Текст книги "Любовь викинга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyubov-vikinga-21465.jpg)
Автор книги: Конни Мейсон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Он наклонил голову. Но прежде чем он успел совершить то, чего так жаждал, Рейна отшатнулась.
– Нет! – крикнула она. – Никогда более ты, охваченный похотью, не коснешься меня!
Пораженный тем, что чуть было не сделал, он сердито посмотрел на Рейну.
– Не пытайся соблазнить меня, девка! – гаркнул он и, рывком развернувшись, гордо удалился.
2
Вся дрожа, Рейна опустилась на скамью, сердце ее пропускало удары. Неужели Вульф действительно собирался поцеловать ее или она это придумала? Вульфа можно было описать по-разному: великолепный, грубый, примитивный, безжалостный, сердитый – и вместе с тем восхитительный, что не могло не пугать ее. Но, прежде всего, он был норвежцем, человеком, которого она теперь должна называть «хозяин», мужчиной, которого она ненавидела за то, что он сделал с ней и ее семьей.
– Не следовало тебе злить его, – предупредил ее Лорн.
Рейна обернулась, чтобы посмотреть на раба, и в ее венах кровь закипела от гнева.
– Зачем ты солгал, когда знал, что все произошло вовсе не по моей вине?
Лорн шаркнул ногой, будто, смутившись, не знал, что ответить. Наконец он сказал:
– Я испугался, что, если скажу правду, хозяин накажет Уму.
– А если бы он наказал меня, то ничего страшного?
– Ты не понимаешь. Мы с Умой англичане. Мы родом из одной деревни. Три лета назад нас захватили во время набега. Отец Вульфа пленил нас, привез в этот богом забытый край и отдал Вульфу Безжалостному в качестве свадебного подарка. Я стараюсь защитить Уму от ее собственной глупости, поскольку она мне далеко не безразлична.
– Я не нуждаюсь в твоей заботе! – рявкнула Ума. – У меня рука болит, – захныкала она.
Рейне стало ясно, что Ума любит поплакаться. Но если уж ей суждено жить и работать с этими людьми, то нужно превратить их в своих друзей и даже союзников.
– Поскольку все мы находимся в одинаковом положении, – начала Рейна, – нам не следует драться друг с другом. Почему бы нам не стать друзьями?
– Я уже три года выполняю приказы хозяина, а он ни единого разу не взглянул на меня так, как смотрит на тебя, – пожаловалась Ума. – Почему это я должна с тобой дружить, если ты мне не нравишься?
Рейна, пораженная услышанным, спросила:
– Ума, неужели ты ревнуешь? У тебя нет на это никаких причин. Вульф ненавидит меня, а я его презираю. Мои соплеменники убили его жену, а он… он… – она не договорила, поскольку не смогла выдавить из себя больше ни слова.
– Думаю, нам действительно следует стать союзниками, – согласился с ней Лорн. – Мы чужие в этой стране северян. Они безжалостные воины, хотя временами и поражают меня своими навыками в земледелии и успехами в торговле.
– Если хочешь, можешь доверять Рейне, Лорн. Тебя ведь никто не ошпарил. А вот я из-за нее испытываю сильную боль.
И хотя Ума ей нравилась ничуть не больше, чем она Уме, Рейна все же не могла спокойно смотреть на ее страдания. Она снова стала пересматривать содержимое сундучка со снадобьями и нашла небольшой мешочек с сухими цветками.
– Я заварю тебе календулу, Ума. Отвар облегчит твою боль.
Но Ума в ужасе отшатнулась от нее.
– Откуда мне знать, что ты не отравишь меня?
Рейна выпрямилась во весь свой почти шестифутовый рост.
– Я знахарка. Я дала клятву лечить людей, а это не пустяк. Ты хочешь, чтобы я помогла тебе, или нет?
– Уходи! – Ума всхлипнула. – Вульф предпочел тебя мне. Мы никогда не подружимся, и я отказываюсь принимать что-либо от тебя. Включая утешение.
Пожав плечами, Рейна отошла в сторону. Она все еще была голодна, а в котелке оставалось жаркое. Она снова щедро положила себе еды в миску, отрезала еще один кусок хлеба, села и принялась подкрепляться. Через некоторое время к ней присоединился и Лорн.
