Текст книги "Посчитай до десяти"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poschitay-do-desyati-128043.jpg)
Автор книги: Карен Роуз
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
– Она наверняка тряслась от страха, – сухо заметил Мерфи. И тут он заметил зонт. – С каких это пор ты таскаешь с собой такие штуки?
– Это не мой. Похоже, мне придется разыскать его владельца и вернуть зонт. – Миа устало опустилась в кресло. Ее взгляд зацепился за свободный стол, стоящий вплотную к столу Мерфи. – А где твой напарник? – спросила она.
Напарником Мерфи был Эйден, брат Эйба. Миа вовсе не хотела столкнуться с ним и прочесть осуждение в его глазах – она понимала, что он винит ее.
– В морге. Вчера вечером мы бросили жребий на двойное убийство. Он выиграл, и сегодня я обзваниваю родственников. – Мерфи прищурился. – К тебе гости.
Миа обернулась и еле сдержала стон от жгучей боли в плече. Но тут же позабыла об этом. По отделу с таким выражением лица, которое напугало бы большинство серийных убийц, шла помощник прокурора штата. Жена Эйба. Из‑за чувства вины Миа увиливала от встреч с семьей Эйба в течение двух недель. Теперь пришло время платить долги. Она неуверенно встала и приготовилась встретить удар судьбы.
– Кристен!
Кристен Рейган приподняла брови и слегка поджала губы.
– Значит, ты все-таки жива.
Она имела полное право сердиться. Кристен сейчас была бы вдовой, если бы пуля, угодившая Эйбу в живот, прошла всего лишь на пару сантиметров ниже. Миа собралась с духом.
– Говори, что хотела.
Кристен ничего не сказала и принялась рассматривать ее с видом, от которого Миа захотелось сжаться и который вызвал у нее воспоминания о негодующих монахинях и горящих от ударов линейкой ладонях. Кристен вздохнула.
– Упрямая ослица, – пробормотала она. – Как ты считаешь, что я собиралась сказать?
Услышав ее мягкий тон, Миа выпрямилась. Она предпочла бы услышать резкие слова, которые заслужила.
– Я ловила ворон. А поплатился за это Эйб.
– Он сказал, что на вас устроили засаду. Он их тоже не сразу заметил.
– Я смотрела с другой стороны. Я обязана была увидеть их. Просто я…
Задумалась.
– Я ловила ворон, – натянуто повторила она. – Прости.
Глаза Кристен вспыхнули.
– Значит, ты думаешь, что он винит тебя? И я тоже виню тебя?
– Должна винить. Я бы точно винила себя. – Она пожала плечами. – Что я и делаю.
– Значит, ты идиотка! – рявкнула Кристен. – Мы волновались, Миа. Ты исчезла сразу после того, как тебя зашили. Мы везде тебя искали, но не могли найти. Мы думали, что тебя опять ранили или убили. Эйб с ума сходил, так переживал. А ты все это время отсиживалась где-то, дулась на всех и жалела себя?
Миа растерянно моргнула.
– Прости. Я не хотела… – Она зажмурилась. – Вот черт!
– Ты не хотела, чтобы мы волновались. – Кристен говорила очень ровным, лишенным эмоций голосом. – Что ж, мы волновались. Даже Спиннелли не знал, где ты, пока ты не позвонила ему на прошлой неделе и не сообщила, что выйдешь на работу сегодня утром. Я проходила мимо твоей квартиры шесть раз.
Миа открыла глаза: три раза из шести она помнила.
– Я знаю.
Кристен уставилась на нее.
– Знаешь? Ты там была?
– В каком-то смысле. Да.
Сидела в темноте и дулась. И жалела себя.
Кристен нахмурилась.
– В каком таком смысле? Что, черт возьми, это означает?
Их окружало молчание: все присутствовавшие не сводили с них глаз.
– Не могла бы ты говорить потише?
– Нет, не могла бы. Я сидела у постели Эйба две недели, пока он ждал, когда же ты позвонишь. В промежутках между капельницами с морфием и операциями он волновался, что ты погналась за Геттсом и лежишь теперь где-нибудь в переулке мертвая. Так что если мне немного не хватает терпения, или сочувствия, или благоразумия, то и ладно. В общем, лучше тебе появиться в его палате, когда закончится смена. Объясни ему, что за смысл во всем этом был. Уж этого он точно заслужил. – Она сделала два шага, но остановилась и медленно обернулась. Ее глаза больше не сверкали, в них поселилась печаль. – Черт возьми, Миа! Ты причинила ему боль. Когда Эйб узнал, что ты жива и просто отказалась навестить его, ему было очень больно.
