Читать книгу "Два мира. Новое начало"
Автор книги: Хайдарали Усманов
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
– А если бы ящер был лошадью, они бы тоже пытались его украсть?
– Судя по всему, они этим и занимаются. Просто в данном случае выбрали неподходящую цель.
А-рэ усмехнулся.
– Они думали, что смогут приманить его запахом?
– Да. Пленник утверждает, что им дали специальную смесь для животных.
Парень некоторое время молчал, затем покачал головой.
– Удивительно.
– Что именно?
– Люди готовы тратить деньги на что угодно, лишь бы не думать головой.
Пак Му Джин невольно улыбнулся.
– Не думаю, что это открытие можно считать новым.
– Для меня – вполне.
Они направились к карете, где уже собирались гвардейцы. Вскоре к ним присоединились Кан Чжин и несколько ветеранов. Старый командир выслушал рассказ о ночном происшествии и посмотрел на металлического ящера с нескрываемым интересом.
– Значит, он сам заметил воров?
– Похоже на то… – ответил А-рэ.
– И один из них умер от испуга?
– Лекарь говорит, что сердце остановилось.
Кан Чжин некоторое время молчал, затем посмотрел на парня.
– У тебя, как всегда, всё необычно.
– Я тут ни при чём.
– Конечно. Просто у тебя есть металлический зверь, который сам охраняет стоянку, а люди, решившие его украсть, умирают от одного щелчка зубов возле своего носа.
А-рэ слегка пожал плечами.
– Они сами к нему подошли. Их никто, тем более я, не звал сюда.
– Вот с этим я точно не спорю.
Ветераны засмеялись. Пак Му Джин тем временем передал распоряжения местным служителям и оставил необходимые документы. Начальник ближайшего управления должен был получить сведения о попытке похищения, а также показания задержанного. Сам старший цензор не собирался задерживаться ради расследования, но и оставлять дело без официального оформления не желал. Особенно учитывая, что за ним могли стоять влиятельные люди.
– Нужно будет выяснить, кто этот богатый господин… – заметил Кан Чжин.
– Выясним… – ответил Пак Му Джин. – Пленник знает посредника и место, где ему обещали передать деньги. Этого достаточно, чтобы начать поиски.
– А если за заказом стоит какой-нибудь чиновник?
– Тем более выясним.
А-рэ, услышав разговор, посмотрел на старшего цензора.
– Думаешь, они попробуют ещё раз?
– Возможно. Если заказчик действительно настолько богат, что готов платить за похищение твоего конструкта, он может не смириться с неудачей.
– Тогда пусть сначала найдёт способ его остановить.
Пак Му Джин устало вздохнул.
– Я надеюсь, что до этого не дойдёт.
Сборы заняли ещё некоторое время. Слуги убрали дорожные принадлежности, лошадей оседлали, телеги проверили, а гвардейцы распределили места в колонне. Тело погибшего конокрада уже увезли для дальнейшего разбирательства. Второго оставили под охраной местного управления, где ему предстояло дать подробные показания. Когда караван наконец двинулся, хозяин постоялого двора стоял у ворот и провожал гостей с таким выражением лица, словно был искренне рад, что необычный металлический зверь покидает его владения.
Ящер спокойно прошёл мимо конюшни, обошёл телеги и занял место рядом с А-рэ. Его движения оставались плавными и бесшумными, будто ночное происшествие никак не отразилось на его состоянии. Некоторые слуги постоялого двора смотрели ему вслед с нескрываемым облегчением.
– Больше никогда не стану держать возле него лошадей. – Пробормотал один конюх.
– Почему?
– А вдруг он решит, что они тоже пытаются его украсть?
Второй посмотрел на него.
– Ты совсем глупый? Он же железный.
– Вот именно. От него всего можно ожидать.
