Читать книгу "Миллиард проблем. Кара небесная"

Глава 4

Кира

Все мои мечты рухнули, дыхание и сердце словно замерли, а глаза заволокло слезами.

Поняв, что спустила почти все деньги на свидание мечты, по факту оказавшееся расставанием, я чуть не расхохоталась в голос. Но сил на эмоции не осталось, будто меня выключили, обесточили.

Тело не слушалось, в кончиках дрожащих пальцев чувствовалось покалывание, а уши заложило так, будто я летела с огромной высоты вместе со своими наивными мечтами. Падала, но почему-то никак не могла достичь дна, чтобы превратиться в кучку осколков и перестать чувствовать боль.

– Невеста… – глядя в пустоту, обречённо пробормотала я и, выдавив кривую улыбку, прошептала: – Поздравляю.

– Кира, я… – прерывисто вздохнув, начал Игорь, но вместо оправданий и извинений, предпочёл упрёки и осуждение: – Прекрати! Откуда этот театральный драматизм? Ты же вроде как взрослая и умная девушка. Неужели ты и правда надеялась, что у нас всё всерьёз?

– Я не надеялась, я тебя любила, – не в силах посмотреть на Игоря, произнесла я хрипло и, пожав плечами, тихо добавила: – И ты любил. Сам же говорил. Или врал?

– Зачем тебе вникать во всё это? – вздохнул Игорь, а я не смогла промолчать.

– А её?.. Её ты любишь?

– Ну вот, начинается, – заворчал он и, взъерошив волосы, сел рядом. Вздохнув, отклонился на спинку лавочки и, посмотрев на меня, усмехнулся: – Кира, пора бы повзрослеть. На любви далеко не уедешь и сыт лишь чувствами не будешь. Жизнь жестока.

– Не жизнь… – намекнула я и, посмотрев ему в глаза, спросила: – С ней ты тоже спал? По очереди или?..

– Нет, конечно, – отозвался он и, скривившись, пожаловался: – Жду первой брачной ночи. У неё строгие родители, жёсткие принципы и всё такое.

– А я, по-твоему, значит, беспринципная и легкодоступная? – усмехнулась я с горечью, а Игорь запрокинул голову и, глядя на листву деревьев, раздражённо выдохнул, разбавив свою реакцию ещё и протяжным стоном.

– Ты потрясающая, – помолчав, произнёс он, а у меня потекли слёзы.

– Но женишься ты на ней, – напомнила с укором и, всхлипнув, спросила: – Почему не я?

– Ну сама-то как думаешь? – вздёрнув брови, спросил Игорь и, не дожидаясь моего ответа, пояснил: – Ты изначально понимала, что мы слишком разные. Сама подумай… Как я представлю родителям девушку, которая…

– Нищая сирота, без связей, родни и перспектив, – предположила я, а Игорь кивнул.

– Типа того, – подтвердил ещё и на словах и, помолчав, дополнил: – Ещё и с ребёнком. К тому же чужим ребёнком. Ты, конечно, молодец, но… это не моё дело.

– А она? – спросила я и, вспомнив улыбчивую красотку, упакованную по всем фронтам, сама же и ответила: – Красивая, богатая, и родители, скорее всего, крутые и влиятельные.

– Вот видишь, – оживился Игорь и, пихнув меня в плечо, снисходительно похвалил: – Ты сама всё прекрасно понимаешь.

От его прикосновения я вздрогнула и, поёжившись, отодвинулась, невольно потирая плечо, будто испачкалась и теперь стряхивала прилипшую грязь. Заметив мой жест, Игорь стиснул челюсти и, отвернувшись, прищурился, разглядывая что-то вдалеке.

Собственно, всё выяснилось, пусть грубо, но мои наивные фантазии развеялись, и наш разговор теперь напоминал пытку, но я не могла просто уйти, не убедив себя, что жалеть мне не о чем. Боль выжигала изнутри, но я хотела испепелить любые надежды до конца.

– А она обо мне знала? – уточнила я и, наблюдая за реакцией Игоря, поморщилась: – Или ты и её обманывал? Считаешь, это лучшее начало для создания крепкой семьи?

– Знала, конечно же, – не колеблясь, подтвердил он и, пожав плечами, ошарашил: – Она же сама мне условие поставила, что до свадьбы ни-ни, и прекрасно всё понимает.