Миа тяжело сглотнула.
– Мне очень жаль.
Кристен вздернула подбородок.
– Еще бы. Ты ему не безразлична.
Миа опустила глаза и уставилась в стол.
– Я приду, когда сдам смену.
– Смотри не передумай. – Она помолчала, потом откашлялась. – Миа, посмотри на меня, пожалуйста.
Миа подняла глаза. Гнев исчез, на смену ему пришла тревога.
– Что?
Кристен понизила голос до шепота.
– Тебе было нелегко последние несколько недель – и трагедия с отцом, и все остальное. Все ошибаются. Ты ведь только человек. Но ты по-прежнему единственный человек, в котором я хочу видеть напарника своего мужа. Человека, прикрывающего ему спину.
Миа смотрела вслед Кристен, пока та не ушла, и снова опустилась в кресло. Они думали, что она расстроилась из‑за смерти отца. Если бы все было так просто!
– Черт!
В голосе Мерфи чувствовалась тревога.
– Ты побелела как полотно. Тебе нужно было отсидеться еще пару дней.
– Похоже, мне много чего нужно было сделать, – выпалила она в ответ и закрыла глаза. – Ты его видел?
– Да. Он был в жутком состоянии почти всю первую неделю. Эйден говорит, его выпишут завтра или послезавтра, так что, если не хочешь выслушивать нотации за то, что ни разу его не навестила, сходи к нему сегодня вечером. Миа, о чем ты вообще думала, черт возьми?
Миа пристально рассматривала удивительно чистую кофейную чашку.
– О том, что я облажалась и что из‑за меня чуть не погиб мой напарник. Опять. – Мерфи не ответил, и Миа подняла на него возмущенный взгляд. – Неужели ты не станешь уверять, что здесь нет моей вины? Ни сейчас, ни в прошлый раз?
Из лежащего на столе пакетика Мерфи достал брусочек морковки.
– А есть смысл?
Миа, не отрываясь, смотрела на кучку идеально нарезанной моркови. Мерфи подцепил очередной кусочек и сунул его в рот.
– Ты опять пытаешься уволиться, верно?
Он долго смотрел ей в глаза: ей не удалось его обмануть.
– Две недели. Не то чтобы я считал…
– Молодец. – Она встала. Ноги наконец перестали подкашиваться. – Надо сообщить Спиннелли, что я вернулась.
– У него посетитель. Но он сказал, что хочет встретиться с тобой, как только ты вернешься, так что иди к нему.
Миа нахмурилась.
– Почему ты мне не сказал?
– Вот теперь говорю.
Она уже почти дошла до двери в кабинет Спиннелли, когда Мерфи окликнул ее:
– Миа! Тут нет твоей вины. Ни с Эйбом, ни с Рэем. Всякое случается. Ты и сама знаешь.
Эйб выжил лишь чудом, а вовсе не благодаря ей. Рэю, предыдущему напарнику, настолько не повезло. Жене Рэя полицейские тоже отправили корзины с фруктами.
– Ага.
Сделав глубокий вдох, она постучала в дверь кабинета лейтенанта.
– Входи! – велел Спиннелли. Он сидел за столом, поджав губы, отчего густые, черные с проседью усы топорщились, но, когда увидел Мию, взгляд у него смягчился. – Миа, рад тебя видеть. Входи, садись. Как дела?
Миа закрыла за собой дверь.
– К работе готова.
Кресло, в котором сидел гость Спиннелли, развернулось, и Миа изумленно вытаращила глаза. Вот черт! В следующую секунду тип в длинном плаще встал, и вид у него был ничуть не более радостный, чем у нее.
На мгновение она потеряла дар речи.
– Так вы – детектив Митчелл? – спросил он. В его голосе звучало осуждение.
Миа кивнула, чувствуя, как лицо заливается краской. Мужчина застал ее в тот момент, когда она буквально спала стоя в двух шагах от участка. Он принял ее за ненормальную. Шанс произвести хорошее впечатление при первой встрече отправился прямиком ко всем чертям. Тем не менее она собрала остатки самообладания и решительно встретила взгляд его темных глаз.