– Ты должна простить Уму, – заговорил Лорн, накладывая еду в две миски – себе и Уме. – Ей выпала нелегкая доля. Ее в юном возрасте выкрали, увезли с родной земли и превратили в рабыню. Дай ей время прийти в себя.
– Ее судьба ничем не отличается от моей, – обиделась Рейна. – Я пострадала ничуть не меньше. Думаю, Ума просто неравнодушна к Вульфу.
Лорн долго размышлял над предположением Рейны, прежде чем сказать:
– Ума хочет улучшить свою жизнь. У хозяина нет ни жены, ни наложницы. Ума надеется, что он положит глаз на нее.
– Желаю ей удачи, – искренне сказала Рейна. – Меня Вульф Безжалостный совершенно не интересует. Если у меня будет такая возможность, я сбегу.
Лорн недоверчиво фыркнул.
– Наивно считать, что ты сумеешь отыскать путь домой. Мы рабы, датчанка Рейна, и рабами останемся.
Сказав это, он взял миски с едой и пошел к Уме, отдал ей одну, сел рядом с ней, и они начали трапезничать.
Рейна отвернулась. Неужели Лорн прав? Неужели она обречена всегда вести жизнь рабыни? Конечно, это произойдет не так быстро, но Рейна искренне верила, что ее братья и суженый, если они еще живы, рано или поздно нападут на ее след и спасут ее. Она никогда не сможет служить мужчине, обесчестившему ее.
Вульф горделиво шагал, направляясь к дому брата. Ему не верилось, что он почти поцеловал Рейну. Как такое могло случиться, если одно только присутствие датчанки в его доме вызывало болезненные воспоминания? Он по-прежнему винил себя за то, что покинул усадьбу в то лето, когда на нее напали захватчики. Он должен был остаться дома, защищать жену и еще не рожденного ребенка, ведь ей уже скоро было рожать, а не отправляться неизвестно куда, чтобы награбить побольше. Вульф придал лицу невозмутимое выражение, прежде чем открыл дверь и вошел в дом Хагара. Он не мог допустить, чтобы брат и его семья заподозрили, что Рейна ухитрилась перевернуть его жизнь с ног на голову в течение одного короткого дня.
– Заходи, присоединяйся к нам, Вульф! – радушно воскликнул Хагар. – Мы уже давно ждем, чтобы ты разделил с нами вечернюю трапезу.
Вульф быстро обвел взглядом членов семьи, собравшихся за длинным столом. На одном его конце восседал Хагар, на другом – его мать. Ольга сидела по правую руку от Хагара, а рядом с ней – Олаф, младший брат. Рядом с Олафом разместился Эрик, самый младший из братьев. Напротив них расположились младшие сестры Инга и Хельга, две светловолосые красавицы, уже почти взрослые. Вульф занял свое место – рядом с Хельгой.
И тут же рабы начали расставлять тарелки с едой. В честь возвращения Хагара зарезали свинью, и весь дом пропитался потрясающим ароматом. В дополнение к жареной свинине на столе появились рыба, тушеная брюква, свежие овощи, творог, недавно испеченный хлеб и масло. Взрослым подали эль, а младшим членам семьи – пахту. Из-за стола Хагара Рыжего никто не вставал голодным.
Погрузившись в раздумья, Вульф жадно поглощал пищу, не принимая участия в беседе, пока Хагар не задал ему прямой вопрос:
– Вульф, твоя новая рабыня уже пообтесалась? В твоем доме все хорошо?
Вульф наградил Хагара свирепым взглядом, прекрасно понимая, что тот подстрекает его. Своеобразная манера брата шутить раздражала его.
– Если тебе так интересно, то Рейна полностью нарушила весь уклад моего дома. Она уже успела поругаться с Умой, а та еще и пострадала.
– Что стряслось-то? – спросила Тора.
– Точно не знаю. Если верить Уме, Рейна опрокинула на нее миску с жарким.
– А, так вот зачем Лорну понадобился мой сундучок с травами! Как тебе известно, я не знахарка и рада, что Рейна может подсобить мне в этом деле. Надеюсь, она нашла то, что нужно для лечения ожога Умы.