– Вот как… То есть ты мной просто пользовался? – охнув, я округлила глаза и, покачав головой, процедила: – Ну ты и сволочь, Игорь.

– Сволочь? – хмыкнув, переспросил он и, расплывшись в широкой улыбке, ужалил в ответ: – А ты тогда кто, а? Задумайся, Кира. Ты ведь тоже мной пользовалась. Разве нет? Рестораны, цветы, подарки… Тебе мало, что ли?

– Ты принял меня за кого-то другого, – смахнув слёзы, отчеканила я и, смерив его брезгливым взглядом, задумчиво произнесла: – Хотя… ты ведь привык к продажным девкам и…

– За языком следи, – недослушав, прорычал Игорь. Посмотрев исподлобья, оскалился, но после небольшой паузы, вдруг заговорил совсем другим тоном: – Не будь дурой, Кира. Твоя чрезмерная гордость и принципиальность не сделают тебя счастливой и успешной. По старой памяти я могу закрыть глаза на твои слова.

– Это угроза? – вздёрнув подбородок, спросила я, а Игорь тихо рассмеялся.

– Вот теперь узнаю свою Киру, – протянул нараспев и, подняв руку, попытался коснуться моих волос.

– Не смей! – отпрянув, рявкнула я, а он снова рассмеялся.

– Всегда любил в тебе это глупое бесстрашие и дерзость, – изучая меня задумчивым взглядом, поделился Игорь и, подавшись вперёд, предложил: – Кира, если ты немного успокоишься, я смогу помочь тебе. После свадьбы я займу высокую должность в компании моего отца. Вернее, в одном из новых филиалов. Там мне понадобится умная и целеустремлённая помощница.

По его многозначительному взгляду и ухмылке сразу стало понятно, что Игорь предлагает мне не только работу, но и должность его постельной грелки. Иногда, по настроению…

– Спасибо тебе, – с трудом сдержав кипящие эмоции, спокойно произнесла я и, встав, покачала головой и добавила: – Спасибо, что открыл мне глаза и избавил от иллюзий. Удачи тебе и… Будь счастлив.

– Не торопись с ответом, подумай, – помрачнев, попросил он и, поджав губы, напомнил: – Мой телефон ты знаешь.

– Ах да, – выдохнула я и, достав свой телефон, зашла в список контактов. Найдя номер Игоря, закинула его в чёрный список и, вернув мобильник в сумку, улыбнулась: – Вот теперь твой номер там, где и должен быть. Прощай.

– Ещё увидимся, – как всегда, оставляя за собой последнее слово, предупредил Игорь, но эта фраза прилетела мне в спину, и оборачиваться я не стала.

По щекам лились слёзы, а я жалобно всхлипывала и кусала губы, но всё же гордилась тем, что смогла сдержаться и не разревелась при Игоре. Там на лавочке остался пакет с моими старыми вещами, но я не стала возвращаться.

Не глядя по сторонам, я бежала вперёд, надеясь, что Игорь не пойдёт следом, и у меня найдутся силы, чтобы добраться до дома и вдоволь пострадать в одиночестве.

Подойдя к пешеходному переходу, я бросила затуманенный взгляд на светофор и, увидев зелёный мигающий, решила, что успела сбежать. Только от чего или от кого? Боль преследовала, не желая отпускать, а мысли путались.

А потом… Шаг на зебру, визг тормозов, тревожный сигнал, и за секунду до того, как почувствовать сильный удар, я машинально зажмурилась.

Глава 5

Кира

Не знаю, как долго была в отключке, но очнулась уже в машине. Первое, что увидела, – это спинку переднего сидения и мои босоножки, небрежно валяющиеся на полу салона.

Судя по мелькающим за окном зданиям, машина неслась слишком быстро, но волновало меня не это. За рулём сидел крупный мужчина и, зажав телефон между плечом и ухом, раздражённо с кем-то разговаривал.

– Меня не волнует… Реши эту проблему, мне не до этого. Если надо, действуй жёстко.

Приподнявшись, я настороженно осмотрелась и, обнаружив, что лежу, заботливо прикрытая чьим-то пиджаком, прислушалась к своим ощущениям. Бедро нестерпимо ныло, а ладони и колени жгло, но заглядывать под пиджак было страшно.

