Читать книгу "Снегурочка для повелителей"

Глава 4

Алиса

Первые несколько секунд я просто дышала. Глубоко, прерывисто, как рыба, выброшенная на берег. Воздух был густым, обжигающе теплым и пах… странно. Сладковатый дым, как от дорогих благовоний, смешивался с запахом раскаленного камня и чего-то дикого, звериного. Это не был запах гари или серы, как можно было бы ожидать от слова «Пекло». Это был сложный, плотный, почти осязаемый аромат. Сознание медленно возвращалось, собираясь по кусочкам, как пазл после взрыва. Детский сад. Утренник. Песня. Золотой свет. Падение. И… они.

Я сидела на чем-то твердом и прохладном, а они стояли передо мной. Два демона. Два настоящих, живых, дышащих демона. Мой мозг все еще отказывался в это верить, выдавая самые идиотские версии: массовый гипноз, скрытая камера, я ударилась головой и брежу. Но нет. Все было слишком реально. Тепло, исходящее от их тел. Взгляд – один колючий, изучающий, другой – пламенный, пожирающий. И эта аура… аура такой первобытной, животной силы, что по коже бегали мурашки.

Тот, что представился Зересом, только что спросил, не заплачу ли я. Заплакать? О, у меня была истерика на подходе, готовая вырваться наружу вместе с остатками новогоднего оливье. Но что-то внутри уперлось. Может, врожденное упрямство. Может, профессиональная привычка сохранять лицо перед двадцатью пятилетками, устроившими истерику из-за сломанной машинки. А может, просто шок был настолько глубоким, что эмоции отключились, оставив лишь холодную, ясную логику выживания. Я посмотрела на Зереса. На его могучие рога, на грудь, колесом, на руки, которые, без сомнения, могли разорвать меня на части без особых усилий. Он был воплощением грубой силы, непредсказуемости и… скуки. Да, именно скуки. Он смотрел на меня как на новую игрушку, которая вот-вот надоест.

Потом я перевела взгляд на Каэла. Он был другим. Стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, и его зеленые, с вертикальными зрачками глаза изучали меня с холодным, почти научным интересом. Он был опасен по-другому. Не силой кулака, а силой ума. Это читалось в каждом его жесте, в каждом взгляде. Он был тем, кто все это затеял. Мозговой центр этого безумия. Их динамика была очевидна даже за эти несколько минут. Огонь и Лед. Страсть и Расчет. Идиот и… не совсем идиот. И они заявили, что хотят праздник. Новый год. Меня, Алису Сергеевну, воспитательницу с трехлетним стажем, похитили два архидемона из другого измерения, чтобы я устроила им утренник.

Конечно. Почему бы и нет? В моей жизни и не такое случалось. Ну, не случалось, конечно. Но теперь вот – случилось.

Зерес предложил «показать владения». Я посмотрела на свои сапожки, от которых уже шел легкий дымок. Пахло паленой резиной. Великолепно. Умру от теплового удара в костюме Снегурочки. Ирония судьбы так себе. Я соскользнула со стола, стараясь не показать, как дрожат колени.

–Прежде чем куда-то идти, – сказала я, и голос мой прозвучал удивительно твердо, – нам нужны правила.

Оба демона замерли, смотря на меня с идентичным выражением лица: «Она еще и говорит?».

– Какие еще правила? – проворчал Зерес, сделав шаг ко мне. Жар от его тела был почти физическим барьером.

– Во-первых, – я подняла указательный палец, чувствуя себя полной дурой, но отступать было некуда, – правило личной неприкосновенности. Вы меня не едите. Не пытаетесь зажарить, запечь, принести в жертву или как-то иначе повредить. Ни полностью, ни частично. Это базис.

Каэл приподнял бровь. Уголок его рта дрогнул.

–Продолжайте. Невероятно занимательно.

