Читать книгу "Чайная госпожи Тельмы"

Глава 5: Как ведьма ответы искала

– Доброе утро, Эникен, – весело помахала я рукой нашему единственному библиотекарю.

Он как раз стоял спиной ко мне на передвижной лестнице у книжного шкафа, раскладывая очередную стопку книг по местам. Услышав мой голос, молодой парень попытался обернуться, но, качнувшись, едва не свалился с шаткой конструкции. Устоял чудом, успев вцепиться одной рукой в деревянную перекладину, а другой придержать свои очки, отчего стопка книг ожидаемо с грохотом свалилась на пол.

Вообще, пост городского библиотекаря Эникен занял не так давно. Раньше он ходил в помощниках у своего дедушки – старика хоть и ворчливого, но ужасно милого, однако стоило парню закончить обучение и получить диплом архивариуса, как его тут же повысили.

И правильно сделали! Его дедушке давно требовался заслуженный отдых, а сам парень в этой библиотеке и без подсказок знал каждую книжку.

– Рад вас снова здесь ви-ви-ви-видеть, госпожа Тельма. Вы ко мне теперь редко заходите, – произнес он, спрятав взгляд, и тут же покраснел до самых ушей.

Однако, опомнившись, быстро спустился вниз и начал собирать упавшие книжки. Я тоже поспешила ему помочь, но успела поднять лишь одну, прежде чем заметила за собой вереницу из мокрых следов.

Эникен тоже грязные лужи увидел. Взгляд его сделался недовольным, между бровей залегла складка, но мне он так ничего и не сказал.

Протянув томик в черной обложке, чтобы загладить свою вину, я обворожительно улыбнулась и водрузила сверху на стопку книг бумажный пакетик с булочками. Его я берегла от дождя как зеницу ока.

– Спасибо за-за-за-за угощение, – проговорил он, чуть заикаясь, а после выпрямился. – Полагаю, ва-ва-ва-вам снова нужна информация про инквизиторов, госпожа Тельма?

– Я настолько предсказуема? – улыбнулась я смело и тоже встала, опершись локтями о стойку библиотекаря да подперев ладошками щеки.

– Честно говоря, нет. Я ждал ва-ва-ва-вас еще вчера. Как раз хотел рассказать вам о новой столичной постановке, что в-в-в-вскоре будет разыграна в нашем театре. Если вы…

– О да, кто-то из гостей моей чайной совсем недавно что-то рассказывал о новой театральной постановке, точнее, о прибывших на поезде актерах, – перебила я парня, сделав вид, что вообще не поняла его намека.

Подобный разговор случался уже не впервые. Пригласить меня куда-нибудь он пытался каждый раз, стоило нам только увидеться. Оттого я в последнее время и не посещала библиотеку, где хранилось множество великолепных книг, доступных совершенно бесплатно, а предпочитала покупать новые любовные романы в газетной лавке у железнодорожного вокзала.

– Так что там с книжками про инквизиторов? – напомнила я, снова мило улыбнувшись.

Наконец поставив собранную стопку на стойку вместе с булочками, Эникен наклонился и взял из скрытой полки собрание из четырех книг. Именно их он давал мне в прошлый раз, когда я ворвалась в библиотеку с ярым желанием вызнать про своего палача что-нибудь эдакое.

– Говорю же, е-е-е-еще вчера вас ждал, госпожа Тельма. А насчет постановки…

– Обязательно расскажите мне свои впечатления о ней после того, как сходите, – попросила я, передвигая книги поближе к себе. – Я буду в третьем зале.

Забрав стопку из четырех стареньких томиков, я направилась прямо по небольшому коридору до самого конца. Со всех сторон на меня со стеллажей смотрели сотни, а то и тысячи книг. Здесь имелись и приключенческие романы, и любовные, и научные труды. Энциклопедии, старые свитки, история королевств, древние писания и утерянные языки. Придя сюда рано утром, можно было заблудиться среди чужих историй до поздней ночи, и именно так я делала раньше, когда хотела отдохнуть от ежедневной суеты.

