Читать книгу "Два мира. Новое начало"
Автор книги: Хайдарали Усманов
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
– Как думаешь, сколько благородных семей попытаются заполучить его?
– Ты о чём?
– О сереброволосом.
– А, об этом…
– Посмотри на него. Такой молодой, красивый, без известного рода, да ещё и с подобным… конструктом… В столице наверняка уже начали спорить, кто первым сможет пригласить его к себе.
– Думаешь, он кому-нибудь нужен в качестве жениха?
– Не обязательно жениха.
Второй гвардеец усмехнулся.
– Ты опять о вдовах?
– А почему нет? Среди столичной знати есть женщины, которые давно распоряжаются собственными домами и не обязаны спрашивать разрешения у родственников. Некоторые из них после смерти мужей так и не обзавелись новой семьёй.
– И что?
– А то, что молодому человеку с такой внешностью могут предложить весьма щедрое содержание.
– Ты думаешь, он согласится?
– Не знаю. Но желающие наверняка найдутся.
– А если он откажется?
Первый гвардеец пожал плечами.
– Тогда, возможно, найдутся те, кто решит, что его можно убедить иначе.
Второй перестал улыбаться.
– Это уже дурно пахнет.
– Я просто говорю, что слышал.
Слушая всё это, А-рэ продолжал спокойно смотреть вперёд. Его лицо не изменилось, но пальцы на подлокотнике кресла чуть заметно напряглись. Вот именно поэтому он и не собирался изображать безобидного юношу, которого можно было бы легко заманить обещаниями богатства или положения. Он уже слышал подобные истории. И знал, что далеко не всегда за красивыми словами скрывается добровольное согласие. Некоторые богатые люди привыкли считать, что всё имеет цену. Если не удавалось купить человека, они могли попытаться надавить на него через знакомых, долги, семью или обещания. А если у человека не было родственников и покровителей, положение становилось ещё опаснее.
А-рэ не собирался становиться частью чужого домашнего хозяйства. У него были собственные планы, собственные знания и собственные возможности. И если кому-то казалось, что серебристые волосы и молодое лицо делают его удобной добычей, то лучше было бы разочароваться как можно раньше.
Он медленно провёл ладонью по металлическому подлокотнику. Ящер продолжал идти. А-рэ не произнёс ни слова, но конструкт слегка повернул голову, словно уловил изменение положения хозяина.
– Всё нормально. – Негромко сказал парень.
Металлическое создание вновь направило взгляд вперёд. К вечеру колонна приблизилась к внешним воротам столицы. Город уже был виден во всей своей величине. За мощной стеной возвышались крыши жилых кварталов, торговых домов и административных зданий. Над ними поднимались башни храмов и дворцовые сооружения, а вдалеке виднелись отдельные укреплённые участки внутреннего города. Дорога перед воротами была заполнена людьми. Торговцы выстраивались в очереди для проверки документов, чиновники проезжали через отдельные проходы, а стражники тщательно осматривали повозки и грузы. Здесь было заметно больше военных, чем на провинциальных заставах, и каждый участок дороги находился под наблюдением.
Когда появился достаточно многочисленный отряд Императорских гвардейцев, люди начали уступать ему дорогу. Но стоило за каретой Пак Му Джина показаться металлическому ящеру, как привычное оживление сменилось настороженным любопытством.
Несколько торговцев остановились, растерянно переглядываясь… Один мальчишка, стоявший рядом с матерью, показал пальцем на конструкта, и что-то громко спросил. И женщина поспешно закрыла ему рот ладонью… Стражники возле ворот тоже заметили необычного всадника. Один из них даже сделал шаг вперёд, словно собирался остановить колонну, но, увидев Императорские знаки на доспехах сопровождающих, тут же передумал.
Командир гвардейцев подъехал к воротам и предъявил документы.
– Караван старшего цензора Пак Му Джина. По распоряжению Императора сопровождаем его до дворца.
Начальник ворот сразу выпрямился.
– Прошу прощения, господин. Проезжайте.
Он уже собирался отдать приказ открыть проход, но взгляд его вновь остановился на ящере.
– А это…
– Сопровождающий старшего цензора. – Коротко ответил командир.
