282 000 книг, 71 000 авторов


Электронная библиотека » Лина Филимонова » » онлайн чтение - страница 5


  • Текст добавлен: 22 ноября 2026, 22:00


Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Глава 20

Василиса


– Вась, кто это? – спрашивает бабушка, когда мы остаемся с ней одни.

– Друзья.

– Не помню у тебя таких друзей. Где ты их нашла?

– Они сами нашлись.

Чувствую, она относится к ним слегка настороженно, хоть и не подает вида. Что ж, ее можно понять. Приехала толпа незнакомых людей…

– Машины у них дорогие, – она качает головой.

Так я и думала. У нее такое же ощущение, как и у меня: не нашего поля ягоды.

– У меня тоже такая будет, – выпаливаю неожиданно для себя самой.

– Вася! – испуганно восклицает бабушка.

– Бабуль, у меня новая должность. Я теперь в два раза больше зарабатываю. У меня все будет просто офигенно. Квартиру обставлю, машину куплю.

Вот вообще ни разу не думала о машине. Но тут что-то завелась. А почему нет? Куплю. Сначала посудомоечную, а потом, когда-нибудь, – настоящий автомобиль.

– Тьфу-тьфу-тьфу! – Бабушка плюет через левое плечо и стучит по дереву. – Не сглазь!

– Ой, все! – закатываю глаза.

– Сегодня густо, а завтра пусто, – она изрекает очередную народную мудрость.

– Глупости! – бурчу я.

– Вась, ты молодец. Но сильно губу не раскатывай. Мало ли что…

О, это вечное бабушкино: “Мало ли что!” Этот страх радости, смеха, расслабленного пофигизма…

Много смеяться нельзя – потом будешь плакать. Никогда хорошо не жили – нечего и начинать. Слишком гладко все идет – не к добру.

Во мне это всегда вызывало бурный протест. Хочу смеяться – и буду! Радостно на душе – буду радоваться на всю катушку. Даже если потом придется плакать. Плакать тоже буду от души.

Нет, мои бабушка с дедушкой вовсе не пессимисты. Наоборот. Они всегда готовы радостно и с песней преодолевать любые трудности.

Вот именно – преодолевать! И обязательно – трудности!

Ничего легкого и приятного они от жизни не ждут. А, если что-то дается слишком легко, это их пугает и настораживает.

Конечно, их можно понять. Их жизнь не была легкой. И они все время подсознательно ждут подвоха. Все время готовятся к худшему.

Но я так не хочу.


Бум! Звяк! Звон разбитого стекла. И писк:

– Ой. Я нечаянно.

Муся опять что-то разбила.

Мы с бабушкой выходим во двор. Одно из окон веранды осыпалось осколками. Муся стоит с виноватым видом и с рогаткой. Рядом Ваня.

– Это я, – говорит он.

Муся взирает на него с неподдельным изумлением. Очевидно, что в окно попала она.

– Это я ее попросил показать, как она умеет стрелять, – признается Ваня. – Офигенный агрегат!

Он не может скрыть восхищения, забирая рогатку у Маши.

– А окно я вставлю.

Ага.

И кровать купит. И окно вставит. Что-то это все заходит слишком далеко…

– Можно пострелять по банкам! – с азартом произносит он. – В безопасном месте. Можно?

Ваня вопросительно смотрит на нас с бабулей.

Она осуждающе поджимает губы. И вдруг спрашивает:

– Ты чьих будешь?

А мой сосед вдруг спокойно отвечает:

– Я Тихоновых внук. Из Сосновки.

– Татьяны Ивановны?

– Ага.

– Так ты Ваня?

– Он самый.

– Что ж ты молчал! – ахает бабушка. – А я-то думаю: глаза знакомые. И нос Тихоновский. Я ж твою маму вот такой козой помню!

Она показывает метр от пола.

Офигеть… Мы с моим соседом, оказывается, еще и заочно знакомы. Через бабушек. Я, правда, довольно смутно помню каких-то там Тихоновых из Сосновки. Но бабуля всех старожилов в округе знает.

– Ваня – хороший мальчик, – говорит она мне негромко. – И семья у него хорошая.

– А мне-то что?

– Да я так…

Ваня, между прочим, с момента приезда держится в стороне от меня. Вообще он странный! То затащил к себе в квартиру и поцеловал, то вообще не обращает внимания.

