Текст книги "Молчание Катрин: мрачные тайны страны Закулисья"

В обсуждениях интервью Прокловой не редки комменты в духе: «ну, каждая домогательства переживала, чего бубнить-то, мы же молчим».

А вот Елена Проклова молчать не стала – за что я её очень уважаю. С менталитетом терпил пора начать бороться и перестраивать своё сознание.

И вот этого не в силах я понять, да и не хочу понимать, почему проблему насилия и домогательств к женщинам и к детям надо замалчивать, почему существуют такие требования к жертвам.

Почему молчат жертвы – как раз понятно. И я озвучивала выше все эти причины.

На информационном ресурсе «Холод» под авторством Юлии Дудкиной на тему сексуализированного насилия в отношениях. Приведу цитату, которая близка к описанной мною ситуации в книге.

«Ну, пожалуйста, ну, давай» —

https://holod.media/2020/04/27/nasilie-v-brake/

И все же супружеское изнасилование, связанное с угрозами или шантажом, теоретически можно доказать, хотя на это может потребоваться много времени и сил. Совсем другой случай – если принуждение связано с психологическим давлением и манипуляциями. Такое насилие может продолжаться особенно долго, а осознать его бывает трудно даже постфактум.

«Я не хочу сказать, что мой бывший молодой человек – насильник или что он плохой, – говорит Елена Дымова из Санкт-Петербурга. – Но я вспоминаю некоторые случаи, и мне кажется, что их можно назвать принуждением». Елена познакомилась с Борисом (имя изменено по просьбе героини) в интернете, когда ей было 16 лет, а ему – 25. Он казался ей «добрым и хорошим парнем». Борис говорил, что мечтает о семье и детях, и это вселяло в нее уверенность. «Сексуальные отношения начались довольно быстро, – говорит Елена. – Был и оральный секс, и анальный. Всегда по его просьбе. Мне казалось, он имеет право просить. Я не задавалась вопросом, хочу ли я этого. Было внутреннее ощущение, что я обязана делать так, как ему нравится, удовлетворять его». Елена признается, что заниматься анальным сексом ей вообще не нравилось. Но она вспоминает слова своего партнера: «Даже если не со мной, то с каким-нибудь другим парнем тебе рано или поздно придется это сделать».

По словам Елены, Борис часто упрашивал ее: «Ну пожалуйста, ну давай»; расстраивался, так что ей становилось его жалко. Если Елена говорила, что не хочет секса, он становился мрачным, и ей казалось, что она виновата в том, что у него плохое настроение. Секс был не единственной проблемой. Борис часто критиковал девушку, общался с ней резко. Много раз она собиралась расстаться с ним. Но он говорил, что без нее ему будет очень плохо. Еще спрашивал: «Как же ты будешь одна? Думаешь, тебе будет хорошо?». Елену действительно пугало одиночество, и она оставалась.

Так продолжалось шесть лет. Потом Елена познакомилась с другим мужчиной, влюбилась и рассталась с Борисом. «Сейчас я замужем, – говорит она. – Когда мы только начинали встречаться с мужем, мне первое время тоже казалось, что я должна удовлетворять его. Но он с самого начала вел себя совсем по-другому, никогда не упрашивал и не уговаривал меня».

Сейчас Елене 25 лет. Около года назад она начала заниматься с психологом. Только тогда она окончательно призналась себе, что в своих первых отношениях сталкивалась с принуждением. «Думаю, это связано с детством, – говорит она. – Я довольно рано столкнулась с домогательствами со стороны человека, который был вхож в семью. У меня надолго сохранилось ощущение, что мужчинам от меня нужно что-то конкретное и что я должна делать, что они хотят. К тому же, мне никто не рассказывал про отношения и согласие, никакого сексуального образования не было. Я только теперь понимаю, что у меня могут быть собственные желания и что я имею право чего-то не хотеть».

