Текст книги "Самозванка (Сокровища)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/samozvanka-sokrovischa-4747.jpg)
Автор книги: Лиза Джексон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Но справиться со своим чувством к Заку Кэт не могла. И он отвечал ей взаимностью. Он мог сколько угодно протестовать, но она знала, что нравилась ему. В последний раз на вечеринке, когда она заставила Зака танцевать с ней, Кэт чувствовала, что его желание так же сильно, как ее. Шампанское вскружило ей голову, и она представляла себе, каким любовником был бы Зак: опытным и умелым или девственником, которого требовалось учить азам. Хватило бы у него терпения дождаться, когда партнерша достигнет оргазма?
«Господи, я должна перестать думать об этом! Он сын Уитта! Мой пасынок!» – говорила себе Кэт, раздирая длинными ногтями целлофановую обертку пачки сигарет и нервно закуривая.
Выдыхая душистый дым, она постаралась не думать о Заке, и ее мысли снова вернулись к Ланден. Где ее девочка? Жива ли она? Ей страшно? Может быть, она давно убита? Нет, она не могла думать об этом. «Ланден», – прошептала Кэт, и ее глаза наполнились слезами. Она торопливо отпила из своего стакана, надеясь, что водка поможет ей успокоиться. Если бы кто-нибудь обнял ее сильными руками, сказал, что все будет хорошо, что Ланден в безопасности и скоро будет дома. Любил ее. Ей нужен мужчина. Кто угодно. Нет, только Зак.
Кэт развернула газету и под ее прикрытием продолжала любоваться Заком. Ее глаза были скрыты солнечными очками: он не мог видеть, что она наблюдает за ним. Ее мозг усиленно работал над проблемой, как соблазнить пасынка. Кэт собиралась применить беспроигрышную стратегию: план не должен был сорваться.
Зак начал задыхаться, едва зажившее плечо горело. Он плавал уже час, надеясь, что Кэт закончит наконец читать газету и уйдет. Но она, похоже, собиралась сидеть у бассейна до вечера. На самом деле он был рад, что она наконец вышла из своей комнаты. Было странно, что она почти безвылазно сидит там.
Впрочем, в последнее время в доме было много странного. Копы и федералы, репортеры, дежурящие у ворот. Тихое бешенство Уитта и изоляция Кэт. Джейсон переехал домой и бродил по комнатам, как зверь по клетке. А Нелсон, который первые несколько дней после больницы таскался за Заком по пятам, снова закрылся у себя наверху, слушая «Лед Зеппелин».
Заку казалось, что все они смотрят на него с подозрением, будто он и в самом деле знал, что случилось с Ланден и ее няней.
Он вынырнул из воды, тряхнул головой, откидывая с лица мокрые волосы, и вылез из бассейна. С него стекала вода, но полотенце было на другой стороне, около Кэт. А после той вечеринки Зак старался держаться от нее подальше. Рядом с мачехой ему было не по себе, отчасти из-за того, что он сразу начинал думать о Ланден и переживать за девочку, отчасти из-за того, что его снова охватывали те чувства, которые он испытал, танцуя с Кэт. Ему было особенно неприятно, что мачеха знала, что он потом пошел к шлюхе, к проститутке. Как будто ему нужно платить за это! У Зака была масса возможностей делать это с ровесницами, но его не привлекали хихикающие девчонки, которые предлагали ему потрогать их сиськи в обмен на какой-нибудь пустяк. Они постоянно влюблялись, заигрывали с ним, но не интересовали его. Зак не верил в любовь и не собирался верить. Пример его родителей и близких доказал, что любовь – глупая выдумка. Ее не существует.
Горячая плитка обжигала ступни, и Заку пришлось пробежаться вокруг бассейна, чтобы добраться до полотенца.
Кэт посмотрела на него и неожиданно улыбнулась.
– Тебе сегодня лучше, – произнес он неуверенно, понимая, что должен что-то сказать.
– Да.
Кэт сдвинула очки, чтобы лучше видеть его. Господи, как она прекрасна! Мягкие нежные губы, черные глаза... Глядя на нее сверху, он видел ее грудь, открытую почти до сосков.
– У тебя больше ничего не болит? – спросила она заботливо, как будто ей не все равно.
– Вроде нет.
