Читать книгу "Полёт не туда. Книга вторая"

– Что делает эта…штука!? – потребовала ответа девушка.

– Ну…она служит для разгона энергетики организма…, – промямлил я, добавив, – вроде твоего «Эфирного Зова»!

Девушка важно покивала и замолчала, наблюдая как я готовлю снадобья. Когда я взял все три маленьких свертка, зажал в руках и приготовился медитировать, она вновь активизировалась с вопросами.

– Ты видела, что я просто смешиваю препараты? Это была обычная фармацевтика. В отличии от тебя я не могу добавлять свою ману в зелья, в моменты, описанные в рецептах, вместо этого, монахи насыщают готовые препараты своими энергиями.

Всё, у матросов нет вопросов. Как и у алхимиков нет никаких волшебных зелий исцеления или жидкой маны в бутылочках. Максимум – нейтральный клей для закрытия ран.

Я принялся насыщать нужными пропорциями энергий завернутые в бумажные талисманы смеси. Гораздо сложнее, чем было бы раньше, но, увы, мне деваться некуда. Сам дурак. Обменял практически филигранный контроль на локальную смену погоды.

Спустя три часа подмокший, несчастный и угрюмо поглядывающий на меня кот шел ко мне, повинуясь приказу. Сопротивляться он не мог, хотя желание убежать от меня на край света и забыть, как плохой сон сквозило в каждом его взгляде. Я его понимал как никто, именно поэтому сейчас в ходе эксперимента, скорее всего неудачного, выброшу на ветер чудовищную сумму в почти три сотни золотом. Наш с Ай гонорар за три полностью обработанных от и до дома. До вычета налогов. А я получал приблизительно одну пятую чистой прибыли.

– Ешь. – я указал Коту на первую пилюлю телесной мощи. Тот послушно слопал белый комок и застыл на пару минут, а потом, наверное, впервые в жизни замурчал и потянулся. Хорошо.

– Ешь. – я указал на пилюлю духовной бодрости. Кот повторил жевательные процедуры, помялся, отряхнул с шерсти лишнюю влагу и кажется, приободрился еще сильнее.

– Кушай. – мой палец упирался в главную часть моей нелепой задумки. Животное уже смелее слопало последний белый катышек и застыло как статуя.

– А вот теперь скрести все пальцы и начинай молиться, – мрачно сказал я Ай, наблюдая, как животное начинает трястись мелкой дрожью.

Кот стоял и трясся как стиральная машина в режиме отжима. Его глаза остекленели, пасть приоткрылась, показались когти на лапах. Подошедший Барин легко коснулся лапой кошачьей тушки, и та со стуком упала на бок. Медведь от такого даже пасть открыл.

– Тебе, скоту, что – периодически кого-то мучить надо? – взревел он.

– Это комплекс реанимационно-разгонных процедур, – процедил я, сжимая и разжимая кулаки от нервов.

– Михаил-сан, Соломон жесток, но только к виновным, – решительно встала на мою защиту японка.

Вокруг животного начала расплываться лужа воды, усы шевелил поднявшийся ветерок, а тушка стала подозрительно искриться.

– Вторая стадия, – напряженно выдавил я. По моим ощущениям кот был еле жив от проносящейся через его тело энергии, которую вырабатывало малюсенькое подстегнутое волшебными пилюлями ядро.

А вот и кровь показалась из ушей, глаз и пасти, пятная белоснежную шерсть, наверное, самого неудачливого из фамильяров.

– Третья стадия, – больше для себя, чем для других сказал я. Момент истины – если кот перенесет пиковую нагрузку, то будет надежда на поправление нашего с ним горя. В трактате, который мне давали еще в монастыре, было сказано, что стабилизировавшееся ядро умирающего начнет выдавать ровный и мощный ток энергии, который позволит больному даже пережить недельную целительную кому.

Кот пережил.

После пары клинических смертей, искусственного дыхания, моих аккуратных попыток запустить остановившееся сердце, он все-таки задышал самостоятельно. Его коматозное состояние перешло в здоровый и крепкий сон донельзя измученного существа. Мы уложили зверюшку в нашу каюту и вернулись на палубу. Да, теперь пока животина не окрепнет, мне нельзя использовать свои способности, иначе обратная связь его доконает. Но судя по обещаниям Барина, стоять нам тут и бездельничать еще как минимум трое суток.

