Читать книгу "Случайные соседи"

Лина Мак
Случайные соседи

Глава 1

Вера Соколова въехала в новую квартиру в пятницу вечером, когда за окнами уже сгущались осенние сумерки, а фонари в старом московском районе зажигались один за другим, превращая его в декорацию к фильму про другую жизнь.

Другая жизнь. Именно это ей и было нужно.

Она стояла посреди однокомнатной квартиры, окружённая коробками и сумками, и пыталась убедить себя, что всё правильно. Что бегство из прежней квартиры, прежнего города, где каждый угол напоминал об Антоне – это не слабость, а здравый смысл. Что начать заново в двадцать восемь – нормально. Что она справится.

Телефон завибрировал. Лена, её подруга и единственный человек, которому она рассказала всю правду про измену.

«Как новое гнёздышко?»

Вера посмотрела на облезлые обои, старый паркет, потрескавшийся подоконник.

«Уютно. Если любишь винтаж и запах нафталина», – написала она.

«Главное – твоё. Без козлов в комплекте»

«Это плюс»

«Вино есть?»

«Две бутылки»

«Вот и отлично. Налей, включи сериал и забудь про весь мир. Ты молодец, что решилась»

Вера улыбнулась – слабо, но всё-таки. Лена умела подбирать слова. Она убрала телефон, открыла коробку с посудой, достала бокал. Вино действительно было – красное, полусладкое, которое она купила по дороге. Налила, отпила глоток. Кислое. Как и всё остальное в последние недели.

Антон. Пять лет отношений. Планы на свадьбу. Совместная ипотека, которую так и не оформили – и слава богу. А потом – сообщение от незнакомого номера с фотографией: Антон с девушкой, губы к губам, её рука на его груди, его – на её бедре.

«Твой парень хорош в постели. Спасибо, что поделилась».

Вера тогда думала, что это розыгрыш. Злая шутка. Но когда пришла домой раньше обычного и увидела чужую куртку в прихожей, чужие туфли у двери, услышала смех из спальни – поняла, что это реальность.

Она ушла тихо. Собрала вещи, пока Антон был на работе, сняла квартиру через интернет на окраине столицы, убежав с сырого Питера навсегда. Не выясняла отношения, не кричала, не требовала объяснений. Просто вычеркнула его из жизни и попыталась дышать дальше.

Получалось плохо.

Вера допила вино, поставила бокал на подоконник, посмотрела в окно. Двор старого дома, облезлые скамейки, детская площадка, фонарь с мигающей лампой. Тихо. Спокойно.

А потом сверху грохнуло.

Вера вздрогнула. Грохот повторился – что-то тяжёлое упало на пол. Следом – музыка. Громкая, с басами, от которых дрожали стёкла. Потом смех, голоса, топот.

Вечеринка.

Вера закрыла глаза, досчитала до десяти. Пятница, люди отдыхают, имеют право. Она переживёт. Наденет наушники, включит что-то своё, заглушит.

Но музыка не стихала. Через десять минут к ней присоединился женский визг – восторженный, пьяный. Потом мужской хохот. Потом что-то снова упало – со звуком, будто сбросили шкаф.

Вера сжала кулаки. Она устала. Устала от переезда, от мыслей об Антоне, от попыток собрать себя по кускам. И эта вечеринка была последней каплей.

Она встала, вышла из квартиры, поднялась по лестнице на этаж выше. Музыка гремела уже отчётливо – какой-то попсовый трек, от которого хотелось заткнуть уши. Вера постучала в дверь. Никто не ответил. Постучала сильнее. Тишина – только музыка.

Она нажала на звонок и держала палец, пока дверь наконец не распахнулась.

На пороге стоял мужчина.

Высокий – сантиметров сто девяносто, не меньше. Широкоплечий, с жёсткими чертами лица, тёмными волосами, коротко стриженными, и глазами, которые смотрели на неё так, будто оценивали и находили недостаточно опасной. На нём были джинсы и чёрная футболка, обтягивающая мускулистые руки. На правом предплечье – шрам, длинный, бледный.

Вера моргнула, собираясь с мыслями. Мужчина молчал, ждал. Выражение лица – незаинтересованное, почти скучающее.

– Можно потише? – выпалила Вера. – Я только въехала, устала, хочу спать, а у вас тут...

Она не договорила. Из глубины квартиры вынырнула девушка – блондинка в обтягивающем платье, с бокалом в руке. Она повисла на плече мужчины, хихикнула.

