Текст книги "Рождение любви"
![](/books_files/covers/thumbs_240/rozhdenie-lyubvi-61705.jpg)
Автор книги: Ирен Беллоу
Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
– А как же дело твоей жизни? Тебе, наверно, трудно было смириться с тем, что пришлось оставить любимую работу.
Эсси наклонила голову, обдумывая слова Лайонела. Он ожидал увидеть на ее лице сожаление, но этого не случилось.
– Нет… Я работаю с прекрасными людьми.
Мне это нравится. Я ни капли не жалею.
Несмотря на ее заверения, Лайонел все же спросил:
– Неужели?
Эсси помотала головой, и лучи солнца заиграли в ее каштановых волосах. Эти волосы нельзя было назвать роскошными, но они очень мило обрамляли ее лицо. А самое главное, шли ей. Кудрявые, шелковистые, непокорные и чувственные, они делали Эсси безумно сексуальной и окружали ее особой аурой. Даже модельная красота Имоджен меркла перед таким очарованием.
– Мне кажется, нет такого человека, который ни о чем бы не жалел, – согласилась Эсси. – Но в целом жизнь не такая уж плохая штука.
Воспоминание об Имоджен заставило Лайонела поморщиться.
– Далеко не всегда жизненные обстоятельства нарушают наши планы, – сказал он.
– Боже, ну конечно же нет! – Эсси хихикнула. – Но иногда это к лучшему. К лучшему, когда что-то меняется. А то, что мы планируем, не всегда приносит нам счастье.
– Так может говорить только умудренный опытом человек.
– Правильно, я и есть такой человек. В шестнадцать лет я точно знала, что со мной будет через десять лет, как сложится моя судьба. А в двадцать шесть поняла, что нет смысла строить планы на будущее.
– Ну и о чем ты мечтала, когда тебе было шестнадцать?
– Ты правда хочешь знать?
Лайонел действительно был заинтригован.
– Конечно, – ответил он.
– Так и быть, – согласилась Эсси, лукаво поглядев на Лайонела. – Я мечтала, что мы с тобой поженимся.
– Мы поженимся?!
– Да. В шестнадцать лет ты был для меня идеальным мужчиной. Ты обладал всем, что я хотела видеть в своем муже.
Он был поражен такой искренностью. Будучи ребенком, она не скрывала своих чувств к нему.
Поначалу Лайонелу это нравилось, но он не воспринимал Эсси всерьез. А когда она достаточно подросла, чтобы пробудить его мужской интерес, Лайонел уже три года играл в регбийной команде ее отца. Тренер Холкомб приказал ему отстать от своей дочери, и он подчинился.
После этих слов Лайонелу захотелось понять, насколько сильно могла в него влюбиться Эсси.
Увы, в ее голосе не слышалось ни капли сожаления. Но Лайонел не сдавался:
– Расскажи мне о нас. Какой парой мы были бы?
Эсси кокетливо улыбнулась, и ее глаза заблестели:
– Идеальной.
– А как бы мы влюбились друг в друга?
Это был самый невинный из вопросов, которые ему хотелось задать.
– Под Рождество, когда ты еще учился в колледже. – Эсси запрокинула голову, медленно закрыла глаза и продолжила:
– Наш первый поцелуй был как в кино. Входя в дом, мы вдвоем оказались под венком из омелы. Ты поцеловал меня, потому что это была традиция. Но мы оба почувствовали нечто большее. – Эсси сделала паузу, словно оживляя в памяти никогда не существовавшие события. – Через неделю ты повез меня и Нину в Сидней на новогоднюю вечеринку. Ты не хотел, чтобы мы ехали одни, так как на дорогах полно пьяных водителей. А в полночь устроил так, что мы оказались наедине.
Эти слова разбудили в нем воспоминания. Много лет назад он действительно возил их на новогодний праздник. Или нет… это был не Новый год, а – День Всех Святых. На Эсси был костюм рыжевато-коричневой кошки. Обтягивающее трико подчеркивало выпуклый лобок с едва наметившимся волосяным покровом, а болтавшийся сзади кошачий хвост привлекал внимание к маленькой, но уже приятно округлившейся попке. Затем наступило Рождество, и Лайонелу дали понять, чтобы он не ошивался поблизости, когда Эсси подходит к дому. А когда ему исполнилось девятнадцать, три года, разделявшие их с Эсси, стали казаться непреодолимыми.
