Читать книгу "Так будет лучше"

Часть II. Враг Глава 16. Ложная тревога

Пять с половиной лет спустя

– Доброе утро, любимая! – шепчет на ухо Митя.

Делаю вид, что сплю. Митя нежно целует меня в плечо и вылезает из кровати. Когда он скрывается в душе, открываю глаза. За окном уныло – пасмурно, морось. Как будто на дворе не середина февраля, а ноябрь. Слышу звук льющейся воды.

Неужели Антон выберет продавцом года Матвея? Нет, не может быть. Пусть Матвей и сделал на одну сделку больше, но по финансовым показателям он мне уступает. Не много, но всё же. Если бы я закрыла до Нового года проект в “ФОРЕ”, сомнений бы не было. Крупнейшая сделка точно превратила бы меня в продавца номер один на ИТ-рынке. Но я не закрыла. Сама виновата. Надо было не сбегать с работы в восемь вечера, а дожимать Крылова и Лапина. Тогда был бы и результат. Пенять остается только на себя саму. Ладно. Всё решится в пятницу. Осталось переждать пять дней. А сегодня надо расслабиться, побыть с Митей, пока он не уехал.

Вода перестает литься. Через минуту Митя выходит из ванной комнаты. Копошится в шкафу, что-то достает и идет к кровати. Быстро прикрываю глаза. Митя нежно проводит пальцами по моему плечу и произносит:

– С годовщиной, любовь моя!

По спине пробегает неприятный холод. О чем это он? Что за годовщина? О боже… Когда там я согласилась пойти с ним на свидание? Точно, как раз в феврале. Видимо, Митя говорит о двух годах, что мы вместе. С ума сойти! Я так закрутилась, что и забыла!

Слегка улыбаюсь, притворяясь, что вырвана из сна приятными словами.

– И тебя с годовщиной, Митенька.

– У меня для тебя подарок.

– Подарок?

Приподнимаюсь, облокачиваюсь на подушку. Бросаю взгляд на длинную бархатную коробочку, которую Митя положил рядом со мной. Аккуратно открываю её. Внутри лежит золотой цепочный браслет с плетением “восьмёрка”. Классика. Какая жалость, что я предпочитаю жесткие браслеты.

– Тебе нравится?

Нет. Но Митя никогда об этом не узнает. Он так старался. Я не имею права его обидеть.

– Конечно, Митенька. Очень красиво. – Целую Митю в щёку, надевая браслет на руку. – Поможешь застегнуть?

Долго копошится с застежкой, но в конце концов одолевает её. Делаю вид, что любуюсь браслетом. В принципе, я смогу его иногда надевать, надо только хорошенько подумать, под что.

– Спасибо. Мой подарок будет чуть позже. Как назло, перенесли сроки доставки, – на ходу сочиняю я. Надо заскочить сегодня в торговый центр и что-нибудь прикупить.

– Ничего. Я так рад, что ты не забыла.

Мне становится стыдно. Обещаю себе создать напоминалку в календаре. Митя наклоняется и целует меня. Его пальцы немного неуклюже проникают под мой топ, затем спускаются к шортам. Кладу руки ему на грудь и слегка отстраняюсь.

– У меня сейчас те самые дни, – с грустью говорю я. – Давай подождём немного.

По глазам вижу, что Митя расстроен. Не давая возможности возразить, быстро встаю с кровати и направляюсь в ванную.

– Влада…

– А? – оборачиваюсь и стараюсь улыбнуться как можно искреннее.

– Ты меня любишь?

Смотрит на меня большими карими глазами, полными надежды.

– Что за вопрос? Конечно.

Молчит пару секунд, как будто решая, стоит ли мне верить.

– Я тоже тебя люблю. Больше всего на свете.

Улыбаюсь Мите ещё сильнее, а затем скрываюсь за дверью. Подхожу к зеркалу и внимательно себя разглядываю.

На душе становится паршиво. Зачем я наврала Мите? Неужели не могла себя пересилить? Ну что я за человек такой? Мы давно не занимались сексом, и конечно, надо было дать ему то, что он хочет. Перетерпеть. Ну что я в самом деле? Да, интимная сторона не вызывает у меня восторга, но ведь это у многих так. Я где-то читала, что половина женщин в возрасте от двадцати пяти до тридцати четырех лет не получает удовольствие от секса. И ничего, все как-то справляются. К тому же Митя завтра уедет, и мы не увидимся две недели.

