Читать книгу "Семь сестер. Сестра ветра"

3

На следующее утро мы решили отправиться на остров Миконос, чтобы пополнить запасы провизии. Я снова нежилась под солнцем на верхней палубе, но тут меня окликнул Тео и попросил подняться к нему на мостик.

– Угадай, что я тебе сейчас скажу! – воскликнул он с довольным выражением лица.

– Что?

– Я только что беседовал по радиосвязи с Энди, одним моим приятелем. Он тоже яхтсмен и сейчас как раз бороздит просторы Эгейского моря на своем катамаране. Он предложил нам встретиться в заливе неподалеку от острова Делос. Поболтать, выпить… Среди прочего он упомянул весьма интересную вещь. Оказывается, буквально рядом с его катамараном встала на прикол огромная океанская яхта «Титан». Как ты понимаешь, такую новость я не мог пропустить мимо ушей.

– «Титан»? – изумленно воскликнула я. – Ты уверен?

– Энди сказал, это точно Бенетти. Вряд ли они строят две одинаковые яхты. И он добавил, что тут же в бухту вошел еще один плавучий дворец и начал наступать на его катамаран. Он решил не искушать судьбу и не мучить себя клаустрофобией рядом с двумя гигантами. Короче, отошел на пару миль и укрылся с другой стороны залива. Так что у нас появился шанс не только встретиться с Энди, но и выпить чаю в компании твоего отца. Как думаешь?

– Я в полном шоке, – честно призналась я. – Папа не говорил ни слова, что собирается сюда. Хотя я прекрасно знаю, как он обожает ходить под парусом по Эгейскому морю – это его любимое место.

– Наверное, не сказал потому, что не ожидал тебя здесь увидеть. Но ты сама скоро сможешь убедиться в бинокль, что это его яхта. А потом свяжешься по рации с капитаном и предупредишь, что мы подходим. На всякий случай, чтобы избежать недопонимания. Вдруг это яхта какого-нибудь русского олигарха, забитая водкой и проститутками? Такой вариант тоже возможен. – Тео вдруг внимательно на меня посмотрел. – А твой отец не сдает яхту в аренду?

– Никогда! – твердо ответила я.

– Тогда, моя принцесса, вооружайся биноклем и возвращайся на палубу. А твой верный капитан тем временем встанет к штурвалу. Дай мне знак через иллюминатор, когда увидишь «Титан», и я сразу отправлю сообщение, что мы приближаемся.

Я снова забралась наверх и прилипла к биноклю, застыв в ожидании знакомых очертаний. Интересно, думала я, как пройдет встреча двух этих мужчин – одного, которого люблю больше всех на свете, и другого, в которого влюбляюсь все сильнее с каждым днем. Потом я попыталась вспомнить, знакомила ли отца раньше с кем-то из своих ухажеров. Наверное, да, с кем-то из тех, с кем встречалась еще в Женевской консерватории. Но это было так давно. А если честно, за все эти годы у меня не было ничего серьезного. Никого, кого захотелось бы представить отцу или семье.

До недавнего времени…

Минут через двадцать я наконец различила в бинокль знакомый силуэт. Я увеличила резкость, вглядываясь в линию горизонта. Сомнений не было – это «Титан». Я повернулась к иллюминатору рубки и подняла большой палец вверх. Тео кивнул в ответ и взял трубку рации.

А я спустилась в каюту, чтобы привести себя в порядок. Собрала волосы в хвост, надела майку и шорты, кожей чувствуя, как внутри нарастает радостное возбуждение. Вот сейчас удивлю отца, думала я, предвкушая встречу. Не все же ему меня удивлять.

Я поднялась на мостик и спросила Тео, ответил ли Ганс, папин шкипер.

– Представь, нет. Я уже отправил второе сообщение. Если и на него не ответят, придется заявиться без приглашения. Напроситься на чай, так сказать. – Тео поднес бинокль к глазам, разглядывая вторую яхту, вставшую на якорь рядом с «Титаном». – О, а владельца второй яхты я знаю. Это «Олимпия» Крига Эсзу. Его компания спонсировала несколько моих экипажей на регатах. Я с ним даже пару раз встречался.