Третий зал от второго и первого отличался крохотными уютными кабинетами. Если очень хотелось, чтобы никто не мешал погрузиться в желтоватые страницы, то приходили именно сюда. Я любила самый дальний угловой кабинет. В нем имелось большое окно до самого пола, через которое я с интересом наблюдала за горожанами. При этом отсюда отлично просматривался вход в мою чайную.

Закрыв за собой дверь, я уселась в мягкое, повидавшее виды зеленое кресло и разложила перед собой книги. Все они имели темные обложки и скромные, слегка посеребренные надписи, что тонко намекало на то, что передо мной научные труды, написанные одним и тем же автором.

Впрочем, пожелав оставить свое имя инкогнито, он так и подписался: «Господин инквизитор».

Выбрав книгу потолще, которая называлась «Появление первых инквизиторов», я погрузилась в чтение, но ничего нового или познавательного для себя в ней не нашла. Как это уже укрепилось, ведьм воспринимали злыми и плохими только потому, что мы рождались ведьмами, а не за какие-то темные делишки. Зато инквизиторов выставляли добродетелью и спасителями. Они чистили этот мир от скверны и сжигали опасные писания, способные побудить неокрепшие умы встать на сторону злодеек, только прикидывающихся паиньками.

И вот это, пожалуй, обижало больше всего! Инквизиторы действительно сжигали ведьмовские труды. Каждому такому собранию зелий, трав или заклинаний ведьма посвящала всю свою жизнь, а оно все сгорало в пламени за считаные мгновения, так и не успев стать частью истории.

Еще здесь подробно описывалась классификация инквизиторов, точнее, их деление на белых, серых и черных, а также древний ритуал, которого современные инквизиторы не придерживались.

А жаль.

Раньше душегубца легко вычисляли из толпы по чернильным линиям на его запястье. Чем больше линий на руке, тем больше ведьм он отдал пламени, но до нынешних времен эта традиция не сохранилась.

Потому что ведьмы приходили мстить за своих сестер. Приходили тогда, когда инквизитор уже отслужил свой десятилетний срок и отправился на покой, чтобы строить семью и быт, а значит, становился уязвимым.

Отложив первый талмуд, я пробежалась по оглавлению второго. Здесь отметили судьбы самых выдающихся инквизиторов современности. Эта информация никакой ценности для меня не представляла, но ровно до тех пор, пока я краем глаза ни заметила знакомое имя рода.

«Глава 12. Лорд Эльмут Страйкс» – виднелась на бумаге надпись, нанесенная темно-синими чернилами.

Раскрыв книгу на сто пятьдесят шестой странице, я впилась взглядом в неровные строчки. Необъятная сила, количество сожженных ведьм и заслуги господина черного инквизитора Эльмута меня не волновали нисколько, но вот что интересовало, так это причина его смерти.

Великий инквизитор, повелевающий огнем, сгорел в пожаре.

Судя по записям, последним его делом перед уходом на отдых значилась поимка злобной ведьмы Жозефины. Я слышала о ней от своей мамы, но ничего хорошего о той старой карге она никогда не говорила. Заклинания, которые черная ведьма использовала, были по-настоящему ужасными и потрясали все ведьмовское сообщество своей жестокостью.

Среди нас, как и среди людей, попадались те, кто выбирал себе темную тропу, но прославило Жозефину совсем не это.

Среди ведьм и людей она стала известна тем, что сотворила практически невозможное – вырвалась из плена тюремных казематов. А еще она до основания сожгла дом, в котором жила семья того самого инквизитора, пленившего ее.

Теперь же я читала дополнение к той истории. В беспощадном пожаре, устроенном безумной Жозефиной, как оказалось, погибли все, кроме маленького мальчика – Робиана Страйкса. Его отец успел выкинуть в сугроб прямо через окно, чем и спас своему единственному наследнику жизнь.

