Читать книгу "Царское Село. Знакомое и незнакомое"

Царскосельская городовая ратуша. Фототипия. 1897 г.

Квартиру инспектора, находившуюся в первом этаже гимназии, занимала семья А.В. Рождественского, отца известного поэта Всеволода Рождественского. Гимназия прославилась своими воспитанниками, в числе которых Н.Н. Гумилев, В.А. Рождественский, Н.Н. Пунин. В директорской квартире жил И.Ф. Анненский, возглавлявший Николаевскую гимназию с 1896 по 1905 г. Э.Ф. Голлербах писал: «Он правил своей гимназией приблизительно так, как Эпикур выращивал свой сад, но без свободы Эпикура. Когда потухал свет во всех окнах, его окна во втором этаже на Малой еще светились желтым сиянием: там, в кабинете директора, изысканные ямбы слагались в тончайшие узоры, и светлел „над шкафом профиль Эврипида”, внимавшего чуждой ему речи, вновь повторяющей слова его героев. ‹…› В поэзии Анненского нашел тончайшее истолкование Царскосельский пейзаж, или, вернее, особый комплекс образов и настроений, связанных с Царским Селом».

Из гимназического сада перешли в творчество поэта и «сеть ветвей в оконной раме», и «щетка желтая газона». В его стихах живут цветы садов стиля модерн – благовонные и плачущие белые лилии, сомлевшие травы, нежные зеленые ивы, поблеклые розы, одуванчики «мохнатые, шафранные». В поэтической оправе дышат и создают настроение гиацинты, резеда, астры, жасмин, чахлые горошки, венцы хризантем, душистые левкои и сирень. В поэзии Анненского запечатлена жизнь одухотворенного сада с чуткими в зимнем сне серебряными аллеями, с обнаженными кленами, со скрипеньем надломанных сосен, летним шелестом берез. «Сады зеленовейные», «загрезивший сад», «и отуманенный сад как-то особенно зелен», «Как странно слиты сад и твердь своим безмолвием суровым», «Зябко пушились листы, сад так тоскливо шумел». Характерна для Серебряного века поэтическая цветовая гамма – темно-листный полог запущенной аллеи и зеленые сети старого сада, золотистая мальва, живописные пятна центифолий, маков и тюльпанов, закатные поблеклые розы и позлащенные кристаллы тубероз, «и роскошь цветников, где проступает тленье». Провидческим эпилогом воспринимается: «А сад заглох, и дверь туда забита, и снег идет, и черный силуэт захолодел на зеркале гранита».

Иннокентий Федорович Анненский (1856–1909), ученый-лингвист, поэт, глубокий знаток античной культуры, переводчик, оказал большое влияние на творчество А.А. Ахматовой, Н.Н. Гумилева, В.А. Комаровского. Педагогическая карьера поэта прервалась в 1905 г. Это было связано, по легенде, с тем, что гимназисты приняли участие в уличных демонстрациях в Петербурге и с его разрешения в гимназической церкви отслужили панихиду по казненному государственному преступнику – лейтенанту П.П. Шмидту. И.Ф. Анненский скоропостижно скончался 30 сентября 1909 г. на ступенях Царскосельского (Витебского) вокзала по дороге в «Общество классической филологии», где он должен был сделать доклад. Его искренне любили, и на похороны, состоявшиеся на Казанском кладбище, собралось огромное количество людей, среди которых особенно много было учащейся молодежи.

Госпитальная улица

Начало Госпитальной улицы, являющейся продолжением Набережной, отмечает огромное каменное здание Царскосельского реального училища императора Николая II (Госпитальная ул., 24). Оно расположено по соседству с Николаевской мужской гимназией и Городовой ратушей, и на той же стороне улицы.

Реальное училище. Открытка 1900-х гг.

На месте, где в 1902 г. по проекту архитектора А.Н. Иосса возвели здание Реального училища, находился разбитый в 1809 г. сквер, с гранитным бассейном старого городского водопровода. Это была Торговая площадь Царского Села, распланированная В.И. Гесте. Почти сто лет на ней существовали сенной и дровяной торги с возов, на которые съезжались крестьяне из окрестных деревень. По преданию, записанному С.Н. Вильчковским, здесь же в прежние времена проводились публичные наказания преступников. Здание с фасадами в формах поздней эклектики расположено в центре бывшей площади. Его окружает сад, по периметру обнесенный архитектором С.А. Данини кованой оградой, звенья ее сходятся к центральному подъезду, выделяя перед ним полукруглую площадку.