– Похоже, Рейну не очень впечатлило содержимое сундучка, – заметил Вульф. – Она хочет побродить по окрестностям, поискать свежие травы и корешки, чтобы пополнить запасы.
– Ты веришь тому, что она и правда лекарь? – спросил Хагар. – Возможно, она просто ищет возможность сбежать.
Прежде чем ответить, Вульф обдумал его вопрос.
– Полагаю, она действительно в этом разбирается. Но, похоже, это все, на что она годится.
Хагар озорно улыбнулся.
– Сомневаюсь, что только на это она и годится. Она сказала маме, что ты изнасиловал ее во время набега.
Вульф послал гневный взгляд хихикающим сестрам и еще более гневный – Хагару. Затем он покосился на Ольгу, размышляя, не огорчит ли ее правда о поступке брата. Он решил, что, скорее всего, огорчит, а потому предпочел ничего не говорить.
– Не верь всему, что утверждает Рейна.
– Расскажи мне о своей новой рабыне, – продолжал дразнить его Хагар. – Я считаю, это забавное совпадение – то, что вы с ней уже знакомы. Когда я купил ее, то и не догадывался о том, кто она такая. Судя по опыту моего общения с ней, характер у нее прескверный. Ты уже побил ее?
Нет, хотя Ума и советовала мне так поступить. Я решил дать Рейне время прийти в себя, прежде чем наказывать ее.
– Если тебе не удастся приручить ее, Вульф, давай тогда я попытаюсь, – предложил Олаф.
Двадцатилетний Олаф был уже крепким мужчиной и в последнее время то и дело демонстрировал свою силу. Этим летом он впервые отправился в набег вместе с Хагаром.
Вульф хрипло рассмеялся.
– Судя по слухам, брат, половина девушек в деревне умирает от желания привлечь твое внимание.
– Но Рейна… опытна, Хагар. Если я укрощу ее, это только укрепит мою репутацию.
– Тебе лучше бы меньше времени тратить на планирование очередной победы и больше – на упражнения с мечом и топором, если хочешь следующим летом тоже поплыть с нами.
– Хватит болтать о всяких глупостях! – холодно приказала Тора.
Разговор повернул в другое русло, и Вульф мог спокойно поразмышлять. Он сравнил простое жаркое, которое ели его рабы, с изобилием блюд, подававшихся в общем доме. Да, рабы Хагара питаются намного разнообразнее, чем его собственные. Рейна – дочь ярла, она, несомненно, привыкла к значительно лучшей пище, чем та, которую он мог ей дать.
Вульф напомнил себе, что Рейна – рабыня, а потому не должна ожидать, что будет пользоваться теми же привилегиями, что и члены семьи. Кроме того, она его враг. К сожалению, трудно было помнить о ее низком положении в доме, если, глядя на нее, он видел удивительную красавицу с горделивой осанкой, которая вела себя совершенно не так, как положено невольникам. Гордая, дерзкая, невообразимо прекрасная, восхитительно сложенная – вот какими словами он мог описать ее. В ее поведении не было и намека на кротость или покорность. И она винила его в том, чего он не совершал.
Как только Вульф наелся, он отодвинул тарелку и собрался уходить. Тора задумчиво посмотрела на него.
– Сын, позволишь ли ты Рейне надолго покинуть дом, чтобы она могла собрать нужные травы и коренья? Правда, в лесах опасно. А нам на хуторе очень нужен опытный лекарь. Я была бы счастлива, если бы она взяла на себя эту обязанность.
– Наверное, тебе стоит пойти с ней, Вульф, – предложил Хагар. – Я дорого за нее заплатил, и не хотелось бы мне, чтобы на нее напал волк или медведь. Ты должен оберегать свою собственность.
Вульф понял, что Хагар смеется над ним.
– Когда у меня будет время, я отведу ее в лес, чтобы она могла собрать все необходимое, – он встал. – Спокойной всем ночи.
– Ну и что вы думаете? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Хагар, как только Вульф ушел. – Действительно ли Вульф похитил девственность Рейны, как она утверждает? И, что еще важнее: падет ли мой суровый брат жертвой чар своей новой невольницы?
