Читать книгу "Деривация"

Глава 4

Аль-Фьорд

Чарли

Три дня. Именно столько мне требуется, чтобы изучить дневник Брэдли Робертса от корки до корки, но полученные знания не приносят ни капли удовлетворения. Лишь еще больше горечи и презрения к человеку, оставившему записи.

Помимо личных мыслей и заметок о течении своего заболевания Робертс часто переходил на терминологию, о значении которой я не имею ни малейшего представления. Попади этот блокнот в руки ученых из Эридана, они наверняка пришли бы в восторг и уж точно разобрались с написанным. Но я ни за какие средства не продала бы им эти сведения.

Однажды «светлые умы человечества» уже сотворили непоправимое, для каких-то целей создав то, что впоследствии назвали «Сумеречником». А я не тот человек, который хотел бы взять на себя ответственность за новый виток конца света, поэтому этот дневник никогда не должен оказаться в ненадежных руках.

Единственное, что я планирую, так это разговор с Кирби, когда через пару месяцев тот вернется из Эридана. Пожалуй, он единственный человек во всем Аль-Фьорде, который способен точно объяснить значение той белиберды, что на страницах своего дневника оставил Робертс.

За спиной слышится стук захлопнувшейся входной двери, а затем приближающиеся шаги, но я даже не оборачиваюсь. Спокойно домываю чашку, переворачиваю ее на сушилку и подхватываю с крючка полотенце для рук. Кожей ощущаю присутствие Стивена, но намеренно тяну время, не желая идти на контакт.

За прошедшие три дня мы так и не поговорили. Он все время пропадал вне дома: то на охоте, то занимаясь проблемами жителей поселения, то решая вопросы с предстоящим обменом между Аль-Фьордом и Бьоргеном. Он уходил, когда я еще спала, а возвращался, когда уже отправлялась ко сну. Я же, в свою очередь, даже не думала сделать первый шаг, потому как до сих пор считаю – в данной ситуации вина за ссору целиком и полностью лежит на Стивене. Да и, если разобраться, – сколько уже можно идти на уступки? Кристально ясно – наши отношения недалеки от краха, и у меня нет ни желания, ни сил как-то это исправлять.

Возвращаю полотенце на место и нарочито медленно разворачиваюсь. Стив замер у стола и наблюдает за мной исподлобья, весь его вид выдает настороженность, будто муж ожидает, что я в любую секунду брошусь в атаку. Но мне все равно. В душе ничего, кроме пустоты.

Тишина затягивается на несколько долгих минут, в течение которых мы неотрывно смотрим друг на друга, не двигаясь с места.

– Привет, – наконец нарушает молчание муж, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вскинуть брови.

Привет?

Такую тактику он выбрал?

– Привет, – отвечаю максимально нейтральным тоном, по которому невозможно разобрать ни единой эмоции, за что я собой горжусь.

Стивен с шумом выдыхает и неожиданно шагает вперед, стремительно сокращая разделяющее нас расстояние. А пару секунд спустя заключает меня в крепкие объятия, на которые я не отвечаю. Непроизвольно напрягаюсь, но попыток отстраниться не предпринимаю. Щеки́ касается прохладная ткань куртки, пахнущая уличной свежестью и немного дымом. Втягиваю пробивающийся сквозь них запах кожи Стива и на миг прикрываю глаза. Ничего не чувствую. Ничего…

– Прости меня, Чарли, – бормочет он мне в макушку.

На пару мгновений удивленно застываю, а после заставляю себя расслабить плечи и поднимаю голову, чтобы заглянуть ему в глаза. За зеленоватыми радужками нет и намека на холод, что царил там в момент ссоры, сейчас я вижу только искреннее раскаяние. Но я в него не верю. Уже нет…

– За что? – спрашиваю все тем же нейтральным тоном.

Стив тяжело вздыхает и самую малость отстраняется, продолжая прижимать меня к себе.

