Читать книгу "Путь среди звезд для землянки"

Утро не радовало разнообразием: душ, еда и уже ждущий меня в кабинете Ишум.

– Приветствую. Ты сегодня спокойнее. Хорошо. Идем. Сегодня важный для всех день, – произнес Ишум.

Затем мы пошли туда, куда меня так тянуло. Снова коридоры, и вот я перед золотой стеной. Ишум нажал на одну из панелей, и из нее выехали виденные мной вчера приборы. Затем он нажал на другую стену, и достал костюм, который мне предстояло надевать.

– Костюм одевается прямо на комбинезон. Потом все остальные приборы, – сказал Ишум. – Первый раз я помогу тебе. Потом будешь все делать сама.

– Давай, – согласилась я, сохраняя при этом внешнее спокойствие. Тяга попасть за стенку усилилась, что с трудом заставляла себя делать движения неторопливыми.

Наконец услышала от Ишума, что могу нажать на закрепленный на виске телепорт. Как же мне нужны были эти слова. Мгновение и я очутилась посреди золотого нечто. Вокруг меня закручивались золотые вихри. Частицы золота были вверху, внизу, вокруг меня, все сияло и переливалось. Ни пола, ни потолка не было. Я висела посреди этого золотого великолепия с ощущением огромной радости, но даже примерно не понимала того, что мне дальше делать и почему так рада.

Затем решила, попробую опуститься вниз, а потом подняться вверх. Мысленно отдала команду диадеме, но вдруг увидела, как ко мне навстречу летит что‑то похожее на гигантскую птицу, состоящую из золотых искорок. Через непонятную эйфорию все же стал пробиваться страх. Через несколько секунд птица подлетела ко мне и трансформировалась в человеческую фигуру. Руки фигуры потянулись ко мне. Я инстинктивно подалась назад, все еще не зная, как реагировать на происходящее. Фигура облетела вокруг меня несколько раз

– Приветствую, сестра, – вдруг раздалось в моей голове.

– Кто говорит? Откуда голос? – вслух произнесла я.

– Ты меня видишь, я перед тобой, – снова сказал голос. Я не могла определить мужской голос или женский.

– Кто ты? Почему сестра? – спросила я.

– Я – Нибиру. О моем существовании аннунаки не знают. Они думают, что, кроме ядра с искусственным интеллектом, тут нет ничего. Я их не разубеждаю. Меня, так же, как и тебя, создала Тиамат. Давно, очень давно. Только в тебе ее гены, а во мне ее энергия источника. Имя Нибиру дала мне моя создательница Тиамат. Аннунаки убили ее, а я был очень к ней привязан, и убийство им не прощу, – транслировала мне свои мысли золотая фигура.

– То есть они правы? Я их раб?! – крикнула я Нибиру.

– Нет, это они твои рабы, просто об этом еще не знают. Я могу за секунду откачать всю атмосферу из корабля, и для них все закончится. А тебя больше никто из них не обидит, потому что они погибнут, – злорадно проговорил Нибиру.

– А почему ты этого не сделал раньше сам, как только узнал о смерти своей создательницы? – озадаченно спросила я.

– Мне нужен был ее потомок, я не могу активировать некоторые команды без подтверждения от ее крови. Действие на полую откачку атмосферы для дыхания – одна из таких. Но я смог поставить снабжение их атмосферы на минимум, чтобы едва хватало на жизнь, а значит, многие свои умения они не смогли бы использовать, потому что в атмосфере станет мало золота. Они не заслужили жить полной жизнью со всеми дарами, полученными от Тиамат. Они недостойны,– со злостью ответил Нибиру. – Сними с меня это ограничение, и я сделаю то, о чем так давно мечтал.

– А разве среди аннунаков нет ее потомков? – удивилась я.

– Нет, они родственники и просто члены клана ее мужа Апсу. Кстати, тоже убитого ими. Но они не ее крови. А те киэнгиры, что приходили, не имели достаточной силы для общения со мной. И кровь их была слаба, потому что была взята от Кингу и очень сильно разбавлена кровью Энки и Нинхурсанг, – объяснил Нибиру.

– А кто такие Кингу, Энки и Нинхурсаг? – моя голова шла кругом.

