Читать книгу "Секреты крови"

Глава 10

Неро

– Санторо подтвердил информацию? Это точно были ирландцы? – спросил я, обращаясь к своему Дону.

Альберто молчал. Шок от полученных новостей до сих пор не покидал каждого из нас. Я взглянул на отца. Он был также задумчив, как и его Дон.

– У Морриконе давно проблемы с ними. Серджио должен был еще пару лет назад вырезать всех ублюдков до одного, а сейчас их война коснулась и нас.

Отец помог своему Дону поджечь сигару. Он всегда носил зажигалку с собой, будучи тенью Альберто Гравиано.

Дон сидел в кресле у массивного дубового стола, скрестив ноги, и медленно крутил в руке бокал с янтарной жидкостью.

Несмотря на июньскую жару, шторы в кабинете были плотно задернуты, а тяжелый аромат кубинских сигар смешался с запахом старой кожи и бурбона.

– Санторо нужна помощь? Что Маурицио вообще говорил? – спросил отец.

Алессандро всю свою сознательную жизнь был телохранителем и верным соратником будущего Дона. Именно он научил меня всему, а также вложил в сознание понятия чести и преданности. Я помню все его уроки, поэтому стараюсь относиться к Оливии так же, как и мой отец к своему Дону.

– Он сказал, что Морриконе сами справятся со всем, и людей у них хватает, но по тону было понятно, что Маурицио не согласен.

После того, как Де Лука предложил разорвать помолвку между своим сыном, Лоренцо, и дочерью Санторо, Валентиной, с целью женить отпрыска на Оливии, Санторо-старший расценил это как оскорбление и при содействии Альберто договорился с Доном Нью-Йорка сыграть свадьбу между Валентиной и старшим сыном Морриконе, Эмилио. На подъезде в город на их кортеж напали, и девушка была похищена. Прошло больше сорока восьми часов, но требований ирландцы так и не выдвинули. Или же нам об этом не сообщили. Он понимал, что в его системе безопасности есть брешь и, скорее всего, крот. Уверен, ирландцы не хотели, чтобы союз между Чикаго и Нью-Йорком стал крепче, чем был до этого. Ранее мы вели войну между собой, пока прежние Доны, отцы Альберто и Серджио, Джованни Гравиано и Никколо Морриконе не заключили союз. Но за последние тридцать лет не было ни одного брака, заключенного между двумя главными семьями.

– Гребаные ублюдки! – прозвенел голос Альберто в тишине, словно выстрел.

Дон знал, что похищение невинной девушки мафии било не только по авторитету Морриконе, но и по его тоже. Отец сказал мне вчера, что Альберто зол на самого себя, что не смог убедить Санторо взять больше людей с собой в Нью-Йорк.

– Говорят, что Патрик Дойл совсем распоясался после прихода к власти. Его отец вел тихую войну с Морриконе, но после смерти Аластера Патрик и его сыновья совсем охренели. Бостон утопает в крови. Серджио не может держать их в узде.

– Это полностью вина Морриконе. В его распоряжении слишком большая территория, и у него не хватало ни людей, ни средств, чтобы сохранить порядок везде. Если Бостон перейдет полностью под контроль ирландцев, то не пройдет много времени, когда Дон потеряет и Провиденс. Это крупный портовый город. Нью-Йоркский клан живет благодаря ему. Не удивлюсь, что на восточном побережье разыграется настоящая война.

– Нас она тоже коснется, – вмешался я в разговор Дона со своим отцом.

Альберто был задумчив. Знаю, о чем он думал. Мужчина боялся больше всего потерять не власть, а единственного ребенка.

– Я хочу, чтобы у Оливии было больше охраны, – приказал Гравиано. – Выбери тех, кому доверяешь, Неро.

Я кивнул в ответ.

– Она не глупа. И начнет задавать вопросы, Дон.

Альберто качнул бокал, глядя в медленно крутящийся лед, будто ища в нем ответы.

– Я поговорю с дочерью сам, но чуть позже. Нужно подобрать правильные слова, чтобы не напугать ее.

– Оливия сильнее, чем кажется. Порой у меня складывается впечатление, что она родилась с сигарой в одной руке и с планом атаки в другой.

Дон усмехнулся, но без тени радости. Дочь была отрадой Альберто. С тех пор, как она появилась в этом доме, жизни всех нас изменились.

– Интересно, чего хотят ирландцы.

– Мы знаем одно: чего они не хотят. Патрик не хочет допустить усиления союза между Чикаго и Нью-Йорком. Им нужен разлом, а не союз, поэтому мне кажется, что это только начало.

Дон Гравиано задумался.

– Если война между ирландцами и Морриконе расширится и на наши территории, то нам нужно быть готовыми ко всему. Ублюдки уже показали свое истинное лицо. Они способны не только на диверсии на чужой территории, но и на похищение невинных. Женщины и дети всегда были табуированным фактором.

– У ирландцев нет чести, синьор, – сказал отец.

В дверь постучали.

– Войдите, – приказал Дон.

Выражение его лица изменилось, когда в кабинет вошла Оливия.

Девушка на мгновение задержалась в дверном проеме, увидев своего отца не одного.

– Я вам помешала? – спросила Оливия, немного замешкавшись, когда поняла, что прервала нас.

– Мы уже закончили, – ответил Дон, сделав знак рукой, чтобы их оставили одних.

Я последовал вслед за отцом. Как только дверь за нами закрывалась, папа сказал:

– Мне это не нравится, Неро. Будь начеку. Альберто открутит нам голову, если с его единственной дочерью что-то случится.

– Я знаю, отец.

Глава 11

Оливия

Я вошла в кабинет, не ожидая ничего плохого. Но, судя по серьезным лицам мужчин, что-то случилось. Неро и Алессандро неспроста оставили нас с отцом одних.

Папа сидел за огромным столом, а из полумрака выныривали силуэты книг, оружия, картины. Его взгляд был тяжелым, напряженным. На этот раз отец не встал и не подошел. Только указал рукой на кресло напротив.

– Садись, Оливия.

Я послушалась. И сразу ощутила напряженность в его голосе: что-то не так.

– Что случилось?

Он выдохнул и потер переносицу. Мой взгляд упал на стакан виски на его столе. Знаю, что иногда папа выпивал, ведь я ни раз была свидетелем того, как он запирался в своем кабинете, чтобы поработать. Но почти пустая бутылка на столе была тревожным звоночком.

– Я хотел бы, чтобы ты услышала это от меня, а не от шепота в коридоре. Не от слуг. Не из новостей.

– Папа…

Я положила ладонь на грудь в ожидании.

– Валентина Санторо похищена. Два дня назад. Ирландцы.

Я замерла. Мне не удалось лично познакомиться с девушкой. Все, что я знаю о ней: Валентина была помолвлена с Лоренцо Де Лука. Но, судя по тому, что мне довелось услышать в день рождения, Винченцо Де Лука отменил помолвку с Санторо, выплатив большую неустойку, в надежде женить своего сына на мне.

– Как? Почему? Кто?

Эти вопросы вертелись в моей голове в надежде найти ответ. Я не понимала, как в нашем мире невинную девушку могут похитить? Или только у меня было столько охраны? Может, она решила сбежать по какой-то причине?

– Пока неизвестно. На кортеж напали, когда они подъезжали к Нью-Йорку.

– Не понимаю. Что Валентина делала в Нью– Йорке?

Папа тяжело вздохнул. Его рука потянулась к стакану. Он сделал глоток янтарной жидкости и продолжил:

– Я договорился о браке между двумя кланами.

Отец на мгновение замолчал и задумчиво посмотрел в сторону.

– За кого она должна была выйти замуж?

– Старший сын Дона Серджио Морриконе, Эмилио. Хоть парень и не сильно был рад этому союзу…

После этих слов он замолчал и загадочно посмотрел в мою сторону. У меня перехватило дыхание.

– Он хотел… Меня?

Понимание захлестнуло. Все эти месяцы я сжилась с возможным скорым замужеством по приказу отца, но не думала, что могу уехать в Нью-Йорк.

– Мне было сложно смириться с тем, что, только обретя тебя, я тут же потеряю.

Из меня вырвалось облегчение. Папа словно читал мои мысли.

– Ты выйдешь замуж здесь и будешь жить в Чикаго подле меня. Так твоему отцу будет спокойнее.

– Ты уже определился насчет кандидатуры?

Я затаила дыхание в ожидании ответа. Папа молчал какое-то время. Сделав очередной глоток виски, он ответил:

– Пока нет, но я думаю об этом. В Нью-Йорк тебе определенно нельзя. Там небезопасно. Отец Валентины, Маурицо, обвиняет Морриконе в утечке. Скорее всего, там был крот. Предатель. Ирландцы хотят помешать нам заключить более прочный союз, поэтому девушка похищена.

– Что с ней будет, папа?

Он не сразу ответил. Как будто раздумывал, стоит ли просвещать меня в мафиозные дела, но я хотела знать. Должна была знать, черт возьми!

– Ее не убьют. Вот, что важно. Глава ирландского клана потребует выкуп за девушку.

– Вы уже знаете, что это может быть?

Отец нахмурился. Думаю, он не привык обсуждать такие дела с женщинами.

– Возможно, они потребуют порт в Бостоне. Ранее тот был под контролем ирландцев. Это самое разумное.

– Он наверняка имеет огромную ценность. Глава Нью-Йорка не отдаст такую золотую жилу за девушку, которая еще не принадлежит его семье.

Я заметила ухмылку на лице отца. Его глаза засияли от гордости.

– Верно, – согласился он. – Серджио не позволяет вмешиваться, но мне придется, если он не отдаст выкуп за нее. Валентина – наша, и мы несем ответственность за ее возвращение. Морриконе не станет рисковать нашим тридцатилетним союзом.

– Если предположить, что он пойдет в отказ…

– Тогда между Чикаго и Нью-Йорком вспыхнет война, как когда-то…

– И Валентина… Умрет?

Вопрос повис в воздухе. Я не хотела, чтобы отец отвечал на него. И так все было понятно.

– Она в безопасности, как думаешь?

– Мы не знаем. Ирландцы молчат. Ни выкупа, ни условий. Тишина – худший из сигналов.

Я сжала подлокотники кресла.

– Ты не должна лишний раз покидать дом, Оливия.

– Почему ты говоришь мне это?

– Потому что тебе нужно понять, – ответил он. – Этот мир, Оливия… Ты теперь часть его. Хочешь или нет. И я не могу тебя прятать за стенами все время. Но ты должна быть осторожной. Неро защитит тебя.

– Я не хочу, чтобы меня прятали. А для этого мне нужно учиться защищать себя.

Папа пристально посмотрел на меня.

– Вот почему ты хочешь заниматься с этим парнем?

Я замерла. Мысленно готовилась к этому разговору с отцом, но вся моя подготовительная речь испарилась, будто ее и не было.

– Да. Я сама выбрала его. Неро очень аккуратничает со мной. Этот парень может дать мне больше, чем телохранитель, который боится за каждый мой шаг.

– Он – хороший солдат. Но ты должна слушать Неро. Всегда. И меня. Без вопросов.

Я почувствовала, как во мне закипает злость. Он все еще говорил со мной, как с ребенком.

– Ты не можешь меня запереть.

– Я не запираю. А оберегаю. Потому что если с тобой что-то случится – я сожгу полмира. А вторую половину утоплю в крови.

Я молчала. Смотрела на него – на человека, которого только недавно начала узнавать как отца. И все же он оставался Доном. Королем. И я – его дочь, королевская кровь. Но в этом дворце не было сказки.

– Понимаю, – прошептала я. – Но я – не жертва. Не Валентина. И не позволю ею стать.

Папа медленно кивнул. И в его глазах снова мелькнула гордость. Но в ней же пряталась и тревога. Глубокая, отцовская.

– Только пообещай мне, Оливия… Если станет опасно – ты будешь рядом с Неро. Всегда.

Я кивнула. Но что-то подсказывало мне: рядом со мной будет не Неро. А Вито. Потому что, каким бы ни был этот риск – я выбрала его.

Глава 12

Оливия

Иногда я думаю, что родиться дочерью Дона мафии – это проклятие, а не судьба. Это как носить платье из стекла. Красиво, сверкающе, но каждый шаг может превратиться в кровавый вальс. Внутри меня клубок из страха, ярости, и мечта стать кем-то, кто не прячется за чужими пистолетами.

Последние несколько месяцев пребывания в своей новой реальности научили меня возводить стены. Это моя броня от мира лицемерных ублюдков, с которыми мне посчастливилось столкнуться. Быть самой собой не поможет выжить, и я принимаю эту игру со всей осознанностью.

Я – принцесса мафии. Долгое время была тайной, спрятанной за завесой молчания, но теперь хочу заявить о себе. Никто не смеет говорить обо мне плохо. Я должна научиться быть сильной не только морально, но и физически.

Сегодня решительно настроена сломать часть себя, чтобы стать кем-то иным. Но, возможно, сегодня это будет мой нос, а не моя старая личность.

Когда Неро остановил машину возле склада, он не торопился выходить. Я привыкла, что жду, пока мне не откроют дверь. Это была не привилегированная часть моего существования, как дочери Дона. Это больше про безопасность. Неро всегда осматривал периметр и ждал, когда другие охранники расформируются по своим местам. Но сейчас мой охранник не торопился покидать машину.

– Неро? – с тревогой в голосе позвала я и начала оглядываться. Возможно, что-то было не так, а я не замечала.

– Это ошибка, Лив, – наконец, сказал он. – Ты не должна брать уроков у него. Я сам научу тебя всему.

Его голос был, как всегда, отточен и сух. Он не одобрял моей затеи. Я догадывалась, но он хранил молчание последние дни. Возможно, Неро в глубине души надеялся, что я передумаю. Но нет. У меня был решительный настрой.

Я сделала успокаивающий вдох. Догадывалась, что рано или поздно Неро начнет этот разговор, чтобы переубедить меня. Я еще тогда заметила неодобрение в его взгляде. Интересно. Может, он знал об этом Вито то, чего не знала я? Но парень работает на моего отца в конце концов!

– Ты не сделаешь этого так, как мне нужно, Неро.

– Лив…

– Я хочу научиться защищать себя! Пойми! Ты слишком оберегаешь меня и не позволишь мне и на один процент почувствовать то, что я могла бы ощутить при реальной опасности. Вито не будет со мной аккуратничать, а ты – да.

– С чего ты это решила?

Я бросила взгляд на обветшалые стены склада, где у больших металлических ворот стоял только один человек – Вито. В свете тусклого фонаря он казался не человеком, а лишь тенью, но я узнала его. С самой первой секунды мне было известно, что он очень опасен. Я видела в темноте его глаз тьму, от которой, уверена, враги ходят под себя. Но я не боялась его. Вито был человеком моего отца. Он научит меня быть сильной.

– Просто знаю.

Неро не стал ничего отвечать. Наконец, он вышел из автомобиля, окинул взглядом охрану и потянулся к моей двери, чтобы открыть ее.

Склад на юге Чикаго, где мафия хранила оружие и наркотики, сегодня превратится в мой личный ад. Что-то внутри меня подсказывало это, когда я подошла ближе к Вито.

Неро совершенно не доверял ему. Я чувствовала это. Считала по напряжению в его челюсти, по тому, как он смотрел на моего тренера. Будто каждую секунду готов был выстрелить в него.

– Принцесса, – поприветствовал Вито, коротко кивнув.

Его взгляд на мне задержался дольше, чем следовало, но все же парень отвернулся первым.

– Рад видеть, что вы не передумали.

– Я – Оливия, – поправила молодого человека. – Не нужно этого.

Он кивнул, но не повторил моего имени.

Внутри было пусто, но не мертво. Я слышала голоса мужчин где-то в глубине склада, но в центре, где стоял импровизированный ринг для спарринга, людей не было. Я обрадовалась. Не хотелось бы, чтобы мой позор видели. Я не вынесла бы еще одного унижения, типа, полученного в прошлый раз от Рикардо Риццо и ему подобным.

Вито не оглядывался. Парень подошел к рингу и взял бутылку воды. На мгновение мне это показалось странным. Ведь мы еще не начали занятие. Может, он нервничал от встречи со мной? Мысленно одернула себя за это. Быть такого не может. Мое увлечение этим человеком не должно уводить мысли в неправильном направлении. Я не должна выдумывать того, что не существует.

Позади меня хлопнула металлическая дверь, и я вздрогнула от неожиданности. Обернувшись, увидела Неро, который занял свое место в стороне от нас. Мужчина демонстративно закатал рукава и сложил руки на груди, став пристально смотреть на моего нового знакомого.