Их разговор растворился в шуме отъезжающего каравана. Дорога постепенно поднималась на пологие холмы, затем снова уходила вниз, петляя между небольшими лесами и полями. Путники встречались всё чаще: попадались обозы с тканями, телеги с зерном, группы странствующих ремесленников и чиновничьи посыльные. До столицы оставалось всего два дня пути, поэтому настроение в караване было заметно лучше, чем в первые недели путешествия. Впереди уже чувствовалось приближение большого города.
Пак Му Джин ехал в карете, просматривая документы, которые получил утром. Время от времени он откладывал свитки и смотрел в окно, где мелькала серебристая фигура А-рэ на спине металлического ящера. После ночного происшествия он окончательно убедился, что слухи о необычном юноше будут только множиться. Теперь к историям о сереброволосом охотнике на ракшаас и его металлическом ездовом чудовище добавилась новая подробность. Любой, кто попытается украсть этого зверя, рискует умереть от одного взгляда на его пасть. Разумеется, никто не станет уточнять, что конструкт не укусил ни одного из воров. Людям гораздо больше нравятся страшные истории.
А-рэ же, не подозревая, какие рассказы уже начинают складываться вокруг его имени, спокойно ехал по дороге, иногда поглядывая на окрестности и прикидывая, сколько времени потребуется, чтобы добраться до столицы. Он не знал, что там его уже ждут не только Императорские покои и старший цензор, но и множество людей, которым очень хотелось бы заполучить его секреты. Пока же впереди оставались два дня пути. И, судя по всему, дорога обещала стать куда более оживлённой, чем он рассчитывал.
Встреча на столичной дороге
К середине следующего дня дорога заметно изменилась. Чем ближе караван подходил к столице, тем оживлённее становилось движение. Если ещё несколько дней назад путникам приходилось встречать лишь редкие обозы, небольшие группы торговцев да крестьянские телеги, то теперь навстречу и попутно двигались десятки людей. По обочинам тянулись повозки с товарами, гружённые мешками и бочками, попадались конные чиновничьи посыльные, странствующие лекари, ремесленники, направлявшиеся в город на ярмарку, и целые семейства, возвращавшиеся из поездок.
Постепенно менялся и сам вид местности. Невысокие холмы уступали место обработанным полям, вдоль дороги появлялись ухоженные рощи, небольшие деревни становились крупнее, а постоялые дворы – просторнее и богаче. На перекрёстках стояли каменные указатели с надписями, возле некоторых из них дежурили представители местной стражи. Время от времени караван проезжал мимо небольших застав, где проверяли документы у торговцев и пересчитывали повозки.
Столица уже не казалась далёкой целью. Она постепенно входила в поле зрения даже тех, кто ехал в хвосте колонны. А-рэ, устроившийся в кресле на спине металлического ящера, рассматривал окружающие места с нескрываемым интересом. Он уже давно не видел настолько оживлённых дорог. После пограничных гор, где каждый переход требовал внимания к местности, а любая незнакомая тропа могла привести к очередной опасности, здешняя обстановка казалась почти непривычной. Впрочем, его собственное положение было куда менее приятным, чем окружающая обстановка.
Он прекрасно понимал, что привлекает внимание практически каждого встречного. Иногда люди даже не пытались скрыть любопытство. Останавливались… Провожали взглядом металлического ящера… Показывали на него детям… Перешёптывались между собой... Некоторые торговцы даже специально задерживали свои повозки, чтобы получше рассмотреть необычного всадника…
Слухи уже давно опередили караван. В отдельных местах А-рэ встречали так, словно он был не человеком, а каким-то странствующим божеством или представителем давно исчезнувшего народа. Его серебристые волосы, необычные доспехи и оружие давали достаточно материала для фантазии, а сам металлический конструкт окончательно превращал любое появление парня в событие. На всё это сам А-рэ предпочитал не реагировать. Он сидел в кресле, которое когда-то было частью конструкции ездового голема, слегка откинувшись назад. Одну руку держал на подлокотнике, другую иногда поднимал, чтобы поправить одежду или достать из небольшой сумки что-нибудь перекусить. На лице сохранялось выражение спокойного, почти скучающего равнодушия. Со стороны могло показаться, что происходящее его совершенно не интересует. На самом деле он внимательно наблюдал за людьми.
