Читать книгу "Расы Европы"

8. Финно-угры: введение

Следующий шаг в нашем обзоре современных народов Северной Европы ведет нас прочь от Скандинавии, современной нордической родины, через Балтийское море к странам, для которых больше всего характерна восточнобалтийская раса. Это четыре республики – Финляндия, Эстония, Латвия и Литва. Мы предлагаем сначала изучить первые две как самые северные страны, в которых говорят на языках финно-угорской семьи. Но это будет сделано окольным путем, так как необходимо рассмотреть всю этнолингвистическую группу, частью которой они являются, чтобы можно было в полной мере понять расовую историю балтийских финнов. Поэтому также необходимо прервать географический порядок следования и начать с финской родины в восточной России. В одной из предыдущих глав (гл. VII, раздел 1) был проведен обзор скелетных останков древних финно-угров этого региона; также было кое-что сказано об их древних этнических переселениях. Целью этой раздела является немного более подробно объяснить лингвистические и исторические связи финно-угорских народов[610]610
  Полезные источники таковы: Atlas of Finland, 1925, esp. Wichman, Y., pp. 19–22; Jochelson, W., The Peoples of Asiatic Russia, esp. pp. 16–21; Sirelius, U. T., The Genealogy of the Finns; Zolotarev, D. A., Etnicheskii Sostav Naseleniia Sev.-Zap. Oblasti i Karelskoi ASSR; ibid., TKIP, vol. 15, #2, 1928, pp. 1–26.


[Закрыть].

Для ясности мы повторим, что финно-угорские языки вместе с самоедским составляют уральскую языковую семью, которую, может быть, можно объединить с тюркскими, тунгусским и монгольским языками в уральско-алтайскую суперсемью. Сейчас полагают, что древний финно-угорский язык был одним из двух элементов, смешавшихся и составивших базовый индоевропейский[611]611
  См. главу VI, разделы 1 и 8, главу VII, разделы 1 и 3.


[Закрыть]. Хотя сегодня они не так распространены, как индоевропейские языки, современные финно-угорские языки ни в коем случае не являются архаичными и не демонстрируют тенденций к исчезновению. На самом деле на них говорит большое количество народов, живущих в крайне разнообразных природных и культурных условиях и разбросанных по широкой территории. В трех странах – Финляндии, Эстонии и Венгрии финно-угорские наречия являются официальными языками, на которых говорят миллионы людей. В Западной Сибири, так же как и в этих странах, финно-угорская речь занимает большое пространство на карте, но в этой лесной и болотистой местности на ней говорят немного людей. В других местах через восточно-центральную Россию и узкой полосой через устье Финского залива она обнаруживается на небольших островках, окруженная славянской территорией.

Языковые связи в семье можно лучше всего проиллюстрировать таблицей Кайявы, воспроизведенной в несколько измененной форме ниже[612]612
  Kajava, Y., EA, #8, #9, 1922, pp. 353–358.


[Закрыть]. В этой таблице термин «ингрийцы» используется для включения различных групп финноязычных народов Ленинградской области, а именно води, людиков или ижор, и двух племен, называемых эвремейсет и савакот, которые живут среди русских в самом Ленинграде[613]613
  Ижоры насчитывают примерно 11 000 человек, водь – около 700. Точные цифры по эвремейсет и савакот не получены.


[Закрыть].

Древняя родина объединенных финно-угров, как предполагается лингвистами, лежит в регионе, простирающемся от истоков Днепра и западной Двины до западного склона Уральских гор. Земля вокруг Оки, излучины Волги и Камы, похоже, была занята финно-уграми к тому времени, когда некоторые из их юго-восточных племен смешались с народами, говорящими на кавказских языках, и произвели индоевропейский праязык.

На своей древней родине в I тысячелетии н.э. [614]614
  Главный источник для следующего исторического обзора – Bunak, V., ZFMA, vol. 30, 1932, pp. 441–503.


