Текст книги "Охота на василиска"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ohota-na-vasiliska-82916.jpg)
Автор книги: Евгения Пастернак
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 3. Жизнь после смерти
![](i_007.jpg)
На кладбище детей не пустили, родители быстро разобрали их по домам.
– Тебе нужно переключиться, – сказала мама, глядя на пришибленную Ксюшу. – Давай не поедем домой, давай я тебя куда-нибудь завезу.
Ксюша кивнула. Ей нестерпимо хотелось увидеть Стаса. Хотя бы поговорить с ним, хотя бы в интернете. А он, как назло, так и не позвонил после того собрания.
– Отвези меня на Октябрьскую, – попросила Ксюша. – Там все наши. Я отвлекусь.
Когда Ксю вошла в зал, уже шли бурные обсуждения судьбы трех новеньких, которые собирались играть первый раз, а права качали, как будто всю жизнь здесь тусуются.
– Ты чего опаздываешь? – раздраженно спросил Стас. – Ты же знаешь, что сегодня все решится!
Сначала Ксюша хотела все объяснить, но вместо этого выпалила:
– Мышка умерла!
И разревелась.
Все невыплаканные за два дня слезы она донесла до Стаса. Сначала он остолбенел, потом разозлился, даже тряс ее за плечи и все время спрашивал: «Что ты несешь? Кто тебе сказал?»
– Я видела, – прорыдала Ксюша. – Ее похоронили…
Стаса и Ксюшу окружили плотным кольцом, собрание было сорвано. Оставшееся время Ксю отпаивали чаем, расспрашивали о смерти подруги. Девчонки даже всплакнули. А Ксюше стало гораздо легче, тем более что Стас все это время нежно ее обнимал, а потом проводил до самой квартиры.
![](i_008.jpg)
В понедельник Ксюша пришла в школу с ощущением, что не была там год. Было очень странно подходить к знакомому зданию, а идти как на войну. Что-то изменилось. За выходные первый шок прошел и вылезло то, что в пятницу не осозналось и не услышалось. Диана умерла от яда. Еще несколько человек из их школы с отравлением в больнице. Возбуждено уголовное дело по статье «убийство».
Как она ни пряталась, все время кто-то приносил свежие новости о расследовании.
Их столовую только что по кирпичикам не разобрали, но никаких следов яда не нашли.
Перетряхнули вещи отравившихся, ничего не обнаружили.
Маму Катьки отвезли в больницу с сердечным приступом. Катя сама уже дома, она легко отделалась, а мама ее до сих пор в больнице.
Отец Мышки день и ночь торчит в полиции, требует деталей расследования, его уже грозились посадить за препятствие следствию. А вот Дианину маму после похорон никто не видел, наверное, дома сидит.
Очень странно у входа в школу видеть полицейские машины. Странно смотреть на растерянные лица учителей, на встрепанную вахтершу, на директора с перекошенным лицом. Надо же, сама стоит у входа и всех встречает!
Странно видеть полинявших одноклассников. Ксю вбежала в класс за секунду до звонка, взгляд сразу уперся в пустую парту Мышки. Вечный Мышкин сосед и бойфренд Егор еще не вернулся из больницы, и их парта выглядела вызывающе пустой.
Со звонком в класс вошли следователь и зареванная Антонина Романовна. Причем она даже не пыталась скрыть свое состояние. Глаза опухшие, тушь размазана, губы дрожат, сразу села за свой стол, руки под него спрятала, трясутся, наверное. Зато у следователя глаза как будто стеклянные, неживые. Стал у доски и обвел школьников спокойным взглядом.
– Здравствуйте! – сказал он глухо. – Меня зовут Леонид Борисович Орловский. Я старший следователь Следственного комитета.
«Следователь Следственного комитета», – автоматически отметила Ксюша. Но смешно не стало. Стало жутковато. Леонид Борисович четким движением достал из кармана удостоверение и продемонстрировал классу.
– В вашем классе произошло убийство, – произнес он очень обыденно, и от этого стало еще страшнее. – А также четыре покушения на убийство. Или пять.
Все затаили дыхание. Ксю пересчитала про себя тех, кто смылся с факультатива: Артем, Ира, Егор, Катька… и Мышка. Одно убийство плюс четыре покушения. Почему он сказал «пять»?
