Текст книги "Сталкеры времени"
![](/books_files/covers/thumbs_240/stalkery-vremeni-85764.jpg)
Автор книги: Игорь Шабельников
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Игорь Шабельников
Сталкеры времени
Часть 1. Сталкеры времени
1
Тридцать пятый километр, дальше дорога круто отворачивает от реки. А мне нужно как раз к реке, ну, или почти к реке. Я постучал по кабине грузовика. Машина остановилась. Попрощавшись с попутчиками и поблагодарив водилу, я выпрыгнул из кузова. Попутка тронулась и скрылась за поворотом. Закурил, торопиться некуда – время ещё есть. Достал письмо, вынул карту. Так, судя по карте, в сторону реки отходит от дороги проселок. А вот и он. Однако проселок не простой – хоть и разбитая, но всё же бетонка. Ещё час-полтора ходьбы, и я выйду к КПП.
Бетонка на стыках и трещинах густо поросла травой. Если кто тут и ездит, то не часто. Редкий лесок подступил вплотную к бетонке. А вот и он – заброшенный КПП. Эх, везде развал и бардак, даже первый периметр местами уже не охраняется! Хотя, по правде сказать, что тут охранять, впереди речушка, а перед ней обширные болота.
Всё – дальше зона! Кругом знаки – радиация, но счетчик пока молчит. Так, что там, на карте – пятьсот метров до развилки, поворот направо и еще пять километров. Опять бетонка – знал бы, взял велосипед. Хотя с велосипедами в зону не ходят. Эх, если бы не безвыходное положение, разве бы я согласился на такую авантюру, разве бы я сунулся в зону. Второй периметр отменили, часть расформировали, все разъехались по домам. А куда я спрашивается, разъедусь? Моя деревня в пятнадцати километрах от края зоны. Население – несколько древних старух. Из всех доходов – бабкина нищенская пенсия и огород. Работы нет вообще. Хоть в сталкеры подавайся. Да те и не примут, после всего!
Уехать в столицу, наняться хоть на какую-нибудь работу. Да кому я там нужен, без специальности и образования? Я только и умею – стрелять или взрывать! Там своих оглоедов навалом. Я, конечно, разослал своё резюме по всем конторам, фирмам и частным лавочкам, по всем адресам, которые только нашел в газете бесплатных объявлений. Вспомнился анекдот: идет корова по городу и орет – «Молоко, масло, сыр. Молоко, масло, сыр. Говядина, наконец!». Это я к тому, что даже разослал свои фото топлес по всем столичным стрип-клубам.
И хоть одна бы сволочь ответила! Нет, один ответ я всё же получил. И откуда? Можно сказать с периферии зоны, славу богу, хоть не из центра! Какой-то «СЧБ Лимитед», приглашает на собеседование на должность «Секьюрити» – читай: сторожа или охранника. Что такое это «СЧБ»? Может, «Свалка Чернобыльская Большая» или «Частная Больница для Сталкеров»? А «Лимитед», если я не ошибаюсь, означает – ограниченный. Точно, сталкеры, они все «лимитед» – ограниченные зоной, свихнувшиеся придурки. Подпись в письме не опровергает этих версий. Какой-то там профессор. Либо «чокнутый профессор», либо бандюган, типа «Доцента»!
Редкий лесок, бетонка петляет. Что там впереди? Поперек бетонки шлагбаум с выцветшим плакатом: «Запретная зона. Охраняется ВОХР». Справа и слева от шлагбаума обрывки ржавой колючки. Где тут четыреста – тут бы две сотни американских рублей в оклад положили. С сомнением взялся за ржавый шлагбаум, который неожиданно легко и беззвучно поднялся. Механизм обильно, но аккуратно смазан свежим солидолом. На соседнем дереве заметил беспроводную камеру наблюдения. Нет, буду просить триста. Еще десять минут ходьбы, и бетонка ныряет в небольшой неплохо сохранившийся хутор. Рядом полукруглый, свежевыкрашеннй в цвет хаки, ангар, обнесенный со всех сторон новой колючкой. Прямо на земле смонтирована огромная спутниковая тарелка. На крыше ангара еще куча антенн поменьше. Сверху всё прикрыто маскировочной сеткой. Пожалуй, четыре сотни – в самый раз!