Пусть даже сама героиня истории не маркирует поведение своего бывшего как насилие и не может пока назвать вещи своими именами в силу каких-то определённых представлений о том, что можно или нельзя считать насилием. Однако же это сексуализированное насилие в отношении неё со стороны бывшего было, имело место. Он добивался своего манипуляциями и нытьём, эмоциональным шантажом, угрозами.

Елена не хотела в несовершеннолетнем возрасте секса с борисом, но он именно продавил её на это, насилие было завуалированным. Но быть насилием это не перестаёт. Манипулятивный кусок дерьма держал на эмоциональном крючке ребёнка младше восемнадцати лет и вынуждал к таким вещам, которых Елена не хотела. В Швеции любое сексуальное взаимодействие без согласия второй стороны является изнасилованием. А ещё в России любят гнать на «загнивающую Европу»… Законы некоторых европейских стран адекватнее наших, это в России жертв насилия стремятся заставить молчать в тряпочку.

Многие скажут, что шестнадцать лет – возраст согласия. Но согласием тут и не пахло. Было эмоциональное насилие, угрозы, шантаж, манипуляции, принуждение. Елена согласна не была – на неё методично и со знанием дела давили. А главные принципы согласия – осознанность и добровольность. То, что получено под давлением – это не согласие, сколько раз это надо повторять, чтобы до многих дошло?..

Даже если Елена на тот момент достигла возраста согласия по закону – это не было согласием, потому что получено было под давлением куска дерьма, который нашёл себе удобную жертву, потому что настолько жалог и убог – что не тянул морально, сексуально и финансово своих ровесниц.

Прямо как фил из моей истории. Он даже в постели был посредственность, я же ради в ту пору любви старалась на всё закрывать глаза, веря во всё покрывающую силу любви, и научилась симулировать оргазм, в чём преуспела настолько, что мне можно присуждать «Оскар» и «Золотую пальмовую ветвь» в номинации «Лучшая симуляция удовольствия во имя хрупкого мужского Эго».

Я приведу здесь небольшую выдержку из материалов блогерки Юлии Дягилевой, поскольку эта выдержка как ничто другое передаёт всю картину ужасающей ситуации с насилием и домогательствами к детям и к женщинам.

Добавляю эту выдержку, поскольку считаю это необходимым, и чтобы люди уже принялись, наконец, менять своё отношение к пострадавшим – оказывать им поддержку, а не пинать сапогом по рёбрам. И начали уже осуждать преступников.

Юлия Дягилева пишет:»

По данным ВОЗ, 35% женщин в течение своей жизни минимум один раз подвергались сексуальному насилию. Чаще всего, со стороны знакомого или партнёра. Это не злодей с ножом нападает на женщину в подворотне, это, чаще всего, мужчина, которому женщина доверяет. Она сама открывает ему дверь своего дома, сама соглашается выпить вместе. И потом оказывается «сама виновата».

Статистика ВОЗ, впрочем, будет неполной, если не упомянуть исследование Лоры Уилсон и Кейтрин Миллер о «непризнанных изнасилованиях». Согласно их исследованию, 60% женщин, переживших сексуальное насилие, не просто никогда никому об этом не рассказывают, но и для самих себя маркируют пережитое насилие, как «плохой секс» или «недопонимание».

Это защитный механизм, позволяющий жертве как-то жить дальше, Уилсон и Миллер называют его «психологической адаптацией выживших»».

И это мы говорим о насилии, подразумевающем проникающий сексуальный контакт. Что же до домогательств, то тут правы женщины из комментария со скрина – подобное переживала, наверное, каждая женщина. Часто – лет с десяти-двенадцати начиная.

Попытки облапать в транспорте. Школьный физрук или военрук с липкими руками. Подвыпивший добрый дядюшка на семейном празднике, хватающий девочку за грудь, пока никто не видит. Сосед, с которым зашла в лифт, возвращаясь из школы. Отчим.

Девочки молчат. Потому что видели, как обвиняли тех, кто посмел заговорить. Потому что слышат и читают вот эти высказывания о «к психологу или к духовнику надо идти с таким!».

