Читать книгу "Путь меча. Том 2"

Дверь приоткрылась, и в щели показалось лицо одного из бандитов. Его взгляд скользнул по перепуганному связному, а затем поднялся на меня.

В этот миг я вырубил коротким ударом связного и шагнул вперёд.

Глубокий вдох. Ци сгустилась в ногах. «Парящий Меч»! Правда, в этот раз я использовал технику не для прыжка, а для короткого, мощного пинка.

Я выбросил вперёд ногу, и вся мощь Пятой Звезды Ученика, вся холодная ярость, обрушилась на дверь.

С грохотом, напоминающим удар грома, массивные доски превратились в щепки. Дверная рама треснула, брусок, подпирающий её изнутри, сломался, как сухая ветка. Дверь сорвалась с петель и с оглушительным грохотом рухнула внутрь.

Бандит, стоявший за ней, не успел отпрыгнуть. Нижняя часть сорвавшейся с петель двери зацепила его, и он с криком отлетел в сторону. Придавленный обломками, он застонал и схватился за явно сломанную ногу.

Я шагнул через порог, встал в проёме, залитом дневным светом, хлынувшим внутрь.

Внутри на мгновение воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь стоном придавленного бандита. Остальные трое застыли. Тот самый, с оспинами на лице, которого описала мать, только что раскладывающий серебро на столе, замер с самородком в руке.

Его подручный, поменьше ростом, с испуганными глазами, выронил кости, которые держал в руке. А тощий, с крысиным лицом, что похаживал возле тёмного угла, где сидела А Лань, резко обернулся, и его рука потянулась к заткнутому за пояс ножу.

Их глаза, полные шока, страха и звериной злобы, уставились на меня. На мою фигуру в облаке пыли, на «Огненный Вздох», яростно дрожавший в ножнах.

– Ты… – просипел главарь с оспинами, отбрасывая мешок с деньгами. – Думаешь, нас можно запугать фокусами? Взять его!

Первым пришёл в себя тот, что поменьше. Он с визгом рванул вперёд, размахивая коротким, кривым тесаком. Его атака была стремительной, но слепой от страха. Я не стал уворачиваться. «Огненный Вздох» с шипящим звуком вырвался из ножен, и в тесном пространстве сарая вспыхнул багровым светом.

«Игла Дракона»! Остриё пронзило воздух и вошло в плечо бандита, державшего тесак. Раздался не крик, а скорее хриплый выдох. Тесак с лязгом упал на пол. Бандит отшатнулся, хватаясь за руку, из которой хлестала кровь.

В тот же миг «Крыса» метнул в меня свой нож. Лезвие, вращаясь, полетело мне в грудь. Но для меня бросок обычного человека был слишком медленным. Моя свободная левая рука метнулась вперёд, и я поймал летящий нож за рукоять, погасив его инерцию усилием запястья.

– Твоё? – спросил я ровным голосом и швырнул его обратно.

Нож, пущенный рукой Ученика Пятой Звезды, помчался с такой скоростью, что «Крыса» даже не успел дёрнуться. К сожалению, оружие не воткнулось в него. Но даже удар рукояткой неплохо разбил ему голову и откинул в сторону.

Всё это заняло несколько секунд. Главарь с оспинами лишь сейчас успел схватить свой собственный, более массивный тесак. Его лицо побагровело от бессильной ярости.

– Сдохни, – взревел он и ринулся на меня, занося тесак для мощного рубящего удара.

Он был силён. Сильнее своих подручных. Его удар мог разрубить человека до пояса, но этого всё равно было слишком мало для меня.

Я сделал шаг навстречу, встречая его удар жёстким блоком.

Лязг был оглушительным. Искры посыпались, как фейерверк. Главарь ахнул: его запястье онемело от чудовищной отдачи, и тесак вырвался из его пальцев, с грохотом упав в дальнем углу.

– Не стоило тебе приходить в мой дом, – сказал я спокойно, стоя перед ним вплотную.

Он отшатнулся, но я не дал ему уйти. Моя левая рука описала короткую дугу и с силой вонзилась ему в солнечное сплетение.