– Во-вторых, – я подняла второй палец, – Вы обеспечиваете мне условия, пригодные для выживания. То есть, обувь, которая не плавится, и температуру, при которой я не превращусь в уголь. Я бесполезна вам в виде пепла.

– Разумно, – кивнул Каэл, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

– В-третьих, – Сердце колотилось где-то в горле, но я продолжала, – Вы объясняете, что именно вы понимаете под словом «праздник». Потому что я подозреваю, что наши с вами представления могут кардинально отличаться. Возможно, чаши полные крови. Тогда – я пас.

Зерес фыркнул, но выглядел скорее озадаченным, чем злым.

–А что у вас вместо крови?

– Шампанское. Ну, или детский сок. Смотря какой бюджет, – отрезала я. – И в-четвертых, и главных. Если я сделаю вам этот… праздник, вы меня отпустите. Домой. Обратно в детский сад.

Я произнесла это больше для проформы. Где-то в глубине души уже шевелилось холодное, крошечное понимание. Тот портал… он выглядел не как двусторонняя дверь. И сила, которую они проявили… они могли бы и не отпустить. Но пытаться надо.

Каэл и Зерес переглянулись. Между ними прошел какой-то безмолвный диалог. Потом Каэл повернулся ко мне.

–Правила приняты. За исключением последнего пункта. Мы его… обсудим после праздника. В зависимости от результата.

Это было не «да», но и не «нет». Максимум, на что я могла пока рассчитывать.

– Ладно, – вздохнула я, чувствуя, как адреналин начинает отступать, оставляя после себя пустоту и дикую усталость. – Тогда, пожалуйста, обувь. И экскурсия. Я в гостях, как я понимаю, и хотела бы знать, где находится туалет в этом… э… отеле.

Зерес разразился громовым хохотом. Каэл снова удивился.

–Туалет?

–Ну да. Белый друг человека. Малая нужда. Очко? – я уже почти не соображала, что говорю.

– У нас нет… такого, – сказал Каэл, смотря на меня так, будто я только что заговорила на мертвом языке.

–Вообще?!

–Мы… демоны, – объяснил он, как будто это что-то проясняло.

Вот черт. Придется включать в правила и этот пункт. Позже.

– Хорошо, – сдалась я. – Тогда просто обувь. Пожалуйста.

Зерес, все еще посмеиваясь, щелкнул пальцами. К моим ногам с легким шипящим звуком прилипла пара… чего-то. Это были сандалии, сплетенные из темной, похожей на кожу материи, но живой и теплой на ощупь. Подошва была твердой и прохладной. Я осторожно ступила. Пол больше не обжигал.

– Ну, вот и славно, – пробормотала я. – Теперь я похожа на Снегурочку на курорте. Веду.

Каэл жестом указал на арочный выход из библиотеки.

–Проходите, Алиса. Добро пожаловать в наши скромные владения.

Я сделала первый шаг. Потом второй. Сандалии тихо шлепали по горячему камню. Два демона шли по бокам от меня, как почетный эскорт, или как надзиратели. Мы вышли из библиотеки в огромный зал с колоннами, уходящими куда-то в красно-черный сумрак под потолком. Вдалеке текла река из огненной лавы, через которую был перекинут ажурный мост. В воздухе порхали какие-то светящиеся существа.

Это был не ад. Это было что-то другое. Дикое, могучее, пугающее и… безумно красивое. В своем роде. Другой мир, другие параметры. И я, Алиса, воспитательница, в самодельном костюме Снегурочки и сандалиях из кожи неведомой зверушки, шла по этому миру, ведомая двумя существами, которые смотрели на меня с голодным любопытством. Я сжала кулаки, чтобы они не тряслись – главное – начать. А там… посмотрим, кто кого будет развлекать.

