Книга: Избранник - Маргарет Митчелл

Ведь вот я пишу, стараясь рассказать вам историю, одновременно ужасную и высоконазидательную. Но совершенно неизвестно, на каком языке я пишу: по-латыни ли, по-французски, по-немецки, или по-англосаксонски, да и не все ли это равно, ибо если я сегодня, к примеру, пишу по-тиудискски, как говорят алеманы в Гельвеции, то завтра перейду на британскую речь и книга моя станет британской. Я отнюдь не хочу сказать, что силен во всех языках, но они сливаются друг с другом в моем письме и образуют единое целое – язык. Ибо так уж устроено, что дух повествования – это дух свободный до отвлеченности, и средством его является язык как таковой, сам язык, язык-абсолют, не желающий знать никаких наречий и местных языковых божеств. Иначе как раз и впадешь в политеизм и язычество. Ведь бог есть дух, и слово превыше всех языков и наречий.

Сама история не вызвала никаких эмоций, герои - марионетки в кукольном театре. Их великие грехи, покаяние, самобичевание, милосердие и отпущение грехов - вечная тема, но тут все слишком буквально. Эклектическая смесь мифов и сказок, к сожалению, совсем не понравилась.

По содержанию. Главные герои этого романа Грех, Покаяние и Милосердие. Грех по ведению и неведению, т.е. сознательный и по незнанию. Григорс - дитя порока, его родители родные брат и сестра, двойня. И если их связь порок явный, замешанный на непомерной гордыне

Очень уж они любили друг друга, а друг в друге себя

потому никого другого полюбить не могли, то Григорс благочестивый юноша, который по неведению становится мужем своей матери.

Сюжет о кровосмешении напомнил мне другую книгу, прочитанную много лет назад и давно забытую, а тут всплывшую в памяти. Еще в юности прочитала Александр Парадисис - Жизнь и деятельность Балтазара Коссы. Папа Иоанн ХХIII Во времена Великого западного раскола в католической церкви, который длился около сорока лет, сразу два претендента объявляли себя истинными папами. Об этом Томас Манн упоминает в "Избраннике" тоже

Да, то был великий позор! Из одного конклава стало два, и каждый избрал своего ставленника и нарек его епископом римским и папой

Но вернусь к Балтазару Коссе. Иоанна XXIII католическая церковь относит к числу антипап. За период своей карьеры он обвинялся в пиратстве, убийстве, отравлении предыдущего папы, содомии, инцесте и других преступлениях. И вот в своей книге Александр Парадисис приписывал Балтазару Коссе инцест сначала с дочерью, которая понесла от него, потом с дочкой-внучкой, которая тоже родила в итоге то ли дочку, то ли внучку, то ли правнучку. Закончилась ли на этом греховная цепочка не припомню. За все злодеяния собор объявил Иоанна XXIII низложенным и предал светскому суду. Освободившись, он остаток своих дней преспокойно отслужил епископом, почил и с почестями был похоронен во Флоренции.

Совсем иначе разворачиваются события в романе. Григорс раскаивается и еще долгих семнадцать лет проводит в уединении на скале. Вера помогает ему творить то, что с человеческой точки зрения не логично. Среди различных видов аскезы, столпничество, пожалуй, самое сложное для понимания не только среди неверующих, но и верующих. Это самоотречение требует огромного усилия не только физических, но и душевных, духовных сил. Принеся покаяние, Григорс был прощен и возвышен.

Ну, а если одной фразой, то книга о том, что как бы не был тяжел грех

как бы ни болела душа человека, он будет спасен, если его глаза хоть на час увлажнятся слезами чистосердечного раскаянья

Книга очень необычная и очень на любителя. В моем случае 100% попадание.

Восхитительно, как Томас Манн обходит стороной все опасные моменты в повествовании и превращает главного героя в истинного избранника. Линейный сюжет придает истории еще больше таинственности, потому как неизвестно, что произойдет дальше, особенно с учетом произошедших событий. В непредсказуемости сила классики и качественной литературы в целом. Но еще больше восхищает тот факт, что роман абсолютно не пошлый. Да, тут присутствует кровосмешение, но пошлости в нем нет от слова "совсем". Итак, о содержании. Фундаментом для романа является старинная легенда, поэтому повествование ведется на манер средневековых баллад, только в прозе. Длинные витиеватые предложения завораживают, а тактичность и деликатность рассказчика, именуемого "духом повествования", рождают у читателя уважение как к героям, так и к их истории. А история как раз очень непростая. Даже никак не могу приступить к ее пересказу. Хотя.. может и не надо ее пересказывать. Прочтите сами, подсказка к сюжету была дана выше, а детали лучше узнать непосредственно от духа повествования. Единственное, хотелось бы сказать о чем эта книга. "Избранник" - это роман о прощении и любви. Истинной любви к ближнему и к себе, а не то, что кажется на первый взгляд. "Избранник" - это теплый костерок для всех заблудших душ. Даже когда кажется, что прощения нам нет, на самом деле оно есть, только до него надо добраться, потому как обычно прощение требует времени и осмысления, а не громких слов или пустых обещаний. А еще "Избранник" - это роман о принятии. Умение принимать то, что уже свершилось, и жить с этим дальше, не пытаясь "начать жизнь с чистого листа" - великое умение. И не менее великим является умение принимать дары от мира в тот момент, когда происходит самобичевание. На мой взгляд, Манну прекрасно удалось раскрыть вышеперечисленные идеи. Его "Избранник" не оставляет сомнений по поводу своей избранности.

Мотивы истории Томас Манн заимствует из произведений средневековых немецких авторов Гартмана фон Ауэ и Вольфрама фон Эшенбаха. И исследует тут природу греха и способы его искупления (и не только это) Виновен ли младенец в грехах своих родителей? Виновен ли человек, совершивших грех по незнанию? Может ли он искупить свою вину, чтобы после смерти открылись ему врата в райские угодья? Главный герой ― плод кровосмешения и причина кровосмешения, Избранник, которому предстояло пройти очень длинный путь своего искупления, Избранник, которому удалось пригубить соки самой земли, проведя семнадцать лет в изгнании, а затем ― возвыситься над миром, неся перед собой слово Бога.

Прекрасная стилизация достойна отдельных слов. Чего только стоит «дух рассказчика», за которым прячется сам автор, который не только дает оценку тем или иным поступкам героев, но и невинным лицом наполняет историю иронией и острыми ремарками.