Читать книгу "Два мира. Два дела в одном"
Автор книги: Хайдарали Усманов
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
– Господин Ченнань-хоу, позвольте спросить. Вы говорили, что ваши слуги будут помогать гостям в саду. Не слишком ли много людей вы оставили возле пруда?
А-рэ посмотрел на него.
– Почему вы так решили?
– Просто их довольно много. Для небольшого водоёма это кажется излишним.
– Пруд небольшой, но достаточно глубокий. Если кто-нибудь поскользнётся, лучше, чтобы рядом оказались люди, способные помочь.
Юноша улыбнулся.
– Разве кто-нибудь станет падать в такой маленький пруд?
– Надеюсь, что нет.
– Тогда зачем столько предосторожностей?
А-рэ пожал плечами.
– Потому что я не хочу, чтобы кто-нибудь утонул в моём саду.
Ответ был настолько простым, что собеседник не нашёлся, что возразить.
– Кроме того, – добавил А-рэ, – две служанки умеют плавать. Если что-нибудь случится, особенно с девушкой, они смогут помочь быстрее, чем человек, который сначала будет искать способ снять верхнюю одежду и только потом решится прыгнуть в воду.
Молодой дворянин слегка смутился.
– Пожалуй, вы правы.
– Надеюсь, что сегодня нам вообще не придётся проверять, насколько хорошо они умеют плавать.
Парень улыбнулся и направился дальше. А сам А-рэ же мысленно отметил, что его распоряжения всё-таки не были напрасными. Даже если сегодня никто не упадёт в воду, подобная предосторожность не выглядела лишней. Тем временем слуги продолжали выполнять свои обязанности.
Они разносили напитки, меняли блюда, следили за тем, чтобы гости не оставались без внимания. При этом многие из приглашённых действительно почти не замечали их присутствия. Один из молодых дворян, разговаривая с приятелем, совершенно спокойно попросил слугу принести ещё вина, даже не взглянув на него. Другой протянул пустую чашу, не прерывая беседы. Третий негромко распорядился убрать поднос, который мешал ему положить на стол рукав. Для них это было совершенно естественно.
Парень же прекрасно видел, что слуги слышат куда больше, чем кажется их хозяевам. Когда гости собирались небольшими группами, именно прислуга чаще всего находилась рядом. Они могли услышать, кто с кем спорит, кто жалуется на старших родственников, кто собирается посетить тот или иной дом, какие сделки обсуждаются и какие семейные дела вызывают недовольство. Разумеется, не всякое слово заслуживало внимания. Но иногда даже случайная фраза могла оказаться полезной. Например, один из слуг, убирая пустую посуду, услышал, как молодой дворянин упомянул о недавнем споре между двумя торговыми домами из-за поставок зерна… Другой заметил, что одна из девушек несколько раз спрашивала о том, кто именно управляет поместьями Ченнань-хоу и насколько часто он собирается посещать свои владения…
Сам же молодой хозяин резиденции пока ничего не знал об этих разговорах. Но он был уверен, что к вечеру получит достаточно сведений, чтобы понять, кто из гостей действительно интересуется им самим, кто – его титулом, а кто просто приехал посмотреть на необычного металлического зверя.
Когда же гости окончательно освоились в саду, А-рэ решил устроить небольшую демонстрацию. Он попросил всех немного отойти от центральной дорожки и передал конструкту несколько команд. Сначала ящер повернул голову, затем медленно развернулся всем корпусом. Шесть конечностей двигались согласованно, а тяжёлый хвост слегка смещался, помогая удерживать равновесие. Затем конструкт прошёл несколько шагов вперёд, обошёл декоративный камень, остановился возле края площадки и повернулся обратно. Никаких поводьев, уздечки или внешних рычагов не было. А-рэ стоял в нескольких шагах от него и не произносил ни слова. Со стороны могло показаться, будто ящер действительно понимал его намерения и самостоятельно выбирал движения. Гости наблюдали за происходящим с нескрываемым удивлением.
– Невероятно… – произнесла одна из девушек.
– Он даже не касается его… – добавил молодой дворянин.
– Это и есть управление через браслет? – спросил внук гуна.
– Да.
– А можно увидеть сам браслет?
