Текст книги "Остров ЮСА. Часть 1"

– Придется идти в джунгли за пропитанием, – развел руками Дима.

– Не надо. Там волки, – ахнула Ксюша.

– Посмеялись и хватит, – ответил ей парень, которому уже надоела одна и та же шутка. – Идем, – позвал за собой Глеба.

Взяв по бутылке воды и по несколько пустых, ребята вступили в джунгли голыми стопами.

9

Высокие и крупные стволы деревьев определяли их путь, а невысокие кустарники лишали парней возможности видеть дальше, чем на пару шагов вперед. Они ступали очень осторожно, дабы не наступить на остроносые ветки, валявшиеся на земле. Через несколько минут друзья вышли на зеленую небольшую поляну, на которой вчера видели волков, но теперь она представляла собой сказочный остров посреди джунглей: трава блестит на солнце, оставшейся после утренней зорьки росой.

– Может отдохнем здесь? – предложил Дима.

– Да, давай, – согласился Глеб.

Оба приятеля с удовольствием упали на прохладную траву.

– Сколько идем, а на пути ни бананов, ни кокосов, – сокрушался Дима, глядя на голубой кусок неба, очерченный верхушками зеленых деревьев.

– Ни ручья, – поддержал недовольство друг. – Слышишь? – резко поднялся на локти Глеб, навострив слух.

– Что слышу? – недоуменно поднялся Дима.

– Тихо, – заткнул его парень, подскочил и в три скачка скрылся в зарослях джунглей.

Кряхтя Дима все же поднялся, не желая куда-либо еще идти и не понимая, что услышал его друг. Махнув рукой на разбросанные бутылки, решив вернуться за ними позже, он не спеша отправился на поиски друга.

– Ты где? – стал окликать Дима Глеба, отгибая назойливые ветки, нагло лезшие в лицо, но никто не отзывался. Через несколько шагов до его слуха стали доносится звуки падающей воды. Ускорив шаг в сторону, откуда доносились звуки, он скоро вышел к невысокому водопаду, переходившему в озеро. Тут же он увидел спину своего друга, стоявшего на берегу.

– Глеб, – окликнул его Дима, но тот даже не шелохнулся.

Парень подошел ближе к нему, чтобы посмотреть на что тот так заворожено глядит.

– О Боги, – изумился он, увидев озеро до краев наполненное стеклянными бутылками с записками внутри, которые качались на водной глади. – Что это?

Глеб молча протянул другу маленькую записку, на которой кривым детским почерком написано: «Спасите, мой папа опять пьян».

– Думаешь они еще живы? – настороженно спросил Дима.

– Не знаю, но мне это напомнило то, как я в детстве писал такие же записки, – изумленно стал рассказывать он. – Я их засовывал в пустые бутылки из-под пива и бросал в форточку в надежде, что кто-нибудь их найдет и спасет нас с мамой. Причем бросал так, чтобы бутылки падали на траву и не разбивались.

Когда отец напивался, то часто буянил, бросался на мать с кулаками. Я всегда кидался ее защищать, но он своей рукой сметал меня, словно пушинку. Побои стали учащаться, а моих записок никто не находил, – на лице Глеба проступили две крупные слезы, которые тут же одним движением смахнул и продолжил свой рассказ. – И вот в один день, когда отец опять поднял руку на мать, я взялся за бутылку и разбил ее об его голову. Он замертво повалился на пол. Приехали скорая и милиция, постановили, что было убийство.

– Почему же тогда она не бросила твоего отца? – прервал его Дима.

– Дура потому что. Считала, что исправится, наверное, а вообще боялась остаться одна с ребенком. Женщины же слабые, они без мужчины не могут, даже слабого, а те, кто могут – уже не женщины давно.

– Философские мысли хорошо, но нам лучше уйти, – охватило его неясное беспокойство.

– Успеешь поесть, – грубо ответил ему Глеб.

– Да не из-за еды.