Глава 5

Каэл

Она шла между нами, и на фоне монументальной, высеченной в камне вечности моего мира ее фигурка казалась хрупкой. Как драгоценная, невероятно сложная безделушка, занесенная ураганом в кузницу. Каждый ее нервный взгляд, брошенный на огненную реку, каждый сдержанный вздох при виде парящих в вышине исполинских обитателей этого мира – все это я фиксировал. Реакция на экстремально высокие температуры: повышенное потоотделение, учащенное дыхание. При этом – минимальные признаки паники. Любопытно. Реакция на Зереса: осторожность, попытка держать дистанцию. Взгляд скользит по мышцам, рогам, фиксирует потенциальную угрозу. Логично. Реакция на меня – неопределенная. Склонна вести диалог. Видит во мне меньшую, по ее мнению, угрозу. Ее физиология кричала о смертельной уязвимости, но ее дух отказывался ломаться. Она не рыдала, не молила о пощаде. Она вела переговоры. Выдвигала условия. Спрашивала про туалет. Абсурд.

Я вел ее через Зал Сфер, где сконцентрированная магия прошлого витала в виде переливающихся сгустков, ведущих между собой беззвучные, вечные диалоги. Она, завороженная, на секунду остановилась, наблюдая за их танцем.

–Что это? – прошептала она.

–Накопленная магия. Фоновый резонанс мироздания, – отмахнулся я. – Не обращайте внимания.

–Звучит как мой педсовет, – пробормотала она себе под нос, и я едва уловил смысл.

Сравнение величественной магии моего мира с каким-то сборищем смертных педагогов должно было возмутить. Но вместо этого мне стало любопытно. Что такое «педсовет»?

Зерес, идущий слева от нее, явно скучал. Его интерес к тонким материям был равен нулю.

–Смотри, Снежинка, – он указал на грохочущий в отдалении водопад из расплавленного обсидиана. – Красиво, да? Я там одного нахала как-то сбросил. Горячо было!

Алиса замедлила шаг.

–Это… метафора? – осторожно спросила она.

Зерес смотрел на нее с искренним непониманием.

–Что?

–Ничего, – она покачала головой и ускорилась, краем глаза косясь на него.

Я мысленно отметил, что субъект склонен искать рациональное объяснение даже самым очевидным проявлениям нашей природы. Механизм психологической защиты. Эффективно, но бесполезно.

Мы вышли на смотровую площадку, с которой открывался вид на Огненные Равнины – бескрайнее море магического пламени и тумана, где обитали огненные элементали и другие существа, рожденные от жара и хаоса. Они метались в вечном, безумном танце, подпитывая энергией этот мир. Алиса подошла к краю, вцепившись пальцами в каменную балюстраду. Ветер, горячий и насыщенный энергией, трепал ее белый парик. Она смотрела несколько минут, а потом обернулась ко мне. Лицо было серьезным.

–У вас тут… очень оживленно, – констатировала она. – И им всем не скучно, да?

Я был ошарашен. Не «О, боже, какой ужас!», не «Спасите!», а «оживленно» и «не скучно». Это был такой пронзительно человеческий, такой простой и такой неверный вывод, что он разбил все мои заранее подготовленные категории для анализа.

– Им здесь положено быть оживленными, – ответил я, подходя ближе. – Это их природа. Они – часть энергии этого мира. Хаотичная и неудержимая.

– С их точки зрения, наверное, весело, – она снова посмотрела на равнины, и в ее глазах было не ужас, а любопытство. Смешанный с легкой тревогой.

Я почувствовал странный диссонанс. Это было не по сценарию.

– Они такие, какие есть, – заметил Зерес, подходя с другой стороны и облокачиваясь на балюстраду так, что камень затрещал. – Сила. Чистая сила. Правила простые.

– Правила, – она повторила это слово задумчиво. – Да, вы любите правила. Я это уже поняла. – она посмотрела то на него, то на меня. -А вы здесь кто? Главные по этой… силе?

Повисла тишина. Зерес перевел дух, собираясь что-то выпалить, но я его опередил.

