Читать книгу "Моя человечка"

Глава 21. Условие

Дэнрион

*

– Всё сложно? – удивился я. – Почему?

– Понимаешь, она гарем для себя требует. Мужской. Один я её не устраиваю, – мрачно усмехнулся он.

– Ты шутишь! – опешил я. – Нет, ты не шутишь…

– Она не хочет стать моей лаирой, представляешь? А жениться на ней или вообще на ком-либо я морально не готов. Эмили преподала мне хороший урок в этом плане, – пояснил Лин.

– А откуда она вообще? – спросил я. – Ни разу не слышал, что среди аксуинов есть принцессы.

– Она не с Авроры, Дэн, – покачал головой брат. – Вчера в бункере я пытался вернуть свою магию, Тайрин мне помогал. Вот только я немного ошибся, читая заклинание, и вместе с магией получил ещё бонус – принцессу из другого мира. Я нечаянно убил её раба-медведя. А потом испепелил её диадему, – тяжело вздохнул Лин, а я оторопел, представляя эту сцену. – Виктория хотела кинуть в меня дарканом, но не смогла. У неё была остановка сердца. Я её откачал. Она обрела способность понимать наш язык и говорить на нём. И теперь я несу за неё ответственность.

– Ты влюбился в неё? – спросил я его прямо.

– Сам не знаю, – растерянно пожал он плечами, задумчиво уставившись в одну точку на стене. – Но должен признать, что не могу оставаться равнодушным рядом с ней. Я мечтаю, чтобы она принадлежала мне, была моей. Но она не хочет. Категорически против того, чтобы стать наложницей, даже лаирой. Сейчас я даю всем понять – и слугам, и придворным, – что она моя любовница. Надеюсь, это убережёт её от нападок. Но она не может долго находиться в статусе моей гостьи. Надо что-то решать. Чтобы вернуть её домой, нужно знать точные координаты её планеты, а Виктория не может их назвать. Так что теперь она будет жить на Авроре. Если мне не удастся завоевать её сердце и убедить стать лаирой, мне придётся выдать её замуж. Возможно, за тебя, – Лин пристально посмотрел мне в глаза.

– За меня? – опешил я от такой новости.

– Ты единственный, кому я доверяю, Дэн. И я знаю, что ты её не обидишь, – заявил мне брат.

– Но… она же требует мужской гарем, ты сам сказал, – сильно растерялся я.

– Я обещал ей, что если она станет моей лаирой, то со временем, где-нибудь через годик, я выдам её замуж в страну с матриархатом. Но поскольку она отказывается, то пускай довольствуется только тобой. Ты молодой, горячий. Уверен, ты сможешь удовлетворять её в постели так, что она даже думать не будет о других мужиках, – на его скулах заиграли желваки.

– Не думаю, что это хорошая идея, – в шоке покачал я головой. – Ну ты сам посуди: какой из меня муж? Я же всё время в военных походах пропадаю. Ей будет одиноко в моём замке.

– Заделаешь ей малышей, и тогда ей будет чем заняться, – ответил Лин. – В крайнем случае, если она продолжит настаивать на гареме, который якобы положен ей по статусу, подарю вам замок в королевстве Тензания. Переберётесь туда. Там красивые края, много озёр и принято многомужество. Пусть проводит отбор, выберет себе мужей – из тех, кого одобришь ты сам, лично. У тебя в легионе много отличных парней, так что подумай – кому ты доверяешь и будешь не против принять в семью. Ты брат правителя-теймура, и наверняка найдётся много желающих породниться с тобой.

– Но я не хочу делить свою жену ни с кем, – ошарашенно заявил я.

– Тогда укатывай её в постели так, чтобы она забыла о гареме, – шумно вздохнул он. – Я отвечаю за неё, Дэн. И хочу, чтобы она была счастлива. Я попытаюсь завоевать её сердце, но, если у меня не получится – ты мой запасной вариант. Пристрою её в твои надёжные руки. А там уже только от тебя будет зависеть, будешь ли ты её единственным мужем, или нет.

