Текст книги "Белый крейсер"
![](/books_files/covers/thumbs_240/belyy-kreyser-67675.jpg)
Автор книги: Иар Эльтеррус
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Зачем их тогда сделали похожими на людей? – удивленно спросил Фельдман.
– Да черт их знает! – пожал плечами странник. – Они самой разной формы бывают.
– Давайте уж за стол, – недовольно буркнул Иван Мурянин, сглотнув слюну. – Пахнет-то одуряюще, кишки от таких запахов в клубок свернуться могут!
– Точно, – усмехнулся Алексей, садясь во главе стола. – Прошу!
Бойцы быстро расселись, голодными глазами смотря на непривычное изобилие. Чего только не было на столе перед ними! Всего хватало, знакомых и незнакомых блюд. В центре виднелась высокая стопка неестественно одинаковых блинов и глубокие миски с разного вида варениками. Вирт сразу обратил внимание на посуду и покивал своим мыслям – знаменитый императорский гербовый сервиз. Серебряный, разумеется. В Росской Империи, в отличие от Земли, золото не ценилось – технический металл, зато серебра было очень мало, да и то добывалось в поясах астероидов. Оно и служило денежным эквивалентом.
Бутылка со спиртным на столе стояла всего одна, как и просил Алексей, зато других напитков хватало – соки, морсы, несколько сортов кваса и многое другое. Киберы налили каждому понемногу коньяка в серебряные стаканчики, и бойцы встали.
– Ну, будем! – проглотил ароматный коньяк капитан, остальные последовали его примеру. – И в самом деле чудо…
– По мне, так водка лучшее… – не согласился Иван Мурянин, садясь. – Что пил, что не пил…
Он положил себе в тарелку что-то мясное с ближайшего блюда и с удовольствием принялся за еду.
– О, борче! – обрадованно потянулся к парящей супнице Вирт.
– Може, борщ? – переспросил Мыкола.
– У вас это называется борщ, – согласился странник. – А у нас – борч или борче. Я уже говорил, что даже традиционные блюда в России и Россе одинаковые, только называются по-разному.
Он наполнил половником свою тарелку и с наслаждением принялся хлебать борщ. Сержант Шелуденко налил себе того же.
– Неначе моя маты варыла! – изумился он после первой же ложки. – До чого ж смачный борщ!
Алексей отдал должное пельменям и вареникам с чем-то незнакомым, но очень вкусным. Он пробовал то одно, то другое, удивленно покачивая головой – никогда не доводилось видеть столь роскошного стола. Это что же, на крейсере каждый обед таким будет? Зря, бойцы могут разбаловаться и начать привередничать. Придется, пожалуй, приказать искину, чтобы подавали три блюда, не больше, пусть каждый день и разные. А роскошь лучше оставить для праздников, нельзя в будни увлекаться застольями.
Капитан все еще пребывал в растерянности из-за всего случившегося и не знал, что ему делать. Оказался непонятно где и когда, на борту межзвездного крейсера. А дома – война! Его долг – вернуться и воевать до победного конца. Не хотел Алексей становиться дезертиром, но выбора, похоже, не имел. А тут еще и шокирующие откровения искина об императоре. Даже думать о такой чуши не хотелось! Однако придется – Вирт подтвердил, что капитан Белого Крейсера – император Росса. Но где этот самый Росс находится? И главное – когда? Слишком похож язык, обычаи, даже блюда – пельмени, вареники, борщ, блины. Это не может быть случайным совпадением, никак не может. Слишком много этих «совпадений». Видимо, Росс – тоже Россия, только в далеком будущем. Но почему тогда в Империи не помнят о своих корнях? Не помнят о Земле? Странное что-то во всем этом. Слишком странное.
– Теперь займемся временным распределением должностей, – сказал Алексей, когда все насытились. – Значит так, ребята. Похоже, мы оказались в будущем. Я не уверен, что нам удастся быстро вернуться домой, хотя буду искать, как это сделать. А пока придется жить здесь. Виктор прав, нам очень повезло, что крейсер признал меня капитаном. Мы могли оказаться на том же Россе, не зная там ничего и никого.