– Да. А вы кто?
Спиннелли встал с кресла, но из‑за стола не вышел.
– Это лейтенант Рид Соллидей из ОРПП.
Миа кивнула.
– Отдел расследования причин пожаров. Расследуют поджоги. Ясно. И что?
Уголки губ Спиннелли дрогнули.
– И то, что он – твой новый напарник.
Понедельник, 27 ноября, 09:00
Брук Адлер сидела на краю стола, прекрасно понимая, что следующие пятьдесят минут пять-шесть пар глаз будут прикованы к ее декольте. Если повезет, возможно, один из мальчиков в ее классе все-таки обратит внимание на материал урока, который она так тщательно подготовила. Но особой надежды она не питала. Мальчики, со своей стороны, тоже ни на что не надеялись.
Единственная надежда в этом месте обитала на вывеске над входной дверью: «Центр надежды для мальчиков». Перед ней сидели воры, и бродяги, и малолетние насильники. Она предпочла бы работать со львами, тиграми и медведями. О боже!
– Ну как прошел День благодарения? – весело спросила она. Большинство мальчиков провели День благодарения здесь, в комнатах общежития школы.
– Индейка была сухая, – пожаловался Майк, сидевший в последнем ряду. На самом деле никакого последнего ряда не было, Майк просто создавал его каждое утро. Последний стул в первом ряду пустовал.
Она переводила взгляд с одного ученика на другого.
– А где Тэд?
Джефф набычился, придавая себе вид крутого парня. В нем всегда чувствовалось напряжение, а в глазах сквозила холодность, нервировавшая Брук.
– Педикуш украл остатки пирога из холодильника.
Брук нахмурилась.
– Джефф, – резко заметила она, – ты ведь знаешь, что прозвища недопустимы. Ну и где же Тэд? – уже спокойнее повторила она.
От улыбки Джеффа у Брук по спине пошли мурашки. Улыбки у него были подленькие. Да и сам Джефф был подленьким.
– У него живот заболел, – вежливо сообщил Джефф. – Он в лазарете.
Тадеуш Левин был тихим, молчаливым ребенком. Брук не была уверена в том, кто именно дал ему прозвище Педикуш. Но она была абсолютно уверена, что не хочет знать, почему его так прозвали. Вздохнув, она подняла свой экземпляр «Повелителя мух».
– Я просила вас прочитать вторую главу. Что можете сказать о прочитанном?
На прошлой неделе ей удалось вызвать у них вспышку интереса, связав «Повелителя мух» с телешоу «Остаться в живых». Но сейчас на их лицах не читалось никаких эмоций.
Никто не выполнил задание. И тут, к ее удивлению, один ученик поднял руку.
– Мэнни?
Мэнни Родригес никогда не поднимал руки.
Мэнни откинулся на спинку стула.
– Пожар крутой получился, – ровно произнес он.
Джефф удивленно приподнял брови.
– В книжке был пожар?
Мэнни кивнул.
– Пацаны застряли на этом острове и разожгли сигнальный костер, чтобы их спасли, но огонь вышел из-под контроля. – Глаза у него сияли. – Он сжег склон горы, и один пацанчик сгорел. А потом вспыхнул весь остров.
В его голосе звучали нотки восторга, и у Брук мурашки пошли по коже.
– Сигнальный костер – это символ.
– Как они разожгли костер? – спросил Джефф, не обращая внимания на ее слова.
– Использовали очки того жирного, – ответил Мэнни. – Жирный в конце получил свое. – Он ухмыльнулся. – Ударился о скалу так, что черепушка лопнула. Мозги все наружу вылетели. – Он вперил в Брук хитрый и наглый взгляд. – Я прочитал вперед, мэм.
– Я как-то раз с помощью лупы убил жука, – признался Майк. – Не думал, что это сработает, но все без обмана.
Джефф злобно оскалился.
– Говорят, сейчас уже никто не зажаривает хомячков в микроволновке, но они ошибаются. Мне больше нравятся кошки, но для них нужна очень большая микроволновка.
– Довольно! – рявкнула Брук. – Мэнни, Джефф, Майк, прекратите!
Джефф скользящим движением опустился на стул, ухмыльнулся и снова нагло уставился на грудь учительницы, так чтобы она поняла, куда именно он смотрит.
