Читать книгу "Ты – мое желание"

Олеся сказала «да».

Марта оказалась права.

Ночь с незнакомцем оказалась ошеломляющей.

– Как его зовут? Это же не мальчик по вызову, да, Марта?

– Нет, конечно, – фыркнула она. – Пустила бы я к тебе незнамо кого.

– А кто… тогда?

– Сейчас фотки скину.

Лучше бы Марта этого не делала.

А Олеся не знала, кто тот мужчина, который её покорил.

Леся до сих пор не верила, что согласилась.

Что её заставило пойти в гостиницу и заняться сексом с незнакомцем? Отчаяние? Собственная беспомощность? Давление Белова-младшего?

Кто ж теперь разберет.

Да и нуждается ли она в этом разбирательстве? Олеся отправила конфету в рот и застонала вслух от удовольствия.

Бесподобно.

А главное никто не просил Марка Тойского делать ей приятности вне постели.

Его имя, произнесенное даже мысленно, било по нервам, вызывая приятный отклик в теле.

Олеся думала, что с её женской чувствительностью покончено раз и навсегда. Что Вадим отбил у неё всякое желание заниматься сексом. Тут она не смогла сдержать скупую усмешку.

Ей всё же повезло. Немного.

Вадим отрывался первый год. Как только он её не имел… И куда. Каждая ночь, каждое прикосновение – полное отторжение. Её тело не желало принимать мужа, кем он сам себя и назначил. Потом случилась командировка в Ливию. Вадим в подробности не вдавался. Приехал он оттуда другим. Более злым, агрессивным. С язвами на голове и плечах. А так же с ухудшайся потенцией. Олеся втихую радовалась. Её тревожить он стал меньше. Пить – больше. И ревновать тоже больше.

Она не знала, что бы с ней было к сегодняшнему дню, если бы Вадим продолжал её брать в том же режиме, что и первый год. Что от неё осталось… В психологическом плане. Всё, что касалось внешности, одежды – Вадим её баловал. Он считал, что его жена должна поражать, вызывать зависть. И тут снова прилетала отдача ревностью. Некий круговорот.

Наверное, поэтому она смогла допустить, что к ней может прикоснуться другой…

Мужчина, не имеющий лица. Имени.

Которого она увидит, почувствует лишь однажды.

Олеся не ждала ничего хорошего от той ночи.

Она же пустышка. Изломанная кукла. Красивая, но такая бестолковая.

И тут как вспышка! Яркая, ослепительная.

Его руки на её теле, прикосновения. Ох… Кровь прильнула сначала к щекам Олеси, потом жар коснулся груди и чувствительного места между ножек.

Марк не был с ней стопроцентно нежным и чутким. Он был… для неё. Олесе оказалось сложно объяснить даже себе. Иногда она чувствовала исходящую от него агрессию. В движениях, коротких фразах. Точно мужчина не по своей воле оказался в номере с ней. Конечно, предположение совсем уже нелепое, и всё же…

Олеся мотнула головой и закрыла конфеты.

Она сегодня придет в себя или нет? Или будет от одного воспоминания кочевать к другому?

Да, Марк пробудил в ней женщину.

Она далеко не заглядывала. Она попросила Марту организовать вторую встречу, предложив заплатить мужчине. Опять же – мало ли что… Она пока ничего о нем не знала. Только имя и фото. Олеся вбивала в поисковик инстаграма, хотела узнать чуть больше, но у неё ничего не вышло. Или закрытый профиль, или у него другой ник. Спрашивать напрямую у Марты Олеся пока опасалась.

Рано пока настолько выказывать свою заинтересованность.

То, как реагировало её тело – ещё ничего не значит.

Не исключено, что Олеся отпустила себя психологически.

Вадим умер девять месяцев назад. И теперь она сама себе хозяйка.

Никто не посмеет больше на неё давить. Продавливать её. Нагибать.

Никто.

Ни одна сволочь.

Олеся дотронулась пальчиком до небольшой лилии в бутоне.

Как же красиво…

Она открыла шкаф и достала белый банный халат. У неё есть ещё час. Она как раз успевает помыть голову и привести себя в порядок. В кафе планировала пробыть допоздна – надо основательно подготовиться.

Олеся не успела выйти и спальни, как услышала входящий вызов на телефоне.

Посмотрела на адресата и нахмурилась. Сердце заныло в предчувствии неприятностей.

– Привет, Арина.

Арина – её администратор. Очень хорошая, хваткая девушка, имеющая опыт работы и замотивированная на карьерный рост.

– Доброе утро, Олеся Геннадьевна. Тут такое дело…

– Говори.

– У нас проверка. Внеплановая.

Ох, ты ж…

Оперативно, Никита, подсуетился. Оперативно…

ГЛАВА 7

– Всего доброго, Олеся…

Проверяющий не собирался называть её отчество, но Олеся сама досказала за него, расставив некоторые штрихи в их общении.

– Геннадьевна.

Мужчина слегка поиграл левой бровью и улыбнулся.

– Конечно. Удачной вам работы.

– Спасибо. И вам.

Три тысячи евро. Её последние деньги.

Она на нуле.

Именно столько стоило её «нет» Белову-младшему. И это, как подозревала Олеся, только начало.

Поэтому чем быстрее она начнет действовать в ответку, тем лучшее для неё.

– Олеся Геннадьевна, всё хорошо? Может быть, кофе?

– Арина, зови меня просто Олеся.

– Договорились. Так как насчет кофе?

– Будет отлично?

– Черный, без сахара?

– Да.

Арина помнила всё и про всех. