Читать книгу "Свободный брак"

Глава 32. Костя

– Ну, я пойду, – заявляет Катерина, как только мужики уходят и я остаюсь лежать на кровати. Пока один.

– А я? – стону жалобно.

– Скажите, кому позвонить, я вызову.

– Нет уж. Ты моя будущая жена и ты будешь за мной ухаживать. У тебя сердце вообще есть? Посмотри, до чего ты меня довела.

По глазам вижу, что сомневается какое-то время. Хмурится, сжимает губки. Но, в конце концов, произносит:

– Ладно. Только недолго. Мне еще к зачету готовиться.

– Хм. На кого учишься?

Я, конечно, знаю про нее почти все, но надо же как-то разговорить вредину.

– Вам неинтересно будет, – отмахивается и кладет сумку на стул. Осматривается. – И зачем такая большая кровать? – пожимает плечами. – Вы на ней не теряетесь?

– Нет, – смеюсь я. – Удобная ведь очень. Оценишь. Потом.

Закатывает глаза и замирает. Пялится в мой потолок.

– Нравится? – усмехаюсь я, наслаждаясь ее реакцией. О да, детка, мой потолок всем нравится. На всех правильно действует.

– Вопрос про кровать отпадает сам собой, – бормочет она. – Зачем вам в спальне зеркальный потолок?

Медленно опускает взгляд на меня. Складывает руки на груди.

– Иди сюда и оцени, – киваю на кровать рядом с собой. – И хватит уже мне выкать, Катерина. Я, конечно, ценю твое стремление проявить так уважение к мужу, но…

– Так. Ладно, – произносит по-деловому. – Скажите, чем вам помочь, и я пойду.

– Я не завтракал даже сегодня еще, – намекаю я. – Сил на восстановление нет вообще.

Катерина понимает сразу. Хмыкает и выходит. Ну, надеюсь, не спалит мне там ничего из вредности.

Через какое-то время до моего носа доносится такой приятный аромат, что пиздец! Терпеть сил нет никаких! Я ведь и правда без завтрака. И без обеда, получается. И все из-за нее. Ресторан же отменился. Из-за катка и долбанного Феди.

Встаю. У меня, конечно, ничего не болит, но нельзя Кате показывать, что все в порядке. Улизнет ведь.

Решаю переодеться. В джинсах не очень удобно. Снимаю их, потом и боксеры спускаю и просто офигеваю. У меня на заднице огромный такой синяк. На всю левую ягодицу. Прощупываю и морщусь. Больно! Это мне коньком, похоже, так заехали.

Пиздец! Синяк на заднице! Кому рассказать…

В животе громкое урчание. Запах не дает покоя. Пахнет реально вкусно. Ммм, то есть моя жена еще и готовить умеет?

Возвращаю на место боксеры и надеваю спортивные штаны. А рубашку снимаю. И хромаю на запах.

Встаю в дверном проеме. Катерина ко мне спиной у стола. Прохожусь взглядом по фигуре. Снять бы этот балахон. Ну, мешает же. Вот, ножки стройные видно. И попка выглядывает в обтянутых джинсах из-под кофты. А талия? Скрыта.

Девчонка оборачивается и замирает, заметив меня. Взгляд на грудь мою скользит и я напрягаю мышцы. Но Катя быстро возвращает взгляд мне на лицо.

– Вы зачем встали? Вам же нельзя. Медсестра сказала, – хмурится и строго смотрит.

– Есть хочу, – честно говорю я и, все еще хромая, иду к стулу.

Присаживаюсь и понимаю, что не могу сидеть-то. Задница болит!

Встаю.

– Ничего у вас в холодильнике не нашла, – произносит Катя. – Поэтому вот, – и ставит передо мной тарелку с оладушками. Как у мамы прямо.

– А я люблю оладушки, – улыбаюсь я.

– Вы стоя есть будете?

– Да. Так больше войдет.

Вот, вроде, и есть увечье. И пристыдить девчонку можно. Это же из-за нее у меня на заднице синяк. Но, сука, стыдно как-то про жопу-то разговаривать.

– Вкусно, – киваю я, проглатывая очередную оладушку.

Они и правда очень вкусные.

– Мне нравится, что ты готовить умеешь. Сейчас редко кто из девушек умеет.

– Может, вам просто такие не попадались? – смотрит ехидно.