– За все: за то, что вел себя как мудак в последнее время; за то, что решал важные вещи без твоего участия; за то, что сорвался и обвинил тебя в своих неудачах. – Он нервно проводит ладонью по волосам, прежде чем продолжить: – Столько всего произошло и навалилось: чертов зверь, пугающий дичь, отчего пушнины для обмена набралось впритык; Гроув и его психованная жена давят на меня с необходимостью ускорить ремонт системы фильтрации воды, хотя это терпит еще пару месяцев; а в довершении ко всему ситуация с сейфом, которая будто специально повернулась не в мою пользу. Плюс я выпил не в меру, вот и не сдержался. Понимаю, это ни в коем случае меня не оправдывает, но я больше не могу выносить эту замораживающую отстраненность между нами.

Закончив, муж с надеждой заглядывает мне в глаза, а я могу думать только об одном.

Я, я и еще раз я.

Стив, как обычно, думает только о себе.

Неужели так было всегда? Ответ на этот вопрос наотмашь ударяет правдой.

Понимаю – так и есть.

Мои чувства к Стиву не позволяли видеть вещи реальными, все воспринималось словно сквозь искривленную призму, но перестало ровно в тот момент, когда я поняла, что устала. Устала оттого, что меня не слышат. Даже не так – не хотят слышать. И если раньше Стив хотя бы делал вид, что прислушивается к моему мнению, то давно перестал. Когда это случилось? До его избрания главой совета Аль-Фьорда или уже после? Не помню, да и сейчас это последнее, на чем мне хотелось бы акцентировать внимание. Уверена, попытайся я действительно разобраться в наших отношениях, копнуть глубже, чтобы дотянуться до корня проблемы, и новой ссоры не избежать. Я слишком хорошо знаю Стивена. Да и поздно уже. Разбираться нужно было раньше, а сейчас… мне все настолько безразлично, что временами страшно.

– Хорошо, – в конце концов произношу негромко и настойчиво выпутываюсь из объятий, на что муж, явно не ожидавший такого исхода, хмурится. – Давай вернемся к этому вечером?

– А сейчас ты…

– Жду Селби. Обойдем южные границы на случай, если зверь вновь объявлялся, чтобы не упустить шанс его выследить.

Стивен слегка хмурится, а после заминки кивает.

– Отправить с вами Джеральда?

Отмахиваюсь с показной небрежностью:

– Сами справимся.

Он снова кивает и оборачивается на резкий стук в дверь. Смотрю на настенные часы, если это Нил, он рано.

– Входи, – позволяет Стив.

Шагаю к вешалке, чтобы взять куртку и шапку, но на полпути замираю, потому как на пороге показывается вовсе не Селби, а запыхавшийся Дастин Кирби, которого здесь быть не должно еще как минимум несколько месяцев.

Какого?..

– Дасти! – с улыбкой восклицает Стив и обходит меня, чтобы поприветствовать друга.

Они с детства были не разлей вода и вели себя больше как братья, нежели друзья. Поэтому когда встал вопрос с внедрением в лаборатории Эридана, Стивен не раздумывая отправил туда человека, которому доверял как себе. К тому же, Кирби всегда отличался не только повышенной любознательностью к науке, но и способностью на раз-два разобраться с любыми, даже самыми сложными темами. Дед Дастина, бывший ученым в лабораториях Эридана до того, как покинул столицу и вместе с семьей перебрался в строящийся Аль-Фьорд, с удовольствием занимался с внуком и делился всеми знаниями, которые тот готов был поглощать.

Мужчины сходятся в коротких объятиях и с силой похлопывают друг друга по спине.

– Привет-привет, – здоровается Дастин и с широкой ухмылкой оглядывает Стива, будто желает убедиться, что с другом все в порядке.

Стивен, в свою очередь, проделывает то же самое, и я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

– Что произошло? – спрашиваю без предисловий, нарушая веселую атмосферу воссоединения.

Кирби вмиг становится серьезным, и Стив следует его примеру, жестом приглашая того сесть за стол.

– Выпьешь что-нибудь? – предлагает он.

Дастин отмахивается, плюхается на предложенное место и переводит дух.

– Военные Эридана глушат сигнал, поэтому не смог связаться с вами по рации, пришлось гнать на снегоходе, – поясняет он.