А-рэ показал запястье, где под рукавом находилось управляющее устройство. Оно выглядело достаточно необычно, но не настолько вычурно, чтобы сразу привлечь внимание. Несколько тонких металлических элементов соединялись между собой, а на внутренней стороне находились рунические плетения, которые А-рэ не собирался демонстрировать всем подряд. Он лишь позволил гостям рассмотреть внешнюю часть.
– Значит, вы можете заставить его выполнять разные действия?
– Некоторые. Пока я освоил только основные команды.
– А если вы захотите, чтобы он пошёл в другую сторону?
– Тогда я задаю направление.
– А если он встретит препятствие?
– Попробует обойти. Если не сможет, остановится.
– А если ему приказать атаковать?
А-рэ посмотрел на задавшего вопрос.
– Тогда он может атаковать.
Юноша невольно отступил.
– Ясно...
– Поэтому я и не собираюсь устраивать подобную демонстрацию среди гостей.
На этот раз смех был вполне искренним. А-рэ позволил ящеру вернуться на прежнее место и остановил его. Затем предложил гостям продолжить прогулку и угощение. Он видел, что желающих рассмотреть конструкт ещё много, но не хотел превращать весь приём в бесконечное стояние вокруг металлического ящера. Пусть люди немного пообщаются, познакомятся с садом, попробуют угощения и заодно привыкнут к мысли, что в резиденции нового хоу находится нечто настолько необычное.
К середине дня А-рэ уже начал понимать, насколько правильно поступил, заранее подготовив слуг. Несколько молодых гостей действительно попытались отойти в сторону от основной компании. Одни хотели поговорить без лишних свидетелей, другие – обсудить какие-то семейные вопросы, третьи просто искали возможность провести время в более спокойной обстановке. Слуги не мешали им, но незаметно оставались поблизости. Особенно возле пруда.
Один из молодых людей, увлёкшись разговором, чуть не задел ногой край каменной дорожки, но вовремя удержался. Служанка, стоявшая неподалёку, тут же сделала шаг вперёд, однако вмешиваться не пришлось.
Парень всё это заметил и мысленно похвалил управляющего. Всё шло именно так, как он хотел. Никто не был стеснён чрезмерным вниманием прислуги, никто не чувствовал себя под наблюдением, но при этом в случае необходимости рядом находились люди, способные быстро помочь. И, что особенно важно, никто не мог случайно оказаться в ситуации, которая потом превратилась бы в повод для семейного скандала.
А-рэ ещё раз посмотрел на молодых гостей, стоявших возле пруда, и подумал, что сегодняшняя встреча может оказаться полезной не только для знакомства с местной знатью. Он уже получил несколько приглашений посетить другие дома, услышал имена людей, которые могли оказаться полезными, и заметил, что некоторые семьи явно заинтересованы в его положении. А слуги тем временем продолжали незаметно собирать сведения. Похоже, к вечеру у него действительно будет что обсудить с управляющим. И, возможно, куда больше, чем он рассчитывал получить от простого приглашения посмотреть на металлического ящера…
………..
Следующее утро в резиденции Ченнань-хоу постепенно приобрело свой собственный распорядок. Независимо от того, насколько поздно накануне закончились дела, сколько гостей принимал хозяин дома и какие вопросы требовали его внимания, едва солнце поднималось над крышами соседних усадеб, в одном из небольших внутренних павильонов уже зажигали лампы, готовили свежий чай и расстилали на низком столе чистые листы бумаги.
Именно там каждое утро встречались А-рэ и его наставник. Старик оказался человеком удивительно терпеливым. В молодости он служил при одном из столичных ведомств, занимался составлением документов и проверкой отчётов, а позднее, после некоторых перемен в жизни, оставил службу. Пак Му Джин нашёл его не случайно: наставник пользовался уважением среди тех, кто знал его лично, обладал хорошей репутацией и, что было особенно важно, не имел привычки передавать чужие разговоры посторонним.
Первые занятия проходили довольно просто. Старик объяснял устройство письменных знаков, показывал, как они складываются в слова, разбирал самые распространённые обороты речи, а затем заставлял ученика переписывать короткие фразы. А-рэ внимательно слушал, задавал вопросы и старался сразу же сопоставлять новые сведения с тем, что уже знал о местном языке. Очень скоро наставник обнаружил, что его новый ученик обладает необычной способностью быстро усваивать материал.