– Лин, это твоё условие, чтобы моя мать избежала темницы? – напряжённо уточнил я.

– Да, – он взял со стола бокал, поднёс ко рту, но при этом так сильно его сжал, что хрупкое стекло с тихим хрустом рассыпалось на осколки, и вино пролилось на камзол.

– Проклятье! – вскочил Лин, встряхивая окровавленную руку.

– Помочь? – вскинул я бровь. Никогда не видел брата таким нервным. Злым, подавленным, расстроенным – да. Но чтобы он бокалы в руках крошил – таким я его не припомню.

– Справлюсь, – тряхнул он головой, очищая себя с помощью магии. Только исцеление пореза у него не получалось.

Не выдержав, я всё же подошёл к нему и прикоснулся к его ладони, заживляя рану.

– Всё будет хорошо, Лин, – приободрил я его, и брат с благодарностью мне кивнул.

– Спасибо, Дэн. Надеюсь, твой план по корректировке памяти сработает, и мне не придётся отправлять Дайринэль в тюрьму, а тебе – меня хоронить, – глухо отметил он.

– А я надеюсь, что твой план тоже сработает, девушка согласится стать твоей лаирой и мне не нужно будет жениться в столь юном возрасте, – чуть нервно хмыкнул я.

– Она замечательная, Дэн. Тебе очень повезёт, если она станет твоей, поверь, – в глубине синих глаз Лина промелькнула тоска. – Я разрешаю тебе поцеловать её. Тогда сам убедишься. А я, если не смогу завоевать её, просто смирюсь с тем, что счастье в личной жизни мне не светит. Заведу себе новый гарем и стану распихивать девчонок по мужьям, как только они будут мне надоедать. Я был готов на всё ради Эмили, всё королевство хотел кинуть к её ногам. И что в итоге? Она предпочла меня зеленокожему орку. Почему? Что со мной не так? Я же всегда был с ней ласковым и нежным, старался угодить во всём. Член у него, что ли, толще? – с досадой махнул он рукой.

– Некоторым женщинам нравится, когда с ними обращаются грубо. Для вида возмущаются, а на самом деле их это заводит, – предположил я, пожав плечами. – Кстати, об Эмили. Что эта дамочка тут делает?

– Орк её бросил, а папаша выставил за дверь. Оба сказали ей, что она поступила глупо, отказавшись стать женой правителя-теймура, – Лин снова потянулся к бутылке, но передумал.

– И ты её пригрел? – удивился я.

– Ненадолго. Сегодня же поговорю с её родителями, надавлю на них, а завтра она отправится домой. Есть у меня на примете один герцог, достаточно грубый, чтобы сделать их брак идеальным, – хмуро усмехнулся он. – Хорошего тебе дня, Дэн, – похлопал он меня по плечу и направился к выходу. – И не забудь книгу вернуть в библиотеку, – кинул он мне с иронией уже в дверях.

Глава 22. Особенная

Дэнрион

*

Я сделал магические оттиски нужных мне страниц с заклинанием по корректировке памяти, потом перекинул их в инфокристалл и понёс возвращать книгу в библиотеку.

Идя по длинным коридорам, размышлял, как мне провернуть нужный ритуал с матерью и где вообще её сейчас искать, но мысли снова и снова возвращались к зеленоглазой человечке. Я понимал, почему Лин в случае своей неудачи в обольщении хочет сделать её мужем именно меня.

Во-первых, я подходил ей по возрасту и статусу. Она принцесса, я принц, мы оба молоды, тут всё идеально. Но самое главное – я был одним из немногих эльфов в Ринадейле, для кого были неважны расовые различия. Я всегда относился к слугам-аксуинам так же ровно и благожелательно, как и к слугам-эльфам. Для меня главное – это чистота души, её свет. Искренность, порядочность, доброта. Только это имеет значение.