– С чего начнем? – спросила я, надеясь, что голос не дрогнет.

– С того, что вы должны понять: вы – не хрупкая. Вы – оружие. Пока не наточенное, но это дело времени, – сказал он, все еще не глядя в мою сторону.

Вито поставил бутылку на стол и начал снимать с себя футболку. Я затаила дыхание. Обнажились татуировки на спине, и мне было отчетливо видно, что они были набиты не просто так: стали заметны множество бугристых шрамов на теле.

Я обернулась и вопросительно посмотрела на своего телохранителя. Видя мой вопросительный взгляд, Неро лишь тяжело вздохнул и недоверчиво покачал головой.

– Первая цель – избавиться от страха удара.

Ноги сами несли меня к Вито. Мужчина повернулся и холодным взглядом пробежался по моему телу. Знаю, я была хрупкой. Ноль мышц и выносливости, но мой решительный настрой помогал исправить это. Я знала, зачем пришла сюда сегодня, но ядовитый червь сомнения поселился в моей голове. Разочарование подкралось незаметно. Я хотела произвести впечатление, но Вито был безжалостно далеким. Не таким, как в тот вечер. Мне хотелось, чтобы он вновь посмотрел на меня так, как тогда. Но сейчас его взгляд был полностью безразличен, и это обезоружило.

Вито подошел и протянул мне руку.

– Ударь меня.

Я не выдержала эмоционального давления и рассмеялась. Реакция явно была нервной.

– Серьезно?

– Серьезно.

Я медлила. Вито сосредоточено смотрел мне в глаза, ожидая от меня действий. Он не торопил меня, а терпеливо ждал моего ответа на его вызов. Молчаливое ожидание затянулось.

Обернувшись, я посмотрела на Неро, как будто сомневалась в правильности всего того, что происходит. Будучи максимально несамостоятельной фигурой, я постоянно нуждалась в одобрении людей, которые умнее и сильнее меня. Не вижу в этом ничего плохого. Научиться быть хищником можно только у хищников.

– А если я не хочу тебя ударить?

Он склонил голову набок, обернувшись.

– Ты ударишь не меня. Ты ударишь человека, который может тебя убить или трахнуть. А может и то, и другое одновременно. Пока он не добежит, – Вито кивнул в сторону моего молчаливого охранника.

Я сжала кулак и сразу поняла, что сделала это неправильно. Одно неловкое движение, и в пальцах отразилась боль. Я почувствовала обиду и сожаление, что выглядела слабачкой перед тем, кому очень хотела понравиться. Словно я маленькая девчонка на уроке физкультуры.

Удар пришелся Вито по плечу. Он не шелохнулся. Неудивительно.

– Еще.

Я ударила снова. Сильнее. А потом третий раз. Костяшки стали гореть огнем, словно я била не человека, а мраморную стену в своей ванной комнате.

– Хорошо. А теперь я, – сказал он.

Я замерла. Он что, действительно собрался меня ударить?

– Ты ударишь меня? – предательски задрожал мой голос.

– Нет. Я должен заставить тебя увернуться. Это другое.

Он сделал шаг. Медленно. Будто под водой. Я отступила на шаг, запнулась о матрас и едва не упала. Вито тут же поймал меня за локоть. Его прикосновение словно обожгло меня. Первый контакт. И в этот миг я вдруг поняла, что близость с ним опаснее любого удара.

***

– Еще раз, – сказал он, чуть двинув подбородком. – Ты пропустила открытие. Левая нога идет вперед, корпус разворачивается. Ты цепляешь локтем. Быстро.

Я вздохнула и вытерла пот с шеи.

– Ты не в балетной школе, Принцесса. Бей. Не проси разрешения.

– Придержи язык, ублюдок. Ты забыл, с кем разговариваешь?

Какая-то доля секунды, и мой телохранитель оказался между мной и Вито на ринге.

– Он говорит так специально, Неро, – попыталась я успокоить мужчину, кладя ладонь ему на плечо, – чтобы я разозлилась.

– Мне плевать! – рявкнул он в ответ. – Никто не имеет права так с тобой разговаривать.

Я сделала шаг в сторону и стала отталкивать Неро.

– Уйди. Ты мешаешь.