Теперь три года были пустяком, и Лайонел проклинал свое благородство.
– А что было потом?
Словно очнувшись от глубокого сна, Эсси раскрыла глаза, снова повернулась к Лайонелу, и ее щеки залились густым румянцем.
– Дальше ничего. Ты влюбился в меня, мы стали встречаться и поженились. Только и всего, – отрезала Эсси.
Но покрасневшие щеки выдавали ее с головой. Наверняка с этой ее фантазией было связано еще много подробностей. Все существо Лайонела изнемогало от нетерпения. Ему отчаянно хотелось узнать больше. Но логика одержала верх, и он заставил себя сменить тему.
– Если я не ошибаюсь, ты всегда хотела учить чернокожих детишек, – небрежно сказал он.
3
Она посмотрела на Лайонела с изумлением.
– Неужели помнишь?
Лайонел рассмеялся и продолжил:
– Куда же ты хотела отправиться? Дай-ка припомнить. Кажется, в Верхнюю Вольту или что-то вроде того.
– Точнее, в Камерун. В джунгли.
– В джунгли? А может, ты просто хотела провести там отпуск?
Эсси сморщила нос.
– Нет. Я собиралась туда не в отпуск.
Лайонел покачал головой:
– Не могу представить, как можно жить в такой нищете.
Но Эсси? Ее было легко представить в Африке. Это она смогла бы. Перед Лайонелом возник образ Эсси времен учебы в школе. Одетая в простенькие джинсы и футболку, волосы собраны на затылке в конский хвост, ни грамма косметики на лице, она тащит регбийные принадлежности на поле и обратно или помогает бабушке управляться в саду.
Лайонел представил себе, что Эсси проводит урок в хижине, крытой огромными листьями какого-нибудь баобаба. А вслед за тем припомнил свои юношеские фантазии. В школе он мечтал утащить Эсси подальше от посторонних глаз, в какое-нибудь уединенное местечко, где можно было бы сорвать с нее футболку и насладиться каждым дюймом ее нежной кожи, слегка тронутой солнцем.
Эсси с любопытством смотрела на него, и Лайонел порадовался, что она не может прочесть его мысли. За такие фантазии она поколотила бы его прямо на улице.
Наверно, он этого заслуживает. Но Лайонел приехал сюда вовсе не для того, чтобы провести две недели в мучительных воспоминаниях о своей школьной любви. Он даже не знал, что встретит ее здесь. Вплоть до сегодняшнего утра образ Эсси хранился в его памяти под этикеткой «потерянная навсегда».
Лучше не забывать об этом, раз уж придется провести с ней две недели в одном доме. Пытаясь укрепить себя в этой мысли, Лайонел продолжил развивать тему:
– А чем бы ты занималась еще, кроме преподавания? Раздавала бы лекарства? Лечила бы больных и умирающих?
Она рассмеялась.
– Слушай, это же была просто фантазия. Мне хотелось жить праведно. – Она лениво потянулась и встала, давая понять, что время воспоминаний истекло.
Но Лайонелу не хотелось отпускать ее. Только не сейчас, ведь еще так мало сказано. Он тоже поднялся с места и преградил ей дорогу. Не успела Эсси отстраниться, как он прикоснулся к ее локону. Играя с прядью шелковистых волос, Лайонел снова затронул опасную тему:
– А как насчет не праведных фантазий? Не хочешь поделиться ими со мной?
Эсси удивленно посмотрела на Лайонела.
– Я бы не сказала, что в шестнадцать лет их было у меня много.
Но Лайонел сразу понял, что это не правда.
– А теперь? – настаивал он.
Эсси не уклонилась от ответа.
– А теперь я ни с кем не делюсь ими. – Однако Лайонел заметил в ее взгляде какое-то сомнение, как будто, несмотря на внутреннее сопротивление, Эсси все же хотела поделиться с ним.
