Текст книги "Страсть под луной"
![](/books_files/covers/thumbs_240/strast-pod-lunoy-40650.jpg)
Автор книги: Кэрол Финч
Жанр: Исторические любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 9
Анджела слегка откинулась в объятиях Дру и одарила его улыбкой:
– Я знаю здесь неподалеку тихое местечко на берегу реки, где ты и я могли бы… – голос ее затих, и она дала возможность Дру самому додумать, чем именно им предстоит там заниматься.
Дру заглянул в карие глаза, которые призывно блестели. Он уже был готов принять сделанное приглашение, но тут образ Тори возник перед его мысленным взором. Огорчившись, Дру задался вопросом, с чего бы это ему колебаться хоть секунду, если такая возможность сама идет ему в руки.
Анджела была хороша и, совершенно очевидно, весьма опытна; не было ни единой причины отвергать ее предложение.
– Я пойду проведаю сестру, – услышал себя Дру как бы со стороны и подумал, какого черта он это говорит. Он вовсе не планировал хоть секунду сегодня ночью думать об этой фее с фиалковыми глазами.
Анджела надула губы и, высвободившись из объятий Дру, поглядела на него с обидой:
– Мне кажется, твоя сестра может и сама о себе позаботиться. Если бы поблизости нашелся парень, с которым она могла развлечься, не думаю, что она хоть минуту колебалась бы.
– Тори не слишком интересуется мужчинами, – резко ответил Дру, удивив ответом и себя, и Анджелу.
– А я, по-твоему, слишком? – спросила женщина. – Что ж, если так, то можешь ползти к себе в постель и развлекать сказочками маленькую сестренку. Спокойной ночи, мистер Салливан.
Когда Анджела удалилась с недовольным видом, Дру выругался про себя. У него была возможность удовлетворить свои желания, но он отверг сделанное предложение. Проклиная собственную глупость, Дру шел по амбару и изрыгал проклятия. Он был огорчен сверх всякой меры. Ради чего, спрашивается, он отказал себе в удовольствии? Неужели Тори тому причиной? Они же не имеют друг к другу никакого отношения. Она – просто багаж, который он должен доставить Калебу.
Он славно позабавился бы с фермерской дочкой, но.., черты Тори возникали перед его мысленным взором всякий раз, когда он смотрел на Анджелу.
Услышав стук входной двери. Тори подняла голову со своего тюфяка. Она сумела разглядеть, что лицо его было крайне мрачным.
– Что случилось, Монтана? – насмешливо спросила она. – Неужели Анджела дала вам от ворот поворот? Вкус у нее оказался лучше, чем я предполагала.
Дру стащил с себя рубаху, повесил ее на стул и полез на свое место.
– Она была воплощенное желание, – сообщил он нахальной блондинке.
Тори уселась, скрестив ноги, и на ее очаровательном лице отразилось крайнее беспокойство:
– Понятно, значит, ты здесь лишь для того, чтобы попросить меня убираться восвояси.
– Я пришел, чтобы поспать, – огрызнулся Дру. – И если ты в состоянии заткнуться, то сделай это, пожалуйста, сейчас же.
Тори озадаченно наблюдала, как Дру укладывается на соломенном матрасе.
– Вы сами отвергли Анджелу? – Ее полный недоверия тон говорил о том, что она нисколько не верит ему. – Неужели, Монтана? Может быть, я и наивна, но не тупа.
Дру протянул руку, схватил ее за волосы, а затем притянул к себе. Их лица почти соприкасались. По телу Тори пробежали волны сладкой дрожи, и она прокляла себя за то, что так реагирует на этого мерзавца.
– У меня нет никакой охоты отвечать на твои колкости, малышка, – прорычал он, обдавая ее горячим дыханием. У Тори запылали щеки.
Она облизнула губы, внушая себе, что совсем не хочет целоваться с ним. На самом же деле ей очень этого хотелось. По своей наивности она не понимала причины внезапной вспышки Дру, которого терзала неудовлетворенная страсть.
Видения недавней ночи мучили Тори. Она вспоминала, как Дру прижимался к ней, какие необыкновенные ощущения переполняли ее при этом. Ей очень хотелось оживить в памяти те чудесные моменты своей жизни, понять, что же следует за этими страстными объятиями.
