Читать книгу "Ее маленькая тайна"

Анастейша

Как только фигура Дэмиана пропала из виду, глаза наполнились слезами. Скрючившись на роскошном сиденье «Майбаха», я прорыдала всю дорогу до аэропорта, поглаживая белоснежную кожу подлокотника, где еще недавно лежала его рука.

– У меня же нет летних вещей, – попробовала попытку задержаться, когда Дима распахнул передо мной дверцу машины.

– С этим вы сможете купить что угодно, – заверил он, показывая глазами на карту Дэмиана, которую я все еще держала в руке.

Обреченно кивнув, я выползла из машины.

– Пока, Дим.

– Я провожу.

«И заплатишь целое состояние за парковку в Пулково», – рассеянно подумала я, но не стала возражать.

– Куда хоть я лечу? – решила уточнить.

– В Таиланд, на остров Самуи.

– И что мне там делать?

– Как что? – даже слегка возмутился моему вопросу водитель. – Загорать, купаться, наслаждаться жизнью. Как бы я хотел оказаться на вашем месте…

«А я – на твоем. Ведь ты всегда рядом с Дэмом», – подумала я, но не стала это озвучивать.

– Береги его, – только тихо попросила напоследок.

– Это моя работа, – важно кивнул Димка.

* * *

– Добро пожаловать на борт! – заученно улыбалась мне Жанна.

Я постаралась выжать из себя улыбку в ответ. Судя по взглядам, которые стюардесса всегда кидала на моего Дэмиана, и исходя из его репутации бабника, я была уверена, что у этих двоих бурное прошлое. И хоть сейчас все уже позади, все равно было неуютно в присутствии Жанны.

Я окинула взглядом салон. Уже летала на этом джете, но излишняя роскошь по-прежнему меня смущала. Что-то изменилось. Одно кресло было прикрыто пледом.

– Зачем это? – спросила я стюардессу.

– Во время последнего полета испортили обивку и еще не успели заменить. Выберите, пожалуйста, другое место. В вашем распоряжении весь салон. – Она сделала приглашающий жест, обводя рукой пустой самолет.

Я покорно плюхнулась в ближайшее кресло и приготовилась к взлету.

«Лететь девять часов, а у меня даже книги с собой нет. Я с ума сойду», – вздохнула я про себя.

Тут мой взгляд упал на карту, которую я так и зажимала в кулаке. А ведь она была какой-то необычной. Черной, шелковистой на ощупь, с фиолетовым свечением.

«Coutts», – прочла я надпись на ней. Ну-ка погуглим, что это за штуковина.

Coutts World Silk Card является одной из самых престижных кредитных карт мира. Она позволяет обладателю посещать закрытые для простых смертных бутики и ВИП-залы аэропортов, а еще к ней прилагается круглосуточный консьерж-сервис. В числе привилегированных обладателей была английская королева и еще лишь сотня счастливчиков. Ведь для того, чтобы получить этот отделанный шелком кусок пластика, нужно иметь на счете не менее миллиона долларов.

«Господи, да кто ты такой, Дэмиан? Состоишь в закрытом клубе с королевской семьей? Серьезно?»

Голова пошла кругом. В моих руках карта, на которой минимум миллион. Ничего себе!

Я не нашла ничего умнее, как спрятать ее в лифчик. В конце концов, это лучшее женское укрытие.

Чтобы немного успокоиться, включила первый попавшийся сериал. Им оказалась турецкая мыльная опера, которую при обычном раскладе я бы обошла за километр, но сейчас эта бесконечная эпопея может помочь мне отвлечься и скоротать время. Посмотрев серий пять, я поняла, что тихо схожу с ума. Выключила телевизор и решила поспать, но сон не шл.

Взгляд упал на кресло, накрытое пледом. Интересно, что там могло произойти? Измученное турецким сериалом воображение в отместку стало подкидывать мне картинки бурного секса моего мужчины со стюардессой.