Зак набросил полотенце на голову и вытирал волосы и лицо, стараясь отгородиться от сексуальной ауры, притягивающей его к мачехе помимо воли. Черт, почему она на него так смотрит?
– Хорошо. Я беспокоилась о тебе. – Она потянулась и поменяла позу.
– Правда? – Зак не верил ей. Он чувствовал себя, как кролик рядом с удавом.
Она отпила сока и облизала губы. Где-то в доме хлопнула дверь.
– Конечно. Столько всего случилось. Это такой ужас. – Она тихо заплакала, и впервые в жизни Заку стало ее жаль. – Все равно, я знаю, я вела себя с тобой ужасно. Там, в отеле. Я напилась и разозлилась, но все равно это непростительно. Поверь, я чувствую себя виноватой.
– Ладно, забудь, – пробормотал Зак, его лицо горело.
– Я забуду, если ты простишь меня.
«Господи, что происходит?» – испуганно подумал Зак.
– Конечно.
– Спасибо. – Опять эта трогательная улыбка, только теперь слезы на ее щеках говорили о том, как страдает Кэт, потеряв ребенка.
Зак чувствовал себя идиотом, как он мог думать о ее сексуальности. Перед ним сидела страдающая женщина. Он повертел в руках полотенце и с трудом выговорил:
– Не волнуйся, Ланден скоро найдется.
– Ты думаешь?
Она так обрадовалась! Какое он имел право будить ложные надежды, может быть, Ланден уже давно нет в живых. Зак растерялся.
– Я не знаю, но ведь ее все ищут. – Фраза получилась неуклюжая, он умолк и заметил, что в глазах Кэт снова появилось страдание. Черт, откуда он мог знать, что надо говорить в таких случаях!
Она встала и взяла его за руку.
– Я надеюсь, Зак, – прошептала Кэт, часто моргая, чтобы остановить слезы. В этот момент она казалась такой юной и беззащитной. И такой маленькой рядом с ним. – Господи! Как я на это надеюсь!
К его удивлению, она привстала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
– Спасибо тебе за сочувствие, Зак. Мне так нужен друг.
Кэт улыбнулась, отпустила его руку и пошла к дому. Мокрый Зак ошалело смотрел ей вслед, не понимая, что же тут только что произошло.
Боль горячей стрелой пронизала грудь Уитта. На секунду он перестал дышать, будто кто-то жесткими пальцами сжал его горло. Где это чертово лекарство? Уитт открыл ящик стола, нащупал пузырек с таблетками и сунул под язык нитроглицерин. Поддерживая руками голову, он сидел за столом, ожидая, пока утихнет боль. Зазвенел зуммер внутренней связи, но Уитт не ответил, надеясь, что Ширли, уже двадцать лет служившая его секретаршей, поймет, в чем дело. Зуммер замолчал.
Через пять минут Дэнверсу стало лучше, проклятый приступ прошел. Никто, кроме Макгенри, не знал о его болезни. Уитт и впредь собирался хранить это в секрете. Он ненавидел слабость во всех ее проявлениях. А эти приступы служили сигналом, что он уже не тот железный человек, каким был раньше.
Уитт достал ящик с сигарами, открыл его и вдохнул знакомый аромат. Он взял сигару, но не собирался зажигать ее, во всяком случае, не сразу после приступа.
Пора было узнать, что хотела сообщить Ширли. Оказалось, что его ждет в приемной некий Роджер Фелпс. Вскоре мистер Фелпс уже устраивался напротив него в кресле. Он не произвел на Уитта приятного впечатления: поношенные брюки, грязноватая рубашка, видавшая виды куртка. Дэнверс был разочарован затрапезным видом человека, на которого возлагал большие надежды. Фелпс, бывший агент ФБР, несколько лет назад ушел из ведомства и открыл собственное дело.
– Чем я могу быть вам полезен, мистер Дэнверс? – спросил Фелпс неприятным резким голосом.
– Вы могли бы и сами об этом догадаться. Была похищена моя дочь Ланден. Полиция и ФБР ничего не добились за это время. Они не нашли никаких следов, а уже прошел почти целый месяц.
Фелпс молча пил поданный Ширли кофе.
– Вас очень хорошо рекомендуют. Детектив только пожал плечами в ответ. Уитт начал раздражаться.
– Я хочу услышать, почему я должен платить вам, если никто другой не добился успеха.