Мне, так-то, его внимание и не нужно. Просто странно… Да и фиг с ним!


В два часа к нам приходит ватага детей с подарками. Муся пищит от счастья.

Шашлык уже готов. А еще мои новые друзья сгоняли в магазин, накупили лимонада, мороженого, киндеров, кучу мелких игрушек.

Мне неловко за всю эту благотворительность. Зато Маша вне себя от восторга. Говорит, это лучший день рождения на свете.

Кто-то из Ваниных друзей, прихватив деда, умчал на рыбалку. А кто-то остался. И, к моему искреннему удивлению, они с удовольствием возятся с детьми.

Алина организовывает хоровод для именинницы, Ваня устраивает соревнования по стрельбе из рогатки, с призами всем участникам. А Богдан по прозвищу Кошак вообще оказывается прирожденным аниматором: проводит конкурсы, игры, поет смешные песенки под дедушкину гитару. Девочки от него без ума, облепили, как мухи липкую ленту.

– Хороший парень, – говорит бабушка, кивая на Богдана. – Семейный.

– Вообще-то, он женат, – замечает Ваня.

Неизвестно откуда взявшийся за моей спиной.

– А я нет!

Ой. Это, кажется, Антон Носорог. Он что, до сих пор колол дрова? Стоит без футболки, поигрывает топориком. И бицепсами.

Так-то, они у него ничуть не хуже, чем у моего соседа. Я аж засматриваюсь.

А Ваня сердито ворчит на него:

– Иди оденься, хватит тут сверкать своими прелестями.


Рыбаки возвращаются со знатным уловом и кучей историй. Перебивая друг друга рассказывают, как дед показал им корягу, под которой прячется сом. Они решили на него охотиться. А сом вылез из-под коряги и ка-ак дал всем звездюлей….

Короче, сома они не поймали. Зато наловили ведро карасей и плотвичек. И счастья полные штаны.

Мы сидим за столом. Дети скачут вокруг. Друзья Вани налегают на шашлык и нахваливают хрустящие бабушкины огурчики, квашеную капусту и блинчики.

Бабушка млеет. Слон наливает ей шампанское. Она машет рукой, но пьет. Краснеет, смеется, закусывает шоколадной конфетой. И выглядит такой же счастливой, как и Муся.

А дед отодвигает бокал:

– Я шипучку не пью.

– Понял.

Слон уходит и возвращается с бутылкой темного стекла.

– Это что такое?

– Лучшее виски в этой галактике.

– Это как в американских фильмах?

– Ага.

– Убери! – презрительно кривится дед. – Я тебе сейчас покажу лучшее пойло в галактике.

И ставит на стол мутную бутыль самогона.

– Слона убивает с одной рюмки, – заявляет дед.

Слон ржет.

– Сейчас проверим. Спорим, я выпью три – и ничего не будет. А вы три рюмки виски не выпьете.

– Да я и бутылку могу!

– Я тебе смогу! – грозно хмурит брови бабушка.

– Слоник, прекрати! – тормозят его друзья.

– Самогон тебя не убьет, а Лера – запросто.

– Ага, сначала она убьет тебя, а потом всех нас.

– И вообще, ты за рулем.

– Точно… – вздыхает Слон.

Видно, что ему очень хочется принять вызов деда.

– Ой, да пей уже! Я поведу, – говорит Алина.

Слон берет в руки рюмку.

– Только не надо как в прошлый раз, – произносит Ваня.

Я не успеваю спросить, что было в прошлый раз. Слон выпивает самогон. Дед – виски.

И ничего. Вроде пока все нормально…

Глава 21

Василиса


– Хорошие у тебя друзья, – говорит бабушка.

– Парни что надо! – поддакивает дедушка.

– Молчи уж!

Бабушка замахивается на него полотенцем.

– А я че? Я ниче.

– А кто вчера танцевал буги-вуги под кассетный магнитофон?

– Бабуль, не ругайся, – говорю я. – Он хорошо танцевал. Зажигательно. У меня и видео есть.

Не только у меня, кстати. И не только дед там отжигал. Видео уже на ютубе, и очень быстро набирает просмотры.

Пока не буду деду говорить. А то зазнается. Звездная болезнь, все дела…

Бабушка выкладывает из корзинки яйца.