Вот Дэмиан сидит расслабленно на этом самом таинственном кресле. Черная рубашка расстегнута на груди, тесные джинсы не скрывают его выдающихся размеров.

Навстречу ему дефилирует на тонких шпильках Жанна, одетая далеко не так скромно, как сегодня. На ней фирменная ультракороткая юбочка, из-под которой нагло выглядывают кружевные края чулок. Из приталенного пиджачка почти вываливается немаленькая грудь. Кроваво-красные острые ноготки и помада в тон дополняют образ стюардессы-вамп.

Покачивая бедрами, Жанна несет любимый напиток Дэма – шестидесятилетний Macallan № 6. Кубики льда в стакане ритмично постукивают в такт ее шагам.

«Сейчас он тебе сделает выволочку за то, что не виски-камни туда положила», – злорадно думаю я.

Но Дэмиан завороженно заглядывает в ее откровенное декольте и, кажется, ничего более не замечает. А нахальная стюардесса меж тем подходит вплотную, наклоняется и протягивает виски моему мужчине. Уходить она при этом не спешит. Берет кубик льда из бокала и проводит им по губам Дэма. И ее упругая грудь маячит перед самым его носом.

«Да что это делается-то?» – возмущаюсь я, но позволяю воображению продолжать рисовать картины разврата.

Ее рука с кубиком льда опускается ниже. Она проводит по полоске обнаженной кожи в вырезе рубашки. Второй рукой девушка расстегивает пуговицы, чтобы продвинуться дальше, пока не упирается в край джинсов. Тогда она безжалостно отбрасывает лед, встает на колени и дергает вниз молнию на его штанах.

А этот гад Дэмиан, вместо того чтобы остановить нахалку, делает глоток виски из стакана и, незаметно нажав кнопку, откидывается чуть назад и прикрывает глаза. Свободную руку он кладет на голову девушки, заставляя ее двигаться быстрее.

Спустя несколько минут Жанна вдруг вскакивает с колен и, задрав свою и без того короткую юбчонку, запрыгивает на Дэма. Стакан летит на пол. Драгоценная жидкость разливается по салону, но неистовая парочка ничего уже не замечает. Дэмиан начинает крутить девушку и так и сяк. Такие позы мне и не снились.

«А Жанка, зараза, гибкая. Люди и правда так могут?» – мелькают мысли в моей голове.

И на пике тонкий каблук пропарывает самолетное кресло.

Анастейша

– С вами все в порядке? – доносится до меня женский голос.

Распутная Жанка стоит передо мной и удивленно разглядывает. И тут я осознаю, что сижу разинув рот и, наклонив голову, смотрю на место предполагаемого разврата.

– Все в порядке, – шиплю я, возвращая голову в нормальное положение и с трудом подавляя желание расцарапать физиономию стюардессы.

Жанна уходит, а я понимаю, что не успокоюсь, пока не увижу, что там, под пледом.

Пока бортпроводницы не видно, подкрадываюсь и сдергиваю покрывало. Увиденное повергает меня в шок. Здесь точно не страстям предавались. Белая кожаная обивка вся залита кровью, как будто там кого-то расчленили.

Теперь перед моим мысленным взором проносятся другие картины.

В кресле я вижу незнакомого мне мужчину. Он изможден. Его руки и ноги связаны, а ремень безопасности не дает возможности встать. Он ерзает. Ему явно неудобно сидеть со скованными сзади руками.

– Говори, где камни! – рычит Дэмиан, нависнув над несчастным. В его руке блестит нож.

– Ничего я вам не скажу, – выплевывает ему в лицо пленник.

– Ах так! – грохочет Дэм. – Тогда ты уже никому ничего не скажешь.

Молниеносным движением он проводит по горлу незнакомца, и тот начинает хрипеть, захлебываясь собственной кровью. Я с ужасом наблюдаю, как белоснежная кожа сиденья на моих глазах становится красной.

Так вот что там случилось. Дэм просто казнил кого-то на этом кресле из-за своих треклятых самоцветов.

Погрузившись в очередное страшное видение, я не заметила, как появилась Жанна. Она деловито начинает поправлять покрывало на кресле, скрывая от моих глаз зловещее пятно.

– Что здесь произошло? – требовательно спрашиваю я.

– Красное вино пролили, – невозмутимо врет Жанка.

– Я хочу знать правду! – пытаюсь докопаться до истины.

– Не знаю, о чем вы, – пожимает плечами стюардесса.

Я понимаю, что так ничего от нее не добьюсь. Девчонка предана Дэмиану, а меня она так же недолюбливает, как и я ее.

– Может, принести что-нибудь? – прерывает мои размышления Жанна.

– Да. Неси лучшее шампанское. И себе бокал захвати. – У меня неожиданно созрел план: надо напоить ее и втереться в доверие.

Стюардесса покорно приносит мне шампанское и сама пристраивается с бокалом на подлокотник соседнего кресла.

– За что пьем? – спрашивает она.

Я в ступоре. Действительно, за что мы с ней можем выпить? Не за Дэмиана же, который только что самозабвенно изменял мне с ней на моих глазах. И не важно, что это было лишь в моем воображении. Все равно обидно.

«За любовь» тоже прозвучит двусмысленно.

Жанна вопросительно смотрит на меня.

– За здоровье, – выдаю я бодро фразочку, как в американских фильмах.

Жанка еле заметно усмехается, но тянется мне навстречу. Наши бокалы встречаются с хрустальным звоном, и мы делаем первый глоток.

– Ну как? – интересуется Жанна.

– Неплохо, – пожимаю я плечами. Из меня тот еще дегустатор. – Наверное, дорогое?

– Дэмиан любит окружать себя дорогими вещами, – многозначительно выдает стюардесса.

Это она про меня? И как мне реагировать? С одной стороны, с вещью сравнили, с другой – оценили дорого. Я решаю пропустить это мимо ушей. Мне еще надо информацию из девчонки выудить.

– И сколько оно стоит? – возвращаюсь я к теме шампанского.

– Шесть тысяч.

– Ого! Это ж почти сто долларов.

– Шесть тысяч долларов, – раздельно произносит Жанна и смотрит на меня с жалостью.

– Что?! Как одна бутылка может стоить так дорого? Ты уверена?

– Да, – кивает стюардесса. – Недавно я случайно пролила водку, и Дэмиан рассказал, что она была одной из самых дорогостоящих. Заодно и про другие элитные сорта просветил. Потом я на всякий случай погуглила все, что есть в самолетном баре. Так вот, это Perrier-Jouet. Славится тем, что в его изготовлении участвуют только женщины.

– И почему вдруг такая половая дискриминация?

– Наверное, потому, что лишь мы, «слабый» пол, можем выполнять эту кропотливую работу. Кстати, ты заметила особый вкус и необычный шлейф?

Я сделала еще глоток, честно пытаясь уловить вкусовые нюансы шампанского за шесть тысяч долларов, но мне не удалось, в чем пришлось честно сознаться.

– Жаль, что не почувствовала. В него добавляют капельку ликера для придания оригинального тона. Специальная технология изготовления делает это шампанское лакомым кусочком для коллекционеров со всего мира.

– Так оно не только стоит баснословных денег, его еще и не достать, поди? Дэмиан нам голову оторвет. Зачем ты покусилась на самое дорогое шампанское в мире?

Анастейша

– Ты сказала налить лучшее. Но, чтоб ты знала, оно далеко не самое дорогое. Есть, например, Krug 1928, стоит не меньше двадцати одной тысячи долларов.

– Ничего себе! Тысяча девятьсот двадцать восьмой – это год урожая? – решила я блеснуть познаниями.

– Нет. Это урожай двадцать шестого года. Тогда был самый удачный период для создания игристых вин. А по бутылкам напиток разлили в тридцать восьмом году. Не ищи логики в названии, – пожала плечами Жанка.