– Иди к черту отсюда. Из-за тебя здесь оказались, – стал орать на него парень. – Необитаемый, необитаемый…

– Ты ошалел совсем? Ты что говоришь? – изумился Дима, не понимавший резкой смены в его настроении.

– Иди отсюда, – погнал его друг, замахнувшись кулаком.

– Ты чего Глеб? – стал он пятиться назад.

– Иди отсюда, – еще грознее заревел Глеб. – Иди, а то и второе ухо слышать не будет.

– И пойду, – озлобленно ответил друг и ушел на поляну, с которой они пришли, в полном недоумении.

Дима прошел глубже в джунгли, забыв о пустых бутылках. Хоть воды ему добыть не удалось, зато к ребятам он вернулся с несколькими связками бананов и парой ананасов.

– А где Глеб? – обеспокоенно встретила его Ника.

– Мы с ним разминулись, – мрачно ответил Дима. – Лучше возьми фрукты.

Ника покорно взяла все, что принес парень и унесла в палатку. Диме не хотелось кому-либо рассказывать о произошедшем, потому что он и сам до конца не разобрался во всем. Однако к нему сразу подошел возмущенный Миша:

– Чувак, где наши вещи?

– Не знаю, – безучастно отмахнулся от него он и пошел ближе к воде.

– Где ты был? – заметив резкие перемены в друге заволновался Миша, устремившись за ним.

Дима резко остановился:

– Бери Макса и сейчас втроем пойдем за водой, – вспомнил он о бутылках.

Миша покорно побежал за Максимом, желая скорее узнать всю правду, которую друг не хотел ему говорить при девочках.

Отступившая было головная боль с новой силой ударила его по вискам. Мученически промычав, он ладошкой прикрыл больное ухо, потому что туда отдавалось сильнее всего.

– Дима, – отозвала его Вика.

– Что? – обернулся он, стараясь не выказать той боли, которая сжимала его в тиски.

– Я тут услышала от ребят, что мы застряли на острове, неужели это правда? – испуганно глядела она на него, в нетерпении услышать ответ.

– Нет, что за бред, – выдавил из себя улыбку Дима, понимавший, что лишняя паника и в без того запутанной ситуации совершенно ни к чему, – поэтому можешь успокоить ребят.

– А еда? У нас же ее совсем нет.

– Есть, я же принес. Тем более мы с парнями сейчас сходим еще наберем, а вот и они, – весело указал Дима на приближавшихся парней.

Вика, казалось, успокоилась и ушла к палаткам.

Трое друзей не спеша пошли по джунглям. Дима, как знающий куда идти, вел их за собой. Он ничего не говорил, а ребята не решались спросить. Дойдя до небольшой полянки Максим прервал странное и затянувшееся молчание.

– Здесь мы и видели вчера волков, – испуганно произнес он.

– Заткнись уже со своими волками, – напал на него Дима, захлебываясь от злости слюной и схватив его крепко за голову.

Миша сразу кинулся разнимать ребят.

– Дим, ты чего? Успокойся… Что на тебя нашло? – оттащил его в сторону он.

Максим же даже не шелохнулся, лишь в ужасе выпучил глаза на друга и не мог сказать ни слова.

– Миша, Миша, – прокричал Дима в порыве неясных ему чувств, словно в беспамятстве, – ты понимаешь, что этот остров с ума всех сводит.

– Ты опять что-то курил?

– Ничего я не курил, – вырвался из сдерживающих его объятий Дима и принялся себя защищать.

– Тогда ничего не понимаю.

– Эти волков видят в джунглях, – рукой указал Дима на Макса, стоявшего в полном оцепенении, – Глеб стоит какие-то записки читает странные, при этом рыдает и с места его не сдвинет и трактор. Я сам как с цепи сорвался.

– Приходи в чувство и покажешь, где Глеба оставил, – рассудил спокойно Миша.

Остынув Дима повел их к озеру, но на берегу не оказалось никого. Бутылки с записками так же заполняли всю водную гладь и, ударяясь друг о друга, раздавали ужасный скрежет.