– Вполне могли, – подтвердил странник. – Меня куда только не заносило. Ни языка местного не знал, ни чего вообще ждать. Сейчас мы совсем в ином положении. Одолеть Белый Крейсер нелегко, целый флот для этого понадобится, а его поди собери – мы пока в относительной безопасности. Но всем вам надо будет изучить росский язык – это очень легко, в ментоцентре шлем на голову надеваете – и через два часа он становится как родной.
– Вот как? – приподнял брови капитан. – Далеко тут наука вперед ушла…
– По сравнению с Землей? – усмехнулся Вирт. – Вы даже не представляете насколько далеко. Одни синтезаторы, навсегда избавившие человечество от голода, хоть взять. Но…
Он скривился, обреченно махнул рукой и добавил:
– В Безвременье даже синтезаторы не помогли, их тогда еще слишком мало было. Расхватали самые богатые и хищные. Вымирающий от голода народ этих тварей не интересовал…
– А революция? – возмутился Фельдман. – Почему народ не восстал?!
– Были и революции, – отмахнулся странник. – Я, кажется, уже говорил об этом. Но ни одна не привела ни к чему хорошему. Социалистические режимы выживали только пока имели очень жестких правителей наподобие вашего товарища Сталина. А как только приходили более слабые – рушились.
– Мы обязаны принести угнетенным рабочим единственно верное учение Ленина-Сталина! – вскочил студент.
– Сядь! – оборвал его Вирт. – Откуда ты взял, что в Россе этого учения не существует, мальчишка? Существует, даже более развитое, чем у вас. Кстати, в Империи моих времен очень многое из коммунистического учения использовано. В государственном устройстве. Если разобраться, то население имеет куда больше прав, чем при демократии. У него нет только права дохнуть от голода и холода – основополагающего права демократии! Империя, понимаете ли, обеспечивает людей жильем и пропитанием. Бесплатно!
– Бесплатно? – изумился Фельдман. – Разве так бывает?..
– Видимо, бывает, – вмешался в спор Алексей. – Не время об этом говорить. Искин, повтори какие должности необходимо заполнить.
– Первый помощник, главный канонир, главный навигатор, первый пилот, главный инженер, начальник службы быта, – отозвался тот с потолка. – Для навигатора крайне желательно знание высшей математики, особенно, топологии.
– Михаил? – посмотрел на Фельдмана капитан.
– Ну-у-у… – растерянно поправил дужку очков тот. – Топологию я изучал, но не могу сказать, что знаю ее на «ять»… Я больше в дифферинциальном исчислении специализировался…
– Другие и того не знают, – отмахнулся Алексей. – Искин, слушай приказ. Главным навигатором крейсера назначается Михаил Исаакович Фельдман.
– Зафиксировано. Программа первичного обучения сгружена в инфохранилище ментоцентра.
– Мыкола, ты вроде на гражданке трактора в МТС ремонтировал? – повернулся капитан к Шелуденко.
– Так точно! – кивнул тот.
– Вот и хорошо, будешь главным инженером.
– Та вы що, товарышу капитан?! – оторопел сержант. – Та хиба ж трактор и оце, – он повел рукой вокруг, – одне й те ж?! Що я в цьому розумию?!
– Ничего, разберешься, – заверил Алексей, с трудом сдерживая улыбку, слишком уж вытянулось лицо украинца.
– Ну, як скажете…
– Вот и хорошо. Начальник службы быта… Это завхоз, что ли? Наверное. Тогда лучшей кандидатуры, чем Иван, я не вижу. Человек хозяйственный, не позволит добро без толку транжирить.
– Это точно, – расплылся в улыбке мордвин.
– Значит, решено. Искин, ты фиксируешь?
– Да, мой капитан! – без промедления отозвался тот.
– Кстати, а почему ты называешь меня не просто «капитан», а «мой капитан»? – поинтересовался Алексей.
