Читать книгу "S-T-I-K-S. Шпилька-4. Боги Стикса"

Глава 13. Цифрам ты не нравишься

Уничтожен потенциальный заражённый. Уровень – ноль. Вероятность получения ценных трофеев – ноль процентов. Получено четыре очка к прогрессу физической силы. Получено одно очко к прогрессу ловкости. Получено три очка к прогрессу скорости. Получено два очка к прогрессу выносливости. Получен штраф – минус два очка к гуманности.

Внимание, ваша шкала гуманности стала отрицательной. С пониженной гуманностью вы будете привлекать излишнее внимание со стороны окружающих и получать меньше опыта. Гуманность снижается при нападении на мирных жителей и игроков, не причинивших вам значительного урона и не представлявших угрозы.

– Я же предупреждал, – без какого-либо укора проронил Жнец, глядя на бездыханное тело владельца лавки и растекающуюся под лысой пробитой головой лужу крови.

– Сам бы тогда и занялся, – огрызнулся Шайтан, держась обеими руками за правый бок. – Откуда мне, ш-шайс-се, было знать, что здоровяк окажется не просто воякой, а только-только вышедшим на пенсию морпехом?

Убивать владельца лавки Шайтан не планировал. Но, когда тот с удивительной для его комплекции быстротой отреагировал на бросок майора резким разворотом и левым боковым в печень, стало понятно, что противник попался серьёзный, и полумерами тут не обойтись. К морализаторству и излишнему гуманизму Шайтан склонен не был, убивать себе подобных не то чтобы любил, но и не считал чем-то из ряда вон выходящим. А потому, словив удар, от которого перед глазами поплыли чёрные круги наперегонки с текстом, сообщающим о каких-то там полученных негативных эффектах, решил действовать наверняка.

В итоге лысый здоровяк теперь медленно остывал на полу собственного оружейного магазинчика, а Шайтан, морщась от боли в боку, искал, чем бы вытереть измазанные кровью противника руки.

Найдя промасленную тряпицу, Шайтан принялся оттирать ладони. Потом бросил быстрый взгляд на одежду и смачно выругался – тут делу могла помочь только прачечная, и то не факт.

– Да галимое ж ты дерьмо!

Жнец, глядя на майора, сохранял нейтральное выражение лица. Складывалось впечатление, что ему было глубоко наплевать, как Шайтан будет решать свои проблемы. Вся функция этой невероятно реалистичной цифры, утверждавшей, что она – копия копии, – похоже, заключалась только в раздаче советов, выполнить которые было куда как непросто.

– На твоём месте я бы поискал, во что переодеться, – не изменил своему спокойствию он. – Цифры обычно не обращают внимания на внешний вид игроков. Но с учётом того факта, что твоя гуманность только что понизилась до низкой отрицательной, могут заметить следы крови...

– И что они сделают? – ухмыльнулся Шайтан. – Нападут?

– Зависит от многих факторов. Скорее всего, вызовут полицию...

– Ага, я прям испугался!

– ...а она попросту пристрелит тебя при попытке к бегству, посчитав особо опасным преступником. И ты потеряешь ещё одну жизнь.

Озвученная Жнецом перспектива Шайтану совсем не понравилась. Опять начинать с начала, с собеседования в «New Gen»? Ну уж чёрта с два! Даже ради ещё одной возможности послать Бриске возвращаться туда Шайтан был не намерен. Это в этот раз ему удачно подвернулся бронированный седан иностранного представителя. А в следующий, может, придётся всё это расстояние шлёпать пешком с огромным шансом не успеть.

Нет, так рисковать Шайтан не был готов, поэтому, стиснув зубы, отправился искать, во что переодеться. Магазин для этой цели был не профильный, но кое-что отыскать удалось довольно быстро.

Пропахшая потом клетчатая рубашка оказалась велика настолько, что в неё поместились бы сразу три Шайтана. Но она хотя бы уверенно висела на плечах и не пыталась никуда сползти. А вот штаны аналогичного размера отказались сотрудничать с майором даже после того, как он до максимума затянул вдетый в шлёвки собственный ремень.

– Сойдёт и так, – проиграв борьбу со штанами владельца лавки, процедил сквозь зубы Шайтан и влез обратно в свои.

Рубашку выпустил поверх, прикрыв её полами большую часть кровавых пятен. Проходя мимо стеклянной витрины, намеренно отвернулся, чтоб не видеть собственное отражение. И занялся подбором оружия.