Пережитое домогательство – это опыт беспомощности, уязвимости и стыда. Если рассказать об этом и получить обвинения вместо поддержки, то это заставляет заново переживать травму. В этой ситуации молчание девочек – их единственно возможный способ позаботиться о себе, избавить себя от дополнительной боли.

То есть, почему молчание выбирают жертвы, мне понятно. Почему общество требует от жертв молчания – не очень.

…Однажды мы здорово напились с моей подругой и обсуждали всякие феминистские темы, потому что я всех своих подруг «кусаю феминизмом». И разговор зашёл о домогательствах, с которыми сталкивается практически каждая девочка. При нашем разговоре присутствовал подругин муж, который, как раз, высказался в стиле – да ну, не может быть, чтоб прям каждая, мы же, всё-таки, в приличном кругу росли.

Ну, что-то такое он сказал.

Подруга моя посмотрела на мужа, вздохнула и начала рассказывать: «Мне было 10 лет…»

Я смотрела на её мужа, он с ужасом слушал её рассказ, понимая, что вот двадцать лет брака за плечами, а он впервые слышит о таком опыте женщины, о которой, думал, знает всё.

Девочки молчат. Возможно, о подобном молчит ваша жена. Или ваша дочь. Если вы когда-то реагировали на истории об изнасилованиях и домогательствах в стиле «да ладно, всё придумала» или «ну самой же надо было головой думать» – вы лично добавили камней в эту стену молчания.

Если вы хотите поддержать жертв, просто начните им верить. В первую очередь – начните им верить. Слушайте девочек и женщин, обращая внимание на их переживания. Научитесь уже различать зоны ответственности и запомните, что в насилии всегда виноват насильник, вне зависимости от поведения и морального облика жертвы. Уясните, наконец, что в ситуации, когда взрослый мужчина растлевает девочку-подростка никакое «она сама хотела» не работает.

И поскольку подобный опыт действительно есть практически у каждой женщины, будьте, пожалуйста, готовы оказать безусловную поддержку, если однажды и ваша жена начнёт свой страшный рассказ со слов «мне было десять лет»».

Обожаю одну из моих любимых блогерок в инстаграме (запрещённая соцсеть на территории России) под ником profil_govno (Александра). Вот её цитата:

«Мужчины считают, что раз сиськи выросли и месячные есть, то уже не ребёнок, уже можно.

Девочки думают, что они особенные, лучше своих сверстниц и тех самых «двадцатилетних бывших» (к слову то, что двадцать лет стали выдвигать как чуть ли не старость, отдельный звездец).

И в итоге здравствуй, покалеченная психика, проблемы в будущих отношениях и другие «прелести», а в итоге виноватыми по классике остаются девочки, ведь «она сама хотела» и якобы самостоятельная личность в своём возрасте.

Об этом нужно говорить, такие тенденции нужно осуждать».

Также немало интересной является тема, почему жертвы насилия/изнасилования/растления молчат о том, что им пришлось пережить, годами. Давайте не будем дружно прикидываться шлангами и впадать в ложный идиотизм, притворяясь слепоглухонемыми. Мы все прекрасно знаем, что на территории России и СНГ мизогиния, сексизм, виктимблейминг (обвинение жертвы), оправдание насильников – старая недобрая традиция и главная духовная скрепа. Не к ночи будет помянут и народный русский фольклор «Сучка не захочет – кобель не вскочит».

Вспомним все громкие дела о преступлениях против женщин и детей, особенно на сексуальной почве. Не забудем, как на передачах пострадавших детей и женщин поливают говном и обвиняют в том, что насильники совершили над ними преступление. В России и на постсоветском пространстве до сих пор жива философия, оправдывающая насильников, «сама виновата».

С каким остервенением толпа готова рвать на британский флаг пострадавших и всячески облизывать во всех местах преступников, что омерзение пробирает до единого фибра и ищешь тазик, потому что нереально тошнит от такого.

