Текст книги "Дом сбывшихся грез"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dom-sbyvshihsya-grez-13793.jpg)
Автор книги: Лесли Мэримонт
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
4
Черт побери, она опять покраснела!
Нахлынувшее чувство вины мгновенно стерло улыбку с лица Мартина. Если он что и знал о женщинах легкого поведения наверняка, так это то, что они не краснеют, когда мужчины начинают их подзуживать. И ни при каких обстоятельствах не отводят глаз, и не возбуждаются столь откровенно.
Вот и долгожданная истина. Тот ублюдок в офисе компании лгал. Она совсем не шлюха. Она респектабельная замужняя женщина, которая, к счастью для нее, выглядит потрясающе сексуально.
Если так, то это объясняет ее реакцию на поведение Мартина. Убеждение в том, что она заигрывала с ним, улетучилось, как дым. Ее смущение вызвано тем, что Мартин просто показался ей возмутительно грубым. Дьявол, но он и вправду был чудовищно груб, с самого начала их недолгого знакомства!
Джейн, конечно, не могла догадываться, что в данный момент он боролся с порывами, которые до сегодняшнего дня были совершенно чужды его натуре. Боже милостивый, он научился сопротивляться любым проявлениям страсти еще в подростковом возрасте! И уж меньше всего в его планы входило соблазнить замужнюю женщину, пусть даже, по слухам, и аморальную. Ему уже приходилось видеть, какую боль любящему человеку приносит неверность.
Однако сейчас он ничего не хотел так сильно, как соблазнить ее.
Поначалу он еще противился искушению, но, как выяснилось, только для того, чтобы в результате уступить решительно и бесповоротно. Его ввело в заблуждение предложение Джейн обращаться к ней по имени, и он даже слегка подыграл партнерше, ненавязчиво показав, что готов идти до конца, если последует приглашение.
Стыд особенно тяжел, когда покоится на чувстве вины. Мартин никогда не считал себя святым – а кто из мужчин мог бы назвать себя таковым? – но его поведение сегодня было вызывающим. Правда, женщина была поразительной, с голосом, как прохладный шелк, и телом, за которое мужчины могли бы и убить. Ну и что? Все равно ему не было прощения.
Черт, он не раз защищал в суде мужчин, которые совершали преступления в порыве страсти, – и всегда думал, что защищает глупцов. Столько красавиц вокруг, зачем ломать жизнь за обладание именно этой? Почему бы просто не ретироваться и не залезть в чью-то еще постель? Что их так притягивало к одной-единственной, что они уже не могли думать ни о чем и ни о ком другом?
Обычно Мартин уговаривал себя: подобная одержимость свидетельствует о помутившемся рассудке. Или о слабом характере. А сейчас он внезапно почувствовал, что его представления о сексуальной «одержимости» могут существенно измениться. И это ему совсем не нравилось.
Когда на помощь Мартину поспешила его безукоризненная логика, мучения слегка отступили. Его безудержный порыв представлял собой не что иное, как типичный случай мужской неудовлетворенности. Последние несколько недель он слишком много работал. У него даже не нашлось свободного часа, чтобы написать что-нибудь, не то что заняться любовью.
Линда, конечно, все понимала, но и только. Отсутствие у нее какой бы то ни было особой сексуальной привлекательности служило для Мартина своего рода оправданием. Черт побери, менее всего он мечтал жениться на женщине, которой секс был бы по-настоящему необходим. Как бы он мог доверять ей, если бы обнаружил это уже после женитьбы?..
Он все еще помнил тот ужасный субботний полдень, когда, получив травму во время футбольного матча, вернулся из школы раньше, чем обычно, и, войдя в комнату, увидел свою мать, «ублажающую» на софе мужчину, который вовсе не был отцом Мартина. Ему только исполнилось пятнадцать, и до того дня мать казалась Мартину кем-то вроде святой.
А тогда он стоял на пороге комнаты, бледный и трясущийся, пока мать, кое-как прикрывшись остатками одежды, выпроваживала мужчину через заднюю дверь. Когда она вернулась и посмотрела сыну в глаза, с губ ее сорвались только путаные объяснения, обильно заливаемые слезами.