Училище открыли 16 сентября 1902 г. Оно было построено для граждан Царского Села и Павловска и содержалось на средства Министерства народного просвещения. Участок предоставлен по Высочайшему повелению бесплатно. Городская ратуша внесла на строительство единовременно двадцать тысяч рублей и затем предоставляла ежегодно субсидию в три тысячи рублей. В училище имелся один приготовительный класс, шесть основных и один дополнительный. Плата за обучение составляла 70 руб. в год.

В этом здании учился знаменитый уроженец Царского Села Э.Ф. Голлербах, автор книги «Город Муз. Царское Село в поэзии» и поэтически краткой, но точной и образной характеристики училища: «И было еще Реальное, совсем молодое, с черными барашками: там царили, как Гог и Магог, „Евтушевский” и „Краевич”, житья не было от математики, но с интересом добывали кислород. Здесь дух разночинства презирал перчатки, вихрастые мальчишки лупили причесанных, и в воздухе носились крепкие слова, смущая „кувшинное рыло”, призванное блюсти порядок. В половине третьего – радостный гул освобождения и на улице – вечная война „синей говядины” с „ржавой селедкой”, вроде войны гвельфов с гибеллинами. ‹…› Реальное выпускало крепколобую молодежь, бравшую штурмом всякие институты, надевавшую небесно-голубые брюки и тужурки с наплечниками. Там музы были не в почете, и только восторженный Дешевов ушел из мира прозы в царство Мельпомены; маленький, подвижный, с лицом Шопена, с черными горящими глазами, он появлялся на концертах, подбегал к роялю и исторгал из него бешеный водопад звуков, заставляя зал замирать от восхищения и патриотической гордости: на эстраде был первый царскосельский композитор, и поэтому затравленный рояль ни в ком не вызывал жалости». Там же Голлербах вскользь замечает, что «великие княжны приезжали верхом из Александровского дворца в Реальное заниматься физикой у Цытовича».

На противоположной стороне улицы наискосок от Реального училища высится главное здание Дворцового госпиталя (Госпитальная ул., 7), отмеченное полукруглой площадкой перед центральным подъездом. Царскосельский Дворцовый госпиталь представлял собой учреждение лечебно-благотворительного характера, оно состояло из больницы и богадельни. Ему принадлежит комплекс зданий в квартале, простирающемся до Магазейной улицы и ограниченном Госпитальной улицей, Московским переулком и Софийским бульваром.

В проектировании, строительстве и оборудовании госпиталя использовался положительный опыт новейших медицинских учреждений в Петербурге. В его основе труды Я.В. Виллие (1768–1854), академика и хирурга, лейб-медика Александра I и президента Императорской медико-хирургической академии, главного инспектора медицинской части армии и управляющего придворной медицинской частью, а также известного придворного лейб-хирурга Ф.Ф. Жуковского-Волынского (1804–1879), главного врача Царскосельского госпиталя. В их честь в Царском Селе были названы улицы Виллиовская (ныне – Радищева) и Жуковского-Волынского.

Главное здание Дворцового госпиталя. Фототипия. 1897 г.

Богадельня существовала в Царском Селе со времен императрицы Екатерины I. Первоначально она помещалась вблизи дворца в одноэтажном деревянном доме и содержалась на счет вотчинных доходов. В богадельне находилось оснащение походной церкви императрицы Екатерины I, перенесенное из сгоревшей в 1728 г. царскосельской Благовещенской церкви. В 1746 г. для богадельни построили каменное одноэтажное здание, предназначавшееся для содержания сорока человек обоего пола.

23 сентября 1808 г. состоялось Высочайшее повеление построить новые здания для богадельни и больницы с церковью, аптекой и садом при повороте Московской улицы на участке, ограниченном Госпитальной улицей, Московским переулком, Софийским бульваром и Материальным двором Дворцового ведомства в соответствии с планом Царского Села.

Проект больницы и богадельни, разработанный архитектором В.И. Гесте, автором нового плана Царского Села, был Высочайше утвержден 9 марта 1809 г. Строительство продолжалось с 1809 по 1817 г. Все постройки были одноэтажные, деревянные. Значительную часть территории занимал сад. В его планировке предусмотривались изолированные участки для мужского и женского отделений, так называемые «малые сады», и еще один «большой сад». Больных и призреваемых в богадельне перевели в новые здания в апреле 1817 г.