Возможно, еще один настойчивый вопрос с его стороны – и она сказала бы больше. Но Лайонел поступил совсем иначе – он поддался порыву, который ощущал весь день, и заключил Эсси в объятия. Неодолимо хотелось ощутить вкус ее губ, проверить, правда ли они такие сладкие и горячие, как он всегда представлял себе.
Ее податливые губы раскрылись сами собой.
Во рту все еще чувствовался слабый вкус пива, приятный, но неожиданный. Как и ее собственный аромат, этот легкий хмельной привкус вскружил Лайонелу голову.
– Эсси покорно положила руки ему на плечи, ее дыхание участилось. Стройное женское тело прижалось к нему, полностью отдаваясь его власти. Обняв одной рукой округлое бедро и погрузив пальцы другой в шелковистые волосы на затылке, Лайонел прижал ее к себе. Кожа Эсси была теплой, нежной и бархатистой; хотелось покрыть поцелуями каждый ее дюйм.
Когда он почувствовал ее реакцию на поцелуй, возбуждение волной пробежало по его телу. Было ясно, что она тоже желает его. Это несказанно возбудило Лайонела, и он еще крепче прижался ко рту Эсси, ощущая неистовое желание познать ее.
Голос разума пробился сквозь сладкое забытье; Лайонел очнулся, разжал объятия и отошел в сторону, давая Эсси пройти.
Эсси медленно приоткрыла глаза, и Лайонел еле сдержался, чтобы вновь не наброситься на нее. В мягком свете луны она была так хороша, казалось такой хрупкой…
Ему страстно хотелось обладать ею и защищать ее. Жаль, что нельзя было получить одно, не пожертвовав другим.
Когда ее глаза наконец открылись, в них застыло множество вопросов. Он дал единственно возможный ответ на них:
– Наверно, мне не следовало этого делать.
Эсси не смогла скрыть разочарования и досады.
– Почему? Потому что я для тебя как сестра?
– Нет.
Именно потому, что она никогда не была для него сестрой. И потому, что он больше не мог обманывать себя.
Эсси махнула рукой и направилась к дому.
Лайонел схватил ее за запястье и ощутил бешеное биение пульса. Обернувшись, Эсси страстно посмотрела на Лайонела, но тут он произнес:
– Почему ты раздумала ехать в Африку?
Она вырвала руку и резко ответила:
– Потому что вышла замуж за Саймона.
Видимо, ее муж сильно отличался от того идеального образа мужчины, который она придумала себе в шестнадцать лет, и не захотел пожертвовать двумя годами жизни, чтобы дать осуществиться ее мечте. Слова Эсси звучали так, будто часть ее души наверняка еще жаждала исполнения того, что не сбылось из-за замужества.
Вот эгоист! Сволочь! Кем бы ни был этот Саймон, его следовало бы пристрелить! – подумал Лайонел.
Ирония судьбы… Сколько раз Имоджен называла его самого эгоистом и сволочью! Он даже сбился со счета. Вот и теперь, когда он всеми силами пытался не быть этой самой эгоистичной сволочью, он не мог отделаться от чувства, что именно так и поступил.
Внезапно он ощутил потребность загладить перед Эсси не только свою вину, но и вину ее бывшего мужа.
– Эсси, я… – начал Лайонел. Когда она, помедлив у входной двери, обернулась к нему, он продолжил:
– Я… Мне… Мне жаль, что твоя жизнь сложилась не так, как ты задумала.
На ее лицо падала тень, поэтому Лайонел не смог увидеть его выражение. Он разглядел только улыбку. Но из-за того, что глаза Эсси были скрыты тенью, он не мог определить, что стоит за этой улыбкой – радость или горечь.
– А я не жалею, – непреклонно сказала она. – Разве ты забыл? Никаких сожалений. К тому же мы никогда не знаем, что для нас лучше.
Только правда ли это?
На этот раз Эсси проворно проскользнула в дверь и успела закрыть ее. Лайонел еще долго неподвижно стоял у бассейна, глядя на мерцающую воду и любуясь отражением восходящей луны.
Он понял, что Эсси права. В двадцать четыре года он женился на Имоджен, привлеченный ее красотой, сексуальностью и высоким общественным положением. Тогда Лайонел думал, что она – предел его мечтаний, само очарование на людях и сама страсть наедине с ним.
