![](/books_files/covers/thumbs_240/zhivu-kak-hochu-prinyat-proshloe-i-obresti-sebya-v-nastoyaschem-264206.jpg)
Автор книги: Ирина Гиберманн
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Когда на нас нападают и мы это знаем, но за себя постоять открыто не можем, то смеемся, сигнализируя: «Я для тебя не угроза, ты сильнее».
Когда на нас не нападают, но сталкивают с нашими страхами: угрозой потери близких, горем в семье, известием о смерти, неизлечимой болезни или сложном диагнозе, грозящем оказать влияние на всю нашу жизнь, – смех или улыбка не являются сарказмом и цинизмом, а становятся бессознательной попыткой разрядить ситуацию. Потому что неуместный смех вызовет у собеседника скорее недоумение и вопросы, спровоцирует конфликт, агрессивную реакцию, которая может выплеснуться на нас. Но это и есть цель: помочь другому разрядиться за свой счет.
Как с этим бороться?
Никак. Со смехом не надо бороться. Достаточно использовать три-четыре дежурные фразы, которые универсально подходят почти в любой ситуации.
• «Я не знаю, как с этим обходиться».
• «Я смеюсь, но вижу, что лишь хочу снять напряжение между нами».
• «Я пытаюсь сгладить конфликт юмором, но на самом деле мне не до смеха».
• «Мой смех выглядит бесчувственно, но на самом деле я не нахожу слов».
• «Мне больно оттого, что происходит (между нами), но единственная возможная реакция – беспомощный смех».
Если копнуть глубже дежурных фраз, то мы окажемся в поле проработки самооценки. Когда я знаю, что я суверенное государство и не разрешаю нарушать мои границы и шоркать в грязных тапках по моей территории, тогда и смеяться не надо. Можно дать отпор. Адекватно.
Еще вариант – проработать страх потери. Когда внутри будет согласие, вы станете реагировать адекватно, подстраиваться под условия, как хамелеон.
Задание для саморефлексии
Как я реагирую, когда другие не справляются со своими эмоциями и в трудных ситуациях смеются? Что я при этом чувствую?
Как я отношусь к тому, что не всегда могу адекватно обходиться с собственными чувствами?
Как научиться обсуждать личное с человеком, который не умеет говорить о личном?
У всех свое понимание личного, как и сферы «слишком личное». И акцент именно на том, как научиться, а не как научить. Давайте начнем с того, что ответим на вопрос: «Зачем я хочу поделиться своими мыслями и чувствами именно с этим человеком?»
Обратите внимание: не «почему», а «зачем». Это как с зависимостями. Если человека спросить, почему он употребляет алкоголь или наркотики, то, скорее всего, ответят: «вкусно», «стиль жизни», «все употребляют», «нравится», «давно это делаю», «не помню, как было до». Но если спросить, зачем употребляют, то скажут: «чтобы подавить негативные эмоции», «почувствовать свою значимость», «расслабиться», «уснуть», «быть эффективнее», «генерировать идеи», «легче общаться с людьми», «не чувствовать усталости».
Чувствуете разницу? Теперь переносим это в область личного.
Зачем я хочу поделиться своими мыслями и чувствами с конкретным человеком?
1. Чтобы почувствовать себя понятым.
Могут быть и скрытые мотивы.
2. Чтобы он знал мои границы.
3. Чтобы нам было проще общаться.
4. Чтобы я больше узнал о нем.
5. Чтобы удержать его внимание.
6. Чтобы оставаться интересным.
7. Чтобы через свой опыт что-то дать ему.
8. Чтобы больше сблизиться.
Если наши мотивы не совпадают, то диалога не будет – будет два монолога. Вы о чувствах, а он про лист закупок. Важно одно: если явные мотивы не коррелируют друг с другом, а скрытые конкурируют, отношений нет. Есть взаимодействие.
Агрессия
– Мам, а ты хлеб купила?
– Нет. Ты ведь его хотела купить.
– Но я себе купила. И съела.
– Ну на этом социально приемлемое поведение закончилось. Я сейчас не рвану за хлебом. Значит, дома хлеба нет.
Вечером моя дочь сходила за хлебом. Не в булочную – они закрываются в 16:00, – на заправку, там есть маленькая пекарня. Позже состоялся разговор.
– Мам, что такое агрессия? Я вот вижу твою. И так не хочу. Ты говоришь про контакт со своей агрессией. Я этого не понимаю.
– Без контекста мне сложно ответить на твой вопрос… Помоги понять.
– Ну вот я пошла за булочками. Купила все, которые там были. И парень на заправке говорит мне, протягивая плетеную коробку: «Запакуй булочки».
– Хм…
– Во-от. Знаешь, что я подумала? Я подумала: «Ты».
– «Ты»?
– Да. Ты сам запакуй булочки. Я тебе за это плачу.
– Ага. То есть когда в Италии владелец отеля орал как бешеный и я сказала, что это не ок, ты призывала меня к осознанности.
