Книга: Эпоха сверхновой - Лю Цысинь

К сожалению, дальнейшие происходящие с детьми события проигрывают первой трети романа. Автор помещает героев в сложные научно-фантастические обстоятельства, будь то города в виртуальной реальности или военные всемирные игры. Вот только герои начинают ощущаться как обычные стереотипные персонажи. Вот у нас китайские дети, которым в произведении китайского писателя отведена роль прагматичных хороших ребят, вот американские дети, ведущие себя как пытающиеся всех подкупить сволочи, а вот русские – прямолинейные жёсткие парни с ядерными боеголовками. Соответственно, о том, что главные герои дети читатель вспоминает нечасто, поскольку уникальных, свойственных детям проблем будет не так уж и много.

Нужно также понимать, что автор допускает серьёзные допущения, облегчающие героям жизнь. Безусловно, перед нами научно-фантастический роман не претендующий на реализм, но сложно сопереживать героям, у которых, например, есть квантовый суперкомпьютер, который будет решать огромное количество самых сложных задач. К тому же, дети в исключительных случаях напрочь лишены какой-либо эмпатии и легко убивают друг друга с помощью автоматов, танков и артиллерии под эгидой местного аналога олимпийских игр.

Итак, перейдем к итогу. Мне весьма обидно от того, что очень гнетущее и настраивающее на серьёзный лад начало перерастает в практически боевую фантастику с шаблонными героями и решением проблем по щелчку суперкомпьютера.

Соответственно, я с трудом могу рекомендовать данную историю к прочтению, поскольку интересную идею о мире детей придётся читать, продираясь через клише из американских фильмов, используемых в произведении Лю Цысиня "Эпоха Сверхновой".

Но тут структура книги решила сыграть со мной в известную игру. Здесь надо сказать, что именно первая треть рассказывает о том, о чем в аннотации говорят несколько строк, к моменту чтения благополучно мной забытые, о чем не жалею, хотя в общем описание пусть немного и приоткрывает завязку, но без деталей и подробностей, да и без излишних спойлеров. А то, что происходит в книге, стало для меня если не шоком, то именно таким, почему я не могла отлипнуть от нее всю первую ее треть. Треть, которая рассказывает, как в преддверии неминуемой катастрофы происходила подготовка детей, причем подготовка к разным уровням деятельности. От самых верхних до самых обычных. Не хочу спойлерить, но именно принцип подхода и вытекающие из него действия были для меня как ушат холодной воды... или, наоборот, кипятка, вылитого мне на темечко. Естественно, со знаком "плюс".

А вот дальше... Дальше все было по разному. Местами несколько прозаичнее, не то, чтобы скучнее, но уже без таких бурных всплесков. Рутина, знаете ли... Хотя, безусловно, всплески были, и достаточно классные. Но некоторые повороты обернулись темой, к которой я не совсем была готова. Вообще проблемы, с какими столкнулся мир детей, не знали себе равных именно потому, что с этим столкнулись дети без участия взрослых. На минуточку, дети - это далеко не только те, кто оставаясь ребенком, способен сначала думать, потом делать, то есть кому хотя бы лет 8-9, а лучше, если от 10 до 13. Нет, в романе дети - это от 0 и до 13. И если о младенцах требуется еще заботиться, то дети в 3-4-5 лет, оказавшись без взрослых, просто следуют за более старшими, но тут тоже имеется проблема - в чем именно они последуют за старшими.

Но интересно даже то, как с начала Эры сверхновой периоды сменяют друг друга, и они при этом имеют названия, от Подвешенного состояния и Инерции до Поры грез и Летаргии, здесь видна психологическая подоплека, не учтенная миром взрослых, но зато присущая детям, еще не обладающим психикой и опытом взрослых, но зато у них имеется кое-что другое. И именно это другое заставит начаться новым, совершенно отличным от предыдущих, периодам. Вы взрослые, сможете угадать, что присуще практически всем детям?

Причем, половина книги посвящена исключительно Китаю, и соответственно, китайским детям, которые, как и все дети планеты, оказались в схожей ситуации. И лишь потом мы немного поподробнее познакомимся с американскими детьми и их ситуацией, мягко говоря, несколько отличающейся и оттуда плавно перейдем к следующему этапу, в развитию которого я не была готова. И иногда я спрашивала себя: а точно это о детях, это не о взрослых, вляпавшихся в политику, аки в д.... ьмо? Потому что читать о том, к чему пришли эти дети, в чьих руках одно, а в головах другое, мягко говоря, просто жесть. Другой вопрос, что писатель отнюдь не ради сюжета как такового писал эти в общем страшные страницы. И не единожды он говорит, что подход к жизни у взрослых и детей различный, поэтому не лишним будет посмотреть на детей, у которых все детство перед глазами одни и те же картинки, как взрослые играют в свои взрослые игры, а когда в их детские руки попадают поводья, при помощи которых они могут править своих лошадей в ту или иную сторону, то и выходит, что правят они в ту же сторону, в какую они привыкли смотреть, правят взрослые, но только по детски много жестче и не умея представить всей картины последствий, к чему такое может привести.