– Может, – киваю я. – Но вот ты попалась. И все же, Катерина, зачем тебе замуж, а? Ты же тоже не в восторге от идеи моего дядюшки. Вижу я.

– Да я уже и не уверена, что мне это надо, – вздыхает как-то грустно и взгляд опускает. – И вам проблемы…

Вытираю рот салфеткой и иду к ней. Встаю совсем близко.

– Кать, – разворачиваю ее к себе и локоть не отпускаю.

Поднимает на меня взгляд. Пиздец, какие глаза у нее. Смотрит ими.

Тяну чуть на себя.

– Я помочь могу, – говорю уже тише. – Безвозмездно. Как муж жене. Мы же одна семья.

– Еще нет, – шепчет и чуть отстраняется, потому что я наклоняюсь.

Не знаю, что это такое, но тянет меня к ней. Вести начинает. Губы эти. Облизать бы их. Чтобы блестели.

Взгляд скользит на тонкую синюю ниточку на шее. Бьется так. Что такое, девочка? Возбудилась? Я тоже.

Хорошо, что боксеры оставил. Так бы палатка сейчас в штанах была.

Наклоняюсь еще, уже улавливаю ее аромат и как будто тепло кожи ощущаю.

Девчонка приоткрывает ротик свой.

Тяну ее ближе и она ладошками касается моей груди. И это пиздец! Как удар током! Мне кажется, у меня даже волоски на груди дыбом встают. А член дергается в штанах.

– Катерина, – хриплю я, еще приближаясь.

Вот сейчас. Облизываю свои губы и почти касаюсь ее, но…

Глава 33. Костя

– А! Подгорели! – вскрикивает Катя и резко толкает меня от себя.

Да так сильно и прямо в живот. Ну, хорошо хоть не в яйца на этот раз. А то такими темпами она точно мне непоправимый ущерб нанесет.

Принюхиваюсь и ощущаю запах гари. И точно. Катя держит в руках сковородку, а на ней черные оладушки.

– Ну, вот, продукты перевела, – вздыхает девчонка и с грустью смотрит на угольки.

Забавная, все же.

Усмехаюсь, беру у нее сковородку и ставлю ее в раковину. Плевать вообще на оладушки и на все остальное.

Я ее хочу.

Подхватываю за талию и сажаю на стол и быстро встаю между раздвинутых ног, пока не сомкнула их.

Катерина смотрит на меня круглыми глазами. Не сориентировалась. Я все это быстро провернул.

– Что вы делаете? – шепчет, когда я почти касаюсь ее губ.

– Успокоить хочу, – ухмыляюсь я. – Кать, пиздец как хочу тебя. Ну, хватит строить из себя. Ты же видишь все, не маленькая, – и красноречиво толкаюсь в ее бедро торчащей ширинкой.

А она словно отползти пытается.

– Вы что… вы обманули меня, да? Вы не больной вообще? – хлопает глазками своими.

Трахнуть. Просто вот взять и трахнуть. Ну, сколько можно?

– Еще какой больной! – дергаю за задницу ее на себя так, чтобы ширинка теперь ей четко между ног уперлась.

Ох, сука. Кайф какой! И тяжело одновременно. Член так и рвется наружу.

– Пиздец какой больной! – хриплю я, утыкаясь носом в тонкую шейку. Кончиком носа прямо чувствую, как бешено бьется венка.

– Перестаньте! – пытается оттолкнуть меня, но я удерживаю ее. – Какой же вы подлый! Отпустите!

– Кать! – фиксирую ее руки, отстраняюсь и строго смотрю в разгневанный взгляд. – Мы все равно муж и жена почти! Почему мы не можем получить удовольствие? Хватит ломаться! Я хочу тебя. Ты меня хочешь.

– С чего вы взяли? Вы мне противны!

– Да? – приподнимаю бровь.

И почему я сейчас уверен, что врет? Наверняка потекла уже. Вижу же по глазам, по частому дыханию, по сухим губам. И мурашки вон.

Обхватив одной рукой ее запястья, лбом упираюсь в теплый лоб Катерины. Делаю еще один толчок под ее возмущенный взгляд. А потом второй рукой ловко и быстро расстегиваю замок на джинсах и просовываю туда ладонь.