Кажется, никто не ответил утвердительно на первый вопрос. Но все пришли к единому мнению, что очаровательная датчанка вовсе не оставила Вульфа равнодушным, как он хотел всем показать.
Вульф приближался к своему дому, внутренне содрогаясь. Он не представлял, с чем ему предстоит столкнуться по возвращении, и надеялся, что не с очередной проблемой. Уже давно не возникало необходимости бить рабов, и ему совершенно не хотелось делать это сейчас. Поскольку причиной разногласий в его доме являлась Рейна, то ему, наверное, стоило бы отвезти ее в ближайший торговый порт Каупанг и продать. Он нахмурился. Раннульф наверняка окажется первым в очереди желающих купить ее, а ему это совсем не нравилось.
Вульф отворил дверь и вошел внутрь. В доме было темно, если не считать догорающего огня в очаге. Быстро осмотревшись, он разглядел две фигуры на ближних скамьях: люди спали, завернувшись в волчьи шкуры, которые он им дал. Третьей фигуры видно не было. Он мгновенно догадался, что не хватает Рейны. Где же она, именем Одина?
Беглый осмотр спален-альковов оказался бесплодным. Рейны в доме не было. Вульф даже поискал ее в уборной – отдельном строении, примыкающем к длинному дому. Вульф сердился все больше и уже был в бешенстве, когда вылетел из дома, решив осмотреть двор и другие постройки. Если Рейна ушла в лес, у нее не будет ни единого шанса выжить, столкнись она там с диким зверем.
Вульф не знал, откуда начинать поиски пропавшей невольницы. В темноте он ни за что не найдет ее в лесу. А поскольку ей ничего не известно о горячем вулканическом озере, расположенном недалеко от длинного дома, туда она пойти не могла. Она также не знает, где находится баня, которой часто пользовалась семья.
Прошипев ругательство, Вульф решил, что слишком возбужден, чтобы возвращаться домой, и поэтому, воспользовавшись светом полной луны, пошел к фьорду. Холодная вода пойдет ему на пользу. Из-за чувственных помыслов, касающихся красавицы-блондинки, его тело разгорячилось, а к чреслам прилила кровь. Ему явно придется идти в деревню и искать там женщину. Возможно, он таки купит наложницу, которая удовлетворит его потребности, или примет откровенное приглашение Умы возлечь с ней. Да, над этим явно стоит подумать.
Когда Вульф добрался до фьорда, от вида, открывшегося его взору, у него перехватило дух. Он нашел Рейну! Обнаженная, она поднималась из волн – богиня с ореолом серебристых волос, опускающихся до бедер. Неземное видение захватило его.
Благодаря лунному свету ее обнаженное тело источало золотистое сияние, пока она шла к берегу. Груди ее были круглыми, упругими, увенчанными набухшими сосками, ноги – длинными и стройными, талия – узкой, бедра – просто восхитительными. Он попытался представить себе, каково это – ощущать, как эти ноги обвивают его талию. Бледно-золотое руно на ее холмике было густым и роскошным. Вульф понял, что ему трудно ненавидеть такое восхитительное создание.
Как зачарованный, он таращился на нее, не в силах заговорить или пошевелиться. И тут, будто на пятки ей наступал демон, она схватила рубаху и побежала прочь. Придя в себя, Вульф загородил ей путь, и в тот же миг его руки обхватили женское тело, гладкое как шелк.
– Рейна, что стряслось? Что тебя напугало?
Рейна, хватая ртом воздух, крепко прижималась к нему и пыталась восстановить дыхание.
– Вульф… я видела…
О Фрейя[4]4
Фрейя – в скандинавской мифологии богиня любви, красоты и плодородия.
[Закрыть], он ни о чем не мог думать, когда ее обнаженные формы прижимались к нему.
– Что ты видела? – его руки скользнули вниз и обхватили ее круглую попку.
Похоже, Рейна была слишком напугана, чтобы заметить, где очутились его ладони.
– Паруса! – выкрикнула она. – Я видела паруса во фьорде, там, где он заворачивает влево. Корабли, приходящие ночью, всегда означают беду.