Стоило объяснить ему значение какого-нибудь знака, показать несколько примеров его употребления и привести пару устойчивых выражений, как А-рэ уже начинал самостоятельно находить этот знак в других словах. Он не просто запоминал начертание, а старался понять принцип, по которому письменность была устроена. Если встречался незнакомый иероглиф, парень не торопился угадывать его значение, а пытался разобрать составляющие элементы, вспомнить похожие знаки и выяснить, в каких сочетаниях они уже попадались.
Старик поначалу относился к этому с осторожностью. Ученики нередко производили хорошее первое впечатление, особенно когда были заинтересованы в обучении, но далеко не каждый сохранял такую же старательность через несколько недель. Однако А-рэ не терял интереса. Напротив, чем больше он узнавал, тем чаще начинал задавать вопросы, которые заставляли наставника доставать новые книги и объяснять дополнительные подробности. Постепенно занятия вышли за пределы обычного изучения письменности.
– Сегодня мы попробуем прочесть небольшой отрывок… – сказал однажды старик, раскладывая на столе несколько тонких тетрадей и один довольно объёмный трактат в тёмной тканевой обложке. – Не торопись. Здесь нет необходимости понимать каждую строку с первого раза. Сначала прочитай заголовок, затем попробуй определить, о чём идёт речь.
А-рэ придвинул к себе книгу. На обложке были выведены крупные знаки, написанные старинным, несколько усложнённым почерком. Парень уже знал достаточно, чтобы прочитать название, хотя и потратил на это несколько минут.
– “Наставления о должном управлении домом и хозяйством”, – произнёс он, немного помедлив.
– Верно. Один из самых известных трактатов такого рода. Его нередко дают молодым людям из благородных семейств, когда начинают готовить их к самостоятельному управлению имениями. Здесь собраны не только рассуждения о семейном порядке, но и некоторые полезные советы по ведению хозяйства, распределению обязанностей между управляющими, учёту расходов и содержанию земель.
– Звучит полезно.
– Именно поэтому я и принёс его тебе.
Старик раскрыл книгу на отмеченной странице и повернул её так, чтобы ученику было удобнее читать. Текст оказался не слишком простым. Автор использовал старые обороты, некоторые слова уже почти не встречались в обычной речи, а отдельные фразы были построены настолько витиевато, что А-рэ приходилось возвращаться к началу предложения, чтобы не потерять смысл.
Но парень не раздражался. Он читал медленно, иногда останавливался, спрашивал о значении незнакомого выражения, а затем пытался пересказать прочитанное своими словами. Наставник поправлял его, объяснял, где тот уловил общий смысл, но пропустил важную подробность, и показывал, почему определённые слова нельзя переводить буквально. Через некоторое время старик принёс ещё несколько произведений. Популярный трактат о военном искусстве… Сборник наставлений для чиновников… Книгу о земледелии и небольшое сочинение, посвящённое устройству водных каналов и укреплению берегов рек…
Последняя заинтересовала А-рэ особенно сильно. Он задержался на ней дольше, чем на остальных, внимательно изучая рисунки и пояснения. Автор рассматривал устройство земляных валов, укрепление берегов, отводные каналы и способы распределения воды между сельскохозяйственными участками. Разумеется, многое в книге было описано достаточно примитивно, а некоторые советы основывались скорее на многолетних наблюдениях местных земледельцев, чем на каких-либо систематических расчётах. Но для парня это всё равно представляло большой интерес.
– Ты уже знаком с подобными вопросами? – заметил наставник, увидев, насколько внимательно ученик изучает страницы.
– В общих чертах… – ответил А-рэ, не поднимая головы. – Просто мне предстоит заниматься одним владением, где с водой, судя по рассказам, всё обстоит не слишком хорошо.
– В Ченнане?
– Именно.
– Там действительно непростая ситуация… – старик задумчиво погладил бороду. – Земли плодородные, река большая, но характер у неё скверный. В одни годы она выходит из берегов и затапливает поля, в другие вода уходит так далеко, что земледельцам приходится ждать дождей. Некоторые поселения страдают от этого почти каждый год.
– Вот поэтому я и смотрю.
– Тогда тебе стоит прочитать этот трактат полностью. Он не даст готового решения, но позволит лучше понять, какие способы использовали наши предки.