– Эксперты сделали полную токсикологию трупа, – снова очень спокойно, и снова холодок по спине у всего класса, – и тех, кто выжил. Обнаружен все тот же яд. А также… – Тут он вдруг повысил голос: – Некая дрянь, известная как спайс. Знаете, что это?
Полкласса, не сговариваясь, оглянулись на последнюю парту. Там сидел Данька – в замусоленных штанах, в мятом джемпере, но зато со здоровенным смартфоном. Он и сам был здоровенный. Все знали, что он приторговывает спайсами. Даже учителя догадывались. Данька ответил наглым взглядом: «Ну торгую, и чё?» Следователь сделал вид, что ничего не заметил.
– Это курительная смесь, – продолжил он. – Предположительно, яд подмешали именно в спайс. – Следователь говорил все жестче, гипнотизируя класс: – А продают его дозами. Каждая доза – на троих. Видимо, две дозы раскурили на шестерых. Пять человек мы знаем. Осталось выяснить, кто шестой.
Никто не пошевелился, но Леонид Борисович повернулся к Ксюше и сказал:
– Зачем он нам? Резонный вопрос.
Ксю вздрогнула. Вопрос она задала, но про себя.
– Если он не обращался в больницу, есть вероятность, что не отравился, – снова обыденным тоном. – Возможно, именно он и есть убийца.
Все сидели, боясь шелохнуться. Следователь несколько раз прошелся вдоль доски, равнодушно разглядывая пол. А потом вдруг оперся на первую парту и заорал:
– Вы что, идиоты?! Я же все равно найду, кто был шестым! Сопоставлю показания тех, кто в больнице! Проверю все камеры наблюдения в вашей школе! Выясню поминутно, кто где был в это время – неучебное время, не так уж много вас тут было! Если потребуется, каждого пропущу через экспертизу, найду на одежде или волосах следы этой дряни… – Он уже почти рычал: – Я вас всех в обезьянник запру, вы мне сами этого шестого к утру найдете! И он уже точно пойдет как обвиняемый, ясно?! А кто его покрывает – как соучастник!
Замолчал он так же внезапно.
Теперь никто не повернулся к Даньке, но все спиной почувствовали, как он напрягся.
Следователь выдержал паузу, выпрямился и улыбнулся.
– Но может быть и по-другому, – сказал он миролюбиво. – Возможно, кто-то из вас участвовал в этом… мероприятии, но… пассивно. Сделал вид, что курит, а сам не взатяжку. То есть он просто свидетель.
Ксю поняла, что по ее лбу течет пот. В классе раздалось несколько судорожных вздохов. Кто-то, похоже, на время терял способность дышать. Но признаваться никто не спешил.
– Ладно. – Леонид Борисович стер улыбку и вернулся к будничному тону: – Значит, так, вас тут… около двадцати человек, придется вызывать фургон. А две камеры я заранее заготовил, – и он полез в карман за телефоном.
– Нет! – взвизгнул кто-то.
Одноклассники удивленно посмотрели друг на друга – такого истеричного голоска никто из них раньше не слышал. И вдруг сообразили, что это классная.
– Нет! – повторила она. – Не надо фургон. Это я. Я была шестой. Они в туалете курили, я их увидела…
У Антонины задрожали губы.
– Они говорят: «Ну что, стучать будете? Или давайте дружить?» А я…
– Решили дружить, – вздохнул следователь.
– Я не хотела, но у них один пых остался, вот они и предложили… Я не затягивалась!
Она разревелась в голос. Следователь удивился, но быстро справился с удивлением, спрятал телефон, взял классную за локоть и вывел в коридор, на ходу доставая наручники.
Еще пару минут класс сидел в полной тишине.
– Он гонит, – вдруг сказал Данила хриплым голосом. – Мы несовершеннолетние, нас нельзя просто так задерживать.
С ним никто не спорил. У Даньки десяток приводов в полицию, он знает, что говорит.
Глава 4. О вреде наркотиков
![](i_009.jpg)
После того как классную десятого «А» вывели из школы в наручниках, уроков практически не было. Только самые выдержанные и квалифицированные педагоги смогли взять себя в руки и говорить с детьми не о спайсах, а о математике или географии.
