Текст книги "Месть"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mest-29551.jpg)
Автор книги: Фиона Макинтош
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
«Это все дела минувших дней. Сейчас мы знаем, что Паладины возрождаются».
«Верно. Пока у нас есть ты, Солиана, Арабелла, Саксен, Кайрус и Саллементро. Нанак называет еще четверых. Я не могу точно сказать, кто это – люди или какие-то другие существа... Джуно, Темезиус, Фиггис, Адонго».
Клут запрыгал в его сторону. Связь между ними стала сильнее, и Тор слышал почти каждую мысль своего друга.
«Насколько я вижу, мы с Арабеллой посвящены тебе. Саксен и менестрель Саллементро связаны с Элиссой. А Солиана и Кайрус? А другие, которые пока не появились?»
«Ничего не могу сказать. Лисе говорила, что Кайрус – один из Паладинов, но ему отведена особая роль, очень важная. Что это за роль, она пока не объяснила. Возможно, и сама не знает».
«А почему Арабелла не путешествует с нами, если она связана с тобой?»
«Знаешь, меня тоже это удивляло. Лисе сказала, что у каждого из Паладинов своя сила и своя задача. Когда я заговорил об этом с Арабеллой, она совершенно не удивилась. Она считает, что свою задачу уже выполнила».
«Какую?»
«Поженила нас с Элиссой... проследила, чтобы моя душа вернулась в тело после казни, а затем помогла мне исцелиться. А может быть, это еще не все. Может быть, она знает о каких-то других задачах, но не говорит».
«Я чувствую, что Арабелла тесно связана с Сердцем Лесов».
Клут озвучил давние подозрения Тора.
«Не думаю, что она захочет покинуть это место... А может быть, просто не может? – заметив, как юноша кивнул, сокол не стал развивать эту мысль. – Знаешь, вот чего я так и не понял: если мы все так связаны, почему не чувствуем и не узнаем друг друга?»
«Думаю, со временем это произойдет. Связь должна быть. Может, она даст о себе знать в каком-то особом месте? Или что-то должно произойти... что ее разбудит. Когда мы с Меркудом обменивались телами, в какой-то миг я почувствовал, что мы обмялись знаниями и опытом. Это был только миг, но я прочел его мысли... а он, наверно, прочел мои».
«Раньше ты никогда об этом не говорил, – возмутился Клут. – И что ты прочел?»
«Говорю тебе, это был только миг. Я почувствовал, что Орлака удерживают лишь Фиггис и Темезиус. Меркуд это знал. Судя по тому, как недавно стонало Сердце Лесов... боюсь, теперь остался только один из них».
«А что случится после того, как падет последний из Паладинов?»
«Орлак освободится. Лисе сказала мне, что в ярости он разрушит Таллинор и все окрестные королевства. Он сотрет Сердце Лесов с лица земли. Орлак почувствует силу его волшебства – даже боги считают это место особым. Это будет месть миру, который отнял у него жизнь бога, и человеку, который купил его младенцем и заставил жить жизнью смертного. Возможно, он пользуется случаем, чтобы показать богам свою силу и дать понять, что хаос, который он им несет, – это наказание за то, что они не смогли защитить своего принца».
Клут вскочил на плечо Тору.
«Но Меркуд мертв, Тор. На кого Орлаку охотиться? На ком он выместит свою ярость?»
На мгновение стало очень тихо. Оба собеседника чувствовали неловкость. Наконец Тор ответил; если бы они говорили вслух, эти слова прозвучали бы как тихий шепот:
«На мне».
«На тебе? Но почему?»
«Потому что я связан с Меркудом. Лисе предупредила, что его смерти Орлаку будет мало. Он обрушит свой гнев на тех, кто был дорог моему старику».
«Может быть, мы сможем тебя спрятать? Кстати, почему бы тебе самому не стать охотником?»
«До каких пор вы будете меня прятать, друг мой? Орлак придет. В этом можно не сомневаться. Все, что нам остается, – это подготовиться к этому часу. А что касается другой твоей идеи... Я – добыча. Я готов стать приманкой, чтобы поймать охотника в ловушку. Лисе свела нас вместе не просто так, и нам надо понять, чего она от нас хочет, что мы должны сделать, объединив наши умения и знания».