И почему же жертвы годами молчат о том насилии, которое над ними совершили?

Ну, я даже затрудняюсь что-либо сказать. Наверное, потому, что всё бремя общественного осуждения падает на плечи жертвы, а с преступника снимают всякую ответственность? Потому что жертва «в свои двенадцать выглядела на двадцать пять», а тридцатилетний насильник – «совсем ещё ребёнок, пожалейте, не ломайте ему жизнь, эта нимфетка сама задом крутила и совратила бедняжечку».

Может быть, потому, что жертву в нашем прогнившем обществе затравят за милую душу, если она решит бороться за справедливость в отношении себя? Потому что у нас нет охранных ордеров – которые бы защищали жертву и её семью от мести её насильника.

Хочется поговорить об одной теме, которая в нашем российском обществе вызывает бурление мыслей и эмоций множества людей, и не всегда эти мысли и эмоции направлены в конструктивное русло.

Имя этой темы – сексуальное просвещение и воспитание, кратко – секс-просвет.

В умах обывателей, незнакомых с темой, а если и знакомых – то по статьям в явно ангажированных источниках, считается, что на уроках секс-просвета детей будут учить презервативами пользоваться и подталкивать к раннему началу половой жизни, всячески топить за секс-позитивизм.

Но реальность сильно отличается от досужих домыслов.

Секс-просвет – это про изучение анатомии и физиологии мужчин и женщин, умение назвать устройство женской и мужской половых систем своими именами – адекватной лексикой, принятой в учебниках анатомии и биологии, вместо эвфемизмов.

Секс-просвет – это про разъяснение всех возможных последствий от ведения половой жизни и осведомление о том, что ранний старт этой половой жизни может нанести вред здоровью, это про важность контрацепции и заботу о своём здоровье со здоровьем партнёра_партнёрки. Объяснение про ЗППП и про ИППП, про риски нежелательной беременности.

Секс-просвет – это про личные границы, про разницу между допустимыми и недопустимыми прикосновениями, это про маркеры манипуляций и насилия в поведении и умение их вовремя распознать, это про знания – которые позволят себя защитить и грамотно попросить о помощи в случае чьих-то злоупотреблений.

Очень важно, чтобы даже дети дошкольного возраста обладали достаточным словарным запасом (вокабуляром) по теме своей женской/мужской анатомии и физиологии. Известны очень тяжёлые и болезненные случаи, когда даже маленькие дети становились жертвами сексуализированного насилия, но не могли никому толком рассказать о том, что с ними происходит, что с ними делают грёбаные куски педофильского дерьма – потому что в лексиконе детей не было соответствующих слов, чтобы дать понять взрослым – что подверглись насилию.

Секс-просвет – это про принцип уважения права другого человека на половую неприкосновенность, это про уважение чужого «нет» и про культуру активного согласия, что только трезвое «да» вменяемого взрослого человека – значит «да».

Бесполезно табуировать тему сексуальности, желая держать детей в неведении вплоть до их совершеннолетия и вступления в законные браки. Дети всё равно будут этим интересоваться – только втихаря от родителей, залезая в гугл, смотря эротические и порнографические фильмы.

Разумеется, настоящих знаний по интересующей теме они там не наберутся. Зато нахватаются кучи вредных и пагубных установок.

Поэтому гораздо лучше, чтобы предмет сексуального воспитания в учебных заведениях вели грамотные специалисты с медицинским образованием и без пролайфа головного мозга, способные всё доступно и популярно объяснить детям.

Многие ошибочно думают, что из-за уроков секс-просвета в учебных заведениях дети станут раньше вступать в половую жизнь, возрастут случаи нежелательных беременностей и рост заболеваемости ЗППП с ИППП. Но это не так. В одном американском штате картина была совершенно противоположная – с введением в учебную программу секс-просвета снизились случаи болезней, которые передаются половым путём, снизились случаи подростковых беременностей, подростки становились более осознанными и ответственными, были осведомлены о способах предохранения и откладывали начало половой жизни – воздерживаясь от сексуальных отношений до совершеннолетия.