– Кур, конечно, вчера перепугали, – ворчит она.

– Петух вообще в шоке! – поддакивает дедушка. – Как бы он это… того… кур топтать не перестал.

Петух вчера подрался с Кошаком. Вероломно напал на бедного парня, тому пришлось отбиваться. Видно, приревновал к нему своих курочек.

А Кошак, кстати, даже не пил. Просто очаровывал всех направо и налево. Машиных подружек, пожилых соседок, кошку, пса, куриц… Последнее петуху не понравилось.

– Не, ну это ваше виски, и правда, адское пойло, – ворчит дедушка.

– Что, голова болит?

– Голова не болит. Ноги болят. И поясница ноет.

– А нечего было отплясывать, ногами махать и попой вертеть! Чай не двадцать лет!

Да уж. Виски – адское пойло. То ли дело самогон…

Слон выпил – и пошел картошку копать. Не сам пошел, его Ваня послал. Говорит, я знаю, куда надо направлять буйную пьяную энергию. Меня одна мудрая особа научила.

Это он обо мне и нашем ночном ремонте…

Но тут все было днем! Ребята выкопали картошку, починили забор, перекидали сено и еще и потанцевать успели!

И уехали рано. У некоторых были планы на вечер. У Вани, наверное, тоже...

Он обнял меня на прощанье. Позвал с собой – не знаю, куда. Я не уточняла.

Просто отказалась. И он укатил.

– Хорошие у тебя друзья… – повторяет бабушка.


* * *


Я весь день сплю.

Позавтракала – и уснула на лежанке в беседке. Проснулась, пообедала – и снова задремала в доме на диване.

Просыпаюсь – а время уже четыре. Все воскресенье проспала!

Сто лет так не отдыхала. Чтобы просто есть и спать. Перед бабушкой неудобно. Я даже посуду за собой не помыла!

И Машу почти не видела.

– Проснулась, спящая красавица? – спрашивает дед.

– А где Маша?

– Да только что на улицу убежала. Все рядом с тобой сидела. Я ей сказал, чтоб не трогала тебя, не мешала спать. А она же егоза. Извелась вся. То ляжет, то сядет, то просто стоит на тебя смотрит. Соскучилась…

Я слушаю это – и вдруг чувствую, как глаза щиплет и в горле ком.

Да что со мной такое? Я не сентиментальная. Вообще не плакса. Я – кремень.

Но что-то так сердце защемило…

– Вась, ты чего? – пугается дед.

– Ничего. В глаз что-то попало.

Иду в ванную, умываюсь. И – сразу же на улицу.

– Вася! – прыгает мне на шею дочка.

Я обнимаю ее и сажусь с ней вместе на скамейку. Заплетаю ее растрепанные волосы.

– Маш, не называй меня Васей.

– Почему?

– Я мама.

– Ты мамуся!

– Мамуся нормально. Вася – не очень.


В шесть последний автобус в город. У меня осталось два часа. Все это время я провожу с Машей на руках. Тискаемся, обнимаемся, целуемся.

– Когда ты меня заберешь? – снова и снова спрашивает дочка.

– Через две недели.

– Я хочу сегодня!

– Маш, пожалуйста, не надо канючить. Я бы и сама хотела тебя забрать пораньше. Но у меня работа. А у тебя садик с первого сентября.

Когда заберу Машу, не получится подрабатывать официанткой по выходным. Хватит ли мне денег на все? Переживаю по этому поводу.

Зарплата у меня, конечно, теперь хорошая. Но и расходов предстоит немало.

Зато буду отдыхать в выходные!


– Маш, мне пора, – говорю с тяжелым сердцем, собирая рюкзак.

– Я тебя провожу! Мы с дедом тебя проводим.

Обычно я на это не соглашаюсь. По опыту знаю: будут слезы, уговоры, истерики перед самым автобусом.

– Не надо.

– Мам, я не буду плакать. Обещаю.

– Ну, пойдем.


Она правда не плачет. Стоит, зубы стиснула, глаза вытаращила – видимо, чтобы не разреветься.

– Тебе же хорошо у бабушки с дедушкой? – спрашиваю дрогнувшим голосом.

– Угу.

– Я через две недели тебя заберу.

– Угу.

– Я тебе позвоню, как приеду.

– Угу.