За время путешествия А-рэ успел услышать немало разговоров, которые вряд ли предназначались для его ушей. Некоторые люди обсуждали его происхождение, другие – необычные доспехи и мечи, третьи пытались понять, сколько может стоить подобный ездовой конструкт. Но постепенно в этих разговорах появилась ещё одна тема, которая заставила его относиться к происходящему гораздо серьёзнее.
Речь шла о благородных семьях. Первый раз он услышал подобный разговор на одном из постоялых дворов, когда несколько гвардейцев, не заметив его приближения, обсуждали слухи, распространившиеся среди местных чиновников.
– Говорят, в столице уже знают о сереброволосом юноше… – произнёс один из них. – Некоторые семьи даже отправили людей узнать, когда он прибудет.
– И что им от него нужно?
– А ты сам не понимаешь?
– Не понимаю.
– Посмотри на него. Молодой, красивый, необычная внешность, никаких известных родственников. Да ещё и без собственного рода, который мог бы вмешиваться в его дела.
– Ты думаешь, кто-то захочет взять его в семью?
– Не обязательно через усыновление.
Собеседник усмехнулся.
– В столице достаточно вдовствующих дам, у которых есть собственные дома, богатство и влияние. Некоторые из них давно уже не нуждаются в разрешении старших мужчин, чтобы распоряжаться своими делами.
– Ты говоришь о содержанцах?
– А почему бы и нет? Если юноша действительно настолько красив, как рассказывают, всегда найдутся желающие обеспечить его всем необходимым.
– Он же совсем молод.
– Именно.
Тогда А-рэ прошёл мимо, не подав виду, что услышал разговор. Но слова остались в памяти. Позднее он услышал похожее от двух торговцев. Потом – от слуг в другом постоялом дворе. А однажды даже заметил, как несколько молодых дворян, стоявших возле чайного дома, обсуждали, кто из их знакомых мог бы заинтересоваться сереброволосым чужаком.
Все эти разговоры становились всё менее приятными. Некоторые мужчины говорили о нём как о необычном приобретении, которое можно было бы преподнести богатой вдове. Другие рассуждали, сколько влиятельных семей могут попытаться привлечь его к себе. Встречались и те, кто открыто шутил о том, что в столице найдётся немало дам, способных заплатить за внимание столь необычного юноши.
А-рэ не был наивен. Он понимал, что речь идёт не просто о красивых словах или безобидном любопытстве. В этом мире, судя по всему, существовали семьи, в которых женщины, овдовевшие в молодости, сохраняли значительное состояние и могли самостоятельно распоряжаться собственными владениями. Некоторые из них, потеряв мужей ещё в молодом возрасте, продолжали жить в роскоши, окружённые слугами, прислугой и многочисленными поклонниками.
Впрочем, далеко не все такие отношения были добровольными и безобидными. Он слышал рассказы о молодых мужчинах, которых богатые женщины брали на содержание, обеспечивали дорогой одеждой, жильём и деньгами в обмен на определённые услуги. В одних случаях речь шла о взаимном согласии, в других – о положении, из которого человеку было непросто выбраться. Особенно если за подобной прихотью стояла влиятельная семья, способная испортить жизнь любому, кто осмелится отказаться. Сам А-рэ не собирался становиться чьей-то дорогой игрушкой. Именно поэтому он решил, что не станет пытаться выглядеть неприметным. Скрыть серебристые волосы было невозможно. Доспехи и оружие тоже не подходили для того, чтобы раствориться среди обычных путников. Но можно было изменить впечатление, которое он производил.
Если окружающие видели перед собой просто красивого молодого человека, пусть даже необычного происхождения, то могли решить, что с ним можно обращаться как угодно. Если же они видели в нём человека, способного путешествовать на металлическом чудовище, вооружённого странными мечами и сопровождаемого Императорскими гвардейцами, то прежде, чем приближаться, им приходилось задуматься.