Что касается самого десятого «А», то их кабинет вместе с туалетом, где курили отравленные, опечатали до приезда экспертов-криминалистов, а десятиклассников отконвоировали в актовый зал, где они и просидели оставшийся день.
Ксюше удалось вырваться из зала без сопровождения, и из короткой прогулки по школе она поняла, что за ад творится вокруг. А заодно сообразила, почему их класс изолировали и так тщательно охраняют. Съемочная группа одного из самых скандальных телеканалов расположилась на крыльце школы, как хищник в засаде.
Ксюша вышла в интернет. Сеть пестрела заголовками: «Учительница отравила своих учеников», «Учительница подрабатывала наркоторговлей», «Современная педагогика: наркотики вместо уроков»…
К концу третьего урока в зал пришла директор. Она была такая… Дианина мама на похоронах выглядела лучше… Собственно, от прежней властной и жесткой директрисы остался только голос.
– В школе произошло чепэ, – отчеканил голос. – Это чепэ нанесло огромный ущерб репутации школы, и моя задача – сделать так, чтобы ущерб был минимальным. Учащихся, которые употребляли курительные смеси, я пока не отчисляю. Учителя, виновные в инциденте, уволены. На сегодня вопрос закрыт. Ваш новый классный руководитель определится завтра. За любые контакты с прессой… вылетите из школы.
Это «вылетите из школы» было произнесено таким тоном, что Ксюша сразу представила себе, как ее за ноги раскручивают и она вылетает в окно третьего этажа.
– Почему учителя? – спросила Ксюша. – Кого еще уволили?
– Липского, наверное, – подала голос Альбина. – На его факультативе курили…
Директор стремительно вышла, а сторожевой пост на выходе из зала привычно заняла завуч.
– А чего нас не отпускают? – спросил, не отрываясь от смартфона, Даник.
– Чтобы вы подумали над своим поведением!
Но правда оказалась еще хуже. Через полчаса директор вернулась в сопровождении мужчины и женщины. Женщина, внушительная и мрачная блондинка, не останавливаясь, направилась на сцену – директор еле за ней поспевала. Мужчина, маленький, аккуратный, присел в зале, почти за спиной Ксюши.
– Внимание! – сказала директор, дергая себя за палец. – Сейчас перед вами выступит врач-нарколог… Зинаида… э-э-э…
– Зоя Петровна, – поправила ее дама глубоким грудным голосом и двинулась к центру сцены.
Директор, хоть и сама была женщина немаленькая, торопливо сместилась к краю, чтобы не быть сметенной в зал.
– Дорогие дети! – торжественно произнесла врач, почти молитвенно сложив руки. – В вашу школу пришла беда. Чтобы вы смогли полностью осознать масштабы трагедии, я вам немного расскажу о вреде наркотиков…
В заднем ряду отчетливо выругались. Завуч шикнула. Ксю оглянулась на Даньку, который издевательски тянул руку.
– Можно выйти? – спросил он.
Завуч молча показала кулак. Данила громко вздохнул и полез за наушниками.
Ксюша снова сосредоточилась на речи нарколога. Говорила дама хорошо, голос оказался красивым, напевным, и пользовалась она им мастерски. Главное – в слова не вслушиваться. Слова были затертыми и надоевшими: «необратимые изменения в организме», «зависимость», «паранойя», «галлюцинации», «подумайте о своих будущих детях»… Все это им говорили раз двести, до мозга не долетало почти ничего.
Ксюша пыталась сообразить, сколько человек у них в классе пробовали какую-нибудь дурь. Что пробовали многие, знала. Где достать? Даник постоянно подкатывается, только что объявления на доске с расписанием не вешает. Наверняка курили смеси многие. Кто-то и таблеточки глотал. Но чтобы «необратимые изменения»? «Зависимость»?
Да, Мышка умерла. Но ее ведь не наркотики убили, а яд. Ксю осознала, что она в состоянии думать о Дианиной смерти, не вздрагивая и не цепенея. Организм ко всему привыкает…
Ксюша давно не понимала слов нарколога, они обволакивали ее, как приятная песенка на каком-нибудь венгерском или португальском.