Держится. Не плачет. Просто уткнулась мне в живот.

Обнимаю и целую ее на прощанье, сама стараюсь не разреветься. Ну вот что мы за плаксы такие? Все же хорошо!

Сажусь в автобус, занимаю место у окна.

Он трогается. Я оглядываюсь – Муся рыдает на руках у деда.

У меня тоже слезы текут по щекам.

Прекрати, дурочка! – говорю себе. Нет никакой трагедии. Ты не бросила ребенка, Маша с любящими дедушкой и бабушкой.

Но каждый раз, когда ее оставляю, накрывает такое чувство вины, как будто бросила…

Глава 22

Иван


На обратном пути я оказался в машине Слона. За рулем Алина, рядом Антоха. Они, кстати, родные брат с сестрой. Но вообще не похожи, хоть и двойняшки. Алина – изящная спокойная блондинка. Антоха на голову ее выше, волосы темные, взгляд тяжелый. Носорог и есть.

Уработавшийся Слон сладко сопит у меня на плече.

– Лера нам звезды даст, – говорю с опаской.

Имея в виду его жену.

– Да он щас проспится, и будет огурцом, – успокаивает Антоха. – Он уже огурец! Просто маринованный. Ты видел, как он копал? Картошка во все стороны летела.

– Ага, я только успевала мешок подставлять, – смеется Алина. – Классно отдохнули… И, главное, ничего не предвещало. Хотели просто с утра поздравить друга с днюхой.

– А я говорил…

– Ой, все! Классно же вышло.

– Классно! – хором выдыхаем мы все.

У меня перед глазами стоит лицо Василисы. Она как будто не сильно веселилась. Почти все время была то ли сосредоточенная, то ли напряженная.

Но все же иногда ее лицо озарялось улыбкой. И у меня было ощущение, что вот сейчас наступил настоящий праздник…

– Что-то я не помню у тебя такой соседки, – произносит Антоха Носорожек.

– А она недавно появилась.

– Прикольно.

– Ваще! Нормально так ворвалась. Уронила мне на ногу унитаз, облила кофе, а потом давай сверлить дрелью прямо в мозг посреди ночи.

– Классная девчонка! – делает неожиданный вывод Антоха. – Скинь мне ее телефончик.

– Нафига?

– Напишу что-нибудь. Или позвоню. Пообщаемся.

– Нет, – отвечаю я.

– Какого хрена! – возмущается Антоха.

– А вот такого.

– Он ревнует, – объясняет Алина.

– Так ты все же с ней мутишь? – спрашивает Носорог.

– Нет.

– Ну а чего тогда?

Я и сам точно не знаю, чего… Нет, и все.

Нечего тут!

– Ну ты блин пес…

– За пса ответишь! – толкаю Антоху.

– Пес на сене! Сутулый.

– Я тебе щас втащу.

– Мальчики, не ссорьтесь! Слоника разбудите. И тогда он втащит вам обоим.

Короче, телефончик я ему не дал. Естественно.

Они завезли меня к родителям, где меня заждались с поздравлениями. От родных никак не отмажешься.

Но ничего, все прошло норм. Моя старческая утренняя депрессия к вечеру уже рассосалась.


* * *


В понедельник вечером иду домой. А там – Антоха. Торчит у подъезда на лавочке, как гвоздь в ботинке.

– Ты чего тут?

– Ничего. Сижу, на солнышке греюсь.

– Солнце уже село, – замечаю я.

– Ну так я это… тебя жду.

– Ну так я пришел!

– Ну так иди домой.

– А ты?

– А я еще подожду.

– Кого?

– Тебя.

Идиота кусок. Так и навалял бы по шее!

Ясно с ним все. Он к Васе пришел. Из моего рассказа про дрель понял, в какой квартире она живет. Позвонил, наверное. Она не ответила. Ее обычно в это время дома нет.

И он сидит, ждет. Под видом, что меня. А сам собирается подкатить к ней свои носорожьи яйца…

Ага, щаз!

Сажусь рядом. Сидим. Как воробьи на жердочке.

– А чем она занимается, твоя соседка? – заводит светский разговор Антоха. – Учится, работает?

– Ага.

– Что – ага?

– Учится, работает.

– Где?

– Я не знаю. Шел бы ты отсюда, – угрожающе рычу я.

– Сам иди.