Неро отступил. Лучше для него. Мы хорошо ладили. И он часто уступал мне, но только если это не угрожало моей реальной опасности. Он знал, как убивать. В этом я была уверена. Мне хватило сполна того зрелища с дракой. Неро вернулся на свое место и облокотился спиной о стену, сложив мускулистые руки на и наблюдая за мной как хищник над птичкой с перебитым крылом. Надеюсь, больше вмешиваться он не будет.

– Ладно, – пробормотала я и шагнула вперед, как учил Вито.

Левая. Поворот. Локоть.

– Черт!

Вито легко поймал мой удар, перехватив запястье. И за долю секунды я уже лежала на спине с выбитым дыханием.

– Видишь?! – сказал он, опускаясь рядом. – Ты не злишься. Без ярости в тебе нет огня. Ты просто красивая кукла с претензиями. Не можешь защищаться.

Я лежала, уставившись в потолок. С металлических балок свисали старые лампы. Некоторые из них мигали. Воняло сыростью. Совершенно неподходящее место для такой, как я. Вито прав, называя меня избалованной принцессой. Он говорит это не только потому, что хочет разозлить меня, чтобы я била сильнее. Мне придется не бояться таких мест. Одному Богу известно, где сейчас находится Валентина Санторо, и что с ней происходит.

– А если я не способна быть огнем? – Внутри закралось сомнение, смогу ли я осуществить то, что задумала.

– Тогда тебе здесь больше нечего делать, Принцесса. В этом месте тренируются только те, кто хочет выжить.

Вито поднялся и холодно посмотрел на меня сверху вниз. Его безразличный взгляд тревожил и огорчал меня. Я думала, думала…

– Снова хочешь упасть? – спросил он, предлагая руку, чтобы я, наконец, поднялась с мата.

Я усмехнулась.

– Снова хочу встать.

Я смертельно устала. Не знаю, сколько прошло времени с начала нашей тренировки. Но каждая мышца в моем теле горела, пот струился по телу, а у этого говнюка ни одной капельки на коже. Это жутко раздражало. Уверена, от меня воняло, как от бродячей собаки. Такой я вряд ли ему могла понравиться. Мой план провалился, но назад пути не было.

Тренировка началась снова. Руки, ноги, локти, захваты. Вито бросал меня на мат, как мешок с картошкой. И каждый раз я чувствовала, как мое тело, непривычное к боли, протестует, но каждый раз поднималась на ноги. Но с каждым падением я все больше что-то теряла: ожидания, иллюзии… И тогда я решила пойти ва-банк:

– Почему ты согласился? – спросила мужчину, как только он взял мое тело в захват.

Вито замер и не отбросил меня. Я озадачила его своим вопросом, но я очень хотела узнать на него ответ.

– Потому что это был приказ Дона.

– Так ли это?

Мужчина расцепил руки, которые брали меня в захват, и отстранился, вопросительно взглянув. В его взгляде что-то промелькнуло, но тут же исчезло.

– Это был не приказ, а моя просьба.

Он сухо усмехнулся и повернулся ко мне спиной. Видимо, не хотел, чтобы я смотрела ему в глаза. Неужели Вито думал, что я могу прочитать его как книгу? Уверена, что так он решил убежать от ответа на мой вопрос. Я ни за что не дам ему этого сделать. Я обошла его и встала прямо перед ним, наблюдая, как он жадно пил воду из бутылки. Неро подошел ближе и протянул мне мою, но я проигнорировала.

– Наверняка у тебя были причины отказаться.

Вито переглянулся с моим охранником. Между ними состоялся какой-то немой диалог.

– Были. Они до сих пор есть.

Как только я открыла рот, чтобы выпытать у него еще что-то, Вито резко произнес:

– На сегодня все, – сказал он, обращаясь не ко мне, а к Неро. – У меня еще много работы.

Вито сорвался с места и, схватив свою черную спортивную сумку, вышел со склада. Как только тяжелая металлическая дверь захлопнулась за ним, я повернулась к своему охраннику.

– Сколько времени?

– Почти десять. Хорошие девочки в это время уже должны быть дома и ложиться баиньки.

Мне хотелось фыркнуть от раздражения, но сил совсем не осталось на препирательства с другом. Тем более, меня волновало то, чем именно занимался Вито, работая на моего отца. Какие именно поручения он выполнял по ночам.