мужик, которого Денис, будучи понятым, видел сидящим около тела Лизы. Брат Власты и муж Лизы. Мужчина равнодушно оглянулся на Дениса и отвернулся. То ли не узнал, то ли не захотел узнать.
Подошел лифт, мужчина подержал кнопку, не дал закрыться дверям перед носом Дениса.
– Спасибо, – вежливо поблагодарил Денис.
Мужик на вежливость не отреагировал.
Ну и черт с ним.
У мужика были такие же серые глаза, как у Власты.
Мужик не посмотрел на Дениса, даже когда они одновременно отпирали находившиеся рядом двери.
Денис снял куртку, повесил на вешалку, переобулся. Сунул купленные коробки в морозилку, подумал и снова спустился на лифте вниз.
Повезло, консьерж Александр Николаевич уже сидел за своим столиком.
– За почтой спустился? – старик Денису обрадовался.
– Да нет, – Денис покосился на почтовые ящики.
Свой ящик он открывал, когда ненужные бесплатные газеты начинали торчать из узкого отверстия. Газеты выбрасывал, не просматривая, платежки приносил домой и выбрасывал, когда их стопка достигала нескольких сантиметров. Платежки ему были не нужны, счета он оплачивал онлайн.
– Хочу вас кое о чем спросить. Попросить, – поправился Денис. – Можно мне посмотреть записи с камеры?
Видеокамера висела в подъезде давно и вроде бы работала, крохотный красный огонек на ней светился.
– Посмотри, – засмеялся Александр Николаевич. – Если сумеешь. Тут я тебе помочь ничем не могу, в камерах и компьютерах не разбираюсь. А зачем тебе?
– Посмотрю, тогда скажу, – улыбнулся Денис.
Больших познаний в компьютерных технологиях у Дениса не было, но он справился. Сумел подключить ноутбук к камере и скопировать содержимое памяти.
Распечатал фотографию молодого человека, входившего вчера в подъезд, снова спустился вниз и положил принтерный лист перед консьержем.
Александр Николаевич молча и внимательно рассмотрел снимок.
– Кто это?
– Видел несколько раз парнишку, – кивнул консьерж. – Одно время часто видел, почти каждый день. Парень нормальный, на наркомана не похож. К кому приходит, не знаю. А спрашивать… Нет у меня права жильцов расспрашивать. Если бы он пьяный был, тогда другое дело.
– Он приходил в восемьдесят пятую. Говорит, что ключи ему дала Елизавета, разрешила пользоваться квартирой. У парня были особые обстоятельства. Похоже, что не врет.
Консьерж задумчиво кивнул.
Хлопнула дверь подъезда, вошла соседка с черными глазами, улыбнулась Александру Николаевичу и заодно Денису. Достала из сумки конфету, положила на стол.
– К чаю, Александр Николаевич.
– Спасибо, Даша.
Соседка Даша, заметив лежавший на столе принтерный лист, на секунду задержала взгляд на фото и отошла, вызвала лифт.
Денис, сложив лист вдвое, вошел в лифт вместе с соседкой. Соседка смотрела мимо Дениса.
Когда лифт остановился на его этаже, Денис, вздохнув, придержал дверь ногой и развернул лист.
– Вам знаком этот молодой человек?
Зря он пристает к соседям. Толку не будет, а принять за идиота могут.
Наверное, соседка Даша была прочно погружена в свои мысли, потому что недоумевающе встрепенулась, как будто ее не вовремя заставили вернуться из мыслей в действительность. С легким удивлением посмотрела на Дениса, потом на бумагу, потом снова на Дениса и пожала плечами.
– По-моему, он живет где-то рядом. Лицо знакомое. Но не в нашем подъезде, тут я всех знаю.
Она посмотрела мимо Дениса на Лизину дверь и вздохнула.
– Вы знаете, что ваша соседка умерла?
На Лизину дверь соседка смотрела с печалью. Денис не сомневался, что печаль была искренней.
Наверное, поэтому и признался.
– Знаю. И мне очень хочется понять, почему она умерла.
Даша, потеснив его, решительно вышла из лифта.
– Мне тоже хочется это понять! – Она кивнула на лист бумаги, который он продолжал держать за краешек, и требовательно спросила: – Этот молодой человек… Он как-то связан с Лизой?