– Хорошо, не буду, – улыбнулась я, делая очередной глоток. – Так это тоже не самое дорогое?

– Не самое. Есть еще знаменитое Heidsieck – шампанское, специально изготовленное для императора Николая Второго. Бутылки, в которые его разлили, были не стеклянными, а хрустальными. Но корабль, что перевозил такой ценный груз, потерпел крушение. И почти сотню лет две тысячи хрустальных бутылок провели на дне Финского залива. В конце прошлого века их случайно обнаружили и подняли на поверхность. Правда, далеко не все, а только около двухсот штук. Поэтому сейчас это императорское шампанское, имеющее крайне непрезентабельный вид после сотни лет под водой, ценится на вес золота. А если точнее, то стоимость бутылки на аукционах стартует от двухсот семидесяти тысяч долларов. И на данный момент все раритетные лоты уже осели в частных коллекциях российских олигархов. Жаль, нам с тобой такое шампанское не попробовать. Говорят, у него ни с чем не сравнимый вкус.

– Мне кажется, я видела бутылку с таким названием в замке, – наморщила я лоб, пытаясь вспомнить. – Я еще тогда подумала, как среди элитных напитков Дэмиана оказалась эта неприглядная вещь.

– Не удивлюсь, если Дэмиан тоже прикупил себе бутылку. Да только попробовать он ее вряд ли позволит.

– Ну, может, и найдется достойный повод, – задумчиво протянула я.

– Сомневаюсь. Такие бутылки обычно не открывают. Хотя есть и подороже варианты, – многозначительно посмотрела на меня Жанна.

– Дороже? Не может быть!

– Представь себе. Есть еще Diamonds Champagne, чья цена приближается к двум миллионам долларов. Конечно, тут стоимость так высока в основном из-за оформления. Белое золото и бриллианты, использованные в декоре бутылок, показывают высокий уровень напитка и его обладателя. Но вкус у этого шампанского тоже отменный, как говорят.

За разговорами мы незаметно приговорили бутылочку, как оказалось, не такого и дорогого игристого. В голове приятно зашумело, и Жанка уже не казалась мне воплощением зла. Мы продолжили возлияния, перейдя на чуть менее дорогое шампанское.

– Как ты решила стать стюардессой? – решила зайти я издалека.

– Это была моя детская мечта, но я почему-то боялась идти учиться. Вместо этого работала в баре, где мы и познакомились с Дэмианом. Он подтолкнул меня к этому шагу и обучение мое оплатил.

– Между вами что-то было? – выпалила я, не выдержав.

Жанна секунд десять молчала, разглядывая пузырьки газа в своем бокале. Потом подняла голову и взглянула мне прямо в глаза:

– Да. Ты и сама догадываешься, что в окружении Дэмиана нет женщин, с которыми у него ничего не было. Но ты не должна волноваться по поводу его прошлого. Главное, что в его настоящем есть только ты.

Я так растрогалась, что готова была уже расцеловать стюардессу, но потом вспомнила про свой главный вопрос:

– Ты должна рассказать мне, что произошло на том кресле.

– Тебе стоит задать этот вопрос Дэмиану, но, прежде чем спрашивать, убедись, что ты готова услышать ответ, – грустно ответила Жанна.

– Что ты имеешь в виду? – напряглась я.

– Мы не всегда готовы услышать правду. Однажды я спросила у человека, в которого была безумно влюблена, верен ли он мне. И его ответ разбил мне сердце.

– Ты имеешь в виду Дэма? – тихо поинтересовалась я.

Жанка кивнула.

– Ты все еще любишь его?

– Нет. Уже отболело. Теперь мы друзья, и я надеюсь, он сосватает мне кого-нибудь из своих друзей.

– Жан, ты такая классная… – Я все же полезла обнимать стюардессу.

– Что ж тебя так развезло-то? – засмеялась Жанка, обнимая меня в ответ.

– А ты почему, зараза, трезвая как стеклышко? – чуть отстранившись, спросила я с подозрением.

