Текст книги "Дары мертвых богов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dary-mertvyh-bogov-12919.jpg)
Автор книги: Маргарет Уэйс
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
Крик эхом отразился от скалы. Мина посмотрела, как черная кираса и шлем, несколько раз ударившись о камни, упали в море. Сумрачный дневной свет не улучшал видимости, и издали нельзя было заметить, что на самом деле доспехи, едва заметные в пенящейся воде, пусты. Девушка надеялась, что Крелл видит не больше, чем она.
Мина выдохнула и протиснулась в разлом. Даже без кирасы ей едва удалось сделать это, и на какой-то пугающий момент девушке показалось, что она застряла. Отчаянно извиваясь, Мина высвободилась из каменных тисков и мягко спрыгнула на пол. Она остановилась, чтобы восстановить дыхание, подождала, пока глаза привыкнут к темноте, и подумала о том, как все-таки хорошо, когда под ногами твердая, надежная поверхность, как хорошо не чувствовать холодного ветра и соленых брызг.
Девушка вытерла руки о подол рубашки и растерла их, чтобы согреть. У нее сейчас нет ни доспехов, ни оружия. Она выкинула в море не только кирасу и шлем, а после секундного колебания и моргенштерн, но и ту нетерпеливую невинную девочку, которая однажды отправилась на поиски Богов и нашла их.
Мина верила в Такхизис, подчинялась ее командам, выполняла все приказы, не задавая вопросов. Она сохраняла веру в Темную Королеву; когда все пошло не так, сражалась с сомнениями, которые пожирали ее, как крысы пожирают зерно. В конце концов, сомнения одолели, и в тот момент, когда вера девушки должна была стать только сильнее, когда необходимо было пожертвовать собой ради Богини, Мина решила по-своему. Тогда она познала скорбь – скорбь о потере, и сейчас, выбросив в море последнее напоминание о вере в Единого Бога, тоже скорбела.
Невинность прошла. Слепая вера прошла. Теперь девушка осмеливалась спрашивать Чемоша: «Что ты мне дашь?» – и, даже доказав Богу Смерти, что принадлежит ему, не собиралась превращаться в марионетку, пляшущую под его дудку, или рабыню, кланяющуюся ему в ноги. Стоя в одиночестве в темном подземелье Башни Бурь, Мина прислушалась, но не к божественному голосу, говорящему, что делать, а только к своему – к своим доводам.
Век Смертных. Возможно, это и есть то, что предрекали мудрые люди, то, о чем упоминал Чемош, – сотрудничество Бога и человека, доселе невиданное событие.
Тусклый серый свет проник в разлом и окружавшие его небольшие щели. Когда глаза девушки привыкли к сумраку, она смогла разглядеть все помещение. Как Мина и думала, это было хранилище, однако не только для зерна.
На полу стояло несколько корзин и деревянных ларей, их крышки были сорваны, содержимое разворочено. Мина легко представила себе рыцарей, в спешке покидающих Башню Бурь и отправляющихся на завоевание Ансалона; представила, как они роются в ларях, чтобы убедиться, что ничего ценного не забыто. Девушка взглянула на корзины и прошла мимо, направляясь к окованной железом двери в конце помещения. По пути она заметила покрытые пылью и ржавчиной инструменты, какими обычно пользуются кузнецы, а также несколько отрезов шерстяной ткани, траченных молью и покрытых плесенью. Некоторое время ходили слухи, что рыцари оставили на острове сокровища. Они возникли явно не на пустом месте, поскольку вряд ли кто-то, отправляясь в бой верхом на драконе, повез бы с собой сундуки, набитые ценностями. Но здесь сокровищ точно не было. Под ее ногами хрустели недоеденные сухие зерна и крысиные косточки – все, что осталось от мощи Рыцарей Такхизис.
Заметив кайло, Мина подняла его, рассудив, что, если дверь, ведущая из пещеры, закрыта, ей понадобится инструмент, чтобы ее открыть. Правда, девушка надеялась, что этого не случится, ведь для Крелла она мертва, разбилась, когда упала с лестницы. Мине не хотелось делать ничего такого, что могло привлечь внимание Рыцаря Смерти раньше времени. И хотя девушка не знала наверняка, но догадывалась, что у бессмертного прекрасный слух и что Крелл. несмотря даже на завывания ветра – плач горя и ярости Богини, свободно может различить удары железного кайла о железную дверь.