– Черт, они забрали его, забрали, – стал бегать Дима вокруг озера и безумно кричать.

– Может он уже вернулся к ребятам, а мы с ним разминулись? – предположил Миша, дабы успокоить своего друга.

– Нет, нет, точно тебе говорю, – остановился перед ним Дима с выпученными бешеными глазами.

– Давай вернемся к берегу, – старался рационально мыслить Миша, хотя чувствовал, как в его сердце поднимается цунами паники, которое вскоре ему будет не сдержать.

– Нет, нет, он у них, – продолжал парень.

– Да у кого, черт тебя подери? – не выдержал Максим, которому хотелось бежать прочь от озера.

– Кто заполнил бутылками озеро.

– Мы уходим, – не выдержал Миша и захватив с собой Максима ринулся со всех ног к поляне.

Добежав до нее они остановились, чтобы перевести дух.

– А где же бутылки? – подметил Максим, заметив, что пластиковые бутылки из-под воды, которые были разбросаны по всей поляне, когда они шли туда, теперь исчезли.

Не успев отдышаться и подумать ребята ринулись со всех ног из джунглей, которые наводили с каждой минутой все больше ужаса на них. Выбежав на берег они без сил повалились навзничь, задыхаясь и ловя воздух ртами, словно рыбы, выброшенные на землю.

– Ничего никому не говори, понял? – отдышавшись сказал Миша Максу, а поднявшись увидел Глеба с полными руками бутылок, наполненных водой. К нему все подбегали и разбирали воду, потому что жара стояла невероятная. Ему вдруг от этой сцены стало так хорошо, что он счастливо рассмеялся.

– Ты чего? – испуганно спросил Макс, не понимая причину радости своего друга, но тот лишь смог рукой показать на Глеба.

– Глеб, – хриплым голосом окликнул его Макс, – бросай воду. Дело первой срочности.

Оставив себе две бутылки он отдал остальные Нике, подбежал к ребятам, угостив освежающей водой и узнав от них обо всем ринулся спасать Диму от помутнения сознания. Друзья нашли его за жадным прочтением записок одной за другой, в которых был один и тот же текст. Глеб попросил ребят остановиться в паре метрах от них, чтобы в случае побега они могли поймать парня, ведь никто не мог точно знать в каком психическом состоянии находится их друг и на что способен. Глеб присел рядом с Димой, который выглядел совершенно умиротворенным, дочитывая очередную записку.

– Ты так и не рассказал как же все закончилось? – спокойно спросил Дима.

– На время следствия меня определили в детский дом. Мало-помалу наши органы поняли как же все было на самом деле: мать оправдали, а для меня прошел целый год. Год, который я провел в компании таких задиристых хулиганов, о которых ты в своей теплой золотой жизни и знать не знал, – горько усмехнулся Глеб.

– Это точно, – улыбнулся Дима. – Тебя вернули матери?

– Не сразу. Никак не хотели отдавать, но разве есть сила могущественнее, чем любовь матери к ребенку? Если такая сила и будет когда-то открыта, то будет лежать за гранью нашего понимания.

– Хорошо сказал.

– Пойдем к ребятам, – предложил Глеб, и оба друга поднялись, направившись к берегу, увлекая за собой Макса с Мишей и развеивая их страхи относительно острова.

10

Четверо друзей договорились между собой не рассказывать о произошедшем остальным, пока не появится ясность того: одни ли они на острове. Девчонок же убедили, что все идет по плану и сейчас они участвуют в реалити-квесте, который им тайно подготовил Дима в честь своего дня рождения. Такое описание сразу давало объяснение волкам посреди джунглей – роботы, и многим последующим аномалиям, с которыми девушки могли повстречаться. Успокоив их парни мастерски удерживали себя в руках в надежде, что молчаливый старик на лодке задерживается, но в любую минуту может приплыть.

Остаток дня ребята провели в походах за едой и водой. Набрали на целую палатку самых различных странных на вид экзотических фруктов и известных тоже, однако они прекрасно понимали, что на одних фруктах им долго не прожить и нужно учится рыбачить.