– Правда? – удивилась я. Криг Эсзу был личностью не менее известной, чем моя сестра Электра. – И каков он?

– Не скажу, что он меня очаровал. Однажды за ужином я сидел рядом с ним, и он всю ночь говорил только о себе и своих успехах. А его сын Зед еще хуже. Испорченный мажор, искренне считающий, что папины деньги могут купить ему все что угодно.

В глазах Тео вспыхнуло нескрываемое раздражение. А я насторожилась. Уже не в первый раз я слышала это имя от близких людей.

– Неужели он настолько плох?

– Да! Настолько! – твердо повторил Тео. – Одна моя знакомая когда-то с ним встречалась, а он обращался с ней… как с пылью под ногами. В любом случае…

Тео снова поднес бинокль к глазам.

– Надо отправить еще одно сообщение на «Титан». Мне кажется, яхта снялась с якоря и уходит. Попробуй ты, Алли, поговорить с ними по рации. Если твой отец на борту, он точно узнает твой голос. И шкипер тоже.

Я взяла трубку, пытаясь вызвать «Титан». Тщетно. Уже невооруженным глазом было видно, как яхта набирает скорость и стремительно удаляется.

– Что будем делать? Погонимся за ними? – спросил Тео, наблюдая, как «Титан» уходит в открытое море.

– Я спущусь, возьму телефон и попробую дозвониться папе напрямую.

– А я пока прибавлю ход. Догнать их, конечно, будет сложно, да и фору они уже имеют приличную. Но я еще никогда не соревновался с суперъяхтой. Забавный вызов, – с легкой иронией заметил он.

Оставив Тео играть в догонялки, я вернулась в каюту, едва удержавшись в дверях, когда яхта резко рванула вперед. Порывшись в рюкзаке, я нашла телефон и попыталась его включить. Какое-то время я просто смотрела на темный экран, но он упорно не желал оживать. Так и есть – села батарея. Я снова полезла в рюкзак, на этот раз в поисках зарядки и адаптера. Наконец все нашла и подключила телефон, молясь, чтобы он поскорее включился. Когда я снова поднялась на мостик, Тео уже сбавил скорость до обычной.

– Не догнать нам твоего отца, – пояснил он. – Даже на максимальном ходу. И «Олимпия» тоже уходит. Ты дозвонилась?

– Пока нет. Телефон на зарядке.

– Возьми мой. Вот!

Тео протянул мне свой телефон, и я тут же набрала номер отца. Сразу же перебросило на голосовую почту. Я оставила короткое сообщение, объяснила ситуацию и попросила срочно перезвонить.

– Со стороны выглядит, будто твой отец нарочно от тебя убегает, – пошутил Тео, словно дразня меня. – Может, ему сейчас не хочется никого видеть. Но как бы там ни было, я свяжусь с Энди, узнаю его координаты, и мы направимся к нему.

Поняв по моему лицу, что я расстроена, Тео крепко обнял меня.

– Прости, дорогая. Это была неудачная шутка. Не забывай, все сообщения идут в общем эфире. Возможно, на «Титане» просто не обращают на них внимания, считая помехами. Или вообще отключили связь. Я и сам так иногда делаю. Попробуй еще раз позвонить.

– Хорошо, – безропотно согласилась я.

Наша яхта на малой скорости направилась к острову Делос на встречу с другом Тео. И тут я вдруг вспомнила: отец, с которым мы провели бесчисленное количество часов под парусом, всегда повторял, что радиосвязь должна работать постоянно. И Ганс, его шкипер, всегда отслеживает все сообщения.

Меня охватила тревога. И, как потом оказалось, не зря. Наверное, это и есть то самое пресловутое шестое чувство.