– Кингу был таким же созданием Тиамат, как ты и я, но только в нем было мало генов самой Тиамат. Она создавала его, используя гены сирианцев, лиранцев, Апсу и почти ничего не добавила от себя. А Энки и Нинхурсаг – это родственники Апсу, мужа Тиамат. Его племянники. Они создали киэнгиров, используя часть генома Кингу, при этом основная часть генов была взята от коренных жителей Ки, это были животные – обезьяны, и гены от самих создателей Энки и Нинхурсаг. Кингу был так же жестоко и вероломно убит аннунаками. Он не смог защитить Тиамат, – грустно вспоминал Нибиру. – Ты не киэнгир. Возможно, твои предки и смешивались с киэнгирами, но на твои гены это не оказало почти никакого влияния, потому что Тиамат закрепила свои гены так, что потомки созданных ею существ передавали гены новому поколению без изменений. На этапе эволюции могло добавляться что‑то новое, но не утрачиваться старое.

– Что ни день, то потрясения, – ошарашенно произнесла я. – Я, что, не человек? Как же на Земле не заметили, что моя кровь отличается от крови обычных людей?

– А почему ты решила, что ты как‑то сильно отличаешься от других жителей Земли? Гены других народов, с которыми смешивались твои предки, так же наследовались, но гены, вложенные Тиамат, никуда не терялись и передавались из поколения в поколение. Ты не единственный потомок Тиамат. Просто ты попала к аннунакам, и они сочли тебя киэнгиром. Тиамат ведь тоже расы аннунаков. Так что, ни у землян, ни у аннунаков нет причин что‑то подозревать. Ты ничем особо не отличалась на Земле от других, а тут по набору генов не вызываешь подозрений у аннунанков, – объяснил Нибиру.

– Я уже совсем запуталась во всем этом, – прошептала я.

– Теперь я с тобой. Ты не одна. Для того, чтобы у нас установилась связь, и мы могли общаться на любом расстоянии мысленно, была необходима наша с тобой личная встреча. Я не мог дозваться до тебя через перегородку, не привлекая внимания аннунаков, – продолжил Нибиру. – А сейчас у тебя, как и у всех, кто побывал в ядре, появилась устойчивая связь с ним, и наше общение не отследят, приняв за обычный обмен информацией. Только теперь тебе придется почти все время находиться с приборами на голове и на виске. Перчатки можешь снимать.

– Не поняла, я без обруча и этой пуговицы на виске не смогу с тобой общаться?

– Сможешь. Это нужно для того, чтобы аннунаки не узнали о нашем общении и моем существовании. Я не могу сказать защищена ли ты от влияния таблиц Ме. Это можно узнать сейчас только опытным путем, потому что Тиамат мертва, а больше спросить не у кого. Только она одна знала, что и зачем делала. Но узнавать на практике о том, можно ли тобой управлять, и будешь ли ты пустым исполнителем чужой воли, наверное, без особой необходимости не стоит. Лучше не допускать такой ситуации. Если тобой можно управлять, то ты сразу расскажешь им все, о чем тебя спросят. А узнав обо мне, тебе окончательно сотрут личность, лишь бы иметь возможность управлять мной. У меня же не будет выбора: тебя ослушаться я не смогу, в каком бы состоянии рассудка ты ни была. Это заложила в меня Тиамат при создании, – печально констатировал Нибиру.

– То есть могу с тобой общаться, могу попасть к тебе в любое время, не включая приборы? – уточнила я.

– Да, можешь.

– Но приборы снимать нельзя иначе активность передачи информации между мной и ядром тут же отследят аннунаки, и, увидев меня без приборов, поймут, что происходит что‑то, во что они должны вмешаться и выяснить, правильно? И в результате меня могут подвергнуть внушению и стереть мою личность?

– Именно поэтому. Не давай им повод, – подтвердил Нибиру.

– Как мне хочется проснуться от этого кошмара, – тоскливо проговорила я. – Но сейчас я хотя бы не совсем одна. Ты можешь давать мне какие‑то советы, как правильно себя вести, чтобы не вызывать подозрений?

– Могу и буду. У меня тоже, кроме тебя, никого нет. Ты единственный потомок Тиамат, который попал сюда за все время существования. И если с тобой что‑то случится, то снова останусь один. А я этого очень не хочу.