А большинство моих сородичей ценят лишь фантики, внешнюю обёртку, за которой зачастую скрывается совсем не шоколад. К счастью, Лин был не таким. За это я его и любил. Он стремился во всём докапываться до сути, и при общении с кем-либо пытался постичь его главную сущность – корыстную или щедрую, трусливую или отчаянно храбрую, честную или лживую.

Жаль только, что он так эпично ошибся в Эмили. Не разглядел, что она из себя представляет. В любом случае, всё, что нас не убивает, – делает сильнее.

Стоило мне только подумать о бывшей невесте брата, как я тут же услышал её визгливый голосок. Как у Лина уши в трубочку не сворачивались?

Сначала я решил, что она ругает в библиотеке какую-то служанку. Но, подойдя поближе, был возмущён до глубины души: эта наглая девица бессовестно отчитывала Викторию!

При этом поведение самой зеленоглазки было по-королевски достойным. Если где-то в глубине души у меня и были сомнения, что она настоящая принцесса, то именно в этот момент они отпали. Она не опустилась до ответного хамства, а лишь припечатала эльфийскую стервочку строгим взглядом с парочкой молний.

На месте Эмили я бы тут же заткнулся, но наше розовое недоразумение понесло. Пришлось вмешаться и поставить любительницу орков на место.

Когда та ретировалась из библиотеки, я опустился на диван, сев вплотную к Виктории. Мне было интересно, как она на это отреагирует. Но в глазах девушки не было ни капли осуждения за то, что я нарушил этикет – не спросив её дозволения, бесцеремонно уселся рядом с ней. Наоборот: при взгляде на меня в её изумительных очах плескалось восхищение, которое грело мне душу. Это было так здорово – даже просто находиться возле неё.

Её изящные нежные ручки впихнули в мою ладонь книгу, которую она читала, и я мысленно присвистнул от удивления. Не какой-нибудь любовный роман, а «История Авроры» Мейтиэля – когда-то этот томик был моей настольной книгой. Я помнил в ней каждый листок, даже малейшую иллюстрацию. Именно с неё начался мой интерес к подвигам полководца Дэнриона. Я даже своё имя сменил в честь него.

А когда она сказала, что читала сейчас именно об этом золотом драконе, я был готов её расцеловать. Что, собственно, и сделал.

Мои сородичи упускали самую суть этой легенды, превознося лишь воинскую доблесть Дэнриона. Но они не понимали главного во всей этой истории – того, что золотой дракон, член правящей королевской семьи, посмел пойти против всех драконьих правил и традиций и объявил о том, что полюбил эльфийку. Для него любовь стояла на первом месте, и он всегда поступал так, как считал правильным.

В те времена драконы, как прирождённые воины, относились к изящным миролюбивым эльфам с большим пренебрежением. Наверное, так же в наши дни все воспринимают аксуинов. Для драконов эльфы были ущербной расой. Но не для Дэнриона. Он совершил чудо: сумел объединить эльфийский народ и вселить в их сердца веру в себя, в свою победу. А потом, когда война закончилась полным его триумфом, женился на эльфийке и увёз жену на свою родину. Тогда уже ни один крылатый змей не посмел его упрекнуть в нарушении традиций.

Виктория смогла уловить в этой легенде главное: дракон пришёл на помощь своей возлюбленной и её народу. Уже за одно это я её зауважал. Сложно представить, что она чувствовала, когда Лин переместил её в этот незнакомый мир, а потом перед ней убил её раба. А как он её диадему испепелил, я так и не понял из рассказа брата. Неужели прямо на голове?

Представил это, и у меня самого волосы дыбом встали. И это случилось с ней буквально вчера вечером! А сегодня утром она спокойно сидит тут на диване, книгу читает. Поразительное самообладание. Другие дамочки бились бы в истерике неделю, не меньше, попади они в подобную ситуацию. Даже бронебойные драконихи.