– Дима, кто это? Соседка? – Она посмотрела на Веру. – Привет, соседка! Хочешь к нам? У нас весело!

– Нет, – резко ответила Вера. – Я хочу тишины.

Мужчина – Дима, судя по всему – посмотрел на блондинку холодно.

– Марина, отойди.

Его голос был низким, с хрипотцой, и в нём слышалась привычка командовать. Марина скривилась, но послушалась, отошла.

Дима перевёл взгляд на Веру. Смотрел долго, оценивающе, и Вера почувствовала, как напрягается под этим взглядом. Будто он видел её насквозь – все слабости, все страхи, всю усталость.

– Марина моя сестра, – сказал он ровно. – Вечеринку устроила она. Я только сегодня приехал.

– И поэтому я должна терпеть? – Вера скрестила руки на груди.

– Нет, – отозвался Дима. – Не должна.

Он развернулся, шагнул в квартиру. Через секунду музыка стихла. Вера слышала, как он говорил что-то Марине – голос жёсткий, недовольный. Марина протестующе взвизгнула, но Дима не отступал.

Он вернулся к двери, посмотрел на Веру.

– Вечеринка закончена. Извините за шум.

Вера моргнула, не ожидая такой реакции.

– Спасибо, – выдавила она.

Дима кивнул – коротко, без улыбки.

– Меня зовут Дмитрий Соловьёв. Живу здесь временно, у сестры. Если будут ещё проблемы, стучите – разберусь.

Он говорил так, будто предлагал деловое соглашение. Без эмоций, без вежливой мишуры. Вера не знала, как реагировать.

– Вера, – представилась она. – Соколова. Живу этажом ниже.

– Понял.

Молчание. Неловкое, тягучее. Вера чувствовала, как его взгляд скользит по её лицу – оценивающе, внимательно. Будто он запоминал. Или искал что-то.

– Ну... спокойной ночи, – сказала она, отступая.

– Вам тоже.

Дверь закрылась. Вера спустилась к себе, вошла в квартиру, прислонилась к двери спиной. Сердце колотилось – от злости, от напряжения, от чего-то ещё, что она не хотела признавать.

Дмитрий Соловьёв. Высокий, мрачный, с тяжёлым взглядом и шрамом на руке. Он смотрел на неё, как никто не смотрел раньше – будто видел всё, что она прятала.

И это бесило.

Наверху было тихо. Вечеринка действительно закончилась. Вера подошла к окну, посмотрела на двор. Подумала, что завтра переедет. Найдёт другую квартиру, подальше от шумных соседей и мужчин с тяжёлыми взглядами.

Но не переехала.

Потому что на следующее утро всё изменилось.

Глава 2

Вера проснулась от звука капающей воды.

Первые несколько секунд она лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, снится ей это или нет. Капли падали мерно, ритмично – кап, кап, кап. Потом она услышала журчание, и что-то в этом звуке заставило её подскочить.

Она открыла глаза – и увидела тёмное пятно на потолке. Большое, влажное, расплывающееся. Из него сочилась вода – сначала каплями, потом тонкой струйкой.

– Чёрт!

Вера сбросила одеяло, вскочила. Вода капала прямо на кровать, на подушку, растекалась по простыне. Она схватила телефон – без пяти девять утра, суббота. Посмотрела на потолок – пятно увеличивалось, вода текла сильнее.

Она выбежала из квартиры в пижаме – старой футболке и шортах, даже не подумав накинуть халат. Взлетела по лестнице на этаж выше, стучала в дверь кулаком.

– Открывайте! У меня потоп!

Никто не отвечал. Вера стучала сильнее, давила на звонок.

– Откройте, немедленно!

Дверь распахнулась резко. На пороге стоял Дмитрий – босой, в спортивных штанах и расстёгнутой рубашке. Волосы взъерошены, на щеке след от подушки, глаза прищурены. Он явно только что проснулся.

– Что случилось? – Голос хриплый от сна, но настороженный.

– Меня заливает! – Вера почти кричала. – Вода течёт с потолка, прямо на кровать!

Дмитрий мгновенно стал собранным. Шагнул в квартиру, крикнул:

– Марина!

Тишина.

Он прошёл в глубину квартиры, Вера услышала, как он открывает дверь, потом ругается – коротко, сочно. Через минуту вернулся.

– Труба лопнула в ванной. Марины нет дома, она у подруги осталась на ночь. – Он взял телефон, набрал номер. – Сейчас перекрою воду, вызову аварийку.

