Читать книгу "Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар"

Глава 5. Предложение мечты или мечтать тоже надо уметь

Эйрин Миттар

– И что? Ты вот так запросто спасла главу рода Аскард?! – восторженно вздохнула Файка в очередной раз дернув меня за волосы.

Да, идея как следует запутать дужки очков в волосах была так себе, но они, по крайне мере, не улетели с носа на очередном крутом вираже. Спасибо командиру, что так удачно приложил меня по спине и указал на недостатки конструкции в бою.

Оказалось, спасать главу рода Аскард на пределе сил – занятие энергозатратное. Откат после такой аккумуляции физических резервов был жестким. Плюсом к этому шел многочасовой допрос в отделе безопасности дворца, с которого я уползала, едва шевеля ногами. Я никак не ожидала, что меня, бездна их разорви, спасительницу, между прочим, будут допрашивать так, будто это я все организовала, а потом передумала и решила избавиться от свидетелей! Меня спрашивали, что я там делала? Почему выбрала эту дорогу? Почему от меня ничем не пахнет? Зачем притащила столько оружия? Почему не пошла отмечать с коллегами увольнение? Тут я психанула, поджала губы и своими блестящими сквозь линзы очков огромными глазами посмотрела на мужчину в черной форме тайной канцелярии, что вел допрос, и спросила, что, на его взгляд, должна отмечать молодая девушка, став калекой во благо родины?! Линзы и впрямь немного увеличивали мои глаза и когда я так смотрела на кого-то это было трогательно, проникновенно и немного забавно. Надо сказать, мужчина смутился и стал закругляться с дознанием. А, может быть, он тоже устал и хотел поскорее попасть домой? Кто знает?

Уползала я оттуда на чистом энтузиазме. Облагодетельствованный и спасённый выразить благодарность не пожелал или не смог, уж не знаю, но да и ладно. Главное, чтобы завтра уже настало наконец! Конечно, были ещё загадочные организаторы покушения, но я просто не была готова сейчас об этом думать, как и о том, что будет, если ситуация повторится?

Придя домой, застала Файку у меня в комнате мило распивающую какое-то эльфийское ситро гордо именуемое вином.

– Ну, где тебя носит?! – накинулась на меня моя единственная подружка. – Я тебя с обеда жду! – осоловело улыбнулась она, обнажив свои непозволительно кривые для эльфа зубы, неловко подпихивая пустую бутылку ногой под мою кровать. – Договорились же вместе отметить!

– О, – устало выдохнула я, – ты не представляешь, что со мной сегодня произошло, – выдохнула я, ничком падая на кровать. – Помоги вытащить очки из волос

И вот уже битый час Файритиэль безуспешно пытается вытащить дужки из моих перепутанных прядей, а я рассказываю историю героического спасения барсов, где я, конечно же невозможно крутая воительница, а все остальные так, массовка

– Слушай, так может тебя теперь ещё наградят?! – восторженно воскликнула она, кажется всё же вырвав мне клок волос.

– Не надо! – рявкнула я, подрываясь на кровати. – Боюсь, больше я таких церемоний не переживу, – уже себе под нос прошептала я.

– Ой, не скромничай! Да одного твоего имени достаточно, чтоб кого хочешь отвадить! Миттар-р-р-р, – прорычала она последние буквы моей фамилии.

Кажется, кто-то всё же напился.

– Вот Сава из соседней лавки, помнишь, высокий такой, повадился ко мне таскаться после работы то подстричься, то побриться, то укладочку, – хихикнула она, что действительно было забавно, потому как, если не ошибаюсь, Сава был непозволительно лыс для стрижки, что уж говорить об «укладочке». – И сидит, и не уходит и-к, – как-то совсем неженственно икнула подружка и опять захихикала. – А я ему говорю, что, мол, закрываться пора, а он сидит, как будто так и надо, и не понимает! Тогда я сказала, что подруга моя из рода Миттар-р-р-р скоро придёт, – совсем уж гаденько и пьяно захохотала Файка. – Вторую неделю не приходит! – восторженно воскликнула она.

