Текст книги "Жена в придачу, или Самый главный приз"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhena-v-pridachu-ili-samyy-glavnyy-priz-182291.jpg)
Автор книги: Ирина Матлак
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Глава 2
Когда солнце стало клониться за горизонт, мы с Олдером покинули гостеприимный дом. Все жители деревни продолжали прятаться по погребам, мой заказчик давно последовал их примеру, и лишь одна оказавшая нам радушный прием женщина стояла на крыльце, махая на прощанье рукой.
На Олдера я не смотрела принципиально, но всем существом ощущала его присутствие. Стоило ускориться и попытаться оторваться, как он без особых усилий меня нагонял. И ведь не скажешь, чтобы оставил в покое! Где засел гартах, маг явно в курсе, дорога туда одна, так что остается только стиснуть зубы и терпеть.
Ну надо же мне было взяться именно за эту работу! Вместо того чтобы развеяться, получила еще большую нервотрепку!
– План такой, – неожиданно заговорил маг. – Я убиваю гартаха, ты спокойно сидишь в стороне. В деревню возвращаемся вместе, свои деньги ты получаешь. Идет?
– Падает, – пробурчала я, мельком на него покосившись. – У меня идея получше: ты уходишь, я убиваю гартаха и забираю все деньги себе. Как тебе такой вариант?
– Нет так нет, – легко согласился Олдер.
Нашу милую беседу прервал рык гартаха, раздавшийся неподалеку. И птички разом как-то смолкли, и зверье по норам попряталось, и даже рыжее солнце пугливо прикрылось пролетающим мимо облачком.
Моментально забыв о маге, я призвала любимые огненные клинки, накинула легкие магические доспехи и во всю прыть понеслась вперед. Кровь забурлила, пламя взметнулось, адреналин дал хорошего пинка, и на поляну боевой маг буквально летела, готовая рвать, метать и гартахов зажравшихся убивать.
Я была уверена, что прибегу сюда первой! Даже мысли иной не возникло! Поэтому, когда перед глазами предстал наглый, размахивающий мечом маг, опешила. Но как? Как он умудрился меня опередить?!
Не желая легко сдаваться, я в несколько прыжков оказалась около гартаха, замахнулась, и клинки обрушились прямо на толстую броню. Зверь взревел, но внимание на меня не переключил, прицельно пытаясь задеть когтями Олдера.
Возмущенная таким вопиющим неуважением, я принялась обрушивать на него удар за ударом, совсем как недавно на Тедди. После удара этак двадцатого гартах наконец соизволил обернуться и клацнуть зубами прямо перед моим лицом.
Вот так-то лучше!
Воодушевленная его откликом, я сменила клинки на один особо сильный меч и со всей дури долбанула по длинному хвосту. В этот же миг Олдер всадил меч гартаху меж глаз, и рык зверя раздался на весь лес.
Ловко приземлившись на землю, маг убрал меч в ножны и со скучающим видом смотрел, как гартах отходит к праотцам. Я к этому моменту тоже стояла поблизости и, тяжело дыша, во все глаза смотрела на того, кто одолел такую сильную тварь меньше чем за пять минут. Просто глазам своим не верила! Как он это сделал?! Да чтобы пробить броню гартаха, нужно отдать уйму сил! Но чтобы вот так просто, одним выверенным ударом между глаз… Невероятно!
Тяжело рухнув на землю, зверюга издала предсмертный хрип, протянула лапы и возвела глаза к розоватому небу. Поняв, что все закончилось, солнце перестало стыдливо прикрываться облаком и теперь светило во всю закатную мощь.
– Неплохо для боевой блондинки, – с иронией бросил маг. – Поздравляю, прелестное создание, ты почти сумела отрубить гартаху хвост.
В ответ на такое замечание я бы обязательно вспылила и ответила что-нибудь в этом же духе, если бы не изумление.
– Как ты это сделал? – спросила я.
Даже злость пропала, сменившись искренним восхищением. Ну а как можно не восхищаться такой чистой работой? Я была потрясена и просто жаждала узнать подробности!