Нет, я поступаю гадко. Так нельзя.

Чищу зубы. Еще минуту стою, собираясь с духом. Делаю несколько глубоких вдохов. Снимаю пижаму, оставаясь в одних трусиках, и выхожу из ванной. Митя сидит на кровати в той же самой позе. О чём-то думает. Замечает меня и застывает в изумлении.

– Ложная тревога, – говорю я с улыбкой.

Подхожу вплотную, сажусь к нему на колени и целую со всей страстью, на какую способна.

***

После повторного принятия душа выхожу из ванной и иду на кухню. Митя готовит блинчики, что-то насвистывая себе под нос. Выглядит довольным. Я рада, что ему хорошо. Подхожу к кофеварке и варю кофе. Даю указание умной колонке включить музыку. Раздается мелодичный голос Ланы Дель Рей. “The greatest” – одна из моих любимых песен. Подпеваю.

 
…And I'm wasted
Don't leave‚ I just need a wake-up call
I'm facing the greatest
The greatest loss of them all 1
…Я вся измучилась,
Не уходи, мне просто нужен звоночек.
Я переживаю величайшую,
Величайшую потерю в своей жизни.
 

– Будешь по мне скучать? – спрашивает Митя.

– Странный вопрос, – отвечаю я. – Конечно.

– По мне или по блинчикам?

– Ты и блинчики неотделимы, – смеюсь я.

– А я, наверное, с ума без тебя сойду. Зачем только согласился.

Ставлю чашку кофе на стол. Варю вторую.

– Ты всё сделал правильно. От таких проектов не отказываются. К тому же ты едешь не абы-куда, а в Екатеринбург. Представляешь, как твои родители будут счастливы? Любимый ребенок возвращается в отчий дом.

Митя вздыхает. Переворачивает лопаткой блин.

– Это да, но полгода мотаться туда-сюда… Тебя постоянно не видеть.

– Митя, ну что ты в самом деле. Ты уезжать-то будешь на одну-две недели. И глазом моргнуть не успеешь, как проект подойдет к концу. Зато видеть будешь и меня, и родителей.

– А я хочу вас всех сразу видеть.

Воображение рисует картину совместной жизни с семьей Мити, и мне становится не по себе. Ставлю вторую чашку на стол и достаю тарелки, прогоняя нелепые мысли.

– Мне сейчас надо домой съездить. Взять кое-какие вещи, – говорю я, усаживаясь за стол. Делаю глоток кофе. – Утром встреча с Лачугиным.

– Слушай, я как раз хотел поговорить об этом…

Митя кладет тарелку с блинами на стол.

– Мм?

Беру блинчик, смазываю медом, сворачиваю в трубочку и откусываю.

– Может, если бы твои вещи были здесь, тебе не пришлось бы мотаться туда-сюда.

– Так у меня и так здесь много вещей.

Жую блин. Запиваю кофе.

– Нет, я не то имел ввиду. – Митя чешет лоб. – Просто мы так давно вместе. Уже два года ведь. Я подумал, может нам это…

Блинчик становится каким-то невкусным. До меня начинает доходить смысл Митиных слов. Судорожно думаю, как бы сменить тему.

– Переезжай ко мне, – выпаливает Митя.

Взгляд затуманивается, мысли застывают. С трудом проглатываю блин. Издаю какой-то странный смешок.

– Ого, неожиданно.

– Зато будем каждое утро вместе просыпаться.

Кладу недоеденный блин на тарелку. Беру салфетку и вытираю пальцы.

– Митенька, давай так. Ты вернешься из командировки, и мы всё обсудим.

Митя опускает голову и с болью в голосе произносит:

– Ты не хочешь…

– Ну что за глупости. Просто такие решения надо принимать на холодную голову. А у меня сейчас одни эмоции. – Выдавливаю улыбку и поглаживаю Митю по руке.

Митя вздыхает:

– Ладно.

Встаю.

– Ты куда?

– Пойду собираться.

– Ты же не съела ничего…

– Я не голодна. Да и Мира уже заждалась. Я обещала к десяти дома быть. А уже одиннадцатый час.

– Тебя отвезти?

– Нет, я сама.

Быстрым шагом направляюсь в спальню. Натягиваю вязаный свитер оверсайз с воротом-стойкой и джинсы. Хватаю сумку, телефон, иду в прихожую. Митя следует за мной, словно тень.

– Я вернусь к пяти и пойдем в ресторан, окей?