– В чем дело? – спрашиваю я, выжидательно глядя на усталое лицо Кирби.

Он надувает щеки, с шумом выдыхает и разводит руками, словно не зная, с чего начать.

– Похоже, они и правда в шаге от открытия, – заявляет он таким тоном, будто сам не может поверить в то, что только что произнес, а после поясняет: – ученые.

– Ты сейчас о… – начинает Стив, но Дастин перебивает.

– Да. Несколько дней назад они нашли недостающую книгу по проекту «Северный Антидот», в которой скрыт ключ к изобретению вакцины.

Внутренности холодеют, когда мы с мужем переглядываемся. В его глазах отчетливо читается зарождающаяся ярость. Наверняка он тоже догадался что именно военные забрали из проклятого сейфа на «Барракуде». Ни за что не поверю, что это простое совпадение.

Черт и еще раз черт!

– Ты уверен? – уточняю лишь затем, чтобы выгадать немного времени на размышления.

– Абсолютно, – кивает Кирби. – Фрай заряжена как никогда. Она прет напролом и уже ни за что не остановится.

На миг замираю, ощутив, как екнуло сердце. Слишком часто за последние несколько дней я читала упоминания этой фамилии. Еще одно совпадение? Что-то подсказывает – нихрена.

– Фрай? – переспрашиваю внезапно осипшим голосом.

Мужчины быстро переглядываются.

– Келли Фрай – руководящая всеми лабораториями Эридана, – поясняет Дастин.

– Та самая главная докторша, – добавляет Стив. – Я же тебе про нее говорил.

Едва сдерживаюсь от тяжкого вздоха. Говорить – говорил, но без имен. Хотя, по сути, какая разница? Что бы мне это дало? Фамилия Фрай не такая уж и редкая.

– А ты не в курсе, у нее нет родственника по имени Николас? – уточняю на всякий случай.

Дастин пожимает плечами.

– Чего не знаю, того не знаю. А что?

– Не важно, – качаю головой и снова возвращаюсь к насущному вопросу, отодвинув мысли о дневнике Робертса куда подальше. – Так что там с вакциной?

– Фрай готовит масштабный эксперимент, – охотно продолжает Кирби. – Но сначала им нужно достать какую-то штуку под названием «Эфир». – В желудке все каменеет, в ушах зарождается звон. Последнее уже слышу как сквозь вату: – По завету прибывших в Айстерлэнд ученых его захоронили где-то в районе пересохшего озера неподалеку от Эридана еще шестьдесят пять лет назад. Прямо сейчас команда Фрай ведет там раскопки. Я решил, что это важно, поэтому смылся, как только появилась возможность.

Нет! Нет и нет!

Черт побери – нет!!!

Этого просто не может быть!

– Ты сказал – «Эфир»? – уточняю безжизненно.

– Да.

– Нельзя, чтобы он попал в исследовательский центр! – выпаливаю я, ощущая приливающую к щекам кровь.

Взгляд мечется по комнате, пока не застывает на дневнике, одиноко лежащем на подоконнике. Хочется броситься к нему и заново перечитать последние записи, но я и так хорошо запомнила, о чем в них говорится.

До того, как пошли разбухшие от влаги страницы, на которых практически невозможно было разобрать текст, Робертс многое написал про исследования этого «Эфира» совместно с Николасом Фраем. И пусть я совершенно некомпетентна в вопросах науки, понять, что «Эфир» ни в коем случае не должен вступать в реакцию с другими компонентами будущей вакцины, у меня ума хватило. Брэдли писал о том, что его обожаемый Фрай утверждал – от воссоединения паров «Эфира» с базовым составом сыворотки люди могут получить нечто более худшее, чем вирус, уничтоживший большую часть человечества. Фрай хотел изучить его свойства отдельно, потому как был уверен, что «Эфир» можно использовать гораздо более эффективно, не смешивая ни с чем. А теперь Кирби утверждает, что Келли Фрай, будь она родственница Николаса или нет, собирается сделать ровно то, чего ни в коем случае нельзя допускать.

