Текст книги "Айтрекинг в психологической науке и практике"

Динамика некоторых параметров саккад у детей младшего дошкольного возраста при синдроме дефицита внимания с гиперактивностью (СДВГ)
Е. А. Буденкова, Д. А. Швайко

Введение

Окуломоторная система человека развивается синхронно созреванию головного мозга. Развитие отражается, в частности, в изменении параметров саккад и качественно, и количественно. Анатомическое и функциональное наложение структур головного мозга, управляющих когнитивными функциями (внимания) и проводящих путей окуломоторной системы, дает возможность выявить состояние одного, опираясь на оценку второго (Luna, 2009; Salman, 2006).

Применяемые до последнего времени методы оценки когнитивного развития оказываются недостаточными (Karatecin, 2007), прежде всего потому, что опираются на методы анкетирования либо являются контактными и времязатратными (напр., ЭЭГ). Более удобным в использовании можно считать метод видеоокулографического исследования, при котором регистрация и анализ движений глаз дают возможность оценить состояние когнитивных функций человека и их развитие в норме и при атипичном течении процесса (Salman, 2006).

Параметры саккадических движений глаз (латентный период, скорость и показатели точности саккад) закономерно изменяются по мере роста и созревания организма, а затем его старения. На сегодняшний день в нейрофизиологических исследованиях крайне слабо освещен вопрос о состоянии глазодвигательной системы и об особенностях саккадической активности на ранних этапах онтогенеза. В связи с этим весьма актуальной становится задача по описанию и количественной оценке саккадической активности детей в возрасте от 3 до 6 лет.

Физиологически обусловленное изменение окуломоторных параметров может трансформироваться под действием разнообразных дизонтогенетических процессов (Goto, 2010; Klein, 2003). Одним из самых распространенных расстройств развития является синдром дефицита внимания с гиперактивностью. Данное расстройство привлекает к себе внимание врачей, психологов, исследователей из разных областей науки в силу своей распространенности среди детей во всем мире, а также в связи с хроническим характером течения и наличием разнообразных сопутствующих нарушений физического и психического здоровья. Когнитивные процессы внимания связаны с программированием саккад.

Исследований, посвященных особенностям глазодвигательных реакций у детей младшего дошкольного возраста, сравнительно немного, и результаты этих работ порой противоречат друг другу (Luna, 2009; Rommelse, 2008). Несмотря на это, с большой долей вероятности можно говорить о связи параметров движений глаз с процессами когнитивного развития (Karatecin, 2007). Предполагается, что у детей латентный период саккад больше, чем у взрослых, и по мере взросления укорачивается.

Процедура и методы исследования

Исследование проводили в г. Калининград на базе МАДОУ ЦРР детского сада № 86 и научного неврологического центра развития детей и подростков «Жираф». Контрольная группа включала 48 детей с нормальным развитием в возрасте от 3 до 6 лет без зафиксированных физических или психических отклонений (20 мальчиков и 28 девочек). Трое детей из этой группы живут в неполных семьях. Экспериментальная группа была сформирована на базе неврологического центра и состояла из 9 человек (6 мальчиков и 3 девочки) в возрасте от 3 до 6 лет с диагнозом СДВГ. На момент проведения исследования (и предыдущие 2 месяца) дети не проходили медикаментозного лечения. Все дети экспериментальной группы живут в полной семье. Исследование проводили с соблюдением принципа анонимности после подписания родителями информированного согласия.

Регистрацию движений глаз осуществляли методом бесконтактной видеоокулографии. Для видеозаписи использовали камеру Sony HDR-PJ760E (формат AVCHD 720р в режиме инфракрасной съемки, частота дискретизации 50 кадров в секунду, камеру располагали на расстоянии 70–80 см от лица испытуемого, под углом около 45° по отношению к оси «испытуемый-экран»). Стимульный материал предъявляли на экране ноутбука с помощью программы PowerPoint 2010. Используемая методика окулографического исследования была разработана в лаборатории физиологии человека и регуляции когнитивных функций БФУ им. И. Канта (Ваколюк и др., 2011).