Вечером снова устроили вечеринку: включили музыку погромче и принялись отдаваться танцу, стараясь не думать ни о чем, лишь Кристина, проболевшая весь день, не вышла танцевать, вновь уснула, не обращая никакого внимания на громкую музыку.

Утро началось все с тех же криков птиц, голосящих о своем пробуждении. Раньше всех поднялась Кристина: ее лицо приняло былую румяность, грудь округлилась, шаги стали легки. Умывшись в кристально-чистом океане направилась обратно к палаткам, но на подходе к ним на линии джунглей увидела черную чихуахуа с испугом смотревшую на нее. Девушка прониклась к ней нежностью, ведь ей на семилетие подарили точно такую же.

– Эй, ты откуда такой? – подходя заговорила Кристина с собакой, но та оставалась неподвижно, словно восковая.

Однако стоило девушки подойти на расстояние вытянутых рук к ней и протянуть эти самые руки, как та смешно зарычала и оскалилась.

– Не надо злится, злость не приводит ни к чему хорошему, – мягко ответила Кристина на оскал, убрав руки.

Стоило ей вновь потянуться и коснуться блестящей шерсти собаки, как та стала убегать от нее со всех своих коротких лап.

– Постой, – ринулась бежать девушка за чихуахуа.

Ее хлестко били ветки деревьев, цепко хватали за ноги лианы, но она ни на мгновенье не выпускала из вида маленькую черную собачку. Погоня могла продолжаться долго, если бы не бамбуковый лес, выросший перед ее носом стеной, в которой таился небольшой проем, шириной ничем не превышавший стандартный дверной проем. Маленькая собачка юрко заскочила в него. Кристина с подобной же смелостью не смогла так легко зайти туда, остановившись перед входом. Собака, словно чувствуя ее нерешительность, жалобно заскулила, и девушка не думая больше ни минуты растворилась в бамбуковом лесу.

Дима проснулся от толчков Глеба активно будившего его.

– Какого черта ты меня разбудил? – возмутился Дима, продирая глаза.

– Тише ты говори, – шепотом попросил его, – разбудишь всех.

– То есть тебе меня можно будить? – злой иронией поинтересовался он.

– Да тише же ты, – тихо обозлился на него Глеб. – Кристина пропала.

– Наверное за едой ушла, – уже засыпая ответил ему Дима.

– Ее давно уже нет. Да вставай же ты, – ударил его по ногам кулаком Глеб, видя, что друг спокойно засыпает.

– Иди ты к черту, дай поспать, – злобно крикнул на него он.

Глеб, разочаровавшись в друге, пошел к палатке, где спали Макс с Мишей, и разбудил их. Оба парня неохотно вылезли на солнце, щурясь от его яркости.

– Что за срочность? – поинтересовался Миша.

– Тише говори, – шепотом попросил Глеб.

– Что случилось? – повторил Миша, понизив голос.

– Кристина пропала. Ее нигде нет, причем уже давно.

– А чего Дима? – возмутился он тому, что Дима спит, хотя она его девушка.

– Сволочь он, – рявкнул парень.

– А вы чего не спите? – вылезла сонная Ника из палатки.

– За едой пойдем, – с милой улыбкой ответил он девушке. – Ты ложись, еще поспи.

– А с вами можно?

– Нет, Ник.

– Ну пожалуйста, – стала вымаливать она, но Глеб был непреклонен, чем задел ее самолюбие.

– Идем, ребята, – сказал он парням и повел их в джунгли.

Удалившись на несколько шагов в глубь они стали кричать: «Кристина», чтобы та наконец-то отозвалась и нашлась, но с каждым шагом шансы таяли, как снег в жаркий июльский день.

– Ребят, – окликнул всех Максим, наступив на что-то очень мягкое, прогибавшееся под легким нажатием, – глядите, – рукой указал он.

– Похоже на брезент, – подметил Миша.