–Мы – часть этого мира, – холодно сказал я. – Одна из его управляющих сил. Мы обеспечиваем стабильность хаоса.

– О, – она кивнула, и по ее лицу было видно, как она выстраивает новую картину мира. – То есть вы… администрация. Директора этой гигантской энергетической станции.

Зерес фыркнул, но на сей раз в его фырканье послышалось что-то похожее на смех.

–Директора! Мне нравится! Я тогда – главный по генерации!

– А я – по распределению, – не удержался я, и уголки моих губ сами собой поползли вверх. Администрация энергостанции. Какое точное, и в то же время ужасно приземленное определение. Я, Повелитель Тлеющих Свитков, – бухгалтер магического хаоса.

Мое настроение, против моей воли, улучшалось. Эта женщина не вписывалась ни в одну модель. Ее мозг работал на какой-то иной логике, которая одновременно раздражала и притягивала. Она видела суть, минуя все ожидаемые слои ужаса и благоговения, и приписывала ей самые бытовые объяснения.

– Прохладно? – спросил я, заметив, что она потерла плечи. Ее костюм был до смешного неадекватен окружающей среде.

– Некомфортно, – она призналась. – У вас тут жарко, но как-то сыро. Сквозняки.

«Сквозняки». В эпицентре магического пламени. Я потер переносицу.

–Зерес, – повернулся я к напарнику. – Источник тепла. Небольшой. И стабильный.

Зерес с энтузиазмом потер ладонью. В его глазах вспыхнули огоньки.

–Сейчас, устрою костерчик!

– Не костер, – я остановил его. – Что-то контролируемое. Не пылающее.

Он нахмурился, но подчинился. Сконцентрировавшись, он сжал ладони, и между ними возник сгусток чистого, золотого пламени. Оно было ярким, горячим, но не обжигающим. Он сформировал его в идеальную сферу и протянул Алисе.

–Держи. Грейся.

Она с опаской протянула руки. Пламя мягко легло на ее ладони, не причиняя боли. Она ахнула, прижала теплый шар к груди.

–Ой! Спасибо! Как камин… только в руках.

Она улыбнулась Зересу. Искренне, с благодарностью. И я увидел, как его надменная, хищная маска на мгновение сползла, сменившись на растерянность. Он привык, что на его огонь реагируют страхом. А не благодарностью. Он промычал что-то невнятное и отвернулся, но я поймал на его лице редкое выражение – смущение. Вот оно. Неучтенная переменная.

Это была не просто смертная. Она всего за час внесла диссонанс в нашу отлаженную тысячелетиями динамику. Она заставила меня улыбаться ее глупым шуткам. Она заставила Зереса создавать источники тепла вместо разрушения. Она была опасна. Не своей силой. Своей слабостью. Своей человечностью. И самое ужасное, самое нелогичное, самое идиотское заключалось в том, что мне это начало нравиться. «Нужно усилить наблюдение, – механически подумал я, глядя, как она греет руки у подаренного Зересом пламени, а тот старается не смотреть на нее с глупой ухмылкой. – Субъект представляет потенциальную угрозу стабильности системы».

Но другая часть меня, та, что была не Хранителем Свитков, а просто Каэлом, смотрела на это и думала лишь одно: «Интересно, а на что еще она способна?»