Она стала украдкой следить за одноклассниками. Кто-то, как она, слушал голос, а не текст – у таких лица были сонные и расслабленные. Кто-то, как Данька, с головой ушел в гаджеты… Ксю покосилась за плечо и заметила тоску на лице кругленького человечка, пришедшего с врачом. Он перехватил взгляд, наклонился к Ксюше и прошептал извиняющимся тоном:
– Зоя Петровна уже давно лекции читает. Немного отстала от времени. Про спайсы надо говорить, а она то ли марихуаной их считает, то ли экстези.
Ксюша обрадовалась возможности поболтать.
– А что, спайс хуже?
– Да кто его знает, – вздохнул человечек. – Это надо быть специалистом.
– А вы не специалист?
– Ну как сказать… я вообще врач. Но уже пять лет в полиции служу, в наркоконтроле…
Ксю хотела продолжить беседу, но ее ткнула в бок сидящая рядом одноклассница. Ксюша собиралась возмутиться – и заметила, что со сцены ее буравит суровым взглядом директор. Ксю затихла.
Однако кругленькому полицейскому, видимо, было еще скучнее. Он поерзал, наклонился к самому уху Ксюши и предложил:
– А пошли в коридоре поговорим? Типа я тебя по делу допрашиваю!
Это сработало. Директор только проводила их взглядом, а завуч, которая пыталась преградить путь, при виде удостоверения в руках полицейского превратилась в соляной столп.
В коридоре оба, как сговорившись, выдохнули и рассмеялись этому.
«Вот это да, – удивилась Ксюша, – я уже смеяться могу?»
– Хочешь жвачку? – Маленький полицейский протянул ей пачку.
Ксю помотала головой.
– А я, как курить бросил, все время жую, – пожаловался он и отправил подушечку в рот.
– Так вы в спайсах совсем не разбираетесь? – спросила она.
– Ну как… Разбираюсь, конечно, я же их продавцов ловлю… Но…
Он собрался с духом и признался:
– Мне кажется, в них пока никто не разбирается. Во-первых, они всего лет семь как появились, статистики нормальной нет. Во-вторых, их же тысячи, этих смесей. Каждый раз новый состав. Мы один зафиксируем, запретим – они тут же формулу меняют…
Тут они оба замолчали: два серьезных одиннадцатиклассника пронесли мимо портрет Дианы в черной рамке, с черной ленточкой в уголке. Ксю снова удивилась, какая красивая у нее, оказывается, была по-друга.
– А Мышку… то есть Диану, – тихо спросила она, – какой спайс убил?
– Ее не спайс, ее яд убил, – вздохнул полицейский. – Но он был добавлен в спайс. Вариант «Василиск». Недавно появился. Кстати, не знаешь, кто его в вашу школу принес?
«Данька? – мелькнуло в голове. – Нет, продать он мог, но чтобы отравить…»
– Нет, – ответила Ксю. – Я в этом не разбираюсь.
– Но если что-то вспомнишь, – попросил полицейский, – скажи мне, да?
Он протянул ей визитку. Ксюша послушно взяла и прочитала: «Отдел по контролю за оборотом наркотиков. Ковригин Георгий Александрович. Капитан. Старший оперуполномоченный».
«Еще один старший, – подумала Ксю. – Правда, тот старший следователь, а этот старший оперуполномоченный… И вообще они не похожи».
– А вы их найдете?
– Кого?
– Убийц?
– Убийц найдет убойный отдел. А мы торговцев спайсом найдем. Хотя, может быть, это одни и те же люди.
– И как искать будете?
– А вот так! – Ковригин ткнул в окно.
Ксюша посмотрела: у входа стоял большой белый автобус со шторками на окнах. На его боку было написано «Наркоконтроль РФ».
![](i_010.jpg)
После школы больше всего на свете Ксюше хотелось завернуться в теплый плед и лежать как мумия, не включая света. И чтоб ни одной мысли в голове. И она даже завернулась и легла. Но мысли из головы никуда не делись, а разноцветными картинками начали вспыхивать в мозгу. Стас, Стас, Стас… Вот Стас улыбается, вот серьезный, вот наклоняется к ней, чтобы поцеловать. На этой картинке сердце Ксюши дало сбой, и она рывком села, чуть не свалившись с дивана, потому что запуталась в пледе.
Собрание, которое она сорвала в день похорон Мышки, перенесли на сегодня! Как она могла забыть? Через десять минут Ксюша выбежала из квартиры.