– Всё, мне некогда, – выслушав собеседника, рявкнул мужчина и, глухо выругавшись, отшвырнул телефон. Заметив мою возню, обернулся и невозмутимо спросил: – Очнулась? Как самочувствие?

– Нормально, – слегка заикаясь, соврала я и, попытавшись сесть, невольно застонала.

– Ну супер, – на выдохе, проворчал незнакомец и, взъерошив непослушную чёлку, свернул на какую-то улицу.

Место показалось мне незнакомым, и помимо боли, появилась паника. Ещё бы… Большой, чёрный внедорожник, суровый мужик лет тридцати пяти, и я… Ни полиции, ни скорой, ни свидетелей…

– А куда вы меня везёте? – выдавила я хрипло и, кашлянув, заговорила громче: – Остановите тут, пожалуйста. Мне надо домой.

– На органы сдам, и нет проблем, – усмехнулся незнакомец и, глянув в зеркало заднего вида, тут же пояснил: – В больницу. Куда же ещё? Тебя надо бы осмотреть, и не только травматологу.

– Не надо в больницу, – мотнув головой, пискнула я и, скривившись от боли, заверила: – Со мной всё в порядке. Правда. Просто я…

– Просто ты сиганула под колёса моей машины, – недослушав мой лепет, жёстко отрезал он и, оглянувшись, нахмурился: – Ты совсем сдурела? Вроде молодая, красивая, да и упакована, как на свидание. Мало мне проблем!.. Что с тобой не так?!

– Всё нормально, – потупив взгляд, пробормотала я, а из глаз потекли слёзы.

– Нет, ну объясни мне, – не видя моего состояния, продолжил бушевать мужчина: – Вот что тебе не хватало? Папа с мамой на новую игрушку денег не дали или?..

– У меня нет родителей, – шмыгнув носом, тихо поделилась я, но незнакомец словно не заметил.

– Все вы одинаковые. Ноготь сломала, – всё кончено. Парень изменил, – жизнь боль. А что вы хотите, если сами ничего не стоите? Развелось пиявок, зла не хватает.

Сравнение меня с избалованной мажоркой, страдающей непонятно отчего, задело за живое. Не к месту вспомнилась идеальная невеста Игоря, и меня буквально затрясло от обиды и злости. Забыв про страх, я подалась вперёд и, пихнув бушующего мужчину в плечо, потребовала:

– Остановите машину! Со мной всё в порядке, и я не собираюсь выслушивать необоснованный бред! У меня нет родителей! Слышите? Детдомовская я! Понятно?!

Сбросив скорость, незнакомец обернулся и, смерив меня недоверчивым взглядом, поджал губы. На его лице читалась растерянность и досада, но меня уже понесло. Не обращая внимания на текущие слёзы и что машина уже остановилась, я смотрела в упор и, жестикулируя, орала.

– Нет у меня никого! И никогда не было! Даже любимый бросил, накануне сделав предложение другой… более достойной! Никому я не нужна! Нет ни семьи, ни любви, ни денег, ни образования, ни нормальной работы!

Последнее я выпалила на автопилоте, но ведь почти не соврала. Быстро вспыхнув, моя истерика выплеснулась обидой на всех и вся и почти мгновенно пошла на убыль, а вот слёзы лились, не переставая.

Размазывая по лицу безнадёжно испорченный макияж, я всхлипывала и, пытаясь сдержаться, кусала губы, но разорвать зрительный контакт уже не могла.

Серо-голубые глаза смотрели на меня задумчиво. Изучали, фиксировали малейшие детали, а мне вдруг стало неловко.

– Мне пора идти, – отвернувшись, пробурчала я и, подёргав ручку двери, потребовала: – Откройте дверь, немедленно.

– Как тебя зовут? – проигнорировав мою просьбу, спросил мужчина и, вздохнув, завёл мотор, а потом отчеканил: – Успокойся. Врач тебя осмотрит, и точка, а потом я отвезу, куда скажешь.

– Сама доберусь. Я в порядке…

– Так как твоё имя? – настойчиво повторил незнакомец, а я растерялась.

– Марина, – не раздумывая, соврала я и, скрестив руки на груди, отвернулась к окну.

– Так вот, Марина… – помявшись, начал он и, недоговорив, протяжно вздохнул: – Извини, я не хотел тебя обидеть. Просто как-то разом всё навалилось, а тут ещё ты…

– Я не специально, – буркнула я, но незнакомец решил вернуться к обсуждению моих проблем.