– Это моя привилегия, – пояснил искин. – Так принято испокон веков. Еще право таким образом называть императора имеют его личные вассалы, которых обычно не более двадцати-тридцати. Любой другой, если осмелится, отправляется прямиком на плаху.
– А можно мне пилотом? – встал Сергей Перков. – Всегда летать мечтал, да не получилось выучиться…
– Отчего же нет? – пристально посмотрел на него Алексей. – Раз хочешь, значит будешь. Виктор, как самый знающий, назначаешься первым помощником.
Странник кивнул.
– Остается главный канонир, – капитан перевел взгляд на Ашота. – Кандидатура одна. Берешься?
– А куда я денусь? – проворчал армянин. – Еще б знать, что тут за пушки…
– Необходимая информация в данный момент находится в инфохранилище ментоцентра, – сообщил искин. – После отдыха члены экипажа смогут загрузить ее себе в память. До отдыха делать этого не рекомендуется – очень большая нагрузка на мозг.
– Ясно, – встал Алексей. – Тогда всем спать. Искин, прошу обеспечить место для сна.
– Каюты высшего командного состава находятся напротив столовой, – отозвался тот. – Они подготовлены для проживания людей.
Ничего не сказав, капитан двинулся к выходу, остальные потянулись за ним, негромко переговариваясь – слишком много оказалось впечатлений для одного дня, никто не знал, что и думать. Напротив столовой действительно располагались десятка два круглых дверей, скорее даже люков, на каждом было что-то написано по-росски. Однако на семи ближайших дверях надписи оказались русскими.
– О, ты гля… – остановился возле одной двери Мыкола. – Мое имъя напысано… А як вийты?
– Приложите руку к сенсору в виде ладони, господин главный инженер, – проинформировал искин. – Кроме вас, в каюту не сможет войти без приглашения ни один человек. Кроме, естественно, капитана – он имеет полный доступ в любой отсек крейсера.
– Зрозумив, – кивнул сержант, прикладывая руку к сенсору.
Дверь стала прозрачной, а затем исчезла. Мыкола вошел внутрь, но долго там не пробыл, вывалившись обратно в коридор. С совершенно круглыми глазами.
– Щоб я сдох! – выдохнул он. – Ну чисто тоби панськи хоромы!
– Ничего, – рассмеялся Алексей. – Надо же когда-нибудь и простым людям в таких отдыхать. Привыкай. Ты теперь главный инженер, а не сержант.
– Воно-то так, – почесал в затылке украинец. – Тилькы… Добре, пишов я тоди спаты. Зовсим очи злыпаються.
Остальные тоже не стали терять времени, найдя свои каюты. Из открытых дверей вскоре послышались изумленные возгласы. Только Виктор промолчал, чему Алексей ничуть не удивился – страннику, наверное, такое не в диковинку. Он отыскал каюту со своим именем на двери и приложил руку к сенсору. Войдя внутрь, капитан ошеломленно замер – действительно, невероятная роскошь. Весь пол покрыт мягким ковром. Мебель схожа по цвету и форме. Ничего яркого или аляповатого, все подобрано со вкусом – вкус мать ему привить все-таки сумела.
Не став ничего осматривать, время для этого еще найдется, Алексей прошел в спальню, быстро разделся и свалился на огромную кровать. Как давно он не спал на чистых простынях! Помыться бы еще, но сил не осталось ни на что. Капитан закрыл глаза и мгновенно уснул – как в прорубь провалился.
* * *
Вошедший в приемную адмирала флота Шемича начальник флотской разведки, генерал Мирко Таркович, сильно удивил своим появлением секретаря, капитана второго ранга. Обычно главный разведчик сиднем сидел в своем офисе, как паук в паутине, ежедневно отправляя командующему флотом информационные сводки. Но личный визит? Должно было произойти нечто из ряда вон, чтобы такое произошло. Не теряя времени, секретарь связался с Шемичем и доложил о необычном госте.
– Зови, – после недолгого молчания отозвался адмирал.
Таркович вошел в кабинет и наклонил голову.
– Здравствуй, Олег, – негромко сказал он.