«А если спросить саму Лисе? Думаешь, это еще никому не приходило в голову?» – с нескрываемым ехидством осведомился Клут.
«С ней это не пройдет. Она хочет, чтобы мы все поняли сами. Если мы зададим правильные вопросы, то получим правильные ответы».
«Хорошо, – сокол расправил крылья, перелетел в середину поляны и теперь смотрел оттуда на своего друга. – Как я понимаю, ты исцелился, отправил Ярго на поиски Соррели и детей и сам решил отправиться в путь. И что мы будем делать?»
«Как-то раз Лисе сказала мне одну загадочную вещь... впрочем, она часто говорит загадками... Я только сейчас вспомнил. Она велела мне искать тех, кого легко соблазнить властью и местью. Впечатляет, правда? Намек довольно туманный, но можно догадаться, кто будет больше всех радоваться нашим страданиям – моим и тех, кто мне дорог».
«Тор, в тебе умирает зубной врач. Ты обладаешь потрясающей способностью тянуть долго и мучительно. Ближе к делу».
«Это же очевидно, сумасшедшая птица. Гот! Ксантия! Этой очаровательной парочке больше нечего терять, а вот добиться они могут очень многого».
«Ты прав. Гот – это воплощение зла, а Ксантия – пешка в его руках».
«О, нет, Клут. Она отнюдь не пешка. Ксантия владеет Темным Искусством. Если Орлак доберется до нее и освободит от архалита, который не дает ей воспользоваться своим даром, нам лучше сжечь Тал самим, чтобы они не утруждались».
«Таким образом, мы?...» – Клут явно надеялся услышать четко сформулированное предложение.
«Мы отправляемся искать Гота. Чем враг ближе, тем лучше».
«Как?!»
«А вот об этом я пока думаю», – тихо ответил Тор.
* * *
«Кажется, я тебя не совсем понял, Тор. Ты сказал „полетим“?»
Слух у Клута был не менее острый, чем у его друга, и притворяться было бессмысленно.
«Вот именно».
«А-а... – сокол потоптался на ветке, которая висела почти над головой у Тора, и принялся чистить клюв. Так он делал всегда, если чувствовал себя неловко или хотел протянуть время, чтобы подумать. – И как именно мы это будем делать?»
«Я не знаю, какое волшебство позволяет вырастить крылья, дружище».
«Значит, летать придется мне – я правильно понял?»
«Правильно. А я буду тебя сопровождать».
«Ясно. Значит, ты собрался ехать на мне, как на лошади».
Эту шпильку Тор предпочел оставить без ответа.
«Не совсем, но почти».
На этот раз он явно не шутил.
«Ты снова собираешься заняться обменом душ?» – переспросил Клут, словно не мог поверить собственным ушам.
«Я уже переносился в тело Меркуда, – очень тихо ответил Тор. – Это будет почти то же самое».
Клут перестал чистить перья. К такому повороту он был не готов.
«Тор... когда ты вошел в тело Меркуда, его душа уже умерла в твоем теле. И ты это знал».
Тор, который до сих пор сидел, привалившись к дереву, выпрямился и встал.
«Иди сюда, Клут»:
Он протянул руку, и сокол опустился к нему на запястье. Тор погладил великолепную птицу, вкладывая в это прикосновение всю любовь, все доверие, которое испытывал к своему удивительному другу. Юноша заговорил снова лишь после того, как почувствовал, что Клут успокоился, а его тельце немного расслабилось.
«Ты не умрешь. Я много думал об этом, а потом нашел в Писаниях Нанака такую фразу: "Двое могут занимать одно тело". Понимаю, это может быть просто мысль, которая пришла кому-то в голову сто лет назад и которую никто не пытался проверить, но мне кажется, что из этого будет толк».
«Тор, мой дорогой друг, я боюсь не за свою жизнь. Я один из Паладинов. Один раз я уже умер за тебя, и, если потребуется, снова встречусь со смертью, чтобы ты жил. Ты – это все, ради чего мы сражаемся. Все эти бесконечные скитания, постоянная неизвестность, ужасные испытания – все только ради того, чтобы ты жил и встретил свою судьбу. Нет, Тор. Не думай, что я хоть на миг задумаюсь о своей жизни, если речь пойдет о твоей. Я боюсь только за тебя. А ты готов рисковать собой, чтобы проверить какую-то сомнительную идею... Я потрясен».