Дойдя до двери, девушка взялась за кольцо и легонько потянула. К ее облегчению, дверь открылась. Мина решила, что в этом нет ничего удивительного, – незачем утруждаться и запирать пустое хранилище.
Выйдя, она оказалась в зале с таким же полом, вымощенным каменными плитами, и грубыми, шероховатыми стенами. Здесь было намного темнее, чем в зернохранилище, – из-за отсутствия трещин в стенах. У Мины не было ни факела, ни фонаря, и она поняла, что идти придется на ощупь.
Девушка вспомнила карту крепости, которую оставила в лодке. Мина получила карту от одного из хранителей в Великой Палантасской Библиотеке. Молодой хранитель, приняв Мину за одну из отчаянных искательниц сокровищ, честно попытался отговорить ее рисковать жизнью в подобном глупом путешествии. Но девушка настаивала, а правила Библиотеки гласили, что знания должны быть доступны каждому, и юноше пришлось выдать требуемую карту, которую чертил сам Лорд Ариакан.
Зернохранилище на пергаменте изображено не было. Ариакан отметил только то, что он считал наиболее важным: казармы, хозяйственные постройки и тому подобное, – так что Мина даже не представляла, где находится.
Девушка мысленно повторила путь под землей: в хранилище она проникла с юга, поскольку бухта располагалась на южной стороне острова, а затем повернула на восток, потому что дверь находилась в правом торце от нее. «Учитывая то, что подземелье построено рядом с лестницей, зал не может простираться на юг, а просто заканчивается там тупиком, – размышляла Мина. – Значит, теперь надо идти в сторону севера».
Она надеялась, что Креллу незачем спускаться сюда, но если такое случится, то ему совершенно не нужно видеть открытую дверь, означающую, что здесь кто-то есть. Закрыв створку, девушка отрезала себя от сумрачного дневного света и осталась в полной темноте. Она ничего не видела ни вокруг, ни перед собой и ступала осторожно, чтобы не споткнуться, надеясь, что так идти придется недолго.
Сделав несколько шагов, Мина заметила, что пол довольно круто пошел вверх.
– Скат, – задумчиво прошептала она, представив рабов, толкающих тачки, наполненные зерном.
Она продолжала идти и уперлась прямо в дверь, которая от толчка сапогом сразу же распахнулась. Сердце Мины забилось быстрее, девушка схватилась за створку и придержала ее. Она успела заметить, что находится снаружи – внутренний двор, который видно практически с любой точки крепости. Насколько девушка знала, Крелл вполне мог там прогуливаться.
Уже наступил вечер; девушка потеряла чувство времени, а это означало, что ей есть о чем беспокоиться. Она не хотела, чтобы Рыцарь Смерти схватил ее в Башне Бурь ночью. Немного приотворив дверь, Мина осторожно выглянула.
Огромный плац, вымощенный булыжником, был пуст. Сейчас его укрывала тень высокой башни, и теперь девушка точно определила, где она находится. Судя по форме и положению, это была Главная Башня – впечатляющее строение, в котором находились комнаты переговоров, трапезные и помещения для слуг. Здесь же располагались личные покои Лорда Ариакана. Поговаривали, что в башне есть комната, из которой потайной ход ведет прямо к тому месту, где когда-то жила Такхизис. Недалеко от Главной Башни стояла Башня Лилии, где размещались казармы Рыцарей Лилии, принадлежавших к самому мощному Ордену Рыцарей Тьмы; на противоположной стороне возвышалась Башня Черепа – таинственное пристанище Рыцарей Черепа. Между этими тремя башнями, на разном расстоянии друг от друга, располагались хозяйственные постройки.
Карта, которую Мина получила в Великой Палантасской Библиотеке, никоим образом не передавала размеры и мощь крепости. Девушка до этого момента не понимала, насколько огромна Башня Бурь и какую площадь занимает. Не представляла она и где находится Крелл. Теперь, оглядывая плац, Мина размышляла, хорошей ли идеей было проникнуть в крепость.
– Я могу провести здесь несколько дней в поисках Крелла, – задумчиво произнесла она. – Без пищи, воды и сна. Закрыть глаза нельзя даже на минуту, иначе он может застать меня врасплох и убить. Может быть, лучше было встретиться с ним на лестнице? – Мина покачала головой, отгоняя сомнения. – Чемош прислал меня сюда. Он меня не оставит.