– И тебе здоровья, Мирко, – ответил Шемич. – Чем обязан?
– Есть кое-что, – как-то непонятно усмехнулся Таркович, садясь. – Весьма неожиданное и, возможно, радостное. Я еще не знаю, как к этому относиться.
– Вот как? – нахмурился адмирал. – Что там опять на наши головы свалилось?
– Император, – криво усмехнулся генерал.
– Не понял… – растерянно уставился на него Шемич. – Какой еще, поленом по лбу, император?..
– Самый обычный, – вздохнул глава разведки. – Как ты знаешь, основной командный центр Адмиралтейства почти не модифицировался со времен Империи. Секретные протоколы связи тоже остались прежними, разве что шифр новый ввели.
– И что?
– А то, что несколько часов назад мы получили сообщение от искина Белого Крейсера. Стандартное сообщение о вступлении в должность нового капитана, подтвержденное по всем правилам.
– А-а-а… – адмирала затрясло от такого известия. – Н-но эт-то ж-же…
– Вот именно, – резко кивнул генерал. – На престол взошел законный император. Некий Алекс… Алесий Коршун-о-ов. Коршун, в общем.
– Весело… – протянул Шемич, неверяще глядя на собеседника. – Это не утка?..
– Нет, – в глазах Тарковича горел нездоровый азарт. – Мало того, мне сообщили, что шар на вершине единственной уцелевшей башни императорского дворца горит белым светом, как в старых сказках. Так что население столицы знает о коронации.
– Империи давно нет! – грохнул кулаком по столу адмирал. – Двести лет, как нет! Вместо нее…
– Вот именно, что вместо нее больше сотни слабых, крохотных странишек! – с презрением выплюнул глава разведки. – Ни на что не годных! Нашу Федерацию хоть взять… Это страна? Это дерьмо собачье, а не страна! И ты об этом хорошо знаешь.
– Знаю… – понурился Шемич. – Но деваться-то некуда.
– А что, если Создатель дал нам шанс? – прищурился Таркович. – Ведь Федерация на грани распада, «демократы» рвут ее на куски, лидерам партий власти хочется, чтобы карманы за чужой счет набить. Сколько еще продержится наша страна? Помнишь выкладки аналитиков?
– Месяц-другой, не больше, – тяжело вздохнул адмирал. – Первой, скорее всего, заявит о своем суверинетете Тиркана. Затем Лагос. А после них и остальные…
– В том-то и дело, – угрюмо посмотрел на него глава разведки. – До сих пор хоть одна планета бывшей Империи единой оставалась – Росс. Теперь и она собралась распадаться… Каждая камарилья политиканов жаждет единолично править! Так может лучше поддержать императора? Может, он не позволит развалить страну?
– А ты знаешь, кто такой этот Алесий Коршун и на что он вообще годен? – устало спросил Шемич. – Вдруг это просто авантюрист, чудом пробравшийся на борт?
– И это возможно, – не стал спорить Таркович. – Но я готов за соломинку ухватиться. В прошлом, насколько я знаю, искин Белого Крейсера редко ошибался.
– Как же, редко, – криво усмехнулся адмирал. – Ты последнего императора вспомни. Только о развлечениях и думал, скотина! А страну профукал…
– Это, конечно, так… – устало потер виски глава разведки. – Но того императора избрал не искин Белого Крейсера, а искин дворцового комплекса. Владек на БК вообще ни разу не бывал. Ладно, впрочем, это дело прошлое, а нам сейчас выжить нужно.
– Нужно, – согласился Шемич. – И это очень непросто. Ты, Мирко, забываешь, что никто из наших дорогих «демократов» власти просто так не отдаст. Будут вопить о «свободных выборах» и «волеизъявлении народа», гадя изо всех сил. Многие почему-то им верят…
– Не многие! – возмутился Таркович. – Совсем не многие! На выборы едва пятнадцать процентов населения ходит! Однако эти псевдовыборы все равно объявляют легитимными. Будто не знаешь.
– Знаю, – скривился адмирал. – Не хуже тебя знаю. Но поддержать неизвестно кого? Извини, я еще не сошел с ума.