Я лишь покачала головой:

– Такими темпами рискуешь в девках остаться!

На что подруга лишь пьяно фыркнула, наконец-то высвободив мои несчастные очки из плена волос.

На самом деле Файка не просто так пришла ко мне сегодня. Только сейчас я наконец-то вспомнила, что мы планировали с ней, что она переночует у меня и поможет мне на следующий день собраться на первое в моей жизни деловое собеседование. По эльфийским меркам Файка была сущим дитём. Ей совсем недавно исполнилось сто двенадцать лет, что приравнивается примерно к возрасту совершеннолетия. Если быть точной, то совершеннолетие у эльфов наступает в возрасте ста лет и как только Файритиэль исполнилось сто, она тут же покинула родные края и нашла своё место в королевстве Давор. Как сама говорила Файка, ей всё равно ничего не светило на родине. По меркам сородичей её неправильный прикус был серьёзным эстетическим дефектом, плюс ко всему происхождение у неё было совершенно посредственное. Магически поправить зубы было сложнее всего и, соответственно, дороже. На тот момент таких средств у неё не было, и сейчас едва ли хватит, только если продать салон красоты, который она с таким трудом открыла. К тому же среди оборотней она считалась экзотической красавицей, не испытывала трудностей в общении и в работе. Как-то так повелось, что в эльфах стереотипно видели знатоков и почитателей всего прекрасного, потому спустя несколько лет открыв свой небольшой салон, Файя легко смогла занять эту нишу и вела свой небольшой, но довольно прибыльный бизнес. Стричься у мастера-эльфа считалось престижно.

– Давай спать, – предложила я, так и не решившись откупорить игристого эльфийского и отпраздновать завершение этого дня. Для начала ему бы следовало завершиться.

Звук открываемой двери вырвал меня из прекрасного мира снов. Прежде чем я успела подумать о том, что это случилось опять, моя рука нырнула под кровать, ухватила что-то почему-то гладкое и холодное и запустила в полёт по направлению вторженца!

– Куда лезешь?! – рыкнула я.

– В туалет, – жалобно просипела Файка, кажется падая на пол подбитая прицельно кинутой бутылкой, а вовсе не книгой.

Радостно натянув очки на нос, я совершенно неприлично заорала:

– Получилось!

И растянувшаяся у двери эльфийка была тому подтверждением! Больше никаких полоумных братцев с утра пораньше!

– Конечно, получилось у неё, вслепую да прям по булочкам моим, – охала подружка. – У меня, кажись, ноги отказали, божечки мои, – бормотала она. – Как же я теперь?!

– Ой, прости, прости, прости, – неприлично хохоча извинялась я, подняв её с пола и оттащив на кровать. – Я не специально, рефлексы

– Я больше ночевать у тебя не останусь! – выдала подружка, тем временем приходя в себя на кровати.

На самом деле Файка частенько так грозилась, но испытывала странное умиление от моего семейства. Не будучи оборотнем, способным считывать запахи и делать выводы о существах вокруг, мы казались ей темпераментными и эксцентричными.

«В вас столько жизни», – умилялась она.

Я же думала, что раз она решилась со мной дружить, то ожидаемо у неё должны были быть странности.

В этом она видела какое-то одной ей понятное очарование. Даже близняшек она считала милыми Одним словом, эльфийское восприятие семьи Миттар подкупало всех её членов и мою подругу любили и принимали.

– Девочки, спускайтесь завтракать! – позвала мама с первого этажа.

Конечно, для Файки было невозможно услышать на таком расстоянии, потому я повторила ей, что завтрак готов.

– Куда ты вчера пропала? – поинтересовался Дерек, хмуро смерив взглядом меня и мою подружку.