Лин был прав. Эта девушка – особенная. Я каждой клеточкой тела чувствовал, что нравлюсь ей, и не просто как принц, брат теймура и главнокомандующий легионом эльфийской армии, а сам по себе – такой, какой я есть.

Её приятный карамельный запах, флюиды радости и восхищения, что исходили от неё, соблазнительные чувственные губы, шелковистая кожа, изумрудные глаза с длинными ресницами – всё это сводило меня с ума, выбивало из равновесия. В штанах стало тесно.

Мне отчаянно захотелось, чтобы она стала моей женой. Но я не имел морального права переходить дорогу брату. Всё должно быть по-честному. Он позволил мне поцеловать эту девушку, и я это сделал. Но я не стал углублять поцелуй: чувствовал, что и так уже зашёл слишком далеко и вот-вот потеряю над собой контроль. А это было недопустимо. Поэтому поспешно удалился, хрипловато пожелав Виктории хорошего дня. Будем считать это стратегическим отступлением, а не бегством.

В любом случае последнее слово было за Лином. Он же сразу сказал: «Это МОЯ человечка». А моей она станет, только если мне сильно повезёт…

Глава 23. Пушистая сваха

Виктория

*

– Понравился тебе мой младшенький, да? – Василий довольно прищурился.

– Он замечательный, – честно призналась я.

Как бы странно и дико это ни звучало, но кот был единственным, с кем я могла сейчас поговорить по душам. Эта мохнатая тушка завоевала моё доверие одной своей умильной мордочкой. А что он на самом деле мужик в шубке – об этом я даже не вспоминала.

– Согласен с тобой, – важно кивнул Василий. – Ему сорок лет, не женат, живёт в большом замке на берегу озера, командует эльфийским королевским легионом, богат, красив и обаятелен, – выдала эта пушистая сваха.

– Сорок лет? – я аж раскрыла рот от изумления. – Я думала, ему чуть больше двадцати!

– Ну, не курит, не пьёт и делает зарядку. И вообще ведёт здоровый образ жизни, – весело фыркнул кот.

– А сколько тогда Лину? – я была заинтригована.

– Тоже мелкий. Всего шестьдесят, – тряхнул хвостиком кот. – Зато в такие юные годы уже является теймуром, обладает огромной властью, богатством, нежной душой и приятной внешностью! – добавил Василий.

– Ты мне их обоих, что ли, сватаешь? – нервно рассмеялась я. Лин в три раза старше меня! Очуметь…

– Ты нужна им обоим, девочка, – глубокомысленно изрёк кот. – Лин запал на тебя, Дэн тоже. Зацепила ты их.

– Странные у тебя кошачьи фантазии, скажу я тебе, – с иронией покосилась я на него.

– Знаешь, звёздочка, – неожиданно серьёзно посмотрел на меня кот, – я ещё ни одним своим потомком не гордился так сильно, как ими. Даже их отцом. Так что да, я буду тебе их сватать. Вижу ведь, как между вами искры летят. Ты же сама говорила, что тебе по статусу полагается гарем, разве нет? Вот и создавай его. Надеюсь, двух горячих молодых мужиков-братьев тебе будет достаточно?

Тут я даже не поняла, шутит он или говорит серьёзно.

– Может, между нами и летят искры, но они какие-то неправильные, – мотнула я головой. – Лин то и дело лапает меня, придурка включает, платье на мне магией порвал, чтобы на меня голую поглазеть. А Дэн – поцеловал ни с того ни с сего и сразу сбежал. Прямо как в присказке: «Бравые воины смело бросились наутёк». Даже обидно как-то. Прости за откровенность, Вась, но странные у тебя потомки получились.

– Дэнрион тебя поцеловал? – глаза кота стали похожи на два зелёных блюдечка. – Вот это новость! Как же я такое пропустил-то? – запричитал он, закрутившись волчком на моих коленях.