Выражение лица Фелпса слегка изменилось, и он напомнил Уитту волка, почуявшего добычу.
– Очень просто. Вы хотите, чтобы ваша дочь была найдена.
– И вы можете это сделать? – недоверчиво спросил Уитт. Может быть, Фелпс не так прост, каким он показался с первого взгляда.
– Если я не смогу, вы ничего не будете мне должны, кроме моего гонорара.
– Который составляет пять тысяч долларов, – уточнил Уитт.
– Это недорого, не так ли? – Фелпс поставил пустую чашку на стол. – Все, что мне нужно, – это абсолютная честность со стороны всех членов вашей семьи. Никаких секретов. Никакой лжи. Никаких скелетов в шкафу.
– Справедливое требование. Вы можете поговорить с ними, пока вся семья здесь, в Портленде. Но я собираюсь вскоре отправить их на ранчо. Я боюсь потерять еще кого-нибудь. Закари...
Уитт поморщился, вспомнив о среднем сыне.
– Закари уедет первым, – продолжал Уитт. – Остальные переедут через пару недель. Так что сначала поговорите с Закари.
– Это тот парень с фальшивой историей о шлюхе? Уитт разозлился.
– Это не фальшивая история. Полиция допросила девушку. Ее зовут Софи…
– Констанцо. Я уже поговорил с ней.
Уитт перебросил незажженную сигару в другой угол рта.
– И что она сказала?
– То же самое, что она рассказала в полиции. Не больше. Подтвердила алиби вашего сына. Но у меня такое ощущение, что она лжет.
– Ощущение? – скептически повторил Уитт.
– Поверьте мне, она говорит не все, что знает, – мрачно улыбнулся Фелпс. – Но проблема не в этом. Что касается Закари, я с ним поговорю и послушаю, что он скажет, может быть, мне удастся узнать больше. Я поговорю со всеми до того, как они уедут.
Детектив вытащил из внутреннего кармана потрепанный блокнот и быстро что-то записал. Затем хмуро спросил:
– Ну а ваша жена? Я смогу связываться с ней здесь, или она тоже уедет на ранчо с детьми?
Уитт поколебался. Он никак не мог принять решение насчет Кэт, но откладывать дальше было уже нельзя. Ей лучше уехать.
– Кэтрин будет на ранчо.
Почему ему будет легче, когда она уедет, Уитт не мог объяснить, но он надеялся, что смена обстановки пойдет жене на пользу.
Фелпс задал новый вопрос:
– А вы сами?
– У меня в Портленде бизнес, большой бизнес, Фелпс. – Парень определенно действовал Уитту на нервы. – Вы сможете найти меня здесь.
– Отлично. – Детектив скрестил руки на круглом животике. – От вашей семьи мне нужно только одно, мистер Дэнверс. Абсолютная откровенность.
– Вы ее получите, —сказал Уитт, стремясь как можно быстрее закончить разговор.
Этот потрепанный малый раздражал его, но Дэнверс нуждался в нем. Ему нужен был кто-то, кто найдет Ланден. Полиция потеряла след, ФБР тоже оказалось бессильно. На душе у Уитта кошки скребли, и, хотя он особенно не верил в бога, ему начинало казаться, что он за что-то наказан. Грехов за ним было предостаточно.
– Но вы, возможно, ее не получили, – заметил Фелпс, прерывая ход мыслей Дэнверса. Детектив наклонился вперед и уставился на Уитта неожиданно проницательными глазами. – Если я обнаружу, что за похищением стоит кто-то из вашей семьи, я получу свой гонорар?
– Вы его получите, – подтвердил Дэнверс, хотя ему на миг показалось, что воротник его рубашки превратился в жесткий собачий ошейник.
Фелпс фальшиво улыбнулся, и Уитт почувствовал, что между ними протянулась невидимая, но крепкая нить. – Отлично, значит, мы друг друга поняли.
Глава 5
Сухой ветер с поля приносил с собой пыль, труху от соломы и слабый запах солярки. На склоне, около поваленных сосен, гудел трактор. Упираясь каблуками ковбойских сапог, Зак чинил оборванную проволоку ограды. Это было нелегко, его красная бандана промокла от пота. Солнце палило безжалостно, но Заку это нравилось.
– Натягивай здесь, – крикнул Мэнни, управляющий ранчо. – Держи крепко, и я их свяжу.