Не зря говорят, что предупреждён – значит, вооружён, и что знания – мощная сила.

К сожалению, секс нередко становится полем для злоупотреблений и манипуляций, с которыми не всегда справляются даже взрослые женщины.

Одним внушают, что попробовать нужно всё на свете и соглашаться на любые практики, иначе ты – «закомплексованный синий чулок и бревно».

Других убеждают, что нет никаких своих желаний – есть только обязанность уступать мужу в режиме 24/7 по первому свистку. Третьим продают лохотроновские курсы по анальному оргазму и методики удовлетворения своего партнёра через переступание своих интересов, чтобы удержать.

Чего тогда говорить про подростков, которые в силу юности и отсутствия толкового жизненного опыта нередко легко внушаемы и поддаются манипуляциям?

Секс-просвет как раз и призван уберечь несовершеннолетних от участи наломать дров, о которых потом придётся долго сожалеть и разгребать букеты психотравм с неврозами, в том числе и на сексуальной почве.

Часто достаточно проехаться по ушам подросткам, что секс – это то, что приравнивается к взрослости, и ставит на одну ступень с родителями и учителями, что «уже перестаёшь быть ребёнком».

И вот уже секс возводят в «обязательную программу», а не «дополнительную отдушину», которой предаёшься только тогда, когда действительно этого хочешь.

Именно непонимание и неумение защитить своих границ нередко приводит к тому, что тысячи девочек рано начинают вести половую жизнь, без оглядки на риски для своей психики и физического здоровья, хотя секс пока находится вне поля их интересов.

А как же иначе: ведь их бойфренд сказал, что если ты такая «недотрога и зашуганная пуританка», то он всегда сможет найти кого-то более сговорчивую и не «ханжу», и либо так, либо он тебя бросит – раз ты ещё такой ребёнок, чтобы заниматься этим.

Сотни школьниц становятся жертвами великовозрастных педофилов – выдающих себя за тинэйджеров, которые их уламывают на то, чтобы те им присылали свои интимные фотографии.

Взрослым мужчинам много не надо прилагать усилий, чтобы обмануть детей без жизненного опыта и теоретических знаний.

И секс-просвет – это не про то, как правильно научить ребёнка надевать презерватив. Это объяснения про то, что секс далеко не всегда и нужен, что его быть не должно, что время для него не подходящее.

Что есть любовь, а есть также и манипуляции со злоупотреблением и втиранием в доверие.

И очень важно на подлёте просекать манипуляции в духе «ну докажи, что любишь меня, сделай приятное – сама же говоришь, что любишь, жалко тебе что ли» или же «ну ты чего как маленькая, монашка фригидная что ли, докажи – что взрослая». Также очень важно уметь отличить манипуляцию путём давления на чувство вины «мне всегда так плохо, когда ты мне отказываешь, а я так тебя люблю, ты эгоистичная и думаешь только о себе».

И поэтому половое воспитание гораздо больше учит любви и уважению, чем какие-то дурацкие уроки семьеведения и основы православия в школьной программе.

Если родители и учителя не объяснят детям, что такое секс и его последствия, какие бывают виды насилия и манипуляций – им это объяснит какое-нибудь хитрое манипулятивное говно, у которого фетиш на детей. И уже после этого ваши драгоценные чада годами не вылезут из кабинета психотерапевта, если не психиатра – а вы как хотели, последствия детского сексуализированного абьюза с ПТСР и депрессиями сами собой для психики не рассосутся.

Пока в школьной программе нет такой дисциплины как секс-просвет, где детей бы учили, что нельзя терпеть по отношению к себе, как распознать манипуляторов и абьюзеров (насильников), что такое домогательства и как их пресечь – на каждого педофила найдутся недолюбленные дети, страдающие от дефицита душевного тепла.