– Связан, – кивнул Денис.
Всего он соседке рассказывать не стал, но кое-чем решил поделиться:
– Парнишка вчера звонил к ней в дверь.
– Зачем?
– Он не сказал. Я ему объяснил, что Лиза умерла, и он убежал.
Даша недовольно сжала губы. Не исключено, что она, в отличие от Дениса, вытянула бы из парня массу информации.
– Я жалела Лизу, – помолчав, призналась Даша. – Ее все жалели. А теперь… Я не думаю, что она чувствовала себя несчастной, пока ребенок был жив. Она его любила. А когда любишь… Любовь всегда радует. И придает сил.
Денис кивнул. Не потому, что был согласен с рассуждениями о любви, а просто так, из вежливости. О любви он никогда не задумывался.
– Лизе было всего лишь тридцать. Горе проходит. Она могла начать жить заново и быть счастливой. Я хочу, чтобы тот, кто не дал ей это сделать, сидел в тюрьме!
– Не факт, что она не сделала это сама, – заметил Денис.
– Не факт, – грустно согласилась соседка. – Но мне в самоубийство не верится. Я ее видела накануне вечером, она с Александром Николаичем разговаривала. Поздно, уже часов в десять. Она не походила на человека, который собирается умереть.
Лифт успел уехать. Даше пришлось немного подождать, пока он вернулся.
Денис вошел в квартиру, и тут же хлопнула соседская дверь. Либо брат Власты ушел, либо в квартиру Лизы пришел кто-то еще.
* * *
У Антона хорошо получалось ничем не выделять Варьку и вместе с тем давать понять, что она находится к нему значительно ближе, чем все остальные. Специально он не старался этого делать, само получалось.
Вот и сейчас он встал у стенки лифта рядом с Варей, а бухгалтерше пришлось прижаться к другой стенке. Бухгалтерша томно косила на него глаза, Антон старательно этого не замечал.
Можно было подразнить Варю, поулыбаться бухгалтерше, но Антон старался лишний раз подругу не обижать.
Когда лифт остановился, он пропустил женщин вперед, вместе с ними вышел из здания и быстро направился к стоянке. Надо было поехать раньше, сейчас попадет в самые пробки.
Задержала его нотариус. Явилась под конец рабочего дня и долго объясняла, какие документы потребуются для вступления в права наследства. Хорошо хоть, что пообещала побыстрее проверить, написала ли Лиза завещание.
И еще одно было хорошо. Никаких лишних вопросов по поводу смерти его жены нотариус не задала, никакого удивления не выразила. А могла бы, они много лет знакомы и нередко болтали на самые разные темы.
Доехал он быстрее, чем ожидал. И неожиданно пожалел, что не взял с собой Варю. Находиться одному в квартире было противно.
Квартира давила. Возвращала в то ужасное состояние, когда он узнал, что не является счастливым семьянином.
Не то чтобы он был уж слишком счастлив, когда женился на Лизе, но доволен был, это точно. Он тогда был уверен, что жена безумно его любит, и слегка этому удивлялся. Понимал, что Лиза была завидной невестой и могла выбрать себе любого мужа. А выбрала его.
Он тогда очень собой гордился.
Снимать куртку Антон не стал, только расстегнул. В квартире было жарко.
Нашел свидетельства о смерти тестя и тещи, положил в рюкзак. Потянулся к брошенным на тумбочку ключам от квартиры, но неожиданно достал телефон и набрал сестру.
– Про какой блокнот ты спрашивала? – услышав голос сестры, недовольно уточнил он.
Власта начала объяснять, он подошел к окну. Двор внизу был покрыт снегом. Недавно выпавший снег отчего-то казался грязным, как в марте.
– Зачем блокнот маме? – перебил Антон сестру.
– Послушай! Лиза нам не чужая! Нас не может не интересовать, что с ней случилось!
– Ладно, пока! – Антон отключился.
Раньше у Лизы привычки вести что-то вроде дневника не было. Раньше она писала примитивные стишки и декламировала их крошечному Игорьку. Стишки вызывали у Антона гримасу. Впрочем, и профессионально написанные детские стишки у него ничего, кроме гримасы, не вызывали. Он тогда собирался читать сыну хорошие умные книжки.