– Я не стал соблазнять Анджелу, потому что она – не ты, – тихо произнес Дру, и в голосе его звучало желание. – Неужели ты до сих пор этого не поняла, маленькая мисс Невинность? Я хотел тебя, а не ее. Она лишь в ничтожной мере могла бы тебя заменить.
Тори вздрогнула, услышав его хрипловатый голос, и сглотнула подкативший к горлу комок. Она беспомощно смотрела в эти выразительные ярко-синие глаза и чувствовала, что воля изменяет ей.
– Мне казалось, вам нужна опытная женщина, чтобы удовлетворить это желание, – сказала она.
Дру слегка ослабил руку, выпустив ее пепельные волосы, и тяжело вздохнул:
– Я говорил, что лучше бы на твоем месте находилась другая женщина, – объяснил он, глядя ей прямо в глаза. – Правда в том, Чикаго, что я хочу тебя. Так было и так есть. И если ты не хочешь немедленно лишиться невинности, я предлагаю тебе убраться на свой тюфяк и оставить меня в покое.
Тори опять охватило невероятное желание, которое не покидало ее с тех пор, как Дру разбудил ее чувства. Но он ясно дал понять, что не станет переступать установленных им для себя границ.
– За один твой поцелуй я удалюсь на свое место и даже потушу фонарь, – смело ответила она.
Его темные брови изогнулись дугой. Тори постоянно удивляла его. Она менялась ежеминутно, сбрасывая навязанные ей матерью запреты, понемногу освобождаясь от раковины, в которую ее заключила Гвен.
– Неужели ты думаешь, что я остановлюсь после одного поцелуя? – спросил он, переводя взгляд на ее соблазнительные губы?
– Ну, если уж вы не завалились в траву с Анджелой, то, очевидно, у вас хватит самообладания, чтобы ограничиться одним поцелуем, – ответила она.
Дру кисло улыбнулся.
– Я удовольствуюсь тем, чем смогу.
В груди его что-то заклокотало. Тори лишь попробовала применить один из приемов Анджелы, а результат оказался ошеломительным. Ему было достаточно на нее поглядеть, и желание уже охватывало его – ни к одной женщине он не чувствовал ничего подобного.
Он приник к ее губам, испивая сладкий нектар поцелуя. Тори импульсивно обняла его за шею, и мгновенно вспыхнувшая страсть охватила их.
Тори знала, что испытывает судьбу. Она вся дрожала от вожделения, желания получить то, что только мог ей дать мужчина. Дру заставил ее испытать ощущения, до сей поры неведомые. Он сделал ее дикой и необузданной, пробудил в ней женщину, жаждущую разделить свою страсть с ним.
Содрогаясь от жгучего желания. Тори запустила пальцы в густые черные волосы, покрывающие грудь Дру. Она исступленно гладила его живот, нащупав шрам, оставшийся от давнего ранения. Она наслаждалась той радостью, которая разливалась по телу от ответных ласк. Тори была заинтригована разительным контрастом между мужчиной и женщиной. Прекрасное тело Дру, казалось, состояло из одних мышц, оно было воплощением силы, вызывая любопытство и желание ласкать его бесконечно.
Дру сдавленно застонал, почувствовав, что Тори становится все смелее. Ее ласки вызвали у него самые первобытные ощущения. Он впился в ее губы, как в заветное снадобье, лаская грудь, соски. Затем расстегнул ее брюки, коснувшись ладонями живота, бедер, ног .
Тори слегка вскрикнула, но Дру уже не мог ограничиться одними поцелуями. Он жаждал узнать ее так, как не знал ни один мужчина.
Его искусные руки скользнули в ее лоно и довели Тори до исступления. Эта интимная ласка чуть не лишила ее сознания. Казалось, мир перестал существовать, и Тори поняла, что страстно желает слиться в едином порыве с Дру, чтобы узнать то наслаждение, которое сулят все его ласки. Она, казалось бы, отдала жизнь ради того, чтобы облегчить страсти, бушующие в ней.
– Я хочу тебя, – с трудом произнесла Тори, и голос ее стал хриплым от жгучего желания.