Он не сразу понял слова Рейны, но когда до него дошло, о чем она говорит, он бросил взгляд через ее плечо.
– У тебя богатое воображение. Во фьорде нет парусов.
– Но они были там пару минут назад!
– Ты просто видела драккары, возвращающиеся домой после долгого путешествия.
– Но зачем им заплывать в этот фьорд?
Он посмотрел на нее сверху вниз.
– Возможно, они стали на якорь возле деревни, чтобы переждать ночь. Я уверен: волноваться не о чем.
Тут, будто внезапно вспомнив, что на ней нет никакой одежды, она высвободилась из его объятий и быстро накинула свою рубаху. Вульф, пристально наблюдавший за ней, неожиданно заметил ярко-красную сыпь на ее коже. Он схватил Рейну за руку и присмотрелся внимательнее.
– Что это такое?
– Ты о чем?
– Твоя кожа покраснела, а местами содрана.
Рейна проследила за его взглядом.
– Шерсть раздражает мою кожу. Я знала, что так будет. Вот почему под шерсть я хотела надеть свою шелковую сорочку. Но Ума забрала ее.
Вид обнаженного тела Рейны стал могучим ударом по самообладанию Вульфа. У него уже закаменел член, если они долго будут оставаться наедине, он совершит то, чего так требует его тело. Одна только мысль о соблазнительных изгибах тела Рейны заставляла его член вздрагивать от отчаянного желания.
«Рейна – твой враг», – напомнило ему сознание. «Но она желанная женщина, – возразил куда более громкий голос. – Ты Вульф Безжалостный. Она твоя, так возьми же ее!».
Вульф ухватился за край рубахи Рейны, стащил ее через голову и бросил на землю. Затем прижал женщину к себе. Она уставилась на него, ее зеленые глаза были широко раскрыты от страха.
– Перестань! Что ты делаешь?
– Твои губы…
– Что не так с моими губами?
– Просто я пытался угадать, каковы они на вкус.
– Не трогай меня! Пусти! Мне холодно, и уже поздно. Пора в постель.
– Точно, я тоже так подумал. Меха куда удобнее, чем голая земля. Я знаю, что ты не девушка. Твой хозяин в Византии, несомненно, много раз брал тебя после… ну, после того.
– После того, как ты меня изнасиловал! – выкрикнула Рейна.
– Нет, клянусь, это был не я.
– Лжец!
Вульф застонал и с силой прижался губами к ее губам, найдя действенный способ заставить ее умолкнуть. Губы его были требовательны, язык с яростной решимостью пытался проникнуть в ее рот.
И вот он вошел туда, исследуя, наслаждаясь ее медовым вкусом. Вульф больше не мог сдерживаться. Ему хотелось швырнуть ее на землю и вонзить свой член в ее сладкие глубины.
Рейна, обливаясь слезами, пыталась протестовать, когда жесткие губы Вульфа прижались к ее рту. Поскольку он не обратил на это никакого внимания, она замолотила кулачками по его твердому, как скала, торсу, но безрезультатно. Когда его широкие ладони принялись мять ее груди, она поняла, что еще немного – и похититель снова силой возьмет ее. Она этого не вынесет. Не думая о последствиях, она укусила его за губу.
Он резко отдернул голову и приложил палец к поврежденному месту, когда он убрал руку, на ней была кровь.
– Молот Тора! Зачем ты это сделала?
Тяжело дыша, Рейна отошла подальше, схватила рубаху и надела ее.
– Я не позволю тебе опять изнасиловать меня.
Улыбка вышла у Вульфа безрадостной.
– Хоть обвинения твои и несправедливы, но теперь я имею право сделать это. Ты моя рабыня и обязана исполнять все мои желания – так же, как ты исполняла желания твоего предыдущего хозяина.
Рейна посмотрела ему прямо в глаза.
– Ты ошибаешься на мой счет. Предыдущий хозяин не прикасался ко мне.
Вульф откинул голову и рассмеялся.
– И что, я должен тебе верить?
– Я говорю правду.
– Разве он не взял тебя в свой гарем?