=♦=♦=♦=

На следующее утро я проснулась в объятиях Тео в живописной пустынной бухте Мачереса. На сердце у меня было по-прежнему тяжело, а при одной мысли, что во второй половине дня мы снова возьмем курс на Наксос, делалось еще хуже. Тео уже начал строить планы подготовки к предстоящей регате, которая должна стартовать через несколько дней. Судя по всему, время нашего безмятежного существования наедине друг с другом подошло к концу. Во всяком случае, на данный момент.

Растянувшись совсем голой на палубе рядом с Тео, я попыталась стряхнуть с себя это томное, мечтательное состояние, отрешиться от всех чудесных мгновений, что подарило мне время с ним, и вернуться в сегодняшний день. Окунуться обратно в реальность. Мой телефон все еще лежал на зарядке с самого вчерашнего дня, с той минуты, как я его подключила.

Я поднялась со своего лежака, чтобы пойти вниз и забрать мобильник.

– Куда ты? – Крепкая рука Тео остановила меня.

– Пойду возьму свой мобильник. Нужно прослушать все поступившие сообщения.

– И сразу же назад, ладно?

Я выполнила его просьбу. А Тео тут же предложил отложить пока телефон в сторону. На некоторое время. Излишне говорить о том, что мне стало уже не до телефона и прошел по меньшей мере еще час, пока я наконец включила его.

Я была уверена, что в почте уже накопились сообщения от друзей и сестер. Осторожно сдвинула руку Тео с живота, стараясь его не разбудить, и включила телефон. Меня сразу поразило необычно большое количество писем. И целая серия голосовых сообщений.

И все они были от моих сестер.

«Алли, пожалуйста, незамедлительно свяжись со мной. Люблю. Майя».

«Алли, это Кики. Мы все тщетно пытаемся отыскать тебя. Пожалуйста, перезвони Ма или кому-то из нас».

«Дорогая Алли, это Тигги. Мы не знаем, где ты. Но ты нам срочно нужна».

Послание Электры заставило меня вздрогнуть.

«Алли! Боже мой! Какой ужас! Невозможно в это поверить, да? Лечу домой из Лос-Анджелеса. Сейчас как раз в пути».

Я поднялась с лежака и побрела в носовую часть яхты. Вне всякого сомнения, случилось что-то страшное. Трясущимися пальцами я нажала на кнопку голосовой почты в надежде прояснить ситуацию. Почему сестрам вдруг так срочно понадобилось связываться со мной?

Прослушав последнее сообщение, я получила ответ на свой вопрос.

«Привет, это снова Кики. Все, судя по всему, боятся сказать тебе правду. Но тебе следует срочно приехать домой. Алли, мне жаль, что именно я должна сообщить тебе печальную новость, но так уж вышло. Па Солт умер. Прости… прости меня… И пожалуйста, перезвони при первой же возможности».

Кики, видимо, решила, что уже закончила разговор, но прежде чем в трубке раздался звуковой сигнал, означающий конец голосового сообщения, я услышала, как сестра громко всхлипнула.

Невидящим взглядом я уставилась на море. Как такое может быть? Ведь еще вчера я своими собственными глазами разглядывала в бинокль папину яхту «Титан». Нет, наверняка произошла какая-то ошибка, стала я успокаивать себя. Но, прослушав сообщение от Марины, которая была для меня матерью во всех смыслах этого слова, разве что не по крови, и которая сейчас буквально умоляла меня поскорее вернуться домой, а потом такие же душераздирающие послания от Майи, Тигги, Электры, я поняла…

– Боже! Господи боже мой!

Чтобы не упасть, я ухватилась за поручень. Телефон выскользнул из моих рук и с тяжелым стуком упал вниз. Я наклонилась, чтобы поднять его, в глазах у меня все поплыло. Я почувствовала, что еще немного – и я потеряю сознание. Тяжело дыша, я опустилась на палубу и закрыла лицо руками.

– Не может быть! Этого не может быть! – с громким стоном воскликнула я.

– Дорогая, что случилось? – Рядом появился Тео. Он все еще был раздет. Присел на корточки и приподнял мой подбородок. – Ради всего святого, что произошло?

Я лишь молча указала ему на валявшийся рядом мобильник.