Дальнейшая судьба мальчишки сложилась в стенах Святой инквизиции, которая взяла на себя заботы о его воспитании.

Закрыв книгу, я долго смотрела в окно невидящим взором. Наверное, если бы вся моя семья погибла из-за безжалостной сумасшедшей ведьмы, я бы тоже обозлилась на весь ведьмовской род, так что господина Робиана Страйкса с его ярым желанием доказать, что я ведьма, я даже немного понимала.

Именно немного. Потому что лично я злобной ведьмой все же не являлась и ничего плохого в своей жизни не делала. Ведьмы в принципе считались хранителями жизней, оттого и оберегали тех, кто их окружал, будь то гномы, люди или, например, феи.

Однажды, после ужина подслушав разговор родителей, я даже узнала о том, как одна ведьма буквально спасла инквизитора. Он тогда шел за ней, преследовал несколько дней, считывая следы в лесу, и угодил прямиком в болото. И вот пройти бы ей мимо да дать лесным духам забрать законную добычу, но не смогла она такой грех на душу взять. Вытащила, вылечила и выставила за порог своего домика, а он потом все никак уходить не хотел. Цветы таскал, замуж звал, но мы, ведьмы, – народ свободолюбивый, так что с первого раза замуж идти никогда не соглашаемся.

Открыв третью книгу, я опять решила схитрить и заглянула сразу в оглавление. Здесь информация давалась уже интересная. Описывался быт инквизиторов, их одежда, оружие, ритуалы, тайные слова и знаки, даже предпочтительная еда.

Заглянув в первую главу, я погрузилась в чтение с головой. Итак, одежды они носили преимущественно черные. Сюда относились и различные ткани, используемые в быту, вроде полотенец, постельного белья или самых обыкновенных штор. Обуславливалось это тем, что ведьмовские наговоры, цеплялки и заклинания очень хорошо отыскивались именно на темных полотнах.

Откинувшись на спинку стула, я тихо рассмеялась. Ну и придумают же! Кто в своем уме будет заговаривать постельное белье инквизитора? Это же сначала к нему в дом как-то попасть нужно! И чем заговаривать? Заклинанием чесотки? Да и воздействие своих чар мы давно научились прятать.

Взять вот, например, мой чай. Разбери инквизитор его на составляющие – и никогда не отыщет ни единого следа волшебства, даже если я заговорю его двадцать два раза. А все почему? Да потому, что чайные листья лучше любых других растений впитывают в себя магию, при этом полностью скрывая ее наличие.

Так и во всем остальном. Нынешние ведьмы прекрасно знали, где, когда и на чем можно магичить, а что лучше обойти стороной, чтобы лишний раз не подставляться. Мы умели приспосабливаться к новым реалиям, потому что по-другому выжить в этом мире теперь не представлялось возможным.

Пролистав все остальные страницы, я насмеялась вдоволь. В этой книге говорилось, будто мясо – это еда инквизиторов. Автор писания полагал, что все ведьмы живут исключительно на растительной пище, дабы сохранить свои лживые красоту и молодость как можно дольше, чтобы иметь возможность одурманивать мужчин.

Но он был в корне не прав в своих суждениях.

Если бы он увидел, с каким аппетитом я уплетаю жареное мясо по ночам, а иногда и пирожки с фаршем, то точно изменил бы свое мнение. Впрочем, как раз вот этой информацией я и могла бы воспользоваться, пригласив господина Страйкса к себе на ужин или обед. Чем не повод убедить его, что я не ведьма?

Отложив бесполезную книжку в стопку других таких же, я открыла последнюю, что куда больше из-за своей толщины походила на тетрадь. Здесь описывалась та самая огненная магия инквизиторов. Считалось, будто природа специально наделила их этой силой, чтобы они легко выжигали скверну по всей земле, но и тут я нашла бы, о чем поспорить с автором.