Дверь ангара открылась, и из неё вышел бородатый мужичок в коричневом мятом халате. Человек с высоким лбом, переходящим в большую лысину имел в виде нимба курчавые некогда черные волосы. Короткая борода, пегая и не ухоженная, могла принадлежать как очень занятому профессору, так и не очень занятому дворнику. Лет ему могло быть и сорок и шестьдесят. Острый с прищуром взгляд. На «чокнутого профессора» вроде бы он не похож. На бандита – вроде тоже.
– Павел Валентинович, если не ошибаюсь? – человек протянул руку для пожатия.
– Так точно, – по-военному ответил я.
– Позвольте представиться – профессор Георгий Игоревич Рокотов, – я крепко пожал руку профессору, пожалуй, слишком крепко – профессор поморщился. Я смутился.
– Очень приятно, – чтобы сгладить смущение, я полез в нагрудный карман и достал бумаги, – Вот, пожалуйста, мои лицензии и рекомендации, послужной список и …
– Нет-нет, не надо. Я уже все проверил. И лицензии и рекомендации. И личное дело в комитете. Извините за стариковское любопытство, из всего списка претендентов, я, в первую очередь, обратил внимание на вашу фамилию. Интересная фамилия, я даже покопался у Даля и в Интернете, нашел только какую-то гору. Вы не местный?
– О, профессор, с фамилией – это просто. Мой дед украинец, работал в Баку. Там у него родился сын. Ну, а фамилию – Бжёла, то есть пчела, записали в метрике на кавказский манер – Джола.
– Интересный случай, и Далю бы понравился! Итак, сколько же вы хотите?
– Две … – язык мой враг – хотел ведь сказать четыре сотни!
– Нет-нет. Я не президент, и не банкир, а всего лишь профессор. И к тому же, мне личная охрана не нужна. Нужно охранять только технику. Давайте так – тысяча евро, и по рукам.
– Ну, если только технику … – начал я мямлить, стараясь, скрыть радость и изумление.
– Вот и договорились. Завтра возвращается мой ассистент. Можете вы приступить сегодня?
– Конечно. Профессор, а что аббревиатура «СЧБ» означает?
– «Склад чугунных болванок». Шутка, не берите в голову. «СЧБ Лимитед» – это просто почтовый ящик. Пройдемте в ангар.
В полумраке ангара споткнулся и больно ударился ногой о какие-то свинцовые слитки. И все потому, что засмотрелся на капсулу – мерцающее стальное «яйцо Фаберже» в два человеческих роста с ребрами охлаждения. Два десятка персональных компьютеров с плоскими мониторами полукругом стояли невдалеке от яйца. Кабели от компьютеров как жилы входили в яйцо и выходили обратно, уползая жгутами куда-то в полумрак. Две собаки справа бегали вдоль вольера.
– Позвольте представить – Белка и Стрелка – первые темпонавты.
– Темпо, кто?
– Темпонавты! Видите ли, уважаемый Павел Валентинович, эти собаки – первыми побывали в прошлом и вернулись обратно живыми.
– Можно просто – Паша, – я пока решил задавать поменьше вопросов.
– Хорошо, просто Паша! А сегодня в полночь мы вернем Борьку! А пока ознакомьтесь со своим хозяйством, – он указал на пульт слежения, – Или поиграйте в какую-нибудь стрелялку, вон там, на том компьютере, а мне надо готовиться!
Вот это свезло, так свезло! Тысяча евро за игру на компьютере, в рабочее время!
Пульт – красавец! Восемь малых мониторов пред приборной доской. На каждом мониторе четыре сектора. Два периметра видеонаблюдения. Датчики движения и инфракрасные лазерные датчики пересечения границ. Центральный монитор – сенсорная панель. И что особенно приятно – кофеварка и телевизор.
Наличие двух последних вещей я оценил уже через час. Пульт автоматически сканировал сектор за сектором и выдавал на центральный монитор – лес, болото и снова лес. Немного поиграл с сенсорной панелью, заставляя приближать и удалять изображения секторов или просматривать сектора в инфра красном свете. Все едино – лес, болото и снова лес. Пойти, что ли, обследовать территорию?