Участника исследования располагали в кресле напротив экрана монитора. Перед началом регистрации проводили инструктаж: «Садись прямо, сейчас на экране появится белая точка, она будет появляться и исчезать; тебе нужно внимательно следить за ней только глазами, постарайся не двигаться и как можно меньше моргать».

Стимульный материал (белый кружок диаметром 5 мм на черном фоне) перемещался в горизонтальном и вертикальном направлениях от центра на периферию и обратно к центру в псевдослучайном порядке согласно двум стандартным экспериментальным временным схемам (рисунок 1) – Step и Gap (Литвинова, 2012; Славуцкая, 2011). Таким образом, регистрировались произвольные движения глаз.

Рис. 1. Схема парадигмы Step (А) и парадигмы Gap (Б)

Для контрольной группы регистрация ГДР была проведена в 8 повторностях через равные промежутки времени (раз в месяц), в одно и то же время суток (после дневного сна и обеда). Часть регистрации была пропущена детьми ввиду их отсутствия в детском саду (по болезни или по семейным обстоятельствам). Для детей неврологического центра регистрацию ГДР проводили однократно.

Полученные видеозаписи секвенировали с использованием программы Adobe Premiere Sony VegasPro 10 и с помощью оригинального программного обеспечения (CV) обрабатывали до получения координат положения центра зрачка относительно центра маркера (точка отсчета). По полученным координатам строили графики-окулограммы в программе Microsoft Excel, 2010. При анализе окулограмм учитывали, прежде всего, ЛП зрительно вызванных непроизвольных горизонтальных и вертикальных саккад (интервал времени от момента появления стимула до начала саккады), при этом брали в расчет только корректные саккады (т. е когда сама саккада была точна и достигала цели, 100 мс<ЛП<900 мс). Во-вторых, оценивали наличие ошибок: мультисаккадность, дисметричность, ошибки направления и пропуски фиксаций стимульного объекта. Для статистической обработки использовали программное обеспечение IBM SPSS Statistics 21 с привлечением непараметрических критериев (U-критерий Манна-Уитни).

Результаты исследования

Всего было получено 139 видеозаписей, столько же видеоокулограмм. Произведено сравнение ЛП саккад (общее количество, горизонтальные и вертикальные саккады) между возрастными группами детей с нормальным развитием и детей с СДВГ (для всего массива и в зависимости от типа схемы эксперимента).

Средние значения ЛП саккад (рисунок 2) у детей разного возраста (3 и 4 года, 5 и 6 лет) достоверно различаются и в группе нормального развития, и в группе детей с СДВГ (р = 0,05, критерий Манна-Уитни). В группе нормального развития ЛП уменьшается от 3 к 6 годам, в то время как в группе детей с СДВГ в этом же возрастном интервале значение ЛП увеличивается. При этом у детей с СДВГ ЛП саккад в три года достоверно меньше по сравнению с нормой (р = 0,05), но к шестилетнему возрасту ЛП при СДВГ превышает таковой у детей с нормальным развитием (р = 0,05).

Тип временной парадигмы (Step или Gap) не оказывал значимого влияния на величину ЛП саккад: достоверных различий между группой контроля и группой детей с СДВГ обнаружено не было. Однако отмечаются некоторые тенденции. Так, в контрольной группе значения ЛП саккад при Step парадигме больше, а в группе детей с СДВГ – меньше, чем ЛП при Gap парадигме. В обеих группах, нормального развития и СДВГ, в период с трех до шести лет значение ЛП саккад при парадигме Step увеличивается, а при парадигме Gap уменьшается.

Рис. 2. Динамика ЛП саккад у детей 3–6 лет в норме и при СДВГ

При выполнении вызванных саккад в ответ на появление зрительного стимула детьми обеих групп были допущены неточности (т. е. были совершены некорректные саккады). В процентном соотношении доля некорректных саккад для контрольной группы составила: 3 года – 17±0,05 %, 4 года – 28±0,01 %, 5 лет – 26±0,02 %, 6 лет – 19,6±0.01 %. Доля некорректных саккад для группы детей с СДВГ составила: 3 года – 30±0,07 %, 4 года – 37±0,06 %, 5 лет – 21±0,02 %, 6 лет – 20,6±0,02 % (рисунок 3).