Если бы огненная магия появлялась у всех, кого приняли в инквизиторы, то тогда можно заподозрить какое-то влияние извне и тайный смысл. Но нет. Все происходило как раз наоборот. В инквизиторы принимали только тех, кто изначально являлся обладателем огненного дара и прошел специальное обучение в застенках Святой инквизиции.

Разочарованно собрав все книги в стопку, я вновь взглянула за окно. Дождь лил не переставая. Горожане старались не задерживаться долго на улице, но один размытый силуэт, что жался к фонарю под старым зонтиком, почему-то никуда не спешил.

Разгадав в куске платья и маленькой ручке Мару, я поспешила на выход из библиотеки. Эникен как раз пил чай с моими булочками, когда я вновь появилась у его стойки.

– На-на-на-нашли что-нибудь полезное, госпожа Тельма? – поинтересовался он, спешно привстав со своего кресла.

– Кое-что нашла. Спасибо, – кивнула я, оставляя книги с краю.

– Так вот на-на-на-насчет постановки…

– Да-да, потом обязательно расскажете, – оборвала я его речь и быстро пересекла небольшой холл.

Массивная дверь поддалась не без труда, но еще через миг я уже стояла рядом с Марошкой, чье нарядное бордовое платье по краям давно отяжелело от воды.

– И чего ты здесь мерзнешь стоишь? Давно бабушка Ефросия у меня отвар от простуды не покупала? – вместо приветствия заговорила я с девочкой строго.

Поправив ее плащ, я накинула ей на голову капюшон и плотно завязала тесемки.

– Руки в карманы спрячь, – отобрала я у нее серый зонтик.

– Да спрятала, спрятала, – пробурчала она с тяжелым вздохом и зашагала рядом со мной. – А Дифенс где?

– Так ты из-за кота меня караулила? – удивилась я и одновременно умилилась.

В отличие от других моих гостей, Мара часто приходила в мою чайную именно к моему фамильяру. Причем он сразу делал страшные глаза и пытался спрятаться под стойкой у Бьянки, но я-то видела, как ему нравилось, когда девчонка ему за ушком чесала и всячески гладила.

Он даже розовый бантик себе на шею однажды позволил повязать. Конечно, потом, как всякий порядочный фамильяр, ходил и ругался, бантик в клочья разорвал, но ведь сам позволил.

– Не из-за кота, – ответила она важно. – Там господин инквизитор на городской площади новую доску с объявлением утром приколотил. Прямо поверх вашей. Обещает сумму за показания против ведьмы в десять раз увеличить. А еще ходит по всему городу и к горожанам пристает. К правильной гражданской позиции всех призывает.

– И как? Получается у него? – с любопытством уточнила я, помогая Маре перепрыгнуть через лужу.

В десять раз увеличил, надо же! Это же какие деньжищи за одну маленькую безобидную ведьму!

– Неа, – весело рассмеялась девчушка и по секрету шепотом выдала: – Тетка Маханья веником его отхлестала. За то, что он по только вымытому полу сапожищами своими прошел и грязные лужи после себя в ее цветочном салоне оставил. Господин Олдри господина инквизитора выслушал, понимающе кивнул и решительно отправил в другой город. Где, по слухам, обитает самая настоящая ведьма. А леди Праксвел так вообще назвала вас милой девочкой, которая разбирается в растениях и сочетании вкусов – и не более того.

Выслушав последние новости, я вся лучилась довольством. Даже пасмурный серый день, казалось, решил прислушаться к моим эмоциям, отчего холодный дождь резко и разом прекратился, а из-за туч выглянул первый лучик золотого солнца.

Нет, я знала, конечно знала, что горожане меня никогда не сдадут. В конце концов, я еще ни разу не отказывала им в помощи, берясь даже за самые тяжелые дела и нередко подвергая свою ведьмовскую суть опасности. Но все же вознаграждение инквизитор предлагал немалое, и для любого в этом городе эта сумма являлась внушительной. Они могли получить эти легкие деньги, приложив лишь минимум усилий.

Приятно, когда тебя ценят больше материальных благ.