– Чарли, в чем дело? – с беспокойством, но в то же время требовательно спрашивает Стив.

– Мы должны остановить ее, – заявляю уверенно, встречаясь с ним взглядом.

Муж изумленно округляет глаза. Скорее всего, в ответ мои сверкают бешеной решимостью, отчего он мог подумать, что я сошла с ума. Но меня это не волнует.

– Мы? – переспрашивает он, не скрывая скепсиса в голосе.

– Да, – произношу твердо. – Если эту Фрай не остановить, Айстерлэнд ждет нечто похуже конца света, случившегося за морем Выживших.

– Да с чего ты это взяла? – раздраженно уточняет Стивен.

– Из дневника Брэдли Робертса, – отрезаю я, указывая пальцем себе за спину, и поворачиваюсь к Кирби. – У тебя три часа на отдых, после будь готов выдвинуться в обратный путь. Я соберу охотников, припасы и оружие, сопроводишь нас в Эридан. Нужно забрать «Эфир» до того, как он попадет в лаборатории. Оттуда нам его уже не достать.

Дастин ошеломленно моргает и переводит внимание на Стивена. Тот раздраженно пыхтит и взмахом руки отпускает друга.

– Отдыхай, Дасти. Найду тебя позже.

Кирби кивает и поспешно ретируется, оставляя нас наедине. Тоже шагаю в сторону выхода, лихорадочно выстраивая в голове последовательность действий.

Снимаю с крючка куртку в тот момент, когда Стивен перехватывает мою свободную руку чуть выше локтя.

– Ты никуда не пойдешь, – безоговорочно заявляет он.

Вырываюсь из захвата и отступаю, раздраженно уставившись в глаза мужа и до ломоты в пальцах стиснув ткань.

– Мы должны это сделать, понимаешь? На кону благополучие жителей не только Аль-Фьорда, но и всего Айстерлэнда.

Стив устало проводит ладонью по лицу и несколько раз глубоко вдыхает и выдыхает, явно стараясь взять себя в руки.

– Это не твоя война, Чарли. С чего ты вообще решила поиграть в героя?

Ошарашенно отступаю.

– Поиграть в героя?! – почти выкрикиваю я. – Что ты несешь, Стив? Если сумасшедшая Фрай смешает это дерьмо, и оно попадет не в те руки, то уничтожит всех. Всех! И нас в том числе.

– Мы не станем в этом участвовать. Если тебя это настолько беспокоит, продадим информацию Акранесу, те с удовольствием проглотят наживку.

Смотрю на него как на идиота и медленно качаю головой. Нельзя, чтобы кланы Акранеса вообще об этом узнали. Они впадут в ярость и развяжут полномасштабную войну, которая в конце концов неизбежно коснется и нас. Не нужно быть гением, чтобы это понимать. Между Эриданом и Акранесом непростые отношения с тех самых пор, как столица приняла делегацию военных и ученых Альянса, которые в итоге практически подмяли правление Айстерлэнда под себя.

– Нет, Стив. В этот раз Аль-Фьорд не сможет отсидеться в сторонке. Ты как хочешь, а я беру охотников и еду в Эридан.

– Ты этого не сделаешь, – рычит он, угрожающе подступая ко мне.

Вскидываю голову и смело встречаю бушующую в зеленых глазах ярость.

– И как же ты меня остановишь? Запрешь? Свяжешь?

Стивен изумленно отступает.

– Что ты несешь?

– Идем вместе, Стив, – пробую убедить я, чуть смягчившись. – Если бы это не было важно, я бы не настаивала…

Даже не договорив, понимаю – ничего не выйдет, он не уступит.

– Повторяю, мы в этом не участвуем, – непреклонно отрезает Стив. – Я все сказал.

Обреченно качаю головой, сглатывая горечь.

– Как знаешь, – практически шепчу я, понимая – на этом все – конец.

Как только вернусь, подниму тему наших обреченных отношений, потому что с меня достаточно. Нечего больше спасать. Воскресить то, что давно мертво, невозможно.

Пытаюсь обойти его, но Стивен молниеносно заступает мне дорогу.