– Это мой дом. Я тут живу.

– Вот иди к себе домой.

Говорю же, чисто Носорог! Упрямая скотина.


Сидим, ждем. У меня в желудке урчит.

– Василиса! – выдыхает Антоха.

И мы оба подскакиваем.

Моя соседка идет, радостно размахивая сумкой. Вся такая… У меня аж сердце прихватило.

– Привет! – говорю я.

– Какая встреча! – прикидывается шлангом Антоха.

– А вы чего тут? – удивляется Вася.

– Я его ждал, – врет собака Носорог.

Идем в подъезд. Я прикладываю магнитный ключ. Антоха распахивает перед Васей дверь. Я еле удерживаюсь, чтобы не дать ему смачный поджопник.

Лифт открывается мгновенно.

Антоха пропускает Василису вперед и входит сам. Перекрывает мне дорогу своей тушей.

Но я медлю не поэтому.

– Пешком пойдешь? – хихикает Вася.

Мля… И пойду! Я же клялся больше не заходить с ней в лифт…

– Оревуар! – машу им ручкой.

И – взлетаю вверх по лестнице.

Да, пешком. Да, на восьмой этаж. Ну а хуле…

Лифт у нас заторможенный. Едет он достаточно быстро. Но двери закрываются медленно, с торможением. И открываются так же.

Так что я успеваю ворваться на восьмой одновременно с лифтом.

Вдох-выдох… Как будто ничего не было. А что? Я в отличной форме.

Двери лифта разъезжаются.

– Так что, сходим куда-нибудь, попьем кофе? – слышу голос Антохи.

Вася неуверенно кивает.

Я вставляю ключ в замок.

Антоха сияет, как медный таз, и победно смотрит на меня.

– Кофе – это отличная идея, – говорю я. – То, что нужно. Давайте попьем.

Хватаю Васю за руку, вытягиваю из лифта и затаскиваю в свою квартиру.

– Э! Куда? – воет Носорог.

– Кофе пить.

– А я?

А тебя я бы спустил с лестницы. Но при Васе не могу. Что-то мне подсказывает, что ей это не понравится.

– И ты заходи, дорогой друг.

Глава 23

Иван


– Тебе как обычно? – спрашиваю Васю.

Специально выбираю такую формулировку. Пусть Антоха знает, что мы с соседкой частенько пьем кофе и ему тут ничего не светит.

Я его впустил только из вежливости. Я капец какой вежливый! И гостеприимный. Меня мама так учила. Пришел гость, сначала накорми, напои, и там уже по обстоятельствам…

– Ага, – кивает Василиса. – Если молоко есть.

– Найдем.

– Мне тоже, – влезает Антоха.

Я его игнорю.

Готовлю Васе капучино. Себе делаю эспрессо.

Параллельно заказываю доставку в приложении – жрать очень хочется. Аж в животе урчит на всю квартиру.

Василиса берет свой капучино.

А эта подлая Носорожина хватает мой эспрессо!

Василиса пьет с кайфом, как обычно.

А эта скотина кривит свой носорожий шнобель.

– Э, бариста! Че кофе такой слабый? Можно покрепче?

– Я тебе щас втащу. Покрепче.

Он что, специально нарывается? Вот прям просит поджопника.

Но я же гостеприимный хозяин…

Готовлю себе еще один эспрессо.

Антоха в это время беззастенчиво флиртует с моей соседкой.

– А ты давно сюда переехала?

– Месяц назад.

– То-то я смотрю, над районом как будто солнце засияло…

О, мля! Щас еще скажет про ангела, упавшего с небес. Я был лучшего мнения об умении Антохи подкатывать к девушкам.

Вася, правда, улыбается. По-любому, просто из вежливости.

– И как тебе район? – не унимается мой дорогой друг. – Нравится?

– Да! Место классное, и центр недалеко, и тихо. И дом хороший. Я очень долго выбирала. Чтобы спокойный район, много зелени. И школа рядом. И садик тоже недалеко.

Садик? Школа?

Похоже, у моей соседки далеко идущие планы. Семейная жизнь, дети, все дела.

Интересно, кандидат в отцы детей уже есть?

Видно, эта гениальная мысль приходит не только в мою голову.

– У тебя есть парень? – спрашивает Антоха.

– Нет!