– Значит, господин черный инквизитор навещал сегодня леди Праксвел… – проговорила я задумчиво.

– Навещал, – подтвердила Марошка.

– Пожалуй, а прогуляюсь-ка я в гости к нашей леди. Давно мы что-то чай не пили.

– Так вы же на той неделе приходили, госпожа Тельма, – удивленно заметила девочка.

– Ну я и говорю: давно. Побежали?

Глава 6: Как ведьма советы слушала

В гости к леди Праксвел я действительно приходила часто. Один или два раза в неделю мы встречались для того, чтобы выпить чаю и поболтать то о том, то о сем. У нее всегда имелись в запасе интересные истории из прошлой жизни, где юные дамы щеголяли на балах в красивых платьях, а кавалеры пытались всеми силами вытребовать поцелуй, что нередко становилось причиной для дуэли.

Иногда даже магической, ведь лорды часто обладали даром.

Сама леди Праксвел женщиной была приятной, но с непростой судьбой. Так к двадцати пяти годам, пробыв замужем без малого семь лет, она осталась вдовой. Выйти замуж повторно так и не смогла: несмотря на разницу в возрасте и договорной брак, покойного мужа она очень любила, но и в шумной столице оставаться тоже не захотела. Вот и переехала к нам, чтобы сбежать от суеты, прихватив с собой служанку, кухарку и ее внучку – Марошку.

А так как детей она в браке не нажила, то и все свободное время посвящала Маре. Как настоящую леди, она обучала ее манерам, письму, счету, чтению и игре на фортепиано. Каждый месяц она заказывала девочке у швей новые платья, потому как прежние слишком быстро приходили в негодность из-за уличных игр, но нисколько на этот счет не ругалась.

Да и кто бы стал? Девочке и так от жизни досталось: мать умерла родами, а отец вместе с другими рабочими сгинул в шахте, когда тяжелый потолок рассыпался на камни и завалил единственный вход. Вот они и нашли друг друга. Мара тянулась к леди за той лаской и любовью, какую бабушка не могла ей дать, а леди Праксвел ей эту нерастраченную да скопившуюся любовь безвозмездно дарила.

– Хотела бы, да не знаю, чем вам помочь, госпожа Тельма, – пригубила леди Праксвел чая и отставила маленькую белую чашечку обратно на блюдце. – Господин черный инквизитор показался мне человеком разумным, серьезным и деловым. Он не похож на фанатика, какими их – инквизиторов – обычно описывают. Скажу больше: я бы назвала его милым молодым человеком.

– Может, просто хорошо притворяется? – предложила я свой вариант, попытавшись также грациозно отставить чашечку.

Но моя чашка предсказуемо звякнула о блюдце, как бы я ни старалась поставить ее тихо. Да и сидеть в мягком кресле с высокой спинкой у меня никогда не получалось так грациозно, как это делала леди. В моих глазах она была самим изяществом и будто казалась выше, когда вот так расправляла плечи и спину. Ее утонченному вкусу в одежде и интерьере можно только позавидовать.

– Не думаю, что имеет место притворство, госпожа Тельма. Я все-таки немножко разбираюсь в людях. – Тонкая, едва заметная улыбка появилась на красивых губах. – И вот что я вам скажу: выжить его из города у вас точно не получится, но есть один верный способ, чтобы отвлечь и сбить господина Страйкса с истинного пути.

– И что же это за способ? – нахмурилась я, ведьмовским нутром чуя подвох.

– Вам следует просто влюбить его в себя. С вашей внешностью, с вашим обаянием и характером это не составит труда.

– О нет! – пришла я в ужас, открестившись от таких перспектив. – Такой вариант я даже не рассматриваю!

– И очень зря. Способ верный, – убежденно кивнула леди и подлила нам еще чаю из маленького белого чайничка.