Основы православия и семьеведения нафиг не сдались в современных школах. Вместо этого следовало бы популяризировать среди детей сексуальное просвещение и знания о психологии, учить детей защищать себя и свои границы, также учить распознавать – что есть насилие и домогательства, просить помощи и не молчать ни в коем случае о произошедшем, если они с этим столкнулись.

Но вернусь к истории с моим бывшим педофило-абьюзером.

Я несколько лет назад бывшего моего видела (мне тогда был двадцать один год), какое-то время с ним короткое повстречалась. Думала, что федя за семь лет мог измениться, но там не изменилось ничего.

Зря надеялась, что он всё осознал. Я думала, он понял, что сильнее меня его никто не любила никогда. Я уже, слава богу, больше не люблю.

Но когда он меня пытался вернуть для роли секс-игрушки, я с такой мыслью с ним сходилась: «Ну коль судьба тебя примчала, ну что ж, давай начнём сначала». Только с этим мудилой меня тогда свела не судьба, а е№№№№чий случай.

Просто чувак вернулся к проверенной кормушке, как он думал. А кормушка в моём лице его послала матом и ещё сказала, что у меня есть девушка.

Хочу также заметить, что в пятнадцать лет я была вполне способна дискутировать о том, почему замечательно творчество Мольера и Бальзака, почему роман «Отверженные» – самая яркая звезда в библиографии Виктора Гюго, и почему стоит прочесть романы Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия» и Шарлотты Бронте «Джен Эйр», насколько великолепна серия Мориса Дрюона «Проклятые короли», как может затянуть творчество Шекспира.

филе же не нравилось то, что со мной есть о чём поговорить. Точнее его ущемляла до невозможности моя эрудиция – поэтому он стремился обесценить меня и мой кругозор, говоря, что я слишком заумная. Из стремления опустить на его уровень. Излюбленная тактика всех нарциссистов, которые испытали мучительный нарциссический стыд – что другой человек в чём-то превосходит их. Я-то обычная. Это он немного тупенький.

Так бывший мой стал такой стрёмный за несколько лет. В 30+ выглядит, будто ему сорок с лишним, стал обрюзглый, расплылся. Видно, он меня хотел вернуть, потому что на него перестали западать даже малолетки старше четырнадцати лет – голодные до эмоционального тепла, какой я была когда-то.

Я получила моральное удовлетворение на малую толику, что я с годами, говоря без наигранной скромности, похорошела и у меня по-прежнему миленькое лицо и стройная фигура.

Мне двадцать семь лет, но мне никто не даёт на вид больше восемнадцати лет. В магазинах, когда по просьбе родных хожу сигареты им купить, продавцы просят предъявить паспорт, что я совершеннолетняя.

Зато на филе природа поглумилась, как и поглумился над ним ход времени. Верно сказал Чак Паланик, что самая искренняя радость – это злорадство.

Кстати, филька ушёл от заслуженного наказания только потому, что я побоялась с кем-то поделиться, не будучи уверенной в том, что встречу понимание и поддержку. Не было уверенности, что мне протянут руку, а не пнут сапогом по рёбрам.

А ещё я примерно могла предсказать реакцию мамы – мама бы пошла писать заявление в полицию на филю о растлении несовершеннолетней меня в ту пору.

Но, разумеется, как это часто бывает – органы опеки, социальные педагоги и правоохранители искали бы состав преступления уж точно никак не в действиях педофильнутого высерка двадцати четырёх годочков, а именно в «порочности пятнадцатилетней нимфетки» и в «дурном воспитании девчонки её родителями».

Многие органы власти в России носят репрессивный характер – зная это, что в России могут даже по любому малейшему поводу ребёнка отобрать, я боялась.

Было страшно, что поставят вопрос о лишении моей матери родительских прав. Я боялась что не только меня могут отправить в детдом, но и отобрать у моей мамы мою младшую сестру – которая лежачий инвалид с ДЦП и эпилепсией. К тому же у этого подонка фила дедушка в прошлом работал в милиции.