Впервые за последние недели Зак чувствовал себя свободным. Его раны почти совсем зажили. Он любил ранчо, занимавшее три тысячи акров к северу от Бенда, в центральной части Орегона. Ограниченное с востока подножием Каскадных гор, оно простиралось до самого горизонта. В отличие от крепости из красного кирпича, в которой Дэнверсы жили в Портленде, «Лэйзи М» было открыто всем ветрам и отвечало неугомонному характеру Зака.
Его отправили сюда сразу же после разговора с Фелпсом, частным детективом, которого нанял Уитт. Детектив вел себя терпеливо, говорил спокойно, заставляя Зака говорить то, что он не собирался. После этой беседы у Зака появилось стойкое ощущение, что Фелпс подозревает его в похищении Ланден. Он думал о том, чтобы рассказать детективу правду, но не видел никакой пользы для поиска девочки в том, что он расскажет об отношениях Джейсона с Софи. Кому какое дело? Одно с другим не связано, считал Зак. У него был свой моральный кодекс, неважно, хороший или плохой. Он никогда ни на кого не доносил.
Уитт отправил сына на ранчо, надеясь, что долгие часы тяжелого труда – починка изгороди, чистка коровника, объезд ранчо – вымотают сына так, что у него не останется сил на буйные выходки. Зак не собирался возражать: это лучше, чем военная школа, о которой постоянно заводили разговор после того, как пропала Ланден. Он мечтал вырваться из дома, подальше от подозрительных взглядов, молодой обольстительной мачехи, туда, где не будет копов. Джек Логан, как и Роджер Фелпс, готов был обвинить Зака во всех мыслимых и немыслимых преступлениях.
Правда, у него были неприятности с законом. Его тысячу раз ловили на употреблении спиртных напитков. Он украл катафалк с похорон и устроил гонки, и Уитту нелегко было замять дело об угоне, не говоря о моральном ущербе. Его выгнали из школы за то, что он устроил взрыв в уборной. Плюс постоянные драки, частенько заканчивающиеся для Зака больницей, и мотоциклетные аварии, которые начались задолго до того, как он получил права.
«Дьявол на колесах», – называл его Логан. Джейсон заступался за брата. «Это такой возраст, – говорил он. – Надо просто подождать, пока он перебесится».
Кэт это даже развлекало. «Держу пари, ты был таким же диким и необузданным в его возрасте», – говорила она Уитту, который после угона катафалка впал в ярость и готов был задушить Зака собственными руками.
В свою очередь, Нелсон, после того как Зака в очередной раз приводили домой окровавленным или доставляли в наручниках, считал брата героем, ходил за ним по пятам и выспрашивал малейшие подробности его подвигов.
Только Триш ничего не говорила, казалось, ее вполне устраивало, что Зак отвлекает на себя внимание родителей.
Да, он доставлял им хлопоты, и ему было наплевать на это. Это бесило Уитта больше всего. Кроме того, отца беспокоило, что Зака, казалось, ничего не интересовало. Даже у Триш были ее уроки рисования. Джейсон хотел стать классным юристом, но у Зака не было стремления ни к чему. Его не интересовал ни гостиничный бизнес, ни лесопромышленность, вообще ничего, даже отдаленно связанное с «Дэнверс Интернэшнл».
Но Заку нравилось ранчо. И он не имел никакого отношения к похищению Ланден. Почему ему никто не верил?
Конечно, Ланден была капризной, честно говоря, Уитт ее окончательно испортил. Но Зак по-своему любил девочку, которая могла добиться чего угодно, просто улыбнувшись отцу и подмигнув ему, как будто они знают общий секрет. По мнению Зака, любой, кто мог так манипулировать стариком, заслуживал уважения. Даже если это четырехлетняя девчонка.
– Отпускай, готово! – закричал Мэнни, проверив свой столб. – Сегодня пятница, кончаем работу.
Зак посмотрел на часы. Пять пятнадцать. С тех пор как он на ранчо, Мэнни не отпускал его раньше восьми. Распорядок был каждый день один и тот же. Усталый как собака, Зак возвращался домой вечером, мылся, ел и ложился спать еще до девяти часов, так как в пять, на следующее утро, Мэнни уже поднимал его на работу.