Катерина дергается и пытается освободиться. Но я лишь усиливаю захват. Не отпускаю ее взгляд и пальцами мягко провожу по кружевной ткани трусиков.

Быстро смотрю вниз. Белые.

– Я красные люблю, – хриплю, возвращая взгляд на лицо девчонки. – Подарю тебе.

– Что вы делаете! Прекратите! – опять возмущается она и толкает меня плечом.

– Проверить хочу, как я тебе противен, – усмехаюсь и просовываю большой палец под трусики.

Ох, блять. Яйца так тяжелеют, что прямо тянут вниз. Ощупываю ее пальцем там. Так-так, киска гладкая, ухоженная. Плюс моей будущей жене.

Я так возбужден, что в штанах пылает просто все. Кровь кипит. Такое ощущение. А член того и гляди порвет и боксёры, и штаны. Веду губами вниз и целую нежную кожу на шейке.

– Придурок! Отпусти! – вот он, самый жирный минус моей невесты! Но ничего, мне прямо интересно даже усмирить ее. Заставить слушаться. А что так и будет, я даже и не сомневаюсь.

– А так? Тоже отпустить? – и я чуть толкаю в нее палец и касаюсь клитора.

Катерина сразу же замирает. Смотрит на меня, не моргая. И ротик свой приоткрывает.

– Ой, а что это тут у нас? – с ухмылкой спрашиваю я, наклоняя голову и размазывая пальцем смазку.

Ну, течет ведь! Течет, блять! Тоже хочет.

Пальцами отодвигаю тонкую ткань и уже ладонью прохожусь по гладкой коже.

– Кать, – шепчу, приближаясь к ее губам, – давай, а? У меня яйца сейчас лопнут от напряжения. Так хочу тебя. Тоже ведь хочешь. Вон, как течешь, – развожу пальцами складки и средним пальцем толкаюсь чуть вглубь.

Сука, а узко-то как! Пиздец просто!

Представляю, как член будет протискиваться туда и прямо стону от предвкушения.

Ищу ее губы и накрываю их. Толкаюсь языком. Сладкая. Очень вкусная.

Только вредная что пиздец! Упорно пытается вытолкнуть мой язык из себя. Но я в итоге подавляю ее и чуть прикусываю нижнюю губу. Опять стону.

Кайф какой. В башке туман. Мозги отключились и работает сейчас одна голова. И не та, что сверху.

Я так хочу эту вредину, что свихнусь, если не трахну ее прямо сейчас и здесь.

Но узко, блять! Почему так узко-то?! Надо бы разработать. Мой размер для такой узкой киски явно великоват будет.

Толкаю еще палец и девчонка дергается. Что-то мычит мне в рот.

Обвожу по кругу внутри нее, а большим пальцем натираю клитор. Почему не расслабиться до сих пор?! Течет ведь!

Еще палец вперед и, сука. Это что, блять?!

Теперь уже я замираю и, так и застыв, смотрю в круглые глаза Катерины.

Аккуратно прощупываю кончиком пальца. Сука!

Отрываюсь от губ. Часто дышу. И, видимо, ослабеваю хватку, потому что девчонка тут же пользуется этим и толкает меня от себя.

Я вынимаю из нее палец и смотрю на него.

Щеки Катерины становятся бордовыми. Опустив взгляд, она пытается застегнуть джинсы, пряча от меня свою киску. А я, блять, словно офигевший стою и пытаюсь осознать.

И, вот, наконец, когда первый шок проходит и я решаюсь спросить, раздается звонок в дверь. Оборачиваюсь, но открывать не спешу.

Опять перевожу взгляд на девчонку.

– Ты что… – успеваю произнести, но теперь, сука, звонит телефон. Бросаю взгляд на экран – дядя. Блять, как всегда невовремя! – Да, – отвечаю ему, а сам от девчонки не отрываюсь.

– Костя, ты чего не открываешь? Звоню-звоню. Открывай давай! Я же знаю, что ты дома.

Дядя.

– Сейчас, – рявкаю я и отбрасываю телефон.

Сжимаю рукой член. Со стояком к дяде идти – это, конечно, пиздец.

Но на помощь приходит Катерина. Она вдруг подрывается и бежит в коридор. И я оттуда уже слышу голос дяди:

– О, Катерина! И ты здесь? Как хорошо! Ну, как? Знакомитесь, да? Узнаете друг друга?