Дру услышал ее словно сквозь туман. Он умел заставить женщину умолять о ласке. Он был опытным любовником. Но голос рассудка призывал его остановиться, не заходить слишком далеко в отношениях с этой невинной девочкой.
Как бы ни презирал Дру Хуберта Каррингтона Фрезье-младшего, он не мог заставить себя забыть, что Тори обещана другому мужчине. И как бы страстно ни желал Дру эту белокурую фею, он не мог забыть о том, что она – дочь его друга.
В жизни мужчины бывают моменты, когда ему приходится сдерживать свои личные желания и потребности. Честная натура Дру не позволяла ему поддаться искушению, хотя Тори изнемогала от желания. Она была слишком неопытна и слишком уязвима.
Боже, как он ненавидел свою честность, когда эта нимфа так ждала его. Он хотел удовлетворить свое нестерпимое желание, но не мог этого сделать, потому что хотел и дальше жить со спокойной совестью и честно смотреть в глаза Калебу. Он понимал, что, лишив Тори невинности, он может испортить ей жизнь. Тори была бы не первой соблазненной и оставленной женщиной в его жизни. Но она была первой настоящей леди, которую он знал.
Когда наконец Дру, собрав остатки воли, оторвался от ее губ, девушка непонимающе захлопала глазами. Все ее тело дрожало от необычайного наслаждения, а сердце билось, как сумасшедшее.
– Потуши фонарь, Чикаго, – приказал он, и голос его был хриплым от огненной страсти. – Здесь так жарко, что того и гляди весь амбар вспыхнет.
Едва ступая непослушными ногами, Тори приставила лестницу и потушила фонарь, затем доплелась до своего тюфяка – амбар освещался теперь лишь проникающим через слуховое окно светом луны. Неожиданно Дру подтянул ее тюфяк к своему. Она с удивлением посмотрела на него:
– Я не собираюсь заниматься с тобой любовью, – произнес он, заставляя ее лечь. – Одному Богу ведомо, как сильно я хочу тебя, но я сдержусь и ограничусь лишь тем, что мы будем рядом. Если же я осмелюсь сделать нечто большее, мы будем жалеть об этом всю жизнь.
Тори лукаво улыбнулась ему:
– Как жаль. Но, может, нам заняться еще чем-нибудь?
Дру не был уверен, что сумеет противостоять этому невинному флирту. Ему пришлось приложить все усилия для того, чтобы оторваться от нее. И даже сейчас, несмотря ни на что, здравый смысл контролировал его тело.
Опершись на локоть, Дру поглядел в ее горящие глаза.
– Я уже десятки раз представлял себе, как мы будем заниматься любовью, – сказал он откровенно. – Тебе повезло, что ты встретилась с джентльменом.
Тори натянула на себя одеяло и повернулась к Дру спиной.
– По правде говоря, Монтана, мне очень жаль, что ты настолько честен.
Унылая улыбка скользнула по его губам; Дру приподнял прядь ее волос и начал играть ими. Боже, как же все сложно. Он понимал, что эта голубка просто пробует свои крылья и использует его для своих опытов. Она разожгла в нем пламя, а теперь очень сложно стало не поддаться огненной страсти, которая выжигала его изнутри.
Горестно вздохнув, Дру обнял Тори и пожелал ей спокойной ночи, хотя на самом деле этого-то и не хотелось. Соблазнительная девчушка подвергала жестокому испытанию его благородные намерения. Всякий раз, когда он касался ее, ему хотелось сделать шаг вперед в их отношениях. Интересно, как долго он сумеет себя сдерживать, пока наконец не удовлетворит свои самые похотливые желания, отбросив в сторону всякую осторожность. Боже правый, эта очаровательная крошка настолько занимает его мысли, что он просто не может думать о чем-то другом.
Тори вздохнула, почувствовав руку Дру у себя на талии. Она представила, что они предаются тем же ласкам, скинув с себя одежду. Для Тори это стало бы путешествием в рай. Но она прекрасно понимала, что будет для Дру лишь еще одной женщиной среди многих. Он не относился к тем мужчинам, которые стремятся к постоянству. Он согласился проводить ее до Монтаны только ради Калеба.
Вероятно, она должна быть польщена тем, что Дру так уважает ее, сдерживая свои желания и оставляя ее невинной. Но как обидно, что ее так тянет к мужчине, который предпочел бы вообще не иметь по отношению к ней никаких обязательств. Пока Тори убеждала себя, что, несмотря на страстное влечение, ей повезло, что она не сошлась слишком близко с Дру, Дру проклинал себя за то, что отверг предложение Анджелы Стип. Лежал бы сейчас в ее объятиях и ощущал блаженную легкость во всем теле. Но нет же, он после нескольких жадных поцелуев и страстных ласк обречен жариться на медленном огне.
Если бы Дру спросили о самом заветном желании, он бы сказал, что хочет очутиться в Вирджиния-сити и забыть обо всем. Это нескончаемое путешествие со страстной и соблазнительной девчушкой сводило его с ума.
* * *
– На помощь!
Детективы Том Бейтс и Уильям Фогг навострили уши и прислушались к крику, доносившемуся из-за деревьев. Пустив своих лошадей рысью, они поехали лесом, отыскивая кричащего. К их удивлению, им оказался бродяга, заросший щетиной и привязанный к дереву.
– Ребята, как я рад вас видеть! – сказал человек хрипло. Последние два дня он только и делал, что кричал во все горло.
– Что случилось? – спросил Уильям, соскакивая с лошади и освобождая беднягу от пут.
– Я ехал по дороге, и вдруг какой-то гигант набросился на меня. Этот негодяй избил меня, затем привязал к дереву и украл моего мула, – принялся сочинять тот.
Уильям бросил взгляд на Тома, который подозрительно нахмурился:
– Была ли вместе с этим мужчиной белокурая женщина?
Негодяй хитро поглядел на детективов:
– С чего вы взяли?
– Мы гонимся за ними, – ответил Том.
– Да, они были здесь, – последовал ответ. – Я не знаю, куда они поехали, но надеюсь, что никогда больше не встречу этого великана. Он едва не сломал мне челюсть.
Вернувшись к лошади, Уильям вопросительно поглядел на Тома:
– Что теперь? Том пожал плечами:
– Продолжим поиски. Фрезье сказал, чтобы мы не возвращались без похитителя и его жертвы.
Сыщики продолжили путь на Запад, пытаясь найти следы Дру Салливана и пропавшей невесты Хуберта Фрезье-младшего. Том гордился, что на его удостоверении детектива “Сыскного агентства Пинкертон” было написано: “Мы всегда находим пропавшего”. Но он уже начинал сомневаться, не слишком ли долгим будет этот поиск. За две недели им попался первый свидетель, видевший пропавших. Они преследовали отнюдь не дурака, который оставляет за собой следы. Их поиски пока шли наугад, и встречу с бродягой можно было считать большой удачей.
Глава 10
Дру задумчиво обозревал поселок, стоявший на слиянии двух небольших рек, затем посмотрел на усталое лицо Тори. Они ехали очень быстро, чтобы максимально увеличить разрыв между собой и преследователями, которые наверняка гонятся за ними.
Хотя Тори не проронила ни слова жалобы, но тяготы утомительного путешествия уже начали сказываться. Под глазами у нее залегли темные круги, говорившие Дру, что он поставил девушку на грань ее возможностей. Он хотел научить Тори приспосабливаться к окружающему миру, и она внимательно выслушивала каждый урок. Словно дисциплинированный солдат, она пыталась доказать, что во всем может быть ему ровней. Любая другая женщина уже визжала бы и рыдала от отчаяния, а Тори принимала все вызовы, которые бросал ей Дру. Но, непривычная к столь суровому путешествию, она нуждалась в отдыхе.
– Я решил, что мы заночуем здесь, – объявил Дру. Тори радостно вздохнула и протянула руку, чтобы обнять его. Но, вспомнив о той невидимой стене, которая возникла между ними после ночи, проведенной в амбаре Стипов, лишь поерзала в седле.
– Извини, – пробормотала она виновато. Ее движение подействовало на Дру, как гипноз. Он уже ощущал ее стройное тело, прижавшееся к нему, и проклинал себя за то, что так остро реагирует на ее порыв. Дру старательно держал дистанцию, борясь с очарованием Тори, но все его чувства были на поверхности, и им ничего не стоило пробудиться.