Вера стояла на пороге, чувствуя, как внутри всё сжимается от бессилия. Новая квартира. Первая ночь. И вот.

Дмитрий разговаривал по телефону – чётко, по делу, никакой паники. Потом исчез в ванной, и Вера услышала скрежет вентиля. Журчание стихло.

Он вышел, застёгивая рубашку.

– Перекрыл. Сантехник приедет в течение часа. – Посмотрел на Веру внимательно. – У вас сильно затопило?

– Не знаю, – призналась Вера. – Я сразу сюда побежала.

– Пойдёмте, посмотрим.

Они спустились вместе. Вера открыла дверь, и Дмитрий вошёл следом, оглядывая квартиру профессиональным взглядом. На потолке красовалось огромное мокрое пятно, вода стекала на кровать, на пол. Лужа расползлась уже до середины комнаты.

Дмитрий подошёл ближе, потрогал потолок, посмотрел на кровать.

– Пострадало только это место?

– Пока да.

– Матрас придётся выкинуть. Потолок и стена потребуют ремонта – штукатурка, покраска. Пол тоже. – Он обернулся к ней. – У вас есть куда переехать на время?

Вера молчала. Лена сейчас жила на другом конце города, в однушке с парнем. Родители – в Питере. Других друзей в Москве не было – она переехала сюда полгода назад, работала удалённо, почти ни с кем не общалась.

– Нет, – сказала она тихо.

Дмитрий кивнул, будто ожидал такого ответа.

– Гостиница?

– Дорого. У меня... – Вера запнулась. – У меня сейчас не лучшие времена финансово.

Он смотрел на неё долго, и Вера почувствовала, как краснеет. Стоять перед этим мужчиной в пижаме, в затопленной квартире, признаваться в безденежье – унизительно.

– Понятно, – сказал Дмитрий наконец. – Слушайте. Марина в командировку уезжает сегодня вечером, на две недели. Квартира у неё трёхкомнатная, места много. Можете пожить у меня, пока ремонт идёт. Я присмотрю, чтобы мастера не халтурили.

Вера уставилась на него.

– Что?

– Предлагаю временное соседство, – повторил Дмитрий спокойно. – Труба лопнула по вине изношенной системы в нашей квартире. Я косвенно виноват. Помогу с ремонтом и жильём.

– Это... – Вера не знала, что сказать. – Это слишком.

– Это логично, – возразил он. – У вас нет выбора. У меня есть возможность. Берите.

Вера смотрела на него, пытаясь понять, что за человек перед ней. Вчера он был резким, холодным. Сегодня – собранным, чётким, предлагающим помощь без лишних эмоций. Будто решал рабочую задачу.

– Я не хочу быть обузой, – сказала она.

– Не будете. Я работаю удалённо, консультирую коллег. Дома почти не бываю. Вам будет место. – Он помолчал. – И чай с печеньками предлагать не стану. Просто крыша над головой.

Вера усмехнулась – нервно, но всё-таки.

– Вы так прямолинейны.

– Привычка. На работе нет времени на дипломатию.

– Кто вы по профессии?

Дмитрий помедлил секунду.

– Оперативник. Уголовный розыск. Сейчас в отпуске.

Вера моргнула. Это многое объясняло – жёсткость, прямоту, шрам на руке, тяжёлый взгляд.

– Понятно, – выдохнула она.

– Так что скажете? – Дмитрий смотрел на неё выжидающе. – Соглашайтесь, пока я не передумал быть великодушным.

В его голосе прозвучала ирония – лёгкая, почти незаметная. Вера подумала, что у неё действительно нет выбора. Гостиница – дорого. Лена – далеко и неудобно. Снимать ещё одну квартиру на две недели – глупо.

А этот мужчина предлагал решение. Пусть и странное.

– У меня есть условия, – сказала она, выпрямляясь.

Дмитрий приподнял бровь.

– Слушаю.

– Я не буду мешать. Буду работать, в основном по ночам, так что днём не попадусь на глаза. Уберу за собой. Не влезу в ваши дела.

– Отлично.

– И вы не будете лезть в мои.

Дмитрий усмехнулся – коротко, без веселья.

– Не собирался. Моё правило – держать дистанцию.

– Договорились.

Они пожали руки – его ладонь была тёплой, большой, с мозолями. Сильная. Вера отдёрнула руку, чувствуя странное покалывание в пальцах.

– Собирайте вещи, – сказал Дмитрий, оглядывая комнату. – Только то, что не промокло. Остальное упакуем, чтобы мастера не повредили. Сантехник скоро приедет, обсудим план ремонта. Я заплачу за материалы и работу.