– Нибиру, хочу, чтоб ты знал, что я не хочу прожить всю свою жизнь на этом корабле. Хочу сбежать отсюда. Ты можешь мне чем‑то помочь?

– Не знаю. Возможно. Нужно искать подходящую тебе планету. На Землю не стоит возвращаться.

– Послушай, мы с тобой говорим, а Ишум там, наверное, ждет от меня доклад о том, что у меня происходит. Он начнет подозревать меня в чем‑нибудь, – встрепенулась я.

– Не волнуйся. Я могу управлять временем, пока мы с тобой говорим, вне ядра время стоит, – с улыбкой в голосе произнес Нибиру.

– Тогда давай запускай время. Я хочу понять, что он от меня хочет, – попросила я.

Нибиру кивнул. И тут же в голове раздался голос Ишума:

– Ты в ядре? Что видишь перед собой?

– В ядре. Вокруг золотые вихри и очень много всполохов. А еще много разных светящихся линий и дуг, – быстро проговорила я.

– Вихри, линии и дуги? – переспросил Ишум. – Ты уверена?

– Что‑то не так? – заволновалась я, вдруг сказала что‑то, о чем нужно молчать и выдала Нибиру.

– Все в порядке. Просто удивился. Похоже, ты можешь больше, чем я мог надеяться. Обычно не видят ничего, кроме золотистых искр. Попробуй активировать панель управления, – предложил мне Ишум.

Я подняла руки перед собой и отдала перчаткам команду «панель управления». Передо мной открылась выпуклая схема с указателями и надписями.

– Я открыла панель, – сообщила я Ишуму.

– Нажми на значок атмосферы корабля и продвинь его значение вперед на десять процентов,– руководил моими действиями Ишум.

Я сделала то, что он велел. И после этого ощутила, как ядро стало сильнее вибрировать, и энергия в нем начала циркулировать быстрее. Рядом со мной находился Нибиру, он наблюдал за тем, что делаю. Когда я захотела еще немного подвинуть вперед показатель атмосферы, и уже протянула руку к значку на виртуальной панели, то он знаками попросил меня этого не делать. Одновременно с этим раздался голос Ишума, который сказал, чтобы я больше ничего не трогала и возвращалась обратно из ядра на площадку к нему.

– Возвращайся, но сделай вид, что ты очень устала, – напутствовал меня Нибиру. – Они все тут тратят огромное количество сил. Мы с тобой чуть позже продолжим разговор. А сейчас постарайся не вызывать ничьих подозрений.

– А что мне сказать, чтобы мне оставили приборы и не забирали их у меня? Ведь без них будет опасно общаться, – спросила я его.

– Скажи, что между тобой и ядром идет синхронизация. Ты вспомнила из курса обучения, что можно настроить обмен информацией между ядром и тобой, чтобы иметь постоянно информацию о процессах в ядре. Ты увидела такой значок синхронизации на виртуальной панели и нажала. Тебе захотелось настроить такое взаимодействие. И сейчас приборы снять не можешь. Это действительно было бы так, нажми ты на синхронизацию, – сходу предложил Нибиру. – Но тебе нельзя снимать и перчатки тоже.

– А мне нужно будет делать такую синхронизацию потом? – уточнила я.

– Нет, тебе не надо. У тебя прямая связь со мной. Тебе вообще эти приборы не нужны. Ты можешь, не находясь в ядре, управлять кораблем и запускать телепортацию. И попасть в ядро сможешь из любой точки корабля, просто захотев, – ответил Нибиру.

Я кивнула, нажав на прибор на виске. И тут же оказалась вне ядра рядом с Ишумом. Вспомнив наставления Нибиру, я сделала печально‑утомленный вид.

– Как ты? – спросил Ишум.

– Устала. Мне бы полежать, – ответила я.

– Ты можешь идти сама? – снова спросил Ишум.

– Если только медленно, – протянула я.

– Хорошо. Если совсем не можешь, то скажи, и я тебя понесу, – предложил Ишум. – Снимай приборы.

– Тут есть небольшая проблема. Я нажала синхронизацию, – выдала я Ишуму.