Глава 6

Зерес

Черт возьми, а она ничего, эта Снежинка. Не сломалась. Не расплакалась. Не пыталась бежать. А ведь виды могли напугать кого угодно. Огненные равнины, где клубятся элементали, вечно голодные скальные псы, рыскающие в тенях, сам воздух, густой от магии и зноя. А она шла и смотрела. Глаза круглые, но любопытные. Как детеныш какого-то зверька, который еще не знает, что его могут съесть. Мне, если честно, было немного не по себе. Я привык, что от меня шарахаются. Кричат. Закрывают глаза. А эта смотрела. И задавала вопросы. Глупые, дурацкие, но вопросы. Про туалет! Я чуть не лопнул тогда. Каэл, ясное дело, сделал свое умное лицо, но я видел – ему тоже было смешно. А потом она выпалила про то, что мы – директора. Я сначала опешил. Я, Зерес, Повелитель Неугасимого Пламени, главный по генерации? Потом меня прорвало. Это было так нелепо и так метко, что лучше и не придумаешь. Да, я генератор. Я тот, кто дает свет и жару, кто двигает все это хозяйство. А Каэл – тот, кто все это упорядочивает, раскладывает по полочкам, чтобы ничего не разлетелось к чертям. Директора. Точнее не скажешь.

И ее улыбка… Когда она взяла тот шар пламени и улыбнулась. Не так, как улыбаются мне обычно – оскалом страха, попыткой задобрить. А просто. «Спасибо», сказала. И все. Искренне. У меня внутри что-то перевернулось. Непривычное чувство. Теплое и колючее одновременно. Я аж отвернулся, чтобы не видеть ее глаз. Глупости. Это же просто смертная. Хрупкая. Временная. Забава на вечер. Но когда мы повели ее дальше, в Грот Спящих Вулканов, я поймал себя на том, что иду между ней и краем тропы, хоть там и нет реальной опасности. Просто на всякий случай. И смотрю, не слишком ли ей жарко. Она же вся красная стала, потная. Как ракушка, которую вот-вот откроешь. Каэл что-то бубнил ей про геологию и магические тектонические плиты. Она кивала, но по глазам было видно, что ей тяжело. Дышит часто, губы пересохли.

– Эй, – я толкнул Каэла локтем, прерывая его лекцию. – Давай передохнем. А то твоя Снегурочка сейчас растает прямо у нас на глазах, и никакого праздника не будет.

Каэл посмотрел на нее и нахмурился, будто только сейчас заметил ее состояние.

–Ах, да. Простите. Я забыл об ограничениях.

Мы устроили ее на выступе прохладного темного камня, подальше от раскаленных потоков. Я присел напротив, на корточки, упершись кулаками в бока. Смотрел на нее. Маленькая. Мокрая. Парик съехал набок, и из-под него выбились темные влажные пряди волос. Настоящие. Они казались такими мягкими.

– Ну что, Снежинка, – сказал я. – Нравится у нас? Весело?

Она посмотрела на меня, и в ее глазах читалась такая усталость, что мне почти стало ее жалко. Почти.

–Очень… экстремально, – выдохнула она. – У вас тут нет чего-нибудь… ну, попрохладнее? Какого-нибудь озера? Или хотя бы душа?

– Озеро есть, – сказал я. – Расплавленного камня. Душ. – я хмыкнул. – Дождь из искр каждые полчаса в восточном крыле. Освежает.

Она простонала и закрыла лицо руками.

–Я сейчас расплавлюсь.

И тут меня осенила идея. Гениальная. Блестящая.

–Стой тут, – скомандовал я и, не дав ей опомниться, рванул прочь, оставив ее на Каэла.

Я помчался вглубь грота, к самой его дальней стене, где из трещин сочился не жар, а приятный, прохладный пар. Там росли хрустальные сталагмиты, впитывающие в себя излишки тепла. Я выбрал один небольшой, идеально гладкий, и отломил его у основания. Он был холодным, как лед, и приятно покалывал ладонь. Когда я вернулся, Каэл что-то показывал ей – маленькую иллюзию падающего снега. Она смотрела, улыбаясь слабой, уставшей улыбкой. Меня это почему-то задело.

– На, – я грубо сунул ей в руки хрустальный стержень. – Держи. Охлаждайся.

Она вздрогнула от неожиданности, потом ее пальцы сомкнулись вокруг кристалла. И на ее лице расцвела такая благодарность, такая чистая радость, что у меня перехватило дыхание.