Начальник ворот замялся, однако не стал задавать новых вопросов. Ворота начали открываться. Караван медленно двинулся вперёд. А-рэ смотрел на столицу, впервые оказавшуюся настолько близко. Он видел высокие стены, каменные башни, широкую улицу за воротами и бесконечный поток людей, который, казалось, никогда не прекращался. Он понимал, что с этого момента его жизнь изменится. Впереди были Император, придворные, чиновники, богатые семьи и множество людей, которые уже слышали о нём самые разные истории. Одни захотят узнать, откуда он пришёл. Другие – получить его знания. Третьи могут попытаться использовать его необычную внешность и отсутствие местных связей. А-рэ не собирался облегчать им задачу. Он чуть удобнее устроился в кресле, сохраняя на лице выражение скучающего равнодушия. Металлический ящер спокойно прошёл через ворота, не обращая внимания на толпу. Императорские гвардейцы держались по обе стороны от него, стараясь не приближаться слишком близко, а люди у дороги расступались, провожая необычного всадника взглядами. Столица встретила его шумом, любопытством и настороженностью. И А-рэ, кажется, был совершенно не против того, чтобы первое впечатление оказалось именно таким.
Вскоре столичные ворота остались позади, и караван постепенно втянулся в широкую улицу, ведущую к внутренним районам города. Сразу за массивными створками начинался совсем другой мир, не имевший почти ничего общего с теми провинциальными поселениями, через которые А-рэ проезжал последние несколько дней.
Здесь всё было больше, оживлённее и значительно теснее. Улицы, вымощенные крупными каменными плитами, расходились в разные стороны, образуя сложную сеть торговых кварталов, жилых районов и ремесленных слобод. По обеим сторонам дороги тянулись здания в два, а местами и в три этажа, с деревянными галереями, выступающими крышами и яркими вывесками над входами. Между ними виднелись внутренние дворы, куда можно было попасть через широкие ворота, украшенные резьбой или металлическими накладками. На первых этажах располагались лавки, мастерские, чайные дома и небольшие харчевни, а выше жили их владельцы, торговцы, приказчики и многочисленные семьи. В обычный день эта улица, вероятно, была бы заполнена людьми настолько, что даже конному экипажу пришлось бы двигаться медленно. Сейчас же движение неожиданно начало замирать.
Сначала люди заметили Императорских гвардейцев. Их узнавали издалека по одинаковым доспехам, оружию, выправке и знакам службы. Появление такого отряда само по себе было достаточным поводом для любопытства, особенно если впереди двигалась карета старшего цензора, а за ней следовали телеги и всадники. Жители привыкли видеть чиновников, военных и даже высокопоставленных сановников, проезжавших через город, поэтому первоначально многие лишь отступали к краю дороги, освобождая место для колонны.
Но затем они увидели того, кто двигался среди гвардейцев. Шестилапый металлический ящер не походил ни на одного из известных людям зверей. Он был огромен. Его тяжёлое, вытянутое тело возвышалось над дорожной толпой, а широкая бронированная спина несла подобие кресла, в котором восседал сереброволосый юноша. Тёмные металлические пластины, покрывавшие конструкта, были подогнаны друг к другу с такой точностью, что между ними почти не оставалось заметных зазоров. На поверхности металла переплетались серебристые прожилки, складывавшиеся в причудливые узоры. Они проходили по шее, плечевым сегментам, бокам и массивным лапам, местами образуя геометрические фигуры, напоминавшие одновременно письмена и сложные орнаменты.
Голова ящера двигалась плавно, с едва заметными поворотами. Из раскрывавшейся время от времени пасти выглядывали длинные клыки, больше похожие на короткие клинки. Когда он переставлял лапы, его тяжёлое тело совершенно не раскачивалось, а металлические сочленения не издавали привычного скрежета. Он словно скользил над каменной мостовой, хотя каждая его лапа вполне отчётливо касалась поверхности, высекая острыми когтями целые снопы искр из камня мостовой. И самое страшное заключалось в том, что он был не живым.
Это понимали далеко не все, но даже те, кто замечал искусственную природу существа, не могли сразу избавиться от ощущения, будто перед ними находится нечто гораздо более опасное, чем обычный зверь. Слишком уж естественно двигалась металлическая голова, слишком внимательно поворачивались её глаза, слишком уверенно конструкт обходил людей и препятствия.
Первым закричал торговец, стоявший у входа в небольшую лавку.
– Демон!