Мартин, словно заледенев, слушал потоки оправданий и пытался понять. Мать утверждала, что по-прежнему любит его отца, но он в последнее время редко бывает дома, его амбиции – занять кресло судьи – полностью поглотили все остальные желания. Мать, рыдая, твердила: все, что ей было необходимо, – это чье-то внимание, чья-то любовь.
Если ей что и необходимо, так только секс, и ничего, кроме секса, решил тогда Мартин, увидев, кого мать выбрала в любовники. Очень смазливый и очень заурядный, с татуировкой на руках. Такие типы вряд ли много смыслят в любви, только в сексе.
Она умоляла его ничего не говорить отцу, и он ее послушался. Но кто-то другой, видимо, рассказал, потому что той ночью в спальне родителей произошло бурное выяснение отношений.
С той поры все изменилось. Развода не последовало, но дух отчужденности в доме так никогда и не развеялся. Супружеская неверность разрушила не только брак родителей Мартина, но и его отношение к матери. Ему казалось, нет предательства хуже того, что она совершила, и он не хотел больше в этом участвовать…
Отдавшись воспоминаниям, Мартин решил, что сегодня же вечером попросит Линду стать его женой. Сделает ей официальное предложение, после чего сразу затащит ее в постель. Наверняка это восстановит его душевное равновесие!
– Если вам так удобнее, зовите меня мистер Бенфорд, – оторвавшись от своих мыслей, сухо произнес он. – Мне не хотелось бы, чтобы у вас создалось впечатление, будто я стараюсь приударить за замужней женщиной.
Джейн судорожно сглотнула. У нее сложилось такое впечатление? Согласна, она была смущена его внезапной сменой настроения и неожиданно промелькнувшей симпатией в глазах, но до сего момента не переставала искать ответа на вопрос, что с ним произошло. Мозг Джейн будто парализовало с тех пор, когда его первый долгий взгляд прошелся по ее телу.
Она взяла себя в руки и снова посмотрела на своего визави. Улыбка на лице Мартина исчезла, и, как только их глаза встретились, Джейн словно ударило током, заставив грудь тревожно напрячься. Интуиция подсказывала, что Мартин несомненно попытался бы приударить за ней, если бы она была не замужем.
Ну скажи же ему, что ты не замужем, нашептывал предательский внутренний голос. Скажи, что ты вдова.
Джейн крепко сжала зубы, стремясь побороть искушение, и с содроганием вспомнила, куда привела ее однажды слабость плоти: в самое пекло ада. Ни за что на свете она не желала повторения этой пытки. Ни за что. Пусть продолжает считать, что она замужем. Это единственное мудрое решение.
– Конечно, я так не думала, Мартин, – произнесла она, удивляясь собственным словам и неожиданно холодному тону. – Я могу отличить джентльмена. Теперь мы поедем в Грин-Бэй, где я хотела бы показать вам один дом. Его хозяйка наверняка там и не станет возражать, когда бы я ни появилась.
Ее улыбка получилась достаточно неестественной, решила Джейн, но все же неизмеримо лучше, чем те проявления чувств, что она успела продемонстрировать Мартину этим утром.
– Я весь к вашим услугам, – только и произнес он.
Джейн заставила себя выглядеть предельно собранной, несмотря на собственные мысли, от которых отдавало чистой порнографией. Боже, до чего она порочна. Порочна и слаба. Она всегда боялась, что в один прекрасный день это обнаружится. Нет, не боялась – приходила в ужас! Она знала, что это в самой ее сути, смертельно опасное, хотя до поры дремлющее, и никуда не исчезало даже в те последние месяцы супружества, когда, казалось, даже самые слабые ее сексуальные желания угасли.
Хорошо, пусть он воистину исключителен – этот мужчина, растопивший лед в ее душе, но ведь и лед на поверку оказался лишь тонкой и хрупкой корочкой, не более. Как Джейн ни пыталась, она не могла остановить разыгравшееся воображение, рисовавшее один эротический образ за другим, не могла усмирить тело, заливаемое потоками сексуального желания, одновременно пугающего и возбуждающего.