– Это другое!
– В смысле? Ты почувствовала, как это – платить и получать сервис.
– Нет. Не это. Мне захотелось его унизить.
– Сказать ему что?
– Что он м*дак.
– Сдержалась?
– Да. В том-то и дело. Я запаковала булочки, заплатила и пошла.
– Ну так себе вариант. И что?
– А дома злилась, и эта энергия бурлила во мне, пока я не успокоилась. И я не хотела сливать это на тебя, потому что ты тут ни при чем.
– Факт.
– Мне хотелось сказать ему, что у него ноль компетенций в поисках решений. И что он на кассе, потому что, наверное, ни на что другое не способен.
– Это жестко. Ты про него ничего не знаешь.
– Да. Но по сути: я плачу и хочу сервис. И моя проблема в том, что я не постояла за себя. Проглотила. Запаковала булочки и ушла.
– И сейчас сидишь со мной на балконе и все еще злишься.
– Да, очень! Это ведь его работа, он должен был это сделать.
– Знаешь, всегда будут люди, которые ходят по твоим границам в грязных тапках. Ты это или позволяешь, или нет.
– Я не хочу так, как ты.
– А как я?
– Ты четко ставишь границы, и меня это тоже бесит.
– Есть другие варианты. Не надо как я. Делай как ты. Так, как комфортно тебе.
– Вот это я и хочу понять. Как? Какие еще есть способы, кроме твоего, жесткого, и моего – проглотить. На конфронтацию я идти не хочу.
– Ты мне связала руки.
– Почему?
– Потому что отступить от границы – всегда конфронтация. Защищать себя – тоже конфронтация. Нападать – опять-таки конфронтация. Конфронтация с твоим мнением и позицией. Она у тебя какая?
– Мне хотелось его обидеть. Сказать, что он, наверное, и школу-то бросил.
– Ну ок. Ты ищешь способы, как прожить свою агрессию?
– Да. Какие есть?
– Важна дипломатия.
– Я не дипломат.
– Я тоже. Но с людьми проще достичь своих целей, если ты дипломат. Можно сделать чужими руками то, что приведет тебя к твоим целям. Цель какая?
– Я не хочу чужими руками. Я не хочу быть дипломатом.
– «В вашей пекарне другая смена всегда сама пакует булочки – и делает это превосходно».
– Фу-у! Что это?
– Это манипуляция. Ссылка к авторитетам и сравнение.
– Хорошо. Не подходит. Что еще?
– «У вас есть перчатки, у меня нет. Думаю, ясно, кто будет паковать булочки».
– Хм, это что? Типа через черный ход зашел. Я хочу напрямую.
– Это напрямую. Но с аргументом.
– Еще?
– Флирт: «Уверена, если вы сами запакуете булочки, они останутся свежими до завтра».
– Это открытый сексизм! Использование своей роли женщины для достижения целей. Я так не хочу.
– «Запакуй. Я жду на кассе, чтобы расплатиться».
– Это как?
– Это четкое задание. Без дискуссий. С позиции сверху.
– Еще что-то есть?
– Да. Шутка. Юмор. Ирония. Пошутить. Мило, искренне пошутить.
– Это разве агрессия?
– Да. Ты же достигнешь цели. Эта энергия не будет бурлить в тебе. Но тут нужно самообладание. Его ты в этой ситуации потеряла. Шутить возможно только в состоянии свободы и спонтанности: «Я уверена, булочки хотят, чтобы вы их проводили в последний путь, перед тем как они попадут ко мне в лапы и я их съем».
– Нет. Мама. Нет. Это все не то!
– «Я думаю, мы оба знаем, кто запакует булочки и кто за это заплатит».
– Это унизительно.
– Да. Ты же хотела унизить.
– Но не так.
– Давай еще раз, что ты от меня хочешь?
– Варианты.
– Тебе ничегошеньки не подходит.
– Потому что я не решаюсь проявлять свою агрессивную часть.
– Ну тогда сиди на своей агрессии и культивируй ее, раз тебе так нравится.
– Мне не нравится, но так с собой я больше не позволю!
– И тут речь не о булочках…
– Нет. Но я буду пробовать.
– Каждый день покупать в его смену булочки?
– Нет. Еще есть варианты?
– Да. Игнор.
– Как?
– Это тоже агрессия. Скрытая и жестокая.
– Не разговаривать с ним?
– Да. Говорить взглядом, хотя и этого может быть иногда слишком много.
– А тебе как с твоей агрессией?
– Я ее люблю. Принимаю. Применяю.
– Ну вот я подумаю. Нет пока моего варианта.
– Пока нет смелости.
– Я не хочу обидеть.
– Ты хочешь унизить, а это уже ущемленное эго. Значит, вопрос в тебе.
– А тебе бы как с этим было?
– Я бы запаковала булочки и не заметила в этом наезда. Пожелала бы ему легкой смены и ушла домой. Рассказала бы тебе про красавчика с заправки.