– Не надо, – начала Вера, но он оборвал:

– Надо. Моя ответственность.

Он развернулся и вышел, не дожидаясь возражений.

Вера осталась стоять посреди затопленной квартиры, глядя на закрывшуюся дверь. Внутри клубилась смесь благодарности, растерянности и странного предчувствия, что её жизнь только что повернула не туда.

Или как раз туда, куда нужно.

Сантехник приехал быстро – пожилой мужчина с вечно недовольным лицом. Осмотрел трубу, покачал головой.

– Старьё. Полвека ей, не меньше. Удивительно, что не раньше лопнула.

– Сколько времени займёт замена? – спросил Дмитрий.

– Дня два. Потом ещё штукатурка, покраска, сушка. Недели две, если повезёт.

Дмитрий кивнул, назвал цену, сантехник согласился. Они обо всём договорились за десять минут – чётко, без торга. Вера стояла рядом, чувствуя себя лишней.

Когда сантехник ушёл, Дмитрий повернулся к ней.

– Собрались?

– Да.

Вера стащила вниз две сумки – одежду, ноутбук, косметичку, документы. Немного. Дмитрий взял одну сумку, даже не спросив разрешения.

Они поднялись в его – теперь их – квартиру.

Марина уже уехала, оставив записку на холодильнике:

«Дим, не убей соседку. Она милая. P.S. Котлеты в морозилке».

Дмитрий скомкал записку, бросил в мусорку.

– Ваша комната здесь, – сказал он, показывая на дверь слева. – Постель чистая, полотенца в шкафу. Ванная – там. Кухня общая.

Вера заглянула в комнату. Небольшая, светлая, с широким окном, диваном, столом и шкафом. Пахло свежим бельём и чем-то терпким – мужским одеколоном, наверное.

– Спасибо, – сказала она.

Дмитрий кивнул.

– Я работаю в кабинете, – он указал на дверь напротив. – Если я там, лучше не беспокоить. По телефону могу говорить резко – не пугайтесь, это рабочее.

– Хорошо.

– Завтракаю в шесть утра. Встаю в пять тридцать. Если не хотите меня видеть, вставайте позже.

Вера усмехнулась.

– Я сова. До шести обычно не просыпаюсь.

– Отлично. Конфликт интересов исключён.

Он говорил так серьёзно, что Вера не поняла, шутит он или нет.

– Дмитрий, – начала она. – Правда, спасибо. Я...

– Не стоит, – оборвал он. – Вы бы сделали то же самое.

– Не уверена.

Он посмотрел на неё – долго, внимательно. В его глазах мелькнуло что-то, чего Вера не успела разобрать.

– Тогда вы недооцениваете себя, – сказал он и ушёл в кабинет, закрыв дверь.

Вера осталась стоять в коридоре, сжимая ручку сумки. Внутри что-то переворачивалось – непонятное, тревожное, странно тёплое.

Она зашла в свою временную комнату, закрыла дверь, опустилась на диван.

Две недели. Она проживёт здесь две недели с мужчиной, которого видела дважды в жизни. С опером, который смотрел на неё, будто читал мысли. С человеком, у которого была броня вместо сердца.

Что может пойти не так?

Всё, подумала Вера.

Абсолютно всё.

Глава 3

Первое утро Вера проснулась от звука шагов.

Тяжёлых, мерных, ритмичных. Она открыла глаза, посмотрела на телефон – пять сорок семь. За окном было темно. Шаги продолжались – туда-сюда, туда-сюда. Потом заскрипели половицы, хлопнула дверь.

Вера натянула одеяло на голову и попыталась уснуть снова. Не получилось. Через десять минут по квартире разнёсся запах кофе – крепкого, горького. Потом заработал телевизор – новости, мужской голос диктора, сводка происшествий.

В шесть тридцать всё стихло. Вера выглянула из-под одеяла, прислушалась. Тишина.

Она встала, накинула халат, вышла на кухню. Пусто. В раковине – одна чашка, вымытая и поставленная сушиться. На столе – записка, написанная чёткими, угловатыми буквами:

«Кофе в банке справа. Хлеб в хлебнице. Масло в холодильнике. Уехал на встречу, вернусь к обеду. Д.»

Вера усмехнулась. Лаконично. В его стиле.

Она налила себе кофе из турки, которая стояла на плите – Дмитрий, видимо, сварил с запасом. Кофе был обжигающе горячим и крепким, без сахара. Вера поморщилась, добавила две ложки.