Процесс немного улучшил настроение, после переодевания валявшееся в обмороке где-то в районе плинтуса. Ассортимент подвального магазинчика впечатлял. Были тут и охотничьи карабины разнообразных калибров, и помповые ружья, и даже снайперские винтовки вполне себе армейских моделей, обычно недоступных для гражданских лиц. Вдобавок ко всей этой радости имелся и обширный выбор пистолетов, начиная от гражданских газовых и заканчивая опять же военными образцами. Вишенкой на торте были прицелы всех видов и конструкций, тактические фонари и даже подствольный гранатомёт.

– Что порекомендуешь? – растерявшись от обилия, обернулся к молчаливому Жнецу Шайтан.

– Эту, например, – пошевелился неподвижно стоявший до этого Жнец и кивнул в сторону висящей на стене Heckler und Koch HK G28. – Облегчённая, с заранее установленным прицелом, коробчатый магазин на двадцать патронов, и калибр относительно ходовой, семь-шестьдесят два на пятьдесят один. Эффективная дальность по ростовой мишени – до восьмисот метров. Против не особо развитых заражённых – самое то. К ней подбери пистолет – это уже от людей и ещё не изменившихся тварей.

Шайтан перелез через прилавок и потянулся к указанной винтовке. Подержал в руках, приложил к плечу. Удобная. И действительно лёгкая для этого класса оружия, можно даже с рук стрелять, хоть и не на заявленные восемьсот метров. Пожалуй, такая возможность будет поважнее дальности – где, в конце концов, в городской застройке отыскать заражённого за восемьсот метров, да ещё такого, что будет ждать, пока стрелок разложит сошки и приготовится.

Отложив винтовку, Шайтан отправился на поиски боеприпасов. Снова перелез через прилавок, покопался в карманах уже остывшего здоровяка и, вооружившись связкой ключей, отправился вскрывать сейфы.

Спустя полчаса он был готов к выходу. Винтовка покоилась в неприметного вида чёрном кофре, заряженная и полностью готовая к бою. Там же уютно устроились набитые запасные магазины в количестве четырёх штук и два десятка заполненных патронами коробок. В поясной кобуре, удачно спрятанной под безразмерной рубашкой владельца лавки, притаился Sig Sauer P365 с двенадцатизарядным двухрядным магазином, разумеется, тоже полным. Ещё два запасных магазина Шайтан рассовал по карманам, а в чехол с винтовкой кинул несколько пачек запасных патронов.

Помимо пистолета, под рубашкой укрылись и ножны с добротным армейским ножом.

– Готов? – уточнил Жнец, когда майор закинул на плечо чехол с винтовкой.

Шайтан кивнул и первым направился к выходу.

За время, проведённое в магазине, атмосфера на улице неуловимо изменилась. Когда Шайтан только подъехал сюда, цифры вели себя спокойно и изображали обыденную жизнь. Теперь они тревожно спешили прочь от центра города, словно чувствовали надвигающуюся на них опасность.

Реакция их на Шайтана тоже стала другой. Раньше они не обращали на него никакого внимания, теперь же каждый первый косился на майора с подозрением и опасливо старался держаться в стороне.

– Постарайся не привлекать к себе излишнего внимания, – посоветовал Жнец. – Веди себя так же, как они.

– Машину хоть водить можно? – криво усмехнулся Шайтан и, не дожидаясь кивка Жнеца, направился к седану.

Щёлкнул кнопкой брелока, отвечающего за сигнализацию, и седан отозвался коротким миганием аварийки. Несколько ближайших цифр приостановились, разглядывая приметную машину.

– Даже не надейся! – предупредил Шайтан Жнеца, заметив его неодобрительный взгляд. – Где я тебе другую возьму?

Хотя и сам понимал – его внешний вид и раньше не очень-то соответствовал транспортному средству. Что уж говорить про сейчас?

Тем не менее, от бордюра Шайтан отъезжал осторожно, как и положено законопослушному бюргеру. Внимание цифр ему категорически не нравилось. Из-за него майор чувствовал себя героем фильма «Матрица», где худая бледнокожая брюнетка, чьего имени он не помнил, играла роль избранной, и на неё тоже постоянно косились почти такие же цифры, как и тут.