В ответ парень коротко кивнул и снова склонился над страницами. Наставник тем временем наблюдал за ним с явным удовлетворением. В его практике встречались молодые люди, которые приходили на занятия лишь потому, что этого требовали родители. Такие ученики могли часами смотреть на лист бумаги, не запоминая даже половины объяснений. Другие, напротив, проявляли способности, но быстро теряли интерес, стоило им столкнуться с чем-нибудь трудным. А здесь перед ним сидел человек, который не только быстро запоминал новые знаки, но и старался немедленно применять полученные знания на практике. Правда, одна проблема всё же оставалась. Каллиграфия.
Постепенно с чтением А-рэ справлялся всё лучше. Он уже мог разбирать простые письма, короткие записи, заголовки книг, отдельные распоряжения и даже некоторые официальные документы, если в них не встречалось слишком много специальных терминов. Но стоило ему взять кисть и попытаться написать что-нибудь самостоятельно, как выяснялось, что между знанием знака и умением красиво его воспроизвести лежит огромная пропасть. Старик мог сколько угодно объяснять, в какой последовательности следует наносить линии, где нужно изменить нажим, как вести кисть и в каком месте слегка приподнять её, но рука ученика всё равно двигалась не так, как требовалось.
А-рэ привык писать совершенно иначе. В его прежнем мире буквы можно было выводить быстро, почти не задумываясь о каждом движении. Даже если почерк получался не слишком красивым, его всё равно можно было прочитать. Здесь же от человека ожидали не просто разборчивого письма, а определённой гармонии начертания. Толщина линий, их направление, пропорции знака и даже расстояние между отдельными элементами имели значение. Наставник постоянно возвращался к одним и тем же упражнениям, заставляя ученика выводить одинаковые знаки снова и снова.
– Не дави на кисть так сильно… – терпеливо говорил он, наблюдая за очередной попыткой. – Ты словно пытаешься продавить бумагу. Кисть должна двигаться свободнее. Позволь ей самой лечь на лист.
– Если я ослаблю нажим, линия получится слишком тонкой.
– Потому что ты пытаешься управлять только нажимом. Нужно учитывать положение кисти и угол. Смотри.
Старик взял другую кисть, обмакнул её в чернила и несколькими плавными движениями вывел на чистом листе сложный знак. В его руке кисть словно ожила. Широкая линия постепенно становилась тоньше, затем снова набирала толщину, а последний штрих заканчивался лёгким, почти незаметным движением. А-рэ внимательно проследил за каждым движением.
– Теперь попробуй сам.
Парень повторил упражнение. Результат оказался лучше предыдущего, но всё ещё далёк от образца. Один штрих получился слишком тяжёлым, другой – неуверенным, а последний заметно отклонился от нужного направления.
Старик покачал головой, но без раздражения.
– Ты слишком торопишься. Знаешь, что должен получить в итоге, и пытаешься сразу добиться результата. А нужно думать о каждом движении отдельно. Каллиграфия требует не только знания знаков, но и привычки. Рука должна научиться делать то, что ты уже понимаешь головой.
– То есть просто набивать руку?
– Именно. И чем больше ты будешь заниматься, тем лучше получится.
А-рэ вздохнул, посмотрел на испорченный лист и снова взял кисть. Впрочем, даже с каллиграфией он продвигался быстрее, чем ожидал наставник. Уже через несколько недель его почерк стал достаточно ровным, а отдельные знаки начали приобретать правильные пропорции. До настоящей каллиграфии было ещё далеко, но теперь его записи можно было читать без особых затруднений. Старик всё чаще позволял себе небольшие похвалы, хотя делал это сдержанно, словно опасался, что чрезмерное одобрение испортит ученика. Однажды, после особенно удачного занятия, он долго рассматривал несколько страниц, заполненных А-рэ.
– Знаешь, – наконец произнёс наставник, – если бы ты с самого детства занимался у меня, то, пожалуй, мог бы добиться очень многого.
Парень отложил кисть.
– В каком смысле?
– В самом прямом. У тебя хорошая память, ты быстро усваиваешь новые знания, умеешь рассуждать и не боишься задавать вопросы. Если бы всё это сочеталось с полноценным образованием, полученным с ранних лет, ты вполне мог бы стать одним из лучших учеников своего поколения. Возможно, даже первым на государственных экзаменах. Тем, кого именуют – чжуаньюань.
И надо сказать, что старик произнёс это совершенно серьёзно.