Собравшись с духом, Мина открыла дверь чуть шире и хотела было уже шагнуть на плац, но внезапно из-за стены появился Крелл. Он шел со стороны скал, где девушка видела его в последний раз.
Мина замерла, не смея ни двигаться, ни дышать.
Азрик прошел мимо нее на расстоянии шести футов. Если бы девушка не замешкалась, то неминуемо столкнулась бы с ним.
Рыцарь Смерти вызывал отвращение. Его проклятая жизнь горела красными огоньками в прорези шлема. Мина знала, что если снять шлем, то рыцарь будет еще отвратительнее, поскольку в доспехах ничего нет. Ничего, кроме прорехи в бытии, где находится его жизнь, и эта прореха темнее тьмы в запечатанном саркофаге, что покоится в давно забытом склепе.
Доспехи Крелла, украшенные черепом и лилией, были запятнаны кровью, которую Зебоим выпустила из его вен за время долгих дней пыток. Кровь была такой же алой, как в тот день, когда он кричал в агонии, и дождь никогда не смывал ее, поэтому, когда Крелл ходил, за ним оставались алые следы.
На бедре Рыцаря Смерти бряцал меч, но самым мощным его оружием являлся страх. Он мог заставить съежиться смелость Мины в маленький дрожащий комочек, а кулаки Лорда Азрика с легкостью превратили бы ее в мешок из плоти и переломанных костей.
Исходящий от Крелла ужас волнами накатывал на Мину, заставляя ее содрогаться. Перед другим Рыцарем Смерти, Лордом Сотом, она была вооружена силой Единого Бога и оружием Такхизис. Сот не имел над ней власти. Его похоронили под руинами собственной крепости.
Сейчас на Мине не было священных доспехов. Она выбросила их, чтобы доказать Чемошу свою веру. Теперь девушка должна была встретиться с ужасным Рыцарем Смерти в промокшей шерстяной рубашке, прилипшей к телу и ясно дающей понять, что сама Мина из плоти, а Крелл – из стали и смерти.
Страх парализовал Мину, она сгорбилась, ее желудок сжался, мышцы ног свело судорогой. Если бы Крелл повернул голову, то увидел бы дрожащую и согбенную, словно овражный гном, девушку, а если бы напал на нее, то она бы даже не сопротивлялась.
Наконец Мина закрыла глаза и отвернулась, с трудом поборов отчаянное желание бежать.
– Я одна прошла по проклятой долине Нераке, – произнесла она сквозь стиснутые зубы. – Я вынесла испытания Темной Королевы. Такхизис держала меня в своих руках, чуть не убила меня, а сейчас я дрожу перед горсткой жалких останков. Неужели я храбрая, только когда Бог держит меня за руку? Или это единственный способ доказать Чемошу свою преданность?
Мина открыла глаза и заставила себя посмотреть на Крелла. Дрожь и спазмы мышц почти сразу же прекратились; девушка сделала глубокий вдох – один, другой – и расслабилась.
Рыцарь Смерти не видел ее и не слышал. Он шел, глядя перед собой, громко ругался, что потерял жертву, и потрясал кулаком в бессильном гневе. Крелл мог придумать для Мины тысячи мучений и теперь чувствовал разочарование, что упустил такую возможность.
Пока Азрик шел по плацу, его било и разрывало собственное мучение, хлестал ветер гнева Богини. Рыцарь Смерти шел с трудом, несмотря на свою силу. Над головой клубились и вскипали черные тучи. Молнии ударяли под ноги Креллу, разбивая камни, а один раз даже заставили его упасть на колени. Раскаты грома сотрясали остров.
Поднявшись на ноги, Крелл погрозил небу кулаком, однако больше испытывать терпение Богини не решился и неуклюже побежал к Башне Лилии.
Мина подождала, пока Азрик удалится на достаточное расстояние, а затем последовала за ним. Она надеялась, что Морская Королева смягчится при ее появлении и буря немного стихнет, но иллюзии мгновенно рассеялись – стоило девушке выйти наружу, как на нее обрушились потоки дождевой воды, а порыв ураганного ветра сбил с ног.
Кажется, Зебоим ни для кого не делала исключений. Зато Креллу буря не позволяла остановиться и оглянуться – он бежал к укрытию так быстро, как только мог.
Мина с трудом поднялась и, преодолевая шторм, пошла за Рыцарем Смерти.