–Ой! Какое облегчение! – она прижала прохладный кристалл к щеке, потом ко лбу, зажмурившись от удовольствия. – Спасибо, Зерес! Ты просто спаситель!

Каэл поднял бровь, наблюдая за этой сценой. В его взгляде читалось любопытство и что-то еще. Что-то вроде насмешки.

– Как трогательно. Зерес, приносящий облегчение, а не страдания. Мир перевернулся с ног на голову.

– Заткнись, – проворчал я, но беззлобно. Мне и правда было… приятно. Приятно, что я сделал что-то полезное. Не разрушил, а помог. Странное чувство.

Алиса сидела, прижимаясь щекой к кристаллу, и смотрела на меня. Теперь ее взгляд был другим. Не испуганным, не оценивающим. А… теплым. Таким же теплым, как тот шар пламени, что я ей дал.

– Ты ведь не всегда такой громила, да? – тихо спросила она. – Где-то внутри там должен быть парень, который знает, что такое быть нормальным.

Я фыркнул, смущенный ее прямотой.

– Я и есть нормальный. Для этого места. А твой мир он слишком мягкий. Скучный.

– Вам просто не показывали, как можно по-другому, – сказала она, как будто это была самая очевидная вещь на свете.

И снова этот диссонанс. Она говорила со мной не как с монстром, не как с силой природы. А как с… человеком. Парнем. Которому «не показывали».

Каэл наблюдал за этим молча, и я видел, как в его голове крутятся шестеренки. Он все анализировал, взвешивал. Мне это не нравилось. Я привык действовать, а не думать.

– Ладно, хватит валяться, – я поднялся, стараясь вернуть себе привычную грубоватость. – Покажем тебе самое интересное. Пещеры Сияющих Россыпей. Там не так жарко, зато красиво.

Я протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Она колебалась секунду, потом положила свою маленькую, прохладную ладонь в мою. Разница была разительной. Ее кожа была мягкой, почти хрупкой. Я боялся сжать пальцы, чтобы не сделать ей больно. Она встала, все еще держа в другой руке мой кристалл.

–Пещеры? – спросила она с опаской. – А там нет… ничего кусачего?

– Ничего, что бы я не мог разнести в клочья, – заверил я ее, и это была чистая правда.

Мы пошли дальше, и на сей раз она шла ближе ко мне, а не к Каэлу. И я поймал себя на том, что иду медленнее, чтобы она поспевала. И что я все еще держу ее руку в своей. И не хочу отпускать.

Ее пальцы постепенно согревались в моей ладони. Но то странное, новое тепло, что разгоралось у меня внутри, было куда сильнее. Оно было жгучим и тревожным. Оно заставляло меня смотреть на нее не как на диковинку, а как на… женщину. Хрупкую, смелую, пахнущую чем-то свежим и далеким. Черт. Каэл хотел праздника. А получил нечто гораздо более интересное. И опасное. И я, кажется, был не против.

Глава 7

Каэл

Она разрушала все. Все мои схемы, все классификации, все прогнозы. Она была живым воплощением хаоса, но не того, знакомого и управляемого, что царил в Огненных Равнинах. Это был мягкий, теплый, невероятно притягательный хаос, который угрожал смести все мои принципы. Я наблюдал, как она смеется, запрокинув голову, и ее смех, чистый и звонкий, заставлял вибрировать не только кристаллы, но и что-то глубоко внутри меня. Я анализировал этот звук, пытаясь разложить его на составляющие: частота, громкость, эмоциональная окраска. Но анализ не работал. Он лишь фиксировал факт: этот звук вызывает физиологический отклик. Учащение пульса. Легкое головокружение. Повышение температуры тела, не связанное с внешней средой.

Она отпустила руку Зереса и подошла ко мне. Ее волосы, темные и влажные, пахли чем-то чуждым: потом, чистотой и тем самым, неуловимым ароматом грозы, что принес ее сюда. Она посмотрела на меня своими невероятно большими глазами, в которых читалась не робость, а вызов.