Он выронил деревянный поднос, который держал в руках, и бросился внутрь, едва не сбив с ног собственного приказчика. Следом кто-то вскрикнул уже на другой стороне улицы. Женщина, державшая за руку маленького ребёнка, резко дёрнула его к себе и буквально втащила в ближайший дом. Мальчишка успел обернуться и увидеть, как огромная металлическая пасть поворачивается в его сторону, после чего испуганно заплакал.
– Закрывайте двери!
– Это порождение скверны!
– Гвардейцы! Почему они пропускают эту тварь?!
В считаные мгновения спокойное движение улицы превратилось в беспорядочное отступление. Люди бросались в лавки, забегали в переулки, пытались протиснуться в узкие двери жилых домов. Несколько торговцев поспешно опустили деревянные ставни, а один особенно впечатлительный хозяин чайного дома приказал слугам подпереть входную дверь тяжёлой скамьёй. Из окон выглядывали испуганные лица. Кто-то захлопывал ставни так поспешно, что деревянные створки ударялись друг о друга. Кто-то, наоборот, не мог оторваться от зрелища и смотрел на происходящее сквозь узкую щель, словно боялся пропустить момент, когда чудовище набросится на людей. На втором этаже одного из домов пожилая женщина даже начала торопливо затягивать внутреннюю задвижку, хотя дверь её жилища находилась далеко от улицы и никакой непосредственной угрозы ей не было. В соседнем доме мужчина выглянул из окна, увидел ящера, тут же отпрянул и с такой силой захлопнул ставни, что с карниза посыпалась пыль.
А-рэ наблюдал за всем этим с невозмутимым выражением лица. Он сидел в кресле на спине конструкта, чуть откинувшись назад, и смотрел на улицу так, словно происходящее его совершенно не касалось. Серебристые волосы, собранные под белым узорным обручем с рубином, слегка шевелились от движения воздуха. На груди темнела пластина с изображением драконьей головы, а по бокам располагались рукояти двух мечей. Вся его фигура на фоне огромного металлического существа выглядела настолько необычно, что люди, успевшие заметить самого всадника, порой пугались даже сильнее, чем при виде ящера. Некоторые принимали его за повелителя чудовища. Другие – за его хозяина, мага или какого-нибудь демонического посланника. Были и такие, кто, увидев Императорских гвардейцев рядом с ним, начинал подозревать, что это не случайный гость, а нечто настолько важное, что даже дворцовая стража вынуждена сопровождать его.
– Всем оставаться на местах! – раздался громкий голос одного из гвардейских офицеров. – Это не порождение скверны! Дорогу освободить! Не приближаться к колонне!
Его слова почти утонули в общем шуме. Другой гвардеец, ехавший ближе к краю дороги, остановил лошадь возле группы торговцев, которые уже пытались закрыть ворота своего двора.
– Успокойтесь! – приказал он. – Перед вами не изменённая тварь. Это искусственный конструкт – голем, прибывший вместе со старшим цензором. Человек на его спине находится под защитой Императорской власти!
– Но он же металлический! – выкрикнул кто-то из толпы.
– Именно поэтому я и говорю, что это не зверь! Он не заражён скверной!
– А почему он так… Почему он вообще двигается?!
– Потому что так устроен! Это артефакт!
Гвардеец явно не собирался объяснять устройство голема каждому встречному. Он лишь повторил приказ освободить дорогу и двинулся дальше, стараясь не допустить, чтобы испуганные жители мешали продвижению колонны. Командир Чхве Сон У, ехавший неподалёку от кареты, быстро оценил обстановку и распорядился выделить нескольких людей вперёд. Те должны были заранее предупреждать встречных о приближении отряда, а также не позволять толпе окружать необычного всадника.
– Не обнажать оружие без необходимости! – добавил он. – И не провоцировать жителей. Просто освободить дорогу и объяснить, кто едет.
Приказ оказался своевременным. На перекрёстке впереди уже собралась небольшая группа людей, пытавшихся понять, стоит ли им разбегаться или, наоборот, подойти поближе. Один мужчина даже поднял над головой длинную деревянную палку, словно собирался защищаться от металлического чудовища. Но увидев приближающихся гвардейцев, он быстро опустил её и отступил за спины остальных.
– Это караван старшего цензора Пак Му Джина! – громко объявил один из воинов. – В колонне находится человек, приглашённый к Императорскому двору. Не мешайте движению и не предпринимайте никаких действий!