Боже, как он ошибся!.. Он пытался сделать свой брак счастливым, но ничего не вышло. Семь долгих лет совместной жизни прошли в бесконечных ссорах. Лайонел очень страдал от этого.
И не нашел ничего лучше, чем с головой уйти в работу, чтобы хоть как-то заглушить свое несчастье. Но желание создать настоящую семью было для него важнее всякой работы.
Не такую семью, в которой вырос он сам, где все были холодны и равнодушны друг к другу, а полноценную и дружную. Семью, в которой все вместе играют в регби на лужайке перед домом; где на дни рождения пекут и вместе украшают домашние пироги; где устраивают пикники с хот-догами на гриле и праздничные фейерверки; где тихими вечерами за общим столом все пьют чай с самым что ни на есть настоящим яблочным пирогом.
Кого он пытается обмануть? Ему хотелось такую семью, как у Эсси. У нее была необычная семья. Мать Эсси умерла, когда девочка была совсем маленькой, и ее воспитывали отец и бабушка с дедушкой. Но по сей день ее семья была для Лайонела ближе, чем его собственная. В, семье Холкомбов царила та теплота и душевность, которой ему так не хватало у себя дома. И ни высокий достаток, ни общественное положение его семьи не могли этого заменить.
Когда они с Имоджен начали встречаться, она казалась ему идеалом. На вечеринках и праздниках она всегда была в центре внимания. Имоджен была приветливой и очаровательной, и Лайонел не сомневался, что такая жена станет прекрасным дополнением к его карьере и замечательной матерью для его детей.
Но после свадьбы все изменилось. Имоджен была недовольна их семейной жизнью. С каждым днем она становилась все более холодной, раздражительной и безразличной. И наконец настал день, когда она заявила, что вообще не собирается заводить детей, а уж тем более усыновлять и воспитывать чужих. Это привело к их разрыву.
Лайонел до сих пор не мог сказать, действительно ли она так ненавидела детей или говорила все это специально, чтобы отделаться от него.
Теперь, оглядываясь на свое прошлое, Лайонел даже удивился, что он так долго терпел. «Никаких сожалений», – сказала Эсси. А у него не было ничего, кроме сожалений. И стало еще больше после того, как он узнал о ее фантазиях и мечтах.
В те далекие годы Эсси была замечательной девушкой: веселой, открытой и влюбчивой. Но ее отец был непоколебимо уверен в том, что она еще слишком молода для серьезных отношений.
Для Лайонела стало очевидно, что Эсси больше не горюет о той выдуманной жизни, в которой они были мужем и женой. Она полюбила другого, вышла за него замуж, жила с ним. Этот чужой человек разрушил ее мечты и разбил ее сердце. Наверно, она очень любила своего мужа, раз пожертвовала ради него собой и не жалеет об этом. Может быть, она все еще любит его.
Все это только больше усложняло теперешнюю ситуацию. Встреча с Эсси после стольких лет разбудила страсть, которую Лайонел скрывал от нее, будучи подростком. Теперь он уже не играл в регбийной команде ее отца, а она больше не была слишком молодой. Но была все так же ранима, хотя сама не догадывалась об этом. Несколько поцелуев могли привести к часам или даже дням в постели. А если ей нужно нечто большее? Что тогда?
Женившись на ней, он сделал бы ее несчастной. Ни за что на свете ему не хотелось когда-либо увидеть в глазах Эсси такое же презрение, какое он видел в глазах Имоджен.
Его искушало желание войти в дом, снова прижать Эсси к себе и целовать ее нежные губы.
Но лучше не рисковать. Нужно держать свои желания под контролем и не распускать руки. А это означает только одно – ближайшие две недели будут сущим кошмаром.
4
«Никаких сожалений»? Звук этих слов эхом отдавался в ушах Эсси во время утренней пробежки. С каждым биением сердца, с каждым рывком ее тела назойливое эхо становилось все сильней. Прищурившись от солнца, она разглядела отметку последней мили дистанции.
Ты это сделаешь. Ты можешь это сделать. Одна миля. Всего одна миля, сказала себе Эсси. Она отбросила мрачные мысли и сосредоточилась на беге. Однако выкинуть Лайонела из головы не удавалось. Эсси попыталась не думать о нем, но его образ снова и снова вставал перед глазами.