2
Близилась полночь. У профессора, по-видимому, все было готово. Он сидел в кресле и рассказывал:
– Видите ли, Паша, если в двух словах, то для того чтобы попасть в прошлое, необходимо на краткий миг свернуть ось времени в спираль, а для этого необходима колоссальная энергия. Мой прибор позволяет это сделать. Он раскачивает атомную структуру ядер золота и мгновенно перестраивает их в свинец. Ядра золота взбухают, ну, как попкорн в микроволновке. Выделяется огромное количество энергии, с помощью которой мой хронотрон закручивает пространство и время, а это позволяет совершить временной и пространственный переход.
– А почему в свинец?
– Легче было бы в ртуть, но она ядовита, что с ней потом делать?
– А эта штука не рванет?
– Сейчас – вряд ли! Один шанс на миллион! Раньше, когда я начинал, были случаи. О, не смотрите на меня так! Гибель Чернобыля – это не моя работа! Я начинал на севере, на Кольском полуострове. Там сохранились прекрасные немецкие бункеры. Но пришлось перебраться сюда – замучили уфологи. Они почему-то решили, что я нашел немецкую или инопланетную тарелку и собираюсь ее запускать. Следили за каждым моим шагом, лезли во все щели, да и к тому же я устал их спасать – север есть север. А здесь место тихое, безлюдное, так что если что, то никто не пострадает, кроме нас, конечно.
– И будет второй Чернобыль?
– Нет, если рванет, то не сильно, и никакой радиации, разве что небольшое рентгеновское излучение, и то ненадолго.
– А электричество откуда? У нас в деревне свет включают раз в день, и то на три часа.
– А вот это, я право, не знаю. К ангарам подходит бронированный военный кабель, который уходит в сторону четвертого энергоблока. К чему он там подключен, мне так выяснить и не удалось. Но на всякий случай у нас есть резервный дизель-генератор.
– Профессор, а в будущее вы можете проникать?
– Теоретически. Видите ли, чтобы сделать с точностью до наоборот, надо вначале приложить энергии на порядок выше. Золото имеет, я бы так сказал, более совершенную структуру ядра. Я даже обратился в академию с предложением о серии экспериментов на токамаке, причем отметил, что затраты частично окупятся полученным золотом.
– И что?
– И получил ответ, что я полный профан, и моя теория не нуждается в критике, потому что нельзя критиковать полный абсурд. Что обстрелом тяжелыми частицами на токамаках ядер золота, давно уже могут получать свинец. И при этом тратится намного больше энергии, чем выделяется. Что свертывание времени в спираль – вообще полный бред, а производство золота из свинца академию и вовсе не интересует. Короче, они так ничего и не поняли. Я ведь не предлагал обстреливать ядра, я предлагал раскачивать и перестраивать.
– Ну, и?
– Да ну их! Не хочется доказывать, что ты не верблюд. Вот я их поставлю перед свершившимся фактом, тогда и посмотрим – кто академик, а кто профан.
– Профессор, а золото – откуда?
– Да, средства – извечная проблема любого исследователя. Ну, первое – это левые заказы, а второе – вторичные эффекты. Видите ли, Паша, всё дело в том, как свернуть пространство и куда направить энергию. Я могу получать с помощью своего аппарата неграненые алмазы и рубины. Вопрос в том, где взять золото, и как сбыть камни. Сбыт самое сложное дело. Тут мне помогают сталкеры.
– Сталкеры?
– Ну да. Как только у меня готов очередной алмаз, я обзваниваю базы сталкеров и по секрету сообщаю, что у меня есть лишний артефакт – «Алмазный указатель». И за хорошие деньги сбываю артефакт. Артефакт одноразовый, но всегда находит алмаз. Поэтому он так и ценится у сталкеров.
– А откуда в зоне могут взяться алмазы – таких вопросов сталкеры не задают?
– Нет, для этого мной была запущена другая легенда. Мол, алмазы получились во время взрыва из графитовых стержней.