– Учительнице нравятся киски… кошки, – пробормотал он вполголоса, но достаточно громко, чтобы фраза достигла ее ушей.
Брук предпочла сделать вид, что не расслышала.
Мэнни пожал плечами.
– Вы сами спросили, – заметил он. – Крутой пожар получился.
– Костер – это символ, – твердо заявила она. – Символ здравого смысла и морали. – Она окинула учеников сердитым взглядом. – И держитесь подальше от микроволновок. А теперь давайте поговорим о символике сигнального костра. В среду у вас проверочная работа.
Глаза всех учеников уставились на ее грудь, и Брук поняла, что снова будет говорить сама с собой. Всего три месяца назад она пришла в Центр надежды, сжимая в руке диплом, на котором еще не высохли чернила, юная, исполненная огромного желания учить детей. А сейчас она молилась о том, чтобы пережить еще один день. И о том, чтобы как-то, каким-то образом достучаться до этих детей.
Пожалуйста. Хотя бы до одного!
Глава 3
Понедельник, 27 ноября, 09:15
Рид Соллидей осторожно вдохнул и тут же выдохнул. На долю секунды женщина показалась ему сердитой и ошеломленной. Но подобные чувства испытывала не только она: Рид тоже был далеко не в восторге от своего нового напарника. Марк Спиннелли утверждал, что Миа Митчелл – одна из лучших, но он видел, как она таращилась на дверь участка, словно ослепленный светом фар олень. Он простоял рядом целую минуту, прежде чем она обнаружила его присутствие.
Не самая высокая рекомендация для ее навыков. К тому же в потертой кожаной куртке, старой шляпе и стоптанной обуви она выглядела… ну не так, как должен выглядеть детектив, которому он доверит прикрывать себе спину. И все же он протянул ей руку.
– Детектив Митчелл…
Рукопожатие у нее оказалось крепким.
– Лейтенант Соллидей…
Она повернулась к своему боссу: лицо ничего не выражает, но спина напряжена.
– О чем ты говоришь, Марк? Эйб скоро вернется.
– Конечно, вернется, Миа. На месте пожара ОРПП обнаружил жертву убийства. Эйб вернется не раньше чем через несколько недель. Считай, что тебя на время одолжили. Присаживайся и позволь Риду все объяснять.
Они сели, и Рид понял, что Митчелл вся внимание: взгляд у нее стал сосредоточенным, глаза – ясными. И синими, как фарфор Кристины, который они доставали только по праздникам. Благодаря потрепанной шляпе ее короткие светлые волосы остались сухими, несмотря на дождь, за исключением кончиков, и теперь легкими локонами обрамляли ее лицо. Она сняла свою ужасную куртку, оставшись в черном блейзере, и, к счастью, приобрела более деловой вид. К сожалению, тонкая облегающая блузка, которую она носила под блейзером, совершенно не скрывала ее фигуры. Для такой миниатюрной женщины у детектива Мии Митчелл оказалось чертовски много изгибов.
Риду не меньше других нравилось разглядывать соблазнительные изгибы, но сейчас ему нужен был хороший напарник, а не девушка с обложки. И уж точно не интрижка. Однако он не ощутил в ней никакого кокетства, так что не будет ставить аппетитные изгибы ей в упрек.
– В субботу ночью в Оук-Парк произошел пожар, – начал он. – В кухне мы обнаружили тело девушки. Сегодня утром мне звонил судмедэксперт. На рентгеновском снимке в черепе видно пулевое отверстие.
– Угарный газ в легких? – уточнила Митчелл.
– Баррингтон собирался вернуться туда и проверить. Он хотел, чтобы я знал о пуле, поскольку это меняет характер расследования.
– И юрисдикцию, – пробормотала она. – Вы уже видели тело?
– Я съезжу в морг после того, как закончу здесь.
– Вы установили личность жертвы?
– Предварительно. Дом принадлежит Джо и Донне Дауэрти. Они уехали из города на День благодарения, а присмотреть за домом попросили девушку по имени Кейтлин Барнетт. Рост и возраст совпадают, а машина, которую мы обнаружили в гараже, зарегистрирована на имя Роджера Барнетта, так что мы считаем, что тело принадлежит Кейтлин. Судмедэксперту придется выносить окончательное решение, основываясь на данных стоматологической карточки или анализа ДНК.
Он заметил, как Митчелл вздрогнула, хотя движение было еле уловимым.