Обращает на себя внимание тот факт, что в обеих группах испытуемыми разных лет совершаются одни и те же типы ошибок, но в разном долевом соотношении (рисунок 4). Однако, как для контрольной группы, так и для группы детей с СДВГ какие-либо характерные типы ошибок достоверно не выявлены.

Пропуск фиксации стимула наблюдается при отвлечении ребенка от предложенного выполнения задания. Мультисаккады возникают в случае, когда новый объект попадает в зону фовеа не за одну саккаду, а с помощью серии саккад, на окулограмме такие саккады имеют ступенчатый вид. Ошибки направления отмечаются в случае, когда испытуемый при предъявлении нового зрительного стимула совершает саккаду в любом другом направлении. Затем может следовать одна или несколько коррекционных саккад.

Рис. 3. Соотношение долей некорректных саккад

Дисметричной называется саккада, совершенная в нужном направлении, но с некорректной амплитудой, при этом объект не оказывается в зоне фовеа в силу «перелета» объекта, или его «недолета» взором. Дисметричные саккады называются гипометричными, в случае «недолета» и гиперметричные при «перелете» объекта. Как правило, за дисметричной саккадой следует коррекционная, перемещающая взгляд на объект интереса.

Анализ совершаемых неточностей или ошибок предоставляет дополнительную информацию при характеристике состояния функции внимания (произвольного и непроизвольного). Частая отвлекаемость от выполнения задания свидетельствует о низкой помехоустойчивости. Увеличение числа дисметричных саккад и/ или мультисаккад может свидетельствовать о нарушении процесса саккадического программирования.

Саккадическую точность и скорость контролируют глазодвигательные нейрональные центры, расположенные в стволе мозга (пачечные залповые нейроны) и мозжечке (Luna, 2008; Rommelse, 2008). Латентный период саккад отражает процесс их программирования и вовлеченность в этот процесс разных частей нейрональной саккадической цепи.

Рис. 4. Соотношение долевого распределения ошибок при выполнении зрительно вызванных саккад: А-дисметричность; Б – ошибки направления; В – мультисаккадность; Г – пропуск фиксации стимула

Общее развитие мозга и процессы миелинизации нервных путей, вовлеченных в регуляцию саккадической активности, завершаются только к концу первого десятилетия жизни человека (Luna, 2008). Развитие коры головного мозга (фронтальной, теменной коры) продолжается и в подростковом возрасте. Полученные в данном исследовании результаты согласуются с вытекающим из этих сведений предположением, что по мере взросления точность совершения саккадических движений должна усиливаться раньше, чем их скоростные параметры, в том числе и предсаккадический латентный период.

Заключение

Суммируя результаты исследования, отметим, что в группе детей нормального развития латентный период саккадических движений глаз в возрастных границах от 3 до 6 лет уменьшается с возрастом, в то время как в группе детей с синдромом дефицита внимания и гиперактивностью значения этого параметра увеличивается.

Уменьшение к шести годам значений ЛП саккад в контрольной группе происходит, безусловно, в связи с созреванием системы регуляции движений глаз. Значения ЛП детей постепенно приближаются к известным нормам ЛП взрослого человека без нейро– и психопатологий (Leigh, 2015; Luna, 2008; Rommelse, 2008; Salman, 2006). Значение ЛП меньше при временной схеме Gap по сравнению со Step парадигмой. Уменьшение к шести годам значений ЛП саккад при Gap вписывается в представление о так называемом саккадическом сбросе внимания. За счет наличия временного промежутка между появлениями зрительных стимулов у человека происходит «сброс внимания» с одного объекта, подготовка к восприятию нового объекта. У детей с С ДВГ, по всей видимости, сброс внимания осуществляется не всегда.