А, ну и конечно, противостояние здесь было, ну не могут американцы с кем-нибудь да не тягаться, пусть даже книга и написана китайцем, и я болела за китайцев, что тоже неудивительно. Но финал все-таки позабавил, как и самый-самый финал.

Из-за вспышки сверхновой все люди старше 13 оказываются обречены. За краткое время, оставшееся человечеству, взрослые прилагают максимальные усилия, чтобы подготовить детей к будущему. Сформировать детское правительство, подготовить запасы продовольствия, обучить максимально возможное число детей управлять технологическими процессами, обеспечить передачу научного знания...

Удивителен мир без взрослых. Удивителен и страшен. И при этом наивен и чистосердечен.

Дети честны и бесхитростны. Оставшись без родителей, будучи ответственны за всеобщее будущее, вынужденные тяжело работать, испытывают ужасающее эмоциональное давление. И не получают такой нужной и важной заботы, опеки и защиты. Они хотят веселья и развлечений. Они хотят игр.

Мне было очень интересно погружаться в мир, созданный Лю Цысинем, еще и потому, что будучи поглощена собственными психологическими проблемами, я внезапно посмотрела на своего сына и на себя с иной стороны. Что движет человеком на самом деле? Что движет мной? Деньги? Альтруизм? Интерес? Уж точно не любовь делать бессмысленную работу. Что может двигать ребенком, который знает, что взрослого нет и можно делать все, что захочется?

Что могут захотеть дети, зараженные имперским милитаризмом?

8 вагонов глутамата натрия из 10

Meh.

Весь основной конфликт сюжета раскрыт ещё в аннотации: рядом с Землёй наконец - или опять - взорвалась-таки сверхновая, обеспечив очередное массовое вымирание, на этот раз почти похоронившее человечество, потому что всё взрослое население планеты схватило убойную дозу радиацию и скончалось в очень короткие сроки, кое-как протянув только год. Дети и подростки до тринадцати лет, не так подверженные опасности поломок ДНК, в основном выжили и остались в одиночестве, унаследовав планету со всеми её проблемами. И вот, значит, весь мир в едином порыве обучил молодёжь, чтобы оставить после себя всё лучшее и сохранить цивилизацию - институты управления государством, производство, научные и административные ресурсы, показал, что вообще должно происходить и даже презентовал помощника в лице квантового компьютера, который работает богом из машины на четверть ставки. Реально, этот ИИ появляется в начале, вытаскивает общество из шока, а потом куда-то испаряется, хотя куда разумнее было бы советоваться с ним по каждому чиху. Но нет, ИИ просто поработал телефонным ботом. Вот стоило ради этого городить целый подземный комплекс... А если стоило, и дальше он тоже впахивал на пару с малолетними ответственными лицами, то где подробности.

Впрочем, сама по себе задумка всё равно достаточно интересная, потому что превратить весь мир в одну большую песочницу, где никто не тормозит молодое поколение, неизбежно отбрасывающее всякую мораль и общественные стандарты - звучит как неплохой вызов для препарирования социальных аспектов человечества в миниатюре. Но реализация этого, на мой взгляд, скорее не удалась.

Первая часть книги, до момента, где взрослые вымерли, мне очень понравилась: следить за трагическим процессом сверхбыстрого взросления было страшно и завораживающе одновременно, обучение "в поле", где дети в миниатюрных масштабах разыгрывали весь мир, ещё не зная, для чего, прописано отлично. Момент же с гаснущими часами прошлой эпохи, где в реальном времени было видно, как окончательно угасает прошлый, привычный мир, и вовсе по эмоциональному накалу просто невероятно хорош.

А дальше начинается что-то странное. Я не знаток детской психологии настолько, что идея, будто бы основной способ взаимодействия с миром для детей действительно именно игра, не кажется мне чем-то нелепым, вроде бы даже что-то такое я читала и раньше. То, что дети не понимают ценности жизни, не осознают опасность смерти и до человечности или жалости должны ещё дорасти, тоже довольно... Правдоподобно.

Однако всё это так странно скомпоновано и обыграно, что осталось ощущение фарса и плохой пьесы. Во второй части, от игр в войну до дипломатических ухищрений между подростковыми делегациями, всё выглядит максимально утрировано и совершенно нелепо. Вот какое-то время всё вроде бы даже идёт, как нужно, но потом инерция предыдущего общества заканчивается, дети приходят к выводу, что они вообще в гробу видали всё то, что от них хотели взрослые. И вся жизнь Земли превращается в игру - со взрослыми ставками, но по детским правилам. А единственное, о чём я думала, когда читала об этом - а чего они так долго продержались-то. Всё, что больше двух дней, как мне кажется, в данном случае - нереально.