Обижать леди Праксвел мне совсем не хотелось. Все же она искренне желала помочь мне и проявляла участие, а потому я согласно кивнула:

– Пожалуй, оставлю этот вариант на самый крайний случай. – И тут же поспешила переменить тему, пока мы не зашли еще дальше: – Ну а вы как поживаете? Как ваши мигрени?

С тех пор как леди Праксвел трижды в день начала пить мой отвар, приготовленный исключительно из полевых цветов и заговоренный на расслабление, она стала гораздо реже жаловаться на мигрени. В первые дни нашего знакомства свою служанку она посылала ко мне в чайную трижды за день, но стоило мне собрать травяной сбор конкретно для леди, как ее боли как рукой сняло.

Иногда, конечно, они возвращались – это было неизбежно, когда долго против воли думаешь о чем-то неприятном, но справиться теперь с ними стало проще, посредством нескольких глотков.

– Лучше не бывает. На этой неделе ни одного приступа, – счастливо улыбнулась хозяйка этого дома. – Что касается остального… Подготовка ко Дню города, как вы знаете, уже идет полным ходом. Мы с Марошкой тоже репетируем. Мара будет в первый раз выступать на празднике в этом году.

– Я петь буду, – зарделась девчушка, едва я на нее посмотрела.

Вернувшись с улицы, она первым делом побежала переодеваться, чтобы не расстраивать леди своим видом. И теперь сидела вместе с нами за столиком в одном из кресел, пытаясь копировать манеры хозяйки дома.

Из прошлого нашего разговора я знала, что леди Праксвел отправила прошение королю, чтобы официально сделать Марошку своей воспитанницей, о чем девочка пока не подозревала.

Посидев еще немного, обсудив, что из выпечки мне лучше приготовить к предстоящему празднику, мы с леди Праксвел распрощались до следующего раза, но ее дом я не спешила покидать. По полукруглой лестнице спустилась вниз на первый этаж и по уже привычному маршруту прошла до кухни, откуда просто одуряюще тянуло невероятным сладким вишневым сиропом. Из него тетка Ефросия готовила мою любовь – вареники.

Подкравшись к тетке сзади, я крепко прижалась к ее спине, обнимая женщину. От неожиданности она неловко подпрыгнула, вздрогнула и громко рассмеялась.

– Ну кто же так подкрадывается, госпожа Тельма! – в шутку ругалась она, обмахивая меня полотенцем. – Не иначе как на аромат пришли.

– На него, – согласилась я, усаживаясь за стол для слуг.

Тетка Ефросия являлась дамой габаритной, но по своей кухне всегда порхала подобно яркой бабочке. Все успевала: где помешать, где порезать, где очистить или вымыть. Вот и сейчас одной рукой при помощи деревянной лопатки она переворачивала нежные птичьи грудки, а другой накладывала мне в тарелку только-только выловленные из кастрюльки вареники.

Поставив передо мной тарелку, тетка Ефросия еще и свежей сметаны мне сверху грохнула целую ложку с горкой, а потом по доброте душевной коротко чмокнула меня в самую макушку, прижав к своему боку, будто дите нерадивое.

– М-м-м… – принюхалась я, предвкушая вкусный обед.

– А руки-то мыли, мечта инквизитора? – с усмешкой спросила она, хитро блеснув серыми очами.

Хорошее настроение резко покатилось вниз, но я себе его старательно поднимала. Даже толком не дула на вареники, отчего обожгла и рот, и язык и теперь дышала так, словно участвовала в городском забеге на Фестивале цветов.

– Мыла, – ответила я, наконец прожевав. В уголках глаз от усердия выступили слезы. – Только не мечта я его, а задание. Но ненадолго! Кажется, я уже придумала, как нам его из города выдворить.

– И как же? Темной ночью лопатой по голове огреем, в мешок кинем и на телеге в лес свезем? – предложила тетка Ефросия, вооружившись топором для разделки мяса, отчего мне сразу сделалось не по себе.