– Да ты погляди, что на улицах творится! – рявнул, вставая, глава разведки. – Погляди! Включи любой новостной канал головидения.
– Зачем? – удивился Шемич.
– Зачем? Я же говорил тебе, что шар на вершине дворцовой башни загорелся белым! Думаешь, люди не помнят, что это означает? Еще как помнят! Об Империи в последние годы с такой ностальгией говорят и пишут, что… От профессоров до дворников. Люди устали от либерастического бардака!
Ничего не говоря, адмирал дотронулся до одного из сенсоров на небольшом пульте. Стена напротив превратилась в голоэкран, на котором появилась заполненная народом улица. Шемич сразу узнал ведущий к остаткам императорского дворца проспект Михайлы III Освободителя в бывшей столице Росса, Сант-Владибурге. Люди что-то кричали, обнимались, бросали вверх шапки и шляпы, танцевали и аплодировали. А впереди пылал ярким белым светом шар на вершине императорской башни, как называли ее в просторечии. В нескольких местах некие ораторы что-то вещали с импровизированных трибун, но их никто не слушал. Сквозь рев народа адмирал различил надрывный визг одного из них, стоящего на парапете набережной:
– Мы свободные люди! Нам не нужно никаких императоров! Голосуйте за нашу партию!
– Да заткнись ты, гнида! – сдернули его с парапета несколько явных работяг, судя по виду, и от души отпинали ногами.
Картины сменяли на экране друг друга, адмирал видел разные города планеты, но везде происходило то же самое. Сообщение о нежданной коронации нового императора катилось по Россу, как цунами. После двухсот лет перерыва! После распада страны, голода, отчаяния и безнадежности! У людей впервые за последние двести лет появилась надежда. Не у всех, конечно, для многих, особенно из власть имущих, именитых и богатых, появление императора означало потерю всего – он не простит откровенного грабежа и бесчисленных преступлений.
Журналисты радовались сенсации, все издания вышли с кричащими заголовками, все каналы головидения говорили только об одном. Каких только предположений они ни строили, каких только выводов ни делали. На любой вкус. Издания разных партий в один голос утверждали, что императором стал их лидер, ибо только его власть легитимна, только он ее достоин. И одновременно призывали голосовать за них.
– Святой Создатель… – растерянно сказал адмирал, глядя на всю эту вакханалию.
– Дерьмократия во всей ее красе, – цинично умехнулся глава разведки. – Нравится?
– Кому такое может понравиться? – гадливо скривился Шемич. – Разве что придурочным либералам. Но что-то все это вызывает у меня настороженность…
– Почему?
– Ты еще спрашиваешь? – пристально посмотрел на него адмирал. – Не то ли это, о чем я думаю?
– Что ты имеешь в виду? – подозрительно прищурился Таркович.
– А вот что… – и адмирал негромко произнес кодовую фразу.
– Та-ак… – невнятно промычал глава разведки, ответив нужным образом. – Так ты тоже из наших?.. Вот уж не думал…
– Не из ваших, – возразил Шемич. – Я просто в курсе дела и не мешаю вам, хотя мог бы. Преуспеете – помогу всем, чем смогу, бардак в стране мне давно надоел. Но только если преуспеете! Кандидатура претендента на престол меня вполне устраивает, человек умный и опытный, справится. Повторяю вопрос: это оно? Вы сумели доставить своего кандидата на Белый Крейсер? Тогда почему имя императора – Алесий Коршун, а не?..
– Увы… – закусил губу Таркович. – Случившееся для нас не меньшая неожиданность, чем для кого-либо другого. Этот самый Алесий взялся из ниоткуда и никто не знает, кто он такой.
– Тогда я ничего не понимаю… – растерялся адмирал.
– Я тоже, – устало потер виски глава разведки. – Все произошло именно так, как я говорил. Пришло сообщение с Белого Крейсера, инфоцентр Адмиралтейства принял его и ответил положеным образом. Беда в другом: наши низовые и средние звенья восприняли коронацию, как сигнал начала действий, и уже сделали первые шаги. А мы пока не готовы. Все должно было начаться не раньше, чем через два месяца, после того, как парламенты четырех материков объявят о предстоящем распаде Федерации.