– Вы не умеете радоваться мелочам.

Ее слова повисли в воздухе, жгучие, как пощечина. И самые невыносимые были не в самой констатации факта, а в той легкой, почти материнской жалости, что в них звучала. Она жалела нас. Нас, древних, могущественных существ. Это должно было вызывать ярость. Вызывало же нечто иное. Стыд? Жажду доказать обратное? Она предложила нам «отпустить контроль». Абсурд. Контроль – это основа моего существования. Без контроля мир рухнет в хаос. Без контроля… без контроля я могу сделать нечто непоправимое. Например, протянуть руку и коснуться ее щеки. Прямо сейчас. Проверить, так ли ее кожа мягка, как кажется. Понять, сможет ли она выдержать жар моих пальцев.

Зерес смотрел на нее с тем выражением простодушного обожания, с которым пес ждет брошенный мяч. Он был прост. Его желания лежали на поверхности: обладать, защищать, наслаждаться. Мои были… сложнее. Глубже. Я хотел не просто обладать. Я хотел понять. Разобрать на части, изучить каждый механизм ее души, каждую причинно-следственную связь, что привела ее к нам. И лишь потом, возможно, собрать обратно, оставив себе навсегда. Она взяла Зереса за руку, а потом взгляд ее упал на меня. Приглашающий. Обещающий что-то.

– Готовы попробовать? – спросила она.

Нет. Я не был готов. Я был готов ко всему, кроме этого. Но я кивнул. Потому что отказ означал бы проигрыш. А я не привык проигрывать. Особенно в глазах этого хрупкого, ничтожного, невероятного создания.

Мы вышли из прохлады пещер обратно в знойные галереи. Алиса шла между нами, и теперь она уже не выглядела потерянной или напуганной. Она смотрела по сторонам с интересом экскурсанта, который оценивает новое место. Ее страх испарился, сменившись на острую, живую любознательность. Это было… восхитительно. И опасно.

– Итак, – сказала она. – Праздник. Вы хотите Новый год. Значит, нам нужна елка. Или ее эквивалент.

– У нас есть Древо Сквозняков, – предложил Зерес, явно гордый своим знанием местной флоры. – Огромное, колючее, с него постоянно сыпятся раскаленные иголки.

Алиса поморщилась.

–Идеально для поджигания ковра. Нет, спасибо. Что-нибудь… ну, более традиционное. Зеленое. Или хотя бы напоминающее зеленое.

Ее взгляд упал на меня. Она уже поняла, что за «традициями» следует обращаться ко мне.

Я мысленно перебрал архивы.

–В Садах Отчаяния произрастают сталагмиты, покрытые мхом. При определенном угле освещения он излучает свечение, близкое к зеленому.

– Уже лучше! – она улыбнулась, и это было похоже на вспышку. – Ведем меня в сады!

Сады Отчаяния были моим детищем. Местом, где я культивировал редкие виды магической флоры, способной выживать в экстремальных условиях. Воздух здесь был густым и пряным, а с висячих террас открывался вид на бурлящую ниже лавовую реку. Алиса замерла на пороге, ее глаза расширились.

–Вау… – прошептала она. – Это… нечто среднее между ботаническим садом и кузницей бога Гефеста.

Я не знал, кто такой Гефест, но общий смысл был ясен.

–Мхи там, – я указал на дальнюю стену, где с массивных каменных глыб свисали сине-зеленые плети, мерцающие мягким светом.

Мы подошли ближе. Алиса протянула руку, но не коснулась, боясь повредить. -

Они красивые… Но для елки маловато.

– Можно собрать несколько образований вместе, – предложил я. – Сформировать некое подобие конуса.

– А украсить? – она огляделась. – Чем? Игрушками, гирляндами…

– Ги-рлян-ды? – переспросил Зерес, коверкая слово.