Он снял бандану, вытер пот и пыль с лица и пошел по берегу ручья туда, где он привязал после обеда своего коня. Он мог бы вернуться домой в двуколке, на грузовике или на телеге, но предпочитал скакать верхом, и Циклон, норовистый жеребец, самый быстрый на ранчо, был его любимцем.
– Пора, приятель, – сказал Зак, набрасывая на спину коню одеяло и кладя седло. – Пора домой.
Циклон дернулся, но парень избежал удара и не выпустил удила.
– Ты непослушный сукин сын. – Зак вскочил в седло. – Мне это нравится, я и сам такой. – Он ударил пятками по бокам коня и поскакал.
Волосы Зака развевались на ветру, на глазах выступили слезы. Он чувствовал себя свободным.
Зак не скучал по своим родным. Джейсон продал бы душу за небольшую сумму наличными. Триш не нашла ничего лучшего, чем снова связаться с Марио Полидори. Похоже, она не способна учиться даже на собственных ошибках. Говорили, что она принимает наркотики, но Зак не замечал признаков этого. Что касалось Нелсона, он стал совершенно невыносимым. Нелсон ходил за братом по пятам и выспрашивал подробности о шлюхе и бандитах с ножами. Его восторги раздражали Зака, а обожание было неприятно.
С Ланден было совсем по-другому. Он заставлял себя не вспоминать о ней, боялся думать обо всех ужасах, которые могла переживать сестра.
– Давай быстрей, – поторопил Зак Циклона, и они понеслись. Они подходили друг другу, эти двое. Оба любили скорость и пренебрегали препятствиями. Овражек в поле, через который тек ручей, конь перелетел без малейших колебаний. В первый раз за долгое время Зак рассмеялся.
– Пошевеливайся, мешок с травой! – крикнул он, хотя Циклон мчался так, что ветер свистел в ушах.
Ближе к концу пути Зак начал придерживать коня и к конюшне подошел уже шагом. Зак не видел наблюдавшую за ним Триш, пока не оказался у коновязи. При виде сестры его оживление и радость исчезли без следа. Ему снова предстояло общаться с семьей. Ранчо, которое секунду назад казалось целым миром, стало маленьким и душным.
– Это просто тюрьма! – начала Триш, обламывая сосновые иглы.
– Что ты здесь делаешь? – Но Зак и так уже понял: они все здесь.
– Новый вид семейного отдыха, – саркастически сказала сестра.
Она с отвращением смотрела на навозных мух, жужжащих над старой соломенной подстилкой, вытащенной из стойла, все здесь оскорбляло ее эстетическое чувство.
– Я изо всех сил пыталась отговорить отца, но ты знаешь, какой он, когда примет решение.
– Хм. – Зак методично расседлывал коня.
– Я, конечно, понимаю, старику надоело, что все сидят, ждут, когда зазвонит телефон, и ничего не делают.
Зак тоже это понимал.
– Отец сказал, что мы действуем ему на нервы, наконец-то что-то новенькое, – злобно добавила Триш.
Зак молчал.
– Вообще-то, я думаю, он беспокоится, что еще кого-нибудь могут похитить.
– Вряд ли. – Зак повесил седло на крюк. – Разве не ты говорила, что он и бровью не поведет, если кого-то из нас похитят?
Триш надулась.
– Я уверен: если бы я пропал, он купил бы бутылку лучшего шампанского и устроил праздник.
– Он не так плохо к тебе относится, – возразила Триш без особой уверенности. Затем взглянула на Зака и признала: – Ладно, ты прав. В конце концов, неважно, зачем он отослал нас сюда, главное, что теперь мы все вынуждены торчать в этом богом забытом месте.
– Вы что, все приехали?
– Даже Кэт.
Зак постарался не выдать своих эмоций.
– Ей здесь не понравится, – спокойно сказал он.
– Уже. Ты бы слышал, как они ругались. Я вспомнила, как мать ссорилась с отцом перед самым разводом. Кэт закатила истерику, но, несмотря на все ее протесты, она оказалась здесь, с нами. Она хотела остаться в Портленде, чтобы следить за ходом поисков Ланден. Она так злилась, я уж думала, что она возьмет отцов пистолет и всадит в него пулю. Но все было бесполезно, старик никому не уступает. – Триш задумалась, и Зак понял, что она вспомнила о своем разрыве с Марио.
– Он всегда настаивает на своем. Триш посмотрела на брата.