Откровенно говоря, если бы маг отказался делиться профессиональными секретами, я бы его поняла. Сама ни за что не стала бы о таком говорить! Но Олдер удивил. В несколько шагов сократив между нами расстояние, встал позади меня, положил руки на плечи и шепнул:
– У гартаха, моя прелесть, есть два слабых места. Одно из них – вот здесь, – его рука легла на мой живот, но я едва ли это заметила. – Достаточно одного точного удара, чтобы пробить броню. Но гартах никогда не позволит противнику добраться до своего брюха, поэтому остается место номер два. И находится оно точно между глаз.
– Но об этом нигде не написано. – В этом я была абсолютно точно уверена. – С виду броня на его морде и лбу ничем не отличается от остальной! Как ты узнал?
– Практика, моя прелесть. – Дыхание мага обожгло изгиб шеи, и я наконец обратила внимание, насколько близко мы стоим. – Многолетняя непрерывная практика.
Резко отстранившись, я подошла к поверженному гартаху и посмотрела на рану от меча. Помню, когда выполняла подобный заказ в первый раз, меня вывернуло от вида крови, теперь же она не вызывала никаких эмоций. Тронув окрашенные ею чешуйки, я присмотрелась внимательнее, но и так не нашла отличий между ними и покрывающими остальное тело.
Закончив осмотр головы, размером раз в пять превосходящей мою, я посмотрела на брюхо. Гартах завалился на бок, так что ракурс для осмотра был более чем удобен.
В тот момент, когда я снова изучала чешую, позади треснула ветка, и все случилось машинально. В руках за секунду появились мечи, я круто развернулась, и острие оказалось направленным прямо в шею Олдера.
Он смотрел на меня с ироничной улыбкой, но его глаза были серьезными, чуть прищуренными, изучающими. Глаза настоящего боевого мага. Охотника. И я знала, что он осознанно позволил мне угрожать. Иначе я не то что приставить меч, даже обернуться бы не успела!
– А давай сразимся? – предложила я неожиданно для самой себя.
И, что стало еще большей неожиданностью, Олдер согласился. Я хотела почувствовать на себе, как он управляется с магией, родственной моей. За все время мне не так часто приходилось видеть магов, чья сила завязана на владении оружием. В гильдии их было всего двое, но их навыки не шли ни в какое сравнение с теми, что я наблюдала сейчас.
Олдер стоял на месте, не делая попытки на меня напасть, и тогда инициативу взяла я сама. Устремилась вперед, сделала выпад, и, когда показалось, что острие меча вот-вот до него дотянется, Олдер спокойно увернулся.
Я делала выпад за выпадом, посылала удар за ударом, но даже не могла скрестить с ним клинки. Он просто ускользал, делая это с такой молниеносной скоростью, что я не успевала за ним следить! Мы кружили по поляне, я постепенно выдыхалась, а он выглядел невероятно расслабленным и предельно спокойным. Словно не бой вел, а на приеме танцевал!
Его поразительные умения раздражали ровно настолько, насколько поражали. С каждой секундой во мне крепло чувство, что и сейчас, и во время борьбы с гартахом он не задействовал и пяти процентов своего потенциала.
До отвратительного восхитительно!
Видимо, в какой-то момент Олдеру это подобие схватки надоело. Не успела я среагировать, как он снова оказался за спиной, прижав меч к моей шее. Все мое существо мгновенно закричало об опасности, но где-то в глубине души я понимала, что ранить он не собирается.
Словно в подтверждение этих мыслей маг отнял меч и развернул меня лицом к себе. Что я говорила, когда мы стояли рядом в прошлый раз? Нет, тогда между нами было хоть какое-то расстояние! Теперь же мы находились настолько близко, настолько тесно прижаты друг к другу, что я без труда ощущала размеренное биение его сердца.
– Для боевой блондинки действительно неплохо, – глядя мне в глаза, отвесил сомнительный комплимент маг. – Но ты концентрируешься на собственных ударах, а нужно больше наблюдать. Ты должна знать, что сделает противник, еще до того, как он сам об этом подумает.
Не знаю, что успел подумать Олдер, но еще до того, как он начал ко мне склоняться, я знала, что произойдет.