– Согласна ли ты, Лили, взять в мужья…
Ксюша честно смотрела на Стаса влюбленными глазами и пыталась сосредоточиться.
– Слушай, Ксень, – сказал «священник», перейдя с оглушительного баса на нормальный голос, – если не можешь играть, давай тебя поменяем. Нет сил на твою физио… на твое выражение лица смотреть. У нас свадьба, а не похороны!
То ли от слова «похороны», то ли от неожиданного наезда глаза у Ксюши мгновенно наполнились слезами.
– Тихо, тихо, – примирительно сказал «священник», – только слез нам тут не хватало. Давай тогда репетировать, как Сам-Знаешь-Кто врывается в ваш дом, а ты закрываешь собой ребенка. Там можешь рыдать.
Ксюша беспомощно огляделась.
– У меня подруга умерла, – сказала она.
Присутствующие смотрели на нее без тени сочувствия.
– Да она уже неделю как умерла! – воскликнула одна из подружек невесты.
Стас зыркнул на Стеллу.
– Жизнь продолжается! – сказала она. – Говорят же, что мертвым все равно, а живым нужно жить.
– Точно так говорят? – язвительно спросил Стас.
– Ну как-то так, – отмахнулась Стелла. – Просто мы все расслабляться приходим, мало ли у кого какие проблемы! Мы же не тащим их сюда!
Ксюша растерянно переводила взгляд с подружки невесты на Стаса.
– Я ж тебя не выгоняю, – примирительно сказала Стелла. – Но не можешь играть – не играй.
– Давайте не будем делать свадьбу, – подала голос вторая подружка, Нюша, – тем более что ее в книге нет. Давайте сразу их убьем, а дальше все по плану.
– Ну знаете! – взвился Стас. – Это как-то… Как-то… Вы ведете себя как маглы!
Подружки синхронно прыснули, хоть и пытались нахмуриться.
– Я без Ксюши играть не буду, так что выгоните ее, я тоже уйду, – сказал Стас.
– Да никого мы не выгоняем, – попытались оправдаться подружки.
– Все, ладно, репетируем, – отрезал «священник». – Короче, бла-бла-бла, объявляю мужем и женой, кольца надели, невесту поцеловали, теперь разворачиваемся и идем вон туда, а в это время в углу уже готовы силы зла. Силы зла готовы?
– Да!!! – дружно ответил хор.
– Отлично, выключаем свет!
– Стас, спасибо, – прошептала Ксюша, уткнувшись Стасу в плечо.
Он до сих пор обнимал ее, а она потянулась к нему губами, чтобы отблагодарить и вообще… Она так надеялась на настоящий поцелуй, а не на бла-бла-бла, которое устроил липовый священник.
– Ну что вы делаете! – заорал Стас и ринулся к силам зла. – Вы же не мушкетеры, что вы тычете друг в друга этими палками! А ты вентилятор держи так, чтобы плащ развевался, а не занавески. Давайте еще раз!
«И до всего-то ему дело есть!» – раздраженно подумала Ксюша и в прямом смысле слова закатала губу.
Правда, в этот раз Ксюша Стаса дождалась. Домой он ее проводить не успевал, спешил к репетитору, но до метро они дошли вместе.
Разговор по дороге получился странный. Говорили о Мышке. Причем, что удивительно, больше говорил Стас. О том, что он понимает, что это большое горе – потерять такую подругу, о том, что Мышка была замечательная, и добрая, и умная.
– А откуда ты ее так хорошо знаешь? – удивилась Ксюша. – Мышка у нас только декорации готовила.
– Так я же контролировал! И в кино мы ходили вместе, помнишь? И всякие дни рождения… А без тебя мы только в «Антиспайсе» встречались. Она тебе рассказывала? Мы в библиотеке собираемся по четвергам.
– Да, конечно, – сказала Ксюша.
Почему-то она не смогла признаться в том, что первый раз слышит про «Антиспайс» и про то, что Мышка общалась со Стасом без нее. Но не думать об этом не могла. «Как же так?! – крутилось в голове. – Мышка же со мной еще с детского сада! Почему она мне не рассказала? А Стас? Он почему ничего не говорил?!»
Стас продолжал вещать, Ксю кивала, но на душе у нее было мерзко.