– А без сталкеров никак нельзя?
– Тогда придется иметь дело с бандитами, а это ещё хуже. Так что, сталкеры – неизбежное зло. С одой стороны – это моя вторая линия защиты и источник денежных средств. С другой стороны – постоянная угроза – тащат всё, что плохо лежит. Вот недавно я обнаружил, что ящик моего стола взломан, и брусок золота в килограмм пропал. Эти стервецы могут пролезть где угодно. Раньше-то я надеялся на пульт, но теперь уверен – кто-то нашел дыру в системе защиты.
– Господи, профессор, до вашей базы полтора часа бодрым шагом по бетонке – какая защита?
– Какой человек, в здравом уме, полезет на бетонку? Сработают датчики движения, и рентгеновское излучение там зашкалит все разумные пределы. Это я для вас отключил защиту. А для сталкеров у меня есть задняя калитка. По болотам, по вешкам, иначе им сюда не попасть. И то, когда активность аномалий стихнет, а когда ей стихнуть, в пределах близлежащих болот – решаю я.
– Вы сказали, что сталкеры вас защищают. Это как?
– Половина Чернобыльских артефактов – моя продукция. Я рассеиваю их вокруг базы около аномалий. И пока сталкеры их ищут, ни один бандит не прорвется в зону ими незамеченный. Сталкеры заметят, предупредят меня. Я подпрягу военных, и всё.
– А военные с какого тут бока?
– Военные сбывают мне казенное имущество, ну, там, противогазы, костюмы химзащиты, оружие и прочее. А я снабжаю всем этим сталкеров.
– А другая половина артефактов?
– Не знаю, Паша. Там за болотами, ближе к центру, действительно, что-то есть! Я потом покажу вам коллекцию моих и прочих артефактов. А сейчас давайте займемся делом.
Полночь. Профессор нажал кнопку. Капсула вздрогнула, ребра охлаждения покрылись инеем. Потом иней мгновенно испарился. Капсулу заволокло туманом. Туман рассеялся, открылась дверь. Внутри капсулы сидела большущая свинья, вернее, боров.
Что тут началось! Боров выскочил и с визгом начал метаться по ангару. Залаяли и заметались в вольере собаки, с лая перешли на вой. Профессор рвал на себе волосы, кричал:
– Борька погиб, я виноват! Я виноват! Борька погиб!
– Что значит – погиб?! Вот он – боров. Борька как Борька. Живой и шустрый!
– Да нет же! Борис – мой ассистент! Он погиб, а его останки сожрали свиньи. Сожрали вместе с маячком. Иначе, как хронотрон сумел бы притащить сюда свинью?!
– Какой маячок?
– Серьга с чипом – маячок, по которому ведет поиск аппарат!
– Такая серьга? – я указал на серьгу в ухе свиньи.
Профессор осекся. Подбежал ближе. Присмотрелся к свинье, выглядывающей из-за шкафа. Вернулся, сел в кресло и надолго замолчал. Так что, выдворением свиньи из ангара пришлось заниматься мне одному.
3
Через несколько дней. Профессор немного успокоился, пришел в себя.
– Это Борька подложил мне свинью, юмор у него всегда был своеобразный. Теперь-то я понял, он давно решил не возвращаться. И сталкеры не крали золото, это Борис его прихватил. И алмазы тоже.
– У меня все было готово для калибровки аппарата, – немного помолчав, продолжал профессор, – Сейчас точность по времени плюс-минус месяц. А по пространству – примерно половина Украины. Собаками калибровку не осуществить. Надо было посылать человека. Сам я пойти не могу – кто-то должен управлять аппаратом. Ну и Борис вызвался. Осталось выбрать какую-нибудь дату и место и посмотреть, что получится. Ну, еще золото, конечно.
– Помните, Паша, я говорил про левые заказы? Я пустил слух, что в зоне мной обнаружена темпоральная аномалия, причем, управляемая. Я роботами вытащил из прошлого кое-что – образцы воды и почвы, например, мезозоя. Ну и ко мне стали обращаться. Сначала со всякими пустяками, потом пошли серьезные люди.