– Как думаете, что под ним? – дрожащим голосом спросил Макс.

Глеб, ощупывая странную местность, старался ухватится за нее и после нескольких неудачных попыток ему удалось все же схватить полотно, так идеально сочетавшееся с местностью. Отдернув его все от изумления ахнули. Перед ними открылась длинная яма шириной порядка метра и в длину метра три. Глубину было не видать из-за доверху наполнявших ее консервных банок: килька, паштет и многое другое.

– И чье же это все? – наконец-то вымолвил Максим.

– Не знаю, но нам лучше сделать так, как и было, – поторопился накрыть обратно Глеб.

– Стой, – остановил его руку Макс, схватив ее, – может несколько банок возьмем? Не убавиться.

– Согласен, – поддержал Миша предложение друга.

Каждый взял по четыре консервных банки различного содержимого. После приведя яму в первоначальный вид, они как можно скорее ушли оттуда, сами не понимая как объяснить остальным откуда взялась еда.

На берег они выбежали радостные и запыхавшиеся. В их головах все еще не сформировалось единого мнения по тому, как объяснять друзьям неожиданную щедрость джунглей, поэтому каждый рассчитывал на ближнего своего, что тот как-нибудь откупит их.

Все уже встали: девчонки либо умывались, либо возвращались с утреннего душа; Дима же стоял у палатки, словно дожидаясь парней, но на самом деле пробовал вспомнить свой сон, который ему приснился сегодня.

Ника демонстративно, не глядя на Глеба, подошла к Максу и поблагодарив его, взяла три консервных банки. Затем подскочила веселая Ксюша:

– Откуда вы взяли консервы? – выхватывая из их рук поинтересовалась она.

В воздухе готова была повиснуть острая тишина, но Миша сымпровизировал:

– Ты что думала? Нас совсем без еды оставят?

Поблагодарив их она взяла свою и Викину порцию. Следующим подошел Дима:

– Ну что, Кристину видели?

– Иди спать, – обиженно рявкнул на него Глеб, – ты же спать хотел, – после этих слов он направился искупаться.

– Что это с ним? Обиделся что ли? – иронично подметил он. – А еда откуда? На деревьях росла?

– Нет, – смешался Миша, – мы нашли тайник.

– В смысле тайник? – с лица Димы сразу сошла надменная улыбка.

– Кажется, мы не одни на острове.

– Не может быть. Вы консервов переели что ли? – иронично произнес парень. – Срок годности смотрели?

– Смотрели, – с каменным лицом ответил Миша. – Они появились в тот же день, когда мы приплыли на этот остров.

– Думаете: Кристина у них? – омрачено спросил Дима, но друг лишь пожал плечами. – А ты что думаешь, толстый? Чего стоишь молчишь? – перевел он разговор на Максима, не знавшего что отвечать и вопросительно глядевшего на него.

– Там понадобится больше рук. Нужна будет твоя помощь, – обратился к Диме Миша.

– Без проблем, – согласился парень. – Когда выдвигаемся?

– После завтрака.

Глеб сел подальше от основной группы и стал угрюмо пережевывать консервы. К нему сразу подсела Ника.

– Глеб скажи честно, что вы нашли в джунглях? – обеспокоенно начала она.

– В смысле? – прикинулся дураком парень.

– Не притворяйся дурачком. Все девчонки уже поняли, что никакой игры нет. Куда делась Кристина?

– Они же спокойно лежат на пляже, загорают, – недоуменно посмотрел он на нее.

– Тебе ли объяснять: все женщины – актрисы от природы.

– Мда… – задумчиво усмехнулся каким-то своим мыслям парень и почесал губу.

– Так что происходит? Куда пропала Кристина?

– Не знаю. Мы когда пошли ее искать, напоролись на яму полную еды, прикрытую камуфляжем, – понизил голос Глеб, чтобы его никто не услышал.

– Эта вся еда оттуда?

– Ага.

– Думаете: кто-то еще есть на острове? – шепотом спросила настороженно Ника.