– Да, но в этом ты виноват. Ты увез меня далеко от дома и родных и продал торговцу рабами, – она улыбнулась. – Но я принесла своему господину одно только беспокойство. Боязнь стать евнухом заставила его держаться от меня подальше. Кроме того, зачем ему было рисковать своим достоинством ради того, чтобы возлечь со мной, если у него хватало красавиц, соперничающих друг с другом в стремлении вызвать его благосклонность?
– Если бы ты причинила ему вред, ты бы умерла мучительной смертью.
Она упрямо вскинула подбородок.
– Я хотела, чтобы так все и вышло. Никогда больше мужчина не возьмет у меня то, чего я давать не желаю. Это относится и к тебе, Вульф Безжалостный.
Произнеся эту фразу, она развернулась на пятках и гордо удалилась.
Вульф поспешил было за ней, но передумал. Да что с ним такое происходит, именем Тора? Рейна – последняя из всех женщин, с какими он хотел бы возлечь. Ее соплеменники убили Астрид. Он не понимал, зачем отнес ее на свой драккар после того, как Раннульф закончил забавляться с ней. Возможно, он так поступил потому, что ему неожиданно стало жаль лежавшую на земле беспомощную девушку. Но когда она оказалась на борту его корабля, он не захотел иметь с ней никаких дел и продал ее работорговцу. С того дня ничего не изменилось. Ничто и никогда не заставит его полюбить Рейну Датчанку.
Красота – это не более чем шелуха.
Рейна влетела в дом Вульфа. После того как Ума и Лорн заснули, она отправилась к фьорду, чтобы немного побыть одной. И хотя Рейна знала, что вода слишком холодная, ей отчаянно хотелось выкупаться. К тому же она не думала, что кто-то начнет беспокоиться о ней.
Почему же Вульф пошел искать ее? Почему он поцеловал ее? Случившееся этой ночью убедило Рейну, что проявление похотливости Вульфа опасно. Он ведь норвежец – мужчина, рожденный убивать, насиловать и грабить. Ни одна женщина не может считать себя в безопасности рядом с ним.
И все же… Когда он смотрел на нее, она не могла противостоять блеску восхищения, вспыхнувшему в его ледяных серебряных глазах. Она поклялась себе не реагировать на такие взгляды. Она ненавидела его за горе, которое он причинил ей и ее семье, и не собиралась становиться жертвой его мужской притягательности.
Рейна обошла дом, нашла в угловом сундуке волчью шкуру и свернулась калачиком на скамье. Но сон не шел к ней. Скамья была жесткой и неудобной. В доме отца она спала на настоящей кровати, устеленной мехами. А в Константинополе она жила в роскоши, о какой ранее не смела даже мечтать.
Рейна все еще пыталась устроиться поудобнее, когда вернулся Вульф. Она замерла, услышав, что он остановился возле скамьи, на которой она лежала. Она физически ощущала на себе его взгляд и не осмеливалась даже дышать. Прикажет ли он ей ублажать его в постели? Когда он направился в альков, она с облегчением выдохнула.
Прежде чем уснуть, Рейна вспомнила о парусах, которые заметила у входа во фьорд, и подумала, что не стоило так волноваться из-за них. Когда она увидела их, ее охватил ужас. Для Рейны паруса на горизонте означали приближение захватчиков. Она всю свою жизнь жила в страхе перед набегами викингов. Но поскольку Вульф, кажется, не встревожился, ей-то зачем беспокоиться?
Рейна уснула, но видение парусов не покидало ее.
Вульф ворочался на своем ложе, покрытом шкурами, страстно желая ощутить рядом податливое, роскошное тело, которое недавно держал в руках. Рейна, должно быть, настоящая ведьма, раз так скоро покорила его. На мгновение он даже позабыл о том, кто она и какое горе причинили ему ее соплеменники. Он вызвал в памяти ее образ – какой он увидел ее, когда она выходила из воды, ее гибкое совершенное тело, ее длинные волосы, сверкающие в лунном свете подобно бледному золоту… От одной мысли о ней чресла Вульфа напряглись.
Когда сон, наконец, овладел им, член у него по-прежнему стоял.
Рейну грубо вырвали из объятий сна – это была Ума.
– Вставай, лентяйка! Рабы не могут позволить себе роскошь дрыхнуть после рассвета.
Рейна открыла глаза.