Ранним утром, когда задумчиво разглядывал начинавший суетиться в воздушном порту народ, мое внимание привлекли звуки, доносящиеся с соседнего дирижабля – маленькой торговой лодки, чей баллон висел ниже верхней палубы «Блудницы». Такие летучие яхты были доступны для покупки рядом купцов, промышлявших мелким и дорогим товаром. Легкая, с экипажем не более десятка человек, воздушная лодочка даже вооружения никакого не несла. Какая необходимость, если в случае опасности, маг воздуха почти десяток часов может гнать ее с очень внушительной скоростью по небу? А уж если нанять двух магов, так и вовсе можно работать срочным курьером, летая на магическом форсаже быстрее любой воздушной твари с крыльями.

И вот как раз на такого купца-курьера четверо матросов, сдавленно матерясь, аккуратно затаскивали большую деревянную клетку. Сзади них, взволнованно поругиваясь, шел явно хозяин судна – богато одетый, смуглый и.. смертный, как и его команда. Клетка серьезного впечатления произвести ну никак не могла, она была забита каким-то еще зеленым сеном, прутья скрипели, раскачивались, вся конструкция жидко болталась в руках моряков и могла служить разве что для удержания тела в глубокой коме. Запах свежей травы и диалог соседей на английском языке долетал до меня безо всяких проблем.

– Аккуратней заносите, раскоряки! Поломаете клетку, так она нам до Вавилона будет мозги пудрить! – суетился купец.

– Так сказали б ей идти своим ходом…, – бурчал один из носильщиков. – Она ж вроде смирная…

– Смирная то смирная, только вот когда вылезает, начинает разговаривать! И смотреть! Хочешь, чтобы она с тобой поговорила или в глаза взглянула, как Хатарусу? – ворчал в ответ купец, пытаясь вытянуть шею и посмотреть за спины работников, сгружавших необычную конструкцию в центре дирижаблика.

– Упаси меня боги! Хатарус до сих пор блюет каждый час! – весело заорал тот же носильщик.

Внезапно из недоклетки раздался чистый и спокойный голос, явно принадлежащий молодой девушке:

– Услышать мудрость способен лишь всеразвитый разум. Выдержать взгляд правды способен лишь крепкий сердцем…

– Переяслава, вот не начинай! – тут же истерически возопил хозяин судна. – Я по твоей вине уже трех работников по портам потерял! Заколебала! Потерпи чуть-чуть! Продам тебя в Вавилоне и занудничай там о своем сколько хочешь!

Переяслава? Была бы у меня шерсть, то встала бы дыбом.

– Судьба несет меня к моей цели. Можно дождаться этого момента и в тишине…, – согласился голос из клетки.

– Неужто она согласилась помолчать? Как так-то? – почти со священным ужасом спросил ранее молчавший матрос.

– Мужики! – я не вытерпел и перегнувшись через бортик заорал, обращаясь к купцу и его команде, – У вас там что – дриада? Посмотреть можно??

Купец прищурился, глядя на меня, потом улыбнулся в бороду и крикнул в ответ:

– Вавилонянин? Да, можно! Спускайся сюда!

Я мухой слетел с борта и заторопился по причальному мостику к клетке, сгорая от сложных чувств, но был пойман одним из матросов за плечо. В ответ на мой непонимающий взгляд, он ткнул пальцем в сторону бортика воздушного суденышка и строгим, но благожелательным голосом велел:

– Блевать только туда! И подальше! Иначе будешь мыть сам!

Я согласно кивнул и смело подошел к клетке, не обращая внимания на пакостливые улыбки окружающих меня смуглокожих людей.

Купец широким жестом престидижитатора и конферансье указал мне на дверцы, провозгласив:

– Единственная в мире дриада, существующая без своего дерева!

Клетки дверцы распахнулись. Сидящее внутри существо открыло глаза и посмотрело на меня.

Ох…

В глазах создания не было ни белков, ни радужки, не зрачка. Они были заполнены чем-то хаотично-непоколебимым…ничтожно-огромным…абсолютно-несуществующим. Там рождались и умирали вселенные, зарождались цивилизации на трупах богов, плывущих в космосе, все приобретало смысл лишь затем, чтобы тут же его потерять. Музыка звезд, мысли камней, иссушающая влага бездонного колодца знаний окатили меня с ног до головы.

– Здравствуй, Переяслава, – я очень жалко улыбнулся, – Меня зовут Соломон.

– …эээ, – раздалось из-за спины пораженное.

– Цель достигнута. Молчанию тоже пришел конец… – мелодично сказала Переяслава Нежная, выходя из клетки.