Больница, согласно проекту, рассчитвалась на тридцать восемь человек, однако по штату, утвержденному Александром I в 1811 г., количество больных увеличили до семидесяти четырех. Мужское и женское отделения располагались в отдельных одноэтажных зданиях, имеющих одинаковые размеры и архитектурно-планировочное решение. Богадельня занимала одно Г-образное в плане здание на сорок человек. Обслуживающий персонал больницы и богадельни состоял из двадцати девяти человек. Средства на содержание больных и призреваемых выделялись из Приказа общественного призрения, штат служащих и здания содержались за счет Царскосельского дворцового правления.

В столовой богадельни поставили походную церковь Екатерины I и в мае 1817 г. освятили ее во имя Благовещения. В госпитале была еще одна церковь – Скорбященская, к которой с 1817 по 1824 г. приписали кладбищенский храм Казанской Божией Матери. Престол, утварь и колокол для нее использовали из упраздненной в том же году Цареконстантиновской церкви в Софии, сюда же перевели и причт упраздненной церкви.

21 июля 1844 г. Николай I утвердил проект нового каменного госпиталя в Царском Селе, составленный архитектором Д.Е. Ефимовым[162]162
  Яковкин И.Ф. История Села Царского… Часть 2. СПб., 1829. С. 96; Часть 3. СПб.,1831. С. 521–528; Вильчковский С.Н. Царское Село. СПб., 1997. С. 45; Историко-статистические сведения о С.-Петербургской епархии. СПб., 1886. Вып. VIII. С. 320, 337, 338; Лавры, монастыри и храмы на Св. Руси. СПб., 1909. С. 115; Павлова С.В. Царскосельский дворцовый госпиталь. Историческая справка. 1988 г. НМИИС КГИОП, п. 226-Г-1, Н-2170.


[Закрыть]. Строительные работы проводились под руководством архитектора Н.С. Никитина с 1844 по 1852 г., для новых зданий частично использовались фундаменты ранее существовавших построек. Больных и призреваемых на время строительства перевели в деревянные надворные флигели.

28 сентября 1852 г. состоялось освящение госпитальной церкви во имя иконы Скорбящей Божией Матери, эта же дата считается и днем завершения строительства госпиталя. Во дворе над кладовой устроили одноярусную каменную колокольню и отдельно стоящую часовню, куда переместили старый иконостас из походной церкви Екатерины I. Однако строительные работы и благоустройство территории, а также оборудование госпиталя, еще некоторое время продолжались. Разведение сада на основе старых госпитальных садов производилось по проекту садового мастера В. Миллера с 1852 по 1853 г.

По окончании строительства Николай I осмотрел постройки, отметив в главном подъезде оформление парадной лестницы, достойное дворца. Во время осмотра он больно ушибся о притолоку низкой двери в здании богадельни, и строитель попал на гауптвахту за то, что не предупредил, поставив «глупую» дверь.

Значительные работы по модернизации и переоборудованию госпиталя провели в последнее десятилетие XIX в. и в первое десятилетие XX в. В 1890–1892 гг. по проекту архитектора А.Ф. Видова надстроен дом для размещения аптеки. По проекту архитектора А.Р. Баха во втором этаже главного здания в 1896 г. сделали новую операционную и перевязочную. Полы этих помещений покрыли метлахской плиткой, стены и потолки – каменно-лаковым составом Шиллинга. Для операционной приобрели медицинское оборудование, в том числе стерилизационную установку фирмы «Янг», операционные столы, различные механические каталки.

В начале XX в. усовершенствование технического оборудования госпиталя продолжалось. В 1900–1903 гг. здания оборудовали центральным водяным отоплением, устроили электроосвещение, в пристройке к прачечной соорудили новые сжигательные печи для уничтожения заразного белья. В 1907 г. в главном здании оборудовали отдельный рентгеновский кабинет. В 1907–1908 гг. по проекту архитектора А.Р. Баха надстроили жилой дом для служащих, возвели прозекторскую (секционную) и по проекту архитектора С.А. Данини построили часовню.