Воздух с сипением вырвался из его лёгких, и он сложился пополам. Но это было только начало. Удар гардой со всей силой пришёлся ему по лицу. Я почувствовал, как трескаются кости. Он отлетел к стене, ударился об неё головой и осел на пол, беззвучно хватая ртом воздух и заливаясь кровью.

Я повернулся. «Крыса» в углу стонал, держась за разбитую голову. Тот, кому я проткнул плечо, сидел, прижимая рану, его лицо было серым от боли и страха. Четвёртый всё ещё был придавлен у входа.

Тишина. Лишь тяжёлое дыхание и стоны. Я подошёл к главарю, схватил его за окровавленный воротник и потащил к дверному проёму на свет. Туда, где уже начали собираться зеваки.

По пути я наступил на шею «Крысе» – тот, лишь хрипло всхлипнул, когда хрустнули его шейные позвонки. У другого бандита, с пробитым плечом, я даже не остановился, просто чиркнул клинком по горлу. Придавленного обломками у входа добил ударом носка в висок. Быстро. Без эмоций. Как расчищают мусор.

Выйдя, я швырнул главаря на землю перед порогом. Он лежал, хрипло втягивая воздух, его лицо было превращено в кровавое месиво.

– Ты пришёл в мой дом без приглашения! – мой голос прозвучал громко и чётко, разносясь по переулку.

Я поднял ногу и с силой опустил каблук на его спину. Хруст был громким и влажным. Его вопль, полный абсолютного отчаяния, огласил округу. Он пытался подняться, но ноги его больше не слушались.

– Ты поднял руку на мою семью.

Моя ступня поочерёдно опустилась ему на левое и правое плечо. Кости хрустнули, превращаясь в мелкие осколки. Его крик начал напоминать вой раненого зверя.

Я стоял над ним, слушая эти звуки и чувствуя, как кипящая внутри ярость понемногу остывает, сменяясь ледяным удовлетворением. Дело было сделано.

Только тогда я позволил себе выдохнуть и вернуться за А Лань. Она сидела, прижавшись к стене, и смотрела на меня огромными глазами, в которых смешались шок, облегчение и почти благоговейный ужас перед той силой, которую она только что увидела.

Я медленно подошёл к ней, сознательно замедляя шаги, чтобы ещё больше не пугать её. Я опустился перед ней на колени, чтобы быть с ней на одном уровне, и убрал «Огненный Вздох» в ножны. Багровый свет клинка погас, и в сарае снова стало относительно темно.

– Всё кончено, – сказал я, и мой голос прозвучал уже не как металлический лязг, а тихо и устало. – Они больше никого не тронут. Пойдём домой. Мама ждёт.

Она кивнула, и тогда наконец напряжение вырвалось наружу. Она разрыдалась и бросилась ко мне, вцепившись в мою окровавленную рубаху. Я обнял её, гладя по волосам, давая ей выплакать весь свой страх и унижение.

– Я знала, знала, что ты придёшь, – всхлипывала она, уткнувшись лицом в моё плечо.

– Конечно, – тихо ответил я. – Я тебя никогда не брошу.

Через несколько минут её рыдания стали тише. Я аккуратно поднял её на руки. Она была лёгкой как пёрышко и доверчиво прижималась, уронив голову мне на плечо. Я усилием воли переместил всё ценное в комнате себе в кольцо и шагнул на улицу.

Собравшиеся молча расступились, пропуская нас. В их глазах не было сочувствия к бандитам. Был лишь первобытный страх и безоговорочное уважение к силе.

Мы шли домой, и А Лань постепенно успокаивалась.

– Братец… – тихо сказала она, когда мы уже вышли из трущоб на более-менее приличную улицу.

– Да?

– Я… я тоже хочу быть сильной. Как ты.

Я посмотрел на неё. В её заплаканных глазах горела не детская обида, а твёрдая, взрослая решимость.

– Я буду учиться в «Садах Мудрого Кедра». Стану лучшим алхимиком. Но, – она сжала кулачки, вцепившись в мою одежду. – Но я тоже хочу уметь драться. Чтобы защищать маму. Чтобы больше никогда не чувствовать себя такой слабой.

Я молча кивнул. Её слова были горькими, но верными. Этот мир не прощал слабости. Даже детям.