Тор поднес сокола ближе и посмотрел ему прямо в глаза. Клут склонил голову набок, но не отвел взгляд.
«Не делай этого, Тор».
«Верь мне».
«Давай хотя бы подождем Лисе. Она направила тебя по этому пути, она подбросила тебе эту мысль... – в тоне Клута послышалась надежда. – Значит, она сама что-нибудь предложит».
«Нет. Элисса не сможет жить спокойно, пока жив Гот. Лисе сказала мне об этом. Я должен узнать, где находится Инквизитор. Если я это выясню, мне самому будет легче».
Клут снова прыгнул юноше на плечо.
«Твой враг – не Гот. Ты не должен забывать, кто твой настоящий противник, настоящая угроза для всех нас. Это Орлак!»
Тор вздохнул.
«Орлак пока не объявился, так что придется довольствоваться теми врагами, которые есть в распоряжении. И вообще, я же не сказал, что собираюсь что-то предпринимать. Я просто хочу найти Инквизитора».
«Хорошо. Допустим, я согласился участвовать в этой дурацкой... нет, в этой безумной затее. И что прикажешь делать с твоим телом – холодеющим телом, из которого уходит жизнь?»
Дело все-таки сдвинулось с мертвой точки. Момент, который не следовало упускать.
«Сердце Лесов сможет какое-то время сохранять мое тело».
Тор быстро обрисовал свой план. Клуту не стоит погружаться в размышления о возможной гибели. Хватит и того, что сам Тор чувствовал себя не слишком уютно при мысли о том, что ему снова придется покинуть собственное тело.
«Думаю, все было примерно так: Гот сбежал из дворцовой тюрьмы, и ему хватило наглости явиться на площадь, чтобы поглазеть на мою казнь. В толпе на него никто не обратил бы внимания. Потом, наверно, он покинул столицу – опять-таки смешавшись с толпой».
«Согласен», – откликнулся Клут.
«Даже если не думать о гневе короля... Гот должен понимать: Херек бросится на его поиски просто потому, что задета его гордость – а с ним и весь "Щит". Они будут искать почтенного Инквизитора, пока не найдут, и отправятся ради этого хоть на край мира».
«Продолжай».
«Я подумал: куда бы я сам поехал, если бы хотел оказаться как можно дальше от дворца и его обитателей?»
«На север, конечно».
«Верно, на север. Но не куда угодно. Это должен быть какой-то глухой угол, куда инквизиторы вряд ли когда-нибудь добирались. Гота слишком легко узнать, так что я сомневаюсь, что он рискнет появиться в каком-нибудь городе».
«Или это место, где нарушители закона чувствуют себя вольготно, – подхватил Клут. – Место, где умеют держать язык за зубами и не жалуют власть предержащих».
По воодушевлению друга он понял, что попал в точку.
«Вот именно! В глуши Гот умрет со скуки. У него слишком большие аппетиты».
Клут смолк. Он думал. Чтобы понять это, не надо было уметь читать его мысли: сокол становился на одну лапу, когда погружался в размышления. Эта привычка всегда забавляла Тора, и впервые за много недель он тепло улыбнулся.
«Ну, дружище, это твои родные места. Как думаешь, где может спрятаться Гот? В Роркъеле?»
Клут опустил вторую лапу.
«Роркъель закрыт для всех, кто не принадлежит нашему народу. Готу потребуется проводник, кто-то из местных жителей, иначе он заблудится в скалах. Но я согласен с тобой. При его аппетитах ему нужен целый город, на меньшее он не согласится. Но ни в Илдагарт, ни в его окрестности он не вернется – это слишком рискованно... – он осекся. – Сколько у нас времени на поиски?»
«Хочешь сказать, сколько выдержит мое тело? Дня два, а может быть, и меньше. Наверно, Дармуд Корил это знает. Давай позовем Солиану и попросим бога лесов принять нас».
Клут захлопал крыльями и перелетел на свою любимую ветку.
«Думаю, ему это не понравится», – заметил он.
«Дармуд Корил хочет спасти Сердце Лесов, Клут. Он нам поможет».