Дыхание все еще было тяжелым, удерживающие меня руки казались высеченными из камня и лишали возможности пошевелиться. Вряд ли это длилось долго, но каждое мгновение воспринималось мною как вечность.
Когда чужие губы уже практически накрыли мои, я резко отвернулась и сделала то, чем намеревалась гордиться еще долго. Неимоверно быстро призвала небольшой нож и одним рывком выскользнула из захвата. Маг среагировал моментально, но острие коснулось его ладони, оставив на ней неглубокий, почти незаметный порез.
Я ожидала чего угодно, но только не отразившегося на его лице странного удовольствия.
– Быстро схватываешь, моя прелесть.
Это он что, так меня проверял?! Возникло искреннее, ни с чем не сравнимое желание отправить его туда же, куда отправился поверженный гартах!
– У тебя сейчас такое лицо, – вкрадчиво проговорил Олдер, – что я начинаю думать, будто ты очень хотела, чтобы я тебя поцеловал.
– Ты себя переоцениваешь, – слишком поспешно хмыкнула я, отчего нервирующая меня улыбка стала шире. – И прекрати на меня так смотреть!
Маг сделал шаг вперед:
– Боишься не устоять?
Через мгновение отправить его вслед за гартахом захотелось просто до невозможного, потому что этот непомерно наглый маг снова стоял непозволительно близко! И самое противное, отслеживать его перемещения я по-прежнему не успевала. Даже понять не могла, как ему это удается!
– Пусти! – крикнула я, когда нахальные руки обхватили меня в третий раз. – Тебе не кажется, что ты повторяешься?
Меня одарили пристальным насмешливым взглядом и выдохнули:
– Я никогда не повторяюсь.
И его губы решительно накрыли мои!
Поцелуй был таким, что я буквально задохнулась: сперва от возмущения, затем от смятения, а после – от буквальной нехватки воздуха. Весь мой жалкий опыт, ограничивающийся парой поцелуев с другом сугубо из исследовательских целей, рассыпался на жалкие осколки.
Это было возмутительно, нагло, самоуверенно, немыслимо… приятно. Более чем приятно, чтоб этого мага гартах сожрал!
Наверное, если бы не нашла сил отстраниться первой, я бы ненавидела себя всю оставшуюся жизнь. Тем не менее мое не слишком-то активное сопротивление не возымело никакого эффекта. Ладони мага легко скользнули под тунику, чувственно проведя по коже спины, в то время как губы коснулись моей шеи.
Теоретически я знала, как называется то, что мне приходилось сейчас испытывать, но на практике все оказалось в миллионы раз красочнее, чем можно было вообразить.
– Пусти, – напрягшись, проговорила я глухо, но твердо.
Меня проигнорировали.
– Пусти! – велела еще тверже, с трудом борясь с охватившей меня дрожью.
На этот раз маг послушал. Посмотрел мне в глаза и не менее глухо спросил:
– Почему?
Почему? Он серьезно?!
– Мы едва знакомы! – выпалила я первое, что пришло в голову. – Ты мне не нравишься! – А вот это – чистой воды ложь. – И вообще, любая приличная девушка, а тем более леди, подобное позволяет только мужу! – А вот это и вовсе лишнее, потому что замуж я не собираюсь.
Показалось, что мои слова Олдера неожиданно повеселили. Он перехватил мою упавшую на лоб прядь, провел по ней пальцами и, не отрывая взгляда, уточнил:
– То есть если бы мы были женаты, ты бы сейчас не возражала?
– Мы никогда не будем женаты, так что вопрос не имеет смысла! – отчеканила я, благо ко мне окончательно вернулась ясность мыслей.
Последовавший за этими словами взгляд мне не понравился. Совершенно не понравился! Наглый, снисходительный, самоуверенный, как будто мои слова не имеют никакого значения.
В деревню мы возвращались порознь, но вместе. В том смысле, что шли рядом, но каждый сам по себе. В тишине. Гробовой.
Окутанная сумерками деревенька теперь еще больше походила на вымершую. Что-то я не поняла – а где овации, восхищение в глазах толпы и ковровая дорожка? Где, я спрашиваю?