– И всё?
– Да.
– Ужас.
Задание для саморефлексии
Какие виды проявления агрессии я знаю?
Какие даются мне легче всего?
Какие для меня неприемлемы и почему?
Глава третья. Идентичность
Идентичность – это уникальная личностная структура человека: кто я, что имею, как меня зовут, откуда я родом, как и где живу, что меня ведет и заставляет принимать те или иные суждения, чем я руководствуюсь в принятии решений.
Идентичность – это процесс изменений на протяжении всей жизни, которые проявляются во внешнем виде, в выражении лица, жестах, языке, эмоциональной и физической силе и слабости и, конечно, внутренней самооценке и вере в себя.
Идентичность меняется в течение жизненного пути, где есть место и развитию личности, и кризисам. Мы постоянно сравниваем, соотносим и сортируем информацию о себе изнутри и извне.
С одной стороны, идентичность – это концепция, а с другой, как я уже сказала, происходящие в личности изменения. Я познакомилась с концепцией идентичности, когда училась, и она изменила меня.
Идентичность отвечает на вопрос «Кто я?». Но у нас нет и никогда не будет одного-единственного верного ответа на вопросы «Кто я?» и «Какой я?». Мы меняемся под воздействием людей и ситуаций, наши цели и мотивы преобразуются и перевоплощаются. И если признать, что идентичность – это не что-то статичное, высеченное в камне раз и навсегда, а очень динамичная структура, которая тем не менее имеет свои опорные и неизменные точки, нам станет интереснее наблюдать за собой. В такой эксперимент я и приглашаю вас в этой главе: исследовать себя.
Чужое мнение
Чужое мнение имеет два важных критерия:
1. Оно чужое, не ваше.
2. Это мнение, не истина.
Когда у нас есть личное мнение, оно нам тождественно, то есть наши мысли, чувства и поступки находятся в согласии друг с другом.
И там нет «правильно» или «неправильно», «плохо» или «хорошо». Есть только одна величина – «это верно». Верно для меня, потому что я так чувствую. «Верно» – от «вера». Верить в то, что я чувствую, и есть мое истинное мнение, и я не ставлю это под сомнение.
Вера в себя – конец всех отговорок.
Можно годами говорить: «В детстве мои родители со мной не так обходились…» или «Я не знаю ничего другого». Но это безответственно, потому что, если вы так считаете, значит, у вас нет намерения что-либо изменить.
Природа кузнечика – прыгать. Положи его в банку – он выпрыгнет. Положи его в банку и накрой ее крышкой – он будет прыгать. Пока не обессилит. Пока не поймет, что выхода нет, и пока не забудет свою природу. Открой крышку снова – он останется сидеть. Чтобы кузнечику снова начать прыгать, ему нужно вспомнить, что его природа не зависит от крышки, то есть тех социальных факторов и систем, в которых он вырос и где растерял веру в себя.
Вы можете представить кузнечика, который потерял веру в себя?
Я – нет.
Почему вы теряете веру в себя, в свою природу и даете прошлому столько власти над настоящим и будущим? Почему даете власть той самой крышечке: семье, установкам, чужим людям, которые вас окружали в фазу вашей максимальной беспомощности, когда единственным способом выжить было подстроиться, адаптироваться, забыться, приспособиться.
Кто сейчас ставит крышку?
Чужое мнение?
Нет. Никому и дела до вас нет. А вы всё ищете алиби, позволяющее жить по-старому. Никто не проживет за вас вашу жизнь. Но никто ее за вас и не растратит понапрасну.
Чужое мнение – это право другого человека иметь личный опыт. Чужое мнение – это право человека на ошибку и на свои фазы и этапы жизни.
Чужое мнение – это ваше решение, впускать ли его в жизнь. Чужое мнение – это уважение к своим границам и адекватная реакция: «Мне это не интересно. И если ты продолжишь, это будет иметь последствия, и они тебе не понравятся, потому что на кону наши отношения».
Как отвечать на непрошеные советы?
Адекватное выстраивание границ и критика – одна из базовых тем. Для начала нужно принять, что вы суверенное государство и живете по своим законам.
Да, у этого государства есть соседи: родители, друзья, семья, близкие, команда, родственники, дети, начальство.
Да, у вас есть союзники: независимые единомышленники.
Да, у вас есть враги – выберите сами, кого считаете врагами.
И нападение может быть разным: вербальным и невербальным, скрытым или прямым – в виде шантажа или манипуляции, в виде игнорирования и клейма изгоя.
Если вы государство, что может подвергнуться осуждению?
Ваш флаг: не тот цвет, не тот размер, не та символика.
Гимн: не та мелодия, не то содержание.
Валюта: не тот металл, не та бумага, не та ценность, не та валютная ставка, не тот запас.
Конституция: не те законы, не те принципы, не так наказывают и не так хвалят.
Герб: не то тотемное животное, не та смысловая нагрузка.
Государственный язык: слишком простой, слишком сложный.