– А это, – продолжил он, – открывает путь к высоким должностям. Человек, занявший первое место, получает возможность поступить на службу при дворе, заслужить расположение государя, а затем постепенно подняться до самых высоких ступеней чиновничьей иерархии. Разумеется, одного знания недостаточно, но у тебя, судя по всему, есть и другие качества, которые могли бы помочь.
А-рэ посмотрел на него, затем перевёл взгляд на исписанные листы и едва заметно улыбнулся.
– Не думаю, что меня сейчас интересуют подобные мирские проблемы.
Старик приподнял брови.
– Мирские проблемы?
– Ну да. Должности, экзамены, служба, придворные интриги… У меня и без этого хватает забот.
– Но ведь высокое положение на чиновничьей службе…
– И зачем оно мне? – спокойно перебил А-рэ. – У меня уже есть титул, земли, дом и возможность заниматься тем, чем я считаю нужным. Если я начну бегать по экзаменам, потом служить в каком-нибудь ведомстве, а после ещё и разбираться с теми, кто будет пытаться занять моё место, когда я отвернусь, времени на собственные дела вообще не останется.
Наставник несколько мгновений смотрел на него, после чего негромко рассмеялся.
– Ты говоришь так, словно уже успел прожить несколько жизней.
– Иногда мне и самому так кажется.
Старик покачал головой, но продолжать спор не стал. Он прекрасно понимал, что новый Ченнань Хоу уже оказался в положении, о котором многие молодые люди могли только мечтать. А-рэ не нуждался в том, чтобы доказывать своё происхождение через государственные экзамены, и, судя по его характеру, едва ли испытывал желание тратить годы на карьеру чиновника. К тому же наставник видел, что за внешней беспечностью юноши скрывается немало забот. Он не знал всех подробностей, но прекрасно понимал: человек, который в столь юном возрасте получил наследственный титул, огромные владения и расположение Императора, вряд ли сможет жить так, словно ничего не произошло.
А-рэ же, едва закончив занятие, вернулся к своим записям. На столе лежали не только упражнения по письменности, но и несколько листов с расчётами, сделанными накануне. Рядом находилась небольшая деревянная коробка с инструментами, а в углу павильона стояла сумка, которую парень обычно брал с собой, когда занимался собственными делами. Наставник уже привык, что после уроков ученик не спешит отдыхать. Иногда он отправлялся осматривать резиденцию, иногда беседовал с управляющим Чхве Ман Су, а порой надолго запирался в одном из помещений, куда посторонних не приглашали. И лишь иногда старик замечал, что А-рэ выглядит несколько бледнее обычного. Причина была вполне определённой. Поставки специальных чернил для Империи постепенно превращались в отдельную обязанность, от которой уже нельзя было просто отмахнуться.
После первой передачи четырёх брусков А-рэ рассчитывал, что некоторое время сможет заниматься собственными делами, не отвлекаясь на новые партии. Однако военное ведомство довольно быстро начало расходовать полученный материал. Артефакторы испытывали его на различных изделиях, изготовляли новые защитные амулеты, наносили печати на арбалетные болты и пытались разобраться, какие элементы чернильного состава отвечают за устойчивость к скверне. Сам А-рэ не возражал против того, чтобы Империя получала необходимые средства защиты. Он прекрасно понимал, насколько важно укрепить границу, особенно теперь, когда в разных местах всё чаще появлялись изменённые существа.
Но каждая новая партия чернил требовала от него немалых усилий. Приходилось снова и снова готовить состав, тщательно отмерять компоненты и добавлять собственную кровь. Он не мог просто взять любую ёмкость, налить туда побольше крови и получить необходимый результат. Слишком большая доля делала состав нестабильным, слишком маленькая – снижала его свойства. Кроме того, требовалось соблюдать определённую последовательность приготовления, следить за температурой, консистенцией и временем обработки. Работа была кропотливой, а результат не появлялся мгновенно.
А-рэ уже не в первый раз сидел в отдельной комнате, закатав рукава и осторожно сцеживая кровь в подготовленную ёмкость. Рядом лежали чистые ткани, небольшие сосуды и заранее приготовленные ингредиенты. Он не позволял себе торопиться. Так как уже заранее знал о том, что неосторожность может привести к потере материала, а повторять процедуру из-за собственной глупости ему совершенно не хотелось. Когда необходимое количество было собрано, он отложил инструменты, обработал место прокола и некоторое время просто сидел, дожидаясь, пока перестанет кружиться голова.