– Прекрати! – внезапно орет он и с силой впечатывает кулак в стену, отчего висящие на крючках куртки подпрыгивают, а я отшатываюсь. – Снова ты это делаешь! Я гребаный глава совета и приказываю тебе слушаться!

Изумленно таращусь на него, едва сдерживая истерический смех. Вот, значит, как он заговорил.

– А я – жена главы совета – пока еще жена, – произношу максимально спокойным тоном, что, кажется, приводит его в еще большую ярость и смятение.

– Что ты?..

– У моего голоса тоже есть вес, не так ли? – перебиваю я.

– Есть, – выплевывает Стивен, – но ты не можешь принимать такие решения в одиночку. Соберем людей…

– Нет у нас лишнего времени! – отрезаю злобно. – Можете собраться и обсудить ситуацию, если тебе так угодно, а заодно изучить дневник Робертса, – указываю в сторону подоконника, на котором тот лежит. – А я предпочитаю действовать.

– Ты не можешь увести целую группу охотников, – приводит еще один аргумент он, будто утопающий, хватающийся за последнюю соломинку. Возможно, мне стало бы даже жаль его, если бы не разъяренное выражение лица и знание, что вся эта ярость предназначена мне. – Они нужны городу.

– Брось, Стив. Пару дней как-нибудь обойдетесь.

Накидываю куртку и, не застегивая, выхожу на улицу, полной грудью вдыхая морозный воздух, что мне сейчас жизненно необходим. Запускаю руку в карман за шапкой, но вместо нее вытягиваю ярко-голубую бандану, которую использую как маску для лица в сильную метель. Шапки нет. Плевать, заберу позже, когда вернусь за рюкзаком и припасами. Прячу легкую ткань обратно и шагаю прочь от дома. Эйвор мгновенно пристраивается следом.

– Чарли? – окликает Стив. На ходу оборачиваюсь под тихое рычание барса. Он выдает привычную реакцию на повышенный тон Стивена. – Ты не можешь принимать такие решения в одиночку! Сама говорила – мы партнеры.

Не выдержав, смеюсь ему в лицо, но ничего не отвечаю. Отворачиваюсь и быстрым шагом иду дальше. Попавшемуся навстречу Селби приказываю созвать команду, приготовить технику и взять топливо про запас, а также собрать провизию на два дня. Сама же отправляюсь на склад, где так кстати хранятся перехваченные пару лет назад тактические винтовки и капсулы с острыми наконечниками со снотворным, которые мы так и не решились сбыть, чтобы не вызвать подозрений ни у Эридана, ни у Акранеса. Ведь оружие принадлежало кому-то из них и было утеряно в ходе вооруженного столкновения, причину которого вряд ли уже кто-то вспомнит.

Аль-Фьорд слишком долго сохранял нейтралитет. Пора это исправить.

Глава 5

Эридан, военная база N-15

Пирс

На складе еще холоднее, чем в плохо отапливаемых казармах. Слышу, как одуревший ветер долбит по металлическому каркасу отдельно стоящего здания, где хранятся запасы и выдается оружие. Чуть ли не рвет шифер.

Понимаю, почему мои предки выбрали Айстерлэнд, хотя вряд ли у военных Альянса был выбор шестьдесят пять лет назад. Понимаю, что должен быть благодарен морозу за выживание, но… Я все так же ненавижу зиму. Ненавижу наступающее на пятки гребаное старомодное Рождество, которое сохранили в дань разрушенной цивилизации. Ненавижу снег и ощущение оцепенения из-за холода. До праздника – считанные дни, а у меня уже зудит под кожей от раздражения.

Глубоко вздыхаю, приводя мысли в подобие порядка. Еще раз пробегаю взглядом по карте местности, где будет проходить спецоперация, пока жду выдачу экипировки от дежурного.

– Спасибо, – бросаю ему и убираю папку за пазуху.

Забираю ящик с дальнобойной винтовкой, бронежилет и прочие прелести снайперской амуниции. Сзади раздается чеканящий шаг берцев – узнаю в нем Мэтта. Удивительно, но трезв. Хотя если бы он явился на задание подшофе, точно вылетел бы с базы, украшенный кровоподтеками моего авторства.