Крелл пребывал в дурном расположении духа. Правда, хорошим его настроение никогда не было. но некоторые дни казались Азрику немного лучше, чем другие. Иногда ему везло, и рядом появлялось живое существо, с которым он мог развлечься. Иногда, если Зебоим была занята, он мог прогуливаться по плацу и лишь слегка промокнуть. Но сегодня Морская Королева, должно быть, находилась прямо над ним.
Кипя от ярости, Крелл вошел в библиотеку, где он все приготовил для приема гостьи, чье тело, как он думал, досталось акулам, уселся в кресло и мрачно воззрился на доску для игры, а затем на пустое кресло напротив. Ему давно надоело играть с самим собой.
Лорду Азрику нравилось играть в кхас, как и многим Рыцарям Такхизис. Стил Светлый Меч однажды пошутил, что умение играть в эту игру стало необходимым требованием для вступления в Рыцарство, и он не ошибался. Ариакан, сам искусный игрок, полагал, что сложная игра учит людей продумывать не только собственную стратегию, но и стратегию противника, просчитывать ходы заранее. Хороший игрок в кхас будет хорошим командующим – так считал Ариакан.
Крелл и Ариакан провели много часов над доской. Воспоминания об этом придало Азрику решимости, когда он задумал убить своего лорда, – Ариакан всегда выигрывал.
Круглая доска с черными, красными и белыми шестиугольниками лежала на своем привычном месте – на кованой железной подставке перед огромным камином. Искусно вырезанные черные гагатовые и зеленые нефритовые фигурки стояли на черно-красно-белом поле боя. Крелл был на середине партии против себя самого (теперь победа всегда оставалась за ним), но сейчас быстро расставил фигуры на начальные позиции.
Игра началась. Нахмурившись, Рыцарь Смерти протянул обтянутую перчаткой руку, взял пешку, поставил ее на соседнюю клетку и собрался было уже встать, чтобы пересесть в кресло напротив, но затем передумал и снова потянулся к фигуре.
– Ты не можешь так ходить, – раздался голос за его плечом. – Это против правил. Ты убрал руку от фигуры. Она должна оставаться там, где стоит.
Ни в жизни, ни в смерти Азрик Крелл никогда не чувствовал такого удивления.
Он резко обернулся, чтобы посмотреть, кто с ним говорит. Худенькая девушка в мокрой одежде, с волосами красными, словно ярость, и янтарными глазами стояла, слегка покачивая в руке кайло.
Крелл необычайно поразился тому, что Мина жива, тогда как он считал ее мертвой, поразился отваге девушки – она не упала в обморок от ужаса – и тому, что ей удалось застать его врасплох. Прежде чем кайло опустилось на его шлем, у Рыцаря Смерти было время только яростно зарычать.
Горячее красное пламя осветило непроглядную тьму, в которой он существовал, и тут же погасло.
Темнота Лорда Азрика Крелла стала еще темнее.
Мина ударила изо всех сил, которые ей придавали страх и отчаянная решимость, – шлем Крелла слетел и, гремя, покатился через комнату и ударился об один из трупов, сваленных у стены. Доспехи, в которых обитала бессмертная сущность, остались сидеть в кресле, одна руку по-прежнему тянулась к фигурке, а другая безуспешно пыталась остановить атаку неожиданного противника.
Девушка снова занесла кайло, беспокойно поглядывая то на шлем на полу, то на доспехи в кресле и опасаясь, что они зашевелятся, однако шлем лежал спокойно, доспехи тоже не двигались. Мина облегченно вздохнула и хотела было опустить импровизированное оружие, как вдруг дверь распахнулась от порыва ветра и ударилась о каменную стену с таким треском, что сердце девушки чуть не остановилось. Она снова занесла кайло и медленно повернулась, чтобы встретиться с новым врагом.
Порыв ветра принес Богиню.
Казалось, Зебоим окружает буря: ее развевающиеся одежды находились в постоянном движении, и, даже когда дверь захлопнулась, они не успокоились. Мина выронила кайло и упала на колени.
– Богиня Моря и Бури, я выполнила то, что обещала. Лорд Азрик Крелл, Предатель, гнусно убивший твоего сына, уничтожен.
Из-под опущенных ресниц девушка наблюдала за реакцией Зебоим. Та прошла мимо, даже не взглянув на нее; зеленые глаза Богини смотрели на кровавые доспехи и в угол, на шлем, – все, что осталось от Азрика Крелла.