Национальный костюм: не то носишь, не та мода, странная модель.
Союзники (вот тут начинается самое интересное): не с теми дружишь, не против тех идешь, они на тебя плохо влияют, слишком много отдаешь.
Национальная кухня: не то ешь, не так пьешь, не так готовишь.
Государственные праздники: не по тому поводу радуешься, не то оплакиваешь, не так скорбишь.
Национальные герои: не на тех равняешься, не тех идеализируешь, не тот у тебя нимб.
Религия: не в тех веришь, не веришь, не так молишься, не тех богов признаёшь.
История: не тогда основал государство, не в том месте, не те ресурсы использовал, не учел риски и шансы.
Политический уклад: не та авторитарность, не та диктатура, не та демократия, не те вожди.
Система здравоохранения: мало спишь, много куришь, не то пьешь, не следишь за собой.
Социальная система: не с тем спишь, не так выбираешь партнеров, не так саморазвиваешься, не так живешь.
Понимаете, о чем я? Всегда можно найти, к чему предъявить претензии. Только хоть одно суверенное государство это волнует?
Нет.
Потому что есть армия, таможня, служба безопасности, разведка, шпионы, дипломаты и дальше по списку. Потому что каждое государство имеет право жить по своим законам. Если у вас нет защиты, то на вас будут нападать. Вы сами будете провоцировать это нападение, пока не поймете, чего в вашем государстве не хватает, и не признаете, что ваша суверенность построена вами согласно вашим внутренним ценностям, а других достаточно проинформировать, как с вами можно и как нельзя.
И не забывайте про государственную тайну – не всем надо знать, как у вас внутри все устроено. И ваши внутриличностные конфликты тоже никого не интересуют.
Пожалуй, самое главное, что я могу сказать про границы, – это доверие. Доверие начинается тогда, когда я знаю: даже если кто-то меня ранил или задел, то сделал это не из злого умысла, не чтобы меня обидеть и поцарапать.
Это единственное, что дает возможность по-взрослому решать конфликты между людьми.
Упражнение 7. Какое вы государство?
Какое вы государство?
Нарисуйте свой герб.
Какие у вашего государства символы власти?
Что дает вам силу?
Что несет ваша культура?
Что символизируют цвета на гербе и флаге?
Какую форму герба вы выберете?
Каких цветов у вас не будет?
Какие символы вы никогда не станете использовать?
Какие есть табу?
Кто будет хранителем традиции?
Границы суверенности
Самый частый вопрос, который звучит после выполнения упражнения «Какое вы государство?»: «Так что с этим теперь делать?».
Давайте по пунктам.
1. Вы можете ставить границы, когда знаете, кто вы: как ваше государство называется, какой у вас гимн и дальше по списку. Это напрямую связано с нашей второй психической потребностью – в самости и автономности. Как только вы поймете, кто вы, можно говорить о самостоятельности, чувстве собственного достоинства, самооценке и самоосознанности.
2. Вы можете ставить границы, когда признали, что граница – это также черта близости. Там, где заканчивается одно государство, бесшовно начинается другое. Как только вы признаете, что вам необходимы другие – друзья, близкие, союзники, единомышленники и противники, – вы можете выстраивать с ними границы: вы уважаете их нежелание, чтобы вы каждый день ходили туда-сюда, топтались по их территории.
Это напрямую связано с первой психической потребностью человека – в надежной связи и близости, – когда вы знаете: даже если вы на дистанции, близость непоколебима. Главная контрверсия близости – контроль (звонки, эсэмэски, внезапные «заглянул в гости» и т. д.). То есть разбираться все равно надо в себе.
Задание для саморефлексии
Почему ваши друзья дружат с вами: выгодно, статусно, интересно, общая история, взаимовыручка, контакты, близость? Они дружат с вами или с вашими связями? Это взаимные отношения? Что вы можете дать своим друзьям? В чем эксклюзивность ваших отношений?
Чему вы должны научиться у своих врагов? Чем они вас бесят? В чем вы им завидуете? В чем вы с ними конкурируете? Что вы в них не принимаете, что хотите им доказать? С чего вы взяли, что они враги? Враждуют ли они с вами, или это лишь ваша иллюзия? Что, если вы сведете двух своих врагов: станет одним врагом меньше, потому что они убьют друг друга, или они объединятся против вас?
Чтобы задать себе последний вопрос, надо обладать смелостью сомневаться в себе.
3. Этот пункт наиболее важный. Когда вы поняли, кто вы и кто вокруг: что произойдет, если вы перестанете быть непримиримым? Что, если ваша воинственность неорганична для вас и на самом деле вы другой (вспомните, в начале книги я говорила о «Блокаде Гиберманн»)? Проинформировали ли вы мир о своих изменениях? Тут у врагов появляется шанс «сменить партию» и начать чему-то учиться у вас, а у друзей – увидеть в себе ту противоречивость, которую вы показали им своим примером.