Он тогда не знал, что сына у него нет.
Есть урод.
Квартира давила. Антон подхватил рюкзак, запер дверь и, не дожидаясь лифта, пошел вниз.
7 февраля, вторник
Впервые за все время работы в фирме Антона Варя не могла сосредоточиться на делах.
Она оказалась права, Антон еще вечером рассказал, какие документы требуются нотариусу. Он говорил и морщил лоб, и Варя очень его жалела. Ей хотелось провести по его лбу рукой, разгладить морщины. Хотелось оградить его от проблем, но она не была царевной-лебедью, способной творить чудеса.
Она и так делала что могла.
Какое-то время фирма могла продержаться. Еще не все толковые программисты разбежались, у заказчиков еще оставались деньги и желание покупать софт, но тенденции были тревожные, негативные. Хороших перспектив санкции никому не добавили.
Лизины деньги дали бы возможность отсрочить любую катастрофу.
Не только Антон мучился, не зная, достанется ли ему наследство, тот же вопрос не давал Варе работать. Ей очень хотелось, чтобы Антон снова стал прежним, уверенным в себе, веселым, и Варе не приходилось бы непрерывно думать над тем, как не дать ему впасть в полную депрессию.
Неизвестность относительно возможности получить наследство накладывалась на страх, что Власта и Татьяна Павловна узнают, что Варя бывала у Лизы.
Бог их знает, какие выводы они могут сделать.
Совсем тоскливо становилось оттого, что то же самое может узнать полиция.
Если полиция в самоубийство не верит, Варе могут задать неприятные вопросы.
Повлиять на полицию Варя не могла, а выяснить, кому Лиза могла завещать имущество, хотелось немедленно.
Варя решительно взяла лежащий рядом с клавиатурой телефон и набрала Дарью.
– Не отрываю? – робко спросила Варя. – Можешь разговаривать?
– Могу. Я еще дома.
В трубке слышалась музыка, потом стихла. Дарья ее выключила.
Раньше Варя тоже любила по утрам слушать музыку.
– Даша, ты знаешь, на кого Лиза написала завещание? Я подумала… Этот человек… Он ведь не знает, что она умерла. Знал бы, пришел на похороны. Надо как-то ему сказать.
– Я сама об этом думала. Про завещание я почти ничего не знаю. Лиза меня где-то за пару недель до смерти спросила, могу ли я завещание оформить. Я же нотариус. Я сказала, что могу. Сказала, что ничего кроме имени и даты рождения можно не указывать. Еще сказала, что это можно в любой нотариальной конторе сделать. У нас разговор короткий был, мы вместе с ней в лифте ехали. Я думала, она позвонит насчет завещания, но она не позвонила. Больше она об этом не упоминала.
– Если она хотела написать завещание… Или даже написала. Сходила в какую-нибудь контору, чтобы тебя не беспокоить. Она же не незнакомому человеку все завещала, близкому. Не может же этот человек не поинтересоваться, что с ней. У нее же телефон уже больше недели не отвечает.
– Может, он интересуется, откуда мы знаем. – Дарья задумалась и неожиданно предложила: – Напиши свой номер телефона и приклей на Лизину дверь.
Предложение выглядело довольно глупо, но его стоило обдумать.
Попрощавшись с Дарьей, Варя опять попробовала заняться работой и опять поняла, что думать о работе ей решительно не хочется.
Она поднялась, потрогала землю в стоявшем рядом со шкафом с документами горшке с толстянкой. Земля была еще достаточно влажной. Никаких других цветов в кабинете не было.
Толстянку Варя принесла из дома, надеясь, что растение не напрасно называют денежным деревом и оно принесет ей денег и удачу.
Удачу толстянка принесла, Антон выбрал Варю.
А насчет денег большой вопрос.
До недавнего времени толстянку поливала уборщица, но та постоянно превращала горшок в маленькое болотце, и Варя запретила ей прикасаться к растению.
Варя снова села к компьютеру, покачалась в кресле.
Она не представляла, кому Лиза могла завещать имущество.
Более одинокого человека представить было трудно.
Неожиданно Варя снова почувствовала острый приступ жалости к незаметной робкой белокурой женщине, выходящей во двор с детской коляской.