Морская Королева с отвращением прикоснулась кончиками пальцев к доспехам, и те развалились: перчатки упали на пол, кираса осела в кресле, поножи рухнули набок, только сапоги остались стоять на месте. Зебоим подошла к шлему. Из-под края одежд показалась тонкая лодыжка, последовал легкий толчок – шлем покачнулся и замер, пустые прорези для глаз, темные, как смерть, уставились в пространство.
Мина оставалась стоять на коленях, со склоненной головой и скрещенными на груди руками. От холодного влажного ветра, ворвавшегося вместе с Богиней, ее слегка знобило. Девушка продолжала наблюдать за Богиней краем глаза.
– Это ты сделала, ничтожная? – спросила Зебоим. – В одиночку?
– Да, моя Королева, – кротко ответила Мина.
– Я не верю! – Богиня оглядела комнату, словно ожидала увидеть армию, спрятавшуюся на книжных полках, или сильного воина в шкафу. Не найдя ничего, кроме крыс, она посмотрела на девушку. – И все же ты мамашина игрушка и замышляешь нечто большее, чем может показаться на первый взгляд. – Голос Морской Королевы смягчился, стал теплее, словно дыхание весны. – Ты уже решила, какому Богу будешь поклоняться, дитя?
Прежде она называла Мину «ничтожная», теперь – «дитя». Та спрятала улыбку. Она предвидела этот вопрос и была готова ответить. По-прежнему не поднимая глаз, Мина произнесла:
– Моя верность и преданность с мертвыми.
Зебоим недовольно нахмурилась:
– Но теперь Такхизис ничего не может сделать для тебя. Такая верность должна быть вознаграждена.
– Я не прошу никакой награды, – возразила девушка. – Я желаю лишь служить.
– Ты лжешь, дитя, но так изумительно, что я прощу тебя.
Мина посмотрела на Богиню с беспокойством, опасаясь, что той все же удалось заглянуть в ее сердце.
– Возможно, слабоумных в пантеоне ты и способна ввести в заблуждение своим благочестием, но только не меня, – надменно продолжала Морская Королева. – Все смертные желают награды за свою верность, никто ничего не делает просто так.
Девушка почувствовала облегчение.
– Итак, дитя, – продолжала Зебоим, теперь льстиво, – ты рисковала собственной жизнью, чтобы уничтожить этого червя Крелла. Но какова истинная причина? И не говори мне, что ты сделала это только потому, что его предательство задело твою честь.
Мина подняла глаза и встретилась взглядом с серо-зелеными глазами Богини.
– Мне бы действительно хотелось попросить тебя кое о чем, если ты позволишь, моя Королева.
– Я так и думала! – самодовольно улыбнулась Зебоим. – Чего ты хочешь, дитя? Морскую, пещеру, наполненную изумрудами? Тысячу нитей жемчуга? Собственный флот? Или, может быть, легендарные сокровища Рыцарей Тьмы, что лежат в подвалах внизу? Я сейчас очень щедра. Скажи мне свое желание, и я исполню его.
– Шлем Рыцаря Смерти, госпожа, – ответила Мина. – Это все, чего я хочу.
– Его шлем? – изумленно повторила Зебоим и, опомнившись, презрительно махнула в сторону трупов, возле ссохшейся руки одного из которых лежал названный девушкой предмет. – Этот железный горшок ничего не стоит. Бродячий цирк, возможно, и даст тебе за него несколько монет, да и то вряд ли.
– Тем не менее я хочу именно это, – твердо сказала девушка. – Таково мое желание.
– Тогда забирай его! – приказала Зебоим и добавила шепотом: – Глупая девчонка. Я могла одарить тебя такими сокровищами, о которых ты и не мечтала. Не могу понять, что мать нашла в тебе.
Мина поднялась, под раздраженным взглядом Богини прошла мимо доски для игры в кхас, опрокинутых доспехов и двух кресел туда, где лежал шлем. Бросив взгляд на Зебоим, она увидела, что постоянно меняющие цвет глаза Богини стали серыми, как крепостные стены, и беспокойный ветер треплет ее волосы и одежды.
«Ты надеялась заманить меня в ловушку, – мысленно сказала девушка и отвернулась. – Хотела подчинить меня себе, свалив на меня горы сокровищ. Я не лгала. Моя верность и преданность с мертвыми, но не с теми мертвыми, о которых ты думаешь».