Упоминание старшего цензора постепенно меняло настроение толпы. Имя Пак Му Джина было известно даже тем, кто никогда не бывал при дворе. Это был не просто высокопоставленный чиновник, а человек, которому Император поручал дела, связанные с безопасностью государства. Если он лично сопровождал незнакомца, значит, тот действительно находился под особым покровительством.
Вскоре нашлись и те, кто начал объяснять происходящее соседям.
– Говорят, он охотник на ракшаас!
– Тот самый сереброволосый?
– Да! Я слышал, он уничтожил целый отряд демонических тварей!
– А я слышал, что у него оружие, которое буквально выжигает скверну!
– Тогда почему он приехал на металлическом чудовище?
– Откуда мне знать? Может, сам сделал!
Последнее предположение вызвало у нескольких слушателей недоверчивое молчание. Сам сделал? Такую вещь? Люди снова посмотрели на ящера, который в этот момент спокойно переступил через лежавшую на дороге корзину, не задев её ни одной лапой. Затем он слегка повернул голову, обходя двух мальчишек, которые, несмотря на крики матерей, успели выскочить из дверного проёма. Мальчишки замерли, словно окаменев. Металлическая голова прошла совсем рядом. Один из них успел разглядеть тёмные клыки, серебристые линии на морде и странный блеск глаз. Он так и не понял, что именно перед ним находилось, но позднее наверняка рассказывал бы, что видел самого настоящего дракона, сделанного из чёрного железа. Ящер не проявил к ним никакого интереса и продолжил движение. А-рэ лишь мельком посмотрел на детей, после чего снова перевёл взгляд на улицу. Внутри у него, однако, было далеко не так скучно, как могло показаться со стороны.
“Ну вот. Кажется, получилось даже лучше, чем ожидалось.”
Он чувствовал на себе взгляды из окон, дверных проёмов, лавок и переулков. Люди старались не подходить слишком близко, некоторые буквально прижимались к стенам, пропуская конструкт. Даже те, кто уже понял, что перед ними не демоническая тварь, предпочитали держаться на почтительном расстоянии.
Именно такого впечатления он и добивался. Разумеется, не потому, что ему доставляло удовольствие пугать случайных прохожих. Просто в столице, судя по всему, было слишком много людей, обладавших властью, деньгами или достаточным самомнением, чтобы попытаться распоряжаться чужой жизнью. Он уже успел убедиться в этом по дороге сюда. Стоило появиться необычной вещи, как немедленно находились желающие получить её в собственное распоряжение. То им требовался его ездовой конструкт, то хотелось узнать, откуда взялись серебристые волосы, то кто-то уже пытался приписать ему благородное происхождение и выдумать несуществующий род. В провинции подобные попытки ограничивались угрозами местных дворянчиков и их прислуги. В столице всё могло оказаться значительно сложнее. Здесь были влиятельные семейства, чиновники, придворные, богатые купцы и люди, привыкшие покупать то, что им нравилось. А он вовсе не собирался становиться чьей-то дорогой игрушкой.
“Пусть сначала хорошенько испугаются.”
Подумав об это, А-рэ едва заметно усмехнулся. Сейчас на него смотрели слишком многие. И это было куда полезнее, чем могло показаться на первый взгляд. Любая попытка принудить его к сотрудничеству, задержать без оснований, отобрать конструкта или просто увести куда-нибудь под предлогом необходимости выяснить происхождение его имущества неизбежно привлекла бы внимание окружающих. Особенно если речь шла о человеке, которого лично сопровождал старший цензор и которого, по словам гвардейцев, ожидал сам Император.
Те, кто захотел бы действовать подобным образом, должны были бы сначала подумать, как объяснить свои действия. А если они совершили бы что-нибудь особенно грубое, то неизбежно возник бы вопрос, почему высокопоставленные чиновники пытаются распоряжаться человеком, прибывшим по приглашению государя.