– Зачем?!– почти прокричал Ишум. – Ты вообще понимаешь, что ты делаешь?

– Я уже это сделала. И приборы снять не могу физически. Они ко мне как прилипли, – с грустным видом произнесла я.

– Конечно, не сможешь, ты теперь не один день так ходить будешь, и спать в них тоже будешь. Вот почему ты такая своевольная? – продолжал меня ругать Ишум.

– Все хорошо. Я просто устала. Пошли, – перевела я тему.

– Идем, все с тобой идет кувырком, – сдаваясь, сказал Ишум. – Сейчас давай снимем с тебя костюм.

Он помог мне снять костюм, приборы остались на мне. И мы пошли. Внезапно мне захотелось увидеть деревья из этого реликтового сада.

– А мы можем снова посмотреть на деревья? – попросила я его.

– Сейчас? – уточнил Ишум.

– Да, сейчас. Только я идти не могу, – соврала я.

– Хорошо, я понесу тебя, – ответил Ишум. И подхватил меня руки.

А это приятно, так кататься на руках.

После знакомства с Нибиру я чувствовала себя спокойнее и увереннее. Я больше не одна, и у меня есть кто‑то, кто может мне помочь выжить.

Вскоре мы были уже на смотровой площадке перед прозрачной перегородкой. Ишум каким‑то образом вырастил из пола кресло, куда сел сам, продолжая держать меня на руках. Я оперлась на его грудь спиной и стала рассматривать деревья.

– А можно сделать так, чтобы на смотровой площадке стало темно? Мне кажется, так сад будет еще красивее, – попросила я.

Ишум усмехнулся, и площадка погрузилась в темноту. Только пейзаж за перегородкой сиял. Глядя на него, я не заметила, как уснула.

6. Новое – это не всегда приятное

Сколько я проспала – не знаю, но проснулась все так же, сидя на Ишуме, уткнувшись ему в грудь. Осторожно подняв голову, увидела, что он тоже спит. Его руки бережно обнимали меня, не давая упасть. Я осторожно положила обратно свою голову ему на грудь. Надо посоветоваться с Нибиру.

– Нибиру, – мысленно обратилась я.

– Я тебя слушаю, – немедленно отозвался тот.

– А я почему‑то сплю у Ишума на руках, – как‑то растерянно сказала я. – Что мне сделать? Разбудить его или дождаться, когда он сам проснется? Я ничего не понимаю толком в их традициях и нормах поведения.

– Подожди. С его стороны это определенный знак доверия. Видишь ли, они так давно живут, что многое из чувств и эмоций у них, можно сказать, что утратились. Вернее, они в них не нуждаются. Близость и доверие в их обществе всегда заканчивались плохо. Слишком много амбиций. Даже сейчас, когда их почти не осталось, они все равно делят власть и ждут друг от друга предательства, – объяснил Нибиру.

– А может все же разбудить? А вдруг он потом скажет, что я как‑то на него повлияла или что‑то еще? – заволновалась я.

–Не скажет. Он один из немногих, кто сохраняет некое подобие порядочности. Во всяком случае, он давно не борется за власть и не участвует ни в каких интригах кланов. Я думаю, что такой союзник тебе бы не помешал. Он тебе сочувствует, пусть пока и не очень явно. Но желание помочь, улучшить твое положение у него есть. Я слежу за обстановкой на корабле и знаю, о чем говорю, – поделился информацией Нибиру. – Попробуй уснуть. Если получится.

Я лежала на груди Ишума и обдумывала слова о том, что мне нужен такой союзник, как он. Сердце аннунака билось ровно под моим ухом. От этого монотонного тихого звука вновь начала накатывать сонливость. И я не заметила, как уснула снова. Проснулась от того, что Ишум аккуратно потряс меня за плечо. Я открыла глаза и посмотрела на него.

– Ты хочешь тут еще побыть или мне отнести тебя в жилое помещение? – спросил Ишум.

– Нет, хватит, хочу к себе. Можно потом еще будет сюда прийти?

– Можно, нин Анна. Тебе многое можно теперь. Твоя полезность для нашего общества стала очевидной. До тебя никто не мог поднять процент содержания золота в атмосфере до такого уровня. Это и хорошо, и плохо. Твое обеспечение улучшат, но будет еще один курс обучения.