«Ладно. Раз уж ты решил стоять на своем... Лучшее, что я могу предложить – это Карадун».
«Первый раз слышу».
«Его жители стараются, чтобы про их город слышали пореже. Это торговое поселение. Ну, про Киракавию ты, конечно, знаешь».
Он дождался, пока Тор кивнет.
«В Киракавию стекаются обычные товары, которые привозят в Таллинор из северных королевств. А необычные товары... если можно так выразиться... проходят через Карадун. Это весьма процветающий город недалеко от Киракавии».
«Например?»
«Ну, пряности, целебные травы, золото... вино...»
«И что в этом необычного».
Клут продолжал, словно не слышал вопроса.
«... дети, рабы, стракка, которая запрещена во всех королевствах».
Тор понятия не имел, что такое стракка, зато слышал о притонах, где ее курили или глотали ее сок.
Он встал. Видя, как на скулах его друга заиграли желваки, Клут понял, что решение принято.
«Надо найти Солиану. А пока ты поподробнее расскажешь мне про этот Карадун».
Глава 4
Перелет
Саксен издал леденящий душу боевой клич и подбросил апельсин. Джил развернулся. Глаза у него были завязаны шарфом, но последние несколько месяцев мальчик учился полагаться не только на зрение... и это у него неплохо получалось. Взмах меча – и он с удовлетворением услышал сочное «чмок!», с которым клинок рассек спелый плод пополам.
– Браво! – воскликнул Саксен. – И еще!
Он метнулся вправо, не давая мальчику отдыха, снова завопил и подбросил в воздух лимон.
На этот раз Джил действовал недостаточно быстро. Лимон угодил ему в грудь.
– Никуда не годится!
Джил сорвал повязку и засмеялся.
– Саксен, я не собираюсь завязывать глаза перед боем.
– Надеюсь, тебе никогда не доведется побывать в настоящем бою, парень. Но если все-таки такое случится... я хочу, чтобы ты отбил удар, который идет тебе в голову, даже если у тебя будет время только на то, чтобы услышать, как меч рассекает воздух.
– Знаю, – Джил подобрал лимон и бросил его Саксену. – У меня почти получилось.
Бывший акробат сплюнул. У клуков такое считалось обычным делом, но здесь, в Таллиноре, выглядело несколько странно.
– «Почти» не считается.
– О, Саксен! – Элисса укоризненно покачала головой. Она подошла так тихо, что никто не услышал. – Я помню, ты меня точно так же мучил.
Клук что-то проворчал себе под нос. Элисса воспользовалась тем, что он отвлекся, и улыбнулась Джилу. Он рос не по дням, а по часам, и черты его лица становились тверже. Похоже, он станет на редкость привлекательным юношей. Какая мать могла бросить такого красивого ребенка? Элисса снова отметила, что Джил ей кого-то напоминает... и снова не смогла понять, кого именно. Наверно, это все его осанка. Он держится гордо, почти надменно, и шагает так, словно поставил себе цель и идет к ней. Так, словно считает себя образцом зрелости и мужественности... или знает, что рожден для великих дел.
Да, надо же до такого додуматься... Элисса покачала головой.
Саксен снова закричал.
– Хватит, Саксен!
– Вот только не надо этих нежностей, Элисса! Парень учится владеть мечом.
– Значит, теперь на поле брани сражаются с повязками на глазах? А может быть, на канатах?
Элисса подбоченилась. Это было опасным знаком. Джил рассмеялся.
– Не в бровь, а в глаз, Элисса!
Саксен насупился.
– Идите вы оба куда подальше! Сиди дома, Джил, вяжи детишкам носочки, пока настоящие мужчины защищают пределы Королевств!
Непохоже, что Джил обиделся: он был без ума от Саксена. Вместо этого мальчишка похлопал клука по плечу, точно старого приятеля. В свои четырнадцать он уже догонял бывшего циркача.
– Вязать я уже научился, Сакс! Ты не возражаешь, если я еще поупражняюсь сегодня вечером – вместе со стражей?
– Я-то не возражаю, если только твоя матушка не соберется заплетать тебе косички...
Элисса не удостоила Саксена ответом. Ее гневный взгляд был выразительнее всяких слов, но она не могла скрыть, что при слове «мать» ее охватил трепет. Еще никто и никогда не говорил о ней, как о матери Джила... да и она о себе так не думала.