– Плохие новости, да? – спросил Тео, поднимая мобильник с пола. Лицо его мгновенно приобрело озабоченное выражение.

Я кивнула.

– Ты сейчас сама похожа на привидение. Давай я отведу тебя в тень и дам воды.

Не выпуская мой мобильник из рук, Тео кое-как поднял меня и помог спуститься в каюту, а там усадил на кожаную банкетку. И почему это ему всегда выпадает участь видеть меня в таком беспомощном состоянии, мелькнуло у меня где-то на задворках сознания.

Тео быстро натянул на себя шорты, достал какую-то свою майку и облек в нее мое безжизненное тело. Потом налил изрядную порцию бренди и принес стакан воды. Мои руки продолжали трястись, а потому я попросила Тео помочь снова включить голосовую почту и прослушать оставшиеся сообщения. Глотнув бренди, я тут же поперхнулась, но в желудке сразу же стало тепло, и это помогло мне немного успокоиться.

– Готово! – Тео протянул мне мобильник, и я повторно прослушала сообщение от Кики, а потом и все остальные, включая три от Майи и одно от Марины. Потом послышался чей-то незнакомый голос, незнакомец представился Георгом Хофманом. Я смутно припомнила, что, кажется, это папин нотариус. Было еще несколько пустых сообщений. Видимо, абонент набирал мой номер и тут же вешал трубку, не зная, что сказать.

Тео смотрел на меня не отрываясь. Я положила мобильник на соседний стул.

– Па Солт умер, – прошептала я едва слышно и отрешенно уставилась в пустоту, погрузившись в затяжное молчание.

– Боже! Но как? Почему?

– Понятия не имею.

– Но, может, произошла какая-то ошибка? Ты уверена, что это правда?

– Уверена. Только у Кики хватило мужества сказать мне правду. Я и сама не понимаю, как такое могло случиться… Еще вчера мы с тобой видели папину яхту.

– Боюсь, у меня тоже нет никаких разумных объяснений, малыш. Перезвони-ка прямо сейчас домой. Это лучшее из того, что ты можешь сделать. – Тео снова придвинул ко мне мобильник.

– Я… не могу!

– Понимаю. Давай я позвоню им вместо тебя. Скажи мне только номер, и я немедленно…

– НЕТ! – крикнула я в ответ. – Нет! Мне срочно надо домой! Сейчас же! – Я подхватилась с места и беспомощно огляделась по сторонам, потом задрала голову в небо, словно ожидая, что вот-вот надо мной зависнет вертолет, который и доставит меня туда, где мне надлежит быть в данную минуту.

– Послушай, Алли! Я отлучусь на пару минут. Включу интернет. Хочу сделать пару запросов. Посиди пока здесь.

Тео исчез у себя в рубке, а я оцепенело уставилась перед собой, все еще пребывая в шоковом состоянии.

– Мой отец… Па Солт… умер? Да не может этого быть! – С моих уст сорвался зловещий смех, словно сама мысль об этом была невообразимо дикой. Отец всегда был таким несокрушимым, таким всесильным, таким живым… – О господи! Что угодно, но только не это! – Меня стало трясти, мурашки побежали по рукам и ногам, словно я не жарилась под солнцем на волнах Эгейского моря, а находилась где-нибудь высоко в заснеженных Альпах.

– Докладываю! – проговорил Тео из рубки. – Авиарейс на два часа сорок минут с Наксоса в Афины мы уже пропустили. Что ж, рванем в Афины на яхте. Я забронировал тебе на завтра билет на самый первый утренний рейс из Афин до Женевы. Там оставались свободными всего лишь несколько мест.

– Значит, домой я сегодня не попаду?

– Алли, уже половина второго. И впереди у нас долгий путь до Афин. Не говоря уже о перелете в Женеву. Будем идти на полной скорости. Только сделаем короткую остановку на Наксосе, чтобы заправиться топливом. Думаю, при таком раскладе к вечеру мы доберемся до Афин. Хотя, если честно, пока с трудом представляю себе, как мы там пришвартуемся в темноте. Пирейский порт наверняка в это время суток забит под завязку.