– Что, уже рассвело?
– Давно. Сверни шкуры и положи их на место, в сундук. Со вчерашнего дня осталась овсянка. Можешь утолить голод после того, как натаскаешь воды из колодца.
Рейна встала, потянулась и свернула шкуры. Укладывая их в сундук, она заметила, что Лорн сидит за столом и поглощает большую порцию яичницы с ветчиной.
– Мне больше по душе то, что ест Лорн, – заявила она.
– Ты будешь есть то, что тебе дадут, – отрезала Ума. – Ты не сделала ничего такого, чтобы заслужить яичницу с ветчиной. Ведро возьмешь возле двери, а колодец во дворе. Уверена, ты легко найдешь его. Чтобы наполнить бочку, понадобится принести несколько ведер воды, так что тебе лучше сразу же приняться за работу.
Несмотря на неодобрительный взгляд Умы, Рейна сначала посетила уборную, помыла руки и сполоснула лицо, а потом принялась носить воду. Она действительно обнаружила деревянное ведро у двери и пошла с ним к колодцу, расположенному в центре двора.
Не успела она сделать и несколько шагов, как увидела Вульфа и его брата Хагара. Они выходили из строения, которое, как догадалась Рейна, было баней. Бани были на всех хуторах, даже на хуторе, где она выросла. Она решила не обращать на мужчин внимания, но они заметили ее и направились к ней.
– Куда это ты идешь? – спросил Вульф.
Она красноречивым жестом подняла ведро.
– Я думала, это очевидно.
– Носить воду входит в обязанности Лорна.
– Теперь это моя обязанность – по крайней мере, мне так сказали, – пояснила она и пошла дальше.
Вульф схватил ее за руку, заставив остановиться.
– Есть и другие дела, которыми ты могла бы заняться. Ты уже поела?
Рейна отрицательно покачала головой.
– Я тоже еще не завтракал. Возвращайся в дом. Ума приготовит мне завтрак и заодно покормит тебя.
– Но Ума сказала…
– Здесь я хозяин! – проревел Вульф. – Делай, что я говорю!
– Сам скажи Уме, – буркнула Рейна, резко развернулась и, сердитая, пошла к дому.
– Вижу, тебе нелегко, брат, и рад, что не оказался на твоем месте, – заметил Хагар, отчаянно пытаясь не рассмеяться.
Вульф недовольно уставился на него.
– Давай, смейся! Это ведь ты во всем виноват.
– Когда я покупал Рейну, я и представить себе не мог, что у тебя с ней уже что-то было. Я думал, с ней ты сможешь как следует поупражняться в постели. Тебе очень нужна женщина, она добавит остроты в твою жизнь.
Рассмеявшись, Хагар ушел.
Выругавшись вполголоса, Вульф вернулся в свой дом и увидел, как Ума бьет Рейну.
– Ведьма! – кричала Ума. – Когда я тебе приказываю, ты должна повиноваться. Почему ты вернулась с пустым ведром? За свое непослушание будешь ходить голодная весь день!
Женщины и не подозревали о присутствии Вульфа, пока он не спросил:
– С каких это пор ты стала здесь командовать, Ума? – от его тона, холодного и угрожающего, у Рейны по коже поползли мурашки. – В этом доме я единственный, кто может вершить суд.
– Я не имела в виду ничего плохого, господин, – проскулила Ума. – Ваша новая невольница ужасно своенравная, и с ней нужно быть построже.
– Это мне решать, Ума. К тому же приносить воду из колодца обязан Лорн, – и он пристально посмотрел на раба.
Тот понял намек, вырвал из рук Рейны пустое ведро и поспешно вышел.
– Какие же обязанности вы придумаете для своей новой рабыни? – поинтересовалась Ума. – Нельзя же ей весь день сидеть сложа руки.
– Я подумаю об этом, – ответил Вульф. – А пока я бы не прочь перекусить. Когда будешь готовить мне завтрак, сделай порцию и для Рейны. Она еще не ела.
– Я подогрела ей овсянки, – откликнулась Ума и потянулась за миской.
Вульф бросил взгляд на деревянные блюда, с которых ели Ума с Лорном, и заметил на них остатки яиц и мяса.