Конечно, не стоило считать, что страх перед Императором способен остановить абсолютно всех. В любом большом государстве находились люди, которые считали себя достаточно могущественными, чтобы рискнуть. Некоторые были настолько уверены в собственной безнаказанности, что даже не задумывались о последствиях, пока не становилось слишком поздно. Но сейчас у него появлялось время. Именно это имело значение. Пока его обсуждали на улицах, пока гвардейцы успокаивали жителей, и пока столичные чиновники пытались понять, кто именно прибыл вместе с Пак Му Джином, А-рэ мог спокойно осмотреться, выяснить, какие возможности предоставляет столица, и понять, что именно от него хочет местный Император. Если предложения окажутся разумными, он вполне мог здесь обосноваться. Причём не просто снять комнату в какой-нибудь дешёвой гостинице, а обзавестись собственным домом, желательно с достаточно просторным двором и отдельными помещениями для мастерской. Ещё лучше – найти участок, где можно было бы разместить всё необходимое, не привлекая чрезмерного внимания соседей.
Полноценное жилище, защищённое место для хранения имущества, возможность покупать материалы, доступ к кузнецам и мастерам, торговым домам и рынкам – всё это было бы весьма кстати. Столица предоставляла гораздо больше возможностей, чем маленькая пограничная крепость, а главное, здесь можно было бы затеряться среди множества людей. При желании он смог бы организовать работу так, чтобы никто не видел всего процесса целиком. Пусть Императорское военное ведомство получает готовые чернила, артефакторы – необходимые образцы и указания по использованию, а остальные даже не догадываются, откуда берутся отдельные составляющие. На первых порах этого было бы вполне достаточно. Сотрудничество с военными его не пугало. В конце концов, именно они использовали его разработки против скверны, и если Император действительно намеревался защищать свои земли, то в этом отношении их интересы совпадали. Он мог бы изготавливать для них специальные чернила, продавать готовые партии, передавать ограниченное количество знаний, необходимых для правильного использования изделий. При этом никто не обязан был знать, что именно лежит в основе всей технологии. Что же до оружия, то здесь он собирался придерживаться куда более осторожной позиции.
“Максимум – сделать что-нибудь в подарок самому Императору. И на этом можно будет закончить.”
Разумеется, не потому, что он собирался вооружать государя исключительно из благотворительности. Подобный подарок был бы разумным политическим жестом, особенно если бы Император проявил себя как человек, с которым можно иметь дело. Но передавать местным мастерам всё, что он успел разработать, А-рэ не собирался. Арбалеты уже существовали, баллисты тоже. Этого было достаточно, чтобы Империя получила серьёзное преимущество на границе. А вот его новые разработки, связанные с руническими плетениями, камнями души и ускорением снарядов, лучше было пока оставить при себе. Он не знал, насколько местные специалисты способны разобраться в подобных механизмах. Не знал и того, какие последствия возникнут, если подобное оружие попадёт в руки людей, которые не понимают его ограничений. Поэтому спешить не стоило.
“Сначала надо посмотреть на то, что предложит Император. Потом уже решать.”
Если местный государь окажется разумным человеком, заинтересованным в сотрудничестве, а не в том, чтобы немедленно запереть его в какой-нибудь мастерской и заставить работать до конца жизни, можно будет найти взаимовыгодное решение. Он получит безопасность, жильё, возможность заниматься собственными делами и доступ к необходимым ресурсам. Императорская армия – чернила, его изделия против порождений и проявлений скверны, как и помощь в укреплении границы. Все остальные вопросы можно будет решать постепенно. В том числе и вопрос с его прошлым.
А-рэ прекрасно помнил документы и сведения, которые получил от агентов ракшаас. Карты, векселя, записи, имена, сведения о купленных чиновниках, тайниках и людях, которые сотрудничали с противником. Часть информации была непроверенной, некоторые утверждения могли оказаться ложью или намеренной попыткой запутать следствие, но общий объём собранных сведений был весьма значительным. В особенности его интересовали тайники и документы, которые беглец успел спрятать за пределами столицы. Он пока не собирался совать туда нос. По крайней мере, до тех пор, пока не поймёт, насколько безопасно вообще находиться в этом городе. Но сама возможность иметь под рукой подобную информацию была хорошим подспорьем. Если кто-нибудь попытается создать ему проблемы, он не окажется совершенно беззащитным перед местными интригами. Впрочем, использовать эти сведения без крайней необходимости тоже не хотелось. Он приехал сюда не для того, чтобы становиться участником бесконечной борьбы чиновничьих семейств.
“Главное – не нарываться и не зарываться.”
Эта мысль казалась ему особенно важной. Не нужно было демонстрировать всем подряд, насколько много у него имеется. Не нужно было угрожать, требовать особого положения или пытаться вмешиваться в дела Империи. Чем меньше он будет привлекать внимание к своим настоящим возможностям, тем спокойнее сможет жить. Хотя с последним, похоже, уже возникли некоторые затруднения.