– Хорошо, – сказал я. – Когда начнёшь учёбу, я найду тебе учителя. Того, кто научит тебя драться. Договорились?

Она кивнула, и на её лице впервые за этот день появилась слабая, но настоящая улыбка.

– Договорились.

Глава 7

Я проснулся с первыми лучами солнца, пробивавшимися сквозь окно. Воздух в комнате был прохладным и свежим. Несколько минут я просто лежал, слушая через стену шаги матери и А Лань, которые, судя по всему, активно собирались.

Что же, значит, пора и мне. Один глубокий вдох, и я откинул одеяло. Босые ноги коснулись прохладного деревянного пола. Первым делом, помня наставление Юнь Ли, я умылся в тазу с холодной водой. После чего немного размялся, чувствуя, как позвонки мягко хрустят, а всё тело наполняется бодростью.

Взгляд упал на деревянный сундук в углу, где лежала моя повседневная одежда. Но сегодня был не тот день. Сегодня требовался иной наряд.

Я повернулся к зеркалу, сконцентрировался и лёгким движением воли вызвал из глубины пространственного кольца бережно упакованный свёрток.

В нём была одежда, за которую я отдал большую часть запасённых трофеев и вдобавок приплатил золотом.

Ткань, оказавшаяся в моих руках, была тяжелее, чем выглядела. Я развернул её.

Это был не просто халат или куртка. Это был комплект, состоящий из нескольких частей. Основной цвет – глубокий, насыщенный алый. Цвет, который невозможно не заметить, но это не был кричащий, дешёвый оттенок. Он был благородным, тёмным, а когда на него падал свет, он начинал переливаться, словно был сделан из тлеющих углей.

По этому алому полю струились, переплетались и расходились узоры, вышитые нитями чистого, матового золота. Они были сосредоточены на груди, спине, вдоль рукавов и по краям одежды. Но это было сделано не только для красоты. Узоры образовывали защитную формацию, буквально окутывая меня прозрачным защитным барьером.

Я стал облачаться. Сначала – плотные штаны из той же алой ткани, но на бёдрах и вдоль внешней части ног к ней были аккуратно пристрочены тонкие, почти невесомые накладки. Они были пропитаны составами, увеличивающими прочность и стойкость к истиранию.

Затем – основная часть: длинная, до середины бёдер куртка с высоким воротником-стойкой и глубоким разрезом сзади для свободы движений. Её ткань сама по себе была особенной. В неё при создании были вплетены тончайшие волокна металлизированного шёлка, а после она была пропитана алхимическими растворами на основе отвара коры железного дуба и смолы горного кедра. Это делало её прочной, как добротная кожа, стойкой к намоканию и способной гасить часть слабых ударов.

Как и штаны, она также могла похвастаться накладками. На груди, плечах, предплечьях и с внешних сторон голеней. Все они были окрашены в цвет одежды и расшиты золотом.

Надев всё это, я почувствовал не стеснение, а уверенность. Ткань и накладки не сковывали, двигались со мной, как единое целое. От одежды исходил лёгкий, но очень приятный, цветочный запах.

Я пристегнул к широкому поясу из чёрной прочной кожи ножны с «Огненным Вздохом». Багровые прожилки в клинке, казалось, откликнулись на алый цвет одежды, пульсируя чуть ярче в полумраке комнаты.

Войдя в главную комнату, я на мгновение замер в дверном проёме, рассматривая маму, которая уже ждала меня.

Всего три дня назад её лицо было обезображено синяками и ссадинами, а сломанная рука лежала в лубках. Теперь же, благодаря лучшим заживляющим мазям и регенерирующим эликсирам, которые только можно было достать в Циньшуе, от страшных следов насилия почти не осталось и следа.

Синяки под компрессами из Лунного лотоса сошли за ночь, оставив лишь лёгкую желтизну, легко скрываемую лёгкой косметикой. Перелом, под воздействием «Пилюли Сращения Костей», затянулся с невероятной скоростью, и хотя рука ещё требовала покоя, она уже не причиняла матери адской боли. Здоровый румянец вернулся на её щёки, а в глазах снова горел огонь.