– А из-за предателя не переживай. Не стоит он того… Не твой человек, вот и всё. Ты ещё молодая, красивая и… Всё наладится, вот увидишь, – говорил он это сбивчиво, будто сам не верил в свои слова, а потом осёкся и, помолчав, добавил: – А с работой я могу помочь. Что ты умеешь?

– Чего-о-о? – предположив в его словах что-то неприличное, протянула я и, вздёрнув подбородок, отчеканила: – Думаете, если я одна и нуждаюсь, то… Как вам не стыдно?

– О чём ты? – глянув на меня, мужчина нахмурился и, догадавшись, хохотнул: – Совсем уже, что ли? Деточка, ты меня ни с кем не попутала? Если тебя один гадёныш обидел, это не значит, что все мужчины такие.

– Ой, кто бы говорил. Вас тоже, похоже, кто-то обидел, – фыркнув, протараторила я, а незнакомец вздрогнул и, прерывисто вздохнув, замолчал, сосредоточившись на дороге.

Пару минут в машине царила гнетущая тишина. Ляпнув наугад, своей фразой я, похоже, попала в яблочко. Сопя и хмурясь, незнакомец молчал, а мне стало стыдно за свои слова, но извиняться я не торопилась. Сам виноват! Кто просил лезть в душу и развешивать ярлыки?

Свернув на стоянку частной клиники, мужчина достал телефон и, отстучав кому-то сообщение, обернулся ко мне.

– Приехали. Сама сможешь идти, или?..

– Смогу, – перебив, отозвалась я и, кивнув на здание, предупредила: – У меня нет денег, а здесь, скорее всего, очень дорого.

– Не волнуйся, я сам всё оплачу, – отмахнулся он и, выйдя из машины, открыл для меня дверь.

Помявшись, я вложила пальцы в протянутую руку и осторожно выбралась из салона. Наступив на пострадавшую ногу, скривилась и, охнув, чуть не упала.

Чертыхнувшись, мой благодетель без лишних церемоний подхватил меня на руки и, ворча что-то под нос, направился к главному входу клиники.

Глава 6

Кира

Автоматические двери раздвинулись, впуская нас в просторный, красивый и прохладный холл, а несколько посетителей, ожидающих на мягких диванах, и персонал, сидящий за длинной стойкой, не сговариваясь, уставились на нашу странную парочку.

Чувствуя, что краснею, я отвернулась и, уткнувшись носом в шею незнакомца, прерывисто вздохнула. Его кожа покрылась мурашками, а сам он сдавленно кашлянул и, перехватив меня поудобнее, понёс в конец коридора. Девушки, оформляющие пациентов, даже не дёрнулись, но, переглянувшись, сдержанно заулыбались.

– Потерпи, – прошептал мой спаситель, а потом я услышала хлопок двери и обернулась.

– Привет, Захар. Что опять стряслось? – спросил мужчина в белом халате и, изучив меня поверх очков прищуренным взглядом, вздохнул: – А, ну да… Можешь не отвечать. Неси её в кабинет.

Ощутив стыд, что так и не спросила имя того, кто без лишних вопросов повёз меня к врачу, я потупила взгляд и, прижавшись к Захару, придержала подол платья, пока он вносил меня в кабинет.

Усадив меня на кушетку, он отступил в сторону и, тяжело дыша, уставился на доктора. Тот медленно прикрыл дверь кабинета, вопросительно вздёрнул брови и, покачав головой, вздохнул. Подойдя к угловой раковине, вымыл руки и, взяв полотенце, обратился к Захару.

– Рассказывай.

– Под колёса мне бросилась, – ответил мой спаситель, а доктор хохотнул в голос, а потом резко помрачнел.

– Шо, опять? – исказив голос, поинтересовался с усмешкой и, вытащив из коробки, стоящей на столе, стерильные перчатки, заворчал: – Господи, везёт же тебе на таких кхм-м…

– Не сейчас, – нахмурившись, перебил его Захар и, не спрашивая разрешения, сел на стул для пациентов, расположившись спиной ко мне.

– Та-а-ак… Что тут у нас? – натягивая перчатки, доктор шагнул ко мне и, глядя в упор, попросил: – Платье придётся снять, милочка.