Спиннелли вручил ей лист бумаги.
– Мы распечатали копию ее водительских прав из базы Отдела транспортных средств.
Митчелл внимательно прочитала данные.
– Ей было всего девятнадцать лет, – заметила она. Голос ее неожиданно сел и охрип. Она подняла потемневшие глаза. – Родителям уже сообщили?
Рид подумал, что ему придется сообщить новости родителям девушки, и его затошнило – обычная реакция. Ему всегда было интересно узнать, как детективам из Отдела расследования убийств удается делать это каждый день.
– Еще нет. Я вчера дважды проезжал мимо дома Барнеттов, но там никого не было.
Спиннелли вздохнул.
– Миа, это еще не все.
Рид поморщился.
– Если тело в морге принадлежит Кейтлин Барнетт, то ее отец полицейский.
– Я его знаю, – заявил Спиннелли. – Сержант Роджер Барнетт. Последние пять лет работает в Отделе нравов.
– Вот черт! – Митчелл подперла ладонью лоб, затем провела рукой по волосам, отчего они превратились в белокурые колючки. – Может, она кому-то насолила?
Рид тоже об этом подумал.
– Полагаю, это нужно выяснить в первую очередь. Дауэрти прилетают сегодня. Я их допрошу, когда они придут домой.
Миа на мгновение встретилась с ним взглядом.
– Мы их допросим, – спокойно исправила она.
В этой фразе скрывался вызов. Рид раздраженно кивнул.
– Конечно.
– Нужно направить туда криминалистов. – Она нахмурилась. – Вы ведь уже осматривали дом, верно? Черт, этот дождь смоет все следы!
– Мы провели там весь вчерашний день. Я сфотографировал каждую комнату и собрал образцы для лаборатории. К счастью, мы накрыли крышу брезентом. Дождь не должен так уж навредить.
Она невозмутимо кивнула.
– Хорошо. Что за образцы?
– Ковер, дерево. Я искал следы легковоспламеняющихся веществ.
Она наклонила голову набок.
– И что?
– Приборы показали, что вещества там есть, а собака обнаружила два разных вида. Бензин и что-то еще. В лаборатории сказали, что результаты будут готовы сегодня к вечеру.
Она покачала головой.
– Что касается места преступления, то там, конечно, никаких доказательств найдено не было, Марк.
Рид выпрямился.
– Наша задача состоит в том, чтобы собрать как можно больше улик, говорящих за или против преднамеренного поджога. Мы получили ордер. Собрали только то, что помогло бы установить источник и причину возгорания, пока мы не выяснили, как именно погибла девушка. Мы провели расследование согласно процедуре.
Ее взгляд немного смягчился.
– Я говорила не о вашем расследовании, лейтенант. Я говорила о местах пожара вообще. – Она посмотрела на Спиннелли. – Можешь послать полицейского в форме к дому Дауэрти? Нужно гарантировать, что никто ничего не будет трогать, пока мы не доберемся туда.
– Мы оставили человека охранять место пожара, – сдержанно произнес Рид. – Хотя, если вы готовы оплатить расходы на круглосуточное наблюдение, я отзову нашего человека. Наш бюджет не такой большой, как ваш.
– Хорошо. Теперь, когда мы установили, что речь идет об убийстве, мне все равно понадобится там полицейский. Не обижайтесь, – быстро добавила она. – Я вызову Джека и попрошу его встретить нас там вместе с группой охраны места преступления.
– Два члена моей команды ждут в доме. Фостер Ричардс и Бен Траммель. Они впустят ваших людей и покажут им, что мы сделали вчера. – Он уже звонил этим двоим и велел им быть готовыми присоединиться к группе, которую, несомненно, направит туда Отдел расследования убийств. Он добавил также, что Фостеру следует быть хорошим мальчиком и мирно играть с ГОМП. А Бену велел не спускать глаз с Фостера.
Миа встала.
– Хорошо. Но сначала давайте съездим в морг, посмотрим, что нам сможет рассказать Кейтлин.
Спиннелли тоже встал.
– Позвоните мне, когда сообщите родителям. Я свяжусь с капитаном Барнетта, чтобы его отдел мог послать цветы или еще что-нибудь.
– Вам нужно будет обновить ордер, – заметил Рид. – Наш выписан конкретно на расследование поджога.
Спиннелли кивнул.