– Я ж в баре работала. Навык не пропьешь, – подмигнула мне стюардесса. – Давай-ка мы положим тебя спать.

Я не стала сопротивляться, глаза уже сами собой закрывались.

Анастейша

– Просыпайся, спящая красавица. Прилетели. – Жанна протягивала мне свежевыжатый апельсиновый сок.

С наслаждением потягивая освежающий напиток, я смотрела в иллюминатор. Посреди бескрайнего моря торчал маленький островок, на котором мне предстояло провести в одиночестве одному богу известно сколько времени.

Тяжело вздохнув, я принялась готовиться к приземлению.

Потом мы долго и трогательно прощались с Жанной, которая за этот длинный перелет успела стать мне почти родной.

Сделав шаг из самолета, я словно попала в русскую баню. Та же жара и влажность.

Меня поджидал крошечный гольф-кар, в который погрузили мой чемодан. Управлял им такой же микроскопический, словно игрушечный, таец. Пока мы ехали, я просто физически ощущала, как начали мелким бесом закручиваться мои волосы. Да, в этом климате можно забыть про прическу и макияж.

Я крутила головой в поисках аэропорта, надеясь поскорее нырнуть в кондиционированную прохладу, но слева от нас мелькали лишь странные бамбуковые хижины. Около одной из таких наш автомобильчик и притормозил. Таец живо схватил мой чемодан и поволок в хижину, не забывая приветливо махать мне, приглашая идти за ним.

Я и пошла, что мне оставалось. Оказалось, что этот шатер и есть здание аэропорта. Никаких кондиционеров там, конечно, не было. Но вентиляторы помогали разогнать жаркий воздух.

Из-за стойки мне улыбались две тайские супермодели. Они же на чистом английском попросили мой паспорт. Пока проверяли документы, мальчик-таец принес приветственный коктейль и прохладное влажное полотенце.

Потом одна из супермоделей пошла провожать меня до места встречи, где должен был ждать шофер. Чемодан катил другой специально обученный сотрудник.

– Какой экзотичный у вас аэропорт и так отлично в ландшафт вписывается, – решила я поддержать беседу с местной девушкой по дороге.

– Да, наш аэропорт считается одним из самых необычных в мире. Он находится в частном владении и входит в десятку лучших мировых аэропортов по уровню сервиса.

Я была согласна с такой оценкой – сервис тут действительно был на уровне.

Девушка передала меня с рук на руки высокому молодому человеку и только после этого ушла. Мой водитель был мало похож на тайцев, какими я их себе представляла. Слишком высокий и слишком серьезный, на мой взгляд. И действительно, как выяснилось, Рам был бирманцем, что бы это ни значило. Я решила пока не спрашивать, что это за страна такая, тем более что Рам явно был не слишком разговорчивым.

В комфортабельном внедорожнике кондиционер работал исправно, и я, отстав от водителя, переключилась на изучение окрестностей.

Увиденное сначала повергло меня в уныние. Грязные улицы; мотки проводов, хаотично свисающие тут и там; непрезентабельного вида тайцы, примостившиеся у лачуг. Вот она, страна третьего мира во всей своей неприкрытой красе.

Но потом одна общая черта заставила меня приглядеться получше. Все люди, попадавшиеся нам по пути, улыбались. Казалось, они не замечают плачевного окружения.

Тогда и я попробовала отбросить свои стереотипы, навязанные обществом потребления. Кто сказал, что для того, чтобы быть счастливым, надо обязательно добиться карьерных высот и одеваться в брендовых бутиках? Возможно, эти люди, которых мы, жители больших мегаполисов, свысока пытаемся пожалеть, на деле гораздо удачливее нас? У них же все есть для счастливой жизни: жаркое солнце круглый год, ласковое море под боком, еда, растущая повсюду.

Осознав это, я взглянула на остров другими глазами. И увидела приветливо улыбающихся людей, вполне довольных жизнью; цветущие кустарники и плодовые деревья; уходящие ввысь горы с одной стороны и полоску моря, мелькающую в просветах между домами, с другой.