– Ты мне сейчас все ноги отдавишь! – невольно рассмеялась я, спихивая кота на диван, но упрямое животное всё равно вернулась на своё натоптанное место.

– Разве не понимаешь, как это замечательно, звёздочка? Лин не стал бы возиться с тобой и платья на тебе рвать, будь он к тебе равнодушен. Он старается защитить свою иномирную принцессу. Ты этого не знаешь, но на тебе диадема его матери. А Дэн никогда бы не поцеловал тебя без разрешения Лина: он слишком уважает брата. Это означает только одно: парни договорились насчёт тебя.

– Да ладно! – оторопела я. Не знаю, что потрясло меня больше: то, что Лин подсовывает меня брату, или то, что он подарил мне семейную реликвию. Поди пойми этих эльфов.

– Выходи из ступора, детка, и скажи: чем мы сейчас займёмся? – кот потёрся головой об мою руку.

– А какие есть варианты? – выходя из прострации, уточнила я.

– Пойдём на кухню, похомячим? По саду погуляем, мышей половим? В тренировочном зале в мячик поиграем? Или будем обживать этот диванчик до ужина, и всё это время ты будешь меня гладить – стресс снимать? – озвучил он мне самые заманчивые, по его мнению, предложения.

Играть в мячик как-то не хотелось, ловить мышей тоже, сидеть на диване до вечера не прельщало, так что пришлось остановиться на первом варианте.

– Похомячим, – согласилась я. – А после этого ты покажешь мне замок, ладно?

– Да не вопрос, детка, – Василий соскочил на пол и важно засеменил на выход. Я направилась вслед за ним.

– Вась, а Вась, – спросила я кота, когда мы уже вышли из библиотеки. – А откуда ты узнал, что мне по статусу мужской гарем полагается? Я говорила об этом только Лину и Тайрину, когда мы с ними были в подвале. То есть в королевском бункере.

– Лин сказал, – заявил пушистик.

– Да? – удивилась я.

– Ну, не мне, если быть точным. Просто, когда ты целую вечность платье в ванной на себя нацепляла, он сидел в кресле и, уставившись в одну точку, пробормотал: «Может, отговорю я её от мужского гарема? Хоть она и утверждает, что это ей по статусу полагается…» – объяснил кот, мягко семеня лапками по каменному полу длинного светлого коридора.

– Но почему я, Вась? Зачем ты сватаешь своих потомков именно мне? Ведь на Авроре человеческая раса не особо котируется? – уточнила я, когда мы уже дошли до широкой мраморной лестницы и начали по ней спускаться.

– Эльфийки – такие эльфийки, – поморщил он носик. – Холодные, высокомерные, жадные. А ты особенная. И ты мне понравилась. Мальчикам тоже. А они понравились тебе. Кстати, что это за слово такое приятное – котируется? – покосился он на меня.

– Ну, это значит имеет ценность, значимость, – пожала я плечами, не зная, как объяснить точнее.

– Ты для меня очень даже котируешься, – уверенно заявил кот. – А ещё ты очень котогенична. И нарожаешь много красивых котяток моим парням. То есть эльфяток, – тряхнул головой Василий с таким видом, что было ясно: возражения не принимаются. – Вот мы и спустились на первый этаж. Кухня вон за тем поворотом, – махнул он лапкой и бодро поскакал вперёд, навстречу ароматным запахам сдобы.

– Какая девочка – и без охраны, – незнакомый ушастый брюнет в золотистом камзоле неожиданно подскочил ко мне со спины и впечатал в стену, а его руки зашарили по моей груди и полезли под юбку.

Глава 24. Наглядная демонстрация

Виктория

*

Если бы не похотливый циничный взгляд, окидывающий меня, словно я была куском мяса, этого эльфа с фиолетовыми глазами и иссиня-чёрными длинными волосами можно было бы назвать очень красивым.