– Ну скажете тоже, – пересела я на другой край стола от греха подальше. – Думаю, что нужно на обед его к себе в чайную пригласить. А еще лучше на ужин, чтобы нам никто не мешал спокойно поговорить. Только это для отвода глаз. А нужно мне, чтобы он увидел, как я мясо ем.

– Сырое? – спросила тетка на полном серьезе.

– Почему сырое? – посмотрела я на нее изумленно и решила доедать быстрее.

– Да кто ж его знает, что ему, окаянному, нужно. Я б на вашем месте чаем его напоила каким-нибудь убеждающим да внушила ему, что не ведьма вы. А для надежности, конспирации так сказать, по всему дому его провела, каждый закуток показала. Он же ведьму ищет? А вам, госпожа Тельма, скрывать нечего.

– Нечего, – подтвердила я, вспомнив сущие мелочи, надежно спрятанные в самом надежном месте.

Там, куда даже я лишний раз не заглядывала.

– Ну так и я говорю: нечего. Нате вот, пишите ему пригласительную записку, – достала она из верхнего шкафчика для меня листок бумаги, конверт и писчую палочку и положила на стол прямо передо мной.

– Что? Прямо сейчас писать? – удивилась я, доедая последний вареник.

– А чего тянуть? – рассмеялась тетка Ефросия. – Глядишь, еще билет на вечерний поезд купить успеет. Он подешевле будет, чем утрешний.

По привычке прикусив кончик писчей палочки, я сначала мысленно набросала короткое послание и лишь затем перенесла его на бумагу, оставив под тремя строчками витиеватую подпись. Запечатав конверт, прежде лизнув его по клейкому краю, поблагодарила тетушку за обед, забрала из прихожей свой плащ и поспешила к дому госпожи Тардам. В этот час госпожа, как и полагалось, обедала сама и кормила обедом своих постояльцев, так что я хотела просто сбросить свой конверт в отверстие для писем.

Однако стоило мне только подняться на крыльцо ее дома, порадовавшись тому, что дождь, кажется, прекратился совсем, как входная дверь открылась, колокольчик над дверью звякнул, и мы с инквизитором встретились лицом к лицу.

– Доброго дня, – поприветствовала я мужчину и быстро спрятала конверт себе за спину.

– Не сказал бы, – ответил он и взглядом указал на хмурое небо, за которым снова скрылось солнце. – Я так понимаю, вы решили извиниться за утренний инцидент, госпожа Тельма?

– За какой инцидент? – удивилась я и спустилась на одну ступеньку ниже.

Дышать рядом с господином Страйксом почему-то получалось через раз. В его присутствии мне определенно не хватало воздуха.

И он словно знал об этом, спустившись на ступеньку ниже вслед за мной. Ноздри его хищно вздулись, но лишь на миг.

– Будете отрицать, что водосточная труба – это ваших рук дело? А впрочем, неважно, – отмахнулся он, будто уже давно для себя все понял и сам решил. – Вы по делу?

– Можно и так сказать, – насупилась я от обиды.

На водосточную трубу я совершенно точно никак не влияла! Зато он, судя по всему, каким-то образом умел управлять молниями! Вероятно, господин инквизитор имел очень сильный дар огня, раз владел такими тонкими навыками.

Однако выяснять отношения я сейчас не собиралась. Это перечеркнуло бы все мои намерения на сегодняшний вечер. У меня имелся план, и я старалась придерживаться его неукоснительно.

Миролюбиво улыбнувшись, я спустилась еще на ступеньку ниже. Словно насмехаясь надо мной, господин Страйкс демонстративно спустился следом.

– И? Что у вас за дело? – Голубые глаза смотрели внимательно и будто искрились изнутри весельем.

А я себя чувствовала крайне неудобно. Словно на свидание его звала.

– Я хотела пригласить вас сегодня к себе в чайную. На ужин, – добавила я, и стоило изумлению отразиться на его лице, как я поспешила внести уточнение: – Хочу показать вам свой дом, чтобы вы убедились, что я не ведьма.