Впервые такую жалость она испытала, когда увидела Лизу во второй раз.
Тогда Варя прошла через двор, потому что собиралась от родителей заглянуть в торговый центр, к которому таким путем идти было ближе.
Лиза сидела на той же скамейке. Игорек вяло размахивал руками, пребывая в своем неведомом мире, а Лиза весело разговаривала о чем-то с мальчиком лет пяти и его мамой. Узнав Варю, она и Варе улыбнулась весело, а у Вари от жалости сжалось сердце.
Она, Варя, не смогла бы делать вид, что ничего ужасного не происходит. Она не смогла бы смеяться, имея такого ребенка. Она бы рыдала сутками напролет.
Мальчик с мамой отошли, Варя присела на скамейку и неожиданно предложила:
– Хотите сходить со мной на концерт? Завтра вечером?
Билеты Варе всучила мама. Мама была большой любительницей барочной музыки, но у нее возникли проблемы на работе, и попасть на концерт у мамы не получалось.
Варе идти на концерт не хотелось, она предпочитала проводить вечера с Антоном, а Антон предложение провести вечер в концертном зале даже дослушивать бы не стал. Варя тогда решала, пропустить злосчастный концерт, а маме сказать, какое огромное удовольствие она получила, слушая старинную музыку, или предложить второй билет Власте. Ей хотелось установить с ней дружеские отношения.
Хорошо, что не успела предложить. Лиза обрадованно распахнула глаза и робко призналась:
– Хочу. Только не знаю, получится ли.
У Лизы получилось освободить вечер. С ребенком осталась Татьяна Павловна.
Кто остался с ребенком, Варя узнала потом. Тогда она о Лизе не знала практически ничего.
Потом ей казалось, что она знает все.
Она ошибалась. Кто-то был Лизе настолько дорог, что она думала о завещании. Или даже успела его написать.
За окном повалил снег, густой, плотный. В кабинете сделалось сумеречно. Варя поднялась, включила верхний свет.
* * *
Звонить Власте и хотелось, и нет. Не хотелось, потому что она не казалась убитой горем, и он сомневался, что смерть родственницы так уж сильно не дает ей покоя. Он скорее снова поговорил бы с соседкой Дашей.
А хотелось, потому что она оказалась первой за многие месяцы женщиной, о которой он почему-то постоянно думал.
Он позвонил, потому что обещал. Он привык выполнять свои обещания.
– Да, Денис, – ответил ему тихий равнодушный голос. – Здравствуйте.
– Здравствуйте, – вежливо поздоровался Денис. – В восемьдесят пятую квартиру приходил молодой человек, которому Лиза разрешила пользоваться квартирой.
– Как это разрешила? – не поняла Власта.
Денис тоже не понял бы на ее месте.
– Как можно разрешить пользоваться чужой квартирой?
– У него были особые обстоятельства. Я ему верю.
– Я хочу с ним поговорить!
– Я тоже, – вздохнул Денис. – Но с этим могут быть проблемы.
– Послушайте! Вы можете объяснить все нормально?
– Я пытаюсь. Я поймал парня, когда он выходил из квартиры. Он сказал, что ключи от квартиры ему дала Лиза. Ключи сейчас у меня. Парень убежал, как его найти, не знаю.
– Как он выглядит?
– Могу прислать фото. У меня запись с камеры в подъезде. Весь файл большой, переслать может не получиться. Я в компьютерных технологиях не очень продвинутый.
Она немного помолчала и неожиданно предложила:
– Не возражаете, если я сейчас приеду? Я хочу посмотреть полную запись.
– Не возражаю, – заверил Денис.
Она позвонила в дверь через сорок минут.
У нее было бледное уставшее лицо. Он посоветовал бы ей ежедневные прогулки, если бы она пришла к нему на прием.
– Я ни от чего вас не отрываю? – без улыбки спросила Власта.
– Не отрываете. Проходите.
Денис вежливо взял у нее куртку. Меховой капюшон был покрыт снегом, он слегка встряхнул куртку, перед тем как повесить на вешалку.
У нее были серые глаза, серые волосы и серый свитер. Она как будто совсем была лишена красок.
Когда-то его учили, что к черно-белой гамме люди стремятся, пребывая в депрессии.