Глава 5. Возвращение
![](i_011.jpg)
На следующий день в школу пришли отравленные. Ира, Катька и Егор. Артем так и не появился.
Надо сказать, вид у них был неважнецкий. Катя похудела. Вернее, не похудела – все ее пышные формы остались при ней, – но осунулась, скулы заострились так, что о них можно порезаться.
С Иры слетел весь гламур. Ногти не накрашены, ресницы не наклеены. Даже волосы не уложены.
– А ты, оказывается, симпатичная, – хохотнул Даник, проходя мимо.
Ира даже не улыбнулась.
Егор – образец опрятности – сегодня выглядел ужасно. Все-таки Мышка была для него больше чем соседка по парте, они уже год официально считались парой. А его даже на похороны не пустили. И вместо новейшего айфона у него теперь была старенькая нокиа, а в школу он пришел в отстойном пиджаке. И черные круги под глазами, как у вампира.
Естественно, одноклассники сгрудились вокруг «пришельцев», ведь они явились с того света. Диана не вернулась, а этим повезло.
Правда, на вопросы отравленные не отвечали. Ира и Катя с лету начали реветь, а Егор ругаться матом. За пять лет, что Егор был старостой в их классе, от него не то что мата – ни одного эвфемизма не слышали.
Из вернувшихся удалось вытянуть только то, что лежали они в отделении токсикологии и насмотрелись там такого, о чем рассказывать не хочется. Сначала Ксю послушала Иру, та сквозь слезы лепетала про грудничка, которого родила наркоманка, и теперь у него ломка. Ксюше стало страшно. Она перешла к другой группе, где слегка успокоившаяся Катя начала рассказывать про свою соседку по палате, которая прописалась в больнице… И тут раздался страшный грохот.
Сначала никто не понял, что случилось. Шкаф упал? Горшок разбился? Потом из-под обломков горшка медленно выполз Даник и кинулся на Егора.
А у Егора как будто снялись все ограничители, он ударил еще раз, причем с такой силой, что Даник, который был на голову выше, опять врезался в шкаф, с которого свалился очередной горшок.
Ира с Катей первые что-то поняли и кинулись к Егору. Попытались его оттащить, но через секунду обе улетели в разные стороны, потому что Даник поднялся и тоже озверел.
Выглядело это все страшно. Егор в прошлой жизни ни на кого бы руки не поднял, даже в мыслях. Человек пять кинулись в коридор звать на помощь.
Каким образом в классе материализовался Леонид Борисович, Ксюша понять не успела. Когда Данила в очередной раз занес руку для удара, она позорно зажмурилась, а когда открыла глаза, оба пацана уже лежали на полу и хватали ртом воздух.
В кабинете стояла зеленого цвета завуч и тоже дышала очень тяжело.
– Что здесь происходит? – просипела она.
– Освободите нам учительскую для допроса. – Следователь выстрелил словами, и завучиху как вет-ром сдуло. – Встать! – приказал он Егору и Данику.
Те, кряхтя, начали подниматься.
– Свидетели их разговора есть? – спросил Леонид Борисович.
Все ошеломленно молчали.
– Окей, сам разберусь, – сказал следователь и вывел мальчишек из класса.
– По-моему, Даник ему курнуть предложил, – тихо сказал кто-то из девочек.
– Тогда понятно, – кивнула Ира, – я бы тоже убила.
И опять заплакала.
Школа превратилась в дурдом. Учителя делали вид, что ведут уроки, школьники не сопротивлялись, но и воспринимать ничего не могли. Как тут учиться, когда то Ира посреди биологии вдруг заревет и выбежит – что-то ей там на плакате показалось, то Егор вернется и сидит, смотрит в одну точку. Из отравленных только Катька вела себя более-менее по-человечески, даже контрольную пыталась решить. Да так и не решила.
Последним уроком была физика. Вместо Соломоныча прислали практиканта, он бекал-мекал, поминутно заглядывал в конспект. Понятно, что на нем оторвались за все. Мальчишки хамили, девчонки игнорировали, даже Ксю поддалась общему психозу – когда издерганный парнишка спросил, какие есть вопросы, встала:
– А что такое антиминуслямбда-гиперон?