И А-рэ сознательно поддерживал именно такое впечатление. Он не собирался прятать доспехи, убирать мечи или пересаживаться на обычную лошадь только ради того, чтобы не привлекать внимания. Напротив, он позволял окружающим рассматривать его столько, сколько им хотелось, и не пытался оправдываться за собственный внешний вид. Пусть смотрят. Пусть обсуждают. Пусть думают, что он представляет собой нечто необычное и, возможно, опасное. Это было куда лучше, чем позволить кому-нибудь решить, будто его можно безнаказанно использовать.
Пак Му Джин, конечно, замечал, что А-рэ всё чаще замолкает, когда рядом появляются посторонние люди. Старший цензор не знал всех разговоров, которые довелось услышать юноше, но достаточно хорошо представлял себе, как воспринимают чужака в столице.
– Ты стал ещё молчаливее… – заметил он, когда караван ненадолго остановился у дорожной заставы.
А-рэ повернул голову.
– Разве?
– Да. Раньше ты хотя бы иногда задавал вопросы о местных обычаях, а теперь словно стараешься не обращать внимания на окружающих.
– Я просто слушаю.
– Что именно?
– Людей.
Пак Му Джин некоторое время смотрел на него.
– И что же ты услышал?
А-рэ слегка усмехнулся.
– Что в столице много богатых вдов.
Старший цензор не сразу понял, к чему тот клонит.
– Что?
– И что некоторые из них любят содержать молодых мужчин.
Пак Му Джин медленно прикрыл глаза.
– Вот оно как.
– Судя по разговорам, желающих достаточно.
– Кто-нибудь сказал тебе что-то непосредственно?
– Нет. Пока только обсуждают.
Цензор тяжело вздохнул.
– Столичные слухи всегда были отвратительной вещью. Особенно когда речь идёт о людях, которых никто толком не знает.
– Я уже понял.
– Не обращай внимания.
– Я и не обращаю. Просто запоминаю.
Пак Му Джин посмотрел на него внимательнее.
– Ты ведь понимаешь, что не все подобные разговоры означают реальную угрозу?
– Разумеется. Но если кто-то решит, что может купить меня вместе с моим конструктом, я предпочёл бы узнать об этом заранее.
Старший цензор не стал спорить. Он знал, что А-рэ не из тех людей, которые способны спокойно принять попытку вмешательства в собственную жизнь. За время знакомства ему довелось убедиться, насколько независимым был этот юноша. Он мог согласиться на помощь, если видел в ней смысл, но никогда не позволял превращать себя в подчинённого или должника.
– В столице я прослежу, чтобы к тебе относились с должным уважением. – Сказал Пак Му Джин.
– Спасибо.
– И если кто-нибудь попытается причинить тебе неприятности, сообщи мне.
– Хорошо.
Однако А-рэ не собирался полностью полагаться на обещания старшего цензора. Не потому, что не доверял ему, а потому, что прекрасно понимал, что даже самый влиятельный чиновник не может находиться рядом постоянно. Именно поэтому он и предпочитал производить впечатление человека, с которым лучше не связываться. К вечеру следующего дня дорога вывела караван на широкую равнину, откуда уже хорошо просматривались внешние укрепления столицы.
Город был огромен. Высокие стены тянулись вдоль горизонта, прерываясь мощными воротами и башнями. Над ними возвышались крыши крупных зданий, пагоды храмов и административные сооружения. В некоторых местах виднелись отдельные стены внутренних районов, а над всем этим возвышались крыши дворцового комплекса. Даже с такого расстояния столица производила впечатление места, в котором могло одновременно жить и работать множество тысяч людей. Караван двигался по широкой дороге, постепенно приближаясь к городским окрестностям. Впереди уже можно было различить несколько застав, возле которых стояли отряды стражи. На обочинах располагались торговые ряды, небольшие лавки и придорожные чайные.