По всей видимости кто-то мучился от похмелья.

Только я собралась сказать, что это неважно и уточнить, когда именно они всё же соизволили заметить моё исчезновение, как слово взяла Файка, спешно глотая омлет, чтобы ничто не мешало ей растрепать всему семейству о моих подвигах.

– Вы что, не знаете?! – выпучив глаза, восторженно выдала она и только когда все члены семьи уставились на неё, начала выдавать информацию. – Эйрин спасла главу рода Аскард от целого отряда элитных наёмных убийц!

Почему нападавшие стали «элитными наёмными убийцами» я сказать не могла, но вероятно, Файка, как и все эльфы, тяготела к героическим эпосам.

– О боги, что произошло?! – воскликнула сперва мама, а с нею ожил и весь стол.

Даже малыш Филипп, что-то радостно повизгивал и кидал еду со своей тарелки, на этот раз в мать. Должно быть, от Дерека сегодня неприятно пованивало перегаром, потому как ребёнок в кои-то веки даже не поворачивался в его сторону.

– Да, да! Мне срочно нужны подробности! – восклицала тётя Элаиз. – Когда буду договариваться на счет вашего свидания, то надо будет обязательно об этом рассказать!

– Свидания? Какого свидания?! – взбудоражилась Файка и тут уж даже я не бралась судить чего ей хотелось больше: узнать о предстоящем свидании для меня и брата или рассказать свежую сплетню.

В общем, бедлам за завтраком творился до самого его завершения. Под конец я почти вышла замуж за доблестного капитана, которого ещё в глаза не видела, и получила золотую звезду – самую главную награду Давор, почему-то за спасение короля и всего королевства разом. От этого безобразия у меня жутко разболелась голова. Ещё и близняшки стали клянчить потаскать мои ордена на предстоящей свадьбе, чтобы все видели, какая у них сестра.

Одним словом, когда мы вновь оказались в своей комнате и принялись за сборы на предстоящее собеседование, я уже устала и идти совсем никуда не хотелось.

– Для встречи с потенциальным работодателем у меня есть два образа для тебя, – с умным видом рассуждала Файка, вытаскивая из моего гардероба вещи, которые сама же вчера и притащила. – «Развратная училка», – сказала она, когда я как раз решила попить, чтобы запить съеденную конфету, и тут же захлебнулась и закашлялась.

Не знаю, почему белая блузка с V-образным вырезом, темно-синяя юбка на широких подтяжках и черный приталенный жакет заслужил такое звание, но дальше шло название, которое не оставляло мне никакой надежды задышать снова:

– Или «горячая стерва», – выдала эта не в меру изобретательная эльфийка, доставая из гардероба комплект, состоящий из алой блузы, черной юбки и жилета в тон. – Что выбираешь? – выжидающе уставилась она на меня, хищно прищурившись.

– А можно верх от училки, а низ от стервы? – поинтересовалась я.

– Можно, – кивнула Файка, – но не нужно. «Училки-стервы» никому не нравятся, – во весь рот улыбнулась эта зараза.

Одним словом, из дома я выходила в образе номер один. На моём лице обосновался профессиональный макияж, волосы были уложены как никогда прежде, духи привычно приглушали запах сильного зверя, и я чувствовала, что способна пройти это собеседование, невзирая на пункт в резюме под номером пять – «принадлежность» и слово из шести букв – «медоед», которое обычно перечёркивало всё остальное.

Путь мой лежал в центр Фортекса, где располагалась вся деловая часть города. Как оборотень из военной среды, я чувствовала определённую растерянность от того, что мне вдруг пришлось самостоятельно искать работу. У военных есть приказы и решения командиров, которые необходимо исполнять. Оказывается, быть свободным в своем выборе не так уж и здорово. Я понятия не имела с чего начать. Потому просто записалась на собеседование из объявления в бульварной газетёнке в средненькую юридическую контору, послав анкету и намеренно не заполнив пункт под номером пять. В надежде, что это спишут на невнимательность. Конечно, представиться по полной форме все равно пришлось бы, и я наивно полагала, что если со мной сперва познакомятся, то шансов на удачное трудоустройство будет больше.