Вместо оваций – все та же тишина, вместо толпы – пустота, а вместо дорожки – пыль да ямы проселочной дороги. Еще и псинка худющая, поджав хвост, пробежала, лишь мельком на нас взглянув.
Когда мы почти дошли до нужного дома, дверь со скрипом отворилась и из-за нее робко высунулись оба заказчика. Похлопали глазами, изучили нас с ног до головы и синхронно, шепотом поинтересовались:
– А с чудищем что?
– Больше вас не побеспокоит, – отозвался маг.
– Издох, значит? – уточнил мужичок и, дождавшись утвердительного кивка, во всю глотку завопил: – Эй, народ, выползаем из погребов! Подох гартах, убили его!
Не сбавляя громкости, он побежал по деревне, от безудержного счастья спотыкаясь на каждом шагу. Окна домов один за другим загорались желтым светом, демонстрируя засуетившиеся в них силуэты. В скором времени жители повыбегали на улицу и, подхватывая радостные крики моего заказчика, обратили на нас горящие благодарностью взоры.
Вот это уже лучше! Вот это по регламенту!
Нас с Олдером любезно проводили в дом, где мы отдыхали перед боем, быстренько накрыли стоящий в кухне стол и с почестями за него усадили. Пока жители один за другим приходили, выражали почтение и приносили соленья, варенья и все, что не жалко, заказчики притащили два мешочка монет.
– Вот, благодетели! – снова пялясь в вырез моей туники, торжественно проговорил мужичок. – Оплата ваша, все как полагается!
Олдер принял деньги из рук хозяйки дома, а я, нервно закусив губу, помедлила. Да просто совесть не позволяла их взять!
– Моей заслуги в убийстве гартаха нет, – нехотя признала я, скосив глаза на мага. – Это он его убил. У меня останется только аванс, этих монет я не заработала.
Мужичок от удивления даже оторвался от созерцания декольте:
– Как это не заработали?
Видно, в его голове не укладывался тот факт, что кто-то по доброй воле отказывается от монеток. Я же, как ни прискорбно признавать, их действительно не заслужила, поэтому брать не собиралась. Уговаривать меня, разумеется, никто не собирался. Кажется, такой поворот событий обрадовал заказчика еще больше.
На меня тут же перестали обращать внимание, купая во славе моего конкурента. Взяв из миски соленый огурец, я тоскливо им хрустнула и, как назло, вспомнила о причине своего приезда.
Отвлеклась, называется. Развеялась!
Следом за огурчиком сделала глоток сомнительного производства сливовицы и тяжко вздохнула, как вдруг ощутила на себе внимательный, тяжелый, принадлежащий наглому сопернику взгляд.
Столкнувшись с Олдером глазами, я заметила, что он смотрит на меня не так, как в лесу. Чуть более заинтересованно и немного удивленно, пристально, словно желая заглянуть в душу и прочитать мысли.
Под этим взглядом я почувствовала себя неуютно и, решив, что такой отвратительный день заслуживает такого же отвратительного вечера, сделала целых три глотка. Денег не заработала, так хоть напьюсь! И не важно, что пить не особо умею.
Почему-то мне всегда казалось, что алкоголь, пусть даже сомнительный, способствует поднятию духа. Но сейчас я сделала вывод, что либо это слишком неправильная сливовица, либо неправильная я сама. Потому что вместо приподнятого настроения я испытывала стойкое желание разреветься. А ведь я вообще не плачу! Совсем! Слезы – удел слабаков. А я сильная. И боевой маг. И вообще уверенная, самодостаточная личность, вот!
Хрустнув которым по счету огурцом, я украдкой всхлипнула и только в этот момент заметила, что рядом сидит тот самый мужичок, который меня нанимал.
– Чего киснешь-то? – отправив в рот маринованный помидорчик, поинтересовался он. – Переживаешь, что не ты гартаха порешила? Да не переживай, не в том счастье женское! Кому нужна девка, что мечами машет? Ты вон лучше вышивать научись али цветочки в букетики на досуге составляй, на кухню пойди да готовкой займись. Глядишь, и замуж кто возьмет!
Последовавший за его словами хруст огурца был полон боли и печали.