Она вступала в отчаянную борьбу с этим назойливым образом, но ничего не могла с ним поделать.
Большую часть своей жизни Эсси провела, размышляя о том, каково это – целоваться с Лайонелом Нортом. В одиннадцать лет она мечтала о невинном поцелуе в щеку. В четырнадцать представляла себе романтическую сцену поцелуя из фильма. Но его вчерашние поцелуи оказались совсем не такими, как она ожидала. Они не были невинными и романтическими. Эсси никогда не мечтала о том, чтобы его пальцы грубо сжимали ее кожу, а влажные горячие губы алчно прижимались к ее губам.
Эсси до сих пор не верилось, что Лайонел поцеловал ее. Не верилось, что он прервал этот поцелуй. Не верилось, что он просил за него прощение. Его образ преследовал ее всю жизнь.
Весть о помолвке Лайонела с Имоджен чуть не убила ее. Лайонел приглашал Эсси на свою свадьбу, но она не приехала. Хотя собиралась.
Заранее сообщила, что будет, выбрала платье и отменила назначенное на этот день свидание. А потом, за несколько часов до выхода из дома, притворилась, что съела что-то, позвонила и предупредила, что на торжество не приедет.
Эсси предпочла не видеть, как мальчик, в которого она была влюблена почти всю жизнь, женится на другой. Вместо этого она целый день провалялась в своей комнате под пуховым стеганым одеялом, ела сливочную помадку, глотала слезы и смотрела старые фильмы.
А три месяца спустя Саймон Мэрфи сделал ей предложение, и она сказала «да». Если не считать двух коробок сливочной помадки, съеденных за один раз, это было самой большой глупостью в ее жизни. До сегодняшнего дня при мысли о повторном браке у нее ныло в желудке.
Не то чтобы она винила во всем случившемся Лайонела. Нет. Она сама повела себя глупо.
Несомненно, он был главным экспонатом в своеобразном музее ее разбитого сердца. В списке «плохих» парней, которые когда-либо заставляли ее страдать, он шел сразу за ее никудышным мужем. Лайонел был источником всех ее сердечных мук. И никому, кроме него, не удавалось так глубоко запасть ей в душу, так прочно обосноваться в ее сердце.
Всякий раз, когда Саймон, не предупредив, задерживался где-нибудь допоздна или забывал о ее дне рождения, Эсси думала: Лайонел никогда бы так не поступил. Всякий раз, когда Эсси слышала мерзкую отрыжку мужа за обеденным столом или заставала его мерно посапывающим возле телевизора с недопитой банкой пива в руке, она думала: а вот Лайонел бы повел себя как джентльмен. Но хуже всего было то, что, когда Саймон не удовлетворял ее в постели, достигая оргазма слишком быстро и не дожидаясь, пока она тоже получит удовольствие, Эсси думала: а вот Лайонел наверняка был бы лучшим любовником.
Она знала, что от таких мыслей только хуже.
Мечтать о Лайонеле при живом муже было просто непорядочно. В глубине души она понимала, что это так же разрушает ее брак, как и свинское поведение Саймона. Но она была не в силах вычеркнуть Лайонела из своего воображения.
Снова и снова знакомое чувство разочарования жизнью закрадывалось в ее сердце. Эсси так не хватало Лайонела! Хотелось, чтобы он вновь вошел в ее жизнь и спас от кошмара. Чтобы увез ее далеко-далеко, в какое-нибудь экзотическое место, где бы они ночи напролет занимались любовью на пляже под звездным небом.
Эсси устала жить в мире своих фантазий, устала терзаться мыслями о том, что ее жизнь не удалась. Пришло время распрощаться с фантазиями и жить в реальном мире. И Лайонел ей в этом поможет.
Он пробудет здесь только две недели. Этого, конечно, недостаточно, чтобы проверить, рыгает ли он за столом и засыпает ли перед телевизором. И уж, понятное дело, у него не будет возможности забыть о ее дне рождения. Но зато у них будет уйма времени, чтобы заняться сексом. Откровенным, неудержимым, неистовым.