Практикант смертельно побледнел и зарылся в конспект. Ксюша села, чувствуя сразу и злорадство, и стыд. Она и сама не знала значения мудреного слова. Просто сходила со Стасом на Дни физика, запомнила из какой-то сценки. Класс покатывался от нервного смеха, а Ксю взяла сумку и ушла. Ей все это порядком надоело.
Но возле кабинета директора она притормозила. Из распахнутой двери доносилось:
– Это клевета! Провокация! Вы все некомпетентны!
Ксюша присмотрелась и с удивлением узнала маму Артема. Эта дама часто появлялась в школе, чтобы прочистить мозги учителям, которые якобы придираются к ее сыночку, ставят четверки вместо пятерок. Да и самому Артему не стеснялась делать выговор при всех. Но при этом она никогда не повышала голос, цедила слова с невыразимым презрением. А тут…
– Вы все лишитесь своих мест! Я буду жаловаться!
Странно было видеть директрису, которая не может вставить слово. Впрочем, выглядела она так, как будто неделю не спала. Она только иногда слабо поднимала руку, прося слова.
– Вы мне рот не затыкайте! – орала в такие моменты мама Артема. – Мой мальчик ни в чем не виноват! Это преступление!
И снова не пойми откуда материализовался следователь, правда, на сей раз в компании с наркополицейским Ковригиным.
– Майор Орловский, Следственный комитет! – рявкнул он так, что скандалистка на мгновение поперхнулась. – Какое преступление? Хотите подать заявление?
– Да! – Мама Артема быстро опомнилась: – Моего сына оклеветали! Нашли в его крови следы якобы наркотика!
– Якобы нашли следы наркотика, – мягко улыбнулся Ковригин.
– Да какая разница! Это клевета! Мой сын никогда и близко не подходил к этой гадости! Он все обязательные тесты в школе сдавал, можете проверить!
– Виновные в клевете будут привлечены по статье сто двадцать восемь точка один! – отчеканил майор. – До трех миллионов рублей штрафа или обязательные работы до четырехсот часов!
Директор с ужасом уставилась на Леонида Борисовича, но тот и бровью не повел. Мама Артема вцепилась в рукав следователя и смотрела на него чуть ли не с восхищением.
– И еще моральный ущерб! То есть… нанесение психического вреда! Есть такая статья?
– Уточните, что конкретно случилось!
– Сейчас-сейчас! – заторопилась женщина, а Ксю вдруг поняла, что цепкий следователь полностью ее подчинил. – Понимаете, Артемка так натерпелся в этой психбольнице, что сам не свой! Я его дома оставила, возвращаюсь – а он от меня прячется! В ванной заперся! Говорит: «Ты меня убьешь!» Я этого так не оставлю!
Следователь и оперативник наркоконтроля быстро переглянулись, и Ковригин выкатился вперед, на ходу демонстрируя удостоверение:
– Капитан Ковригин! Это по моей части!
– А-а-а! – зловеще протянула дама. – Так это вы оклеветали моего сына?!
– Ну что вы! – искренне возмутился тот, беря женщину под локоток. – Это в больнице! Там такой бедлам, ужас! Вы ведь хотите их привлечь?
– О да! Очень хочу!
– Прекрасно! – Оперативник мягко, но настойчиво повлек маму Артема прочь от директрисы (к огромному облегчению последней). – Мы докажем, что ваш сын чист! Но для этого придется сдать все анализы…
– Они ничего не покажут! Артем никогда…
– Конечно-конечно! Но чтобы привлечь этих головотяпов, нам нужны результаты анализов. Чистые результаты, понимаете?
Мама Артема с воодушевлением кивнула. Они скрылись на лестнице.
Директор спросила у следователя:
– А на нас она может подать в суд?
– За что?
– Ну… клевета…
Орловский сурово посмотрел на директрису:
– Наркотик у него обнаружили, это точно. А сейчас еще и повторную дозу найдут.
Директриса терла лоб, пытаясь что-то понять.
– Он сегодня еще раз «дунул», – сказал следователь. – Этот ваш Артем – законченный наркоман, раз решился на это после… экскурсии в наркодиспансер. А теперь у него паническая атака.
– Вы уверены? – Ксюша не выдержала, вошла и встряла в разговор.