– Кэт в отчаянии, расследование зашло в тупик. Ни полиция, ни ФБР ничего не добились. Просто сборище некомпетентных ослов.
– А Фелпс?
– Этот частный детектив? Просто смех. Ты видел когда-нибудь такого простака? – Выбросив смятые иглы, она отряхнула руки. – Полный тупик. Старик пытается всех убедить, что за похищением стоят Полидори.
– А это правда?
– Они совсем не идиоты, Зак. Энтони отлично знает, что их начали бы трясти в первую очередь.
Зака это не убедило, но он не стал возражать сестре. Пусть Триш верит в то, во что хочет верить.
– Все это так тяжело. С тех пор как пропала Ланден, никто никуда не ходит без охраны.
Зак продолжал заниматься Циклоном. Он не был расположен выслушивать жалобы сестры. Триш бесится от того, что не может встречаться с Марио Полидори. Обе семьи против этого романа. Единственное, в чем они солидарны за последние сто лет. Когда Триш заявляла, что она уже совершеннолетняя, Уитт предлагал ей уйти из дома и обеспечивать себя самой либо вести себя под его крышей, как он считает нужным.
Триш не устраивало ни то ни другое. Она воображала себя современной Джульеттой, а Марио – своим Ромео. От всего этого Зака просто тошнило. Он взял седло и понес его в конюшню, но сестра последовала за ним и туда.
– Я считаю, что мы с тобой можем договориться. Заку хватало своих неприятностей, он не хотел влезать в ее дела.
– Слушай, Зак, мне нужна твоя помощь.
Зак убрал седло и повесил одеяло. В воздух поднялась пыль и конские волоски.
Триш закашлялась, Зак довольно ухмыльнулся. Так ей и надо. Она никогда не любила лошадей, она здесь потому, что ей что-то нужно от него. Ужасно нужно.
– Слушай, – повторила она нетерпеливо. – Вот мои условия. Я хочу незаметно удрать отсюда ночью.
– Зачем?
– Это мое дело.
– Чтобы встретиться с Марио?
– Чем меньше ты будешь знать, тем лучше.
– Я не собираюсь в этом участвовать.
– Что? – Триш смотрела на него оскорбленно. – Я тебя защищаю...
– Как именно?
– Я сказала Кэт, что ты никогда и волоса не тронул бы на голове Ланден.
– Спасибо за помощь, – проворчал он, вынимая бандану из кармана и вытирая пот.
– Другие не сделали и этого. Кэт не уверена, что ты не имеешь отношения к похищению. Если бы ты был старше, все бы думали, что это ты сделал, но тебе только шестнадцать.
– Зачем мне похищать Ланден?
– Ради выкупа, конечно, – спокойно объяснила Триш. Зак разозлился.
– Тогда почему я не требую выкупа?
– Еще прошло слишком мало времени.
– И как я это сделал? Как я схватил Ланден вместе с няней и увез неизвестно куда, пока меня чуть не убили ради алиби? Это просто глупо, и все это понимают. Они подозревают меня, потому что я ушел той ночью из отеля, и у них нет других подозреваемых.
– Расскажи это Джеку Логану.
– Логан просто козел. Мне на него наплевать.
Зак вышел из конюшни, отвязал Циклона, отвел его в стойло и наполнил поилку свежей водой.
– Ты просто дура, Триш, – сказал он в сердцах. Сестра уселась в углу, на мешке с желудями, поставив локти на колени и подперев подбородок кулаками. Ее глаза сузились, как у злобной кошки, она кусала губы.
– Хорошо, хорошо. Может быть, тебя подозревать глупо.
– Спасибо.
– Тогда кто же ее похитил, как ты думаешь?
– Я не хочу даже думать об этом. – Это была чистая правда.
– Но ведь кто-то это сделал.
– Тогда Джинни.
– Да, но кто ей заплатил?
– Не знаю. Черт возьми, разве обязательно снова обсуждать похищение?
Зак никогда не признался бы в этом, но он скучал по девочке. Правда, она дико раздражала его, бегая за ним по пятам. Он твердил Ланден, чтобы она отстала, но это ничуть не помогало. Но сейчас он беспокоился за сестру и часто не мог уснуть, думая, что с ней.
– Я могу сказать только одно слово, и тебе не поздоровится, – злобно сказала Триш.