– Прекрасно… – пробормотал он, глядя на ёмкость. – Ещё немного, и можно будет официально записать себя в Императорские расходные материалы.
Подобная шутка его самого не слишком развеселила. Он понимал, что Империя нуждается в чернилах. Понимал и то, что отказываться от поставок полностью было бы глупо. Государство уже вложило в него немало средств, пожаловало титул и обеспечило определённую защиту. Но существовал предел, за которым добровольная помощь превращалась в опасную зависимость. Особенно если учесть, что нынешнее положение на границе могло измениться гораздо быстрее, чем предполагали придворные. Сейчас Империя Даюн укрепляла оборону. На пограничные склады поступали арбалеты, боеприпасы, защитные амулеты, припасы и материалы. Новые солдаты проходили обучение, старые командиры передавали им опыт, а военное ведомство постепенно приводило в порядок систему снабжения.
Но рано или поздно кто-нибудь обязательно задаст следующий вопрос. Если мы научились защищаться от скверны, почему бы не начать возвращать земли? На первый взгляд рассуждение казалось вполне естественным. Человеческие поселения десятилетиями отступали перед заражёнными территориями, теряли деревни, поля, дороги и крепости. Теперь появилось оружие, способное уничтожать изменённых существ, амулеты, которые помогали людям переживать контакт со скверной, и первые знания о том, как обнаруживать её источники. Для любого правителя это выглядело бы как возможность изменить ход войны.
Но А-рэ видел в такой перспективе гораздо больше опасностей, чем возможностей. Он прекрасно помнил, сколько усилий потребовалось ему самому, чтобы справиться с одним источником скверны. И даже тогда у него были преимущества, которых не имел обычный солдат: собственные защитные средства, особые чернила, оружие, созданное лично им, и возможность использовать чёрное пламя, которое выжигало заражённую материю. Даже с этим набором он не мог назвать ту победу лёгкой. Что уж говорить об армии, состоящей из тысяч людей, каждый из которых нуждается в пище, воде, защите, оружии, лекарствах и постоянном снабжении? Одно дело – отбить нападение изменённых тварей возле крепости… И совсем другое – войти на заражённую территорию, где противник может заранее подготовить ловушки, спрятать источники скверны, направить стаи изменённых существ и заставить целый отряд двигаться туда, куда ему выгодно… Если войска окажутся слишком далеко от укреплений, даже небольшая ошибка в снабжении может привести к катастрофе. Если не будет достаточно амулетов, люди начнут заражаться, и сами превратятся в монстров. Если не хватит боеприпасов, предназначенных для борьбы с порождениями скверны, обычное оружие окажется малоэффективным против сильных тварей. Если никто не сможет обнаружить источник, то даже после победы над противником территория останется опасной. А если источник окажется достаточно мощным, обычный арбалетный болт с печатью может вообще ничего не решить.
А-рэ откинулся на спинку кресла и потёр переносицу.
– Сначала нужно научиться воевать на этой территории, а уже потом пытаться её завоёвывать… – тихо пробормотал он.
Он достал чистый лист и начал записывать то, что считал необходимым подготовить до любого крупного наступления. Разведка заражённых земель. Определение источников скверны. Способы обнаружения и уничтожения источников. Запасы защитных амулетов. Боеприпасы против порождений скверны. Снабжение и защищённые пункты хранения. Подготовленные отряды, умеющие действовать в заражённой местности. Способы эвакуации раненых. Порядок действий при массовом заражении. И самое главное – возможность остановить наступление, если выяснится, что условия стали неприемлемыми. Последний пункт он подчеркнул особенно тщательно. Армия не должна была превращаться в толпу людей, которых однажды отправили за границу и приказали идти вперёд до тех пор, пока они не победят или не погибнут. Он знал, что в придворных кругах найдутся люди, которые увидят в возвращении территорий возможность прославиться. Генералы захотят получить награды… чиновники – новые должности… а молодые дворяне – возможность продемонстрировать собственную храбрость… Самому же Императору, особенно в начале его личного правления, наверняка захочется добиться результата, который войдёт в историю. И именно поэтому сейчас ему следовало поговорить с Пак Му Джином.