– Огненные шары, – сказала она, как будто это было очевидно.

– Я могу сделать много маленьких. Они будут висеть и светиться.

Алиса посмотрела на него с некоторой тревогой.

–Они… безопасны?

– Абсолютно! – он щелкнул пальцами, и над его ладонью возник крошечный, искрящийся шарик пламени. – Смотри, не жжется.

Она осторожно приблизила палец. Я замер, готовый в случае чего среагировать. Но шар лишь излучал приятное тепло. Она коснулась его кончиком пальца и рассмеялась.

–Точно! Как тот, что ты мне дал. Давай такие!

Ее восторг был заразителен. Зерес, польщенный, принялся создавать еще несколько шаров. А я наблюдал. И чувствовал странное, щемящее чувство. Нечто вроде… ревности? Не к ней. К нему. К его простоте. К его способности дарить ей то, что вызывало немедленный, яркий отклик. Я мог предложить лишь знания. Логику. Сухие факты. Она обернулась ко мне, словно поймав мою мысль.

–Каэл, а ты что предложишь? Без твоих мудреных штук тут не обойтись.

Ее взгляд был ободряющим. Она словно давала мне шанс. Приглашала в свою игру. Я подошел к одному из растений с крупными, похожими на хрусталь, плодами.

–Эти ягоды, – сказал я, срывая один. Он был холодным и твердым на ощупь. – Если пропустить через них импульс магии, они начинают мерцать. С разной частотой. Это могло бы сымитировать ваши… огоньки.

– Блестяще! – воскликнула она, беря у меня из рук ягоду. Ее пальцы ненадолго коснулись моей ладони. Кожа была прохладной и мягкой. Электрический разряд прошел по моей руке до самого плеча. – Настоящая гирлянда! Каэл, ты гений!

Она смотрела на меня не с жалостью, а с восхищением. С тем самым, которого мне не хватало. И в этот момент я понял, что готов на все. На любой абсурд. Лишь бы этот взгляд не исчезал.

– Еще здесь есть серебристая пыльца, – я слышал, как мой голос звучит чуть глубже, чуть настойчивее. – Ею можно покрыть «елку», чтобы усилить свечение.

Мы работали вместе. Зерес создавал шары, я собирал и активировал ягоды, а Алиса командовала парадом, указывая, куда что вешать. Она встала на цыпочки, чтобы дотянуться до ветви, и ее платье задралось, обнажив стройную лодыжку. Я замер. Зерес, заметив мой взгляд, хитро подмигнул. Меня бросило в жар, в тысячу раз более сильный, чем от окружающей среды. Это был жар стыда и… возбуждения.

Алиса спрыгнула вниз и случайно, потеряв равновесие, наткнулась на меня. Я инстинктивно обхватил ее за талию, чтобы поддержать. Она была такой хрупкой в моих руках. Ее спина прижалась к моей груди. Она замерла, и я почувствовал, как участился пульс у нее на шее. Или это стучало в висках у меня?

– Прости, – выдохнула она.

– Пустяки, – я не отпускал ее. Не мог. Запах ее волн пьянил, смешиваясь с пряным ароматом садов.

Зерес наблюдал за нами, и в его глазах не было ревности. Был азарт. И понимание.

– Кажется, наша елка почти готова, – произнес он, нарушая напряженную тишину. – Осталось только… водрузить на верхушку что-то особенное.

Алиса осторожно выскользнула из моих объятий и отступила на шаг. Ее щеки пылали румянцем. -У нас наверху всегда была звезда, – сказала она.

– Звезду я обеспечу, – сказал я, и в моем голосе снова появилась уверенность.

Поднял руку, и между пальцами у меня вспыхнул и закрутился сгусток чистой, холодной магии, приняв форму сияющей звезды. Посмотрел на Алису. Потом на Зереса. И впервые за тысячелетия я почувствовал не контроль. А нечто гораздо более мощное и пугающее. Желание.