В 1908 г. создается комиссия по переустройству царскосельского Дворцового госпиталя с участием известных докторов А.Ф. Гаазе и Е.С. Боткина. На работу сюда по воле императрицы Александры Федоровны пригласили княжну В.И. Гедройц (1876-1932), женщину-врача, выдающегося хирурга. Она была главным хирургом санитарного поезда Красного Креста во время Русско-японской войны 1904–1905 гг. За выдающиеся заслуги Гедройц была награждена Георгиевской серебряной медалью «За храбрость» и всеми знаками отличия Российского общества Красного Креста. Практическая работа и научные достижения Гедройц получили высокую оценку медицинской общественности в России и за рубежом. В 1909 г. В.И. Гедройц назначили старшим ординатором старейшего медицинского учреждения Царского Села – Дворцового госпиталя. Составление проектов и руководство строительными работами осуществлял архитектор Царскосельского дворцового правления архитектор С.А. Данини.

В главном здании в 1908–1914 гг. по проекту архитектора Данини со стороны дворового фасада пристроена амбулатория и приемный покой, здание богадельни приспособили для карантинного отделения (карантинный дом). В 1911 г. Данини построил острозаразный павильон, в 1913–1914 гг. расширил и перестроил госпитальную церковь в главном здании с устройством пещерного храма Святых Равноапостольных Константина и Елены.

После начала Первой мировой войны при Дворцовом госпитале императрица Александра Федоровна устроила Собственный лазарет № 3 (один из числа тех восьмидесяти лазаретов, организованных в Царском Селе и Павловске для раненых, которых доставляли с фронта двадцать санитарных поездов Царскосельского эвакуационного пункта). Начальником лазарета при Дворцовом госпитале состоял генерал-майор С.Н. Вильчковский, одной из сестер милосердия была его супруга В.А. Вильчковская. Медицинский персонал возглавляла старший врач доктор медицины В.И. Гедройц, совмещавшая одновременно текущие обязанности в Дворцовом госпитале.

Отделению нижних чинов лазарета, рассчитанному на двести человек, отвели весь верхний этаж главного здания госпиталя. Офицерское отделение на тридцать человек вначале разместили в одном из одноэтажных флигелей Дворцового госпиталя (предположительно, это был наскоро отремонтированный и переоборудованный острозаразный павильон Дворцового госпиталя). В 1914 г. по проекту архитектора С.А. Данини в госпитальном саду со стороны Софийского бульвара соорудили отдельный корпус для раненых офицеров.

В этом лазарете почти ежедневно во время Первой мировой войны до ареста в феврале 1917 г. работали сестры Романовы. Императрица Александра Федоровна была операционной сестрой и лично делала перевязки, ассистировала хирургу В.И. Гедройц. Рядом с матерью трудились великие княжны Ольга Николаевна и Татьяна Николаевна. Младшие великие княжны Мария Николаевна и Анастасия Николаевна, по будням занятые уроками, навещали раненых вместе со старшими по воскресеньям. Изредка приезжали государь и наследник цесаревич Алексей Николаевич.

Здесь 31 августа 1914 г. императрица впервые сделала перевязку раненому И.В. Степанову. Девятнадцатилетний правовед, он поступил рядовым в лейб-гвардии Семеновский полк, в первом бою получил тяжелое ранение и был награжден Георгиевским крестом 4-й степени. По воспоминаниям И.В. Степанова, императрица в операционной работала как рядовая помощница, ее перевязки держались крепче и дольше других.

В 1918 г. все имущество, оборудование, здания и территория Дворцового госпиталя, который продолжал функционировать как медицинское учреждение все последующие годы, поступили в ведение Царскосельского Совета депутатов.

Здания Дворцового госпиталя при позднейших перестройках сохранили композиционное единство ансамбля, в котором архитектурно-планировочное и объемно-пространственное решение соответствуют функциональному назначению. Это одно из старейших медицинских учреждений Петербурга, которое продолжает использоваться по своему прямому назначению. В настоящее время здесь находится городская больница № 38 имени Н.А. Семашко Комитета по здравоохранению города Санкт-Петербурга.

Рядом с госпиталем обширное место по плану 1808 г. предназначалась под склады Винных и Соляных «магазейнов», где долгое время была сосредоточена торговля вином и солью. Склады занимали территорию до Бульварной улицы, которая ныне называется Октябрьский бульвар, и Софийского бульвара. С середины XIX в. часть их территории на углу бульваров некоторое время занимал Детский приют. Затем на месте бывшего Детского приюта отвели участок для строительства дома жене архитектора В.И. Монигетти, урожденной Горностаевой (Октябрьский бульвар, 53). Двухэтажный деревянный дом построил в 1860-е гг. архитектор И. Монигетти. Главный фасад с кружевным мавританским балконом обращен к Кузьминскому бульвару.