Пак Му Джин, ехавший в карете, отодвинул занавеску и некоторое время смотрел на город. Он бывал здесь бесчисленное количество раз, но всякий раз, возвращаясь после долгой поездки, испытывал странное облегчение. Столица была шумной, переполненной интригами и чиновниками, однако именно здесь находился центр государства, здесь принимались решения, от которых зависела судьба целых провинций. И теперь он возвращался не один. Вместе с ним ехал человек, которого Император ждал с особым интересом. Старший цензор посмотрел на сереброволосого юношу, спокойно сидевшего на металлическом ящере.
– Скоро встретимся с теми, кого прислали нам навстречу. – Произнёс он.
А-рэ повернул голову.
– Кто именно?
– Императорские гвардейцы. Вероятно, государь решил убедиться, что мы благополучно добрались.
– Или проверить, не сбежал ли я по дороге?
– Не исключено.
Парень усмехнулся.
– Тогда им придётся разочароваться.
Пак Му Джин тоже улыбнулся.
– Постарайся хотя бы не пугать их без необходимости.
– Я ничего не делаю.
– Вот это меня и беспокоит.
Отряд Императорских гвардейцев появился на дороге примерно через час. Сначала показалась небольшая группа всадников, двигавшихся навстречу каравану. За ними следовали ещё несколько человек, а немного позади виднелись две крытые повозки с дорожными припасами. По одежде и знакам на снаряжении было ясно, что это не обычная городская стража. На их доспехах присутствовали Императорские знаки, а сами всадники держались уверенно и дисциплинированно. Лошади были хорошо выучены, оружие ухожено, снаряжение подобрано с явным расчётом на длительные поездки. Командир отряда, мужчина средних лет с короткой бородой и прямой осанкой, заметил карету старшего цензора и поднял руку, отдавая знак своим людям.
Колонна постепенно остановилась.
– Это люди Императора? – спросил А-рэ.
– Да… – ответил один из ветеранов. – Похоже, государь действительно прислал встречающих.
Впереди уже спешивался командир гвардейцев. Пак Му Джин вышел из кареты и направился ему навстречу.
– Старший цензор! – приветствовал тот, сложив руки перед грудью. – Рад видеть вас в добром здравии.
– И я рад, что встретил знакомое лицо. – ответил Пак Му Джин. – Давно не виделись, Чхве.
– Слишком давно, господин.
Мужчины обменялись приветствиями. Было заметно, что они действительно хорошо знакомы. Командир гвардейцев служил при дворце уже много лет и не раз сопровождал старшего цензора во время выполнения личных поручений государя.
Он прекрасно понимал, что Пак Му Джин не просто очередной чиновник, возвращающийся из провинции. Старший цензор пользовался особым доверием Императора, а его поездки нередко были связаны с делами, которые не предназначались для обсуждения в обычных ведомствах.
– Ваше возвращение ожидали. – Сказал командир. – Нам приказали встретить вас и сопроводить до столицы.
– Благодарю. Дорога прошла без серьёзных происшествий.
– Рад слышать. Я получил распоряжение обеспечить вам безопасный въезд и сопровождение до дворца, если потребуется.
– Это будет зависеть от решения государя. Пока нам нужно лишь добраться до города.
Командир кивнул. Он уже собирался продолжить разговор, когда заметил движение за спиной старшего цензора. Сначала его внимание привлекла высокая металлическая фигура, медленно приближавшаяся по дороге. Затем он увидел шестилапое тело, покрытое тёмными пластинами, серебристые прожилки на броне и массивную голову с длинными клыками. На спине существа находился своеобразный трон. И в нём, свободно расположившись, сидел молодой человек с серебристыми волосами.
Командир замер. На мгновение он даже забыл, что собирался сказать. За его спиной несколько гвардейцев одновременно потянулись к оружию. Один из всадников резко натянул поводья, и его лошадь испуганно вскинула голову. Другой отступил на несколько шагов, едва не столкнувшись с товарищем.