Почему вдруг мне стало казаться, что я попала в какой-то иной мир? Добравшись на дилижансе до центра города, я вместе с сотнями других оборотней влилась в живой поток, который уносил меня всё дальше и дальше от привычной и понятной мне жизни.

Мой дедушка всегда говорил о том, что мы никогда не должны забывать о собственной двойственной природе. Строить жизнь помня о том, что внутри каждого из нас есть зверь, которому нужно нечто иное, нежели человеку, в чью плоть он заключён. Каждые выходные мы старались выбираться на природу, отдавая эти дни зверю, чтобы он мог надышаться, почувствовать свободу и самого себя.

«Чем меньше оборотень отпускает зверя, тем слабее становится. Об этом часто забывают, особенно в больших городах и на мирных работах», – качал головой дед, когда в детстве гулял со мной по парку и показывал столицу.

«Посмотри на них, – шумно вздыхал он, – выбрали тряпки, заколки, шляпки да сидячий образ жизниДолго их звери продержатся при таком укладе?».

«Но они такие красивые», – восхищалась я, смотря вслед проходящим великосветским шейри.

«Пустышки», – небрежно ронял он.

Наверное, лишь сегодня до меня наконец-то дошло понимание того, о чем говорил дед. Идя по центральной улице Фортекса, я не чувствовала ни одного сильного зверя вокруг себя. Все они были словно истощены. Не давая свободы своей натуре, просиживая целыми днями в конторах за пером и чернилами, каждый из проходящих мимо меня словно убивал какую-то часть себя. И винить-то их было тоже нельзя – гонясь за рамками окружающего мира мой народ всё больше высушивал сам себя. Каждому хотелось заработать, как-то улучшить условия жизни или хотя бы просто жить достойно, не хуже других.

К сожалению, мы не похожи на людей в той степени, в которой пытаемся быть. Оборотни, как ни крути, часть природы, и нам следует жить в гармонии с ней и с собственной натурой, а не в угоду бюрократическим порядкам этого мира Но за последние столетия цивилизация так сильно шагнула вперёд, что делать это удавалось далеко не каждому, а на одной охоте в современных реалиях тоже долго не проживёшь.

Интересно, если я дойду до конца улицы, войду в эту средней руки юридическую конторку, начну работать там, спустя сколько месяцев или лет мой зверь начнёт угасать? В какой из дней, получая свою менее чем скромную зарплату, я пойму, что мне не нужны никакие духи, чтобы приглушить силу внутренней натуры?

– Перестань, – прошептала я самой себе, с силой сжав папку с документами в руках. – К сожалению, с семьёй в лес жить не уйдёшь! Надо постараться и привыкнуть. В конце концов, наконец-то и у тебя появился повод мило одеваться и быть похожей на одну из светских шейри.

Глубоко вздохнув, я подошла к зданию в пять этажей, на фасаде которого уместилось несколько вывесок, говорящих об арендаторах, что нашли своё место на одной из центральных улиц столицы в попытках построить своё дело и зацепиться среди той части горожан, которых многие с придыханием нынче называют «средним классом». Потянув дверь на себя и оказавшись в небольшом, но довольно светлом фойе, я подошла к пожилой женщине-оборотню, что занимала место за небольшим столиком в углу. От неё так разило какими-то дешёвыми духами, что я при всём желании не смогла бы сказать, к какому роду оборотней она принадлежала. Сама женщина смерила меня придирчивым взглядом. Прошлась по моей фигуре от носков туфель и закончив осмотр где-то на кончике носа. Судя по выражению её лица, осмотр моей персоны не вызвал у неё никаких восторгов, скорее убедил в каких-то одной ей понятных мыслях:

– На собеседование? – немного гнусаво и недовольно протянула она.