«Может, мы и подружимся с этим островом», – решила я про себя.

Мы проехали заправку и свернули на пустынную дорогу. Еще минут пять езды, и внедорожник замер у глухого забора. Ворота медленно разъехались, пуская нас на территорию. Из будки нам навстречу вышел охранник. Он обошел машину, внимательно все осматривая, даже специальным сканером обследовал днище. Потом открыл дверь и обшарил меня цепким взглядом. Только после этого кивнул водителю, мол, можно. Мы проехали дальше и встали под тентом. За высоким забором виднелись крыши вилл.

«Интересно, кто мои соседи? Может, есть русские, с которыми я могла бы подружиться?»

Мой сопровождающий, подхватив чемодан, привел к крайней вилле. Ворота бесшумно распахнулись и тут же закрылись за нами. Мы оказались в просторном, но огражденном со всех сторон дворе. Перед нами простирался огромный пруд, справа упирающийся в отвесную скалу, слева отгороженный забором соседской виллы. Узкий мостик опустился перед нами, и мы пошли по нему через водоем к дому. Камеры, понатыканные по всему периметру, поворачивались вслед за нами.

– Вам не о чем волноваться, – заверил Рам, заметив, как я затравленно оглядываюсь. – На территории круглосуточно дежурят два охранника. Здесь двойная пропускная система, новейшее видеонаблюдение и бассейн с пираньями, в который вряд ли кто захочет залезть. С другой стороны бухта, ограниченная скалами, как гигантскими клыками, глубоко врезанными в море. Вплавь далеко, а для кораблей слишком мелко. Так что можете не переживать – это очень хорошо охраняемое место.

«Очень хорошо охраняемая тюрьма», – мелькнула у меня страшная мысль.

Анастейша

Миновав пруд с пираньями, мы вошли в дом. В шикарном холле нас встретила кругленькая улыбчивая девушка.

– Познакомьтесь – это моя жена Мина. Она поддерживает порядок на вилле и приготовит вам все, что пожелаете.

– Рада приветствовать. Пойдемте, я покажу вам виллу.

От присутствия улыбчивой Мины мне почему-то сразу стало спокойнее, и я с радостью пошла за ней.

Вилла поражала роскошью и была слишком просторна для меня одной. Мина показала мне уже четыре спальни, а экскурсия по дому все продолжалась. Кроме спален были и общие зоны: гостиная, столовая, огромная терраса. Во дворе здоровенный бассейн и зона отдыха. Дальше выход на песчаный пляж.

Я решила обосноваться в отдельно стоящем бунгало. Подумала, что там мне будет уютнее, чем в огромном общем доме. Правда, и этот домик маленьким назвать было нельзя. При входе гостиная зона с диваном и журнальным столиком. Дальше на возвышенности широкая кровать, вместительный шкаф, большая плазменная панель с кучей каналов. Но самое большое впечатление произвела ванная комната. Огромное, почти во всю стену зеркало с подсветкой, под которым топорщились бесчисленные скляночки и баночки с косметическими средствами. Напротив зеркала располагались унитаз, биде и душевая кабинка с прозрачными створками. Сквозь открытое окно виднелось море. А в самом центре помещения, занимая собой львиную часть пространства, на гнутых чугунных ножках стояла необъятная ванна. Кто-то заботливо наполнил ее, рассыпал лепестки роз и расставил свечи по бортикам. И на этом волшебство не закончилось. Подняв голову, я увидела, как сквозь стеклянный потолок заглядывают пальмы и кусочек нежно-голубого неба.

Быстро разобрав вещи, я побежала купаться. Надеялась увидеть соседей, так как пляж предназначался для всех пяти вилл, но там было пустынно. В ограниченной со всех сторон бухте почти не просматривалось волн. Спокойная прозрачная вода лениво лизала выгоревший на солнце песок.

Море встретило меня дружелюбно. Я заплыла довольно далеко, а потом, перевернувшись на спину, тихо погребла к берегу.