Как-то не вязались у нее слова «законченный наркоман» и образ Артема – всегда аккуратненького, вежливого, старательного. Орловский обернулся к ней:
– У меня был сын… Он выпрыгнул в окно. Во время панической атаки. Из-за спайса. Да, я уверен.
Он подождал от Ксю еще каких-нибудь вопросов. Но что она могла спросить?
Тогда следователь развернулся и зашагал по коридору.
Ксюша выждала минут десять и двинула за ним. В школе ей стало совсем тошно.
Ксю шла по улице, ни о чем не думая, не разбирая дороги. Она шагала по лужам, один раз угодила в старый сугроб. Солнце то выглядывало из-за апрельской тучи, то пряталось. Из-за всего этого Ксюше казалось, что она идет долго-долго, попадая то в зиму, то в весну, то в лето.
![](i_012.jpg)
Она и сама не поняла, как оказалась в зальчике, который выделил ролевикам чей-то папа (уж не Стаса ли?). Общего сбора сегодня не было, но в зале всегда кто-то копошился. Вот и сейчас в одном углу мастерили мантии дементоров, в другом возились с Распределяющим Колпаком, сценаристы в углу бубнили над ноутбуком.
Стас тоже оказался тут. Он занимался всем сразу – и костюмами, и реквизитом, и сценарием.
– О! Ксю! – Стас почти не удивился. – Слушай, тут как раз сцену нападения на Гарри подготовили!
Он потряс свертком пеленок, из которого отчетливо загугукало. Ксюша вздрогнула.
– Спокойно, – сказал Стас, – это фарби, игрушка такая. Ну что, прогоним? Джеймс тут, Лили тут, Гарри на месте…
– Тот-Кого-Нельзя-Называть отсутствует, – прогундосил долговязый парнишка, который дошивал дементорскую мантию.
– Ты будешь за него! – приказал Стас.
– И на «Старконе» тоже? – оживился долговязый.
– Посмотрим! Так, готовим квартиру Поттеров.
Все бросились обустраивать на сцене спальню Гарри. Сценаристы пытались руководить, но их не слушали – каждый поттероман знает, как выглядит спальня любимого героя. Ксюша тоже включилась в суету, очень отвлекало от мыслей.
Тащили все, что валялось в реквизите. Спальня получилась совмещенной с кухней – погремушки вперемешку с кастрюлями, – но Стас решил, что так даже лучше.
– Поттеры – люди небогатые. Квартирка скромная. Кухня совмещена с детской. Так, по местам!
Тут уж сценаристы самодеятельности не допустили. Они сильно разнообразили классическую сцену – в основном за счет длинных монологов каждого из участников. Даже Стас не смог убедить их, что все должно произойти стремительно.
– Ты ничего не понимаешь в драматургии! – заявил главный сценарист Генка, маленький, лопоухий и такой кучерявый, что ему доверяли только строго комические роли. – Нужен пафос!
– Так в книге…
– То книга, а то – драматургия! Не спорь!
Прогнали сначала только слова. Получалось затянуто. Монологи резали на ходу. Сценаристы злились. Ксю постепенно заводилась – ее монолог не помещался в голову хотя бы частично, потому что мысли снова возвращались к Мышке и к погибшему сыну следователя.
Когда дошли до прогона с реквизитом, Ксюша настолько выпала из происходящего, что Стасу пришлось толкнуть ее в бок:
– Не тормози!
Ксюша очнулась. Над ней нависал исполнитель роли Темного Лорда, размахивая черной волшебной палочкой. Стас застыл на полушаге – Джеймс должен был закрыть Гарри от повторной атаки. Но сначала это должна была сделать Лили.
Ксю разозлилась, схватила первое, что попалось под руку, и треснула Волан-де-Морта по плечу.
Удар получился таким увесистым, что Тот-Кого-Нельзя-Называть упал в кулису с жалобным воем. Ксюша посмотрела на свою руку – в ней оказалась сковородка. Тяжелая, чугунная.
В зале хохотали. Девочки из массовки бросились оказывать пострадавшему первую помощь. Стас укоризненно покачал головой.
– А что, – сказал сценарист Генка, – мне понравилось…
Большинством голосов решили, что сцену – а за ней всю историю Гарри – надо переписать. Потому что круто и весело получилось.
Ксю почувствовала, что ей полегчало.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?