Дальнейшее накопление сведений о параметрах глазодвигательных реакций у детей в зависимости от возраста и состояния нервной системы представляется интересным как с теоретической, так и с практической точек зрения. Увеличение базы и уточнение отдельных параметров глазодвигательных реакций позволит применять эти сведения в диагностических целях для определения проблем развития нервной системы.

Литература

Ваколюк И. А., Швайко Д. А., Иванова А. И., Голубицкий В. В. Опыт применения метода видеоокулографии для количественной оценки глазодвигательных реакций у людей, страдающих от алкогольной зависимости // Материалы II Международной научно-практическая конференция «Высокие технологии, фундаментальные и прикладные исследования в физиологии и медицине» СПб., 2011. Т. П. С. 7–9.

Литвинова А. С. Возрастные изменения параметров саккадических движений глаз в норме и при болезни Паркинсона: Автореф. дис…. канд. биол. наук. М.: МГУ им. М. В. Ломоносова, 2012.

Славуцкая М. В., Моисеева В. В., Шулъговский В. В. Влияние процессов внимания на программирование саккадических движений глаз у человека // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2011. Т. 8. № 1.С. 78–88.

GotoY., Hatakeyama К., Kitama Т., SatoY, Kanemura H., Aoyagi К., Sugita К. Saccade eye movements as a quantitative measure of frontostriatal network in children with ADHD // BrainDev. 2010. V. 32. № 5. P. 347–355.

Irving E. L., Steinbach M. J., Lillakas L., Babu R. J., Hutchings N. Horizontal Saccade Dynamics across the Human Life Span // Investigative Ophthalmology & Visual Science. 2006. V. 47. № 6. P. 2478–2484.

Karatekin C. Eye tracking studies of normative and atypical development // Developmental Review. 2007. № 27. P. 283–348.

Klein C, Raschke A., Brandenbusch A. Development of pro– and antisaccades in children with attention-deficit hyperactivity disorder (ADHD) and healthy controls // Psychophysiology. 2003. № 40. P. 17–28.

Leigh R. J., D. S. Zee. The neurobiology of eye movements. 5^th edition. Oxford University Press, 2015. P. 1136.

Luna В., Velanova K., GeierC. Development of eye-movement control//Brain Cogn. 2008. V. 68. № 3. P. 293–308.

Rommelse N., Stigchel S., Sergeant J. A review on eye movement studies in childhood and adolescent psychiatry//Brain and Cognition. 2008. № 68. P. 391–414.

Salman M. S., Sharpe J. A., Eizenman M., Lillakas L., Westall С, То Т., Dennis M., Steinbach M. J. Saccades in children // Vision Research. 2006. № 46. P. 1432–1439.

Влияние доминирующего полушария на зрительное восприятие у подростков в условиях обучения в лицее
К. И. Гришина, А. А. Дмитриев

Введение

Исследование функциональной межполушарной асимметрии в настоящее время находится в центре внимания специалистов многих отраслей науки. Психологами эта проблема изучается в связи с различными психологическими параметрами: особенностями восприятия и переработки информации, успешности обучения, профессиональной пригодности к различным видам деятельности. Функциональная асимметрия рассматривается как явление, развивающееся и меняющееся в процессе онтогенеза под влиянием биологических и социальных факторов.

Асимметрия нервной системы проявляется еще в период эмбрионального развития, однако отчетливая функциональная специализация полушарий складывается не раньше окончания созревания лобных долей (Нафикова, 2014). В детском и подростковом возрасте мозг сохраняет определенную пластичность. Так, было выявлено, что у детей речевые функции левого полушария при его повреждении могут компенсироваться за счет активации речевых зон в правом полушарии (Бианки, 1985).

В литературе отсутствуют однозначные данные о сроках формирования функциональной асимметрии. По мнению ряда исследователей, развитие межполушарной асимметрии завершается до наступления полового созревания (Витязь, 2006). Так, по данным Э. Г. Симерницкой, отчетливая латерализация функций у мальчиков складывается уже к 6 годам, в то время как у девочек – к 13 годам (Галюк, 1998). Другие авторы считают, что функциональная асимметрия окончательно формируется лишь к началу юношеского возраста. По мнению Е. И. Пономаревой, специализация полушарий складывается к 15–16 годам, что связано с созреванием лобных долей мозга (Пономарева, 2005). Имеются данные о выявлении полушарной специализации с 16–17 лет (Дубровинская, 2000).

Большинство исследований в области функциональной асимметрии проводится на выборке взрослых лиц, в то время как данных об особенностях асимметрии у подростков значительно меньше (Витязь, 2006). Тем не менее, подростковый возраст является критическим периодом онтогенеза, сопровождающимся значительными нейроэндокринными перестройками, неизбежно оказывающими влияние на психические функции индивидов. Кроме того, изучение особенностей формирования функциональной асимметрии подростков представляет интерес в связи со значительным повышением общей когнитивной нагрузки при обучении в старших классах. Современная образовательная система в наибольшей степени ориентирована на вербально-абстрактное мышление, что способствует развитию речевых зон левого полушария (зоны Брока и Вернике). По мнению ряда исследователей, условия обучения школьников способствуют формированию левополушарного доминирования, что обеспечивает в итоге успешную адаптацию к различным видам учебной деятельности (Русалова, 2004; Витязь, 2006).

В поведении человека проявляется сенсомоторная асимметрия, которая включает в себя четыре параметра: рука, ухо, глаз и нога (Леутин, 2008). Наиболее хорошо изучена моторная асимметрия рук, что связано с традиционным соотнесением доминирования левого полушария с ведущей правой рукой. Гораздо менее изучена сенсорная асимметрия. Однако в нейропсихологии существует положение о том, что психическая деятельность учащихся тесно связана с доминированием левого или правого глаза. Наблюдаются специфические особенности восприятия и отражения происходящих событий в зависимости от ведущего глаза. Таким образом, можно предположить, что глазодоминирование является одной из важных характеристик функциональной асимметрии (Галюк, 1998).

В подростковом возрасте продолжается совершенствование механизмов зрительного восприятия в направлении возрастающей специализации полушарий (Дубровинская, 2000). Существуют различные данные о глазодоминировании у подростков в зависимости от возраста и успешности учебной деятельности. Было установлено влияние обучения в гимназии на усиление моторного правшества и сенсорного левшества (Витязь, 2006). Согласно экспериментальным данным, полученным В. Л. Талановым, М. С. Тысячнюком, у детей в сравнении с взрослыми преобладает доминирование левого глаза, которое с возрастом уменьшается (Таланов, 1988). Аналогичные данные о доминировании левого глаза у детей встречаются и в других исследованиях, при этом авторы указывают на усиление преобладания правшества в системе «рука-глаз» в старшем подростковом возрасте (Пономарева, 2005). В исследовании влияния обучения в инновационном учебном заведении на профиль асимметрии, проведенном Н. А. Галюк, был отмечен высокий процент доминирования правого глаза и, соответственно, левого полушария у учащихся (Галюк, 1988). Согласно литературным источникам, полушарная специализация в зрительном опознании отчетливо выявляется с 16-17-летнего возраста (Дубровинская, 2000).

Метод трекинга глаз является одним из наиболее широко используемых в исследованиях зрительного восприятия. Исследование функциональной асимметрии с применением айтрекера является актуальным, так как позволяет получить объективные данные когнитивных компонентов визуального восприятия, зарегистрированные с высокой точностью.

Целью данного исследования является изучение влияния доминирующего полушария на зрительное восприятие у подростков в условиях обучения в лицее.

Гипотеза: обучение в лицее способствует формированию у подростков левополушарного доминирования (и соответственно доминирования правого глаза), что связано с преобладанием восприятия вербальной информации.