В мое отсутствие Рам оборудовал место для загара. Два лежака рядом: один в тени, другой под солнцем. На том и другом нежно-голубые полотенца поверх мягких на вид матрасов. Между лежанками – накрытый столик со своим отдельным тентом. В меню: экзотические фрукты, половину которых я первый раз видела; оранжево-красный коктейль, украшенный ягодами и разноцветным зонтиком, и бутылочка запотевшей минералки. Больше ничего на такой жаре и не хочется.

Я развалилась на солнце, но уже через пять минут переместилась в тень, чтобы не обгореть. Устроившись под тентом, я перекусила и принялась разглядывать окружающий пейзаж. Небо было почти безоблачным. Только над линией горизонта толпились, сбившись в стайку, кучевые облака. Солнце играло на поверхности моря, наблюдая за этим, мне захотелось спать.

Не став сопротивляться, я уснула. Проснувшись спустя некоторое время, увидела все то же самое: море, песок, чистое безоблачное небо. Разве что солнце поменяло положение.

«Сколько еще я выдержу в одиночестве?» – с тоской подумалось мне.

Шевелиться не хотелось. Но я собралась и поплелась в сторону дома. По пути попался бассейн. От скуки нырнула туда.

– Обед готов. Когда подавать? – поинтересовалась невесть откуда появившаяся Мина.

– Через полчаса буду готова, – пообещала я и радостно отправилась одеваться. Хоть какое-то разнообразие.

В столовой меня ждал сюрприз. Стол просто ломился от обилия блюд. Такого разнообразия я даже в замке не припомню.

– Мина, мы кого-то ждем в гости? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет. Это все для вас, – заверила девушка.

– Да тут еды на десятерых, – ахнула я.

– Хотела, чтобы вы все попробовали, – потупила взгляд моя кухарка.

– Тогда тебе придется мне помочь. – Я похлопала по месту рядом с собой, приглашая девушку к трапезе.

– Что вы, нам не положено, – махнула та руками.

– Считай, что я приказала, – подмигнула я. – А то есть не буду.

Мина покорно расположилась на краешке соседнего стула. Но вместо того, чтобы составить мне компанию, она принялась рекламировать свои блюда.

– Вот разные закуски, вам надо обязательно их все попробовать. Том ям я постаралась не слишком острым сделать, нормально получилось? Тигровые креветки еще утром в море плавали, как и та рыбка.

Я еле успевала впихнуть в себя все, на что указывала девушка. В результате к концу трапезы уже с трудом могла дышать.

– Мина, все это нереально вкусно, но впредь, пожалуйста, готовь что-нибудь одно, иначе я умру от обжорства.

– Одно? – удивленно протянула девушка, но спорить не стала. – А что приготовить на ужин?

– Приготовить? Ты издеваешься? А это все кто доедать будет?

Я вообще не была уверена, что к ужину я не то что смогу есть, а хотя бы передвигаться самостоятельно. Но я ошибалась. Прогулки по берегу и плавание быстро пробудили голод, и к вечеру я была готова продолжить поглощение оставшихся блюд. Похоже, я превращаюсь в домашнего котика, чья единственная радость – вкусно пожрать.

– А почему не видно наших соседей? – решила поинтересоваться я за ужином.

– Так по соседству никого нет, – пожала плечами девушка. – Хозяин забронировал все виллы, чтобы вам никто не мешал.

«Черт бы побрал этого хозяина, – скрипнула зубами я. – Вечно запирает меня, как пленницу, то в замке, то на побережье. Похоже, эта приветливая девушка – мой единственный собеседник на ближайшие дни, а то и недели».

От этих мыслей стало тошно. А когда вернулась в свое бунгало и оказалась совсем одна, то меня накрыла паника. Попыталась было успокоить себя, напоминая, что вилла защищена лучше, чем Белый дом, но это не помогло. Вздрагивая от каждого шороха, прорыдала полночи.