Про границы можно говорить бесконечно. И у эволюции границ нет границ.
0. Границ нет.
1. Границы есть.
2. Я умею их ставить.
3. Я признаю их в других.
4. Я кайфую от своих границ.
5. Я скребу потолок своих границ.
6. Я начинаю задумываться о том, что, может быть, границ нет.
7. Я пробую расширять свои границы.
8. Я сталкиваюсь с сопротивлением внутри и снаружи.
9. Я ультимативно ищу новые пути.
10. Границ нет.
Одиночество – не выход, а вход
Когда вы выстроите отношения с собой, когда признаете, что вам себя достаточно, когда позаботитесь о себе, вам захочется отношений. Близких. Захочется впустить в свой мир другого человека, чтобы он, как чуткий садовник, бережно облагородил ваш внутренний сад. Вам захочется пойти к нему. И вы не побоитесь это сказать. И вам ответят взаимностью. И вы примете приглашение.
Это доверие – самый большой дар и высокая ответственность.
Этим не бросаются.
Не кичатся.
Вы будете нести эти отношения в своем сердце и меняться с их помощью – каждый в отдельности и как пара. Вы станете оберегать их и заботиться о себе. Не о другом – о себе. Потому что ответ вам держать перед собой: достаточно ли я сделал, чтобы оставаться интересным для партнера?
Вы выработаете собственную культуру ссоры. Свои границы интимности.
Свои мечты и планы. Свою философию жизни.
Можно быть по-человечески одиноким.
А можно быть над-человечески одиноким.
Одиночество – это вход.
ОДИНОЧЕСТВО
Одиночество в квадрате.
Одиночество в кубе.
Одиночество в белом халате.
Одиночество в клубе.
Одиночество как безысходность.
Одиночество как свобода.
Одиночество как гордость.
Одиночество как мода.
Одиночество на пике.
Одиночество навзрыд.
Одиночество без публики.
Одиночеством по горло сыт.
Одиночество по спине холодом.
Одиночество через спасенье душ.
Одиночество год за годом.
Одиночество как приторный куш.
Одиночество отрицанием.
Одиночество в одного.
Одиночество напоминанием.
Одиночество выгодно.
Одиночество колкой болью.
Одиночество как туман.
Одиночество беглой мыслью.
Одиночество как дурман.
Одиночество за рулем.
Одиночество наброском.
Одиночество жирным штрихом.
Одиночество так неброско.
Одиночество за легкой шторкой.
Одиночество слезами, визгом.
Одиночество холодной водкой.
Одиночество терпким виски.
Одиночество во вселенных.
Одиночество в утробе.
Одиночество всех пленных.
Одиночество.
Комната отчаяния
Иногда бывают комнаты без дверей. Абсолютно белые стены без окон.
Идеально гладкая штукатурка. Почти глянцевая. Но когда подходишь ближе, видно, что это некрашеные стены идеального белого цвета, без оттенков голубого и примесей серого.
Белые стены, которые могут свести с ума.
Смотрите вверх – у этой комнаты нет потолка. И вы чувствуете себя как в коробке. Словно вы подарок, который открыли и не достали. Иногда включается свет. Иногда темно. Но вы знаете, что в этой комнате, в абсолютной тишине и пустоте, вы один.
Есть моменты, когда к вам туда кто-то запрыгивает, и вы должны радоваться, потому что ждали: что-то случится, надеялись. Пробовали. Имитировали. Старались, хотя и безрезультатно.
Вы рисовали на стенах окна и картины. Даже пытались рисовать двери. Но их нет. Ведь вы-то знаете, что их нет, и это лишь игра вашего воображения, лишь ваша иллюзия.
И вот кто-то случайно приходит, и вы не можете больше тосковать и говорить, что нет дверей и окон, нет будущего и прошлого, света и тени. Вы-то здесь. И другой здесь. И надо радоваться. Но вы не умеете радоваться вот так, по сигналу. И просто молчите. Позволяете этому произойти. Как будто не вы автор и все это не ваша иллюзия.
А потом снова темнота. И вы снова один. И можно разорвать эти декорации, сломать эти стены, выйти. Но вы там. Вы словно пойманы в эту иллюзию невозможного и несбыточного.
И если спросить, чего вы хотите, у вас не будет ответа. Вы разучились хотеть. Вы хотите выйти, но в комнате нет дверей. И бегство – это не решение.
И вы уже не задаетесь вопросами, как вы там оказались и как давно это произошло. Вы просто забываете о том, что у вас были мечты.
Умение дружить
Когда говорят: «Мне за тридцать, и у меня нет друзей», я удивляюсь. Не как психотерапевт, а как человек. Искренне удивляюсь. Потому что после тридцати можно выбирать себе в друзья кого угодно и так надолго, как хочешь. Потому что в детстве мы выбираем людей по общему пространству: садик, двор, школа, дети родительских друзей, универ. И там не отвертеться. Там дружба на 5–10 лет.