– Окей.

Целую Митю. Накидываю короткий пуховик, хватаю ключи и торопливо выхожу из квартиры. Не жду лифт, сразу направляюсь к лестнице и сбегаю с восьмого этажа по ступенькам. Открываю входную дверь. Делаю глубокий вдох, втягивая прохладный воздух. Ещё один вдох. И ещё. Наконец мне становится легче.

Всё развивается правильно. Это именно то, чего я хочу. Просто предложение оказалось слишком неожиданным. У меня не было времени всё взвесить, обдумать, подготовиться. Если быть объективной, нам давно пора жить вместе. Мы знакомы больше пяти лет, два года встречаемся. Самое время перевести отношения на новый уровень. Это определенно хорошая идея. Да, хорошая.

Ветер хлещет в лицо, покрывая кожу ледяными каплями. Обтираю щеки ладонью. Натягиваю капюшон и иду к Митиной машине.

_{1 Lana Del Rey. «The Greatest.» Norman Fucking Rockwell!, Interscope Records / Polydor, 2019.}

Глава 17. Рай в шалаше

Захожу домой. Скидываю куртку и обувь, подхожу к окну. Шторы раздвинуты и передо мной открывается величественная панорама Москвы. Даже в такой ненастный день вид впечатляет. Разве могла я когда-нибудь мечтать, что буду жить в небоскребе Москва-Сити? Я, обычная девчонка из спального района. И пусть моей заслуги в том нет – знакомые Миры обосновались на Бали, а нам сдают апартаменты по какой-то смешной, дружеской цене, – разве это имеет значение? Как можно променять такой видна Строгино? Кощунственно!

Слышу шуршание. Оборачиваюсь. С кухни выходит Мира и ленивой походкой движется к дивану. Под мышкой зажат журнал, в руках чашка латте и батончик мюсли. На ней белый топ на бретелях и серые спортивные брюки, но даже в этой простой одежде она выглядит как супермодель.

– Привет, детка, – говорит подруга. Ставит чашку на журнальный столик и устраивается на диване, подобрав одну ногу под себя. Оглядываю её идеальный педикюр с черным лаком.

– Иногда я завидую тому, что ты ни с кем не встречаешься, – говорю я.

– Я слишком люблю себя, чтобы встречаться с тем, кого не люблю. – Не успеваю обдумать слова Миры, как она добавляет: – А что, малыш тебя утомил?

– Не называй его так…

– Прости.

Молчу, размышляя, стоит ли поделиться с шутницей новостями. Все-таки решаюсь рассказать:

– Митя предложил жить вместе.

– Воу!

– Какое “воу”, Мира? Ты вон туда посмотри! – Показываю рукой на окно. – Как мне после этогожить в Строгино?

– Ну Строгино – не край света.

– Не край? Да это как из замка переехать в подземелье, понимаешь?

– С милым рай и в шалаше. Разве не так? – Мира берет кружку, неторопливо делает глоток и ставит кофе обратно. – Не хочешь к нему переезжать, зови малыша к нам жить.

– Знаешь что, Мира? Иногда мне кажется, что ты плохая подруга. – Делаю вид, что обиделась. – Что ты над Митей всё время издеваешься? Вот что ты имеешь против него?

– Я? Против Мити? – Глаза Миры округляются. Вот так актриса! – Думаю, в этом мире никто не имеет ничего против Мити. Он у тебя ангел.

– Именно! Митя очень хороший. С ним легко и спокойно.

– Ага… – заявляет, сосредоточив взгляд на журнале. – От скуки только не помри, ладно? Особенно в своем Строгино.

– Ах ты бессовестная! – Подхожу к дивану, хватаю декоративную подушку и кидаю в Миру. Её белые длинные волосы разлетаются во все стороны. Мира хохочет и бросает подушку обратно в меня. Беру вторую и снова кидаю в нее.

– Ладно-ладно, сдаюсь! Митя самый лучший парень, какого я знаю! Честно! Я просто по-дурацки шучу.

– Так-то лучше.

Мира достает из кармана резинку и собирает волосы в хвост. Подбирает упавший журнал и устраивается поудобнее. Делает глоток из чашки с кофе и откусывает батончик, в котором калорий больше, чем в миске салата.

– Что это? Выброси каку! – издеваюсь я.

– Еще не хватало. Эта кака помогает мне думать.