Саксен поднял руки, словно сдавался в плен.
– Хорошо, хорошо... – в его голосе появились бархатные нотки. – Элисса, любовь моя... Мне надо с тобой немножко пошептаться. Сегодня вечером. Ты ко мне заглянешь?
Она обожала этот голос. Только к чему такие секреты? Правда, Саксена давно не было дома: вместе с Хереком и его отрядом он объезжал окрестности и лишь недавно вернулся. Строго говоря, в списках «Щита» клук пока не числился, но жил вместе с другими воинами и пользовался едва ли не большей любовью, чем прайм-офицер. Скорее всего, хочет поделиться свежими сплетнями, не предназначенными для детских ушей, подумала Элисса.
– Поужинаем вместе? – предложила она.
Саксен кивнул.
– Только я приду поздно, – добавил он и вышел со двора.
– Я тебе нужен? – спросил Джил.
Элисса обернулась.
– Да, Джил. У меня в комнате лежат несколько книг, я с ними работала. Их надо перенести в покои Его величества. Могу я рассчитывать на твою помощь?
– Конечно. Прямо сейчас?
– Сделай одолжение.
А он уже меня перерос, подумала Элисса. Скоро придется задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Знаешь, Саксен точно так же ругался и кричал на меня, когда я была помоложе.
Джил взял ее под руку.
– Неужели он учил тебя работать с мечом?
– Нет. Он учил меня летать, – она с удовольствием заметила, как у него округлились глаза. – Я никогда тебе не рассказывала про нас с Саксеном? Это было давно...
Мальчик покачал головой.
Я не смел расспрашивать, – признался он. – Мне всегда казалось, что это ваш секрет... очень большой. Его смущение позабавило Элиссу.
– Напомни мне, чтобы я открыла тебе эту великую тайну, сейчас идем. Негоже заставлять Его величество ждать.
Ночь выдалась теплая, в воздух был напоен сладкими ароматами распустившихся цветов, как это всегда бывает в начале лета. Элисса позволила благоуханию наполнить свои ноздри и вздохнула. Она чувствовала себя удивительно счастливой и спокойной. Новый, совершенно неожиданный, но такой приятный поворот в судьбе... Работа с детьми сделала ее жизнь богаче, воспитание Джила наполнило ее смыслом. Элисса поняла, что уже много месяцев не думала про Тора – а раньше вспоминала его едва ли не каждый миг. Теперь рядом Саксен и Саллементро, ее верные друзья, с ними она как за каменной стеной. Но самой приятной неожиданностью – она долго не могла в этом признаться даже себе – стала работа с Лорисом. Наступило лето, а к своим новым обязанностям Элисса приступила в самом начале весны... Да. Три месяца назад.
Король принял ее на удивление сердечно. Поначалу Элисса старалась сохранять холодную отчужденность, но добродушие Лориса могло растопить даже озеро в разгар холодов. Она пыталась не поддаваться, но стоило ему улыбнуться, и она ловила себя на том, что робко улыбается в ответ. Это происходило само собой, помимо воли. Надо же, она всегда считала Лориса высокомерным занудой... Какое заблуждение!
Скромность, с которой король держался со своими подданными, поражала. Этот человек всей душой болел за свой народ и Королевство. Новоиспеченному королевскому секретарю порой становилось стыдно за свои прежние чувства. Лорис предпочитал решать любые вопросы миром, но Элисса чувствовала в нем огромную силу и знала, что он не станет уклоняться от битвы, если иного не останется.
В свою очередь, Лорис глубоко уважал свою помощницу. Поначалу у нее не раз перехватывало дыхание, когда во время государственных советов король оборачивался и спрашивал ее мнения. На этих собраниях она была единственной женщиной, тихо сидела в затененном углу и делала пометки. Поначалу подобное внимание со стороны Его величества настолько смущало Элиссу, что ей хотелось провалиться сквозь землю – тем более что знатные господа в зале чувствовали себя столь же неловко. Однако теперь она привыкла и, когда ее спрашивали, говорила свободно.