Во фразе «У меня нет друзей» я слышу:
1. «Я скучный даже для самого себя».
2. «Я не умею доверять людям».
3. «Я не научился выбирать близких по духу».
4. «Я не умею идти на контакт».
5. «Я боюсь предательства».
6. «Я эгоман и не умею делиться даже собой».
7. «Я избегаю близости, она может поглотить».
8. «Я недостаточно интересен для других».
9. «Я не заслуживаю настоящей дружбы».
10. «Мне выгодно быть изгоем».
11. «Я не умею обходиться со своим временем».
12. «Мне нечего предложить другим».
13. «Я не умею говорить о своих потребностях».
14. «Я не умею просить о помощи».
15. «Я часто бывал разочарован и не проработал этот опыт».
16. «У меня отсутствует самоидентификация, и я не знаю себя».
17. «Я боюсь конкуренции с другими».
18. «Я боюсь нового».
19. «Я боюсь показаться слабым».
20. «Я боюсь, что меня будут использовать».
В возрасте 3–5 лет мы учимся выходить из диады в триаду и понимаем, что мир полон противоречий. Мама может быть и плохой, и хорошей. Папа может быть и плохим, и хорошим. Мы имеем право испытывать к ним противоречивые и амбивалентные чувства. К каждому отдельно и к двоим вместе.
С одиннадцати и до двадцати одного – период пубертата, мы начинаем поиск себя через других: что мы сами можем, что сами хотим. Ищем свою идентичность – идентичность во имя, идентичность вопреки.
В возрасте двадцати – тридцати у нас есть шанс выстроить реалистичные границы с родителями и стать взрослым.
После тридцати, если вы не успели решить свои проблемы, вас накроет, в том числе и дружбой. Друзья женятся, заводят детей, путешествуют, разводятся, делают карьеру, создают бизнес. Если вы не отработали на совесть задачи этого этапа и не выбрали свободу, с вами действительно сложно. Никому не интересны рудименты и отголоски вашей лени. Если вы сами себе безразличны, никто с вами дружить не захочет. Потому что дружить – это не спасать друг друга. Дружить – это интересоваться собой и другими.
История в пятнадцати событиях
Как-то за ужином я спросила дочь, что они проходят в школе по истории. И ответ меня очень удивил: им дали задание описать мировую историю в пятнадцати событиях.
Слабо? Ведь речь идет не о сведениях из учебника, а о личном анализе: что было решающими событиями, что сделало мир таким, в котором мы живем.
Отметается все. Какая разница, кто создал первый компьютер и дали ли Моисею Тору? А может, и не было Моисея? Но был каменный век, был огонь. Человек научился строить корабли, машины, самолеты. Создал оружие. Научится делать аборты, лечить сложнейшие болезни.
Я перенесла это на себя. Если бы я рисовала вектор своей истории в пятнадцати отметках, что было бы сейчас важным для меня? Что позволило мне быть там, где я сейчас нахожусь? Что было неизбежно? Что неочевидно, что оказалось важным для меня, а в перспективе истории человечества об этом не вспомнит никто? Что в моей истории сотрется и даже я сама не придам этому значения? А что будет шестнадцатым элементом в моей истории? А может быть, в моей биографии будет сейчас лишь девять пунктов, а остальные я оставлю на потом? Интрига. Мне интересно.
Я составляю со своими пациентами диаграмму жизни. С каждым. Мы смотрим, откуда берут корни те модели поведения, которые повторяются, как по шаблону, каждые пять – семь лет, в каждых отношениях, в расставаниях и начинаниях. И это очень отрезвляет – видеть, что нет магии. Что человек сам реинсценирует свою жизнь. Просто важно понять, какой из этапов реинсценируется и зачем. То, что мы забыли в детстве, придет сейчас, в кризис среднего возраста, и накроет волной воспоминаний, но вспоминать вы станете не факты, а те чувства, которые, казалось бы, забыли. А тут новый контекст. И психика все равно умудряется восстановить старые эмоции. Психика всегда на два шага впереди. Всегда.
Диаграмма жизни
После всего, что я описала в этой главе, мы подходим к одному из самых главных упражнений – «Диаграмма жизни». Это очень сильный инструмент исследования психики. Я люблю давать это упражнение своим пациентам как в личной, так и в групповой работе. Его цель – понять, по каким шаблонам повторяются определенные сценарии жизни. Часто можно увидеть, как решения принимаются не логически, а бессознательно, основываясь на «старом», заложенном в психике способе, и дальше, как трафарет, накладываются на, казалось бы, новые фазы жизни.
Автора этого упражнения я не знаю. Меня научили ему в клинике, где я проработала более десяти лет, и оно передавалось из уст в уста десятилетиями. Каждый терапевт вносил свои корректировки, интегрировал свои идеи и задавал свои траектории движения мысли, но его выполняли все пациенты, проходившие лечение. И в этом сила концепта: на одно и то же задание в каждом конкретном случае абсолютно индивидуальная интерпретация. За годы я собрала огромное количество вопросов, которые мне нравятся и на которые я обращаю внимание, когда мои пациенты вычерчивают свою диаграмму жизни.