Теперь Эсси было все равно, каким будет секс.
Похоже, Лайонел вовсе не такой страстный и чуткий любовник, как она мечтала.
Вся эта история с Лайонелом походила на карточный фокус. Ее фантазии оказались всего лишь иллюзиями. Всего лишь ловкостью рук.
В детстве ее поражало, как искусно Лайонел проделывает эти фокусы. Но как только она сама научилась их показывать, то потеряла к ним всякий интерес. То же самое произойдет, когда она переспит с Лайонелом. Теперь ей остается только одно: затащить его в постель. Совратить мужчину своей мечты? Да пара пустяков!
Уступая своему утомленному бегом телу, Эсси перешла на шаг. Еще немного – и она окажется у входа в парк, а это совсем рядом с домом…
Миновав последний поворот дорожки, она увидела шедшего навстречу Лайонела.
Эсси остановилась, прижала руки к груди и наклонилась, чтобы отдышаться и набрать в легкие побольше воздуха. Сконцентрировавшись, она задышала носом, чтобы восстановить нормальное дыхание, и тут же ощутила запах собственного пота.
Она медленно выпрямилась, расправила плечи, заложила руки за спину и стала делать наклоны из стороны в сторону, чтобы расслабить мышцы.
Ну почему ей всегда так не везет? Вчера, когда Лайонел увидел ее в полотенце после душа, от нее хотя бы хорошо пахло. А сегодня от нее исходит резкий запах. Вряд ли Лайонелу захочется прикасаться к ее телу, а уж тем более целовать ее, когда по ней ручьем струится пот. Об этом и думать нечего. Придется отложить великое обольщение до вечера.
А Лайонел выглядел отлично – от носков кожаных мокасин до козырька бейсбольной шапочки. Одежда из грубого хлопка подчеркивала его фигуру.
Увидев Эсси, собака рванулась к ней, натянула поводок и потащила Лайонела за собой.
Через несколько секунд он уже стоял рядом.
– Привет… Не возражаешь, если мы к тебе присоединимся?
Она присела на корточки рядом с собакой, дала ей обнюхать свои пальцы, затем наклонилась и почесала ее за ухом.
– Нет. Не возражаю. – Как ни странно, ее голос звучал спокойно. – Я все равно собиралась пройти последнюю милю пешком.
Собака подалась немного вперед, закатила глаза и высунула розовый язык, затем завалилась на бок и подставила Эсси живот. Эсси охотно приняла предложение, запустила пальцы в нежную шерсть на груди собаки и принялась почесывать ее.
– Ты ей нравишься, – заметил Лайонел.
Эсси подняла глаза, внезапно осознав, что едва ли не валяется у него в ногах. Какое совпадение! Иногда ей казалось, что она всю свою жизнь провела вот так, припав к ногам идола по имени Лайонел Норт. Слава Богу, она наконец избавилась от этого раболепства.
Несмотря на то что ноги гудели от напряжения, Эсси встала. Хотелось думать, что мышцы ног дрожат только от физической нагрузки, а не от близости Лайонела. Но верилось в это с трудом.
Обиженная собака вскочила на ноги и стала тереться мордой о руку Эсси.
Тут что-то промелькнуло в кустах. Элси дернулась в сторону, рванув Лайонела за собой. Он был застигнут врасплох и отлетел на несколько шагов, но затем все же натянул поводок.
Таща за собой упиравшуюся собаку, покрасневший Лайонел вернулся к Эсси и едва слышно произнес:
– Белки…
– Что, что? – переспросила Эсси.
– Элси и здесь пытается охотиться на белок.
Никак не могу отучить ее от этой привычки.
– Она у тебя недавно, правда?
– Да. Как ты догадалась?
– После развода я целую неделю ходила в приют для бездомных животных, хотела взять себе котенка. Если бы Нина так не ненавидела кошек, я бы взяла сразу несколько котят. – С минуту она шли молча, а затем Эсси продолжила:
– Ясно как день, что ты купил собаку, чтобы тебе было с кем поиграть. Так почему ты с ней не играешь?
Лайонел посмотрел на Эсси как на сумасшедшую, а затем переспросил:
– Чтобы было с кем поиграть?