Девчонка что-то пищит. Я не слышу.

Член все еще стоит и не собирается падать. Да сука! Вколачивать бы его сейчас. Но, блять, Катя! Вот это сюрприз!

Но сейчас не до этого. В попытке спрятаться от дяди захожу за барный высокий столик – так мой стояк не заметен.

– О! И все так чинно и по-семейному! – дядя радостно заходит и хлопает в ладоши. – Оладушки! Сама напекла? – спрашивает у Катерины.

Та все еще взгляда не поднимает. Просто кивает. А щеки-то горят.

Я смотрю на нее исподлобья и понимаю, что это пиздец как не помогает успокоиться. Наоборот, смотрю на нее и так и вижу эту картинку, что мои пальцы в ней. И член тоже туда хочет. Опять дергается, сука.

Прислоняюсь им к ножке стола.

– Ну, что ж, я рад! – дядя, по-моему, единственный, кто действительно рад. – Угостите?

Катя опять молча кивает. Достает и ставит перед ним тарелку. На меня не смотрит. А я, наоборот, с нее глаз не свожу.

Вот это сюрприз от невесты. Ну, нихера себе.

– Костя, а ты что же? Иди к нам, – машет мне дядя. – Чего там стоишь как неродной? Иди!

– Спасибо, – цежу я. – Я уже поел. Стою, вот, жду, когда переварится, чтобы новую порцию. Пожаришь для меня еще, Катя? – слежу за девчонкой. – Люблю жарить и все жаренное.

Вижу, что щеки Кати вспыхивают новым румянцем. Ты ж моя девочка.

– Вредно много жаренного-то, – вмешивается дядя. – Дисфункцию заработаешь.

– Пока никто не жаловался, – хмыкаю я.

– Извините, мне пора, – слышу, наконец, голос Катерины и она, так и не подняв на меня взгляда, просто-таки сбегает.

Смотрю ей вслед, матеря про себя дядю. Если бы не он…

– Чего стоишь там, спрашиваю? – окликает меня его голос. – Что у вас тут произошло вообще?

– Ничего особенного, – пытаюсь шутить. – Сам же хотел, чтобы мы получше узнавали друг друга, сближались. Ну, вот, – улыбаюсь уголком губ.

– Смотри мне, Костя, – дядя вдруг резко становится серьезным и хмуро смотрит на меня. – Обидишь мне Катерину! Я тебе…

– Слушай, Николай, – я тоже злюсь. Да что он со мной как с мальчишкой! Мы взрослые люди с Катей, сами все решим. Я теперь еще сильнее решить все хочу. Но сначала – дядя. – Ты мне сам невесту эту нашел. Я ищу с ней контакт. Пытаюсь исполнить твою волю. Что опять не так-то? Что ты от меня хочешь вообще?

– Чтобы Катя не стала одной из твоих прошмондовок! Так понятно? – хмурится и встает. – Не вздумай испортить мне девчонку или огорчить ее!

– Да в смысле? – взрываюсь я. – Я что, должен жениться не пойми на ком? А вдруг мы не подойдем друг другу? Что за бред вообще? Еще скажи, что спать мы с Катей будем только после свадьбы.

– Да, – спокойно отвечает дядя и поправляет галстук. – Только после свадьбы. И попробуй только сжульничать тут!

Я хмурюсь и отвожу взгляд в сторону.

– Значит я могу трахать кого-то на стороне, – бурчу, скорее, чтобы дядю позлить.

– Рискни.

Резко поднимаю на него взгляд.

– Хочешь сказать, что я должен хранить себя до свадьбы?

– Именно.

Как же меня раздражает его спокойный и уверенный тон.

– Не волнуйся, Костя, – дядя подходит и хлопает меня по плечу. – Свадьба не за горами. А пока, – и он опускает взгляд вниз. Ну, и наверняка видит, чем я в ножку стола упираюсь. – А пока мебелью займись, – ухмыляется. – Ремонт, что ли, сделай. Дрова поколи. Ахахаха!

– Какие еще нахрен дрова? – бурчу недовольно, поправляя член. Что уж, видел же.

– В общем, мы поняли друг друга, – чуть сильнее хлопает по спине. – Давай, не буду тебя отвлекать от починки мебели! Ахахаха!