Эти вопросы, как показывает мой опыт, играют роль важных ориентиров в самоисследовании. Заметки можно сделать для себя и позже перенести их на отдельный лист.
Упражнение 8. Диаграмма жизни: анализ исходных данных в интерпретации Ирины Гиберманн
1. Знаете ли вы своих биологических родителей?
2. Желанный ли вы ребенок? Что и кто вам об этом говорил и сколько лет вам тогда было?
3. В какую семейную ситуацию вы пришли? Сколько членов семьи живут с вами под одной крышей?
4. Какова атмосфера в доме? Происходили ли перед вашим рождением важные события в семейной истории: похороны родных, война, эмиграция, потеря всего имущества в ходе гонений, преследований, пожара?
5. Мама и папа вместе или нет?
6. Были ли до или после вашего рождения аборты, выкидыши, замершие беременности, дети, умершие в раннем возрасте, о которых вы знаете? Когда вы об этом узнали? Кто вам об этом рассказал? Как вы нашли информацию?
7. Какие отношения внутри семьи с другими поколениями: у матери с родителями отца, у отца с родителями матери, у вас с бабушками и дедушками?
8. Какие у вас отношения со старшими братьями/сестрами?
9. Какие отношения с детьми, появившимися после вас? Как вы узнали, что мама беременна, и сколько вам было лет? Как вы отреагировали на появление младенца? Какие важные события произошли в тот период?
10. Развод родителей. В каком возрасте и как вам о нем сообщили? Каково было ваше участие в принятии решения? На чьей стороне вы были эмоционально, за кого переживали? С кем остались после развода, с кем остались другие дети? Знаете ли вы истинную причину развода (измены, предательства, алкоголь, наркотики, конфликты, насилие и т. д.) и как вам с этим живется?
11. Появление других членов семьи после развода родителей: у мамы, у папы, новые дети от одного из родителей, patchwork-family (так называемая лоскутная семья, с детьми от разных браков), ваше место в этой системе.
12. Каким было ваше детство до садика? Ходили ли вы в ясли? Кто был рядом в качестве ресурса? Были ли у вас друзья?
13. Каким было время в садике? Чем вы увлекались? Было ли у вас хобби?
14. Каков был настрой перед школой? Хотели ли вы туда идти? Были ли в этой школе ваши родственники или члены семьи? Были ли связи с учителями, работали ли там же ваши родители?
15. Каковы были ожидания от будущей профессии? Когда складывалось ваше представление о ней?
16. Самые важные моменты в школьное время: учеба за границей по обмену, переезды, потери друзей, смена школ, травля (вы травили других или пережили травлю), первый опыт с тестированием границ: секс, уход из дома, бунтарское поведение, разборки с полицией или тюрьма и т. д.
17. Первый опыт с алкоголем или наркотическими веществами. Для каждого из них свой цвет. В каких ситуациях вы повторяли этот опыт? Были ли паузы? Или, возможно, один наркотик заменял другой? Когда не было возможности потреблять, чем вы компенсировали (работой, спортом, едой и т. д.), какие рецидивы случались, сколько раз пробовали вылечиться, кто научил вас употреблять, что сейчас с этими людьми, когда состоялся откровенный разговор с семьей, есть ли члены семьи, с которыми вы можете открыто это делать?
18. Переход из школы в новую систему. Куда вы пошли после школы? Почему? Какими мотивами руководствовались?
19. Когда вы покинули родительский дом? Куда и с кем переехали? Как вы ушли или как вас выгнали? Как вы общались с родителями после ухода?
20. Создавали ли вы собственную семью? Сколько раз? Как выбирали себе партнеров?
21. Родители знакомы с вашими партнерами? Знают ли они о вашей сексуальной ориентации?
22. Есть ли у вас в истории аборты, выкидыши, потери детей (если вы мужчина: делала ли ваша девушка аборты, шантажировала ли вас этим, беременели ли от вас сознательно ради ваших генов, а не ради отношений)?
23. Когда умерли ваши бабушки и дедушки? Живы ли еще ваши родители? Когда были похороны важных членов семьи? Смогли ли вы попрощаться и пережить скорбь?
24. Какие базовые решения в карьере/работе вы принимали? Где трусили? Где брали на себя слишком много?
25. Какие потери на вас отразились? Как вы проживали горе?
26. Ваши самые важные успехи. Как вы их праздновали? Как вас награждали? Смогли ли вы присвоить собственные победы?
27. Ваши провалы. Простили ли вы их себе? Испытываете ли до сих пор чувство вины? Стыда? Мести?
Далее возьмите лист бумаги и перенесите на него свои заметки и ответы. Это очень важный момент, требующий внимания и сосредоточенности.