– Первым обратился американский миллиардер. Он купил, на каком-то аукционе права на наш луноход на Луне и хотел его оттуда вытащить. Предлагал буквально миллионы. Я, понятно, отказал – никакой мощности не хватит. Ему объяснил, мол, портал действует только на Земле. Предлагал ему за полмиллиона достать дублера лунохода вместе с пультом прямо из Звездного городка. Нет, ему, видите ли, нужен именно тот, с Луны.
– Потом обратились люди из какого-то еврейского научного общества. Они хотят доказать, что мать Христофора Колумба была еврейкой, и следовательно сам Христофор – еврей. Я им объяснил, что подлогами не занимаюсь. О нет, никаких подлогов. Тогда я их спросил, чем же я им могу быть полезен? Они просили изъять, проще говоря, спереть, церковную книгу актов записи рождения. Я им объясняю – спереть и притащить можно, только книга будет выглядеть как подделка – бумага новая, чернила свежие. А они мне, мол, притаскивать не надо – спрячьте там, но так, чтобы мы её могли найти здесь и сейчас. Назвали дату, место и церковь, которая спустя сто лет сгорела. Так как ничто из истории не изымалось, и это никак на дальнейшую историю не повлияет, то это можно было сделать. Я им объяснил, что книгу изъять можно, и подобрать место, где спрятать, тоже, только вот, что там будет в книге – одному Иегове известно, а вся операция им выльется в кругленькую сумму. Они ответили, мол, истина им дороже. Настолько были уверены! И я согласился. Во-первых, калибровка аппарата, а во-вторых, деньги.
– Потом обратились люди из украинского исторического общества. Им, видите ли, доподлинно стало известно, что Илья Муромец был начальником милицейской самообороны еврейской общины Киева. И, следовательно, это идеологически сомнительное имя следует изъять из детских сказок. Вот это я и должен доказать, а они хорошо заплатят. Я им ответил, что личность Ильи хронологически размыта, и отловить его во времени сложно. А посему добыть платежные ведомости еврейской милиции Киевской общины с именем Ильи Муромца практически невозможно, или это выльется клиентам в астрономическую сумму. Эти люди меня так развеселили, что меня понесло. Говорю им, что проще попытаться доказать, что отцом Христофора Колумба был украинец. Обещали подумать!
– Потом началась подготовка. Тур поездка Бориса в Италию. Карты современной Генуи и Итальянские карты периода 1450–1500 годов – черт его знает, где его выбросит. Потом накачка итальянского языка.
– Накачка языка?
– Ну да, вон там виртуальный аппарат электронной накачки памяти. Любой язык за неделю. Без практической тренировки языка хватает на пару месяцев.
– Потом две недели подготовки по индивидуальному плану. Я ещё удивился, зачем это Борису изучать ещё и испанский, и зачем ему карты Колумба. Он мне ответил, мол, это он психологически знакомится с личностью объекта, вживается в эпоху! Я его тогда ещё похвалил. Потом была отправка и две недели спокойного ожидания. Потом я обнаружил, что золото пропало, и возвращать мне Бориса нечем. Вот тут у меня началась паника. Конечно, можно переплавить свинцовые слитки, в них еще остается пять-семь процентов золота. Изготовить алмазы, и запустить их по обычной схеме. Даже у клиентов выпросить отсрочку. Всё равно – три, четыре месяца. А как там Борис всё это время? И тут со мной снова связались украинцы.
– Говорят, что они со мной согласны, и что Христофор без сомнения украинец. Что они понимают, как сложно это доказать. Что они готовы заплатить, даже если я докажу что казаки плавали с Колумбом. А за Колумба украинца – вдвойне. А если я докажу, что украинцы открыли Америку, плевать какую – северную или южную, но раньше Колумба, то их признательность вообще превзойдет все границы. И я взял деньги – Бориса надо было вытаскивать.
– И что теперь?