Закончив последнюю фразу, я сделала еще один шаг назад, но ступеньки под ногами, к моему глубочайшему удивлению, не оказалось. Сапог встретил лишь воздух, в то время как я нелепо махнула руками и начала стремительно заваливаться назад.

Падение казалось неминуемым. Сердце колотилось в груди, словно испуганная птица в силках. Горло сдавило спазмом, стало нечем дышать, невозможно говорить, но удара так и не случилось.

Господин черный инквизитор легко перехватил меня за талию одной рукой, не позволив упасть и получить самый обидный синяк в моей жизни. Я же для надежности, еще не веря в его успех, вцепилась в его плечи поверх темного плаща обеими руками.

– Не ведьма, значит, – повторил он мои слова, глядя почему-то исключительно на мои губы.

Впрочем, я тоже невольно взглянула на его губы. Просто потому, что сейчас они находились в сантиметрах от моих и я могла ощутить его теплое дыхание.

Лицо покрылось иголочками мурашек.

Гулко сглотнув слюну, что вдруг стала вязкой, я тихо зачем-то опять повторила:

– Не ведьма.

Теперь мы встретились взглядами, но легче совсем не стало. К бешено колотящемуся сердцу и пересохшим губам вдруг добавилась полная потеря памяти, потому что я совсем позабыла, что именно собиралась сказать дальше. Кажется, я страдала каким-то редким заболеванием и мне срочно следовало выпить собственного чая. От всего.

– До семи вечера вы успеете спрятать весь свой ведьмовской инструментарий? – спросил он с легкой, едва заметной улыбкой.

Засмотревшись на нее, я едва не сказала: «Успею». Остановила себя чудом, для чего пришлось тряхнуть головой, скидывая непонятно откуда взявшееся наваждение. Неужели он пытается воздействовать на меня колдовством?

Прищурившись, разом помрачнев, я ответила четко:

– Мне нечего от вас прятать, господин инквизитор.

– Проверим, – коротко пожал он плечами, продолжая с коварной улыбкой смотреть мне прямо в глаза.

– Вот бесстыдники! Среди белого дня обжимаются! Короля на вас нету! – прозвучало грозное у меня за спиной.

Услышав голос достопочтенной мадам, спохватилась я мигом! Осознав, что так и продолжаю стоять на месте и отчего-то позволяю этому наглецу себя обнимать, я едва не навернулась повторно, когда попыталась из крепких объятий высвободиться.

Но какой там! Приподняв двумя руками ошалевшую меня за талию, словно куклу, господин Робиан Страйкс медленно перенес мою тушку на тротуар, но отпустил не сразу. Сначала уверился, что я твердо стою на своих двоих.

– В семь? – переспросил он и вдруг наклонился, чтобы поднять с серого тротуара выпавший в процессе моего переноса конверт.

Попытавшись его забрать, я схватила пальцами лишь воздух. Конверт вместе с рукой улыбающийся мужчина резко отдернул в сторону.

– На этом конверте мое имя, госпожа Тельма, – произнес он, объясняя свои действия.

– Но подписывала-то его я! – возмутилась я, ощущая негодование.

– Значит, я обязательно его прочитаю и сохраню. До скорой встречи, госпожа Тельма.

Проследив за тем, как конверт исчезает в кармане его плаща, я вновь взглянула в искрящиеся весельем голубые глаза и неожиданно решила, что мясо на ужин обязательно приготовлю с перцем. С очень жгучим, очень красным перцем.

А лучше перец с мясом. Чтобы наверняка!

Решив, что вежливости с меня на сегодня достаточно, я выпрямила спину и деловито направилась через дорогу прямиком к своей чайной. Однако стоило мне оглянуться уже на крыльце, как я вновь поймала на себе взгляд инквизитора.

Даже издалека я увидела его бесячую улыбку, и вот она мне совсем не понравилась! Я знала, что именно замыслила я сама, но он…

Кажется, господин черный инквизитор времени зря не терял и тоже что-то придумал.