Ненавидя себя за слабость, Джейн осторожно включила правую мигалку и повернула на север.
Мартину не понравился первый дом, который она показала ему. Слишком велик, сказал он. И второй. Слишком мал. И третий. Слишком шумно. Четвертый ему как будто приглянулся, однако Мартин был необычайно скуп на похвалы.
Было уже полвторого, и когда Мартин предложил сделать перерыв и где-нибудь перекусить, Джейн без колебаний согласилась. За время, проведенное с Мартином, она еще отчетливей поняла, как он красив. Вдобавок она кое-что узнала о нем, в частности, получила ответ на мучивший ее вопрос, чем он зарабатывает на жизнь.
Мартин был адвокатом. И не рядовым, а королевским адвокатом. Неудивительно, что он производил такое яркое впечатление, и не только своим взглядом, но и всей манерой поведения. Джейн еще не встречала мужчину с таким апломбом. Или правильнее было назвать это рисовкой?
Они остановились у кафе, расположенного на территории небольшого торгового центра. На уютной солнечной веранде стояли столики под зонтиками, а названия блюд, хотя не поражали разнообразием, на слух звучали весьма аппетитно. Джейн выбрала овощной пирог с салатом на гарнир и кофе, Мартин – то же самое, заменив салат на чипсы и булочку.
– И долго вы занимаетесь продажей недвижимости? – это был его первый вопрос после того, как официант принял заказ.
– Два года, – ответила Джейн, стараясь внимательно следить за своими словами и нечаянно не проговориться относительно своего семейного положения. Продолжать эту игру оказалось сложнее, чем она предполагала, и раз или два молодая женщина чуть не выдала себя.
– Вы прекрасно ведете дела, – похвалил Мартин. – На удивление честны и ненавязчивы. Держу пари, вы привыкли к успеху.
– В последнее время да. Я даже выиграла конкурс на звание лучшего агента месяца.
– О-о!
Его восклицание зажгло в ней искру любопытства:
– Что вы имели в виду, произнося это «о-о»?
– В действительности ничего. В уик-энд вы тоже работаете?
– Почти всегда да.
Его неподражаемая бровь взлетела вверх. Джейн наконец сообразила, что Мартин так выражает простое удивление, циничное сомнение, удовлетворение, сарказм… Она вполне могла представить, как на судебном заседании одним легким движением брони он способен снизить впечатление от показаний свидетелей или расположить к себе присяжных.
– Как насчет этого уик-энда? – спросил он. – Вы работаете?
– Да.
Его слегка нахмуренный вид смутил Джейн. Чем он собирался заняться с ней на уик-энде? Ясно, что он предлагал не свидание, поскольку по-прежнему считал ее замужней женщиной.
Подобное предложение должно было бы шокировать ее, но Джейн, наоборот, нашла его заманчивым.
– Понятно, – произнес он грубовато. – А то бы я привез в субботу мою невесту, чтобы свести выбор домов к минимуму.
Джейн почувствовала, что теряет дыхание. Невесту… у него есть невеста.
Но почему бы и нет, глупая идиотка! Или даже жену. А что ты о себе возомнила? Такие мужчины, как Мартин Бенфорд, не ходят «неокольцованными», только если они не вечные плейбои и не «голубые».
У Джейн возникло подозрение, что вся эта вереница мыслей разом отразилась на ее лице. Что было бы чистым безумием. Она должна быть благодарна судьбе, ибо одна его реплика сделала его недостижимым. Боже мой, девочка, держись, приказала она себе.
– Как вы думаете, в какие часы я могла бы вам понадобиться? – спросила она, избегая его взгляда и стараясь, чтобы голос звучал как можно тверже.
Не дождавшись ответа, она вынуждена была поднять глаза и встретила его глаза, чуть сузившиеся, внимательно ее разглядывающие.
– Разве вашего мужа не раздражает, что вы все уик-энды торчите на работе? – резко спросил Мартин.
Джейн решила, что далее ломать комедию не имеет смысла, тем более что кто-нибудь в офисе рано или поздно откроет Мартину правду, и в этом случае Джейн будет выглядеть круглой дурой.