Мало ли, какие у него там могли быть связи… Ни на какие мысли не наводит, почему я не пожаловалась даже моей семье, а уж тем более не обратилась в полицию?

А вообще нормальный человек, у которого с совестью и моральными принципами всё хорошо, если бы моё внимание было ему правда так неприятно – что ему мешало просто об этом спокойно сказать?

Ему кто мешал просто честно мне сказать ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ СОВАТЬ РУКУ МНЕ В ТРУСЫ И СПАТЬ СО МНОЙ, что он во мне никак не заинтересован? Кто ему мешал сказать мне, что у него есть девушка – даже если это неправда? Это тоже мягкий способ отшить нежеланных поклонников_ниц – сказать, что у тебя есть отношения.

Он бы мог сказать, что ему нравится другой тип женщин или что он просто ни с кем пока не хочет отношений. Вот именно это БЫЛИ БЫ поступки действительного порядочного человека. Если бы на федечкином месте был порядочный человек. Ах да. Точно.

филя-педофиля не сказал мне ничего в этом роде, поскольку это никак не совпадало с его стремлением удовлетворить за мой счёт его сексуальные хотелки. Конечно же, ведь он настолько ущербен, что у него есть шанс на секс только с закомплексованными и забитыми девочками-подростками, голодными до простого человеческо-эмоционального тепла – какой я когда-то была в мои пятнадцать лет…

Я пришла к выводу, что прошлое – неотделимая часть нас самих, с которой надо смириться, переработать и перерасти, и жить дальше. Нельзя позволять обстоятельствам и людям разной степени паскудности нас ломать.

А теперь будет простой тест для мужчин, порядочный ты человек или же педопреступник (педофил) и/или насильник. Если у тебя наберётся хотя бы один пункт – у меня для тебя плохие новости, и твоя мать зря тратила на тебя яйцеклетку, ресурсы своего организма во время вынашивания плода и зря мучилась в родах много часов, рискуя своими жизнью и здоровьем. Итак, поехали:

– Ты хоть раз спаивал женщину и/или ребёнка, чтобы получить секс;

– Ты хоть раз склонял к употреблению наркотиков женщину или ребёнка/подростка, или же подмешивал им в питьё с едой наркотики, чтобы получить секс;

– Ты считаешь, что если у девочки есть волосы в паху и пошли месячные – то «уже можно»;

– Для тебя жертва насилия всегда #самадуравиновата, а растлитель/насильник – несчастная и оклеветанная бедная овечка, на которую возводят якобы поклёп;

– Ты хоть раз входил в круг доверия ребёнка, даже если одного, не говоря о нескольких, чтобы сексуально пользовать, манипулировать чувством привязанности ребёнка и потом бросить как использованный кондом, когда надоест;

– Ты хоть раз использовал физическое силовое принуждение или угрожал его применить, или же угрожал расправой и убийством, чтобы получить секс;

– Ты хоть раз применял эмоциональный шантаж к женщине или ребёнку/подростку, чтобы получить секс;

– Ты настаивал на сексе, даже если вторая сторона себя плохо чувствует и не в настроении;

– Ты хоть раз давил на женщину или ребёнка/подростка, пользуясь своим служебным положением и/или уязвимой позицией второй стороны;

– Ты считаешь, что можно использовать для секса людей в состоянии изменённого сознания под воздействием алкоголя или наркотиков;

– Ты не видишь ничего плохого в использовании для секса детей и подростков, которые хотят и пытаются получить твоё внимание, и делаешь это;

– Ты считаешь, что если женщина/ребёнок/подросток согласились прийти к тебе домой или сесть к тебе в машину, то обязаны тебе секс, и ты принуждал их к этому;

– Ты считаешь, что твоя жена или девушка обязана предоставлять тебе своё тело для секса уже хотя бы потому, что вы в отношениях;

– Ты хоть раз выманивал у несовершеннолетних детей или у женщин фотографии интимного характера, а то и шантажировал ими;

– Ты принуждал партнёршу или партнёра к практикам из порнографических фильмов и т. д.