Взяв себя в руки, Дру стал всматриваться вдаль. Нужно было взять с собой Вонга, невзирая на его недуги: он стал бы своего рода буфером между ним и этой красавицей.
Дру начинал привязываться к девушке, хотя постоянно напоминал себе, что в Чикаго ее дожидается жених. Гвендолин никогда не позволит ей остаться на Западе, и Тори исчезнет из его жизни.
Погрузившись в размышления, он и не заметил, как они добрались до окраины поселка. Тори словно ребенок радовалась возможности вновь окунуться в обычную человеческую жизнь. Она даже не стала возмущенно фыркать, когда они вошли в непритязательную гостиницу. Дру уже знал, что ее радует одна возможность принять ванну и провести ночь на перине. Загорелое лицо Тори осветилось улыбкой. Как жаль, что не ему она так улыбается! Но он напомнил себе, что служит для Тори постоянным огорчением, заставляя жить по своим правилам, испытывая ее возможности, ставя на грань выживания.
Как только владелец гостиницы положил на конторку ключ и подал Дру книгу для записи постояльцев, Тори схватила ключ и, прыгая через две ступеньки, бросилась наверх. Дру невольно поглядел ей вслед, восхищаясь ее красотой, прелестной фигуркой, обрадованным выражением лица. “Увидела бы Гвен, как ее очень правильная и очень воспитанная дочь прыгает через ступеньки, она бы упала замертво”, – думал он.
– Леди наверняка захочет принять ванну, – сказал Дру. – Пожалуйста, проследите, чтобы все было готово.
Владелец гостиницы улыбнулся, глядя на бесстрастное выражение его лица.
– Вы, вероятно, новобрачные? – поинтересовался он, поворачиваясь, чтобы отдать распоряжение прислуге. – Очаровательная маленькая леди!
Дру вздрогнул. Новобрачные?
– Да, мы новобрачные, – солгал он, улыбаясь. – Вы совершенно правы, она очаровательная маленькая леди.
Когда Дру вошел в дверь. Тори уже лежала, растянувшись на кровати, словно котенок на весеннем солнышке. Поток пепельных волос рассыпался по подушке, и Дру вдруг очень захотелось сорвать с себя одежду и лечь рядом…
Черт, ну вот опять! Он уже сотню раз себе говорил, что нельзя предаваться пустым мечтаниям. Тори находится вне пределов его досягаемости, напомнил он себе.
К радости Дру, в комнату вошла дородная горничная. За ней следовали три подростка с ведрами в руках – они замерли, когда увидели стройную блондинку, возлежащую на постели. Три пары глаз, не отрываясь, смотрели на соблазнительную фигурку Тори, хотя она совершенно не обращала на них внимания. Парни просто рты поразевали, как будто она лежала совершенно голая. Дру знал, что и сам так на нее смотрит, когда она этого не видит.
Он не знал, что на него нашло, но решительно встал перед Тори и загородил ее от любопытных взглядов. Застигнутые врасплох мальчишки побежали наполнять ванну водой.
Не подозревая, какое внимание она к себе привлекает, Тори вертелась на постели, пытаясь улечься поудобнее. Боже правый, эта девушка даже не догадывается, сколь она обворожительна.
Тори наконец заметила, что на лице Дру появилась недовольная морщинка. Она уселась на краю кровати, полная любопытства.
– Что случилось? – спросила она невинно.
– Ничего, – проговорил он мрачно. – Иди и принимай ванну, а я постараюсь достать тебе что-нибудь приличное из одежды.
Он повернулся и вышел вон, оставив Тори в изумлении. Отбросив от себя это непонятное настроение, она залезла в долгожданную ванну. Что за райское блаженство! Отныне в ее жизни ванна всегда будет считаться признаком роскоши.
Забыв о времени. Тори плескалась в воде. Она впервые за три недели могла расслабиться и насладиться уединением. Напевая какой-то мотивчик, она мыла голову, избавляясь от грязи, приставшей к ней за время долгого пути. Довольная улыбка играла на ее губах, когда она целиком погрузилась в воду, смывая мыло с головы. Вынырнув, она потянулась за полотенцем, но оно выскользнуло из ее рук.