Глава 14. Заброшенная деревня

Никакой городской застройки рядом с башней не оказалось. Имелась деревенская, но такого заброшенного вида, что с первого взгляда было понятно – тут уже давно никто не живёт.

Сама башня вблизи выглядела откровенно жалко. Когда-то она была выкрашена в красный цвет, но со временем краска выцвела и приобрела грязно-розовый оттенок, а местами так и вовсе отвалилась, явив миру обшарпанный кирпич. Стены башни были увешаны проржавевшими тарелками спутниковых антенн, между которыми виднелись какие-то ржавые коробки, в которых, по всей видимости, имелась электронная начинка.

Предназначение башни Шпилька понять так и не смогла. Заглянула в пару домов, не древних, периода позднего Союза, но обнаружила только разруху – деревня была заброшена уже давно. Но башню, судя по обвесу из вполне современных антенн, продолжали использовать ещё довольно долго после того, как местные жители покинули свои дома.

Ещё одной странностью было отсутствие обглоданных скелетов и вездесущего запаха разложения, что свидетельствовало о том, что деревня прилетала сюда уже в таком вот заброшенном и безлюдном состоянии. Впрочем, это-то как раз было Шпильке на руку – заражённых в таком месте днём с огнём не сыщешь, да и людям, как игрокам, так и цифрам, делать тут в большинстве случаев нечего. Так что место, чтоб отлежаться пару дней и разобраться с интерфейсом меню, вполне подходящее. Минус у него только один, и вытекает он, кстати, из плюса. Нет заражённых – нет споранов. Нет споранов – и шкала спорового баланса начнёт падать. А это не есть хорошо. Спорового голодания Шпилька пока не испытывала, но кто знает, может, на Континенте оно и вовсе не имеет никаких признаков типа сушняка и головной боли. Зато точно имеет какие-то негативные последствия, иначе этой шкалы вообще бы не было.

Так что безопасность безопасностью, а об охоте на заражённых надо бы крепко подумать. А так же о способах этой охоты, поскольку из оружия у Шпильки пока имеется только лопата, которой особо не намашешься. Да и лёжку подготовить не помешает. Место, может, на вид и не интересное, но кто сказал, что ей одной такое нужно?

Прикинув порядок собственных действий, Шпилька принялась планомерно обходить дома. Еду особо не искала, хотя в одном подполе обнаружила пару банок с солёными помидорами неизвестного срока годности. В соседнем подворье, в полуобвалившемся сарае, удалось обнаружить ржавый, но вроде бы рабочий капкан. Прихватив его с собой, Шпилька продолжила осмотр деревни.

Ближе к вечеру она, наконец, выбрала подходящий для ночёвки дом с небольшими по размеру заколоченными окнами и оснащённой засовом толстой дверью. Тщательно осмотрела его и сад, расположенный с задней стороны. И, разумеется, сделала кое-какие приготовления на всякий пожарный.

Когда все необходимые дела были завершены, Шпилька притащила одну из двух найденных банок с помидорами и, усевшись на старый, продавленный диван, вскрыла её.

Попробовала содержимое и сама не заметила, как съела сразу половину. Испугалась – а вдруг ботулизм? Потом расслабилась – всё равно уже налопалась, да и запах вроде как был нормальный. Доела остатки помидоров, благополучно воздержавшись открывать вторую банку. Из рюкзака вытащила консервированную фасоль, вскрыла, накормила Лайму. И только после этого, снова усевшись на диван и чувствуя себя полной дурой, вслух сказала:

– Меню.

Перед глазами тут же появилась большущая таблица, занявшая собой всё обозримое пространство, и Шпилька при виде количества ячеек запаниковала – как можно во всём этом разобраться?

В одном столбце таблицы красовались надписи типа «Выносливость», «Скорость», «Ловкость», «Физическая сила» и многие другие, напротив них – прямоугольные рамки, причём некоторые оказались частично заполнены. Ещё были цифры, видимо, обозначавшие количество набранных очков. Припомнив таблички, возникавшие перед глазами после убийств заражённых, и сравнив их с этими цифрами, Шпилька вывела некоторую закономерность. Поизучала шкалу спорового баланса, заполненную уже не на девяносто, а на восемьдесят пять процентов, и прикинула срок, за который ей надо разжиться споранами. Удивилась, обнаружив в самом низу шкалы сытости, жажды и удовольствия, заполненные каждая примерно на две трети.