Найрия просила ее забыть о смерти Тора и дать Лорису шанс. Легче сказать, чем сделать. Но человек, которому Элисса когда-то поклялась при первой возможности вонзить нож в сердце, опередил ее. Правда, рана была нанесена с удивительной нежностью, а клинка не заметил бы даже самый зоркий человек.
Впервые Элисса поняла это, когда Лорис случайно коснулся ее руки. Ей показалось, что кожа на миг покрылась пупырышками, как от холода.
До сих пор только один человек заставлял ее такое пережить. Только Тор.
Лорис протянул руку, чтобы со стола взять какие-то бумаги, и их руки соприкоснулись. Его загорелая кожа была теплой, мягкие черные волоски вдруг встали дыбом. Элиссе показалось, что в нее ударила молния – только не снаружи, а изнутри. Молодая женщина покраснела, извинилась и убрала руку. Вряд ли Лорис заметил ее смущение. И тем более не слышал, как забилось ее сердце. Совсем как сейчас, когда она вспомнила этот случай.
Саксен словно прочитал ее мысли. Они сидели, прижавшись друг к другу спиной, на маленьком пригорке в окрестностях дворца.
– Ну что, Элисса? Как тебе Лорис?
Пытаясь скрыть смятение, Элисса поднесла к губам кубок с вином и сделала большой глоток. Неужели она чем-то себя выдала? Нет, ни в коем случае. Она не должна. Лорис женат, тем более что она всей душой любит его супругу, свою королеву.
Похоже, Саксену ее беспокойство не передалось. Как хорошо, что они сидят вот так, спина к спине!
– Я знаю, как ты относилась к нему все эти годы, – продолжал клук. – Тобой можно только гордиться! После всего этого ты так хорошо прижилась в этом обществе... Спорю, для этого потребовалось настоящее мужество. А теперь скажи: что ты сейчас чувствуешь? Какие у тебя отношения с Лорисом на самом деле?
– Саксен... ты же знаешь, как я изменилась. Особенно после того, как появился Джил. Потом школа. Потом я стала помогать королю и королеве. Я стала взрослой. У меня появились новые обязанности, и мне это нравится. У меня есть повод жить дальше... – она крепко обхватила себя обеими руками. – Теперь мне есть чего ждать от жизни, и я хочу забыть о прошлом.
Саксен обернулся. Несколько мгновений он смотрел на нее, а потом прижал ее к груди.
– Хорошо сказано, моя храбрая Элисса.
На широкой груди Саксена было уютно. Вот человек, к которому она была так привязана, который стал для нее вместо отца... и сделал для нее больше, чем кровный отец.
– Я счастлива, Саксен. Правда. Тор остался в прошлом. Я смотрю в будущее.
И почувствовала, как напряглись мышцы клука.
– Это хорошо, моя девочка. Я хочу убедиться, что ты в безопасности... потому что мне придется ненадолго уехать. Да, и что касается новостей... я больше не смею это от тебя скрывать.
Его голос звучал как-то странно, и Элисса быстро обернулась. Саксен разглядывал траву.
– Посмотри на меня, Саксен.
Клук поднял голову, и она увидела в его глазах боль.
– Рассказывай. Хуже, чем было, уже не будет.
Саксен долго думал, как сообщить ей эту новость, но ему так ничего и не пришло в голову. Кроме одного-единственного слова – слова, которым было сказано все.
– Гот, – выдохнул он.
– Что?!
Элисса сжала его лицо ладонями, заставив клука смотреть ей прямо в глаза, словно надеялась прочесть в них истину. Движение было таким резким, что она вырвала пару волосков из его бороды, но Саксен даже не поморщился и лишь вздохнул.
– Гот мертв, – ровно и отчетливо произнесла Элисса, уже не веря собственным словам: она видела во взгляде друга смятение.
– А может, и нет, – Саксен отвел ее руки, сжал их в своих ладонях и снова обнял ее.
Элиссу затрясло. От недавней радости не осталось и следа, ужас смел ее, точно порыв урагана.
– Я только что узнал, – клук склонился к ее уху и заговорил мягко и очень тихо. – Гот сбежал в ночь перед казнью Тора, но это не предавалось огласке. Королевская стража не сомневалась, что его найдут еще до заката.
Он почувствовал, как на языке у Элиссы уже вертятся сотни вопросов, и крепче сжал ее плечи, призывая повременить.