– Пусть он выйдет, – вцепившись пальцами в край кушетки, потребовала я и кивнула на Захара, а доктор закатил глаза и, вздохнув, раздвинул складную ширму, отгораживая нас от лишних глаз.

– Никуда он не выйдет, милочка, – покачав головой, произнёс тихо и, поджав губы, проворчал: – Знаем мы вас таких предприимчивых.

– Серый, нам бы ещё к психологу попасть, – раздалось из-за ширмы, а я насупилась.

– Не надо к психологу, – повысив голос, заверила всех разом и, кряхтя, начала снимать платье.

– О-о, как качественно разукрасил, – осторожно ощупывая моё бедро, прокомментировал он и, подмигнув, добавил: – Ничего, барышня, до свадьбы заживёт.

– Сер-р-рый… – рыча, многозначительно протянул Захар, но доктор Сергей его проигнорировал.

– Где болит? Язычок покажи. А-а-а… Умница. Голова не кружится? Не тошнит? Следи за пальцем.

Заваливая меня уточняющими вопросами и отрывистыми командами, он продолжил дотошный осмотр и, ощупав с головы до ног, снял перчатки.

– Жить будет, – сообщил громко и, выйдя за пределы ширмы, начал рассуждать: – Анализы возьмём, но это на всякий пожарный. Сделаем пару исследований, чтобы исключить внутренние повреждения и трещины, но на первый взгляд твоя очередная жертва отделалась лёгким испугом и парой внушительных гематом.

– Уверен? – помолчав, уточнил Захар и, заговорив тише, попросил: – Кровь и мочу на запрещёнку проверьте, и я всё же настаиваю на психологе. У неё серьёзные проблемы и…

– Ну-ну, – недослушав, буркнул Сергей и, ничуть не скрываясь, заговорил о чём-то… вернее, о ком-то из прошлого: – Похоже, случай двухлетней давности тебя ничему не научил. Помнится мне, у Надюши, тоже ворох проблем был, а тут ты подвернулся. Принц, блин…

– Это другое, – зарычал Захар и, прерывисто выдохнув, прошептал: – Просил же… Не сейчас.

– Всех не спасёшь, особенно ценой своего сердца, – сухо заметил доктор и, скрипнув креслом, позвал: – Барышня, вы уже оделись? Сюда идите.

Пока подслушивала их странный разговор, напрочь забыла, что сижу в одном белье, и когда за ширмой появился Захар, я взвизгнула и инстинктивно прикрылась руками.

– Ой, извини, я думал, ты уже оделась, – оправдываясь, Захар отвернулся и, сунув руки в карманы брюк, буркнул: – Я не специально. Просто помочь хотел.

Постанывая от боли, я натянула платье и, обогнув бормочущее препятствие, вышла из-за ширмы. Посмотрев на доктора, замялась, но он указал на стул и, прищурившись, начал что-то печатать в своём компьютере.

– Паспорт давай, – не отрывая взгляда от монитора, попросил сухо, а я села на стул и, порывшись в сумке, протянула документ. Допечатав очередную строчку, доктор открыл мой паспорт и, вздёрнув одну бровь, хмыкнул: – Хм-м, Романова Кира, значит. Итак, Кира, кому мы можем позвонить и сообщить о вашем состоянии.

– Кира? Разве ты не Марина? – вмешавшись, переспросил Захар, а я вспомнила о своём вранье и, покраснев, опустила взгляд.

– Никому не надо звонить, – пробормотала я и, шмыгнув носом, напомнила: – Вернее, некому. Я же говорила, что сирота.

– Очень увлекательно, – отложив мой паспорт, доктор скрестил руки на груди и, покачавшись на кресле, обратился к Захару: – Ты как знаешь, а я звоню в полицию.

– Не надо! – это мы с Захаром выпалили почти в унисон, но я предпочла заткнуться, а вот мой спаситель уверенно продолжил:

– Серёга, не нагнетай. Не до этого мне сейчас. Впрочем, ты и сам понимаешь…

– Ну смотри, – помолчав, кивнул доктор и, постучав пальцами по столу, со вздохом перечислил: – Обследования я проведу, анализы возьму, лечение назначу, но мне хотелось бы понаблюдать её состояние хотя бы сутки, может, двое. Вдруг сотрясение. Палату выделю, питание и уход обеспечу.