Старший цензор пришёл в резиденцию во второй половине дня. Он не выглядел особенно удивлённым приглашением. За последнее время встречи с новым Ченнань-хоу стали для него привычным делом, хотя он прекрасно понимал, что далеко не каждый разговор с этим юношей можно считать обычной беседой.
А-рэ встретил его в небольшом павильоне, где уже стоял чайник и были приготовлены две чашки.
– Ты хотел меня видеть? – спросил Пак Му Джин, устраиваясь напротив.
– Хотел кое-что уточнить. Но, судя по твоему лицу, у тебя тоже есть новости.
Старший цензор чуть заметно улыбнулся.
– Ты становишься наблюдательнее.
– Просто ты выглядишь так, словно собираешься сообщить мне что-то неприятное.
– Возможно, так и есть.
Пак Му Джин принял чашку, сделал небольшой глоток и некоторое время молчал, словно решая, с чего начать.
– Недавно состоялся совет с участием представителей нескольких соседних государств. Обсуждались вопросы безопасности границ, торговых путей и положения на территориях, прилегающих к землям ракшаас.
А-рэ поднял глаза.
– И что?
– Некоторые послы проявили неожиданную заинтересованность в наших дальнейших действиях. В частности, два из них довольно настойчиво спрашивали, когда Даюн намерен перейти от обороны к активным действиям.
Парень чуть прищурился.
– То есть, когда мы собираемся нападать на ракшаас?
– Именно.
– И что им ответили?
– Что Империя пока сосредоточена на укреплении границ, восстановлении снабжения и подготовке войск. Однако оба посла продолжили расспрашивать. Более того, они заявили, что их государства готовы поддержать Даюн в будущей кампании.
А-рэ поставил чашку на стол.
– Армией?
– Нет. Поставками ресурсов. Один предложил рис, другой говорил о муке, бататах и некоторых других продовольственных запасах. По их словам, они готовы оказать существенную помощь, если империя решится на активные действия.
Несколько мгновений парень молчал. Затем неожиданно расхохотался. Он смеялся настолько искренне, что Пак Му Джин сначала даже не понял, что именно вызвало у него такую реакцию. Старший цензор нахмурился, но не стал перебивать.
– Простите…– наконец выговорил А-рэ, вытирая выступившую от смеха влагу из уголков глаз. – Просто ситуация настолько прозрачная, что даже смешно.
– Что именно ты имеешь в виду?
– А ты сам подумай. Допустим, империя действительно начинает наступление. Неважно, насколько тщательно его подготовили. Войска переходят границу, сражаются с ракшаас, уничтожают несколько источников скверны, освобождают часть территорий. Может быть, даже возвращают несколько крепостей.
Он поднял один палец.
– Что произойдёт потом? Эти самые государства начнут рассказывать, что тоже внесли вклад в победу. Ведь они предоставили продовольствие, помогли снабжением, поддержали союзника в трудный момент. И теперь, разумеется, им полагаются определённые преимущества.
Старший цензор заметно напрягся, и медленно поставил чашку на столик.
– Продолжай.
– А теперь представим другой вариант. Империя начинает наступление, терпит поражение, теряет несколько тысяч солдат, несколько крепостей и значительную часть припасов. Возможно, даже вынуждена отступить, бросив оружие и склады. Что тогда скажут эти замечательные союзники?
А-рэ развёл руками.
– Они ведь не посылали армию. Они всего лишь поставили немного риса, муки или бататов. А потому заявят, что не имеют никакого отношения к неудаче. Во всём виноваты имперские военачальники, которые не сумели правильно организовать операцию, плохо оценили противника и не использовали предоставленную помощь должным образом.
Он наклонился вперёд.
– Получается очень удобно. Если мы победим, они разделят с нами славу. Если проиграем, мы будем виноваты сами. При этом никаких серьёзных обязательств на себя они не берут.
Пак Му Джин уже не улыбался. Его лицо заметно помрачнело, а пальцы, державшие чашку, слегка сжались.
– Ты считаешь, что именно этого они добиваются?
– Я считаю, что они хотят получить возможность повлиять на исход событий, не подвергая собственные войска риску. Возможно, у них есть и другие расчёты. Может быть, они действительно опасаются усиления ракшаас и хотят помочь нам. Но если они так заинтересованы в войне, почему не предлагают отправить хотя бы несколько собственных отрядов?
– Они могут ссылаться на внутренние угрозы, недостаточную подготовку или необходимость защищать свои границы.