Мира единственный человек в моем окружении, который не задумывается о том, что ест, и при этом сохраняет идеальную форму. Она заверяет, что дело в ускоренном метаболизме, но я-то знаю секрет – она просто не с этой планеты. Потому что обычные люди не могут так выглядеть.

– Что ты там читаешь? – спрашиваю я, усаживаясь с другой стороны.

Мира дожевывает мюсли и отвечает:

– IT-Global. Про тренды на рынке обучения.

– Что пишут?

– Как раз то, о чем я тебе говорила.

Жду продолжения, показывая Мире, что мне интересно.

– Вот послушай: “Поколение Z работает с информацией совершенно иначе. Тренд на микрообучение очевиден. У слушателя есть пять свободных минут, и он хочет провести их с пользой. А потому тренер должен выдавать практический концентрат знаний, упакованный в минутные ролики”.

– Здраво.

– Вот именно, что здраво. Только большинство тренеров в прошлом застряли. А мир уже изменился, понимаешь? Людям нужен новый формат.

– Гений ты мой.

– Если бы я была гением, уже империю построила. А не сидела на позиции менеджера проектов.

– Эй, императорша, тебе всего двадцать семь.

– Всего? Мне уже двадцать семь! А я до сих пор ничего не сделала.

– Даже гениям нужно время. Ты еще такое создашь, что все закачаются.

– Маленький льстец.

– Не такой уж и маленький. Что еще пишут?

Мира переворачивает страницу.

– Алекс уверен, что будущее за потоковым обучением.

Чувствую неприятный укол в груди.

– Что?

– Я говорю, Раменский уверен, что будущее за потоковым обучением. – Протягивает мне журнал. – На вот, глянь.

Мира что-то продолжает говорить, но я не понимаю слов. Мысли в голове как будто застывают. Тело обдает жаром. Сколько лет я о нем не слышала? Два года? Три?

На автомате киваю, пялясь на обложку IT-Global. Раменский изменился. Выглядит старше. Волосы длиннее, чем раньше, светлых прядей меньше. Лицо покрыто модной щетиной. Мне не хочется признавать, что он стал ещё красивее, но это так. Смотрю на яркие зеленые глаза. Обман. В жизни цвет не такой глубокий, и радужки не так выделяются. На губы, растягивающиеся в улыбке. Снова фальш. На самом деле они бледнее и не такие полные. Да весь Раменский сплошная фальшь! И сейчас и тогда. Уж я-то точно знаю.

Читаю надпись на фото: “Персона года”. Пфф. Тоже мне. Я бы поняла, если бы на обложке красовался Стоцкий – он действительно феноменальный тренер, и в последние годы я многому у него научилась. Но чем такую почесть заслужил Раменский? Раздражение нарастает.

– …Вот бы пообщаться лично, – заключает Мила. – Ты с ним случаем не знакома?

– Нет.

Слишком резко отвечаю я и кидаю журнал на диван. Поднимаюсь и иду в свою комнату.

– Ты куда?

– Собираться.

– Снова к Мите поедешь?

– Да. Он завтра уезжает. Будет странно, если я не останусь на ночь.

– Странно? Ты останешься у него, потому что не остаться будет странно?

Застываю у двери и поворачиваю голову к Мире. Она хмурит брови и смотрит на меня пристальным взглядом.

– Хватит придираться к словам. Я просто неправильно выразилась. Разумеется, я хочу остаться.

– Конечно. – Мира берет журнал в руки и делает вид, что погружается в чтение.

– Хочу, – чуть повышая голос говорю я и скрываюсь за дверью.

Хочу.

Я хочу поехать к Мите. Я хочу у него остаться. Я хочу с ним жить. Сегодня, завтра, всегда. Это мой выбор. Моя жизнь. И уже много лет в ней всё происходит правильно.

***

Вечер воскресенья проходит по плану. Мы ужинаем в тайском ресторане, по пробкам возвращаемся домой, смотрим пару серий посредственного сериала и ложимся спать.

В понедельник Митя встаёт в пять утра. Не будит меня, думая, что я сплю. Но я не сплю. А думаю о том, почему я делаю вид, что сплю, вместо того, чтобы проводить Митю.

В шесть часов, поцеловав меня на прощание, Митя уезжает.

Глава 18. Миллиард на кону

Кое-что никогда не меняется. Например, взгляд Лачугина на то, как должен выглядеть крутой продавец. А потому каждый рабочий день у меня начинается одинаково. Сорок минут, словно Ким Кардашьян, я рисую идеальное лицо, еще полчаса делаю прическу как из салона, после чего надеваю тщательно продуманный на выходных look.