Не дожидаясь, когда он заговорит, начинаю обрисовывать ситуацию, попутно натягивая броню:

– Поедешь со мной, будешь на соседней позиции. Парни уже получили приказ. Двинутся следом. Перевозка назначена на полпервого, так что нам нужно занять здание раньше.

Мэтт хмурится, чешет затылок, затем поднимает брови так, что лоб покрывают волны морщин. Его извечная физиономия, когда он что-то недопонял.

– Впервые за долгое время после закончившихся стычек с Акранесом мы идем на стоящее задание. И даже не в курсе, что за вещь будет перевозиться. Тебе не кажется это странным?

Вопрос вновь поджигает во мне остывшее любопытство к предмету, найденному учеными, которое не удовлетворил Джордан. А я только-только настроился не думать о находке.

– Стоящее ли? – лгу и специально ворчу, чтобы сбить Мэтта с толку. – Наверняка нашли какой-нибудь допотопный железный горшок, в который ссал президент Альянса… Уверен, нас вытаскивают в этот мороз для понта.

Он зависает, осоловело уставившись на меня. Пропил остатки скудного ума, честное слово… Отправлю его к мозгоправу после задания, пусть как-то перепрограммирует засранца на жизнь без алкоголя. Поразительно, как он до сих пор продолжает так метко стрелять.

– Железный горшок, который требуется для новых разработок? – вдруг скептически отзывается зам, и тут я понимаю две вещи: с оценкой его – если не интеллекта, то логики – я погорячился; и второе – не буду больше рассказывать Мэтту все в подробностях, которые получаю от генерала.

– Завязывай, Ларсен. Это не имеет значения. Есть задание – мы его выполняем.

– И все-таки…

Игнорирую риторику, с каменным лицом заряжая оружие. Мэтт пожимает плечами и протягивает дежурному свою карточку допуска, чтобы тоже получить амуницию.

***

Центр Эридана, позиция подразделения «Дельта»

Бойцы «Дельты», после короткого дополнительного инструктажа, уже на крыше выделенной под наблюдение высотки. Резво занимают позиции. Нескольких я отправляю на разные этажи соседнего здания. Оставшуюся часть маршрута охраняют другие группы, с другими командирами.

Видно, что все истосковались по нормальной службе и устали просиживать штаны в баре базы.

Я, пожалуй, тоже. Даже холод перестает казаться раздражающим, отходит на второй план на фоне поступающего адреналина.

Разговоры парней стихают: все финально проверяют винтовки, рации, прицелы. Мой корректировщик огня, Джонатан, в бинокль осматривает местность.

Цепко слежу за подготовкой каждого: шаркаю по неровной поверхности покрытия крыши, втаптывая чертовы снежинки, ни к месту прилипающие к ткани куртки после танца с пронизывающим ветром. Убедившись в готовности каждого, занимаю свое место рядом с Джонатаном, коротко покосившись на сосредоточенного Мэтта в паре метров.

Засекреченная колонна транспорта ученых должна проехать за десять минут этот участок дороги. Этого времени вполне достаточно, чтобы задубеть в одном положении.

Прежде чем припасть к винтовке, в личный бинокль оглядываю обстановку – случайных прохожих действительно нет; улица пустынна и заснежена. Сегодня плотная завеса облаков.

Отбросив лишние размышления, вздыхаю, ложусь к своей винтовке, мечтая о том, чтобы все поскорее закончилось, хотя еще вчера радовался возможности уйти от обычного патрулирования. Похоже, к мозгоправу пойдет не только Мэтт…

Подношу к потрескавшимся, наверняка побелевшим от отсутствия тепла губам рацию.

«Командир Спенсер на связи. Как слышно, прием…»

Довольно быстро получаю ответы своих бойцов и сипло продолжаю:

«До появления груза три минуты. Как поняли, прием…»

«Принято, командир».

Раздается глухое шипение в аппарате.

«Принято…»

И еще несколько голосов вразнобой. Джонатан сообщает мне данные о направлении и скорости ветра. Хмуро киваю.