– Делай что надо, – согласился Захар, а я прижала к груди сумку и мотнула головой.

– Не надо палату. Я в порядке. Честно.

– Детский сад какой-то, честное слово, – выругавшись, пробурчал Сергей, но моё мнение не учёл. Нацарапав на листке несколько строк, протянул Захару и, указав на дверь, скомандовал: – Купи всё, пока мы обследуемся. Халат, тапки, сменное бельё, гигиенические принадлежности и… Короче, я там всё расписал.

– А лекарства, фрукты, соки? – изучив список, спросил Захар и, сунув листок в карман, дополнил: – Счёт сразу выпиши, оплачу заодно.

– Ничего не надо, – отмахнулся Сергей и, сдержанно улыбнувшись, добавил: – Я тебе всё ещё должен. Давай-ка пулей в магазин. Не будет же твоя Кира в этом платье по кабинетам рассекать.

Захар нахмурился, но спорить или комментировать многозначительные слова Сергея почему-то не стал. Подойдя, молча пожал ему руку и, развернувшись, быстро ушёл.

Проводив своего спасителя растерянным взглядом, я повернулась к доктору и, встретившись глазами с его задумчивым прищуром, поёжилась. До сих пор вёл он себя не очень корректно, и это, мягко говоря, но!.. Следующей фразой, доктор подтвердил, что абсолютно мне не верит.

– Ну что же, Кира… или Марина? Или кто ты там? Рассказывай, кто тебя нанял?

Глава 7

Кира

От возмущения и шока поначалу я даже опешила. Мало того что чуть не пришибли, раскатав по асфальту, так теперь ещё и подозревают в чём-то нехорошем.

За время осмотра странный доктор много раз намекал про подставу и ситуацию из прошлого, но после ухода Захара, отбросил формальности и в открытую предъявил мне претензии в сговоре с кем-то третьим. Устроил мне допрос с пристрастием! Совсем уже, что ли?!

– А не пойти ли вам куда подальше? – прошипела я и, встав, поковыляла к двери.

– Стоять! – рявкнул Сергей, а я вздрогнула, но его приказ проигнорировала. Догнав меня в два шага, доктор преградил мне путь и, уперев руки в бока, вкрадчиво поинтересовался: – Деточка, ты что, оглохла? Далеко собралась?

– Подальше от этого дурдома, – пробурчала я и, насупившись, предупредила: – Я буду кричать.

– Ори, мне не жалко, – не растерялся он и, протяжно вздохнув, немного смягчился: – Не злись, я не хотел тебя обидеть. Отпустить не могу, иначе Захар с меня шкуру спустит.

– Ну не с меня же, – огрызнулась я, а он потёр переносицу и усмехнулся.

– Язва. Ладно, забыли. Идём… Тебя ждут в крыле диагностики.

– Обойдусь, – пытаясь пробиться к выходу, проворчала я, но Сергей ухватил меня за предплечье и, открыв дверь, повёл по коридору.

– Не ерепенься. Надо исключить неприятные последствия и назначить лечение. Полежишь пару дней, а я понаблюдаю динамику. К тому же Захар настаивал на консультации у психолога, и я с ним полностью согласен.

– Ещё чего, – окрысилась я и, высвободив руку из его хватки, проворчала: – С головой у меня всё в порядке. На работе регулярно проверяют и…

– О как, – впечатлился Сергей и, скосив на меня взгляд, уточнил: – А где ты работаешь?

– В детском доме. Няней, – не видя смысла утаивать, отозвалась я и, вспомнив ещё одну деталь, добавила: – И не собираюсь я здесь отлёживаться. Мне завтра на работу.

– Посмотрим, – уклончиво выдал Сергей и, открыв дверь какого-то кабинета, бесцеремонно запихнул меня внутрь со словами: – А теперь хватит спорить. Марш на снимок!

Примерно в течение часа меня таскали по разным кабинетам, крутили, вертели, брали анализы, осматривали, ощупывали и опрашивали по второму кругу. Усталость, голод, травмы и дотошные врачи сильно измотали меня, но я стойко сносила всё, дожидаясь возвращения Захара.

Когда Сергей привёл меня в отдельную палату, запала на сопротивление уже не осталось. К тому же мне принесли горячий, очень вкусный обед, и, наплевав на скромность и церемонии, я съела всё.