Парень снова скользнул задумчивым взглядом по домам. На одном из балконов стояли трое мужчин в дорогой одежде. Они явно не собирались убегать, но и приближаться к дороге не торопились. Один из них что-то быстро говорил спутникам, указывая на конструкта. Другой смотрел непосредственно на сереброволосого всадника, словно пытался запомнить каждую деталь его внешности. Чуть дальше, у входа в просторный торговый дом, несколько слуг выстроились вдоль стены, освобождая проход. Сам хозяин выглянул из-за двери, увидел ящера и тут же скрылся обратно.
“Вот и прекрасно.”
Пусть смотрят. Пусть запоминают. Пусть обсуждают. Сейчас это было ему на руку. Когда люди привыкнут к необычному зрелищу, когда поймут, что металлический ящер не нападает на каждого встречного и что его всадник не собирается устраивать резню на улицах, первоначальная паника постепенно сменится любопытством. Потом появятся вопросы, попытки познакомиться, приглашения и предложения. И вот тогда станет гораздо проще понять, кто именно заинтересован в нём и чего эти люди добиваются. Некоторые наверняка попытаются подойти с подарками, другие предложат выгодную торговлю, третьи будут искать возможность пригласить его в свои дома. Тем более, что теперь явно найдутся и те, кто решит, что раз он чужак, то его можно обвести вокруг пальца, воспользовавшись незнанием местных порядков.
Но даже зная об этом, сам А-рэ не собирался заранее считать всех врагами. Но и доверять первому встречному не намеревался. Ему нужно было время, чтобы разобраться в столице, изучить её устройство, узнать, какие районы подходят для проживания, где расположены ремесленные кварталы, кому принадлежат склады и мастерские, как здесь оформляют собственность, и какие чиновники отвечают за подобные вопросы. Всё это можно было выяснить постепенно. И если ему не понравится то, что он увидит, у него оставалась возможность уехать. Собственно, именно поэтому он и не собирался немедленно связывать себя какими-либо обязательствами. Башня на границе была закрыта, подземная кузница законсервирована, а всё самое ценное находилось в его пространственном хранилище. Он не оставил там ничего такого, потеря чего могла бы поставить его в безвыходное положение. Запасов адамантита у него тоже хватало, чтобы некоторое время заниматься работой, даже не возвращаясь к старой жиле. Переезд оказался хлопотным, но он подготовился к нему заранее. Теперь оставалось понять, насколько гостеприимной окажется столица.
Тем временем старший цензор Пак Му Джин, ехавший в карете, наблюдал за происходящим через приоткрытую занавеску. Он уже видел, как реагировали на А-рэ жители пограничных деревень и провинциальных городов. Там удивление быстро сменялось любопытством, а затем слухами и попытками выяснить происхождение странного всадника. Но столица была совершенно другим местом. Здесь жили люди, привыкшие к необычным зрелищам, богатству и демонстрации власти. В столицу прибывали послы других государств, торговцы из дальних земель, монахи, странствующие мастера, военные и представители самых разных народов. Некоторые из них привозили с собой невиданные изделия, редкие породы животных и необычные предметы искусства.
Однако даже здесь появление шестилапого металлического конструкта вызвало настоящий переполох. Пак Му Джин видел, как один торговец едва не упал, пытаясь спрятаться за собственную телегу. Как слуги закрывали двери лавок. Как несколько человек бросились в переулок, даже не дожидаясь объяснений гвардейцев. Он покачал головой.
– Кажется, мы доставим городским стражникам немало хлопот… – Задумчиво произнёс он.
Сидевший напротив Кан Чжин усмехнулся.
– Зато дорогу нам освобождают быстро.
– Не думаю, что это именно тот результат, которого ожидают городские власти.
– А чего они ожидали? Что он приедет на обычной лошади?
Пак Му Джин посмотрел на старого командира.
– Вы знали, что у него есть подобная вещь?
– Нет.
– И даже не подозревали?
– Я знал, что он умеет делать необычные вещи. Видел его арбалеты, амулеты и оружие. Но чтобы он ездил на металлическом ящере… – Кан Чжин снова посмотрел в окно. – Нет, такого даже я не ожидал.
– Вы знакомы с ним гораздо дольше меня.