– Понятно, – коротко ответила я, не зная, как мне пережить предстоящие бесконечные часы ожидания.

– Хорошо! Тогда я включаю двигатель. Может, хочешь посидеть рядом со мной?

– Чуть попозже, ладно?

Минут через пять я услышала, как ритмично заработала гидравлика, следом послышалось позвякивание поднимаемого наверх якоря. Негромко зажужжали двигатели. Яхта тронулась с места. Я поднялась со скамейки и пошла на корму. Прислонилась к поручням и задумалась. Островок, на котором мы провели ночь, стал стремительно удаляться от нас. Еще сегодня утром я думала, что побывала ночью в нирване, а теперь это место навсегда будет связано в моей памяти с известием о смерти отца. Ведь именно здесь я узнала, что папы больше нет в живых. Яхта ускоряла ход, и меня тут же начало подташнивать. Скорее всего, сказывался пережитый только что шок, а также чувство вины, которое буквально раздирало сердце. Ведь последние несколько дней я продемонстрировала такой тотальный и совершенно непростительный эгоизм. Думала только о себе любимой и о том, какое это счастье, что я встретила Тео.

Страшно даже представить себе, что, пока я нежилась в объятиях Тео, снова и снова занимаясь с ним любовью, мой бедный отец где-то в это время умирал. Разве я смогу простить себе это?

=♦=♦=♦=

Тео сдержал слово, и на закате мы вошли в бухту Пирея. Весь долгий, бесконечный путь я провела с ним на мостике. Молча лежала у него на коленях, пока он одной рукой держал штурвал, а другой мягко перебирал мои волосы. Море было неспокойным, но Тео уверенно вел яхту, разрезая волны на скорости. Едва мы встали на якорь, он спустился в камбуз и приготовил пасту. А потом стал кормить меня с ложки, как ребенка.

– Поспишь немного? – спросил он по завершении трапезы. По его усталому лицу я поняла, что он тоже вымотан. Столь стремительный марш-бросок до Афин дался ему нелегко. – Нам нужно будет подняться завтра в четыре утра, чтобы успеть на твой рейс.

Я согласилась, зная, что в противном случае Тео на всю ночь останется дежурить возле меня. Заранее приготовившись к длинной бессонной ночи, я позволила ему уложить себя в постель. Он лег рядом, обнял меня, прижал к себе и стал убаюкивать.

– Алли, если это хоть как-то облегчит твое горе, знай, я люблю тебя. Это точно.

Я молча смотрела сухими глазами в темноту. С той самой минуты, как узнала о смерти отца, я не проронила ни слезинки. Но тут я почувствовала, как глаза наконец наполняются влагой.

– И не думай, что я сказал тебе это лишь затем, чтобы немного утешить, – проронил Тео. – Я все равно сегодня вечером собирался признаться тебе в любви, – добавил он, немного помолчав.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала я в ответ.

– Правда?

– Да.

– Ты даже не представляешь, что значат для меня твои слова. Пожалуй, выиграй я в этом году Фастнет, я бы не чувствовал себя более счастливым. А сейчас постарайся заснуть.

Как ни странно, уютно устроившись в объятиях Тео и растроганная его признанием в любви, я действительно уснула.

=♦=♦=♦=

На следующее утро такси медленно ползло по афинским улицам, забитым машинами даже в такой ранний час. Тео то и дело поглядывал на часы, боясь, что мы опоздаем. Обычно это я слежу за временем, и за своим, и за чужим, но сегодня была лишь рада, что он взял эту заботу на себя.

Я едва успела на регистрацию. До вылета оставалось минут сорок, не больше. Фактически я была последним пассажиром – стойка уже закрывалась.

– Алли, дорогая, ты уверена, что справишься без меня? – Тео смотрел на меня с беспокойством. – Может, мне полететь с тобой в Женеву? Как думаешь?

– Не волнуйся. Со мной все будет в порядке, – ответила я, направляясь к выходу.