Металлический ящер продолжал идти. Он не ускорялся, не демонстрировал агрессии и даже не поворачивал голову в сторону встречающих. Его движения были удивительно плавными. Каждая конечность переставлялась с точностью, словно он заранее рассчитывал положение камней и неровностей дороги.
А-рэ сидел в кресле так, будто ехал на обычной лошади. Одна рука лежала на подлокотнике, другая свободно свисала вдоль корпуса. На лице сохранялось выражение скучающего равнодушия. Серебристые волосы слегка шевелились от ветра, а тёмный доспех с изображением драконьей головы на груди выглядел настолько необычно, что даже опытные гвардейцы не сразу поняли, кто перед ними.
– Что… – вырвалось у одного из них.
– Это ещё что такое?!
– Порождение скверны?
– Не может быть…
Несколько человек уже подняли оружие. Командир резко обернулся.
– Стоять!
Но его приказ прозвучал не так уверенно, как хотелось бы. Металлический ящер продолжал приближаться. Теперь можно было хорошо рассмотреть его пасть, длинные клыки и мощные передние конечности. По размерам он превосходил обычную боевую лошадь, а тяжёлая броня делала его ещё более внушительным. Один из гвардейцев, не удержавшись, выхватил меч. Другой потянулся к арбалету, закреплённому на седле. И в этот момент Пак Му Джин громко произнёс:
– Убрать оружие!
Его голос разнёсся над дорогой.
– Это не враг! Всем успокоиться!
Командир гвардейцев резко повернул голову.
– Старший цензор?
– Вы слышали меня. Убрать оружие!
Гвардейцы не сразу подчинились. Они продолжали смотреть на металлическое существо, которое уже находилось достаточно близко, чтобы различить отдельные детали его брони. Пак Му Джин шагнул вперёд и поднял руку.
– Этот молодой человек едет со мной. Его ждёт сам Император, чтобы обсудить вопросы, касающиеся обороны границ Империи. Он находится под моим сопровождением и пользуется покровительством государя.
Командир медленно опустил руку, показывая своим людям, что тревога ложная.
– Вы уверены, господин?
– Более чем.
– Но это…
– Я вижу, что это, Чхве.
Старший цензор произнёс это с таким выражением, что командир наконец понял: дальнейшие вопросы лучше оставить на потом.
– Всем убрать оружие! – Приказал он своим людям. – Это сопровождающий старшего цензора. Не провоцировать его!
Гвардейцы подчинились. Однако облегчение пришло не сразу. Некоторые продолжали держаться настороженно, другие старались не смотреть на ящера слишком долго. Один из всадников даже отвёл свою лошадь в сторону, чтобы между ней и металлическим конструктом оставалось больше пространства. Сам ящер, казалось, совершенно не интересовался происходящим. Он спокойно остановился рядом с каретой, слегка повернул голову и замер. А-рэ посмотрел на гвардейцев.
– Добрый день.
Его голос прозвучал настолько буднично, что несколько человек невольно переглянулись. Командир гвардейцев поклонился.
– Приветствую вас, господин.
– И вы здравствуйте.
Пак Му Джин подошёл ближе.
– Это командир Императорской гвардии Чхве Сон У. Он давно служит при дворце и сопровождал меня во время нескольких поездок.
– Понятно.
– А это А-рэ. – Продолжил старший цензор, обращаясь к командиру. – Тот самый человек, о котором я сообщал в письме.
Чхве Сон У снова посмотрел на юношу.
– Значит, вы и есть тот самый мастер, о котором столько говорят?
– Наверное.
– Мы получили распоряжение встретить вас и сопроводить до столицы.
– Спасибо.
Командир ещё раз посмотрел на ящера.
– А это… ваш ездовой зверь?
А-рэ чуть наклонил голову.
– Конструкт.
– Конструкт?
– Искусственный. Артефакт, предназначенный для перевозок. Сделан из металла.
Чхве Сон У медленно кивнул.
– Понимаю.