– У Гота была сообщница, которая помогла ему скрыться. Ксантия.
На этот раз Элисса не смогла сдержаться и вскрикнула.
– «Щит» не оставляет попыток найти его, – продолжал Саксен. – Вот уже несколько лет мы ведем поиски по всему Королевству. Пока похвастаться нечем. Я хочу помочь нашим ребятам. Вот почему сегодня ночью я уезжаю.
У Элиссы округлились глаза.
– Ты собираешься найти Гота?
– Я должен его найти. Потому что знаю, что он жив.
– Куда ты поедешь? И почему ты уезжаешь сейчас?
– Потому что нельзя терять времени, Элисса. А поеду я на север, в Карадун.
– Один? – теперь Элисса не скрывала тревоги.
– Нет. То есть столицу я покидаю один, а потом... Херек тоже направляется на север. А «Щит» уже в Киракавии.
Элисса покачала головой.
– И что это за Карадун? По-моему, я про него никогда не слышала.
– Милое местечко. Его населяют выродки, которые считают, что законы Таллинора им не писаны. Просто у меня возникло такое чувство, Элисса... Представь себе: я – беглый преступник, все Королевство знает меня в лицо... конечно, такое лицо трудно забыть. Куда бы я отправился? Более подходящего места, чем Карадун, не найдешь. Где каждый сам по себе, там никому ни до кого нет дела.
Саксен собрался рассказать что-то еще. Но в этот миг на пригорок взбежал запыхавшийся паж. Едва переводя дух, мальчик сообщил, что Элиссу ждут в покоях короля. Клук не смог скрыть раздражения.
– Прямо сейчас?
– Тише, – спокойно произнесла Элисса. – Приказ Его величества.
Паж ничего не сказал, но его глазищи смотрели то на Саксена, то на Элиссу. Ему велели передать приказ, но не объяснили, как отвечать на вопросы, которые могут быть заданы.
В конце концов, он еще совсем ребенок, подумала Элисса. Она встала и торжественно откинула со лба локон.
– Я скоро приду, Эдвид. Возвращайся.
Отпустив мальчика, Элисса смотрела на Саксена. Клук уже встал и убирал остатки ужина в корзину, потом выпрямился и порывисто поцеловал молодую женщину.
– Я скоро вернусь. Тебе ничто не угрожает. Не беспокойся.
Вскоре, у дворцовых ворот, они расстались.
– Передай Джилу: пусть побольше упражняется с мечом! – крикнул на прощание Саксен. – Вернусь – проверю!
Тор и Клут стояли в окружении Небесных Огней. Поодаль, в тени, молча сидели Солиана и Арабелла, которых призвали, чтобы присматривать за телом Тора. В Сердце Лесов царила тишина – все внимало Дармуду Корилу.
– Я сохраню твое тело, Торкин Гинт, – произнес бог лесов. – Но помни: у тебя только два дня, чтобы исполнить задуманное. После того, как солнце сядет во второй раз, для твоей души наступит вечная ночь. Мне будет до нее не дотянуться. Она должна вернуться в тело до второго заката, или ты больше не воскреснешь.
Звон и многоцветное сияние Небесных Огней всегда пленяли Тора, но этой ночью он видел и слышал только бога лесов. Предупреждение было слишком зловещим.
– Я понял тебя, Дармуд Корил. И не забуду твои слова.
– Клут, ты тоже этого хочешь? – спросил бог.
Клут перелетел на плечо Тора, и юноша почти неосознанно погладил пернатого красавца.
Бог лесов заговорил прежде, чем сокол успел ответить. Ответ был не нужен: один-единственный, чуть заметный жест Тора сказал более чем достаточно. Легкая улыбка тронула губы Дармуда Корила и заиграла мягким светом в его глазах, как всегда, полных великодушия и кротости.
– Отважный Клут, Второй из Паладинов, наша сила всегда с тобой, куда бы ты ни летел. Пользуйся ею. Сердце Лесов сократит твой путь. Позволь ему вести себя.
Добавить к этому было нечего. Тор мысленно прикоснулся к Небесным Огням, стараясь запомнить эти ни на что не похожие ощущения.
«Помогите мне, дорогие», – беззвучно шепнул он. Огни откликнулись тягучим, мелодичным перезвоном, и тогда Солиана впервые подала голос.