– А никак нельзя избежать обучения? Как‑то оно вредно для моего здоровья, эн Ишум.

– Вряд ли. Наннар попробует кое‑что изменить в настройках. Должно помочь. И сейчас мы знаем, что твое обучение лучше проводить, усыпляя тебя. Мне жаль. Я не хочу лишней боли.

Я вздохнула. Тут пришло понимание, что, оказывается, все это время продолжаю обнимать Ишума. Убрав руки, я встала.

– Проводи меня в мое жилое помещение, – попросила я Ишума.

– Решила идти? Или, может, все же я понесу тебя? – вновь предложил Ишум.

– Пойду. Понимаешь, как только я пытаюсь найти хоть что‑то относительно положительное в той ситуации, в которой оказалась, так сразу что‑то случается или узнаю что‑то плохое, – с негодованием ответила я.

– Прости. Я бы хотел как‑то изменить твою ситуацию. Мне бы хотелось, чтобы ты добровольно помогала нам, – виновато произнес Ишум.

– О какой добровольности ты говоришь? Нет тут для меня никакого выбора. Чуть что – сотрут личность, превратят в пустую куклу, – возмутилась я.

– Прости. Мне, правда, жаль, – извинился Ишум.

– Если жаль, то помоги мне, – заявила я ему.

– Не в моих силах тебе помочь сбежать отсюда. Да и бежать тебе некуда. Пойми, моя раса нуждается в тебе. Еще раз прости. Все, что я могу, это защитить тебя от притязаний и интриг других аннунаков, – вздохнув, сказал Ишум.

– Если не хочешь, чтобы он шел с тобой, то скажи ему, что твоя синхронизация с кораблем уже допускает тебя к информации о расположении всех помещений на корабле, и в его услугах провожатого ты не нуждаешься – раздался голос Нибиру в моей голове.

Я повторила слова Нибиру Ишуму. И, развернувшись, пошла к своей каюте. Ишум остался стоять, глядя мне в след, потом снова сел в то же кресло, и стал смотреть на панораму сада. Об этом мне рассказывал Нибиру, пока я шла.

– Нибиру, мне тоже надо обращаться к тебе, используя «эн» перед именем, – спросила я.

– Нет, – засмеялся Нибиру. – Это их культурные коды. Я ни в чем не желаю быть похожим на них. Поэтому приму традиции твоей планеты, можешь просто называть меня Нибиру безо всяких «эн».

– Как ты думаешь, смогу ли я перетянуть Ишума на свою сторону? – продолжила я разговор с Нибиру.

– Со временем. Резко и внезапно сделать выбор в твою пользу ему придется только в случае каких‑то потрясений. Хотелось бы этого избежать. Потому что это означает возникновение еще более страшной угрозы твоей жизни. А мой приоритет состоит в том, чтобы ты была в безопасности. Поэтому я немного изменил настройки: не дал увеличить поступление золота в атмосферу корабля на все десять процентов. Оборудование показывает одно, а фактически у них поступление золота увеличилось только на три процента. Положительные изменения они чувствуют и этого достаточно. Все равно аннунаки слишком давно полноценно не пользовались своими способностями. Сейчас им станет немного легче отдавать некоторые команды и улучшится общее состояние организма. Но это будет очень малый объем улучшений, – просветил Нибиру.

За разговором я дошла до свой каюты. Пройдя в жилое помещение, улеглась на кровать. Не хотелось ничего, даже спать и есть.

– Нибиру, а можно как‑то разнообразить стены комнаты? У них в технике предусмотрен какой‑нибудь аналог телевизора? – снова обратилась я.

– Телевизора? Представь мысленно что это, – попросил Нибиру.

Я выполнила.

– Как же мало техника развилась за время существования вашей расы, – посочувствовал Нибиру. – Аналог есть, тебе нужно подойти к стене и активировать транслятор.

– А как? – поинтересовалась я.

– Приложи руку к стене и представь то, что ты хотела бы увидеть, – объяснил Нибиру.

– А Землю можно? – попросила я.

– Лучше не надо. Давай ты попросишь, например, показать тебе Сириус, – предложил Нибиру.

– Сириус так Сириус, – согласилась я.