Сегодня я особенно расстаралась. Волосы убраны в высокий аккуратный хвост – каждая волосинка идеально выпрямлена. Наряд тоже с иголочки – на мне песочная свободная блузка с длинными рукавами, светло-серая юбка-карандаш и молочные туфли-лодочки на десятисантиметровых каблуках. Дополняю образ аксессуарами и украшениями – скромными серьгами, часами, кольцом и брендовой сумкой, купленными за такие нескромные суммы, что порой я думаю, всё ли в порядке с моей головой. Оцениваю в зеркале внешний вид. Годится. Всё так, как Лачугин любит.

Приезжаю в офис вовремя. К девяти подхожу к кабинету директора. Собираюсь войти как раз в тот момент, когда дверь открывается и выходит Матвей. У него приподнятое настроение, отчего мое падает. Что он забыл у Лачугина?

– Привет, – слышу низкий хрипловатый голос Матвея. Расплывается в дурацкой улыбке. – Чего такая невесёлая? Ночка не задалась?

Меня всегда удивляло, как, будучи таким болваном, Матвей умудряется производить прекрасное впечатление на нужных людей? Клиенты, да и сам Лачугин, чуть ли не боготворят его, совершенно не замечая глупости, скрывающейся за внешним фасадом. Я это точно знаю. Я работала с Красновым два года. Выполняла за него всю работу, а он разъезжал по клиентам и собирал лавры. Когда я наконец вырвалась из под матвеевского гнета и стала продавцом, он нашел себе новую дурочку, на шее которой сидит уже четвертый год. Единственное, что Краснов хорошо умеет, так это пиарить себя.

– Может, потому что встретила с утра-пораньше тебя, – как можно игривее отвечаю я.

– Ах ты проказница. Старшим грубишь?

– Извини, Матвей, я спешу. Если тебе нужно поупражняться в остроумии, можешь потренироваться со стенкой.

Обхожу Краснова, чей мыслительный процесс, судя по внешнему виду, работает на предельной мощности, и открываю дверь в кабинет Лачугина.

Директор сидит за столом и что-то печатает на ноутбуке. Отрывается на секунду и быстрым взглядом оценивает меня с головы до ног. Каждый раз при подобном осмотре ощущаю себя породистой лошадью, привезенной на выставку.

– Привет, садись.

– Привет.

Опускаюсь на кресло и закидываю ногу на ногу.

– Кофе будешь?

Отказываюсь. Лачугин подходит к кофе-машине и нажимает на кнопку.

– Как у тебя дела с “ФОРОЙ”?

– Встречаюсь с Лапиным и Крыловым в следующий понедельник.

– Ты в курсе новостей?

Слегка ухмыляюсь. Ещё бы я не в курсе. Лачугин неторопливо достает чашку с готовым кофе и делает глоток.

– Что они до конца марта решение примут? – говорю я.

Лачугин хмурит брови и наклоняет голову.

– Марта? Нет. До конца февраля.

– Как февраля? – Растерянно смотрю на него. – Я в пятницу разговаривала с помощницей Лапина. На встрече точно обсуждали конец марта.

– А в выходные, пока твоя помощница отдыхала, всё поменялось. Булатов лично подключился к проекту.

– Булатов? Я думала решение будут принимать Лапин с Крыловым.

Лачугин возвращается на рабочее место, ставит чашку на стол, садится и что-то читает на мониторе. Мне приходится ждать пока он заговорит секунд десять, не меньше.

– Вы слишком долго щелкали с Лапиным языком. Вот и дощелкались. – Антон поворачивается на кресле в мою сторону и сплетает пальцы. – И теперь Булатов решил взять всё в свои руки. Это проблема, Влада.

– Почему?

– Он хочет, чтобы проект был сдан через полгода.

– Шутишь? Это нереально.

– Ты, кажется, не понимаешь, с кем имеешь дело. У таких как Булатов нет слова “нереально”.

Замечаю, что дергаю ногой. С трудом заставляю себя остановиться.

– Слушай, если мы пообещаем Булатову закончить проект к августу и не сделаем этого, он съест нас с потрохами.

– Ты словно первый день в бизнесе. Покрути мозгами. Никто не сможет выполнить его требования за полгода. Но через две недели кто-тоэтот проект получит. И я хочу, чтобы это были мы.