Процедура и методы исследования

В исследовании приняли участие 20 учащихся Специализированного учебно-научного центра при Уральском федеральном университете им. Б. Н. Ельцина (СУНЦ УрФУ), возраст испытуемых – от 15 до 16 лет. СУНЦ УрФУ является инновационным учебным заведением, поступление в которое осуществляется на основе успешной сдачи экзаменов. Система обучения в СУНЦ требует значительной когнитивной нагрузки учащихся, способности запоминать и обрабатывать большое количество вербальной информации.

Для оценки сенсомоторной асимметрии испытуемых применялись пробы, предложенные В. П. Леутиным и Е. И. Николаевой (см.: Добрин, 2014). Для дальнейшей обработки был подсчитан коэффициент асимметрии по формуле, предложенной Е. Д. Хомской:

где К_ас – коэффициент асимметрии; П – количество проб, выполняемых правым из парных органов; Л – количество проб, выполняемых левым из парных органов; (П-Л) – разность правосторонних и левосторонних показателей; (П+Л) – общее количество проб. Положительные значения К_ас свидетельствуют о правостороннем доминировании, а отрицательные значения – о левостороннем.

В качестве стимульного материала использовались три изображения, представляющие собой разные виды рекламы: социальную, коммерческую и политическую.

Рис. 1. Стимульный материал: а) социальная реклама; б) коммерческая реклама; в) политическая реклама

Данные изображения являются креолизованными текстами, т. е. состоящими из знаков разных семиотических систем. В текстах с полной креолизацией вербальный компонент полностью зависит от изобразительного ряда. Такая зависимость чаще всего наблюдается в рекламе. Обычно, подчеркивая целостность восприятия, исследователи различают восприятие текстового и изобразительного аспектов креолизованного текста (Булатова, 2015). Для оценки визуального восприятия стимулов использовалась система высокоскоростного удаленного бинокулярного трекинга глаз RED 500.

Для работы с айтрекером RED500 было установлено программное обеспечение компании SensoMotoricInstruments (SMI):

• SMI iView X2.8.26 – интерфейс взаимодействия установки RED500 и операционной системы Windows;

• SMI ExperimentCenter 3.5.101 – программа для предъявления стимульного материала и записи характеристик движения взгляда;

• SMI BeGaze 3.5.74 – программа для обработки результатов, полученных при помощи SMI ExperimentCenter.

Испытуемые сидели перед монитором со встроенной в него системой удаленной регистрации движения глаз и рассматривали предъявляемый им рекламный текст. В ходе исследования не предполагалась подача когнитивной нагрузки и вербальный ответ испытуемых.

Статистическая обработка производилась в BeGaze, рассчитывалось суммарное время фиксации каждого испытуемого на следующих зонах интереса: изображение, текст, белый фон.

Рис. 2. Зоны интереса: text, text2, text3 – текстовая часть, visual – изобразительная часть

Данные статистического анализа были экспортированы в Excel для последующей обработки. Статистическая обработка данных была проведена с помощью программы SPSS Statistics 17.0, в качестве статистического критерия был использован коэффициент ранговой корреляции Спирмена.

Рис. 3. Зоны интереса: text, brend, shampun – текстовая часть, visual – изобразительная часть

Рис. 4. Зоны интереса: textl, text2 – текстовая часть, visual – изобразительная часть

Результаты исследования

По результатам проб на сенсомоторную асимметрию были выявлены следующие группы испытуемых с разделением от -100 % до -75 % – абсолютный левша, от -75 % до -10 % – преобладание левого из парных органов (левша), от -10 % до 10 % – амбидекстрия, от 10 % до 75 % – преобладание правого из парных органов (правша), от 75 % до 100 % – абсолютный правша.

Преобладание среди испытуемых людей с ведущей правой рукой соотносится с данными о преобладании праворуких людей в человеческой популяции в целом. Однако праворукость или леворукость человека не всегда определяет аналогичную латерализацию других парных органов. Исходя из данных в таблице 1, мы видим, что значительное число испытуемых являются абсолютными правшами по сенсорной асимметрии. Эти данные соотносятся с результатами исследования Н. А. Галюк, где был отмечен высокий процент доминирования правого глаза у учащихся инновационных школ (Галюк, 1998). Это свидетельствует о преимущественном развитии левополушарных структур, что обеспечивает успешную адаптацию к различным видам учебной деятельности.