В 1911 г. часть складского участка с проезжей трассой Магазейной улицы присоединили к Дворцовому госпиталю. На месте уничтоженных складов, по воспоминаниям старожилов, в 1910-е гг. устроили зал для катания на роликовых коньках – скетинг-ринг, а также кинотеатр «Казино», они также утрачены.

Октябрьский бульвар (Бульварная улица)

В историческом прошлом эта улица называлась Бульварной и первоначально была застроена только с одной стороны, где в настоящее время находятся здания с нечетной нумерацией между Госпитальной улицей и Кузьминскими Египетскими воротами. В 1839 г. застройка 2-й части «перешагнула» за Кузьминский бульвар, и здесь на месте городского выгона между бульваром, вокзалом железнодорожной станции и Фридентальской колонией возник новый большой квартал обывательских домов, который долгое время так и назывался – «Новые места». К нему относились улицы Широкая, Жуковско-Волынская, Безымянный переулок, Новодеревенское шоссе, а также Бульварный переулок № 2. На Новых местах сохранилось несколько исторических зданий.

Алексевский приют. Открытка 1910-х гг.

У соединения Октябрьского и Софийского бульваров в глубине сада находится дом Л.В. Калина (Жуковско-Волынская ул., 2 лит. А), возведенный в 1900-е гг. в неоклассицистических формах эклектики.

Напротив дома В.И. Монигетти на другой стороне расположен ансамбль из трех домов – усадьба Н.В. Кокорева (Октябрьский бульвар, 40–44). Усадьба построена на Новых местах в 1840-е гг. для чиновника 6-го класса Николая Васильевича Кокорева по проекту, предположительно, его брата, архитектора Царскосельского дворцового правления В.В. Кокорева. В глубине участка находится главный усадебный дом. Два симметричных флигеля по его сторонам приближены к бульвару. Фасады домов решены в едином ключе в формах позднего классицизма, с применением поэтажных пилястр, рустованных лопаток. Боковые флигели обращены к бульвару узкими четырехоконными фасадами и имеют одинаковое оформление. Для проезда к усадьбе при планировке Новых мест был проложен так называемый Бульварный переулок № 2.

Два представительных здания оформляют перекресток Октябрьского бульвара с Оранжерейной улицей. Одно из них построили по проекту А.В. Друкера в 1905 г. для Царскосельского Алексеевского детского приюта Мариинского ведомства (Октябрьский бульвар, 20; Оранжерейная ул., 49), в котором были сиротские отделения цесаревича Алексея Николаевича, а также Николая, Елизаветы, Ольги Адамовичей. Царскосельское четырехклассное мужское училище (Октябрьский бульвар, 20; Оранжерейная ул., 49) занимало здание, построенное для него по проекту архитектора Л.П. Шишко в 1910–1911 гг. Соседний с училищем дом возвели в 1902–1904 гг. по проекту архитектора С.А. Данини для Демидово-Шелковской богадельни (Октябрьский бульвар, 16) на пожертвования вдовы царскосельского купца Пелагеи Демидовой и купеческой дочери Александры Шелковой. Фасады этих трех зданий выделяются живописностью своего облика, в их отделке применен красный облицовочный кирпич и штукатурные детали – профилированные карнизы, тяги, наличники, руст.

На той стороне Октябрьского бульвара, где находится дом В.И. Монигетти, но ближе к Кузьминским воротам, сохранились лишь два исторических обывательских дома. Жилой дом (Октябрьский бульвар, 19), построенный в 1900-е гг. на месте № 254, принадлежавшем в середине XIX в. действительному статскому советнику Ф.И. Кабату, является одним из наиболее замечательных образцов Царскосельского модерна. Соседний с ним Жилой дом (Октябрьский бульвар, 19) обработан в формах эклектики, он возведен в 1885 г. на участке № 253, владельцами которого в прошлом были мещанин Г.М. Сечкин и наследники мещанина И.П. Петрова.

Мужское городское училище. Октябрьский бульвар, 18. Современный вид

Демидово-Шелковская богадельня. Октябрьский бульвар, 16. Современный вид