Села у окна, смотрела на просыпающийся город. Чистые пруды под утренним туманом, редкие прохожие, бегуны в парке. Тихо. Спокойно.

Странно.

Последние недели её жизнь была хаосом. А здесь – порядок. Даже слишком. Будто она попала в армейскую казарму, где всё разложено по полочкам и подчинено расписанию.

Дмитрий вернулся в полдень. Вера сидела за ноутбуком в своей комнате, работала над логотипом для заказчика. Услышала, как открылась входная дверь, как он прошёл на кухню, как зазвенела посуда.

Она вышла через полчаса – налить воды. Дмитрий сидел за столом с бумагами, что-то помечал красной ручкой. Перед ним стояла тарелка с остатками омлета и чашка кофе.

Он поднял взгляд, кивнул.

– День добрый.

– Привет, – отозвалась Вера, наливая воду из кулера.

– Как спалось?

– Нормально. – Она помедлила. – Ты рано встаёшь.

– Привычка.

– С работы?

– Да.

Односложные ответы. Вера поняла, что разговор окончен. Она вернулась в комнату, закрыла дверь. Подумала, что две недели будут долгими.

***

Вера работала до трёх ночи. Заказчик прислал правки, потом ещё правки, потом передумал и попросил вернуть первый вариант. Она едва сдержалась, чтобы не нахамить, переделала, отправила, закрыла ноутбук.

Вышла на кухню за водой. Свет в коридоре горел. Она прошла тихо, босиком, и замерла у двери кабинета.

Дмитрий сидел у окна в кресле, в одних спортивных штанах, с бокалом в руке. Виски, судя по цвету. Он смотрел в окно, не двигаясь, и на его лице было выражение, которое Вера ещё не видела – усталое, потерянное. Будто он был далеко отсюда.

Она хотела уйти незамеченной, но пол скрипнул. Дмитрий обернулся – резко, настороженно. Увидел её, расслабился.

– Не спится? – спросил он.

– Работала, – ответила Вера. – А ты?

Он пожал плечами.

– Привык не спать.

– Каждую ночь?

– Часто.

Вера прошла на кухню, налила воды, вернулась. Дмитрий всё так же сидел у окна. Она остановилась в дверях.

– Бессонница?

– Что-то вроде.

– Из-за работы?

Он посмотрел на неё долго, потом отпил виски.

– Можно и так сказать.

Вера хотела спросить ещё что-то, но его лицо было закрытым. Она кивнула и ушла.

Ночью, лёжа в постели, она слышала, как он ходил по квартире – медленно, тяжело. Как скрипели половицы. Как он стоял у окна, не двигаясь.

И она поняла: у этого человека демоны. Большие. Тяжёлые.

***

Утром Вера встала раньше обычного – в восемь. Вышла на кухню, увидела Дмитрия. Он делал зарядку в гостиной – отжимания, быстрые, чёткие. Мышцы спины перекатывались под загорелой кожей, на которой были шрамы – несколько, разной длины. На груди, на боку, на плече.

Вера замерла, глядя. Он заметил её, поднялся, взял футболку с дивана, натянул.

– Извини, – сказал он. – Не думал, что ты проснешься так рано.

– Ничего, – выдавила Вера, отводя взгляд. – Я просто... кофе.

Она прошла на кухню, чувствуя, как горят щёки. Включила кофемашину, достала чашку. Дмитрий появился через минуту – в футболке, с полотенцем на плечах.

– Не привык к соседям, – сказал он, наливая себе воды. – Обычно один.

– Я тоже, – призналась Вера. – Это... непривычно.

Он усмехнулся – едва заметно.

– Потерпим две недели.

– Да.

Они пили кофе молча. Вера украдкой разглядывала его – жёсткие черты лица, тёмные глаза с тенями под ними, сжатые губы. Он выглядел старше своих лет. Усталым. Измотанным чем-то, что не залечить отпуском.

– Чем занимаешься? – спросил Дмитрий вдруг.

Вера вздрогнула.

– Я? Графический дизайн. Фриланс.

– Нравится?

– В основном. – Она пожала плечами. – Свобода, но нет стабильности. Заказчики бывают... сложные.

– Понимаю. У меня тоже бывают сложные.

Вера представила, какие «сложные» у оперативника, и поёжилась.

– Наверное, твои сложнее.

Дмитрий не ответил. Допил воду, поставил стакан в раковину.

– Мне на встречу. Вечером вернусь поздно.