– Весело… – поежился Шемич, растерянно глядя на старого друга. – А это не может быть их провокацией?..
Он покосился на окно, из которого виднелось здание Парламента Тирканы.
– Не думаю, – отрицательно покачал головой Таркович. – Но я вынужден действовать, иначе все выйдет из-под контроля. В этом случае на Россе демон знает что начнется…
– Не сомневаюсь, – скривился адмирал. – Но неизвестный авантюрист в императорах…
– Деваться некуда, – помрачнел глава разведки. – Ты знаешь, что мы планировали обойтись без Белого Крейсера, ввести иной порядок коронации, но теперь это невозможно. Народ в курсе, что новый император коронован искином БК. Любая другая кандидатура будет в его глазах нелигитимной, люди потребуют доказательств – того же Белого Крейсера на орбите Росса, не говоря уже обо всем остальном. Поэтому придется рискнуть и помочь Алесию Коршуну, назад отыграть невозможно, в действие приведены такие силы…
– Ясно… – помрачнел Шемич. – Что ж, это твой выбор. Но хочу сразу сказать, что поддерживать незнамо кого я не стану. Извини. Известного тебе человека поддержал бы, но этого… Нет. Однако нейтралитет обещаю. Ты, насколько понимаю, поддержишь Коршуна? Может все-таки лучше убрать его и объявить военную диктатуру?
– Мои взгляды тебе давно известны, Олег, – внимательно посмотрел на старого друга Таркович. – Да и не сделать теперь того, о чем ты говоришь – нелигитимно. Я считал и считаю, что спасти Росс может только император. Жесткий и сильный император. Законный император. И такому я буду помогать изо всех сил.
– Такому – да! – во взгляде Шемича появилась грусть. – Известный тебе человек именно таков, хоть он и не законный. А вот Алесий Коршун – неизвестная величина. Почему ты думаешь, что он справится?
– Только надеюсь, – тяжело вздохнул глава разведки. – Однако кое-что на всякий случай предприму заранее, хоть и не совсем так, как изначально планировалось. По крайней мере, самых опасных и влиятельных политиков и олигархов устраню. Они способны помешать, если поймут, что происходит. А они поймут – сволочи, но далеко не дураки.
– Думаешь, стоит? – откинулся на спинку кресла адмирал. – СБ работает на них, там быстро выяснят, кто стоял за их смертью. Тебя после этого с дерьмом смешают. А возможно, и всех вас вычислят. Тогда «демократы», если будут действовать жестко, справятся с ситуацией. Большой кровью, но справятся.
– Не успеют! – зло оскалился глава флотской разведки. – Ничего они толком не успеют. Особенно, если сработать очень быстро, оставляя эсбешникам только обрывки информации. Понимаешь, у меня наконец-то появилась надежда, что что-нибудь в Россе изменится. Пусть какой угодно, но один император вместо своры ворья. Поэтому я сидеть на месте не стану, я буду действовать, чтобы помочь ему реально взять власть. Пусть он и не тот, кого мы планировали возвести на престол.
– Повторяю: твой собственный выбор! – отрезал Шемич. – И твоя ответственность. Мешать не стану. Только, извини уж, в случае чего открещусь от любых твоих действий и от тебя самого. Причина тебе известна. Если вместо меня на флот поставят хотя бы Мировина, то…
– Не дай Создатель! – побледнел Таркович. – Этот все погубит. Продажная тварь.
– В том-то и дело. Потому еще раз прости, но помогать тебе я не буду. Да и императора, как уже говорил, поддержу только в том случае, если он чего-то стоит.
– Сам справлюсь. Ты главное не позволь флот раздергать по отдельным регионам.