[Закрыть]финны контактировали на юге со скифами, жившими западнее Дона, и с сарматами, занимавшими равнины восточнее. Балтские народы, видимо, соприкасались с ними на западе, так как балтские слова используются среди мордвинов, которые никогда не жили у моря. Во время самых древних греческих сообщений финны, видимо, занимали всю территорию, тянувшуюся от района Полесья в Белоруссии до центральной и нижней Волги. Геродот помещает народ, называемый будинами, в восточную часть этого региона – предположительно, в область Волги; к западу от них он помещает андрофагов, затем меланхелов (черных плащей), и на самом западе невров. Имя «андрофаги», или каннибалы, имеет такое же значение, как и иранское Mord-Chvar, откуда произведено слово «мордва» и «мордвин». Черные плащи, на которых ссылался Геродот, все еще являются частью национального костюма поволжских финнов.

Рис. 31. Лингвистические взаимосвязи финно-угров. По Kajava, Y., EA #8, #9, 1922, pp. 353–358.

Во время столетий, непосредственно предшествующих н.э., предки балтийских финнов мигрировали на запад со своей первоначальной родины к восточному берегу Балтики к югу от Финского залива, где они заняли земли к северу от Двины и по меньшей мере северную половину Курляндии – таким образом большую часть того, что сейчас называется Латвией, а также Эстонией. С началом н.э. некоторые из них пересекли Финский залив и поселились рядом с Або и в долинах Кокемяки и Кюрё нынешней Финляндии. Эта земля был уже заселена населением железного века скандинавского культурного типа, которое финны полностью ассимилировали. Завоеватели постепенно распространились на восток, пока около 700 г. н.э. не достигли нынешней Карелии. Оттуда они отправились в южное Саво, который, видимо, заняли к 1000 г. н.э. Однако финское проникновение в части Швеции было взаимным действием, так как даже еще раньше, в XIII в., шведы, приходя по морю, проводили крестовые походы против финнов, и многие шведы остались на восточных берегах Ботнического залива и северном берегу Финского залива. Именно в этот период началась миграция, давшая Финляндии ее нынешнее шведское население побережья. Тем временем предки балтоязычных латышей передвинулись на север в Курляндию и Ливонию, частично вытолкнув более южных балтийских финнов из той территории, что сейчас называется Латвией, и частично ассимилировав их.

Карта 10. Распределение уральской и алтайской речи в Европе.

Карта не включает турецкий язык, на котором говорят в бывшей Турецкой империи. Все тюркские языки представлены полумесяцем, монгольские – перекрестной штриховкой, а самоедский – кружочками. Финно-угорский представлен различными типами линий и пунктиром, за исключением лопарского, показанного крестиками, и ливского, представленного сплошной заливкой. Северные случаи карельского – квенские.

Между Ленинградом и финской родиной можно видеть остатки древних групп мигрантов, которые при первом появлении славян в VI–VIII столетиях н.э. составляли непрерывный пояс финноязычных народов. Ближе всего к заливу находятся водь, ижора и ленинградские племена; на берегах Онежского озера и у истока р. Оять живут вепсы, которые ранее обладали большой территорией и были могущественным народом даже в славянские времена. К югу и востоку от вепсов живет меря, сейчас вымершая в языковом плане, покрывавшие территорию между Окой и верхней Волгой. Далее на юг и восток жила сейчас таким же образом вымершая мурома, а затем разнообразные племена черемисов и, наконец, мордва. Связующие звенья между вепсами и черемисами исчезли, а уцелевшие группы испытали большую потерю территории.

Положение карел в этой картине не совсем ясно: однако известно, что они заселили берега Белого моря в 900 г. н.э. и были позднее сильно потеснены русскими. Лингвистически они представляют собой ветвь балтийских финнов, ближе всего родственную эстонцам, но неизвестно, были ли они когда-нибудь в Эстонии на самом деле, и в этом случае двигались ли они через Финский залив с финнами или вокруг его восточного берега. В любом случае, карелы, сегодня живущие в Ингрии и Поволжье, видимо, представляют собой скорее результат вторичного проникновения из современной Карелии, нежели древнее население.