– Простите, – сказала она без затей. – Я не сообразила, что вы не в курсе. Я вдова. Мой муж умер три года назад.
Мартин почувствовал, что получил сильный удар под дых. Вдова. Она была вдовой!
Проклятье! – выругался он про себя с ожесточением. Проклятье!
Его пальцы больно впились в колени под столом, а кровь готова была разорвать вены. Если бы он только знал правду заранее, то никогда бы не упомянул в разговоре Линду, не дал бы Джейн ни единого шанса отвергнуть его.
Потому что Джейн была ему нужна. Теперь он понимал, почему. Он хотел ее. Это чувство росло и росло. Желание. Искушение. Она была ему необходима.
Возможно, ему в конце концов удалось бы устоять. И он нашел бы в себе силы просто уехать и забыть Джейн. Но ее признание словно обрушило на Мартина содержимое ящика Пандоры. Джейн была свободна, свободна принимать его предложения, его любовь. Любовь?!
Боже, он что – сошел с ума? Он вовсе не любил эту женщину. Он вообще никого не любил. Любовь – удел подростков и мазохистов. Он просто желал ее – и все. Секс, ничего более.
Последнее соображение вызвало цепную реакцию в мозгу Мартина. Он еще раньше понял, что страстно желал даже не эту конкретную Джейн Эйкерс, а вообще женщину. Ночь или две в постели с Линдой, и эта безумная жажда близости исчезнет, растворится без следа. А если нет, то что? Что тогда, Мартин? Что…
Джейн недоумевала, почему ее ответ столь взволновал Мартина. Он выглядел теперь почти обозленным. С чего бы это? Она не находила объяснений.
– Вы слишком молоды, чтобы быть вдовой, – наконец произнес он. – Да еще целых три года.
– Мне двадцать пять, – попробовала защититься Джейн.
– Муж был намного старше вас?
– Всего па пару лет.
– Всего на пару лет… От чего он умер?
– Погиб на работе… в автокатастрофе. Он был полицейский.
Мартин опять произнес свое неподражаемое «о-о».
– А дети? – прервал он наступившую паузу. – У вас есть дети?
– Нет. – И слава Богу, подумала Джейн. Было время, когда она умоляла Боба о ребенке, ей казалось, он поможет им уладить все семейные проблемы. Но, конечно, это было бы худшее решение, какое только можно представить, и сейчас Джейн была благодарна мужу за отказ, какую бы боль он тогда ни вызвал.
– Вы жалеете об этом?
– Честно сказать, нет. Тогда я была еще слишком молода, чтобы стать матерью.
– Во сколько же вы вышли замуж?
– В девятнадцать лет.
– Действительно рановато, – согласился он.
К счастью, беседа, которая все более напоминала Джейн допрос инквизитора, была прервана официантом, принесшим заказ. Возможно, причиной тому была адвокатская хватка, но вопросы Мартина буквально истощили Джейн. Кажется, пришло время перевернуть доску с фигурами.
– Теперь расскажите мне что-нибудь о вашей жизни, Мартин, – попросила она, нарезая пирог на ровные четверти. – Почему вы до сих пор не женаты?
– Просто не встретил подходящую женщину.
– А ваша невеста намного моложе вас?
– Линде двадцать четыре. Мне тридцать шесть.
Джейн послышалась подозрительная сдержанность в его голосе. Он явно не намеревался говорить больше о Линде, своей невесте. Почему бы это? – недоумевала Джейн.
– Держу пари, у вас тяжелая работа, – предположила она.
– Слишком тяжелая.
– Вот почему вы ищете место, где могли бы немного расслабиться.
В ответ он неожиданно расхохотался.
– Сомневаюсь, чтобы мне это удалось в таком месте.
– Я… я не понимаю.
Он вновь уставился на нее своими невероятными глазами, и Джейн почувствовала, как по спине ее пробежал знакомый холодок.
– Видите ли, в свободное время я пишу, – пояснил Мартин, преодолев минутный ужас от того, что его мысли отразятся на лице. Мысли о целых уик-эндах, проведенных здесь в одной нескончаемой оргии, и не с кем-нибудь, а с миссис Джейн Эйкерс, тайной нимфоманкой. – Когда я пишу, я прячусь в студии, как в норе, и в горячке расшибаю клавиши машинки. Релаксация не входит в мои планы, особенно если учесть дикость и необузданность моих персонажей.