Подойдя к стене, на которую можно было бы с удобством смотреть лежа на кровати, я попросила показать мне Сириус. Стена немного посветлела, и на ней появился неземной пейзаж. Я развернулась и пошла к кровати, намереваясь смотреть все, что мне покажут. Но, не пройдя и пары шагов, услышала женский голос:

– Приветствую тебя, потомок Тиамат. Меня зовут Хубус, я была ближайшей помощницей твоей создательницы.

Я резко обернулась и во все глаза уставилась на изображение женщины.

– Ты слышишь это сообщение, потому что твоя ДНК полностью активирована именно так, как было заложено твоей создательницей. Вероятно, твое знакомство с Нибиру уже состоялось. Я не знаю, кто ты и как тебя зовут. Возможно, даже ты не первый, кто меня слышит. Но дослушай сообщение до конца. Это в твоих интересах, – продолжал голос. – Я должна тебе сказать о том, что, находясь на этом корабле, ты в опасности. Как только Энлиль узнает твою истинную природу, то тебя уничтожат. Тиамат создала тебя и Нибиру как симбионтов друг друга. Ты управляешь абсолютно всеми функциями корабля. Можешь создавать переходы для телепортации в любую точку вселенной. У тебя нет ограничений, которые есть у аннунаков – ты можешь брать с собой в переход, как любые живые объекты, так и неживые вещи в любом объеме. Телепортироваться ты можешь и вне корабля. Но для этого тебе нужно знать, что конечная точка твоего выхода безопасна для тебя. Например, есть ли там пригодная для твоего дыхания атмосфера или, что системы планетарной безопасности не уничтожат тебя на месте. Но, ни в коем случае не показывай аннунакам свой уровень управления кораблем или наличие телепортации.

Запомни, ничто из созданного Тиамат никогда тебе не навредит. На тебя так же не действуют таблицы Ме, а значит, никто из них не сможет заставить подчиняться или стереть твою личность. Тиамат многое вложила в твое создание, твои предки были последним ее творением. Она была гениальным ученым, но ее убили. Тиамат знала о том, что скоро умрет. Ни одна из вероятностей не давала ей шанса пережить войну с кланом Апсу. Незадолго до гибели она спрятала созданный ею источник темной энергии созидания, а ты – ключ к нему. Да, ты и есть ключ к рукотворному источнику темной энергии, которая разгоняет нашу вселенную. Поэтому тебе нужно бежать с корабля. Ментально тебя аннунаки принудить не смогут ни к чему, но от физического воздействия нет защиты. Тебя могут пытать. Или убить. Но в симбиозе с Нибиру ты сможешь жить вечно. Во всяком случае, от старости или болезней смерть тебе не грозит. Если ты решишь искать источник, то сможешь вернуть к жизни Тиамат. Она видела в таблицах, что ее возродит один из ее потомков.

Голос ненадолго замолчал.

– Нибиру, ты что‑нибудь понимаешь? – спросила я.

– К несчастью, понимаю, – ответил Нибиру.

В этот момент голос снова продолжил:

– Решение о поиске источника Тиамат принимаешь ты сам. Но у тебя есть несколько обязательных задач, потомок Тиамат. Иначе ты не выживешь. Уничтожь всю информацию в архивах аннунаков об источнике энергии Тиамат и ее генах. А еще направь этот корабль к звезде истины и справедливости, которая находится в рогах созвездия Скорпиона. Все, кто причастен к смерти Тиамат, должны понести наказание. Справедливое наказание. В этом созвездии живут судьи, которые всегда, руководствуясь небесным предопределением, выносили каждому свое справедливое и соразмерное вине наказание. Только они смогут осудить аннунаков и привести наказание в исполнение. Вот координаты этой звезды. – По экрану побежали цифры. – Кроме этого, я даю тебе координаты безопасных для тебя планет. Запомни их. И еще. Если ты увидишь меня где‑то на корабле, то не подходи ко мне, не пытайся разговаривать и что‑то узнавать. Я наверняка буду подвергнута внушению, или это будет мой клон. За мной скоро придут и у меня мало времени, боюсь не успеть все сказать. Ты должен знать, потомок Тиамат, после активации твоего генома детей сможешь иметь только от расы аннунаков. Где находится банк их генетического материала, расскажет Нибиру, уходя с корабля, учитывай это. И помни, я…– Тут запись оборвалась.