– Черт, Монтана, нельзя так неожиданно появляться и пугать людей, – возмущенно проговорила она, пытаясь прикрыться.
Дру стоял, замерев на месте, жалея, что ворвался в комнату, не постучавшись. Вид обнаженного тела Тори преследовал его с того самого дня, когда она разделась донага, чтобы ответить на его вызов и доказать свою правоту!
– Гляди-ка, Чикаго, ты и говорить начинаешь, как я. – Дру пытался смотреть в другую сторону, но это было выше его сил.
– Неужели? – ответила она, сознательно употребляя одно из любимых словечек Дру.
Ее взволновало произведенное на него впечатление. Наконец-то он заметил, что она женщина. Его восхищенный взгляд льстил ей сверх всякой меры. Она-то думала, что завизжит от возмущения, если мужчина застанет ее обнаженной и еще будет разглядывать. Но ведь это не просто мужчина. Это Дру Салливан, непреклонный, как скала. Он просто игнорировал ее с тех пор, как они покинули ферму Стипов, поэтому любое проявление внимания с его стороны было приятно.
– Неужели, – пробормотал Дру, пытаясь отвести взгляд от алебастрового тела, словно алмазной россыпью усеянного капельками воды.
Мягкий смех послужил ответом. Женская гордость Тори была удовлетворена.
– Да, я начинаю говорить, как вы, – сказала она и игриво улыбнулась:
– Вы разглядели все, что хотели, Монтана?
Дру выругался, потому что это были его же собственные слова. Тори могла поклясться, что он покраснел. Наконец-то она достигла своей цели.
– Ты просто бесстыдница! – предостерегающе заметил он, отворачиваясь наконец от Тори. Именно так и следовало бы поступить сразу.
Шаловливая улыбка появилась на ее губах. Тори безумно нравилось дразнить Дру. Ведь он-то ее не раз дразнил!
– Может быть, в другой жизни я была потаскушкой, и моя истинная сущность наконец-то начинает выходить наружу? – сказала она.
Дру заскрипел зубами. Он позволяет ей издеваться над собой. Даже отвернувшись от Тори, он видел перед собой ее бархатистую кожу, усыпанную каплями воды, и это видение разжигало его желание…
Он услышал всплеск, но не оглянулся, хотя его жадный взгляд больше всего хотел бы увидеть происходящее за спиной.
Прокашлявшись, Дру указал на сверток, лежащий на постели.
– Я постарался подобрать одежду по размеру. Надеюсь, платье и туфли подходят, – произнес он неуверенно.
Завернувшись в полотенце. Тори подошла к кровати. Она развернула сверток и обнаружила платье цвета лаванды, украшенное гофрированными манжетками и кружевами. Конечно, оно было не столь элегантно, как платья, которые ее мать заказывала у лучших портных Чикаго, но довольно миленькое.
– Спасибо, Дру, оно очаровательно, – пробормотала она с благодарностью.
– Наверное, дома у тебя гардероб более изысканный.
Это замечание разозлило ее. Он не преминул испортить даже такой приятный момент.
– Черт возьми, Монтана, неужели вы думаете, что все, что меня волнует, – это дорогая одежда и светские приемы?
Тори скользнула за ширму и стала одеваться. Услышав плеск воды, она поняла, что Дру погрузился в воду. Она выплыла из-за ширмы и направилась к двери.
– Пойду пройдусь по поселку, пока вы принимаете ванну, – заявила она.
– Будь осторожна, Чикаго.
– С чего бы это? Наконец-то я смогу хоть поразвлечься немного, – заметила она легкомысленно. – Честно говоря, Монтана, порой вы бываете столь же глупы и скучны, как Хуберт Каррингтон Фрезье-младший.
Легкая, как ветерок, она выскользнула из комнаты, Дру безуспешно попытался швырнуть в нее мочалкой. Черт, ну неужели она не понимает, насколько трудно держать расстояние между ними, быть вежливым и уважительным? Роль эта была незнакома Дру, он к ней не привык. Он жалел, что вообще встретил Тори. Она просто выворачивала его наизнанку.