– Боже! – воскликнула Джейн, надеясь не выдать и своих мыслей, также далеких от благопристойности. – Что же вы такое пишете? Отчеты о судебных процессах над убийцами, в которых принимали участие? – Рассказывая о своей адвокатской фирме, он обронил, что та на девяносто процентов занята защитой особо опасных уголовных преступников.
Мартин опять рассмеялся.
– Если я скажу вам, обещаете хранить это в секрете?
– Разумеется!
– Я пишу крутые детективы.
– Потрясающе! Обожаю детективы. Они изданы?
Он кивнул.
– Могу я почитать что-нибудь?
– Вряд ли. Пока я опубликовал всего три романа, под псевдонимом Ричард Грей. Их главный герой, адвокат по имени Стивен Мак-Кой, распутывает самые жуткие злодеяния. Масса секса и насилия, но есть и намеки па политику. Мой издатель уверен, что читатели их полюбят, но вот в признании своей семьи и коллег-адвокатов я сомневаюсь.
– Почему?
По взгляду Мартина Джейн поняла, что ничего не смыслит в его профессиональной сфере.
– А ваша невеста? – продолжила она беседу, возможно, напрасно. Но ее жгуче волновало все, что касалось женщины, которую Мартин выбрал себе в жены. – Как она к этому относится?
– А я ей не рассказывал.
Ответ шокировал Джейн.
– Почему же?
– Секрет перестает быть секретом, когда становится достоянием кого-то другого, разве не так?
– Но мне-то вы рассказали!
Его бровь снова поползла вверх, но на сей раз Джейн терялась в догадках, что бы это значило?
– Да, рассказал, почему бы нет? – произнес он неожиданно тихо.
– Так почему же?
Он подчеркнуто безразлично пожал плечами, хотя Джейн готова была поклясться, что безразличия-то ее собеседник сейчас как раз и не испытывал.
– А вдруг мне скоро придется умереть, и кому же доверить тайну, как не прекрасной незнакомке? Которая, добавлю, к тому же обещала хранить мой маленький секрет.
– Не понимаю, зачем держать это в секрете… ото всех! Вам следовало бы гордиться литературным успехом.
В его взгляде опять мелькнула холодность.
– Я вижу, миссис Эйкерс, что мир для вас окрашен только в черное и белое. На самом деле жизнь вовсе не так проста.
– Вероятно, – произнесла Джейн, слегка уязвленная его ответом да еще этим «миссис Эйкерс» в придачу. – Но иногда каждому необходимы эти два цвета: черный и белый, хотя бы ради самозащиты. Серый вообще слишком неясен, вводит в заблуждение. Серый туман, – медленно произнесла она, смотря вперед невидящим взглядом, а мысли ее уже успели унестись далеко в прошлое. У Боба как раз были серые глаза. Серые и жестокие…
Она вздрогнула от отвращения и почти вскочила со стула, почувствовав, как Мартин собирается накрыть ее руку своей. Когда же Джейн подняла глаза, то увидела в его взгляде только участие.
– Я обидел вас, – произнес он. – Поверьте, мне не хотелось.
– Ничего, – ответила она жестко, не переставая ощущать его ладони, его длинные пальцы, чье еле заметное поглаживание возбуждало ее, и крошечные электрические разряды уже побежали вверх по рукам, достигая груди.
Он увидел, что у Джейн почти перехватило дыхание, и его ладонь крепче сжала ее руку.
– Джейн, я…
– Нет, не надо! – взорвалась она, резко вырвав руку из-под его ладони. – Пожалуйста, – повторила она с болью в голосе.
Она отвела взгляд и принялась тупо рассматривать стоянку за спиной Мартина.
В его глазах читалась усталость.
– Я всего лишь пытался исправить свою ошибку.
– Да-да, знаю. – Она старалась не смотреть на Мартина, хотя не могла увернуться от его взгляда, и это было самым ужасным испытанием на свете. – Я… мне просто не нравится, когда меня трогают.