Да, безусловно, "детский" мир никак не может быть похож на "взрослый", восприятие настолько разное, что это неизбежно, и мир как сплошной полигон для осиротевшего неуправляемого детского сада выглядит почти правдоподобно. И именно по этой причине я отчаянно сомневаюсь в возможности хоть чего-то из описанного: организация, которая требуется для того, чтобы перекинуть триста тысяч человек (или сколько их там было?) в Антарктиду, провести сетевое совещание на десять миллионов или великое переселение всем населением из Китая в США, даже для более дисциплинированных взрослых представляет собой сверхзадачу. Чтобы с этим справились дети, которые физически слабее и ментально нестабильнее, не верится в принципе.

Это если отодвинуть в сторону тот факт, что сами по себе принятые решения о мировых играх каждый раз выглядели откровенной совой на глобус.

И чем дальше, тем читать было всё менее интересно, и последние две главы я откровенно тосковала, что на Антарктиде, что на переселении; всё это ни о чём. Цивилизация выжила, ну, ладно. Хорошо. Наверное.

И это самое печальное, что большая часть романа, на мой взгляд, была просто бесполезна: если оставить только эпилог, то ничего для читателя не изменится. Ему что так не рассказали, каким таким чудодейственным образом китайские дети оказались на Марсе, что так не расскажут, только ещё не надо будет продираться сквозь зарисовки про загадочного американского мальчика-гения, который придумал всему миру такую специальную игру, чтобы make America great again.

Мальчик, кстати, чистое уныние, весь он такой из себя преисполненный и особенный, вся такая непостижимая снежинка, что остаётся только глаза закатывать. Хотя для времени написания книги, наверное, такой типаж ещё не был заезжен до тошноты, но сейчас прямо тяжко воспринимается, прямо даже очень. Остальные дети на его фоне ещё, в общем-то, ничего. Хотя тоже со странностями. Они одновременно как бы и быстро повзрослели (что звучит логично), и ведут себя при этом бессмысленно (и с детской, и со взрослой позиций). Они не дети, не взрослые и даже не функции, они просто набор каких-то рассуждений, которые иногда уместны, иногда не очень, а иногда просто вообще неясно, к чему пристёгнуты.

Финал же ещё более странный, чем всё остальное. Причём ладно бы автор объяснил, каким таким невероятным образом цивилизация, которую по всем законам логики должно было в развитии откинуть в лучшем случае лет на пятьдесят (и то если невероятный квантовый компьютер окажется на самом деле не один, а хотя бы в составе триады таких же, кто и будет поддерживать инфраструктуру), смогла через тридцать лет покорить Марс. Так нет же, автор просто ловко подставляет "ну я тут пособирал всяких источников", "ну мы тут свидетели эпохальных перемен", "ну мы тут поколение, которое жило в исторических событиях", а что было между историческими событиями и мемуарами, это не столь важно.

Мне, кстати, ещё вопрос циферок так и не стал понятен: производства не все умерли, еду как-то продолжали делать, хорошо, а вот с финансами-то что. Как там национальные банки, международное кредитование, займы, биржи, оно всё померло или нет, а если нет, то почему, а если да, то как мир друг с другом рассчитывался последующие тридцать лет, всё забыли, или на ИИ повесили, или как, или что. Этот вопрос и вопрос сексуальных отношений удивительным образом не затронуты вообще, хотя едва ли не первое, о чём лично я подумала, что тринадцать-четырнадцать лет - это же как раз половое созревание, и половина сохранившегося человечества должна была в разнос пойти от гормональных бурь. Им было бы - должно - на самом деле не до Антарктиды.

Вообще поймала себя на мысли, что в какой-то момент роман для меня начал выглядеть как модный в мире победившего постмодерна рерайт "Повелителя мух", только с привкусом фантастики, причём это настолько заметно, что Цысинь прямо в собственный текст и вписывает, что было литературной основой. Тоже, на мой взгляд, решение странное, но, по крайней мере, он честно об этом упоминает.

В общем, меня книга прямо не вдохновила. Будь это первый мой роман Цысиня, я бы вряд ли вообще продолжила читать его книги, а так, ну... В качестве взгляда в писательское прошлое, может, познавательно, я кое-какие тропы, появлявшиеся в поздних работах, заметила, но там и они уже были выписаны более удачно. На тему же восстановления цивилизации после астрономических катастроф мне намного больше нравится "Феникс сапиенс": роман хоть и тоже не то, чтобы претендовал на истину в последней инстанции, но всё же лично мне в плане общечеловеческого описания показался куда более гармоничным. И местами более продуманным.