Хотя прибытие предков балтийских финнов с их волжской родины произошло так давно, что движение центральноазиатских кочевников прямо не повлияло на них, эти вторжения вызвали другие финно-угорские миграции. В I в. н.э. гунны появились на Волге и оставались вдоль ее нижнего и среднего течения до отправления в нынешнюю Венгрию после разгрома остроготов. В V в., после неудачи во Франции, гунны вернулись в бассейн Дона и присоединились к своим родственникам булгарам, пришедшим из области Урала и Кубани в юго-восточной России, и поселились среди финнов и угров на нижней Волге и Каме. Здесь они основали могущественное царство, просуществовавшее с VIII по XIV в. Некоторые из этих булгар мигрировали в область нижнего Дуная и разгромили южных славян, поселившись там, где сейчас находится Болгария. Эти булгары позже потеряли свою уральскую речь, восприняв славянский язык. Булгары с Волги правили некоторыми финно-угорскими народами (мордвой, черемисами, вотяками, зырянами и мадьярами) или по крайней мере повлияли на них. Современные чуваши восточной России являются потомками булгар по языку, но считается, что во многом они финны по крови. Во время существования Булгарского царства или раньше зыряне, как и вотяки, остававшиеся несколько ближе к центру рассеяния, двинулись на север. Только черемисы и мордва остались на первоначальной финно-угорской родине.

Под тюркским руководством большой корпус угров покинул этот регион и мигрировал в южные степи, откуда в IX в. они отправились в Венгрию и смешались с остатками гуннов и авар, проживавших там. Эти угры стали мадьярами, современными венграми, чей язык все еще в своей основе угорский, хотя и изменившийся под сильным тюркским влиянием.

Ближайшие языковые родственники мадьяр – это вогулы и остяки, первобытные племена охотников и рыболовов области Оби в Сибири. К концу I тысячелетия н.э. они переместились в северо-восточную часть Европейской России, где они, как говорят, жили вместе с самоедами. Северное движение русских колонистов вытолкнуло их в Сибирь, и к 1364 г. они уже располагались только в Азии. Сегодня они по-прежнему являются первобытными охотниками и рыболовами и шаманистами по религии. Однако как на филологических, так и на исторических основаниях считается, что до своей миграции на север и восток они были земледельцами и скотоводами.

Сегодня финно-угры включают в себя народы всех степеней культуры от охотников и рыболовов до народов современных цивилизованных государств. Они связаны узами языка и некоторыми древними культурными чертами, особенно связанными с музыкой и поэзией, в которой высокий и низкий культурные уровни не пересекаются. Хотя и весьма устойчивые на периферии своего радиуса миграции, они отступили в его центре, где большие волны завоеваний и рост центральноазиатской империи, а также последующая постоянная и неостановимая экспансия восточных славян свела их культуру к минимуму. Тем не менее, их физические потомки гораздо многочисленнее, так как они составляют значимый элемент в составе населения современной России. В свете своей истории финно-угры – это гораздо более важный фактор в составе населения Восточной Европы, чем предполагает их нынешнее количество.

9. Расовая характеристика восточных финнов

Перед подробным изучением физических черт финно-угров, кроме балтийской группы и венгров, значительно упростит дело заявление одного факта, который существующие антропометрические документы делают очевидным: все эти народы очень похожи. Мордва, черемисы, пермяки, различные ингрийские группы Ленинградской области, а также карелы отличаются друг от друга лишь в очень малой степени. В этом отношении они отличаются не только от балтийских финнов и мадьяр, но также в меньшей степени от угроговорящих народов Сибири. Чтобы определить базовый расовый тип нынешних центральных финских народов, легче всего будет описать одну группу, подвергнутую наиболее тщательному и наиболее определенному современному расовому изучению – карел[615]615
  Zolotarev, D. A., Kareli, SSSR.


[Закрыть], а после этого увидеть, как описание, полученное таким образом, прилагается отдельно к другим финским народам.

В Европе примерно полмиллиона карел; примерно половина из них живет в восточной Финляндии, а остальные разделены между Карельской республикой СССР, примыкающей к Финляндии, и небольшими этническими островками в области верхней Волги[616]616
  Atlas of Finland, 1925; Zolotarev, TKIP, 1928.