– Как это? – Зак расчесывал запутанную гриву Циклона и как раз разбирал колтун.
– Я могу сказать, что Марио намекнул на твое участие в похищении.
Зак замер от ужаса. Это действительно грозило серьезными неприятностями. Но он взял себя в руки и продолжил заниматься Циклоном.
– Но ведь это неправда.
– Ну и что? Все в это поверят. Ты знаешь, что говорят о тебе и о Полидори?
– Знаю.
Конечно, он знал, что многие считают его сыном Полидори, потому что Юнис была любовницей Энтони как раз в то время, когда был зачат Зак. Он сжал зубы и продолжал чистить жеребца, игнорируя угрозы сестры. Какого черта она хочет от него?
– Зак, здесь просто ужасно! Я хочу обратно в Портленд.
– Ты только что приехала.
– Все равно!
– Ты хочешь быть с Марио?
– Тебе-то что?
Зак посмотрел на нее, как на идиотку.
– Не будь дурой, Триш. У вас никогда ничего не получится с Марио. Отец этого не позволит.
– С каких пор тебе не все равно?
– Мне все равно. Просто бесплатный совет.
– Заткни его себе в задницу.
– Договорились.
Зак открыл заднюю дверь стойла и выпустил Циклона побегать. Заржав, конь выбежал на волю и принялся кататься в пыли. Триш нахмурилась.
– Ты не собираешься мне помогать? Зак отрицательно покачал головой.
– И не подумаю.
– Ты сильно пожалеешь.
– Скажи мне лучше что-нибудь новенькое. Раздраженный, Зак выскочил из конюшни, мечтая только об одном – чтобы родные оставили его в покое.
Но через несколько часов его нашла Кэт.
Солнце село, Джейсон увез Триш и Нелсона в город. Зак, избегавший родных, как только мог, утащил из холодильника пару банок пива и забрался на крышу сеновала, примыкавшего к конюшне. Темное небо освещалось падающими звездами. Зак сидел, опершись спиной о шершавую стену конюшни и вытянув ноги. Приглушенный конский храп и хруст сена действовали на него успокаивающе.
Узкий серп молодого месяца давал достаточно света. Зак видел силуэты деревьев и дом за ними. Правда, дом был освещен изнутри, как во время приема гостей. Горели все окна, за стеклами он видел Кэт, беспокойно снующую по комнатам. Зак решил, что он проскользнет в дом через французские двери только после того, как она ляжет спать.
Он смотрел в высокое темное небо и пытался снова почувствовать себя свободным, каким был до приезда семьи. Но даже вид бескрайних полей, простирающихся на запад, не помог ему. Он опять оказался в ловушке. Зак открыл жестянку, пена согревшегося пива выплеснулась наружу, и он жадно всосал ее. Залаяла собака, затем в конюшне послышались чьи-то шаги. Зак замер. Кто-то поднимался к нему по лестнице.
Сначала он почувствовал аромат духов, затем увидел ее, пролезающую в узкое окно на крышу. Бледное лицо, черные блестящие волосы. Неизвестно отчего, Заку стало страшно.
– Мэнни сказал, что ты, скорее всего, здесь, – сказала Кэт так спокойно, как будто залезть по лестнице на сеновал было для нее обычным делом.
Держась за стену конюшни, она подошла ближе и села рядом. Запах духов усилился, ее плечо оказалось совсем рядом с его плечом.
– Что тебе нужно? – грубо спросил Зак.
– Мне нужна компания. – Кэт улыбнулась. – Я думала, мы друзья.
Где-то вдалеке завыл койот.
– Разве это возможно? – пробормотал Зак, только чтобы что-то ответить.
– Можно попробовать. Для начала угости меня пивом. Зак молча передал ей банку. Кэт открыла ее, облилась пеной и начала слизывать ее со своих длинных красивых пальцев. Зак старался не думать о том, как она близко, но не мог не чувствовать тепло, исходившее от ее тела.
– Красивая ночь, – сказала Кэт, глядя в небо. – Для тех, кто любит природу.
– Ты не любишь?
– Я выросла в городе. – Она снова отхлебнула пива и облизала губы, затем подогнула колени и обхватила их руками. – В Оттаве.
Зак не ответил.
Молчание затянулось на целую вечность. Зак пытался казаться спокойным, но его сердце билось слишком сильно.