– Класс. Ну так что, сходим куда-нибудь?

– Уже сходили, – влезаю я. – Кофе пьем, чего еще надо.

– Я предлагаю настоящее свидание.

Антоха вперился в мою соседку своим носорожьим взглядом.

Вася теряется. Я прям вижу, как ей неловко.

Ну конечно! Ни на какое свидание с Носорогом она не собирается.

– Да мне некогда. У меня работа, ремонт, дела… И Муся.

– А что – Муся? Чем Муся мешает свиданию?

Она не успевает ответить.

Раздается звонок в домофон. Видно, доставка. Я иду открывать.

По дороге думаю: у Васи есть племянница. У меня есть племянница. Обе капец какие буйные девахи. Надо их познакомить.

И держитесь все!

Я забираю доставку, расплачиваюсь с курьером, даю ему чаевые. Возвращаюсь на кухню, а там…

Нет, я точно ему сейчас втащу. И пофиг, что старый друг.

Этот тухлый редис уже лапает мою соседку. Ну как лапает – максимально подъехал к ней на своей табуретке, положил руку на ее ладонь. Дышит практически в шею…

– Э! – рявкаю я. – Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста.

И плюхаю пакет на стол между ними. Попадаю Антохе по носу. Как и планировал.

Он трет свой шнобель, Василиса помогает мне распаковать роллы и пиццу.

Мы все уплетаем за обе щеки.

А эта собака Носорог так и липнет к Василисе. Еще и меня пытается гонять. Как официанта.

– А у тебя есть кетчуп?

Я поднимаюсь и приношу.

– А где салфетки?

– Вот, пожалуйста.

– Я бы еще чаю выпил…

– Конечно, дорогой гость. Будет тебе чай, и какао, и все, что пожелаешь.

Снова встаю, ставлю чайник, завариваю. Меня мама так учила. Гостя надо накормить и напоить. Для начала…

Антон допивает вторую чашку чая. Ставит ее на стол, откидывается.

– Спасибо за прекрасный ужин. И за восхитительную компанию.

Он снова строит глазки Василисе! Еще и командует:

– Диктуй свой телефончик. Позвоню на неделе, сходим в какое-нибудь приятное место.

Ну все. Гость напоен-накормлен. Теперь можно и в морду дать.

Я резко поднимаюсь со стула. Антоха, поймав мой взгляд, шарахается. Он меня очень хорошо знает…

– Ты! – говорю Василисе. – Идешь на свидание со мной.

Она испуганно кивает.

– А ты! – беру Антоху за шкирку. – Идешь на хер.

Я волоку Носорога к двери и попутно объясняю Васе:

– Я очень терпеливый. И гостеприимный. Но когда мое терпение заканчивается...

– Всем звездец, – подсказывает Антоха.

– Да! – рычу я.

Выставляю его за дверь. Захлопываю ее.

Возвращаюсь к Васе.

– Все.

– Что – все?

– Теперь ты моя девушка.

Глава 24

Василиса


Никогда еще не видела таких наглых гостей. Но при этом на редкость симпатичных и обаятельных.

А Ваня такой терпеливый… был.

А потом как начал буянить, мне даже страшно стало. В первое мгновение. И я то ли от страха, то ли от неожиданности, кивнула, когда он в первый раз сказал про свидание.

Конечно, ни на какое свидание я с ним не собираюсь!

А уж заявление про то, что я теперь его девушка… это он вообще берега попутал!

– Мое мнение имеет значение? – спрашиваю агрессивно.

Потому что уже пришла в себя и ничего не боюсь.

– Конечно, – уверенно кивает Ваня. – Я жду твоего положительного ответа.

Я думала, Носорог ведет себя по-хамски.

Но и Медведь не лучше!

Я прекрасно понимаю, что происходит. Это тестостероновое соревнование. Я была нафиг не нужна моему соседу, пока не появился конкурент.

А теперь они меряются письками, соревнуясь, кто первый сможет завоевать трофей.

– Ответ отрицательный, – говорю я.

– Причина отрицательного ответа?

– Ты мне не нравишься.

У него аж уши шевельнулись. Точно! Я видела.

– А так?

Ваня внезапно срывает меня со стула, сажает на стол, вклинивается между моими ногами. И тянется губами к моим губам.

Опять внезапный поцелуй? Уверен, что я сразу растекусь лужицей?