– Понимаю… Простите.
Конечно, он так ничего и не понял. И слава Богу. Молчание становилось невыносимым, и Джейн наконец попыталась взять со стола свой кофе. Ее глаза все еще были устремлены на автостоянку, и пока Джейн медленно переводила взгляд с одного автомобиля на другой, она сообразила, что один из них ей несомненно знаком.
Это был белый фургон, и принадлежать он мог только Нику, мужу ее сестры.
Но женщина, которая сейчас стояла перед фургоном, вовсе не была Софией. Джейн было достаточно мгновения, чтобы определить это. У Софии были длинные светло-каштановые волосы, а эта была брюнеткой. Однако рядом с незнакомкой находился Ник собственной персоной, и в данный момент целовал черноволосую, да так, что можно было подумать – завтра для них двоих никогда не наступит.
Чашечка в руках Джейн застыла на полпути от стола ко рту. Джейн была потрясена увиденным. Вот так Ник! Их браку с Софией она всегда завидовала – двадцать лет семейной жизни! Образцовый отец троих мальчишек. И сейчас он страстно целует другую женщину, целует прилюдно, даже не боясь того, что кто-то увидит!..
5
От взгляда Мартина не укрылось потрясение, испытанное Джейн, и он краем глаза попытался определить, что же могло вызвать столь сильный шок у его спутницы. Однако все, что он смог увидеть, были целующиеся перед припаркованным фургоном мужчина и женщина.
Очевидно, именно эта сцена и взволновала Джейн. Сама сцена – или участвующие в ней персонажи?
Когда он снова перевел взгляд на Джейн, та уже встала из-за стола и искала в сумочке ключи.
– Мне необходимо уйти, – только и произнесла она перед тем, как покинуть кафе и торопливо направиться к своему автомобилю, стоявшему так, что парочка у фургона не могла его видеть.
Мартин заплатил по счету и поспешил за Джейн, на ходу пытаясь сообразить, что же произошло. Можем быть, ангельский облик миссис Эйкерс, который он нарисовал для себя, скрывал вовсе не ангела. Может, она и впрямь оказалась такой, как описал ее тот парень Сэм в офисе. Ветреница, у которой по мужику на каждом углу. Слова «счастливая вдова» можно было понимать по-разному.
К тому времени, как Мартин снова разместился на сиденье зеленой «импалы», в голове его выстроился целый сценарий. Мужчина из фургона был ее последним любовником и обманывал ее с другой. Иначе что ее могло так потрясти в этой целующейся парочке?
– Не возражаете, если я попрошу вас объяснить, что все это значит? – спросил он отрывисто, ибо ход его мыслей не располагал к дружелюбию.
– Возражаю, – так же грубо отрезала она, включила трясущимися пальцами зажигание.
Мартин нагнулся к щитку и резко повернул ключ обратно, встретившись взглядом с разъяренной львицей. Вот оно что! Все более загадочная миссис Эйкерс явно не относилась к тому типу женщин, которые безмолвно соглашаются на мужское превосходство. Это не Линда, охотно предоставлявшая ему инициативу во всем и даже в самом процессе принятия решений. Внезапно Мартин осознал, что сейчас он не уверен, какую из двух женских жизненных установок предпочел бы.
– Мне кажется, вам не следует садиться за руль в таком состоянии, – сказал он твердо. – Итак, кто он, тот мужчина, и почему эта сцена привела вас в такое смятение?
Он ожидал ее ответа с замиранием сердца, желая одновременно подтверждения своей догадки – и ее опровержения. Что же происходит с этой женщиной? И кем он хотел бы ее видеть – святой или грешницей?
– Это мой свояк, – выпалила Джейн. – А женщина с ним – вовсе не моя сестра! – Она со стоном уронила голову на руки: – Бедняжка София! Бедняжка, бедняжка!
И бедняга Мартин, мрачно добавил он про себя, глядя на отчаяние молодой женщины. Черт, он бы жизнь отдал за то, чтобы просто нагнуться и заключить Джейн в объятия – прямо сейчас. Но тогда он ни за что не сможет остановиться, и обычные успокаивающие ласки перейдут в такое, по сравнению с чем поцелуи на стоянке покажутся воплощением невинности.