Методом научного тыка обнаружила, что все строки можно перемещать. Все более-менее понятные показатели передвинула на самый верх, чтоб в любой момент иметь возможность их проконтролировать. И с чувством выполненного долга завалилась спать.

Лайма, наотрез отказавшаяся есть консервированные помидоры, но до блеска вылизавшая банку фасоли, внаглую забралась к хозяйке на диван и устроилась в ногах. Шпилька прогонять собаку обратно на пол не стала.

Проснулась она от необъяснимого чувства острой тревоги. Несколько минут лежала неподвижно, прислушиваясь к ночной тишине и глядя в потолок. И только после этого обратила внимание на отсутствие Лаймы.

Овчарка напряжённо сидела рядом с окном, навострив уши, и к чему-то внимательно принюхивалась. И от её вида Шпильке окончательно стало не по себе.

Тихо встав с дивана, она прокралась к собаке и присела рядом. Сначала не увидела в ночной темноте ничего, а потом...

Выглядело это как шевеление зарослей из кустов на противоположной стороне деревни, на дороге, ведущей к башне. Но, приглядевшись, Шпилька заметила, что шевеление имеет некоторую ярко выраженную периодичность, не похожую на естественное покачивание ветвей под ветром. Скорее – на движение колонны однообразного транспорта по дороге. И целью этой колонны была башня.

Порадовавшись, что сама до наступления темноты до башни не добралась, Шпилька покосилась на Лайму и едва слышно прошептала:

– Как думаешь, по наши души? Или им башня чем-то приглянулась?

Овчарка, разумеется, не ответила, только выразительно обнажила зубы в не предвещающем ничего хорошего оскале.

– Тогда попробуем затаиться. Вдруг пронесёт.

На всякий случай прихватив лопату, Шпилька отправилась в сени, где находилась приставленная к стене лестница, сколоченная из деревянных брусков. Над лестницей виднелся открытый люк на чердак, который бывшие хозяева дома, видимо, попытались переделать в полноценную мансарду, но то ли не осилили, то ли передумали и бросили задумку на половине пути. Тем не менее, полы на чердаке были добротные и не скрипучие, а в одном из небольших окон даже имелось целое, пусть и потрескавшееся стекло.

Устроившись около второго окна, Шпилька принялась наблюдать за направлявшимися к башне транспортными средствами, благо, луна на Континенте светила достаточно ярко.

Двигались они, что удивительно, в полнейшей тишине. Ещё в Улье Шпильке довелось покататься на электромобиле и оценить все преимущества отсутствия шума, производимого двигателем внутреннего сгорания. Но даже такой вид транспорта не мог обеспечить той идеальной тишины, которая царила вокруг сейчас. В конце концов, должен же слышаться хотя бы элементарный шорох колёс по асфальту или, как тут, гравию, но нет – транспорт двигался так, словно был не колёсным, а на какой-нибудь воздушной подушке.

Но если так, то у Шпильки вот-вот могут нарисоваться проблемы покрупнее, чем недавние рейдеры-недоучки или сожравшая их элита. Потому что если предположение о принципе перемещения транспорта верно, то наверняка у его владельцев есть и другие высокотехнологичные штуки, например, для обнаружения нежелательных свидетелей.

А могут ведь и иммунные с Даром сенса найтись! Тогда вообще пиши пропало!

Шпилька похолодела и сжала черенок лопаты так, что побелели пальцы. Пока, правда, на дом, где они с Лаймой нашли укрытие, никто внимания не обращал. Транспорты двигались друг за другом, и их целью явно была башня. Интересно, зачем она им? Хотят подать какой-нибудь сигнал? Кому?

Транспорты тем временем добрались до башни и, рассредоточившись вокруг неё, остановились. Секунду ничего не происходило, а затем из них повалили люди. Они со знанием дела группами по трое-четверо рассредоточились вокруг башни и заняли наблюдательные позиции. Некоторое время ничего не происходило, а затем из транспортов пошла новая волна. Эти двигались уже по двое и тащили внутрь какие-то длинные и, видимо, тяжёлые ящики.

Незваные гости Шпильке очень не понравились. Кто они? Рейдеры вроде тех, которых она встретила в Москве? Муры? Какие-нибудь местные вояки? Чёрт их разберёт, но ещё с Улья Шпилька намертво запомнила одну простую вещь – вооружённых чужаков, явно занятых каким-то важным делом на территориях стандартных кластеров, надо всеми силами избегать. Потому что, во-первых, для них она сама и есть чужая. А во-вторых – она каким-то образом оказалась там, где уже пролегает зона их интересов, а значит – разговаривать с ней будут только после того, как обезопасят не самым гуманным методом. И разговор этот Шпильке не понравится совершенно точно.