– Я не хотела приезжать сюда, – тихо сказала Кэт. – Я не хотела быть так далеко от поисков Ланден.
У нее перехватило горло, но она не заплакала, только вздохнула и провела рукой по волосам, убирая их с лица.
– Я тебе не слишком нравлюсь? – неожиданно спросила Кэт.
– Ты моя мачеха, – не нашел ничего лучше Зак.
– Злая мачеха?
Он пожал плечами и глотнул пива. Кэт молча повернулась к Заку, обняла и поцеловала в губы.
– Господи, Кэт, – прошептал он, вырываясь. – Не надо!
– Тише. Она снова прижалась к нему нежными губами.
– Не надо, Кэт, – прохрипел он севшим голосом.
– Ты тоже этого хочешь, – прошептала она.
Зак говорил себе, что не собирается даже прикасаться к ней, но не находил в себе сил оторваться. Ее губы не отрывались от его рта, ее грудь, прикрытая только тонкой майкой, терлась о его обнаженную грудь. Но когда ее язык нажал на его губы, пытаясь проникнуть внутрь, он сдался и страстно ответил на поцелуй. Ее нежный язык ласкал его рот, зажигая огонь в крови. Зака бросило в жар, его член так напрягся, что, казалось, должен был разорвать «молнию» на джинсах.
«Не делай этого, немедленно прекрати!» – кричал его внутренний голос. Но Зак не мог остановить начавшееся безумие. Больше всего на свете он хотел целовать, гладить и ласкать ее всю ночь.
«Она жена твоего отца». Эта мысль отрезвила Зака, он собрал все силы и оттолкнул Кэт.
– Мы не должны, – сказал он, тяжело дыша. Кэт застонала.
– Но почему, Зак? – умоляюще прошептала она.
– Мы не должны. – Он отодвинулся, боясь прикоснуться к ней, чтобы безумие снова не охватило его.
– С каких пор ты делаешь то, что должен?
– Не надо играть со мной, Кэт, – упрямо ответил Зак.
– Я думала, мы понимаем друг друга. Кэт пожала плечами.
– Я не играла, Зак. Я знаю, ты тоже этого хотел.
– Нет.
– Я уверена, что тебе это необходимо. Я нужна тебе.
– Ты не нужна мне, Кэт, – жестко сказал Зак, мечтая, чтобы она ушла, пока им снова не овладела слабость. – Я ни в ком не нуждаюсь.
– Ты сильно ошибаешься.
К его ужасу, Кэт потянулась к нему и погладила по голове, как будто он провинившийся ребенок, которому прощают его шалости. Зак дернулся, словно она его ударила.
– Оставь меня в покое, Кэт, – пробормотал он сквозь зубы. Напряжение в паху не спало, кровь стучала в висках, он старался не смотреть на мачеху.
Она вздохнула и отступила к окну в конюшню, около которого стояла лестница. Послышался скрип ступенек, затем легкие шаги по земле, и он остался один.
Зак бросился ничком на теплую крышу и заскрипел зубами. Идиот! Она была так близко, в его объятиях, нежная, сексуальная, желанная. Он еще чувствовал аромат ее духов! Вкус ее рта на губах!
«Ты просто идиот, Закари Дэнверс, я тебя ненавижу!»
Все следующие дни Заку удавалось избегать Кэт. Он вставал с рассветом, когда мачеха только забывалась тяжелым сном, работал в поле и возвращался на закате, когда Кэт сидела в своей комнате перед включенным телевизором. Он даже не встречался с ней. Что касается братьев и сестры, то они постоянно доставали его все вместе и каждый в отдельности.
Джейсон приставал к нему, предлагая поехать в Бенд и развлечься с девушками. Зак отказывался, и Джейсон ехал один. Триш умоляла помочь ей сбежать с ранчо в Портленд, пытаясь шантажировать его. Иногда она курила марихуану, глаза у нее становились стеклянными, она сама – отрешенной. Но Зак предпочитал ее такой. Тогда она не донимала его угрозами и планами побега. Что касалось Нелсона, он восхищался братом и без конца расспрашивал о легендарной ночи в отеле, его отношениях с проституткой и стычке с бандитами. Сколько бы Зак ни объяснял, что у него ничего не было с Софи, Нелсон вбил себе в голову, что брат заботится о чести девушки, или еще какую-то глупость – и продолжал расспросы.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?