Ага, щаз!

Я вам не трофей в вашей тестостероновой гонке!

Если бы я подумала, то не стала бы действовать так жестко. Но подумать я не успела. Потому что сильно разозлилась.

Хватит обращаться со мной как с послушной куклой!

В общем, я откинулась назад, размахнулась и треснула его по губам. Головой.

Это очень хороший прием, когда на тебя неожиданно нападают и пытаются сделать что-то против твоей воли. Мне уже приходилось применять его на практике с кое-какими отморозками.

Ваня, конечно, не отморозок. И, может, я погорячилась…

Он жалобно пищит… И держится за губу.

А там ничего страшного. Я ее даже не рассекла. Просто небольшая гематома.

– Надо приложить лед, – говорю деловым тоном.

Спрыгиваю со стола, иду к холодильнику. Открываю морозильник – а там лежит только один предмет. Замороженная нога. Вроде как куриная, но очень уж крупного размера. “Голень индейки” – читаю я. Пойдет.

Протягиваю Ване.

Он настороженно берет, как будто боится, я его сейчас этой ногой огрею по башке.

– Ты чего? – спрашивает он в замороженную голень.

– А тебя не учили, что нельзя трогать девочек без их согласия?

– Я думал, тебе понравилось… в прошлый раз.

– Индюк тоже думал. А потом его расчленили и заморозили.

Ваня хохочет.

– Ну ты блин отбитая! Я и забыл, насколько.

Забыл он… А я напомнила. Со мной нельзя обращаться, как с игрушкой.

– Больно? – спрашиваю я.

Все же испытывая муки совести.

– Терпимо. Слушай…

– Что?

– Можно я скажу то, что искренне думаю? Только ты табуреткой меня не бей.

– Не буду. Говори уже.

– Вась, ты очень красивая. Фигура у тебя – полный фэшн. Охеренная талия. Я уж молчу про то, что ниже… И про то, что выше….

– Правильно молчишь!

– А глаза… Про глаза-то можно? – спрашивает с опаской.

– Можно.

– Твои глаза как две капли росы, в которых отражается рассвет, – произносит он с поэтичным подвыванием.

Блин. Похоже, я ему заехала сильнее, чем планировала. В ударе головой трудно контролировать силу.

Похоже, у него сотрясение.

– Тебя не тошнит? – спрашиваю Ваню. – Голова не кружится?

– Кружится. От тебя… У меня вообще конкретно крыша едет.

Этого я и боялась…

– Поехали в больницу, – говорю решительно.

– Нахера?

– Вдруг у тебя сотрясение.

Я думала, он будет отказываться, и мне придется его уговаривать. Но Ваня внезапно соглашается:

– Поехали.

Он сует индюшиную голень в морозилку и сам вызывает такси. Я уже начинаю сомневаться в необходимости ехать в больницу. Пациент скорее жив, и даже подозрительно бодр…

Но потом он спокойно заходит со мной в лифт. И мои подозрения снова активизируется.

После удара его поведение явно изменилось!


Мы садимся в такси. Он берет меня за руку. И признается:

– Я капец как боюсь врачей. Даже больше, чем тебя.

– Ванюш, ничего страшного с тобой делать не будут, – успокаивающе, как ребенку, объясняю я. – Просто посмотрят, посветят в глаза специальным фонариком. Может, сделают рентген. Больно не будет вообще.

– Точно?

– Точно.

– Ну ладно…

Он обнимает меня за талию и кладет голову на плечо. Я не сопротивляюсь – больной, как-никак. Страдает. Боится.

И, видимо, от страха его губы горячо прижимаются к моей шее… Вызывая странную дрожь и вибрирующий жар…

Вроде бы надо сейчас дать ему по шее за такие вольности. Но что-то мне так хорошо… А ему так плохо…


Такси останавливается. Мы выходим. И я не понимаю…

– Где это мы?

– Это “Атмосфера”. Классное местечко.

– Что-то не похоже на больницу…

– Мне не нужна больница. Сотряса нет, не переживай. Ты меня слабенько приложила, чисто по губе. А у нас с тобой свидание. И губы могут пригодиться. Хотя бы для прощального поцелуя у двери…


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 | Следующая
  • 0 Оценок: 0


Популярные книги за неделю


Рекомендации