Рисуем две линии: X и Y. Вверх шкала идет до +100, вниз – до –100. Это шкала эмоций. Линия жизни начинается с 0 прямо в точке пересечения X и Y. Это база: в какую семью вы пришли, желанный ли вы ребенок, были ли до и после вашего рождения аборты и смерти, что происходило у родителей и у мамы во время беременности, искусственным или естественным было зачатие.
Потом рисуем этапы жизни на линии: 0–3, 3–6, 6–12, 12–21, 21–30, 30–40, 40–55, 55–65, 65–75 лет. Для каждой фазы жизни прописываем два важных момента.
1. Какие были в жизни и семье важные события, изменившие вас?
2. Что происходило с эмоциями, что вы чувствовали и переживали?
![](i_001.jpg)
При всей индивидуальности жизни каждого из нас я это упражнение очень люблю. Оно дает список жизненных дилемм и важных повторяющихся шаблонов, которые вы используете, и функционал поведения (спорт, алкоголь и наркотические вещества, пищевые привычки, вес, смены работы, рождение детей, потери, расставания, переезды, карьерный рост). Линия ноль – это отсутствие эмоций. Минус – негативные эмоции и события, плюс – позитивные. Линия жизни разделена на отрезки. Рекомендую брать различные цвета для психосоматических расстройств, заболеваний, зависимостей. Паузы и ремиссии можно отмечать пунктиром, пики – выделять жирным шрифтом и цветом.
Главное в диаграмме жизни – линия эмоций, на нее накладывается вторая линия – событий жизни. Так можно увидеть пересечения этих линий и корреляцию между чувствами, переживаниями и поведением.
Задание для саморефлексии
«Чем вы гордитесь больше всего?» Мне так часто задавали этот вопрос на собеседованиях, на свиданиях. Друзья. Дочь. Близкие. Или говорили: «Мы тобой гордимся», «Я тобой горжусь». Однажды я поняла, что гордость я испытываю не за славу, успех и везение, а за усилия, терпение и испытания.
Чем вы гордитесь больше всего?
Я больше всего горжусь своими поражениями. Они научили меня терпеть неудачу. Держать удар. Быть раздавленной. Размазанной. Суицидальной. Чувствовать свою слабость. Дали узнать, что такое разочарование, предательство, провал. Каждый невылеченный пациент. Каждые рухнувшие отношения. Крах и сомнения в себе. Это вело меня к поиску ответов. Моих личных ответов на вопросы: жива ли я? живу ли я? сколько жизни есть в моей жизни?
Итак, вопросы для размышления
Чем я горжусь больше всего?
А чем меньше всего?
Сомневаться – это по-взрослому
Я помню Х. Старого, самого старого терапевта в клинике, ему было за 70. Он уже ушел на пенсию, но выходил работать, когда не хватало врачей. Таких, как он, я больше не видела: терапевт от бога, всегда с иголочки одет. Точнее, не так: он адски пил до 30 лет. Потом прошел терапию в клинике. Перестал пить. Получил терапевтическое образование. Тогда не было таких строгих рамок, и ex-user (людей, которые в прошлом употребляли) брали в терапевты. Чтобы вы понимали, он был настолько старой закалки, что в те времена, когда он начинал карьеру группового психотерапевта, можно было еще курить везде. И они во время группы сидели, дымили, решали внутренние конфликты и передавали друг другу пепельницу. Тогда с терапевтами можно было на «ты».
Однажды я пришла к Х. и по-дружески говорю:
– Слушай, я так сомневаюсь в этом решении. Как ребенок себя чувствую. Надо сделать выбор. А я не могу.
– Так это нормально. Взрослым свойственно сомневаться.
– Как? Я думала, взрослые всё знают. Всегда.
– Откуда? Быть взрослым – это и есть сомневаться. Потому что, отказавшись от варианта А в пользу варианта Б, ты несешь ответственность и за «да», и за «нет».
– Я думала, это мой недостаток – всегда мучительно сомневаться.
– Так и хорошо, что сомневаешься. Но диагнозы ты ставишь хорошо. Лечишь то, что надо лечить.
– А я всегда с диагнозами сомневаюсь. Ведь я могу полагаться только на то, что говорит о себе сам пациент, а он может врать, недоговаривать.
– Пусть врет и недоговаривает. Ты полагаешься на себя. Я вижу. И тебе хорошо удается отделить суть от драмы, театр от искренности. Вижу, когда сижу с тобой в группе как второй терапевт.
– А ты сомневаешься?
– Да. Всегда.
– А бухать не боишься снова начать?
– После сорока трех лет трезвости? Боюсь. И живу с этим каждый день. И это моя ответственность – сделать мою жизнь такой, чтобы не хотелось бухать каждый день до реанимации.
– Ты нереальный. Я не видела ни одного человека кроме тебя, который бы не пил больше сорока лет.
– Уникального в этом ничего нет. Я просто делаю каждый день то, что должен делать: забочусь о себе.
– Хм, мне у тебя учиться и учиться.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?