– Д-да, – отчего-то оробев, кивнула я в ответ.

– Имя? – спросила она, протянув «я» отчего её рот, накрашенный ярко-алой помадой, неприятно искривился.

– Эйрин Миттар, – надеясь, что женщина не в курсе славной истории моей семьи, сказала я.

С другой стороны, если бы знали, то меня бы точно на собеседование не позвали.

– Миттар, Миттар, – бормотала она, просматривая имена в толстой тетради, что лежала перед ней, – а, вот, – покивала она. – С вас три рье, – взглянула она на меня, наконец-то оторвавшись от своих записей.

– Что, простите? – не сразу поняла я, когда успела задолжать этой тётке.

– Три рье, милочка, за организацию собеседования и обработку персональных данных, – монотонно пробормотала она и посмотрела на меня с таким выражением лица, словно я распоследняя идиотка раз не понимаю элементарных вещей.

– Но разве это не я должна буду получать зарплату? Почему я должна платить? Меня ещё даже на работу не взяли? – хлопая глазами смотрела я на эту женщину и никак не могла взять в толк, она серьёзно или шутит.

Тут за моей спиной отворилась дверь и внутрь зашла ещё одна девушка. С первого взгляда можно было понять, что эта шейри привыкла чувствовать себя в центре Фортекса, как рыба в воде. Огненно-рыжие волосы, убранные в высокую прическу, невероятно яркие зелёные глаза, естественный и явно профессиональный макияж, дорогой костюм темно-винного оттенка. Она тут же приветливо улыбнулась, изогнув свой аккуратный рот в милейшей улыбке. По одной внешности можно было легко понять, что передо мной лиса, хотя и её запах перекрывал яркий аромат духов.

– Элена Морье, на собеседование, – она подошла к столу, достала маленький кошелёк из такой же маленькой сумочки и положила три серебряные монеты на стол после чего взяла у тётки какую-то бумагу и поспешила на лестницу ведущую на второй этаж.

– Ну, что? Платить будем? Или будешь ждать, пока остальные придут и кого получше на место возьмут, кто не так долго думает?

Нет, умом я, конечно, понимала, что вся история какая-то странная, но мне так хотелось вернуться домой и обрадовать маму, что я получила работу. Я отчаянно желала доказать, что, несмотря ни на что, я остаюсь полезным членом семьи, способным позаботиться о близких, что как распоследняя идиотка залезла в сумку и выложила нужные деньги, не представляя, на что буду возвращаться домой.

Получив заветный листок, в котором, не было ничего кроме моего номера и имени с фамилией, я, по наставлению тётки, отправилась на второй этаж. Легко поднявшись по лестнице и войдя в узкий коридор, я будто оказалась под прицелом сразу нескольких десятков глаз. Профессионально подметив каждую из девушек, что сидели вдоль коридора ожидая своей очереди, я заметила, что той рыжей среди них нет Куда она могла деться, когда тут такая очередь?

– Кто последний? – решила уточнить я, понимая, что с такой конкуренцией не факт, что место будет моим.

– Сказали, вызовут, – очень тихо ответила мне одна из девушек с милыми белокурыми кудряшками, которые она отчаянно пыталась собрать в строгий пучок.