– Ну да. После развода внезапно приходит чувство подавленности. Становится одиноко.
Нужно, чтобы рядом был друг. И тогда ты заводишь себе любимца, который занимает место утраченной половины.
– Но я уже взрослый. Мне не нужно играть.
– Лайонел, это необходимо даже взрослым.
– Серьезно?
– Да. – Боже, какой вздор… Да, нечего сказать, прирожденный мастер совращения! Эсси решила, что пора сменить тему, и приступила к делу:
– А почему ты все-таки решил, что тебе нужен женский совет?
Лайонел нахмурился и после колебания ответил:
– Перед тем как Имоджен бросила меня, она сказала, что я ни черта не понимаю в женщинах.
– И ты хочешь знать, как поступить в такой ситуации? Имоджен оскорбляет тебя, а тебе нужен совет? – Она чуть было не рассмеялась. Так вот – плюнь и разотри.
– Это не так-то просто. Она знает меня лучше, чем кто бы то ни было.
– Когда люди разводятся, они говорят друг другу гадости. Я своего бывшего супруга называла планктоном. Но это же не означает, что он и правда одноклеточный и не может размножаться половым путем.
– Я бы охотно согласился с тобой, но практика показывает обратное.
Эсси издала нечто вроде кашля, чтобы скрыть смех, и переспросила:
– Практика показывает?
Лайонел кивнул и серьезно произнес:
– Определенные события в моей жизни свидетельствуют, что, возможно, Имоджен права.
Я не в состоянии сделать женщину счастливой.
Эсси уставилась на него. Заявление, что он не может сделать женщину счастливой, просто смехотворно. Находиться рядом с ним – уже счастье. И Эсси была уверена, что сотни женщин испытывали бы на ее месте то же самое. Но по лицу Лайонела было видно, что он говорит серьезно. Поэтому одного заверения, что любая женщина мечтает о таком мужчине, как он, явно недостаточно.
– Ладно, Лайонел. Расскажи подробнее. Что именно показывает твоя практика?
– Ну, например, Нина не хотела, чтобы я приезжал. Наверно, она не желала меня видеть.
– Да перестань, у Нины в последнее время было по горло работы. Это вовсе не означает, что она не желала тебя видеть. Просто была чертовски занята.
– Конечно.
– Я говорю так не для того, чтобы тебя успокоить. Это правда. Я ведь живу с ней, не забыл?
– Ну…
Эсси внимательно посмотрела на Лайонела и с удивлением заметила смущение на его лице.
– Что еще? – продолжала выпытывать она.
– Фрида, мой секретарь, уволилась.
– Так найди другого секретаря.
– Я не хочу другого. Фрида работала у меня больше пяти лет. К тому же если я плохой босс и не знаю, как вести себя с подчиненными, то наем новой секретарши не решит проблемы.
– Чем конкретно ты занимаешься?
– Я консультант.
– И какого характера консультации ты даешь?
– Я имею дело с небольшими фирмами. В основном с компьютерными компаниями, но не только. Там работают очень умные люди, профессионалы своего дела, однако у них нет предпринимательского чутья. Я помогаю этим компаниям повысить эффективность производства.
Но ничего не могу сделать без Фриды.
– Послушай, я уверена, что ты замечательный босс.
Лайонел приподнял бровь и окинул Эсси взглядом, в котором читалось явное сомнение по поводу ее права судить о его способностях как руководителя.
– Я никогда не встречалась с Фридой, так что это мое личное мнение. Я основываюсь на том, что знаю о тебе.
– И что же ты знаешь? – спросил Лайонел, не сводя с нее глаз.
Наверно, он шутит, подумала Эсси и украдкой взглянула на Лайонела. Господи, целого дневника не хватит, чтобы записать все то, что я знаю о нем. Так… Стоп… Она ведь вела дневник, когда ей было двенадцать лет.
Решив не тратить время на изложение интимных подробностей, Эсси вновь приступила к расспросам:
– С тех пор как Имоджен бросила тебя, сколько часов в неделю ты работал?
Лайонел пожал плечами.
– Не знаю. А что?
– Больше, чем до развода?
– Наверно, да.
– И ты наверняка требовал, чтобы Фрида тоже работала больше?