– Я позвоню в офис государственного прокурора и получу ордер к тому времени, как вы отправитесь на место.
Митчелл повернулась к Риду.
– Лейтенант Соллидей, не могли бы вы оставить нас вдвоем на несколько минут? Можете подождать за моим столом. Он находится рядом с чисто убранным.
– Разумеется.
Он осторожно прикрыл за собой дверь, но, вместо того чтобы направиться к ее столу, прислонился к стене и повернул голову к двери под углом, оптимальным для подслушивания.
– Марк, относительно дела Эйба… – начала она.
Сегодня она упомянула Эйба во второй раз. Рид оглянулся и посмотрел на чистый стол. Наверное, это и есть стол Эйба.
В голосе Спиннелли звучало предостережение:
– Им занимаются Говард и Брукс.
– Мерфи говорит, что след остыл.
– Это правда. Миа, ты…
– Я знаю, Марк. Для меня это вопрос первостепенной важности, и ты сам понимаешь, что здесь ничего не изменится. Но если я что-то услышу, если кто-то что-то услышит и я буду в зоне доступа… Черт возьми, Марк, я его видела! – Ее голос зазвенел от ярости. – Если я увижу того козла, который всадил пулю в Эйба, я узнаю его!
– Он и в тебя пулю всадил, Миа.
– Пустяки, царапина. Марк, пожалуйста! – Повисла пауза. – Я в долгу перед Эйбом. Прошу тебя!
Еще одна пауза, затем вздох.
– Если ты будешь в зоне доступа, я позвоню тебе.
– Я этого не забуду!
Дверь открылась, но Рид даже не попытался отскочить в сторону. Он хотел, чтобы она поняла: он все слышал. Когда Миа увидела пожарника, ее лицо залила краска, а глаза недобро сузились. Несколько секунд она молча смотрела на него снизу вверх, и в ее взгляде читалось раздражение.
– Поехали в морг, – наконец решительно заявила она, повернулась к своему столу и схватила потертую куртку и шляпу. – Ваш зонт.
Она бросила Риду зонт, затем осторожно влезла в куртку, стараясь поберечь правое плечо. Спиннелли сказал, что она полностью выздоровела, но у Рида возникли серьезные сомнения на этот счет. Если она еще нездорова, он немедленно обратится к Спиннелли и попросит дать ему другого детектива. Миа спускалась по лестнице, перепрыгивая через ступеньку, – Рид подозревал, что так проявились подавленный гнев и желание заставить его припустить бегом, чтобы не отставать. Он уже наработался за утро, поэтому спускался не торопясь и заставил ее ждать на улице. Выйдя из здания, он раскрыл зонт, но Митчелл отступила в сторону.
– Мне еще не вернули служебную машину, а моя личная слишком маленькая, – заявила Миа, не оборачиваясь, когда Рид догнал ее. – У вас размеры не те.
Ее слова, и это не случайно, можно было понять двояко. Он предпочел проигнорировать шпильку в свой адрес и отреагировать только на проблему передвижения.
– Я поведу. – Рид уже собирался подсадить ее на высокую ступеньку своего «Шевроле Тахо», но она взлетела в салон с удивительным проворством и лишь тихонько застонала от боли. Он уселся за руль и пристально посмотрел на нее. – Вы еще не готовы вернуться, верно?
Она метнула на него сердитый взгляд и уставилась на дорогу.
– Мне закрыли больничный.
Он завел мотор, устроился в кресле поудобнее и стал ждать, когда она посмотрит ему в глаза. В молчании прошла целая минута, прежде чем Митчелл повернула к нему недовольное лицо.
– Ну и чего мы сидим? – возмутилась она.
– Кто такой Эйб?
Она стиснула зубы.
– Мой напарник.
За этой фразой скрывалось продолжение: «А ты мне не напарник».
– Что с ним случилось?
– Его подстрелили.
– Думаю, он поправится.
Он не заметил бы, что Митчелл вздрогнула, если бы так внимательно не следил за ней.
– Рано или поздно.
– Вас тоже ранили.
Она прикусила губу.
– Царапина.
Он искренне сомневался в этом.
– Почему вы не сводили глаз со стекла сегодня утром?
Ее глаза вспыхнули.
– Не твое собачье дело!
Именно этих слов Рид от нее и ожидал. Тем не менее свою реплику он все же произнесет.