Он вперил в нее свой многословный взгляд, подтверждавший ее догадки.

– Разве такое возможно?

– Не знаю, но вам лучше в джунгли не соваться.

– А Кристина?

– Надеюсь, мы ее найдем до заката, а ты ничего не рассказывай. Нам паника не нужна.

Позавтракав Глеб объявил всем, что они с Максом и Мишей идут сейчас за обедом, но Дима изъявил желание идти с ними.

– В таком случае, Макс, останешься с девчонками, – недовольно произнес он.

– А с вами можно? – попросилась Ксюша.

Парни вопросительно переглянулись между собой.

– Ладно, – снисходительно согласился Глеб.

Три парня и девушка направились в глубь. Через несколько минут поднялся сильный холодный ветер, которого раньше не было. От былой жары не осталось и следа.

– Холодно, – стуча зубами проговорила Ксюша, обнимая свои голые плечи.

Всем ребятам хотелось вернуться на берег. Там, где тепло.

– Стойте, – остановил всех Глеб. – Ветер усиливается.

– Где же жара? – возмутился Миша, стуча зубами.

– Давайте вернемся, – возмутилась Ксюша.

– Глядите, – рукой показал Миша на проем в зарослях.

– Мы не знаем что там может быть, – возразил Глеб.

– Плевать, – парень кинулся внутрь.

Все, стуча зубами от холода, ринулись за ним. Ксюша уже не чувствовала своих ног, заходя в неизвестность. Зайдя внутрь она медленно скатилась по стене.

– Держись, – стал тереть ее плечи Миша, сам дрожа, как осенний лист на ветру.

В темном коридоре не было ветра, оттого казалось теплее, чем снаружи. Вскоре их глаза привыкли к темноте, и они смогли увидеть, что странный вход имеет углубление, словно лабиринт.

– Надо глубже зайти, – сказал Миша, дрожа от холода.

У всех ребят уже отнимались ноги, поэтому все уселись на удивительно ровный и теплый пол, который по ощущениям казался из камня.

– Мы даже не знаем что в глубине, – возмутился Дима.

– Посмотрите: ветер только усилился и даже пошел снег, – изумился он, наблюдая крупные хлопья снега, спускающиеся с неба.

– Разве такое возможно? – ошалел Глеб, стуча зубами.

– Если не хотите, то замерзайте здесь, – плюнул на них Миша, поднял на руках Ксюшу, которая в любое мгновение могла упасть в обморок от холода, и на ощупь побрел в темноту.

С каждым шагом становилось теплее, словно кто-то топил печь.

– Сейчас, сейчас, – ласково успокаивал он ее, слыша как стучат зубы девушки.

Парень с трудом делал каждый шаг, почти не чувствуя пальцев на ногах. Странный вход начал извиваться в лабиринт: очень темный, но теплый. Свет проникал лишь сверху, где заканчивались исполинские стены.

Миша шел долго, пока не решил, что уже достаточно тепло. Он посадил девушку на пол. Она больше не дрожала.

– Ты как? – спросил парень, наслаждаясь теплом.

– Лучше, – сквозь темноту Миша смог увидеть, как ему показалось, теплую улыбку Ксюши.

– Сейчас передохнем и пойдем обратно, – скатился по стене парень и сел рядом с ней.

– Спасибо, – твердил ее слабый голос.

Миша рукой нащупал ледяную руку Ксюши и положил на нее свою.

– У тебя рука теплая, – улыбнулась девушка в темноте.

– Я вижу твое лицо, – усмехнулся парень, разглядев в слабых лучах солнца ее милое личико. – Почему ты плачешь?

– Не знаю.

– Мы скоро выберемся с острова, обещаю.

– Не надо мне обещаний, говори мне всегда правду.

– Иногда ложь дает все-таки больше надежды, – усмехнулся парень.

– Держи меня крепче, – всхлипывая носом попросила она его.

Миша стиснул ее руку, которая судорожно тряслась.