[Закрыть]. Серия Золотарёва из взрослых мужчин включает 728 человек из Карельской республики и 277 человек с Волги. В обеих частях то, что он считает темными волосами, обнаружено среди 9%, и то же самое верно для темных глаз. В волжской группе имеется 27% волос, обозначенных как совершенно светлые, а оставшееся большинство попадает в светло-каштановую и каштановую категорию. У карел из республики, наоборот, 40% волос самого светлого класса. Для цвета глаз верна обратная диспропорция: 42% волжских карел названы светлоглазыми, а 49% – имеющими смешанные глаза; в республике эти цифры составляют 35% и 55% соответственно. Следовательно, прежде всего можно сказать, что пигментация карел обычно светлая или смешанная, и такая же или почти такая же светлая, как у большинства скандинавов. В степени пигментации волос и глаз между финнами и нордиками железного века есть только небольшое различие. Карелы преимущественно имеют пепельно-светлые волосы, а не золотистые, и только 4 человека из тысячи демонстрируют рыжеволосость.

Средний рост общей карельской группы составляет 165,7 см; волжские мужчины немного выше, чем мужчины на северо-западе. Это умеренный или средний рост, не низкий и не высокий; он низкий по нордическим стандартам, но примерно средний по сравнению с ростом большинства русских. Телесные пропорции, что показывают как данные Золотарёва, так и данные других исследователей, демонстрируют латеральный, плотно сложенный тип, предсказанный изучением финского влияния в Скандинавии; с другой стороны, относительный рост сидя составляет 53 – это немного выше, чем ожидается среди нордиков. Диаметр бедер и плеч похож на среднюю европейскую форму. Карелы не отмечены никакими особенностями в строении тела, и скорее стройные, нежели массивные.

Размеры головы, хоть и изменчивы, все же меньше, чем обнаруженные нами среди скандинавских народов. Средняя длина всей группы составляет 187,8 мм, для волжской серии – 186 мм; это на целых десять миллиметров меньше, чем, например, длина головы исландцев. В то же время ширина головы 152,1 мм для всей группы и только 151,7 мм для поволжских карел меньше, чем у многих долихоцефальных скандинавов. Головной указатель, варьирующийся между крайностями 69 и 90, имеет среднее значение 81,1 в общем, 80,9 для серии республики и 81,6 для поволжской группы. Стандартное отклонение в 3,3 пункта в целом показывает, что карельская форма в этом отношении составляет весьма однородную группу. Следовательно, форма головы у этих базовых финнов суббрахицефальная, или же попадает в крайне слабую мезоцефальную категорию. По размерам, так же как и по пропорциям, карельская голова находится недалеко от древнего неолитического дунайского расового стандарта. Высота свода в 127 мм большая, но не слишком; она равна таковой у нордиков железного века в Скандинавии и сравнима с находимыми у черепов дунайцев.

Ширина лба, составляющая 105,8 мм, равна таковой у нордиков, а скуловой диаметр 139,4 мм немного шире; общая длина лица 120,8 мм находится между малой и средней. Лицевой указатель 86,8 попадает в категорию умеренно широких лиц. Нос совершенно короткий (50,9 мм) и только умеренной ширины (35,5 мм). Результирующий носовой указатель (70,2 для всей группы и 69,5 в поволжской группе) лежит на границе лепторинии и мезоринии. Один из наиболее отличительных размеров в этой карельской группе – это межорбитальный диаметр со средней величиной 34,1 мм, что дает ожидаемую широкоглазую финскую форму.

В целом карельская серия метрически не демонстрирует ничего общего с большеголовым мезоцефальным и брахицефальным населением западной Норвегии и Дании; однако его можно сравнить с нордиками железного века восточной Скандинавии. По сравнению с последними карелы низкие, имеют короткие по абсолютной длине головы, короткие по высоте лица и носы и имеют немного более широкие лица. Метрическое положение карел среди современных европейских рас сравнимо с положением дунайского типа в скелетных сериях. Как по пигментации, так и по базовому метрическому характеру он демонстрирует определенное фундаментальное родство с нордической формой железного века.