– К сожалению, вынужден не согласиться. Нравится вам это или нет, но в обозримом будущем мы партнеры. Сегодня утром вас легко могли застать врасплох, отобрать оружие, ранить вас или какого-нибудь прохожего. Я должен быть уверен, что вы не станете таращиться в пустоту, когда понадобитесь мне, так что я повторю свой вопрос. Почему вы не сводили глаз со стекла сегодня утром?
Должно быть, его слова задели Митчелл, потому что теперь в ее глазах сквозил холод.
– Если вы боитесь, что я не смогу прикрыть вам спину, то расслабьтесь, лейтенант. То, что произошло сегодня утром, мое личное дело. А я не позволю своим личным делам мешать нашей работе. Даю слово.
Произнося эту тираду, она не сводила с Рида взгляда и теперь, закончив говорить, продолжала смотреть на него с таким видом, что ему невольно захотелось позлить ее.
– Я вас не знаю, детектив, так что ваше слово значит для меня совсем немного. – Он поднял руку, когда она открыла рот, собираясь произнести несколько слов, наверняка непечатных. – Но я прекрасно знаю Марка Спиннелли, а он уверен в ваших способностях. Я не стану припоминать вам события сегодняшнего утра. Но если это случится снова, я попрошу у Спиннелли другого напарника. Даю слово.
Она несколько раз моргнула и так плотно сжала зубы, что он удивился, как это они не посыпались.
– В морг, лейтенант. Будьте любезны!
Рид выжал сцепление, довольный тем, что четко высказал свою позицию.
– В морг.
Понедельник, 27 ноября, 10:05
Миа выскочила из внедорожника Соллидея еще до того, как он окончательно остановился. «Угрожал пойти к моему боссу, вот ведь козел! Можно подумать, сам он никогда в жизни не задумывался». Так забей. Это пустяк. Верно? Она отчаянно старалась не скрипеть зубами, пока Соллидей шел за ней через крытую автостоянку. Неверно. Никакой это не пустяк. Он прав. Ее и правда могли застать врасплох, отобрать оружие. Она замедлила шаг. Она забыла об осторожности. Снова.
Он нагнал ее у лифта, и она молча нажала на кнопку вызова. Так же молча Соллидей последовал за ней в лифт и встал так близко, что она ощущала жар, идущий от его тела. Он стоял, подобный гранитному монолиту, скрестив на груди руки, и, глядя на него, она чувствовала себя ребенком. Ей ужасно хотелось забиться в угол, и, чтобы сдержаться, она не сводила глаз с цифрового табло, на котором сменялись номера этажей.
– Надеюсь, вы добились, чего хотели, продемонстрировав тот трюк, – неожиданно заявил он, и она так удивилась, что нашла в себе силы посмотреть на него.
Он глядел прямо перед собой: взгляд хмурый, уголки рта опущены.
– Что-что?
– Когда выпрыгнули из машины до того, как она остановилась. Я понимаю, что раздражаю вас, но вы не дотягиваетесь до ступеньки, а значит, рисковали сломать ногу.
Миа недоверчиво рассмеялась.
– Вы мне не отец, лейтенант Соллидей.
– Скажите спасибо, что я не он. – Двери открылись, и он пропустил ее вперед. – Свою дочь я бы за подобную выходку запер дома на неделю. А если бы она мне надерзила, то и на две.
Не дерзи мне, девчонка!
Миа с трудом сдержала дрожь.
Когда она была ребенком, за глухо произнесенной репликой обычно следовал удар по голове, от которого у нее темнело в глазах. Когда она стала старше, одной этой фразы, произнесенной отцом, оказывалось достаточно, чтобы Миа шарахалась назад, вызывая у него презрительный смех. Она ненавидела его смех. Она ненавидела его. Своего собственного отца.
Но мужчина, стоявший рядом с ней, не был ее отцом. Это был Рид Соллидей, и он придерживал дверь морга.
– У вас крепкие нервы? – спросил он. – Жертва выглядит отвратительно. Обуглилась до неузнаваемости.
Нервы у нее ни к черту, но она скорее умрет, чем признается ему в этом.
– Уверена, я видела вещи и похуже.
– Догадываюсь, – пробормотал он и остановился у окна помещения для опознания. – Баррингтон сейчас занят. Придется подождать.