– Интересно, чем они отвадили жителей от района сегодня? – еле слышно проговаривает Мэтт, но я улавливаю.

Выключив рацию, поворачиваю к нему голову, отяжелевшую из-за шлема и плотной балаклавы. Поднимаю забрало и оттягиваю взмокшую от дыхания ткань вниз.

– Такой снегопад кого хочешь отвадит, – усмехаюсь я. – Даже зараженных, будь они здесь…

– Не дай Бог, командир, – вздрагивает Мэтт.

– Бога нет, Ларсен. Уже больше полувека как нет. Так что, не взывай к пустоте.

Бросаю дерзкую улыбку в сторону побледневшего зама и вновь беру рацию. Джонатан рядом усмехается, не сводя бинокля, направленного вдаль. Я же осматриваю улицу и затем горизонт.

«Две минуты до появления груза…»

Взгляд останавливается на ветхом здании напротив, которое несколькими этажами ниже нашего – мои парни заняли позиции и там.

Ночь сегодня черна. Но многое все равно видно, как на ладони. Освещение улиц скудное, но достаточное. Экономия, куда деваться.

Это здание, которое под снос, тоже освещено парой прожекторов.

Ждет своего часа уже второй год. Окна выбиты и зияют, как зубные дыры в челюсти после драки. Стены облуплены, кое-где торчит арматура и немалые куски бетонных блоков.

В проемах мрачно, хоть глаз выколи, а в прицеле они так и вовсе кажутся квадратными безднами. У некоторых окон сохранились балконы со ржавыми и полусгнившими перилами. Ветер периодически доносит их заунывный скрежет.

Не вижу ничего, что может привлечь внимание – только своих, затем через оптику осматриваю дорогу. Тот конец, где должна появиться обещанная процессия.

Поскорее бы вернуться на базу.

И напиться вдоволь.

В этот раз мерзкой водки непонятного происхождения… Чтоб наверняка.

«Минута до появления груза. Прием…»

Парни сохраняют бдительность, отвечая в рацию.

В атмосфере ощущается напряжение, которое почему-то с каждой секундой сильнее сдавливает гортань.

Отлаженным действием протираю линзу и дуло от дрянного снега. И…

Наконец-то.

«Груз. Работаем, ребята…»

Откладываю рацию. Медленно вдыхаю морозный воздух, приникая обратно глазом к прицелу. Вслушиваюсь в данные от Джонатана. Вижу колонну и наш следующий за ней военный конвой, замыкающий движение. Все идет по плану, все под жестким контролем, как и подразумевалось, но это блаженное ощущение длится всего несколько секунд.

Ровно до момента, когда мои давно спящие от безделья инстинкты восстают. И я вижу точку вражеской винтовки, скользнувшей по рукаву. А после мой корректировщик огня падает замертво.

***

Тут же опускаю голову ниже. Дотрагиваюсь до шеи Джонатана, в которой… Нет пули? Что? Вижу дротик. Чувствую пульс. Что за херь?

Нет. Это невозможно.

Какие, к черту, враги, еще и со снотворными дротиками, могут быть в крупном охраняемом городе? Неужели кланы Акранеса решили сорвать перевозку?

– Пирс! – возглас Мэтта раздается в момент сразу нескольких событий.

Поднимаю голову обратно, не опуская винтовки. Слышу беспощадный свист вылетающих то ли пуль, то ли тех самых дротиков – в нашу сторону. Процессия из машин, в середине которой явно виднеется и обозначается та самая, с грузом, начинает хаотично притормаживать. Внедорожники и грузовики чуть ли не налезают друг на друга. Мой зам прикрывает голову руками, когда выстрел почти задевает его макушку… Воздух моментально накаляется до предела, несмотря на холод. Наполняется непониманием, паникой и вскриками. И не тренировочной или учебной стрельбой. А самой настоящей, боевой. С двух сторон.

Только вот… Это действительно не огнестрел.

И я… Теперь замерший на позиции, все еще ощущаю себя на мушке.