Наблюдения, сведенные Золотарёвым в таблицу, подтверждают это общее впечатление. Очертания лица названы прямоугольными в 55% серии и овоидными (яйцевидными) в 33%; профиль носа прямой в половине серии, вогнутый в 40% и выпуклый в оставшихся десяти. Кончик носа вздернут в два раза чаще, чем опущен вниз; поперечный профиль лба, как правило, крутой; только в одном из десяти случаев две линии профиля параллельные, как у типично нордической формы. Монголоидные черты, включая эпикантус и сильно выступающие скулы, нетипичны, но чаще встречаются в сериях из Карельской республики, чем из Поволжья. Только шесть человек из 1008 имеют чисто монголоидный эпикантус, и все они происходят из серии республики. Из этих наблюдений, а также из измерений мы видим составную картину умеренно вариабельного расового типа, скорее светлого, нежели темного, но преимущественно светло-смешанного по пигментации; с квадратным или овальным лицом, с носом от прямого до вогнутого курносого, крутым, часто выступающим лбом и только умеренно выступающими скулами. Легкое лицевое уплощение дает поверхностное монголоидное впечатление, но обычно развитых монголоидных черт нет. Повсюду присутствует зачаточное нордическое состояние, и примерно в 10% всего массива появляются нордические форма головы и черты лица, с более длинным, эллипсоидным лицом и параллельными профилями лба и носа. Без сомнения, здесь присутствует как скрытый нордический элемент, так и менее сильный монголоидный.

Имея в виду это общее положение центрального финского типа, представленного как пример этими карелами, нам представляется в соответствии с фактами оставить обозначение восточнобалтийский тип (East Baltic) для совершенно отличного населения с большим туловищем и размером головы восточных балтийских стран, финно– или балтоязычных, и не привязывать его к этой четко дифференцированной расовой группе, имеющей свой географический центр в другом месте. Принимая во внимание тесное сходство между этим центральным финским типом и дунайским расовой общностью, предполагаемой древним скелетным материалом, а также тот факт, что самые древние идентифицируемые финские скелетные останки в большинстве своем принадлежали к этому типу, нам кажется уместным, как сказано в завершающей части главы VIII, назвать этот расовый тип неодунайским (Neo-Danubian).

В древних финских скелетных останках имелось свидетельство значительной примеси широкоглазых, широколицых мезо– и брахицефалов северных лесов и в меньшей степени того, что кажется шнуровиками или развитыми нордиками; такие же примеси равным образом очевидны в современном сплаве, который, однако, остается по большей части того же базового расового типа, к которому принадлежали самые древние земледельцы, появившиеся на территории Центральной Европы с востока. Связывать происхождение финских народов и финской культуры с лесной культурой на основе современных ассоциаций будет ошибкой; финны были земледельцами с самого начала и оставались таковыми, когда позволяли обстоятельства.

Давайте теперь изучим другие финские группы, населяющие территорию России. Данные по физическим чертам ингрийцев крайне скудны; ижора[617]617
  Zolotarev, D. A., TKIP, 1928, по Е.И. Прелову, А.И. Александровой и Е.Ф. Уль.


[Закрыть] со средним ростом 165,6 см имеет такой же рост, как и карелы, в то время как два ленинградских племени, эвремейсет и савакот[618]618
  Ibid.


[Закрыть], выше (167,1 см). У ижоры средний головной указатель 82,6, у води[619]619
  Zolotarev, D. A., Kareli, SSSR, по Александровой.


[Закрыть] – 83,2. Таким образом, отклонение ингрийцев, как демонстрирует свидетельство карельского стандарта, – это уклон в брахицефалию. Вепсы, живущие в более северной среде, близки к карельским средним значениям по этим двум критериям – рост 164 см, головной указатель 81,9[620]620
  Zolotarev, D. A., Kareli, SSSR, по Розову.


[Закрыть]. Однако наблюдения над небольшой серией вепсов[621]621
  Mainov, V. N., 1877, из аннотации в AFA, vol. 11, 1879, p. 329.


[Закрыть] демонстрируют большинство оттенков каштанового цвета, серых глаз, широких носов и косых глаз, со слабым развитием бороды во многих случаях, показывающих более сильную монголоидность этой группы, подвергнутой влиянию лопарей и самоедов, чем в большинстве других финских серий.