У Мии засосало под ложечкой, но это не имело никакого отношения к покрытому простыней телу на металлическом столе. Рядом с судмедэкспертом стоял Эйден Рейган и рассматривал рентгеновские снимки. Он ее увидит, этого не избежать. Брат Эйба, скорее всего, рассердится так же, как и его жена. Эйден отвернулся от снимков, встретился взглядом с Мией и нахмурился. Он кивал в такт словам Баррингтона, но не прерывал контакт с ней глазами. Потом вышел из прозекторской и остановился.
Соллидей направился к двери, но замер, почувствовав, как накалилась обстановка. Он с любопытством переводил взгляд с Эйдена на Мию, удивленно приподняв свои чертовы темные брови. Господи всемогущий, да он же вылитый сатана! Соллидей, а не Эйден. У Эйдена просто расстроенный вид.
– Можете оставить нас на минуту, Соллидей?
Он кивнул, хотя его просто распирало от любопытства.
– Я подожду внутри.
Миа повернулась к Эйдену Рейгану.
– Кристен уже всыпала мне по первое число утром, – призналась она, не успел Эйден и слова сказать. – Вечером я поеду в больницу и повидаюсь с Эйбом, так что, если хочешь встретить меня там и всыпать по тем местам, которые остались целы, милости прошу.
Эйден окинул ее спокойным оценивающим взглядом, в точности как Кристен.
– Хорошо. Обязательно.
В его голосе звучало разочарование. Она терпеть не могла разочаровывать окружающих. И ненавидела себя за то, что терпеть этого не могла.
– Мне пора.
– Миа, подожди. – Он протянул руку, но сразу же опустил ее. – Мы волновались.
– Да, я знаю. Послушай, Эйден, я все испортила. Но я обязательно все исправлю.
Она направилась к двери, но Эйден поймал ее за руку, и она ахнула от боли.
Он тут же отпустил ее.
– Тебе еще больно.
– Не смертельно, – отрезала она. – Мне уж точно намного легче, чем Эйбу.
Соллидей уже разговаривал с патологоанатомом.
– Мне действительно пора.
Эйден проследил за ее взглядом.
– Кто тот парень?
– Соллидей. Он из ОРПП и мой новый лучший друг, пока Эйб не вернется или пока мы не раскроем убийство, в зависимости от того, что произойдет раньше. В пожаре Соллидея обнаружили труп с пулевым ранением.
Эйден поморщился.
– Да, я видел краем глаза. Лучше ты, чем я, Миа.
– Вот спасибо!
Она прошла мимо него в морг, пытаясь не обращать внимания на запах, который всегда висел там. Сегодня вонь была гораздо хуже. Запах химикатов слился со зловонием обгорелой плоти, так что желудок Мии возмутился. Судмедэксперт Баррингтон передвигал рентгеновские снимки на стеклянном столе с подсветкой, и Миа заставила свой мозг переключиться с жалости к себе в режим детектива.
На снимках было видно аккуратное круглое отверстие в основании черепа.
– Выходного отверстия нет, – говорил Баррингтон. – Пуля все еще внутри, но я не могу сказать наверняка, какая у нее форма. А‑а, детектив Митчелл! Рад, что вы вернулись.
– Спасибо. – Она уставилась на снимок, стараясь сосредоточиться. – Пуля выпущена из оружия двадцать второго калибра?
– Скорее всего, именно так. – Баррингтон передвинул снимок к нижнему краю стола. – В легких я угарного газа не обнаружил. Она умерла до того, как вспыхнул пожар.
– Он выстрелил в нее так, словно совершал казнь, – отметил Соллидей, и Баррингтон согласно кивнул.
– Я обнаружил три перелома в одной из костей ноги. Два из них недавние. Один полностью зарос, кость срослась правильно, по крайней мере, несколько лет назад, так что когда-то она получала хороший медицинский уход.
– Ее отец – коп, – вставила Миа.
Он и бровью не повел. Не единого чертова проявления чувств!
– Ну так выясните, кто ее стоматолог. Как только получу карточку, я смогу официально установить ее личность. А до тех пор она будет проходить по документам как Джейн Доу.
Судмедэксперт подошел к столу и осторожно поднял простыню. Миа смогла выдержать открывшееся зрелище лишь долю секунды. Еще немного – и скромный завтрак попросился бы наружу. Вид был ужасным. Хуже, чем она ожидала. Возможно, даже хуже, чем ей доводилось видеть раньше.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?