– Да не кисни, говорю! – окосевший мужичок икнул и с видом знатока выдал: – Красивая ж ты девка! Ой красивая! Только что маг…
И снова пялится на вырез туники. Угораздило же ее надеть!
Его дальнейшей болтовни я не слышала. Сидела, подперев подбородок рукой и обратив в окошко тоскливый взгляд. Мысли разлетались в разные стороны, картинка перед глазами чуть покачивалась, и чувствовала я себя прескверно. Еще немножко – и точно разревусь. Сливовица, чтоб ей протухнуть!
Прошло совсем немного времени, прежде чем я решила выйти на улицу. Хотелось подышать свежим воздухом и спокойно пострадать в одиночестве.
– Разрешите выйти, – бросила я, поворачиваясь к мешающему мне мужичку, и тут же тихо ойкнула.
Вместо него рядом сидел Олдер, откинувшийся на спинку диванчика. Судя по звукам и мельтешащим вокруг лицам, гулянка шла полным ходом. Кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то даже лежал, растянувшись на красном пыльном коврике.
– Мы уже на «вы»? – переспросил раздваивающийся маг.
Мне стало совсем плохо, и язык едва ворочался.
– Встать, говорю, дай.
– Тебя никто не держит, – с иронией заметили мне, но в следующую секунду с проблеском беспокойства спросили: – Что, так плохо?
Все, что отметил мой затуманенный разум: путь свободен. И я, пошатываясь да спотыкаясь, буквально выползла из дома. Оказавшись на крыльце, оперлась о деревянные перила, опустила голову и прикрыла глаза. До чего же скверно. И вдруг так жалко себя стало, просто до слез жалко! И плевать на гартаха, на мага этого, у меня ведь жизнь прямо на глазах рушится!
Присутствие Олдера я ощутила интуитивно – подошел он абсолютно бесшумно. Встал рядом, положил руки на перила и, немного помолчав, спросил:
– Что-то случилось?
Случилось, черт возьми!
– Отец меня замуж хочет отдать, – неожиданно для самой себя поделилась я. – И мнение мое его не волнует! А я не желаю замуж, слышишь? Не желаю! Потому что о карьере боевого мага придется забыть, посвятив себя глаженью мужских рубашек и стирке носков!
– Ну, положим, со стиркой и глаженьем прекрасно справится элементарная бытовая магия, – с явной улыбкой возразил маг. – Могу заверить, ей подвластно даже мытье полов и протирание пыли.
На глазах все-таки выступили злые слезы. У меня тут горе, а он веселится!
Обиженная и возмущенная, я развернулась, собираясь уходить, но Олдер взял меня за руку, заставив задержаться. Я упорно не желала на него смотреть, но он не отпускал, крепко сжимая запястье, и все-таки вынудил это сделать.
– Ты всегда можешь отказаться, – глядя в глаза, уже серьезно произнес он. – Это только твоя жизнь, и проживаешь ты ее один раз. Никому не позволяй распоряжаться своей судьбой.
– Тебе легко говорить, – дрогнувшим голосом выдохнула я. – Если откажусь подчиниться, меня с позором выгонят из гильдии за несоблюдение правил магических игр.
Сумев сфокусироваться на лице мага, я заметила, как он нахмурился:
– Магических игр? При чем здесь они?
– Отец пообещал отдать меня в жены победителю.
Будь я в трезвом уме, ни за что не стала бы об этом рассказывать. Но накопившийся стресс, подпитанный высоким градусом, требовал выхода, и мне невероятно хотелось выговориться. Прямо сейчас и хотя бы кому-нибудь!
Олдер неожиданно отпустил мою руку и отступил. Даже пребывая в таком состоянии, я рассмотрела изумленно-яростный всплеск, что отразился в его глазах. Не понимая, чем это вызвано, я продолжала растерянно смотреть на мага, пока Олдер с пробирающим до дрожи спокойствием не спросил:
– Ты – дочь Драгора Саагара?
Окончательно растерявшаяся от такой внезапной перемены, я машинально кивнула.
Маг смотрел на меня еще несколько долгих мгновений, после чего развернулся и, не говоря ни слова, сошел с крыльца. Наблюдая за тем, как он решительно движется по дороге, все сильнее отдаляясь от дома, я решительно не понимала, что произошло. Да и, откровенно говоря, понимать не хотела.