– Я не знал об этой записи, – сказал Нибиру. – Хубус… она погибла. Чтобы не выдать ничего о Тиамат покончила с собой, когда ее допрашивал Энлиль. Я, через доступные мне источники, наблюдал за этим допросом. Усилием воли она смогла заставить свое сердце не биться. Аннунаки и не подозревали о том, что Хубус так может. Они не ждали много от нее, так как она была не чистокровным аннунаком, а лишь потомком одного из низших аннунаков и жителя Лахму, по-твоему, марсианина. В их глазах Хубус была лишь чуть выше тебя по положению,

– Я в очередном шоке. Кстати, рога Скорпиона, судя по координатам мы, земляне, считаем созвездием Весов. Странное совпадение: судьи вселенной живут в созвездии Весов, которые так же являются символом одной из древних земных богинь – Фемиды, – задумалась я. – Знаешь, Нибиру, я только сейчас поняла, что среди нашего земного зодиака, только Весы неживые, остальные зодиакальные созвездия живые, пусть и мифические.

– Что ты будешь делать с полученной информацией? – перевел разговор Нибиру. – Ты готова передать аннунаков под суд вселенским судьям?

–Я понимаю мотивы твоего вопроса: ты, как и Хубус, хочешь наказать аннунаков за смерть Тиамат. Но, кроме этого, в сообщении Хубус были еще указания, например, уничтожить информацию. Это нужно сделать в‑первую очередь, – ушла я от ответа.

– Я в любом случае буду тебя слушать. Подчиняюсь тебе. Но не забывай о важности возмездия за все, что они натворили. И с тобой тоже, – упрямо гнул свою линию Нибиру. – Я сделал так, что сообщения Хубус никто, кроме нас, не видел и не слышал. Не позволил ничему попасть в систему корабля.

– Спасибо. Прости, Нибиру, мне надо все обдумать. А потом мы с тобой составим план действий. Кстати, а ты сможешь уйти вместе со мной с этого корабля?

– Я должен рассчитать наиболее оптимальное решение. Есть несколько вариантов.

– Вот и займись пока этим. Потому что может так получиться, что уходить будем очень быстро и очень скоро. – И я бы очень хотела, чтобы ты пошел со мной, Нибиру.

Я снова обдумывала свое положение. Мои мозги, казалось, вскипят. Все происходящее напоминало какой‑то непрекращающийся кошмарный квест. Я даже сбежать отсюда не могу просто так. Неуверена, что если ничего не сделаю для реализации мести Нибиру, то он так же охотно продолжит помогать мне. А мне без него, судя по всему, не сбежать. Он мой гарант долголетия. Нужно стереть все, что касается Тиамат и ее источника. При этом надо во все это как‑то вписать вопрос детей. Вероятно, все же правда, что ни от кого, кроме аннунаков, детей я завести не смогу. Но они почти вымерли. Остатки народа в полторы тысячи человек – это даже меньше чем ничего. А что будет с моими гипотетическими детьми, которых я в теории могу родить в будущем? Как они будут жить?

О создании семьи с кем‑то из аннунаков речи быть не может после всего, что случилось со мной на их корабле. Да и они меня за личность не считают, я для них раб. Забрать генетический материал – это значит, нужно будет со временем искать вариант искусственного оплодотворения. Но до этого еще дожить надо. А хранить все это где? Планету нужно подбирать развитую. А что я могу предложить развитой планете, кроме своих навыков телепортации, которые у меня вроде как есть, но которые пока не освоены. И нужно ли это мое умение продвинутым иным цивилизациям? Координаты планет надо будет просить проверить Нибиру – есть ли там разумная жизнь или нет, если есть, то насколько я могу быть совместима с их жизненным укладом, какой климат, в конце концов, там.