– Проходите, – он провел ее в комнату, усадил за ноутбук, включил видеозапись.
Дождался, когда парнишка на экране повернется лицом к камере, остановил видео.
Власта молча и внимательно смотрела на экран.
– Ключи от восемьдесят пятой были у моей бабушки, – объяснил Денис. – Наверное, когда она заболела, она отдала их Лизе.
Власта не отрывала глаз от экрана. Неожиданно ему показалось, что она думает о чем-то своем и совсем его не слышит.
– Власта! – позвал он.
Она провела ладонями по лицу.
– Власта, можете посмотреть, есть ли у Лизы дубликат ключей?
Вряд ли Лиза отдала парнишке единственные ключи. Денис бы точно не отдал, сделал бы дубликат.
– Да, конечно.
Она быстро поднялась, достала из кармана куртки связку ключей, отперла Лизину квартиру.
Денис сжал в кулаке полученную от молодого человека связку.
Им понадобилось минут двадцать, чтобы найти в квартире Лизы связку с забавным брелоком. Брелок Денис узнал сразу – два крошечных металлических чертика цеплялись за серп луны. И прикрепленную канцелярской кнопкой к брелоку бумажку узнал сразу. На ней бабушкиным почерком были написаны цифры 8 и 5.
– Они, – сказал Денис, разглядывая брелок. – У бабушки были эти ключи.
Власта снова положила ключи в красивую жестяную коробку, стоявшую в книжном шкафу.
– Зачем Лиза дала кому-то ключи от своей квартиры?
– У него проблемы с военкоматом. Косит от армии.
Власта кивнула. Объяснение казалось ей убедительным.
Вернувшись в квартиру Дениса, она потянулась к своей куртке, подумала и попросила:
– Не возражаете, если я перепишу видео?
Она стояла совсем близко. Между откинутыми с лица волосами виднелось красивой формы ухо.
Денис заставил себя на ухо не смотреть.
– Не возражаю.
Власта подключила телефон к ноутбуку, через пару минут выдернула, надела куртку и попрощалась.
Денис запер за ней дверь.
* * *
С передачей документов нотариусу можно было не спешить, раньше чем через полгода в права наследства вступить невозможно, но Антону хотелось хоть как-то поторопить события.
– Варь, зайди, – когда за окном стало темнеть, не выдержал Антон. И когда Варя вошла в кабинет, протянул папку со взятыми вчера из квартиры Лизы бумагами. – Передай Вике.
– Сегодня? – Варя прижала папку к груди.
– Не важно! Сегодня! Завтра! – разозлился Антон. Глупые вопросы всегда раздражали, а сейчас особенно.
Варя послушно кивнула. Подошла к нему вплотную и провела ладонью по волосам. Антон зло отдернул голову.
Заглянула главбух, робко спросила:
– Можно к вам?
– Можно, – ободряюще кивнул Антон главной бухгалтерше. А Варе вежливо сказал: – Передай, когда созвонишься с Викой. Это не срочно.
Антон давно взял за правило перед вышестоящими не заискивать, нижестоящих не обижать. Правило выручало, его уважали и те, и другие.
Варя вышла из кабинета, он несколько минут слушал бухгалтершу.
Пока дела шли неплохо, но легче от этого не становилось.
Бухгалтерша ушла. Он посидел, глядя в окно на кружащиеся снежинки. Хотелось забыться, спрятаться от пугающего темного будущего. Он в который раз позавидовал Властиному Мишке, успевшему вовремя соскочить, вырваться.
Спрятаться было негде.
Снежинки падали густо. Если в ближайшее время снег не прекратится, пробки на дорогах совсем замучают.
Неожиданно кабинет, который он пару лет назад продуманно и с удовольствием обставил хорошей итальянской мебелью, показался мышеловкой, в которую он добровольно залез. Нет, не так. В нее его загнала судьба.
Вырваться из мышеловки захотелось немедленно.
Антон достал телефон и позвонил матери.
– Мам, ты дома? – Снежинки метались, как будто плясали, дразнили.
– Дома.
У матери и у сестры хорошо получалось всегда говорить ровно, без эмоций. Иногда Антону казалось, что они и в самом деле лишены эмоций, как манекены.
Он знал, что это не так. У них в семье все хорошо друг друга знали.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?