– Я вижу, ты и Лорн уже поели.
Рейна заметила, что Ума нервно сглотнула, и сдержала улыбку, уже готовую появиться на губах: рука у Умы была тяжелая.
– Да, мы позавтракали, когда Рейна еще спала, – невнятно произнесла Ума.
– Я понял, – бросил Вульф. – И что вы ели?
– Яичницу с ветчиной, хозяин.
– Мы с Рейной будем то же самое.
– Яиц больше нет. Я подумала, что вы позавтракаете со своей семьей, как обычно.
– На сей раз ты ошиблась, – он повернулся к Рейне. – Пойди в курятник и поищи там яйца, пока Ума готовит остальное.
Рейна не стала спорить: собирать яйца – работа куда более легкая, чем носить воду.
Этим утром куры расщедрились. Рейне не составило труда наполнить яйцами корзинку, и она быстро вернулась в дом.
– Можешь сесть со мной за стол, – заявил Вульф с таким видом, будто облагодетельствовал ее.
Рейна села как можно дальше от него. Через несколько минут Ума поставила большую тарелку с яичницей и ветчиной перед Вульфом и еще одну, поменьше, – перед Рейной. Затем она протянула каждому рог с пахтой.
Рейна ела с жадностью, наслаждаясь каждым кусочком. Она была готова хоть каждый день есть яичницу с ветчиной вместо каши.
Вульф краем глаза наблюдал за тем, как ест Рейна. Он заметил, что аппетит у нее отменный, и задумался: а может, у нее такой аппетит во всем? Но тут же выкинул эту мысль из головы и сосредоточился на еде.
– Можно мне уже сегодня утром отправиться на поиски трав и кореньев? – спросила Рейна.
– Не сейчас. Возможно, позже, когда я смогу пойти с тобой, – не согласился Вульф.
– Ты боишься, что я убегу?
– Я боюсь, что мою дорогостоящую собственность сожрут дикие звери.
Рейна рассердилась.
– Дай мне оружие. Я сумею постоять за себя.
Вульф отодвинул пустую тарелку и встал.
– Рабам носить оружие не дозволяется. Я отведу тебя в лес, когда придет время.
Какой-то шум снаружи мгновенно прекратил их перебранку.
– Что происходит? – удивилась Рейна.
– Не знаю. Никому не выходить! – приказал Вульф, взял свой Кровожадный с его обычного места у очага и вышел.
Взволнованные голоса во дворе стали звучать громче. Природное любопытство Рейны не позволяло ей сидеть сложа руки, к тому же могла понадобиться ее помощь. Она направилась к двери.
– Куда ты идешь? – крикнула ей вслед Ума.
– Посмотреть, что происходит, – ответила Рейна.
– Но хозяин приказал…
– Я слышала, что сказал Вульф, но я не намерена подчиняться приказам, исходящим от ему подобных.
Рейна открыла дверь и вышла в солнечное утро. Лишь взглянув на толпу, собравшуюся вокруг чего-то или кого-то, лежащего на земле, она бросилась вперед. Кажется, никто не обращал внимания на то, что она, толкаясь, пробирается сквозь толпу. Наконец, она увидела Вульфа, опустившегося на колени рядом с лежащим юношей. Голова молодого человека покоилась на коленях Торы, а кровь ручьями вытекала из ран на его теле. Оттолкнув Вульфа, Рейна упала на колени рядом с парнем.
– Что произошло? – спросила она, на глаз оценивая серьезность ранений юноши. – Кто он?
– Мой брат Олаф, – ответил Вульф и, будто неожиданно вспомнив, с кем говорит, тут же приказал: – Немедленно возвращайся в дом. Ты здесь не нужна.
– Твой брат ранен, я могу помочь ему.
– Сынок, Рейна права, – согласилась с ней Тора. – Она знахарка, позволь ей позаботиться о твоем брате.
Другого разрешения Рейне не требовалось.
– Занесите его в дом. Осторожно, не делайте резких движений. Кто-нибудь, принесите мне сундучок с травами из дома Вульфа.
И хотя кое-кому могло показаться, что Рейна превысила свои полномочия, никто не стал противиться ее распоряжениям.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?