Мэтт снова выкрикивает мое имя, ошарашенно всматриваясь в мою переносицу. Я понимаю, что оказался прав.

Чутье, хоть и притупленное месяцами без работы, тренировок и таких вот заданий, не подвело. Точка со лба сместилась точнехонько мне между глаз, пожелав избежать столкновения дротика со шлемом, чтобы отправить меня спать наверняка. И Мэтт это видит.

– Берегись!!!

Не знаю, что мною движет, но действия, по факту, дальше идут не по уставу. Вместо того, чтобы отдать бойцам приказ по рации об отступлении и прикрытии колонны уже с земли, я на максимальном подъеме злости приникаю к винтовке. Вместо того, чтобы убрать свою персону из-под неведомо чьего прицела, все так же остаюсь распластанным изваянием на месте. Вместо того, чтобы спасти задание и объект, я рушу своим эгоизмом все.

Гнев заливает вены так, что руки впервые за долгое время дрожат на оружии.

Какая. Сука. Посмела. Навести. На меня. Свой прицел…

Загнанно дышу. Судорожно ищу в хаосе перестрелки в линзе того, кто хочет меня зацепить. Но не делает этого, словно намеренно дразня. Обшариваю все здание напротив, четко понимая, что этот некто – там, и что я жестоко ошибся, полагая, что в нем пусто. Бойцов наверняка уже слили.

Пульс зашкаливает, долбя в ушах. Что если у них не только снотворное?.. Никогда не был так близок к собственной смерти, и ощущение того, что каждая драгоценная секунда может быть последней, и я лягу либо спящим красавцем, либо с пробитым черепом, придает колоссальный прилив сил.

Окно. Еще одно. Развалившаяся стена. Окно.

Метр за метром.

Этаж за этажом.

Где же ты, тварь?..

Проговариваю про себя этот вопрос, горящий внутри адским пламенем, пока Мэтт, стреляя, что-то орет сбоку.

Вот!!!

Есть!

Резко и неожиданно вижу в оптике только какие-то мгновения, но на тот момент они мне кажутся достаточными – яркость волос и голубая бандана, скрывающая половину лица. Мой несостоявшийся убийца исчезает, как дым, так и не спустив курок. И меня это, блять, просто сбивает с толку.

И лишь когда раздаются очередные выстрелы и в рации слышится мат вперемешку с отчетом о подстреленных парнях из моей группы, я стремительно прихожу в себя.

***

Спускаюсь с крыши, чтобы проверить своих. Как в долбаном дурмане. Глаза застилает алая пелена. Сердце до сих пор работает на пределе, а сознание только сейчас полноценно понимает, что те пару минут, пока искал вражеского снайпера, могли быть действительно последними в моей опостылевшей жизни. Рискни тот выстрелить пулей.

Вижу бессознательные тела бойцов… К горлу подкатывают желчь и съеденный перед выходом из дома поздний ужин.

Из-за каких-то мразей и собственного идиотизма лишился большей части группы первоклассных солдат!

Нас уложили спать, как каких-то дохляков, приставленных к стенке для расстрела!

Никогда.

Никогда я не ощущал такой огромной, невыносимой, сдавливающей все нутро злости и агрессии.

Фразы, звучащие от оставшихся бодрствовать снайперов вокруг, пролетают мимо меня. Даже Мэтт, который пытается достучаться, мелькая перед моим лицом, грубо отодвинут ладонью в сторону, и я быстрым шагом спускаюсь на первый этаж.

Он и еще двое, не считая меня – единственные в моем отряде, кто не получил снотворный дротик.

Выскакиваю на улицу, игнорируя топот Мэтта и его восклицания. Притормаживаю, втапливая подошвой берцы в снег. Мой остекленевший взгляд цепляется за полную катастрофу: дверцы фургона, перевозившего объект, распахнуты настежь и периодически бьются о кузов из-за ветра.

И все это в обрамлении трех мертвецов, которым перерезали глотки – ученые и мой товарищ.

Замогильную тишину, в которой все так же неприкаянно кружится снег, ложась на алые разводы, разрывает мой разъяренный рык.

Груз украден…