– Мне очень жаль, – выдавил он.
– Вам не в чем извиняться, – покачала головой Джейн.
Мартин внутри весь съежился. Как мало она знала о том, что творится у него в душе. Стоило Джейн заглянуть в его сердце, и она бы по-иному восприняла извинения.
Ее прекрасное лицо стало неожиданно суровым, как будто Джейн приняла горькое решение.
– Это Ник должен извиняться, – отчеканила она. – Когда София узнает, чем он тут занимается, она его вышвырнет из дому, и с такой скоростью, что он не успеет сообразить, как окажется на улице.
– Ради Бога, вы ведь не собираетесь ей рассказать, правда? – Как бы Мартин ни осуждал супружескую измену и самих изменников, он все же не хотел столь тяжких последствий для ничего не подозревающей парочки.
– Еще как собираюсь.
– Нет.
Нет? Она посмотрела ему прямо в глаза, и Мартин опять почувствовал, что может не сдержаться. Боже, ярость захлестнула ее, ярость стала ею, вызвав в нем неукротимое желание. Сознание Мартина рисовало картину: Джейн лежит перед ним совершенно обнаженная, ее очаровательные щеки пылают румянцем, а в зеленых глазах читается первозданная дикость.
– Что значит «нет»? – буквально набросилась она на него. – У Софии есть право знать, что за мужа она выбрала. Хорошей бы я была сестрой, если б промолчала!
Разум Мартина уже совсем было погрузился в бездонный колодец, и выловить его оттуда удалось не без труда.
– Она вряд ли поблагодарит вас за это, поверьте, – с усилием произнес он. – Как долго они женаты?
– В этом году исполнится двадцать лет. Она намного старше меня.
– Полагаю, у них есть дети?
– Трое мальчишек.
– И вы собираетесь разрушить двадцатилетний брак только из-за одного поцелуя украдкой?
– То, что я увидела, вовсе не выглядело, как поцелуй украдкой, и вы это прекрасно знаете. У них настоящая связь!
– Пусть так, но пока это остается вашим предположением. Даже если у вашего свояка любовная связь на стороне, все шансы за то, что она рано или поздно выдохнется. Джейн, если ваша сестра и ее сынишки ничего не узнают, они останутся в счастливом неведении. Подумайте об их семейном согласии, а не о вашей мести этому парню. Согласен, он, вероятно, последний поганец, но даже и в этом случае не осуждайте его столь поспешно. Может быть, у него с вашей сестрой заключено нечто вроде взаимного пакта о сексуальном поведении. Или она что-то подозревает, но предпочла закрыть на все глаза. Если вы взорвете семейный покой открывшейся правдой, вы можете подвигнуть вашу сестру на поступки, совершать которые ей вовсе не хочется.
Джейн явно заколебалась, однако первая реакция молодой женщины однозначно показала ее истинное отношение к мужской неверности.
– А если связь не кончится? – Она еще попыталась сопротивляться, но то была агония. – Что, если Ник влюбится в эту девушку и оставит Софию?
– Слишком много «что, если…», Джейн. Даже если так, какой смысл торопить события? Ваша сестра просто окажется в жалком положении раньше, чем это могло бы случиться на самом деле.
– Да… да, вы, вероятно, правы, – неохотно протянула она и бросила на Мартина долгий, неуверенный взгляд. – Думаю, мне следует поблагодарить вас за то, что вы так разумно все разложили по полочкам.
Мартин с трудом сдержал себя, чтобы не рассмеяться. Хотел бы он сам обрести разум в данной ситуации. Он прекрасно понимал, что теперь уже совершенно бессмысленно вожделеть эту женщину, но именно это он и делал. Безумно. По-дурацки!
Сегодняшние вечер и ночь будут тянуться долго. А утром Линда официально станет его невестой, и этот неожиданный – и вообще-то совершенно не типичный для Мартина – взрыв желания погаснет, утихнет, растворится.
– Это был просто шок, понимаете, – меж тем говорил ему объект желания. – Я всегда считала брак Софии и Ника образцовым.