Да и вообще не факт, что разговаривать станут. Могут ведь и попросту пристрелить. Для надёги, так сказать.

В общем, надо как-то очень быстро отсюда свалить. И главное – сделать это максимально тихо.

Глава 15. Граница

Как бы Шайтан не старался вести себя как все, цифры всё равно постоянно обращали на него внимание. И ладно бы просто смотрели, так нет – постоянно подрезали, совершенно бессовестно выжимали из нужного ряда, сигналили на светофорах и пытались через открытое окно обкладывать трёхэтажным матом. В общем, вели себя по отношению к майору максимально агрессивно, разве что в драку пока не лезли.

Шайтан, понимая, чем грозит соответствующая реакция с его стороны, сцепив зубы, терпел все выходки безмозглых цифр. Жнецу, вольготно рассевшемуся на переднем пассажирском сиденье, судя по виду, было на происходящее глубоко наплевать. Что, впрочем, не удивляло после того, как выяснилось, что и он – тоже цифра, только намного более проработанная, чем другие.

Кстати, не очень понятно, зачем он тут вообще, этот Жнец? Какие цели преследует? Почему сопровождает и подсказывает, почему сам ничего при этом не делает? Да и какая ему в этом выгода, раз он – цифра, пусть и имеющая в своей основе разум и память реально существовавшего некогда человека?

М-да, эти вопросы, пожалуй, придётся задать вслух. Не прямо сейчас, конечно, чуть позже, когда они выберутся из города.

Размышления Шайтана были прерваны воем сирены. Бросив быстрый взгляд в зеркало заднего вида, майор заметил севшую ему на хвост полицейскую машину. И возмущённо стукнул ладонью по рулю:

– Свали, урод! Ты что, флажки не видишь? Или никогда не слышал о дипломатической неприкосновенности?

– Возможно, прежний владелец заявил об угоне, и машина уже находится в розыске, – резонно предположил Жнец.

Шайтан, хоть и не ответил ничего, внутренне вынужден был согласиться с собеседником.

– А проверить это по своим, цифровым каналам ты как-нибудь можешь? – на всякий случай спросил он.

– Я что, похож на сервер базы данных Континента? – скупо усмехнулся Жнец и тут же снова посерьёзнел. – Нет, все цифры тут сами по себе. Большинство довольно ограничены в своих алгоритмах, заточенных на имитацию человеческой деятельности с последующей потерей разума и превращением в заражённых. Есть более высокоорганизованные, вроде меня – такие, кстати, тоже считаются иммунными, и отличить нас от игроков довольно сложно. Кроме того, мы обладаем собственной волей и не зависим от Системы. Но всем остальным управляет она, и только она. И продолжит, если вам со Шпилькой удастся то, ради чего вы сюда отправились.

– В смысле – отправились? – обомлел Шайтан и от неожиданности чуть было не въехал в крыло очередного подрезальщика. – Ш-шайс-се, я тут что, ещё и добровольно оказался?

– Скажем так, с учётом твоего прошлого ты счёл это более выгодным для себя вариантом, – снова не удержался от усмешки Жнец.

– Дурак был, – с болью в голосе протянул Шайтан.

Полицейскому, преследовавшему угнанный Шайтаном седан, на страдания майора было наплевать. Не сумев обойти его, чтоб прижать к бордюру, страж порядка решил включить громкую связь.

– Остановите машину! – недвусмысленно потребовал он.

– Вот разбежался, мля! – открыв окно, крикнул Шайтан. – Сначала догони!

И вдавил педаль газа. Водить как заправский пилот «Формулы-1» майор, как уже выяснилось, умел, хоть и не помнил обстоятельств, при которых научился этому. Полицейский подобного опыта явно не имел, поэтому, когда бронированный седан резко вильнул на встречку, проигнорировав двойную сплошную, проскочил между двумя отчаянно загудевшими клаксонами машинами, чудом не задев ни одну, и свернул на узкую пешеходную улочку, слегка обалдел и не придумал ничего лучшего, как просто остановиться.