Таблица 1

Количество испытуемых с разным профилем сенсомоторной асимметрии

В результате корреляционного анализа была выявлена прямая положительная связь между коэффициентом правосторонней асимметрии глаз и временем фиксации взгляда на тексте на уровне значимости р = 0,05. Таким образом, в проведенном нами исследовании испытуемые с левополушарным доминированием при восприятии креолизованного текста обращали внимание преимущественно на вербальный компонент. Многие авторы отмечают специфику особенностей восприятия, обусловленную доминированием левого или правого глаза. Ведущий глаз осуществляет первичное выделение объекта из фона, и при доминировании правого глаза чаще будет восприниматься информация, обрабатываемая левым полушарием.

Во многих литературных источниках отмечается, что межполушарная асимметрия тесно связана с восприятием текстовой информации, левое полушарие (при доминировании правого глаза) служит для смыслового восприятия и воспроизведения письменной речи. Так, согласно данным исследования Е. В. Нафиковой, С. В. Зверевой, среди подростков с высоким уровнем вербального интеллекта преобладают лица с выраженным левым профилем межполушарной асимметрии (Нафикова, 2014). Высокая вербализация и концентрация внимания сопровождаются активацией левого полушария.

Выводы

1. Было выявлено преобладание лиц с правосторонней сенсорной асимметрией.

2. Выявлена прямая положительная связь между коэффициентом правосторонней асимметрии глаз и временем фиксации взгляда на тексте.

Таким образом, выдвинутая гипотеза подтвердилась.

Изучение функциональной сенсомоторной асимметрии школьников позволит более эффективно использовать различные методы обучения с учетом индивидуальных особенностей восприятия и обработки визуальной информации.

Литература

БианкиВ.Л. Асимметрия мозга животных. М.: Наука, 1985.

Булатова Э. В., Ломтатидзе О. В. Восприятие ключевых концептов креолизованного медиатекста // Известия Уральского федерального университета. Серия 1. Проблемы образования, науки и культуры. 2015. № 1 (135). С. 24–33.

Витязь С. Н. Формирование индивидуального профиля функциональной асимметрии подростков в условиях обучения в гимназии: Автореф. дис… канд. биол. наук. Тюмень: ТГУ, 2006.

ГалюкН.А. Асимметрия зрительного восприятия как индивидуальная характеристика старших школьников в условиях современного обучения: Дис… канд. психол. наук. Иркутск, 1998.

ДобринА.В. Эмоциональный интеллект у детей 7–8 лет с различным типом профиля функциональной сенсомоторной асимметрии: Дис… канд. психол. наук. Елец, 2014.

Дубровинская Н. В., Фарбер Д. А., Безруких М. М. Психофизиология ребенка: Психофизиологические основы детской валеологии: Учеб. пособие для студ. вые. учеб. заведений. М.: Гуманит. изд. центр «Владос», 2000.

Леутин В. П., Николаева Е. И. Функциональная асимметрия мозга: мифы и действительность. СПб.: Речь, 2008.

Нафикова Е. В., Зверева СВ. Психологические и психофизиологические предпосылки развития вербального компонента интеллекта у мальчиков и девочек 11–12 лет // Вестник Ленинградского государственного университета имени А. С. Пушкина. 2014. Т. 5. № 3. С. 15–28.

Пономарева Е. И. Психофизиологические и когнитивно-адаптационные особенности детей и подростков разных половозрастных групп: Дис… канд. психол. наук. Ростов-н/Д, 2005.

Русалова М. Н. Функциональная асимметрия мозга: эмоции // Функциональная межполушарная асимметрия. Хрестоматия. М.: Научный мир, 2004. С. 322–348.

Таланов В. Л., Тысячнюк М. С. Межиндивидуальные и возрастные различия в особенностях зрительного восприятия // Механизмы регуляции физиологических функций. Л., 1988.