Присев на одну из скамеек, что была поставлена вдоль стены, я принялась ждать заветного вызова. С моей второй ипостасью любое ожидание превращалось в изощрённую пытку. А тут минута за минутой – и никакого продвижения. Спустя ещё полчаса к нам присоединилось ещё пять девушек и в тесном коридоре стало довольно душно. Кроме того, столько незнакомых обротниц начинали нервировать. Все девочки чем-то напоминали меня саму. Все молодые, аккуратно одетые и старающиеся лишний раз не шевелиться в вещах, которые либо были одолжены, либо были самыми лучшими в скудном гардеробе. Спустя ещё полчаса и абсолютного штиля, так как даже соискательниц больше не появлялось, я решила всё же постучать хоть в какую-нибудь дверь и узнать, когда нас «вызовут». Час сидим, а даже работников конторы не видели

И только я собралась встать, как дверь, ведущая на лестницу, с шумом открылась, и в без того тесный коридор ворвалось с десяток оборотней в темной форме с гербом оскаленного тигра вышитым на плече. Так одевалась

– Работает группа захвата! – орал, точно на пожаре самый первый из ворвавшихся.

полицейская группа захвата.

– Всем лежать! Не двигаться!

Лёжа на полу в своей прекрасной светлой блузке и смотря на то, как мимо меня проносятся мужские ноги, закованные в тяжёлые высокие ботинки, а за ними мелькают наивно распахнутые голубые глаза кудрявой малышки, я думала о том, что, должно быть, только идиотка могла поверить, что кто-то в Давор не знает фамилии Миттар и позвал бы меня на настоящее собеседование!

Потом нас в количестве двадцати пяти юных обротниц загрузили в специальные крытые повозки и отвезли одним богам известно в какую полицейскую часть. И снова высадили на лавки в коридоре, где мы прождали ещё несколько часов, пока каждую из нас опрашивали в отдельном кабинете. Когда настала моя очередь и я вошла в тесный кабинет, где сидела женщина средних лет за огромной пишущей машинкой, что совсем недавно стали внедрять в госучреждения и которые стоили огромных денег, но наш король спонсировал их приобретение. А напротив неё – высокий мужчина-оборотень, судя по яркому запаху – волк. Он казался таким мощным, уверенным в себе, что мне следовало бы почувствовать себя не в своей тарелке рядом с ним. Но вместо этого меня накрыло очередной волной досады и приступом жадности к потерянным деньгам.

– Ваша личность подтверждена, лейтенант Миттар, – с порога начал он, протягивая мне мою сумку и документы. – Как же вы так? Ладно девчонки эти, но вы-то, – тяжело вздохнул он, наградив меня сострадательным взглядом серых глаз.

Ну, что я могла сказать? Я не девчонка, что ли, по его мнению?

Скупо пожав плечами, я уселась на стул напротив него.

– Капитан Рей Вольц, – представился он, – и я веду дело о мошеннической схеме по подставным собеседованиям, частью которой вы стали. Шейра Олси запишет ваши показания, поэтому расскажите всё с самого начала. Как вы узнали о проводимом собеседовании?

Убив ещё час на дачу показаний, на улице я оказалась, когда солнце уже село за горизонт, и улицы Фортекса погрузились в мягкий сумрак, разгоняемый светом зажигаемых фонарей.

«Не расстраивайтесь, шейри Миттар, вы не представляете, как часто мне приходится сталкиваться с такого рода мошенничеством. Все ведь думают как? Приедут в столицу, устроятся в центре города на престижную работу, будут хорошо получать да остатки зарплаты родным отправлять. Так и выходит, что таких юных провинциалок заманивают на собеседования по объявлениям в дешёвых газетах, а бывает, что даже курьерской доставкой приглашения доставляют. Ну тогда потом тремя рье-то и не отделаешься – эти мерзавцы всё до медного сена вытянут».

Слова капитана то и дело всплывали в памяти, пока я брела на запад от центра Фортекса. Благо до дома от отделения полиции было незначительно, но поближе, чем от места несостоявшегося собеседования. Можно сказать, меня подбросили. Было желание скинуть опостылившие туфли на высоком каблуке, раздеться до гола и, перекинувшись, добежать до дома. Вот только поскорее домой-то попасть не очень-то и хотелось. Ещё эти поганые сестрички-недолисички до сих пор в гостях, да и очки на нос звериной ипостаси так просто не пристроить