– А теперь я в полной заднице. Борис, явно, продал Колумбу его же карты. И скрылся с моим и колумбовым золотом где-то в Испании. А теперь две банды будут разыскивать мою базу, и кто-нибудь из них её найдет. Еще месяц, максимум два и надо будет уходить вглубь зоны. Есть у меня одно место на примете, бункер возле радара. Гадкое место. Там до ветра без скафандра не выйдешь. И это мне, а вам бы я вообще там выходить до ветра, не советовал. Но чтобы перевезти технику нужны деньги. Нужен транспортный вертолет, надо заплатить военным. Надо запастись соляркой – в бункере нет электричества.
– Может быть, есть еще заказы?
– Есть, один перспективный, но я пока не знаю, с какого бока к нему подступиться. Музейщики Лувра лет двадцать тому назад оцифровали свои запасники на новеньком японском аппарате на гибкие диски. Оцифровали и забыли. А потом у них где-то прорвало трубу отопления, и часть экспонатов попортилась или погибла. Тогда-то они и вспомнили про диски. Только вот читать их теперь нечем. Нет уже нигде таких аппаратов. Обратились к японцам, те заломили такую цену, ну хоть Джоконду продавай. Аппарат весит около шестидесяти килограммов, а у меня грузоподъемность сто, ну максимум сто двадцать – следовательно, с темпонавтом его не переправить. А если его вытащить одного, то потом как его вынимать – по габаритам он не пройдет в люк.
– А зачем его переправлять? Купить и сдать в Швейцарский банк. Так я сгоняю, тут недалеко, каких-то лет двадцать?!
– Паша, насчет двух тысяч евро – это вы поскромничали, вы стоите три!
4
Туман рассеялся, я вывалился из хронотрона на руки профессору.
– Поздравляю, Павел Валентинович – вы теперь первый темпонавт Земли. Борис не в счет, он невозвращенец.
– Вот, профессор, банковские реквизиты хранилища. Можете звонить в Лувр.
– Молодец, Паша, и задание выполнили, и калибровка аппарата произведена!
Профессор усадил меня в кресло. Темпоральный прыжок очень неприятная и болезненная штука.
– Кстати, Паша, я, кажется, вычислил Бориса. Пока вас ждал, я тут написал одну программку для поиска аномальных личностей в истории того времени. И компьютер выдал мне три фамилии. Первым в списке был Парацельс. Хорошо всё проанализировав, я отмел эту кандидатуру – по типу характера не подходит. Тот был добрый, а наш Борис жадный и злой.
– Вторым в списке был Леонардо да Винчи. Эта кандидатура тоже не выдержала анализа. У Леонардо было семь пядей во лбу, а Борис был скорее хитрым, чем умным. Может, кто-нибудь, в будущем, и перебросил его, но это не я, и это не наш Борис. Кроме того, Борис любил женщин и, когда меня не было, умудрялся протаскивать на базу шлюх. Так что Борис – не Леонардо!
– А вот третьим был интереснейший персонаж в истории. Родриго Борджиа! Неизвестно откуда взявшийся, богатенький испанский племянник Альфонсо Борджиа, впоследствии, римского папы – Каликста III. Этот Родриго изучал в Италии юриспруденцию и успешно занимался адвокатурой. Затем неожиданно стал военным, но с восшествием Альфонсо на папский престол также принял решение посвятить себя церкви. Потом было стремительное продвижением по карьерной лестнице, и вот уже Родриго – кардинал. Когда Родриго получил кардинальское звание, а вместе с ним и новые материальные возможности, его алчность стала беспредельной: он охотно проворачивал выгодные дела, как с маврами, так и с евреями, вопреки всем предрассудкам того века и принятым тогда обычаям. Понимаете, Паша, наш человек! Таким образом, он сколотил огромное состояние, которое и помогло ему достичь папского престола. Родриго взошел на папский престол под именем Александра VI. Кроме стяжательства была у Родриго ещё одна страсть – женщины. Его любовные похождения более известны, чем заслуги на посту папы римского. Есть и еще одно косвенное доказательство, полное имя моего ассистента: Борис Петрович Родриков. Чувствуете игру слов: Борис, Боря – Борджиа и Родриков – Родриго. И ещё, я прокрутил фото Бориса на компьютере, на предмет старения. И сравнил с портретом римского папы – совпадение девяносто процентов.
– Римский папа – это круто. Его теперь не достать.
– Достать-то можно, но что толку?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?