Дожидаюсь, пока за ним дверь закрывается, и бегу в душ. Знаю, что просто так член не упадет. Перед глазами так и всплывает лицо Катерины с приоткрытым ротиком и напуганными глазками.

Глава 34. Костя

Еще я до свадьбы не ждал! Что мне руки тренировать, что ли? И так правая уже болит. Когда я в последний раз занимался этим непотребством?!

Да и не сравнить это. У нее там так мягко и тепло. И влажно. Палец правда с трудом протиснулся, но, когда вошел…

Черт. Опять возбуждаюсь. Привстает дружище. И не руку хочет. Нет.

После ухода дяди и попытки снять напряжение в душе я плюхаюсь на кровать. Один. И правда пытаюсь уснуть. Но нихера не выходит. Тогда встаю и достаю из бара начатую бутылку виски. Отпиваю, чтобы хоть мозги на место встали.

Опять ложусь, отхлебнув еще. Закрываю глаза и передо мной Катерина. Смотрит так на меня и губки свои облизывает. И палец мой в ней подготавливает ее для меня. Растягивает.

Сука.

Не замечаю, как сжимаю член, а он опять встает.

Ну, она же целка, блять! Целка! Я не мог ошибиться. У меня, конечно, давно не было таких. Все больше опытных предпочитаю. Но, блять, это что же? Я первым буду у нее? Конечно, я. Кто еще-то?!

Ох, Катя-Катерина, девочка-загадка. Девочка.

Лыблюсь как дурак, наверное, и вожу по стволу.

Сука. Это ненормально! Я сейчас должен вбиваться в Катю, а не терзать свой кулак!

Быстро довожу себя и вскакиваю с кровати. Одеваюсь и еду к дому Катерины. Я уже знаю, где она живет. Стою у подъезда и набираю ее по телефону. Отвечает не сразу. Спит, наверное. Раздраконила и уснула! Стерва!

– Да? – мягкий нежный голосок. И точно спросонья.

– Кать, это я. Открой.

Тишина. Не верит? Даю ей время. Главное, чтобы трубку не положила.

– Кать…

– Вы где? – голос уже строже звучит.

– У дома твоего. У подъезда, – задираю вверх голову и вижу, как в одном из окон мелькает свет и появляется тонкая фигурка. Улыбаюсь и машу ей.

– Вы спятили? Что вам надо?

Ну, странный вопрос вообще. Но, если сказать правду, то ведь не откроет.

– Извиниться хочу, – вру я. – Кать, открой. Ну, холодно здесь. Ночь же, а я в майке одной.

– Езжайте домой. Все.

И гудки.

Блять!

Да что за нахрен вообще?! Что она себе позволяет?!

Смотрю на окно. Свет в нем гаснет.

Опять звоню. Ну, пусть только попробует не ответить! Но нет, Катя отвечает. Правда я прямо ощущаю ее недовольство даже через трубку телефона.

– Ну, что вам надо, а? Вы время видели? Я сплю уже!

– А я, вот, не могу. Пусти.

– Чтобы я тоже не смогла спать?

– Я знаю занятие поинтереснее, чем спать, Катерина, – говорю с улыбкой.

– Всё?

Так. Сейчас ведь опять трубку положит!

– Не всё, – говорю уже серьезно. – Если ты меня не впустишь сейчас, я… я начну камнями в окна пулять. Я могу. Поверь мне.

Смотрю на окно. Катя уже там. Чтобы видела, я осматриваюсь и хватаю булыжник с клумбы. И замахиваюсь.

– Стой! – слышу в трубку тут же. – Придурошный!

Язык бы ей оторвать! Впрочем, нет. Пригодится еще.

– Я сейчас спущусь, – кидает она и потом гудки.

Вот так-то, Катерина. Все будет по-моему. Привыкай просто и все.

Довольный собой кидаю булыжник и тут мое внимание привлекают цветы на этой самой клумбе.

Блять, надо бы ей букет, что ли, подарить? Девочки же любят. Но она уже спускается, вон, не успею в салон сгонять. Ай!

Наклоняюсь и рву разноцветное великолепие прямо с клумбы. Осматриваю импровизированный букет. Нормально! Красиво же!

Тут как раз и дверь подъезда со скрипом открывается и в слабом свете появляется Катерина. Ну, красивая, блин. В каких-то непонятных спортивных штанах и кофте с капюшоном на голове. Но красивая.