Лайонел помедлил с ответом.
– Могу поспорить, что так. В этом и есть твоя проблема. Если ты хочешь вернуть Фриду, то позвони ей, пообещай максимум сорок рабочих часов в неделю и прибавь неделю к отпуску.
Небольшое повышение жалованья тоже не повредит. Вот и все, проблема решена.
– Допустим. Но эта проблема не единственная.
– Хочешь сказать, что у тебя вообще проблемы с женщинами?
Он кивнул.
– Еще раз объясняю: Имоджен манипулировала тобой. Нельзя считать, что у тебя проблемы, только потому, что она так сказала.
– Даже тренер моей собаки ушла. Она сказала, что со мной невозможно работать.
– А вот это, может быть, и к лучшему. Твоей собаке не нужен никакой тренер. Ей нужен ты.
– Эсси, – произнес Лайонел с явным раздражением, – даже моя мать не перезванивает мне, когда я оставляю ей сообщения на автоответчике.
Эсси с трудом удержалась, чтобы не засмеяться. Ей это почти удалось.
– В данный момент твоя мать находится где-то в Тихом океане. Точно не помню.
– Не понял…
– Они вместе с твоей тетей Софи уплыли на острова Туамоту.
– Неужели?
– Да. – На этот раз она не сумела сдержать смех. – Ты же сам подарил им этот круиз на Рождество. Неужели не помнишь?
– Я…э-э…
– Догадываюсь. Все покупки к Рождеству делала Фрида, не так ли?
Лайонел застенчиво пожал широкими плечами.
– Вообще-то да. У нас так было заведено.
– Я уверена, что, когда твоя мама вернется, она обязательно тебе перезвонит. Думаю, ей будет о чем рассказать. – Черт возьми, помогать Лайонелу оказалось легче, чем она думала. Почти все его проблемы решились за один день.
Если бы Лайонел помог ей так же легко решить ее проблемы… Очень довольная собой, она продолжила:
– Конечно, тебе нужно уделять женщинам немного больше внимания. Но не надо переживать.
Большинство мужчин делает ту же ошибку. Приобрети кое-какие книги по психологии, которые могут помочь. Почитай на досуге что-нибудь вроде «Мужчины и женщины – два разных полюса».
Лайонел покачал головой.
– Если бы у меня было на это время, я бы не спрашивал у тебя совета.
Эсси укоризненно сдвинула брови.
– Если для тебя это действительно важно, ты найдешь время.
Лайонел приоткрыл рот, как будто хотел что-то ответить, но все же промолчал. Должно быть, он решил, что Эсси может его не правильно понять. Они дошли до конца беговой дорожки, и Эсси свернула к дому. Чувствуя небывалую уверенность в себе, она спросила:
– Ну, что еще? – Не услышав ответа, она обернулась и увидела, что Лайонел задумался и отстал на несколько шагов. – Что случилось?
Тебе нужно еще в чем-то помочь?
– Вообще-то у меня скоро день рождения…
Он чего-то недоговаривает. Чего-то очень важного.
Нина упоминала о том, что у него скоро день рождения. Ему должно исполниться тридцать три. После окончания школы прошло целых пятнадцать лет.
Лайонел сунул руки в карманы и безучастно смотрел себе под ноги.
– Я не хочу дважды повторять одни и те же ошибки, – сказал он.
Эсси подумала о своих ошибках и молчаливо согласилась с Лайонелом. Ни о чем не жалеть, конечно, хорошо, но не совершать ошибок – еще лучше. И тут все стало на свои места. Близящийся день рождения Лайонела, его одержимость, пятнадцать лет, прошедшие со дня окончания школы… Она передумала идти к дому и сказала Лайонелу:
– Дай-ка мне свой бумажник.
– Что?
– Что слышал. Дай свой бумажник.
– Ты издеваешься надо мной?
– Быстро! – прорычала она в ответ.
Лайонел от удивления поднял брови, но все же полез в карман, вытащил бумажник и молча протянул его Эсси.
Одним движением руки она ловко открыла мягкий кожаный бумажник и, не обращая внимания на наличные и кучу желтых квитанций, добралась до отделения, где он хранил кредитные карточки.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?