Эта девчушка хотела поразвлечься. Ну что же, он развлечет ее, не выходя, правда, за рамки дозволенного. Тори, вероятно, было скучно, она жаждала развлечений. Решив доставить малышке удовольствие, Дру быстро вымылся и побрился. Облачившись в новую, только что купленную одежду, он поглядел на себя в зеркало и направился к двери. Скучный и тупой, ну и ну! Тори еще предстоит узнать, насколько он бывает весел! Дру поклялся, что будет самым интересным ухажером, какого Тори приходилось встречать. Он заставит ее взять назад свои слова!
* * *
Огромная толпа собралась на краю поселка, и Тори поспешила смешаться с ней. Следуя за потоком людей, она шла по улице, на которой развернулась ярмарка. Веселый смех раздавался то тут, то там, и музыка подняла настроение Тори. Довольная этим развлечением, девушка шла вдоль рядов, разглядывая изделия ремесленников, затем остановилась и стала наблюдать за лошадьми, которые скакали по дорожке, проложенной вокруг ярмарки.
Все шло отлично, пока молодой человек, вероятно, изрядно хлебнувший виски, не подошел к ней и не обнял за плечи.
– Красотка, где ты до сих пор пропадала? – протянул он и пьяно улыбнулся. – Ты, вероятно, только что спустилась с небес?
Тори попыталась высвободиться из его объятий, не поднимая шума. Но пьянчужка пытался продолжить свои ухаживания.
– Ну, красотка, давай попляшем вместе, – промычал он.
– Нет, спасибо, – отклонила она предложение, сумев наконец сбросить с плеча его липкую руку.
Парень схватил ее за локоть, и она вышла из себя. Тори вовсе не собиралась идти с ним куда-либо. Он едва стоял на ногах и мог свалиться на нее, если она вздумает с ним танцевать. Когда он грубо потянул Тори к себе, она сделала то, что Дру сделал с бродягой в лесу – сжала кулак и врезала ухажеру в челюсть так, что незваный спутник отлетел назад. Алкоголь явно замедлил его реакцию, поэтому неожиданный удар заставил его завертеться на месте, как волчок.
Зеваки встретили гулом одобрения еще один удар, который Тори нанесла ему, лишив его остатков достоинства. Губы его искривились в злобном оскале, он бросился на Тори, как бык, вытянув руки и пытаясь схватить девушку, но она выставила колено и попала ему прямо в пах. Когда он согнулся, она опять ударила его кулаком в челюсть.
Пьяница упал на землю и больше не поднимался.
Тори потерла суставы пальцев и повернулась, чтобы идти прочь. И тут она увидела Дру, который стоял рядом. Он выглядел просто великолепно – на нем была белоснежная льняная рубашка, расстегнутая на груди. Черные брюки плотно облегали его мускулистые бедра. Тори почувствовала, как страсть охватывает ее.
Сделав вид, что Дру ей совсем не интересен, Тори слегка нахмурилась и окинула его небрежным взглядом.
– Вы мне очень помогли, Монтана, – хлестнула она его.
– А зачем мне было вмешиваться? – спросил он, шагая рядом. – Ты и без меня прекрасно с ним справилась. У тебя появилась чудесная возможность попрактиковаться в том, чему ты научилась от меня. Я потрясен.
Да, она прекрасно обошлась и без его помощи, поняла она с удивлением. Подумать только! Ей не нужен телохранитель!
– Здорово у меня получилось, да? – спросила она с гордой улыбкой.
– Да, кое-чему ты научилась, Чикаго. – Дразнящая улыбка появилась у него на губах, и он взял ее за подбородок. – Я слышал, что чемпион Айовы по боксу ищет соперников для матча. Тебя не записать?
Фиалковые глаза сверкнули, и Дру отвел взгляд. Когда Тори улыбалась, она становилась неотразимой. Как будто солнце слепило глаза.
– Когда я еще немного попрактикуюсь, я подумаю об этом.
Дру склонился в поклоне, подобно тому, какой ему отвешивал Вонг, затем протянул ей руку:
– Окажете ли вы мне удовольствие отобедать со мной, дорогая?