Из первоначальных поволжских финнов только два племени – мордва и черемисы – сохранили свою этническую идентичность, все еще живя в центре изначальной финской территории. Мордва разбросана по отдельным деревням и группам деревень провинций средней Волги; эти поселения, хотя не непрерывные, вместе содержат большое население, официально посчитанное Золотарёвым как 1 167 537 человек[622]622
  Zolotarev, D. A., TKIP, #15, 1928.


[Закрыть]. Еще примерно 35 000 живут отдельно от своего народа в Башкирской и Татарской республиках, а более 50 000 поселились в Сибири и центральноазиатских ханствах. Так как мордва – замечательные фермеры и выносливые колонисты, цари посылали их в больших количествах на восток осваивать новооткрытые сельскохозяйственные земли.

Черемисы, называющие себя мари, насчитывают примерно полмиллиона человек и живут севернее мордвы рядом с Казанью. Из-за компактности их проживания этой территории был дан статус автономного района. Обычно их делят на две группы: лесные черемисы и горные черемисы; первые живут в низинах на западном берегу Волги, а вторые населяют более изолированную территорию на востоке и сохраняют многие языческие обычаи. Кроме следования обычным финским занятиям земледелия и пчеловодства, черемисы, как и сибирские угры, также занимаются охотой и рыболовством.

Мордва и черемисы сильно похожи в антропометрическом смысле, и оба народа только в слабой степени отличаются от стандарта, установленного нашим изучением карел[623]623
  Главные источники по мордве и черемисам: Bunak, V., RAJ, vol. 13, 1924, pp. 178–207; Sergeev, V. I., PCZA, 1930, pp. 318–319. Более старые работы включают: Maliev, N., аннотация в AFA, vol. 12, 1880, p. 392; Nikolsky, B., аннотация в AFA, vol. 26, 1899, pp. 187–190; Sommier, S., APA, vol. 18, 1888, pp. 215–257.


[Закрыть]. Средний мордовский рост – 166,4 см, а черемисский – 163,7 см. По телесным пропорциям подобие с карелами кажется полным; в размерах головы единственное отличие – это то, что мордовский свод (134 мм) и свод черемисов (130 мм) могут быть немного выше, хотя эти отличия могут быть частично обусловлены техническими факторами. Лица мордвы и черемисов опять же немного больше, чем у карел, высоты назион-ментон 124 и 123 мм, а скуловые диаметры – 141 и 140 мм. Средний носовой указатель у мордвы 65,4, т.е. лепторинный, а у черемисов – 71,4, т.е. мезоринный.

Эти поволжские финны меньше походят на карел по пигментации и морфологии мягких тканей. Бунак, Сергеев и Майнов обнаружили среди мордвы соответственно 33, 52 и 60% светлых глаз. Хотя особой информации о цвете волос этих людей нет, заявление Бунака о том, что 50% его серии принадлежит к темнопигментированному типу, указывает на то, что наиболее распространенным цветом является каштановый. Среди черемисов Сомье обнаружил 28% светлых глаз и 39% темных; 21% светлых волос и 35% темно-каштановых и черных. Таким образом, черемисы кажутся темнее своих южных соседей, и оба эти народа темнее карел. Особая серия восточных или горных черемисов, измеренная Никольским, показывает ясные отличия от главной группы – со средним ростом 167,4 см, головным указателем 78,6 и 60% голубых и серых глаз и только 32% черных и темно-карих глаз.

Имеющие статистическую ценность наблюдения, описывающие этих людей, скудны. Однако кажется, что присутствует относительно высокая частота вогнутости профиля носа – 18% среди мордвы и 39% среди черемисов; срединной складки века, что является, как правило, признаком низкой костной орбиты – 34% среди мордвы и 46% среди черемисов; и 64% слабого роста бороды среди мордвы и 77% среди черемисов. В общем, черемисы кажутся более монголоидными, чем мордва, но, с другой стороны, изолированные лесные черемисы сохранили наименее монголоидный тип из всех из них, и он ближе всего к карельской и нордической форме. Наш вывод таков, что хотя мордва и черемисы сохранили своей первоначальный финский тип со значительной точностью, проникновение монгольских и татарских народов в их страну с того времени, как предки карел и других западных групп покинули их, произвело на них некоторый заметный эффект.