– Постараюсь, – кивнул адмирал. – Меня давно донимают визитами посланники от самых влиятельных партий четырех материков. Каждый уговаривает, чтобы флот либо полностью перешел на их сторону, либо разделился. Взятки предлагают. Приходится брать, чтобы не вызвать подозрений. Они окончательно решили развалить Федерацию и разбежаться по разным углам.
– Знаю!.. – разъяренно прошипел глава разведки. – Через два месяца собрались объявить об этом! Ничего, я уже сегодня начну отстрел лидеров основных партий. «Демократам» быстро станет не до нас – внутрипартийные разборки, власть делить будут. После гибели очередного лидера мои люди подбросят каждому из высокопоставленных партийных функционеров информацию о том, что в убийстве замешаны его конкуренты. Пусть грызутся между собой.
– Неплохо, – усмехнулся Шемич. – Но не забывай про СБ, там работать умеют – быстро разберутся, кто за всем этим стоит. А эсбешникам нынешний бардак почему-то выгоден. Я не понимаю чем, но факт остается фактом.
– Есть у меня кое-какие подозрения, но их вначале проверить нужно, а затем только озвучивать, – буркнул Таркович. – Что ж, Олег, не буду больше тебе надоедать. Любую новую информацию ты получишь первым.
– Погоди минуту. Где сейчас Белый Крейсер? Это известно?
– В последний раз его видели месяц назад с борта иратского транспортника «Валдай». В двенадцати световых годах от Ирата. Где он теперь знает только Создатель. К сожалению, засечь императорский крейсер, если он того не хочет, невозможно. Однако я вскоре выясню координаты – его маршрут известен.
– Ясно, – потер висок адмирал. – Что ж, остается только ждать развития событий.
– Тебе, – многообещающе усмехнулся глава разведки. – А у меня много работы. До свидания, Олег!
– Бывай, Мирко, – Шемич проводил старого друга взглядом. – Не кашляй.
Адмирал после ухода старого приятеля еще долго сидел и размышлял о том, что необходимо предпринять в первую очередь. Коронация нового императора ломала планы очень многих имеющих влияние, и все эти высокопоставленные господа будут крайне недовольны. Они ведь считали, что Империя давным давно канула в лету. Вскоре можно ожидать множества посланников. Придется лавировать между ними, убеждая каждого в своей поддержке, а на самом деле консолидировать флот, осторожно проверяя настроения офицеров. Младшие бредят императором, а вот старшим есть что терять в случае его реального воцарения. Однако и среди них есть разные люди с разными взглядами.
Вздохнув, адмирал с отвращением покосился на сейф, наполовину забитый конвертами с подношениями, к которым он никогда не прикасался, разве что изредка использовал их для премирования достойных того офицеров. Как надоело притворяться продажным… Но деваться некуда, если хочет сохранить флот единым. Не брал бы, так на его место давно бы поставили кого-нибудь более сговорчивого. И что тогда было бы? Известно что – политики раздергали бы флот по кускам. Давно орут, что каждый субъект Федерации должен иметь свои боевые корабли, а не полагаться на федеративные. Как будто неясно, чего они на самом деле хотят…
Шемич встал, повернулся к висящей в углу иконе и помолился, от всей души пожелав незнакомому ему Алесию Коршуну всяческой удачи.
* * *
Воздуха осталось на сутки, не более. Надежды, что спасательную шлюпку без двигателей найдут за это время, не было никакой – они в стороне от торговых трасс, да еще и в системе Гонхас, где россов спасать никто не станет. Слабенький передатчик постоянно передавал сигнал бедствия, но чем это могло помочь? Двое выживших после нападения пиратов старались поменьше двигаться и пореже дышать, чтобы экономить воздух.
– Слушай, Гилек, а может откроем люк, чтобы не мучиться? – глухо спросил Умар. – От удушья умирать долго…
– Давай погодим чуток, – ответил второй пилот погибшего грузовоза «Виднокрай». – А вдруг?
– Что «вдруг»? – горько усмехнулся бортовой врач. – Мы же специально этой дорогой двинулись, чтобы на пиратов не напороться. А они здесь и поджидали… Другие вольные капитаны в астероидный пояс не сунутся, это только наш Хортид таким «умным» оказался…
– Все-таки не будем спешить, – вздохнул Гилек. – Помереть всегда успеем. Как ощутим, что задыхаемся, так и откроем люк.