Собственные проблемы волновали куда больше странного поведения мага, но и о них думать мне больше не хотелось. Некоторое время постояв на улице, я вернулась в дом, переступила через посапывающего на пороге мужика, обнимающего бутылку, и проскользнула в отведенную мне комнатку.
Вряд ли мое теперешнее присутствие здесь было уместно, но это волновало в последнюю очередь. Рухнув на неразобранную постель, я отвернулась лицом к стене, притянула к себе колени и моментально заснула.
Глава 3
– Так что, говорите, убили гартаха? – спросил тот самый извозчик, что подвозил меня вчера.
– Ага, – зевнув, отозвалась я. – Одним махом порешила.
Извозчик судорожно сглотнул и украдкой отер платочком вспотевшую лысину. Весь путь до города он сидел с ровной спиной, боясь дышать и периодически с опаской ко мне оборачиваясь. Выглядело это до того комично, что я не удержалась от непроизвольного смешка. Можно подумать, он самого гартаха везет!
Чувствовала я себя сегодня не в пример лучше вчерашнего. Мысли были как никогда ясными, голова не болела, а во мне крепла решимость найти выход из ситуации, которая еще накануне казалась безвыходной.
Выйдя из повозки, я остановилась на тротуаре у здания гильдии. Для меня, как и для прочих магов, это было больше, чем грандиозное по своим масштабам строение. Гильдия всем нам приходилась настоящим домом, где рождались, жили, влюблялись, дружили. Это место было особенным, и я любила его всем сердцем. Даже представить не могла себя от него оторванной. Выгнать из гильдии – все равно что птенчика из родного гнезда выкинуть!
В гильдию принимали далеко не всех, в то время как попасть в нее мечтали многие. Некоторые из тех, кто рождался с магическим даром, выбирали профессии, никак с магией не связанные. Они жили особняком, как обычные горожане, и не выполняли заказов. Но существовали и те, кто зарабатывал даром на жизнь, при этом не состоя в гильдии. Практикующие одиночки встречались часто, но немногие из них были по-настоящему талантливыми. Такими, как Олдер.
Подумав о маге, я тут же себя одернула. Нашла о ком вспоминать!
– Как задание? – спросила стоящая на рабочем месте Рута, когда я резво ворвалась внутрь.
Показав ей поднятый вверх большой палец, я поднялась на жилой этаж и, еще не войдя в комнату, поняла, что в ней кто-то есть. Поняла это по чуть приоткрытой двери и доносящемуся из-за нее чавканью.
Только один человек мог настолько обнаглеть. И только одному я такую наглость прощала.
– Здоров, Филька! – приветствовал развалившийся на моей кровати Эгри.
Разбросанные по покрывалу шкурки от апельсинов и фантики от шоколадных конфет я оценила, как и широкую, адресованную мне улыбку.
– Совесть давно проиграл, да? – ничуть не удивившись, хмыкнула я.
– Совесть – наименьшая из моих потерь, – притворно вздохнул мой лучший друг и, присев, уже без тени улыбки спросил: – Ты как?
Направляясь в душ, я так же честно призналась:
– Спасибо, паршиво.
Вообще, мне не было свойственно проводить в ванной много времени. Как настоящий боец, собиралась я быстро: всякими кремами, кондиционерами, масками и прочей так обожаемой девушками ерундой пренебрегала, равно как и косметикой.
Но сегодня под чуть теплым душем я стояла долго. Смывала с себя дорожную пыль, усталость и постепенно превращалась в человека. Даже вкусный ягодный кондиционер на волосы нанесла. Его вместе с таким же шампунем и мылом подарила Ливия, моя двоюродная тетка. После смерти моей матери она искренне считала, что обязана меня наставлять и превращать в нормальную девушку. Надо сказать, получалось у нее не очень.
А у меня не очень получалось наносить дурацкий кондиционер. Он был ужасно скользким, ложился неровным слоем и сбивался в комки. Честное слово, с мечами управляться проще!
– Держать пять минут, – прочитала я на розовой упаковке, когда белая субстанция оказалась распределена по волосам.