– Хорошо.

Он ушёл. Вера осталась на кухне, глядя в окно и думая, почему его присутствие так сильно влияет на неё.

***

Утро началось плохо. Заказчик отказался платить, сославшись на то, что «не то видение». Вера полчаса спорила с ним в переписке, потом плюнула и пошла делать кофе.

Дмитрий сидел за столом с ноутбуком и документами. Перед ним стояла чашка кофе – полная, дымящаяся. Он разговаривал по телефону – голос жёсткий, резкий:

– Нет, Серёга, это не вариант. Нужны факты, а не предположения. Без доказательств дело развалится... Да, понимаю. Но понимание не поможет в суде.

Вера прошла мимо, неся свою чашку. Споткнулась о ножку стула – чёртов старый паркет – и кофе выплеснулся. Прямо на документы Дмитрия.

Он отшатнулся, вскочил, отбросил телефон. Кофе растёкся по бумагам – коричневым пятном, пропитывая насквозь.

– Чёрт! – выругался он, хватая бумаги, пытаясь стряхнуть кофе.

– Извини, – залепетала Вера. – Я не хотела, я споткнулась...

Дмитрий смотрел на испорченные документы, и лицо его было каменным.

– Это важные бумаги, – сказал он тихо. Слишком тихо. – Дело, над которым я работаю месяц.

– Извини, – повторила Вера, чувствуя, как горло сжимается. – Я правда не специально. Можно их восстановить?

– Можно. – Он поднял взгляд, и в его глазах была злость. – Если потратить ещё два дня на запросы и согласования.

– Я... я не знаю, что сказать.

– Тогда не говори ничего.

Он собрал промокшие бумаги, швырнул их в раковину. Вера стояла, сжимая пустую чашку, чувствуя себя идиоткой.

– Дмитрий...

– Забудь, – бросил он, не оборачиваясь. – Просто будь внимательнее.

Он ушёл в кабинет, громко закрыв дверь. Вера осталась на кухне, глядя на коричневое пятно на столе.

Она вытерла его, вымыла чашку, вернулась к себе. Села за ноутбук, но работать не могла. Перед глазами стояло его лицо – холодное, злое.

Она действительно облажалась.

Дмитрий вернулся в одиннадцать. Вера сидела в своей комнате, делала вид, что работает. Слышала, как он прошёл в ванную, как зашумела вода.

Через полчаса постучали в её дверь. Вера открыла. Дмитрий стоял в дверях – в домашней одежде, с мокрыми волосами.

– Извини, – сказал он. – Сорвался. Не должен был.

Вера моргнула, не ожидая извинений.

– Нет, это я виновата. Испортила твои документы.

– Ты споткнулась. Не специально. – Он потёр переносицу. – Я просто... устал. Дело сложное. А я не люблю, когда планы рушатся.

– Я поняла, – тихо сказала Вера. – Контрольфрик.

Дмитрий усмехнулся – без веселья.

– Можно и так сказать.

– Я тоже извиняюсь. Буду смотреть под ноги.

Он кивнул. Молчание повисло между ними – неловкое, тягучее. Вера не знала, что ещё сказать.

– Ты поставил чашку на край стола, – вдруг выпалила она. – Сам виноват.

Дмитрий уставился на неё, потом рассмеялся – коротко, хрипло, но искренне.

– Ты невыносима, – сказал он.

– Взаимно, – парировала Вера.

Он качал головой, всё ещё усмехаясь.

– Спокойной ночи, Вера.

– И тебе.

Дверь закрылась. Вера стояла, прислонившись к косяку, и улыбалась.

Странный он. Резкий, закрытый, но способный извиниться. И его смех – она запомнила этот звук.

***

Вера проснулась в три часа от жажды. Вышла на кухню тихо, налила воды. Свет в гостиной горел.

Она заглянула. Дмитрий стоял у окна – в одних штанах, с бокалом виски в руке. Спиной к ней. Плечи напряжены, голова опущена.

Вера смотрела на него и видела: он не просто не спит. Он не может спать. Что-то держит его здесь, у окна, в три часа ночи, с виски и тишиной.

Она хотела спросить. Но что-то останавливало. Он не из тех, кто делится. Не из тех, кто открывается первому встречному.

Но она больше не была первой встречной.

Вера отступила, ушла к себе. Лежала в постели, глядя в потолок, и думала о мужчине за стеной.

О том, что у него шрамы не только на теле.

О том, что ей хочется узнать, откуда они.

И это пугало больше всего.