– На свете не существует образцовых браков.
– Теперь я готова согласиться с этим.
Что-то в ее голосе подсказало Мартину: ее собственный брак с тем полицейским тоже был весьма далек от идеала. Но как только он принялся раскручивать мысль до конца, то тут же вынужден был себя прервать. Черт побери, какое ему дело до того, что ее первый муж был самым большим разочарованием всех времен. Он-то, Мартин, уже принял решение отрезать от себя абсолютно все, что касается прекрасной миссис Эйкерс.
Забудь же ее, черт тебя побери!
– Как вы считаете, можете сесть за руль? – спросил он Джейн.
– Что? Ах, да, конечно. Господи, я была просто в ярости, простите. И не заплатила за свой обед. Вот, пожалуйста…
– Не беспокойтесь, – отрезал Мартин. – Я могу себе позволить угостить вас. Поехали? Время идет, а у меня еще важная встреча вечером в Сиднее.
Полуденные часы принесли Джейн невыносимую муку. Она не могла заставить себя перестать думать о Нике и о той девушке. От кого-кого, но от Ника Джейн никак не ожидала, что он окажется способен на измену.
Однако оказался. Что бы там ни говорил Мартин, весьма убедительная картина все еще стояла перед ее мысленным взором. Ник спал с той черноволосой. Иначе почему бы ему целовать ее столь беззаветно? Мир вокруг обрушился бы, а он ничего бы не заметил. Джейн болезненно переживала, что Ник может бросить Софию, что тот поцелуй вовсе не был случайным эпизодом. О, конечно, Джейн была не столь наивна и вовсе не предполагала серьезного чувства между Ником и этой девчонкой. Однако сексуальное влечение порой превращает мужчин в круглых дураков.
Боже праведный, Софию это просто сломает. И мальчиков жалко. Сейчас Джейн была согласна с Мартином: рассказать Софии об увиденном – значило бы не достичь ничего. Сестра бы ужасно страдала, все зная и оставаясь абсолютно беспомощной.
Джейн тоже измучилась, пытаясь сохранять профессиональную выдержку все послеобеденные часы. Она показывала Мартину дом за домом, хотя ей самой смертельно хотелось одного: добраться до своей спальни и как следует выплакаться.
К тому времени, как Джейн опять припарковалась рядом с серебристым седаном Мартина, стрелки часов показывали пол-пятого, и она почувствовала себя на грани душевного и физического изнеможения. Не говоря уж об этом злосчастном эпизоде у кафе, ей было совершенно ясно, что она все-таки рано поднялась с постели – недомогание после перенесенной болезни давало себя знать.
– С вами все в порядке? – поинтересовался Мартин, когда она, тяжело вздохнув, выключила зажигание. Джейн подняла глаза и встретила знакомую улыбку.
– Думаю, я слегка устала, – согласилась она. – Я проболела весь прошлый уик-энд и, видимо, еще не поправилась до конца.
Его красивое лицо уже не выглядело столь привлекательным из-за гримасы раздражения, но после того, как Джейн увидела Ника с той девушкой, она мало обращала внимания на неотразимую внешность Мартина. Ничто так не лишает желания отдаться мужчине, как наглядное свидетельство мужской неверности.
– Почему вы не сказали, что больны? – нетерпеливо спросил Мартин. – Боже, где я был, мотая вас по окрестностям и заставляя подолгу показывать каждый чертов дом из вашего списка! – Он жестко осмотрел ее. – Вы бледны, обратите внимание.
Джейн в ответ рассмеялась, но, как показалось Мартину, несколько напряженно.
– Да, знаю. И у меня темные круги под глазами. Но это легко исправить – достаточно немного солнца и хорошо выспаться ночью.
– Хорошо выспаться ночью, – медленно повторил он, уже не нервируя ее пронзительным взглядом. – Я бы мог остановиться на этом…
Внезапно он отвернулся и взялся за ручку дверцы.
– Однако нельзя его покупать таким образом, – пробормотал Мартин, выбираясь из машины. – Нет, пожалуйста, побудьте здесь, – почти приказал он Джейн, когда она попыталась последовать за ним.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?