– Ты вся дрожишь, – беспокойно произнес он. – Тебе холодно?

– Нет.

– Тогда почему трясешься?

– Я не знаю.

Установилось неловкое молчание, которое прерывалось всхлипываем девушки.

– Меня Ксюша зовут, – прервала она неловкое молчание.

– Я знаю, – усмехнулся парень.

– А ты Миша. Будем знакомы.

– Будем.

– Спать хочу, устала, – голова девушки упала на плечо парня.

Миша впервые почувствовал себя нужным, сидя на теплом каменном полу, держа за руку милую девушку, спящую на плече, глядя на линию голубого неба в вышине и не думая совершенно ни о чем, потому что сил на размышления не осталось.

Когда Миша проснулся, то звездное небо уже покрылось пятнистыми звездами, и он стал будить Ксюшу.

– Еще пять минуточек, – пробормотала она сквозь сон.

– Вставай, нам пора уже возвращаться.

– Уже утро?

Когда Ксюша с Мишей ушли, то вьюга быстро закончилась. Весь упавший снег растаял мгновенно, словно и не падал никогда. Глеб с Димой принялись звать ребят, но никто не отзывался. По очереди они пробовали войти внутрь, но из-за чувства страха далеко не уходили, боясь заблудиться. В итоге решили, чтобы кто-то один остался дожидаться ребят у входа. По собственному желанию вызвался Глеб. Дима же пошел до ямы, набрав еды полные руки, возвратился на берег в одиночестве, где под нажимом Ники все рассказал как есть. Она сразу напросилась идти с ним. По дороге обратно к яме они занесли еду Глебу.

На берегу остались Макс с Викой, между которыми состоялся следующий разговор:

– Я тут с утра, – начала Вика, – гуляла вдоль берега и напоролась на очень странное место.

– Что за место? – насторожился Макс.

– Пойдем покажу, – схватил его за руку девушка и поволокла в сторону.

– К чему такая спешка? – возмутился парень.

– Пока ребята не вернулись.

Через несколько метров они свернули в джунгли и почти сразу напоролись на бамбуковый лес, на котором были повешены головы оторванных детских кукол – леденящее кровь зрелище.

Натаскав в достатке еды, Дима и Ника пошли за водой по указанной Глебом дороге, которая проходила через озеро, и сворачивала вдоль скал узкой тропой.

– Бррр… как жутко выглядит, – по коже девушки пробежали мурашки при виде странного озера, – а что в записках?

– Одно и тоже: «Спасите. Он опять пьян».

– Кто он? – удивленно поинтересовалась она.

– Понятия не имею.

– Гляди, – обратила она его внимание на странный бугор высотой чуть больше их и имевший отчетливые квадратные углы, когда они проходили по узкой тропе.

Диму сразу заинтересовал бугор, он свернул с намеченного ими пути, отгибая и ломая кустарники. Подошел к нему, протянул руку, приложил ее к бугру и почувствовал железный холод. Поняв, что не все так просто с бугром, он очистил его от лиан, закрывавших его, и увидел скрывавшуюся за ними стальную дверь, как в бункере, с характерным круглым замком, открывавшим ее. Увиденное поразило их.

– Бункер? – изумительно поинтересовалась Ника.

– Не знаю.

– Откроем?

– Страшно.

– Но больше все же интересно.

Дима с усилием повернул замок, который со скрипом поддался.

– Помогай, – скрипя зубами выдавил из себя парень, с трудом открывая дверь.

Ника кинулась ему на помощь, и толстая дверь слегка приоткрылась, образовав небольшую щель, в которую парень с девушкой с трудом протиснулись внутрь. Их тяжелые шаги эхом разнеслись в темноте. Вдруг на потолке стали зажигаться лампочки одна за другой, уходя в глубь и освещая огромные стопки денег аккуратно уложенных на поддоны. Купюры были уложены так, чтобы оставался небольшой проход вдоль стен и такое же расстояние от потолка, чтобы лампы их не сожгли.