«Слушай наш зов, Тор. И прошу тебя, возвращайся к нам».
– Не будь безрассуден, Тор, – сказала Арабелла. В последний раз она пользовалась возможностью предупредить юношу.
Тор торжественно кивнул, лег на мох, и Огни тут же закружили над ним. Соседнее дерево склонило к нему ветку, на нее опустился Клут. Едва она качнулась под его весом, сияющий хоровод Небесных Огней распался надвое. Одни продолжали танцевать над Тором, другие собрались вокруг сокола пламенеющим облачком, ощетинившимся во все стороны яркими язычками.
Тор закрыл глаза.
«Готов?» – спокойно, почти с нежностью спросил он.
«Еще как», – ответила птица.
Небесные Огни засияли, словно разгораясь, цвета стали чище, звуки громче. Свечение, окутавшее Тора и Клута, набирало силу. Скоро Солиана и Арабелла уже не могли разглядеть ни человека, ни сокола. И тогда Тор призвал Цвета. Их ясное пламя взвилось, словно где-то открылась невидимая вьюшка, и Тор не стал его сдерживать. Наконец оно слилось с сиянием Небесных Огней, юноша ощутил прилив сил... и внезапно понял: перемещение душ произойдет очень легко.
Мысленным взором он увидел ветку, на которой сидел Клут, представил свою душу плотным шариком и без малейшего усилия поднялся над собственным телом. Парение продолжалось лишь миг, но Тор знал, что медлить не стоит. Еще миг... и он открыл глаза. Куда подевались все краски? Их заменили бесчисленные оттенки серого – мир стал таким, каким его видел Клут. Ощущение было странное, но почему-то знакомое... ах, да. В теле Меркуда было почти так же неуютно.
«Добро пожаловать, Тор».
Теперь голос Клута теперь доносился откуда-то изнутри и казался более низким. Тор почувствовал, как сокол расправляет крылья, и потянулся вместе с ними. Потрясающе.
«Благодарю за гостеприимство».
Он и вправду был благодарен.
«Располагайся поудобнее. Чувствуй себя, как дома», – откликнулся Клут и, легко взлетев, стал подниматься все выше и выше.
У Тора был лишь миг, чтобы взглянуть на свое опустевшее тело, над которым по-прежнему кружили Небесные Огни. Справа и слева, точно часовые, стояли Солиана и Арабелла. Тор уже знал, что они останутся здесь, пока он не вернется.
Еще выше... Сердце Лесов вело их – Тор с удивлением отметил, что видит это, глядя глазами Клута.
«Да, все верно, – сокол отлично слышал его мысли. – Мы летим вдоль вон того "пальца"».
«А когда мы покинем Сердце Лесов?»
«Тогда нас поведет Великий Лес. Он укажет нам самый короткий путь в Карадун».
И так, пока лес не кончится... Тор надеялся, что его друг пропустил это мимо ушей. Не стоит поддаваться унынию.
«Какое чудо, Клут! – воскликнул он. – Никогда не испытывал ничего подобного!»
И рассмеялся, а может быть, смеялись они оба – сейчас это было трудно понять. Сокол коротко фыркнул. Его забавляло, что Тор так восхищается такими обычными вещами.
В этот миг зоркие глаза птицы что-то заметили.
«Держись. Я вижу обед».
Прежде чем Тор успел возразить, Клут стрелой взмыл в небо, кувырнулся и... ох, кажется, он собрался пробить клювом землю! Если бы можно было зажмуриться... Увы, сейчас Тор смотрел на мир глазами своего друга. Короткий прилив тошноты тут же исчез во вспышке охотничьего азарта. Он видел добычу – молодого зайца.
Заяц покинул свое убежище под деревьями, чтобы пощипать сочной травки. Увлекшись, он удалялся все дальше и дальше от леса, который защищал его от опасности. Несмышленыш. Клут знал это, а теперь не только он. Ни один взрослый заяц не позволит себе такой смелости... Или глупости, с грустью подумал Тор.
И тут же снова поймал себя на мысли, что Клут слышит его. С таким же успехом можно было бы размышлять вслух.
«Нам надо питаться, Тор. Все быстро закончится. Обещаю».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?