Шайтан же, не обращая внимания ни на отчаянно оравшего что-то полицая, ни на визжащих и разбегающихся в стороны людей, ни на выставленные прямо на асфальт плетёные столики летних кафе, гнал по улочке.

– План по непривлечению внимания ты с треском провалил, – с усмешкой покосился на него Жнец.

– Ты шире лыбься, цифра галимая, – разозлившись, резко бросил в ответ майор. – Толку от твоих комментариев, юморист хренов! Лучше бы реальным чем помог!

– Само моё присутствие – уже большое преимущество, – резонно и совершенно безэмоционально возразил Жнец. – Любой новичок на Континенте с радостью отдал бы одну, а то и две жизни за ту информацию, которую я тебе сообщил.

Шайтан, занятый маневрированием по узкой улочке, не придумал, что ответить, и решил просто промолчать.

Всё-таки мутный какой-то этот Жнец. По поводу информации он, наверное, прав – самостоятельно Шайтан с его прохудившейся памятью докапывался бы до сути происходящего намного дольше и гораздо более дорогой ценой. Но оставалось непонятным, зачем он, враг, пусть и бывший, вообще эту информацию предоставляет. И, при этом, никакой практической помощи не оказывает.

– Здесь поверни, – как ни в чём не бывало, проронил Жнец.

Шайтан послушно выкрутил руль, и бронированный седан вкатился в какой-то настолько узкий переулок, что едва не лишился боковых зеркал. Проехав по нему метров сто, Шайтан снова повернул, на этот раз оказавшись на вылетной многополосной магистрали. Уже не думая о том, как не привлекать внимания, втопил педаль газа и понёсся вперёд. Но уже через пару километров упёрся в глухую пробку.

– Ш-шайс-се, что ещё?!

– Граница кластера, – тут же подсказал Жнец и добавил:

– Дальше советую пешком.

Какую бы антипатию не вызывал он у Шайтана, майор счёл за лучшее прислушаться. Прямо посреди дороги вышел из машины, оставив двигатель заведённым. Забрал с заднего сиденья кофр с винтовкой. Сделал шаг по направлению из города и только тут заметил, что Жнец куда-то запропастился.

От неожиданности Шайтан остановился. Вернулся к машине, обошёл её по кругу, заглядывая в окна и спиной чувствуя недружелюбные взгляды законопослушных бюргеров, не смеющих покидать свои транспортные средства посреди автострады.

– Твою!

Исчезновение таинственного врага окончательно выбило Шайтана из колеи.

– Хоть бы сказал, куда дальше двигать, – себе под нос хмуро пробурчал майор.

Впрочем, стоило ожидать подлянки, бывший враг, самовольно набившийся Шайтану в провожатые, изначально вызывал чувство недоверия. Видимо, не зря. Что ж, с этого момента майору придётся рассчитывать только на самого себя. Да и ладно! Он вооружён, а это дорогого стоит вообще-то. Разберётся!

Эти мысли были больше похожи на попытку самоуспокоения, но Шайтан всё равно был не из тех, кто долго переживает. Поправив лямку кофра, он сплюнул, крепко выругался и всё-таки направился к началу пробки, лавируя между чадящими машинами. Спину ему по-прежнему сверлили недружелюбные взгляды цифр, но майор старался не обращать на них внимания. Скоро он покинет этот сумасшедший город, а там...

«Там» поразило Шайтана до глубины души. Причину возникновения пробки он увидел, пройдя пешком около пары километров до моста над бурной и не очень чистой рекой. С той половиной моста, которая вырастала из автострады, всё было в порядке. А вот вторая... попросту отсутствовала. И именно у края первой половины, гладкого, как стекло, и начиналась пробка.

Тут уже много было тех, кто вылез из машины и с удивлённым видом таращился на обрыв. Одни снимали видео на телефоны, вторые безуспешно пытались дозвониться до дорожных служб, третьи просто бродили по краю, не зная, что теперь делать.

Шайтан, дойдя до обрыва, долго задерживаться на нём не стал. Вернулся обратно к началу моста, перелез через невысокое бетонное ограждение дороги и снова направился к реке уже по заросшему сорной травой склону. На берегу чуть задержался, пытаясь по высоте камышовых зарослей и количеству ряски прикинуть глубину и силу течения. Вынул из кобуры пистолет, положил его в кофр. Туда же отправил и магазины из карманов. Разулся, поднял ботинки и кофр над головой и шагнул в воду.