Она выходит и смотрит на меня строго, сложив руки на груди.

– Вы с ума сошли? – спрашивает первой.

– Ну, почти, – ухмыляюсь я. – На. Это тебе! – и протягиваю ей свой букет.

– Вы что?! Клумбу оборвали?! – хлопает на меня своим глазками. – Там же… Там земля! Ужас какой! Вы что же это делаете, а?

Земля? Хм. Смотрю на букет и правда – я некоторые цветы прямо с корнем выдрал. Ну, блин, это уже придирки какие-то!

– У тебя ваза есть? – спрашиваю я.

– Да, – как-то с подозрением смотрит на меня.

– Пойдем поставим, – и шагаю к ней.

– Неа, – мотает головой. – Не думайте, что вам удастся проникнуть ко мне в квартиру. Даже с букетом с клумбы.

Я начинаю злиться.

– Тогда поехали ко мне, – говорю серьезно и опускаю букет. Потому что брать его Катя, похоже, не собирается.

– Вы за этим приехали? Там, вроде, что-то про прощение звучало…

– Ну, а как прощения-то просить на улице? Неудобно же.

– Да? – приподнимает бровь.

Ступаю к ней. Откидываю букет нафиг и руки кладу на талию девчонки.

– Кать, ну, мы же не договорили, – наклоняюсь и шепчу. И опять ощущаю просто-таки дикое желание сжать ее и впечатать в себя. – Только начали… узнавать друг друга… продолжим?

Приближаюсь к ее мягким губам и тут мне что-то прилетает на голову. Вот, реально! Глухой удар и незначительная, но все же боль.

– Ай, блять, что это?! – отпускаю Катю и хватаюсь за башку. И слышу звук закрывающегося окна сверху.

Так, блять. Катя здесь. Значит, это не она на меня что-то бросила. Но кто еще тут может хотеть причинить мне вред?! Кто?!

Слышу тихий смех. Перевожу взгляд на девчонку. Смеется. Ну, вот, смеется и все!

Я потираю место удара на макушке.

– Это что за фигня, а? – спрашиваю у нее строго.

– Зинаида Семеновна опять котов прикармливает, – сквозь смех отвечает она.

А я в этот момент снимаю с волос какую-то обертку.

– Тьфу, блять! – ругаюсь, отбрасывая ее с себя.

– Ахахааха! – уже не стесняясь, смеется чертовка и я хватаю ее за локти, прижимаю к себе и впиваюсь в губы.

И тут за спиной раздается сирена. Негромкая, но очень даже хорошо различимая.

Отрываюсь от Кати и оборачиваюсь. Рядом с нами останавливается полицейская машина. Дверь открывается и из нее выходит патрульный. Нахмурившись, смотрит на меня.

– Привет, Алексей, – вдруг произносит Катя и стряхивает с себя мои руки.

– Привет, Екатерина, – отвечает полицейский.

Хм. То есть они знакомы?

– Все в порядке тут? – спрашивает парень, опять оглядывая меня.

– Да, Алексей, все в полном порядке. Я, вот, мусор вышла вынести, а тут молодому человеку плохо стало, – улыбается и смотрит на меня. – Пришлось подхватить, чтобы не упал. Как хорошо, что ты здесь! Поможешь ему? Может, «скорую» вызвать?

– Помогу, конечно, – полицейский зачем-то поправляет кобуру и направляется ко мне. – А ты домой давай! И мусор вечером выноси, а не ночью.

Да в смысле?! Почему он ей указания дает? И главное! Почему она его слушается?!

С улыбкой кивает и, бросив на меня хитрый взгляд, забегает в подъезд.

– Ну что? – от офигевания от происходящего меня отрывает голос полицейского. – Помощь нужна? – хмыкает и смотрит на меня. – Или сами справитесь?

– Спасибо. Пожалуй, сам.

– Ваша машина? – кивает на мою малышку.

– Да.

– На газон заехали задним колесом. Не порядок.

– Сейчас съеду, – цежу я, косясь на окна Кати.

Полицейский так и стоит. Словно ждет, чтобы я уехал.

Я ухмыляюсь и иду к машине. Сажусь и трогаюсь с места. А этот все еще стоит.

Что, блять, еще за телохранитель?!