Параллельно в лингвистической таксономии к объединенной балтийской и волжской финской группе относятся также пермские финны. Они делятся на три народа – вотяков, зырян и пермяков. Все они живут к северу от мордвы и черемисов, с чьей общей территории они, видимо, и мигрировали. Южнее всех находятся вотяки, которые, составляя примерно полмиллиона человек, живут на берегах Камы – притока Волги, в юго-восточной части бывшей Вятской губернии. Советскими властями этот регион был преобразован в Вотякскую АССР. Примерно 25 000 других вотяков живут в Башкирской республике, 20 000 в Самарской губернии, 1700 в Сибири, а остальные в Татарской республике. В общем, современная судьба вотяков до определенной степени связана с судьбой тюркоязычных народов. На своем языке они называют себя удмуртами, и этот язык содержит много заимствований из чувашской и татарской речи. Однако они не стали мусульманами; на 1917 г. их религия официально была православным христианством, служившим маской, под которой сохранялось многое из изначального финского язычества.

Метрически вотяки сильно напоминают черемисов[624]624
  Главными источниками по вотякам являются: Chomiakov, M. N., TKU, vol. 43, #3, pp. 1–294. Аннотация в ZBFA, vol. 17, 1912; Maliev, N., TKU, vol. 4, #2, 1874, pp. 1–17. Аннотация в AFA, vol. 9, 1876, p. 227; Khonuakov, 1911, по Zolotarev, TKIP, 1928; Teploukhov, S. A., по Zolotarev, TKIP, 1928.


[Закрыть]. Средний головной указатель 82 немного выше и отражает немного меньшую длину головы. Средний рост составляет 162–163 см. Пигментация радужной оболочки похожа на мордовскую и черемисскую, так как 30–35% глаз названы карими, а остальные делятся между голубым, серым и смешанными цветами. Однако по цвету волос можно увидеть различие, так как серия Малиева демонстрирует только 2% черных волос, 32% темно-каштановых, 29% каштановых, 15% светло-каштановых и 7% соломенно-желтых. Из остальных 11% указаны как рыжевато-каштановые. Хомяков подтверждает этот высокий процент рыжеволосости – 6% рыжего цвета волос. Среди серии Малиева только у 15% черные или каштановые бороды; из остальных 47% указаны как рыжие. Таким образом, эти вотяки не такие светлые, как карелы, но светлая пигментация встречается часто и типична для них; рыжеволосость, чье отсутствие особенно заметно как у карельской группы, так и у нордической расы железного века и которая не так значима среди двух групп волжских финнов, стала главным фактором среди пермской группы.

У вотяков обычно немного волос на теле, а борода часто редкая, хотя в отдельных случаях обнаруживаются очень густые бороды и обильные волосы на теле. Похожее на айнское оволосение многих русских крестьян чаще встречается среди славян, нежели среди финнов, но исключительно в обеих группах. Таким образом, обе группы в целом не являются такими же волосатыми, как большинство западных европейских брахицефалов. Форма волос преимущественно прямая, только исключения волнистые или кудрявые. Сорок процентов вотяков указаны как имеющие длинное или овальное лицо, оставшиеся круглолицы, широколицы или имеют уплощенные лица. Нос прямой у 60%, выпуклый только у 12%. Малиев заявляет, что 36% «плотные» по телосложению, а стройные или худые только 6%. В любом случае, вотяки – это типичные финны, немного ниже и круглоголовее, чем карелы или мордва, необычно рыжеволосые, и не более монголоидные, чем их южные соседи.