Мина подняла шлем и внимательно осмотрела. Он был выкован в виде черепа барана с закрученными назад рогами – каждый рыцарь имел право выбирать свой собственный символ для доспехов. Девушка была заинтригована тем, что Крелл выбрал барана; должно быть, он чувствовал, что должен что-то доказать. Она подняла тяжелый шлем и неловко взяла его под мышку, так что концы рогов и зазубренные края больно впились в тело.
– Что-нибудь еще? – спросила Зебоим едко. – Может, ты хочешь взять на память его сапог?
– Благодарю тебя, госпожа, – ответила Мина, притворившись, что не заметила сарказма, и поклонилась. – Со всем уважением и почтением.
Морская Королева фыркнула и тряхнула головой, глядя на девушку прищуренными глазами:
– У тебя есть еще одно желание.
Мина почувствовала, что ловушка вот-вот захлопнется, и попыталась понять, что на уме у Зебоим.
– Возможно, ты желаешь уйти в полной безопасности с этой проклятой скалы? – предположила Богиня.
Мина закусила губу. Не зашла ли она слишком далеко? Морская Королева могла запросто утопить ее.
– Да, ваше величество, – подтвердила девушка самым смиренным голосом, – Но может быть, это намного больше того, что я заслуживаю?
– Прибереги свое смирение для того, кто его оценит! – огрызнулась Зебоим. – Я уже начинаю сожалеть, что так милостиво обхожусь с тобой. Думаю, я буду скучать без пыток Крелла.
«Если это называется „милостиво", госпожа», – подумала Мина, но вслух произнести этих слов не посмела. Она напряженно ожидала приговора Богини. Даже Чемош не мог защитить ее, когда она плыла по морю – владениям Зебоим.
Богиня бросила на девушку и шлем последний презрительно-насмешливый взгляд, затем круто развернулась и покинула библиотеку. Ветер ее гнева завыл и, набросившись на Мину, наносил хлесткие удары до тех пор, пока она не упала на колени. Девушка скорчилась, упершись лбом в пол и прижимая шлем к груди. Но довольно скоро ветер раздраженно просвистел в последний раз и стих.
Мина глубоко вздохнула. Таков был ответ Богини, по крайней мере, девушка надеялась на это. Она слишком поспешно встала и пошатнулась, едва не упав снова. Стычки с Рыцарем Смерти и Зебоим измотали ее тело и душу. Мина умирала от жажды. Повсюду были лужи, широкие и глубокие, как пруды, вода в них казалась маслянистой и пахла кровью, но девушка не стала бы пить из них за все нити жемчуга в мире. А ведь ей еще предстояло вернуться к лестнице, спуститься по полуразрушенным ступеням к тому месту, где осталось ее суденышко, а затем переплыть море – неспокойные владения гневной Богини.
Мина устало сделала шаг по направлению к двери. По крайней мере, буря утихла; ливень перешел в моросящий дождь, а ураганный ветер сменился мелкими злобными порывами.
– Ты отлично справилась, Мина! – раздался голос Чемоша. – Я доволен тобой.
Девушка подняла голову и огляделась, надеясь, что Бог находится в Башне Бурь рядом с ней. Но его нигде не было видно, и Мина поняла, что глупо уповать на его появление здесь. Зебоим все еще наблюдала за ней, а присутствие Чемоша выдало бы их.
– Я рада, что угодила тебе, господин, – тихо откликнулась она, почувствовав, как стало хорошо на душе от похвалы.
– Зебоим сдержит обещание и успокоит море для тебя. Она восхищена тобой и все еще надеется одержать над тобой победу.
– Ей это никогда не удастся! – твердо произнесла девушка.
– Я знаю это, а вот она – нет. Тем не менее, не стоит испытывать ее терпение слишком долго. Шлем Крелла у тебя?
– Да, Повелитель. Он у меня, как ты и велел.
– Сохрани его.
– Да, господин.
– Мина, мне тебя послало провидение, – произнес Чемош.
Девушка почувствовала прикосновение к щеке – поцелуй Бога, прижала ладонь к лицу, закрыла глаза и ощутила, как по телу разливается живительное тепло, а когда открыла их, почувствовала себя сильной, словно утолила и голод, и жажду.
Вспомнив о шлеме. Мина сняла с одного из трупов, лежащих в библиотеке, плащ, завернула в него шлем и перетянула ремнем, снятым с другой жертвы. Покончив с этим, она покинула Башню Лилии, прошла через плац и направилась к вырубленной в скале лестнице и своей маленькой лодке.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?