Но по его лицу было видно, что он пока не очень хорошо понимает, что именно увидел. Пока взрослые обменивались приветствиями, гвардейцы продолжали украдкой рассматривать металлического ящера. Они были людьми, прошедшими серьёзную подготовку. Их учили сохранять спокойствие при встрече с противником, не терять самообладания перед лицом опасности, действовать слаженно и не поддаваться панике. Многие из них уже участвовали в боях на границе, видели изменённых зверей, сталкивались с заражёнными людьми и даже присутствовали при уничтожении небольших групп ракшаас.
Но одно дело – видеть живое чудовище, пусть даже огромное и уродливое, и совсем другое – стоять перед металлическим созданием, которое двигалось так, словно внутри него находилось нечто гораздо более сложное, чем обычный механизм. Оно не походило ни на голема, ни на известные им боевые конструкции. Броня была слишком цельной, движения – слишком естественными, а голова с пастью и клыками выглядела так, словно её создавали по образцу настоящего хищника. При этом всадник сидел на спине существа в настоящем кресле, напоминавшем небольшой трон. Не было ни поводьев, ни привычной сбруи. Парень даже не держался за шею ящера, не пытался направлять его ногами или руками. Он просто сидел, а металлическое создание двигалось самостоятельно.
– Он вообще управляет им? – шепнул один гвардеец.
– Не знаю.
– Я не видел, чтобы он отдавал команды.
– Может, управление скрыто.
– Или оно реагирует на мысли.
– Тише.
Командир, услышав последние слова, повернул голову.
– Прекратить разговоры. Мы сопровождаем человека, которого ждёт государь. Ведите себя соответственно.
Гвардейцы замолчали. Однако даже после этого никто не спешил подходить к ящеру ближе необходимого. А-рэ заметил их напряжённую осторожность, но никак не отреагировал. Он уже привык к подобному отношению и не собирался специально убеждать людей, что металлический конструкт безопасен. Если им спокойнее держаться на расстоянии, пусть держатся. В конце концов, он не просил их садиться рядом. Когда караван снова двинулся, Императорские гвардейцы заняли места впереди и по бокам колонны. Часть всадников направилась к карете старшего цензора, остальные распределились вдоль дороги, обеспечивая сопровождение.
А-рэ оказался немного позади передовой группы. Его металлический ящер двигался с той же скоростью, что и обычные лошади на рыси. Причём делал это настолько ровно, что сидевший в кресле парень почти не ощущал толчков. Массивное тело конструкта мягко поднималось и опускалось, конечности переставлялись в чётком ритме, а широкие лапы уверенно касались дорожного покрытия. Никакого громкого лязга, скрежета или грохота не было. Лишь иногда раздавался тихий звук соприкосновения металлических сочленений. Один из гвардейцев, ехавший рядом, несколько раз украдкой посмотрел на А-рэ.
– Вам удобно? – наконец спросил он.
– Да.
– Не устаёте?
– От чего?
Гвардеец замялся.
– Ну… от такой езды.
А-рэ посмотрел на кресло.
– А почему я должен уставать?
– Я имел в виду…
– Оно довольно удобное.
Гвардеец кивнул, явно не зная, что ещё сказать. Через некоторое время он снова взглянул на конструкта.
– Он всегда так ходит?
– Как?
– Так плавно.
– Да.
– И может долго идти?
– Долго.
– А если дорога будет плохой?
– Объедет препятствия. Если не сможет пройти, остановится.
Гвардеец задумался.
– А управлять им сложно?
А-рэ посмотрел на него и слегка улыбнулся.
– Для меня нет.
Ответ оказался настолько уклончивым, что солдат не решился задавать новые вопросы. Он отъехал немного в сторону, оставив между своей лошадью и металлическим ящером больше пространства.
А-рэ вновь откинулся на спинку кресла. Снаружи он выглядел совершенно невозмутимым, хотя внутри уже начинал уставать от постоянного внимания. Слишком много людей смотрели на него, слишком много вопросов задавали, слишком много разговоров возникало вокруг его имени.