К северу от вотяков живут два союзных племени – зыряне и пермяки, называющие себя коми. Эти два народа в целом составляют одну категорию, особенно потому что они говорят на взаимно понятных языках и занимают смежные территории. Зыряне занимают большие пространства, тянущиеся от 58 градусов северной широты до Арктического океана и от Уральских гор на востоке до реки Пинега, притока Двины, на западе. Также некоторые зыряне живут на сибирской стороне Урала. Главный город зырян – это Ижма на реке Печора. Пермяки живут больше на восточной стороне в верховьях Камы. Статистика населения, касающаяся этих народов, сильно различается. Золотарёв дает цифру 186 000 человек как общее количество зырян, живущих в России, и 9566 для Сибири. Йохельсон оценивает зырян в 260 000 человек, а «Атлас Финляндии» в 364 000 человек. Золотарёв находит 130 000 пермяков в Коми-Пермяцком и Верхнекамском районах Уральской провинции.

На территории, расположенной ниже 65 градусов, зыряне и пермяки занимаются земледелием, и их отмечает мастерство и упорство в получении зерновых в таких высоких широтах. За этой линией земледелие становится невозможным, и зыряне разводят оленей и ведут менее оседлую жизнь. Их отмечают способности в торговле и общая финансовая точность. Говорят, что в религии они строго придерживаются православных догматов и отреклись от языческих практик, которые задержались среди вотяков.

По росту, по телосложению и по размерам и пропорциям головы как пермяки, так и зыряне кажутся идентичными своим родственникам вотякам[625]625
  Источники по этим народам таковы: Alexandrova, A., Nurk, L., and UI’, E., PCZA, 1930, pp. 287–288; Ivanovsky, A. L., AFA, vol. 48, 1925, pp. 1–12; Maliev, N., TKU, vol. 16, #4, 1887; Nalimov (по Zolotarev, TKIP, 1928); Sevastianov (по Zolotarev, TKIP, 1928); Vishnevsky, B., Anthropologicheskia Dannia o Naselenii Permskaga Uezda.


[Закрыть]. Однако различие между этими народами и поволжскими финнами может существовать в форме носа, так как носовой указатель пермяков составляет 64,9, а у зырян 65,7. Только 11% зырян и 14% пермяков имеют темные волосы; таким образом, эти северные пермяки, вероятно, как более светлоглазы, так и более лепторинны, нежели большая часть поволжской финской группы. Одна подгруппа зырян, живущая в Усть-Силосском районе, видимо, смешана с самоедами или другими нефинскими народами, так как головной указатель составляет 83,3 в противоположность обычной средней величине 81 для других зырян, а доля темных глаз в два раза больше, чем у всех других. По цвету волос для зырян в целом мы находим наконец серию наблюдений, основанную на шкале Фишера, и проведенную на основе серии в 400 человек[626]626
  Alexandrova, Nurk, and Ul’, op. cit.


[Закрыть]. Авторы делят шкалу на три категории: темную (№№ 4–8 по Фишеру), золотистую (№№ 9–15) и пепельную (№№ 16–26). Проценты соответственно составляют 53,1; 9,6 и 37,4. Нужно заметить, что не было отмечено ни одного случая черных или рыжих волос. Имея это в виду, можно прийти к предположению, что высокая степень рыжеволосости, о которой сообщалось в случае вотяков, может быть частично технического происхождения.

Подытоживая данные по пермякам, мы можем сказать, что по форме головы и лица и по пигментации они напоминают карельскую норму более полно, чем черемисы или мордва. Кажется вероятным, что финны и пермяки, ушедшие со своей родины в ранние века н.э. как в северном, так и в западном направлении, унесли с собой более древние финские черты, а оставшиеся на своей волжской родине в большей степени подверглись влиянию татар и прочих. Однако в целом то обобщение, что общий корпус финнов и пермяков, кроме балтийских групп, которые нам осталось изучить, тесно связан между собой по расе, является точным, что и было продемонстрировано.

До завершения этого обзора восточных финно-угорских народов требует рассмотрения еще одна группа – это остяки и вогулы, угры Оби, первобытные охотники и рыболовы Западной Сибири. Это самые близкие языковые родственники венгров-мадьяр. Остяки уменьшились до менее чем 20 000 человек, а количество вогулов составляет от 5000 до 7000 человек. Некоторые из остяков сильно русифицированы, а остальные смешались с самоедами и переняли оленеводство. Во время русской экспансии на восток в Сибирь остяки первыми почувствовали это давление: южная часть их территории была у них отнята, и они оказались в более первобытных условиях, чем раньше.