Эти пять минут я чувствовала себя гордым, вышедшим из труднейшей схватки победителем!
Вернувшись в спальню, обнаружила Эгри по-прежнему валяющимся на кровати и доедающим последнюю конфету. Куда только вмещается? На него же дунь – полетит! Хотя нет. Мозги удержат.
Сняв с волос мокрое полотенце, я небрежно бросила его на стул и улеглась рядом с красноволосым картежником. Магия Эгри была уникальной в своем роде, как и он сам.
Некоторое время мы молча лежали, раскинув руки и гипнотизируя глазами потолок. И, подозреваю, думали в эти минуты об одном и том же.
Первым заговорил Эгри:
– Нет, я, конечно, все понимаю, но совести у главы все-таки нет!
Намереваясь стукнуть кулаком по кровати, он промахнулся и попал прямо по конфетнице. Конфетница устояла, пальцы – нет. Эгри зашипел и принялся дуть на пострадавшую конечность, как будто это чем-то могло помочь.
– Это же надо, пообещать тебя как приз! – прекратив бесполезное занятие, но не переставая морщиться, возмутился он. – Что намереваешься делать?
Не отрывая взгляда от светло-бежевого потолка, я вздохнула:
– Пока не знаю. Может, ты подскажешь? Из нас двоих интеллектуальное начало лучше развито не у меня.
– Есть два варианта, и они оба ведут к твоему замужеству, – «обнадежил» Эгри. – В первом ты смиряешься изначально, во втором пытаешься сопротивляться, но в итоге все равно становишься женой победителя, потому что покинуть гильдию для тебя смерти подобно.
Я криво усмехнулась:
– Спасибо, что утешил.
– Теоретически существует еще один исход, – продолжил рассуждать он. – Ты отказываешься выходить замуж, принимаешь изгнание и начинаешь работать как одиночка. Но изгнанных в столице и даже по всей империи можно пересчитать по пальцам. Соответственно репутация у тебя будет, мягко говоря, так себе. О приличных заказах можно будет забыть, и тебе придется уехать – чем дальше, тем лучше. Но даже в этом случае твоя жизнь, подруга, будет печальна. Игры юбилейные, будут освещаться тридцатью государствами, и о скандале, безусловно, станет известно всем. Из чего следует, что даже за границей успехи в работе тебе не светят.
Перекатившись на бок, я с недовольством на него воззрилась:
– Нет, ты определенно умеешь утешать! И без тебя знаю, насколько все плохо. Но не ты ли постоянно твердил, что даже в самом проигрышном положении можно разыграть удачную комбинацию и остаться в выигрыше?
Эгри хмыкнул, и в его руках появилась толстая колода карт. Ловко перебирая их пальцами и выделывая немыслимые фортеля, он небрежно закинул ногу за ногу и устремил в пространство задумчивый взгляд.
Я невольно напряглась. Слишком хорошо знала, что значит его теперешний вид. Эгри просчитывает все существующие варианты и, если сейчас скажет, что благоприятный исход для меня невозможен, значит, так и есть.
Он, к слову, еще и гадалкой на досуге подрабатывает. И, между прочим, судьбу предсказывает лучше всяких псевдопровидиц! Он у меня вообще гений.
– Могу тебя обрадовать, – вынырнув из мыслительных глубин, произнес Эгри.
Я вмиг подобралась и навострила уши.
– Существует шестипроцентная вероятность, что ты влюбишься в будущего победителя и сама с энтузиазмом потащишь его в храм.
Шумно выдохнув, я схватила лежащую рядом подушку и хорошенько треснула его по плечу. У меня тут судьба решается, а он шутить изволит!
Увернувшись от очередного удара, Эгри отполз подальше от разозлившейся меня и, оказавшись на краешке кровати, продолжил:
– Вообще, есть еще один вариант, но он чертовски плох тем, что обязательно тебе понравится. И быть беде.
А вот это уже интересно! Я навострила уши вторично, подмяла под себя многострадальную подушку и приготовилась внимать.
– Как ты знаешь, девушки и женщины никогда не участвуют в магических играх. Но формально это не запрещено, просто не находится желающих тягаться с кучей прокачанных мужиков. Понимаешь, к чему я клоню?