– Полежи пока, – посоветовал доктор и, погрозив пальцем, строго предупредил: – Имей в виду, на этаже установлены камеры. Не смей сбегать. Вернусь с результатами обследования минут через тридцать, распишу лечение, а потом поговорим о твоих планах на работу.

Отвечать я не стала... Кивнув, потёрла глаза, а когда Сергей вышел, рухнула головой на подушку и, накрывшись тонким покрывала, уснула быстрее, чем успела придумать хоть одну причину, почему мне не стоит расслабляться.

Спала я крепко, и, услышав чьи-то голоса, восприняла это как часть беспокойного сна. День был насыщен не очень приятными событиями, а моё тело и психика получили серьёзные удары. Лёжа лицом к стене, я не смогла шелохнуться, даже когда кто-то вошёл в палату.

– Тихо. Она спит, – раздался приглушенный голос Захара, потом послышались осторожные шаги, шуршание пакетов и ворчание доктора.

– Куда ты столько набрал? Она вообще не хотела оставаться, кое-как на обследования уговорил.

– Что там у неё по здоровью? – не обращая внимания на слова друга, прошептал Захар и, подойдя ближе, склонился и убрал с моего лица упавшую прядь.

– Жить будет, – отозвался Сергей и, вздохнув, предостерёг: – Захар, не ведись на её смазливое личико. Сиротка, работающая в детском доме, – странно. Не находишь?

– В детском доме? В каком? – удивлённо уточнил Захар, а доктор хмыкнул.

– А не всё ли равно? Подлатаю и отпущу. А ты не вздумай давать ей надежду или деньги.

– Тебя не спросил, – огрызнулся мой спаситель, а Сергей заговорил жёстче.

– Да неужели? Сам же сказал, что она под колёса кинулась. Если не совсем дура, то в полицию она не пойдёт. А если рискнёт, то у тебя есть запись видеорегистратора и мои показания. Я подтвержу, что девчонка была в неадеквате, назвалась другим именем и…

– И впрямь девчонка, – тихо согласился Захар и, поправив сползшее с меня покрывало, повторил вопрос: – Что показали обследования. Запрещёнка есть? Чем лечить ушибы?

– Не тебе же её лечить, – прорычал Сергей и, протяжно вздохнув, нехотя поделился: – Ничего мы не нашли, чиста аки ангел.

– Успокоительное вкололи? – помолчав, уточнил Захар, но доктор ухмыльнулся.

– Хотел, но не успел. Поела и вырубилась. Возможно, на фоне стресса отключилась.

– Пусть спит. Пойдём, у тебя в кабинете поговорим, – предложил мой спаситель и, склонившись надо мной, прошептал: – А я завтра утром заеду её навестить.

– Тебе Надюши мало было? Захар, не вздумай прикипать к этой девчонке и… – отчеканил доктор, но дверь открылась, мужчины вышли из палаты, и дальнейший разговор я расслышать не смогла.

Спать резко расхотелось, и, полежав ещё минут пять, я решительно встала. На тумбочке и столике стояли пакеты с соком, лежали фрукты, печенье и какие-то сладости, на стуле аккуратной кучкой громоздилась стопка обновок. На спинке стула висел пакет, но туда я заглядывать не стала.

Пригладив пальцами растрепавшиеся волосы, я зевнула и, заметив на столе медицинскую выписку, коробочку с кремом и пачку таблеток, сгребла всё это в сумку и осторожно подошла к двери.

Прислушавшись, приоткрыла дверь и, выглянув из палаты, отшатнулась. У кофейного автомата, расположенного в конце коридора, стоял охранник и терпеливо ждал, когда его стаканчик наполнится выбранным напитком.

Прижав к себе сумку, я смело вышла из палаты и, вздёрнув нос, пошла по коридору.

– Девушка, вы к кому? – заметив меня, уточнил охранник, а я поджала губы и, вытащив рецепт и прихваченное заключение, продолжила свой путь к свободе.

– Ни к кому, а домой, – пояснила невозмутимо и, показав бумажки, добавила: – Вот. Меня только что выписали.

– А-а, понятно, – не читая бумаги, кивнул мужчина и, забрав свой кофе, спросил: – Выход найдёте или вас проводить?

– Спасибо, не надо. Я помню, куда идти, – заверила я и, опасаясь столкнуться в лифте с Захаром или дотошным доктором, потопала к лестнице.