– Ладно, пусть так, – согласился Умар.
Посмотрев на него, второй пилот удивленно покачал головой. Его и до сих пор интересовало, каким образом уроженец далекого Синтара оказался на росском корабле. Даже имя его, не говоря уже о внешности – светловолосый, смуглый и черноглазый, странно звучало для росского уха – Умар ос Хро-Грар. Это во времена Империи жители разных планет перемешивались, а нынче увидеть инопланетянина можно было довольно редко.
«Виднокрай» курсировал между Россом и самым крупным государством планеты Гонхас, Окрайной. Шесть световых лет, на большее их древний корабль был неспособен, да и это расстояние он со скрипом проходил за две недели, тогда как современный транспортник преодолевал его за три дня. В Окрайне россам нежелательно было появляться в городах и поселках, чтобы не напороться на толпу «сознательных», очень не любящих уроженцев бывшей метрополии – они обычно поджидали за воротами космопорта. Насмерть забьют, если поймают. Они ведь даже язык свой выдумали, чтобы только отличаться от остальных. Так, по крайней мере, считал Гилек. Как ему казалось, вполне обоснованно – в Империи испокон веков говорили только на росском. Были у кое-кого свои языки и наречия, но официально их не признавали.
Однако простые окрайны, не относящиеся к «сознательным», с тоской вспоминали времена Империи – Гилеку не раз говорили об этом техники и таможенники, которые охотно общались с россами, невзирая на официальную пропаганду. К сожалению, власть находилась в руках «сознательных», люто ненавидящих метрополию. По непонятным, надуманным причинам. Они целенаправленано воспитывали население в ненависти к Россу, с детства, только это не слишком у них получалось – люди предпочитали думать своими головами, а не слушать трескучую официальную демагогию. А уж чего только не выдумывали местные «ученые», чтобы оправдать поведение власть имущих… В какой-то местной газетенке второй пилот однажды даже прочел утверждение, что все народы вселенной произошли от «древних окров», а поэтому обязаны признавать главенство «Великой Окрайны». А кто не признает, тот враг «прогрессивного человечества». Смешнее всего, что страна была нищая и слабая, и это при таких-то амбициях.
Несмотря на вражду, торговать с Россом Окрайна не прекращала – выгода перевешивала ненависть. Периодически, правда, ее правительство начинало войны, длившиеся очень недолго – Федерация, в отличие от многих других, большей частью сохранила имперский флот и даже изредка строила новые боевые корабли. Разгромить наспех вооруженные лоханки Окрайны для росских адмиралов труда не составляло. После очередного поражения окрайны в ужасе затаивались на своей планете, ожидая оккупации и неизбежного возмездия. Однако Федерации такая головная боль была совсем ни к чему. Поняв, что никто их завоевывать не собирается, «сознательные» тут же громогласно заявляли о своей «победе» и начинали готовиться к новой войне.
В последнее время они стали применять новую тактику – торговые трассы заполонили бесчисленные пиратские рейдеры. Правительство утверждало, что никакого отношения к ним не имеет, но никто в это не верил. Впрочем, может и так – оно в своей стране мало что контролировало. Полная анархия. Дело дошло до того, что государства внешних миров – Тарая, Ирата, Ортая и Нагоя – просто прекратили торговлю с Гонхасом. Планете, практически не имеющей собственной промышленности, – «сознательные» все порушили, а построить новые производства ума не хватило – пришлось очень нелегко. Однако они не унимались.
Капитан-владелец «Виднокрая» и рад был бы торговать с кем-то другим, не слишком рискуя, но его древняя лоханка просто не долетела бы до внешних планет. Ближайшая из них, Аралан, находилась в целых двенадцати световых годах от Росса. Вот Хортид и продолжал торговлю с Окрайной, не имея иного выхода. Только каждый раз менял маршрут. Увы, это не помогло, выследили в конце концов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?