– И всё равно каждый раз узнаю что-нибудь новое.
Цензор невольно улыбнулся.
– Пожалуй, это можно считать его отличительной чертой.
За окном один из гвардейцев остановил толпу, которая начала собираться возле пересечения двух улиц. Несколько человек пытались задать вопросы, но воин настойчиво требовал освободить дорогу.
– Но мне кажется, что он делает всё намеренно. – Немного подумав, заметил Кан Чжин.
– Что именно?
– Не скрывает ни доспехов, ни оружия, ни этого конструкта. Сидит так, словно ему совершенно безразлично, кто на него смотрит. Думаю, он понимает, какое впечатление производит.
Пак Му Джин некоторое время молчал. Он тоже заметил это. А-рэ не пытался прятаться за гвардейцами, не просил закрыть его каретой и не старался сделать так, чтобы окружающие меньше обращали на него внимания. Напротив, он словно намеренно позволял всем рассмотреть себя.
– Возможно. – Произнёс цензор. – И, вероятно, у него есть причины.
– Не хочет, чтобы кто-нибудь решил, будто его можно просто забрать?
– Полагаю, вы правы.
Старший цензор откинулся на спинку сиденья. Он уже успел предупредить некоторых людей, что А-рэ не следует провоцировать. Однако столица была слишком велика, а интересы влиятельных семей слишком разнообразны, чтобы рассчитывать на полное отсутствие неприятностей. Среди придворных обязательно найдутся те, кто захочет получить расположение необычного чужака… Другие захотят узнать секрет его оружия… Третьи попытаются выяснить, можно ли использовать его в собственных интересах… И всё это ещё до того, как он встретится с Императором. Пак Му Джин надеялся, что государь сумеет правильно распорядиться этой возможностью. Юноша действительно мог принести Империи огромную пользу, но слишком грубое обращение с ним способно было уничтожить всякую возможность сотрудничества.
К тому же цензор не сомневался, что А-рэ не из тех людей, которых можно удержать одними обещаниями. Если ему что-нибудь не понравится, он просто уйдёт. И тогда Даюн потеряет не только талантливого мастера, но и человека, который уже доказал, что способен самостоятельно противостоять угрозам, с которыми обычные пограничные отряды едва справляются.
– Думаете, Императору понравится такой въезд? – спросил Кан Чжин.
Пак Му Джин хмыкнул.
– Не знаю. Но смеяться он, скорее всего, будет долго.
– Тогда хотя бы в этом мы с ним будем согласны.
Оба мужчины посмотрели в окно. Металлический ящер двигался впереди кареты, неторопливо обходя людей и телеги. Его всадник, казалось, не замечал ни испуганных прохожих, ни многочисленных взглядов. Он лишь время от времени поворачивал голову, осматривая улицы, здания и вывески, словно приехал не на встречу с Императором, а на обычную прогулку по незнакомому городу.
…………
Чем дальше караван продвигался к внутренним районам, тем шире становились улицы и тем богаче выглядели окружающие здания. Постепенно исчезали небольшие торговые лавки, уступая место крупным торговым домам с просторными внутренними дворами. На фасадах появлялись резные деревянные панели, каменные колонны и металлические украшения. Ворота некоторых особняков были настолько высокими, что через них могла свободно проехать большая повозка. За оградами виднелись деревья, крыши павильонов и ухоженные дорожки, ведущие к главным зданиям. Здесь уже не было прежней суеты. Люди по-прежнему собирались посмотреть на необычную колонну, но теперь большинство предпочитало наблюдать из-за оград, с балконов и из окон. Некоторые хозяева домов выходили к воротам, чтобы выяснить, кто именно проезжает. Слуги отправлялись с вопросами к сопровождающим гвардейцам, а приказчики торговых домов старались запомнить знаки на карете старшего цензора.
У одного из особняков стоял мужчина в дорогом тёмно-синем халате. Увидев ящера, он слегка побледнел, но быстро взял себя в руки.
– Это тот самый сереброволосый? – спросил он у слуги.
– Похоже, господин.
– И говорят, он действительно едет к Императору?
– Так утверждают гвардейцы.
Мужчина ещё некоторое время смотрел вслед каравану.
– Надо будет выяснить, кто он такой.
– Приказать узнать его имя?
– Имя мы уже знаем. Узнай, где он остановится, кто будет отвечать за его размещение и насколько близко он связан с дворцом.