Но сейчас он не мог изменить ситуацию. Он направлялся в столицу по приглашению старшего цензора, а сам факт его появления уже стал событием. Попытка спрятаться или переодеться в обычную одежду выглядела бы нелепо и, возможно, только усилила бы подозрения. Поэтому он решил придерживаться выбранной линии. Пусть считают его странным. Пусть думают, что он происходит из какого-то далёкого рода. Пусть опасаются его конструкта. Главное – не дать им повода считать его беззащитным.
Пак Му Джин некоторое время ехал рядом с командиром гвардейцев.
– Вы получили распоряжение непосредственно от государя? – Тихо спросил он.
– Да, господин. Нам приказали встретить вас и сопроводить в столицу. Отдельно было сказано, что среди сопровождающих находится молодой человек, которого следует доставить к дворцу без задержек.
– Понятно.
– Император ожидает его прибытия?
– Да. У него есть вопросы, касающиеся новых видов оружия и защиты пограничных территорий.
Чхве Сон У кивнул.
– Тогда я понимаю, почему нам поручили встретить вас лично.
Он ненадолго замолчал, затем добавил:
– Но, признаться, я не ожидал увидеть такое.
Пак Му Джин усмехнулся.
– Я тоже не сразу привык.
– Это действительно искусственное создание?
– Да.
– Оно изготовлено из металла?
– Насколько мне известно, да.
– И оно может самостоятельно двигаться?
– Вы только что это видели.
Чхве Сон У снова посмотрел назад. Металлический ящер спокойно переставлял конечности, не отставая от каравана. Его всадник сидел в кресле, словно на прогулке, и время от времени поглядывал по сторонам.
– Должен признать, господин, – произнёс командир, – подобное зрелище способно напугать даже опытного солдата.
– Поэтому я и приказал вашим людям убрать оружие.
– Вы правильно сделали. Некоторые из них уже решили, что перед нами порождение скверны.
– А-рэ не враг Империи.
– Я понял.
Пак Му Джин посмотрел на него.
– И запомните ещё кое-что. Этот молодой человек не просто необычный путешественник. Его разработки уже используются на границе. Император ожидает от него дальнейших сведений, уступок, и даже помощи. Поэтому обращаться с ним следует уважительно.
– Будет исполнено.
– Не нужно пытаться расспрашивать его о каждом механизме, который вы увидите. Он сам решит, чем захочет поделиться.
Чхве Сон У кивнул.
– Я передам это людям.
– И ещё. Если кто-нибудь из придворных или чиновников попытается остановить его ради праздного любопытства, не позволяйте превращать дорогу в представление.
Командир слегка нахмурился.
– Вы ожидаете подобного?
– В столице достаточно людей, которые любят вмешиваться в чужие дела.
– Понимаю.
Старший цензор на мгновение задумался, затем добавил:
– Особенно если речь идёт о молодом человеке с такой внешностью.
Чхве Сон У не удержался от лёгкой улыбки.
– Вы тоже заметили?
– К сожалению.
– Уже слышал несколько разговоров по дороге. Некоторые семьи интересуются, кто он такой и откуда прибыл.
Пак Му Джин посмотрел на него.
– Уже?
– Да. Похоже, слухи опережают нас.
Старший цензор тяжело вздохнул.
– Вот этого я и опасался.
– Почему?
– Потому что некоторые люди воспринимают чужую необычность как приглашение вмешаться в его жизнь.
Командир гвардейцев понял, о чём идёт речь.
– Вы думаете, кто-нибудь попытается использовать его положение?
– Я думаю, что в столице найдётся немало желающих получить выгоду от его появления. И далеко не все будут действовать открыто.
Чхве Сон У кивнул.
– Тогда мы обеспечим ему сопровождение.
– Не нужно превращать его поездку в военный парад. Просто не позволяйте никому создавать ему неприятности.
– Как прикажете.
Тем временем А-рэ снова услышал разговор за спиной. Двое гвардейцев ехали немного позади, и, хотя они старались говорить тихо, дорога была достаточно спокойной, чтобы слова доносились до него.