Наверное, сейчас самый оптимальный вариант сделать максимум по освоению своих способностей управления кораблем. Ишум, мне сейчас нужен Ишум. Я вылетела из спальни в кабинет, села за стол и, не задумываясь, умудрилась активировать экран связи. Так, а как это у меня получилось? Как только начала раздумывать над своими действиями, то уверенность рук куда‑то испарилась и все знание куда-то улетучилось. Я смотрела на пустой светящийся экран и думала: а что дальше делать и как вызвать Ишума на разговор. Мне пришла в голову идея, если я в ядре активировала какие‑то виртуальные клавиатуры, то, может, и тут есть что‑то подобное? Перчатки и прочие атрибуты до сих пор на мне. Решено. Пробую.

Я отдала перчаткам команду об активации виртуальной клавиатуры. Передо мной появилось знакомое поле. Теперь надо искать среди надписей что‑то связанное со связью. Какое‑то время я пристально смотрела на огромное количество пиктограмм. Ага, нужный значок найден. И что теперь? Думаю, надо нажать его. Открылась новая таблица с видами связи. Выбрала внутреннюю связь корабля. Нашла связь с личными помещениями, а там из списка выбрала «Ведущий золотого сияния» и снова нажала. Вначале передо мной появился пустой кабинет. Может, он в спальне? Не ему одному делать сюрпризы и появляться в чужих жилых помещениях. И я приказала системе открыть экран в его спальне. Я успела увидеть поворачивающегося к экрану Ишума с удивленным лицом. И связь пропала. Все это заняло какие‑то доли секунды.

– Не поняла, это что так мало энергии, что даже связь нормально не работает? – подумала я.

– Это ты чего‑то не понимаешь. Мы договаривались, что ты не будешь себя выдавать, – раздался в моей голове голос Нибиру. – Я успел в последний момент отключить связь. И скорее всего он тебя не увидел. Они не имеют такого доступа к системам корабля. Даже Ишум, который второй после тебя по силе золотого сияния, не может того, что сейчас сделала ты. И он сейчас направляется сюда. Думаю, тебе сейчас лучше выйти из кабинета и либо уйти хоть к той же площадке перед садом, либо сделать вид, что ты спишь. Нет, спать – это не очень хороший вариант. Лучше иди к площадке.

– Хорошо, – покорно согласилась я и вышла.

Когда почти дошла до площадки, то заметила, что там кто‑то уже есть. Это была женщина. Она стояла, положив одну руку на прозрачную перегородку. Я не знала надо ли здороваться и как‑то объяснять свое присутствие. Потом решила, что лучше тихо, не беспокоя ее своим присутствием, уйду в другой конец площадки.

– Нибиру, как сделать так, чтобы появилось какое‑нибудь место для сидения.

– Пока никак, Анна. Для всех ты этого еще не можешь. А вообще, просто мысленно приказать. Тебе даже прикасаться ни к чему не надо. Тебя корабль услышит и так.

Я решила, раз нельзя показывать возможности, а стоять не хочется, то сяду просто на пол. Что и сделала: села рядом с прозрачной перегородкой на пол и уперлась лбом в нее. Я все время пыталась разглядеть что‑то еще, что там есть за деревьями.

– Нибиру, а ты знаешь, почему они не могут вернуться обратно на свою планету?

– Насколько мне известно, что весь род Апсу, или сияющего Ану, как они себя называли, со всеми членами семьи, кровными и некровными, со всеми работающими на их клан аннунаками, изгнали родной планеты. Они пытались сместить действующую власть и встать во главе союза их планет, но были раскрыты. За такое предательство ответил весь род. Энлиль, Энки, Нергал, Думузи, Иннана, да и много кто еще из ближнего круга Апсу участвовали в этом заговоре. Сам Апсу хоть и не участвовал, он даже не знал ни о чем, но как глава клана тоже должен был нести ответственность за это.

– А как Тиамат попала в эту историю?

– Незадолго до этого события Тиамат сочеталась с Апсу священным браком, поэтому так же попала в изгнание. Хотя для нее хотели сделать исключение и оставить – слишком она была талантлива даже на фоне их очень развитых и продвинутых технологий. Их клан хотели изгнать на этот безжизненный планетоид. Это была бы почти верная смерть. Но Тиамат создала очередной научный проект, в результате которого жить стало можно не на внешней поверхности, а внутри планетоида. Ядро было накачано золотом, атмосфера корабля – тоже. В общем, в течение года, по твоему времени, было создано все, что ты видишь, а затем они улетели с родной планеты навсегда.