Тори задумчиво поглядела на Дру. Что на него нашло? С чего это он стал таким любезным и галантным? Ну ладно, как бы там ни было, Тори нравилась новая сторона их отношений. Он льстил ей, он ухаживал за ней, и Тори с готовностью откликнулась на предложение.
Рука скользнула под его руку, и она одарила его еще одной лучистой улыбкой:
– С радостью присоединяюсь к вам, сэр, – ответила она. – Но не сердите меня. Мой инструктор по боксу говорит, что для новичка я неплохо дерусь.
Обрадованный Дру повел Тори в лучший ресторан поселка. Он начинал понимать, почему Гвен держала дочь под замком все эти годы. Эта нимфа была необычайно соблазнительна, и когда сбросила связывающие ее запреты, то стала подобна весеннему ветерку. Ее веселый, легкий характер был заразителен. Она заставила его почувствовать себя вновь глупым, шаловливым мальчишкой, который впервые идет на свидание.
Тори жадно поглощала предложенные ей блюда и вино. Стоило стакану опустеть, как она наполняла его вновь. Алкоголь развязал ей язык, и она начала рассказывать Дру о своей жизни: о том, как тяжело было жить под постоянным строгим надзором Гвен, как раздражали ее нескончаемые гувернантки, которые, словно ищейки, следили за каждым ее шагом начиная с десяти лет. Закончив повествование, она откинулась на спинку стула. Фиалковые глаза скользили по лицу Дру. Ей гораздо больше нравились грубоватые, но симпатичные черты его лица, чем утонченные лица тех джентльменов, которых ей приходилось встречать. Дру был красив по-своему, к тому же великолепно сложен и такой сильный…
Тори мысленно дала себе пощечину и выпрямилась на стуле. Интересно, не прочитал ли Дру тех мыслей, которые бродили в ее голове? Вероятно, нет, потому что он задумчиво глядел на нее, и значение его взгляда она не могла расшифровать.
– Расскажите мне о себе, Монтана, – попросила она.
Дру недоуменно пожал плечами и стал изучать содержимое своего стакана.
– Да что, собственно, рассказывать, – пробормотал он. – Родителей моих убили индейцы, и я начал искать работу, чтобы выжить. Я брался за любую работу, какой бы тяжелой и грязной она ни была. Несколько лет я перебивался случайными заработками, а потом направился на Запад, на золотые прииски, надеясь разбогатеть и начать помогать троим моим братьям в Канзасе.
– Троим братьям? – Глаза ее сверкнули изумлением.
Он утвердительно кивнул головой.
– Джон Генри на два года моложе меня. Ему двадцать восемь, он отец двоих мальчишек. Джерри Джеффу исполнилось недавно двадцать шесть, в прошлом году он женился на веселой рыжеволосой девице. Билли Боб – всеобщий баловень и любимец, ему будет двадцать два через три месяца.
Тори была поражена. У Салливана была, видимо, тяжелая жизнь – воспитывать и поддерживать такую семью! Интересно, а какое второе имя у него самого, ведь у каждого из братьев по два имени? Однако она ловила себя на том, что не может обращаться к Дру иначе, чем просто Монтана.
– Большая часть моего образования – результат жизненного опыта, – проговорил Дру, не в состоянии сдержать невольное негодование:
– Мне едва сравнялось пятнадцать лет, когда случилась беда с родителями, и я понял, что ответственность за семью ложится на мои плечи. Ни один из моих братьев не учился подолгу – мы работали на ферме. Я оставил за старшего Джона Генри, а сам пошел искать работу. Я прошел непростую школу жизни и научился получать от нее тычки, выживать благодаря уму и силе. Временами единственное, что поддерживало меня, это мысль о братьях, которые вынуждены существовать лишь на мои заработки и на те деньги, которые они получат от продажи небогатого урожая. Такая сложная жизнь продолжалась очень долго.
– А я очень долго жила мучительной мыслью, что мой собственный отец от меня отказался, – вздохнула Тори. – Хотя Эдгар не скупился на подарки, мать держала меня на привязи. Единственным моим убежищем были книги. И я не уверена, что лучше: утонуть в вакууме или бороться всеми силами за выживание.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?