– Антон, минимальный срок на реализацию – год. SOLO так вообще озвучило в КП два года.

– Что-то я смотрю у тебя в последнее время амбиций поубавилось.

У меня начинает сосать под ложечкой. Лачугин манипулирует мной. Нет уж, этот финт не пройдет.

– Амбиций у меня может и поубавилось. Зато прибавилось здравого смысла.

Лачугин отпивает кофе и отклоняется назад. Больше на меня не смотрит.

– Ну окей. Значит выиграет QLyx, – равнодушно произносит Антон. – Их продавцы щепетильностью не страдают.

– Думаешь, я отдам “ФОРУ” без боя? – пристально смотрю на него, чтобы он почувствовал мой серьёзный настрой. Что-то подсказывает мне, что я стараюсь впустую. Взгляд Лачугина не отрывается от монитора. – Конечно нет! Я приложу все усилия!

– Не беспокойся об этом, – улавливаю в голосе неприятную ноту. – Я передаю “ФОРУ” Краснову.

Слова Лачугина гремят в ушах. Что он только что сказал? Передает мой проект Краснову? Какого черта? В отчаянии повышаю голос:

– “ФОРА” – мой клиент! Я веду его год!

– Значит, ты потратила год впустую. Ты же не в состоянии закрыть сделку.

– Это я-то не в состоянии? А Матвей, значит, в состоянии?

Лачугин отрывается от экрана и награждает меня стальным взглядом.

– Влада, такими проектами как “ФОРА” не раскидываются. Речь не о паре миллионов идёт, чтобы я слушал твои капризы. Надо быть гибче. Но раз ты не можешь, я передам клиента тому, кто сможет.

Сердце яростно колотится. Ощущаю сухость в горле. Неужели Лачугин действительно так поступит? А я-то, дурочка, наивно думала, что стану продавцом года! Об этом и речи быть не может, раз Лачугин с такой легкостью готов передать мой проект Краснову. Перед глазами всплывает мерзкое, самоуверенное выражение лица Матвея. Ну уж нет! “ФОРА” моя и только моя! И никто её не получит.

– Хочешь, чтобы я закрыла сделку? – стиснув зубы говорю я. – Закрою. Но только чтобы духа Краснова в “ФОРЕ” не было!

– Ну вот это уже другой разговор. С этого и надо было начинать.

– Я могу идти?

– Возьми на встречу Елисееву.

Лачугин что, издевается надо мной? Мира ни за что не проглотит “полгода”. Она же не дурочка и понимает, что проект делать ей.

– Вряд ли Мира сможет смолчать.

– Тогда пусть сидит с закрытым ртом.

– Антон, её присутствие вызовет сложности…

– Влада, черт возьми! Сложности сейчас вызываешь ты! Я тебя не узнаю. Бери Елисееву и не спорь со мной. Если бы я не знал вкусы Булатова, то не настаивал.

Молча стою несколько секунд, потому что не могу выдавить из себя ни слова. Цежу сквозь зубы:

– Это всё?

– Всё.

Вылетаю из кабинета.

Кое-что всё же изменилось. Пять лет назад Лачугин казался мне небожителем и гением бизнеса.

Больше не кажется.

***

Мне срочно требуется тишина. Надо подумать. Поэтому вместо того, чтобы идти на рабочее место, поднимаюсь на два этажа вверх, в корпоративную библиотеку. В это время здесь почти никого не бывает, а сейчас я и вовсе одна. Сажусь в кресло-гамак, прикрепленное к потолку, и пялюсь в окно на соседние небоскребы. Погода до сих пор паршивая. Вместо утреннего мокрого снега капает противный дождь. Конечно, вид с тринадцатого этажа офиса не сравнить с тем, что открывается из квартиры. И всё же тишина и высота всегда помогают мне привести мысли в порядок.

Меня терзает вопрос, возможно ли за полгода выполнить проект, на который, по словам Миры, требуется минимум год? Хотя бы гипотетически?

Ответ я не знаю, а потому звоню человеку, который точно скажет мне правду.

– Митенька, привет! Как ты добрался? Всё хорошо?..

***

Всё плохо.

Митя не понял, как Мира насчитала год. Он бы на такой срок не подписался. На вопрос, как сократить проект до полугода, Митя нервно рассмеялся и ответил: “Никак”.

Никак.

А мне позарез нужно “как”.

На кону стоит миллиард.