– Но если что, сразу же дай знать, хорошо?

Мы встали в самый конец длинной очереди на досмотр. Она тонкой змейкой вилась между барьерами, преодолевая последние преграды перед свободой. Я обернулась к Тео:

– Спасибо тебе. Спасибо за все. Ты очень мне помог.

– Не так уж сильно. Послушай, Алли! – Вдруг он крепко обнял меня и притянул к себе. – Пожалуйста, просто помни: я люблю тебя.

– Обещаю, буду помнить, – ответила я, слабо улыбнувшись.

– А если почувствуешь, что не справляешься, сразу же позвони. Или хотя бы напиши, обещаешь?

– Обещаю.

– И еще вот что. – Тео разжал объятия, отпуская меня. – С учетом обстоятельств я полностью пойму и приму твое решение, если ты откажешься от участия в регате.

– Я сразу же дам тебе знать.

– Без тебя нам, конечно, светит только поражение. Ты же лучший яхтсмен из всех, с кем я когда-либо выступал. До свидания, моя родная.

– Пока.

Я влилась в медленно движущуюся процессию сонных пассажиров. Прежде чем поставить рюкзак на ленту, я в последний раз оглянулась.

Тео все еще стоял на том же месте.

– Я люблю тебя, – беззвучно сказал он губами. Затем помахал на прощание, послал воздушный поцелуй и ушел.

В зале вылета, ожидая посадку, я вдруг почувствовала резкую перемену внутри. Любовная эйфория последних дней бесследно испарилась. Живот сковала неприятная пустота в предчувствии всего того страшного и необратимого, что ждало меня впереди. Я достала телефон и позвонила Кристиану, молодому шкиперу, управлявшему нашим катером на Женевском озере. Именно он должен был встретить меня в Женеве и доставить домой по воде. Я отправила ему СМС, сообщила, что буду ждать у понтона в десять утра. И попросила пока ничего не говорить ни Ма, ни сестрам. Написала, что сама с ними свяжусь.

Но, устроившись в кресле самолета, я поняла, что нет сил звонить кому бы то ни было. Да и вообще, хватит ли у меня сил выдержать еще несколько часов полного одиночества с этим знанием внутри? Я снова вспомнила звонок Кики. Лишь она одна из всей семьи нашла в себе смелость сказать мне правду.

Самолет начал разбег, оторвался от земли и взмыл вверх. Над Афинами занимался рассвет. Я прижалась горячей щекой к холодному стеклу иллюминатора, чувствуя, как внутри нарастает паника. Чтобы отвлечься, машинально взглянула на первую полосу International Herald Tribune, которую вручила стюардесса, и уже собиралась отложить газету, но тут мой взгляд упал на один заголовок.

«ТЕЛО ФИНАНСОВОГО МАГНАТА ВЫНЕСЛО НА БЕРЕГ ОДНОГО ИЗ ГРЕЧЕСКИХ ОСТРОВОВ»

Ниже была помещена фотография. Смутно знакомое лицо. Подпись под фотографией гласила:

«Криг Эсзу найден мертвым на побережье Эгейского моря».

Я уставилась на фотографию, отказываясь верить своим глазам. Но ведь Тео со всей определенностью сказал мне, что в заливе острова Делос именно яхта Эсзу, «Олимпия», стояла рядом с яхтой отца. Газета непроизвольно соскользнула с моих колен и упала на пол. А я в полном недоумении снова уставилась в иллюминатор. Ничего не понимаю! Абсолютно ничего не понимаю!

Спустя три часа самолет пошел на посадку в аэропорту Женевы. Сердце в груди забилось с такой силой, что я с трудом смогла сделать вдох. Я вернулась домой. Обычно возвращение домой было радостным событием. Ведь впереди ждала волнующая встреча с самым дорогим человеком на свете. Я уже заранее предвкушала, как он выйдет встречать меня с распростертыми объятиями и я снова погружусь в волшебный мир своего детства. Однако на сей раз никто не будет встречать меня. Потому что его больше нет. И уже никогда не будет.