Я понимала. И чем яснее понимала, тем более явно на моем лице проступала широкая, до безумия счастливая улыбка.
Почему же я сама до такого не додумалась?!
– Так и знал, – тяжко вздохнул Эгри, но я его уже не слышала.
Вскочив с места, принялась в нетерпении мерить шагами комнату. Говорила же – он гений! Самый настоящий гений! Это ведь действительно выход! Две трети участников в качестве реальных соперников можно даже не рассматривать. Из оставшейся трети настоящую угрозу для меня представляют пятеро, максимум шестеро. С остальными справлюсь без особых проблем. Это значит, в финал выйду однозначно, а там, если очень постараться и выложиться на максимум, есть неплохие шансы вырвать победу. А победа в моем случае равняется свободе. И никто не сможет придраться, ведь все будет по правилам! Главой гильдии мне становиться, конечно, ни к чему, так что эту должность с удовольствием уступлю кому-нибудь другому. Только не Трэю, разумеется.
– Судя по твоему виду, – вклинился в мои радужные размышления Эгри, – ты уже разделила броню неубитого гартаха на чешуйки, сделала из них ожерелье, выгодно его продала и потратила вырученные деньги.
– А? – Я растерянно на него посмотрела.
Эгри трагически покачал головой и припечатал:
– Тяжелый случай, – и тут же добавил: – Хочешь совет? Хорошенько подумай, прежде чем подавать заявку. В мельчайших деталях представь, какой будет скандал, сколько успокоительного выпьет тетушка Ливия и сколько седых волос появится на голове твоего отца. Еще обязательно представь, как находишься на арене, а напротив тебя с мечом наперевес стоит здоровяк Агран.
Заметив, как восторженно блеснули мои глаза, Эгри усмехнулся:
– Ну да, о чем это я…Тогда представь, через сколько торжественных приемов тебе придется пройти и сколько раз дать интервью журналюгам. А если войдешь в число лучших, то хочешь или нет, а придется наведаться на прием еще и в императорский дворец. А теперь вообрази, сколько раз тебе придется надевать платье, вставать на высокие каблуки и красоваться со штукатуркой на лице.
Видимо, сейчас мои глаза очень ярко отразили весь испытываемый ужас, потому что Эгри усмехнулся вторично:
– Вот что ты за девушка, Филька? Наверное, высшие силы что-то напутали и вместо запланированного сына послали твоим родителям дочь!
Возможно, так оно и было, ведь потенциальные приемы действительно вызывали во мне ужас. Панический, невероятно сильный ужас! Но сильный не настолько, чтобы я из-за него отказалась от блестящей, поданной Эгри идеи.
Меня так захватили эти мысли, что я не могла думать ни о чем другом. И если бы друг не напомнил, что неплохо бы наведаться в обеденный зал, наверняка сидела бы голодной. Во рту ничего не было со вчерашнего вечера, а силы мне теперь ох как пригодятся. Поэтому, быстро переодевшись и привычно высушив шевелюру магией, я в компании Эгри спустилась на первый этаж.
В обеденном зале, как всегда, царила гармония: маги активно уплетали еду, кричали, смеялись, спорили, рождая непрерывный гул. Повсюду летали запущенные кем-то магические шары, под столом ползала мелкая Юнона, незаметно связывающая всем шнурки, под потолком носился безмозглый, радующийся шуму Ёдик, а на сцене что-то горланил Брюс, ничуть не взволнованный тем, что его никто не слушает.
Полнейшая гармония, я бы сказала. Идиллия просто!
Едва войдя, я уклонилась от тех самых летающих шаров, при этом потянув за собой тормозящего Эгри. Затем приметила свободные места и, направившись к ним, увернулась от атаки бестолковой летающей обезьянки, грозящейся сбить меня с ног. Ёдик почему-то питал особую любовь к длинным женским волосам, в том числе и моим. Отчасти именно по этой причине я уже долгое время собиралась их коротко обстричь, но рука все не поднималась. Даже смешно! Сама не знаю, почему их так жалела при всем равнодушии к атрибутам женственности.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?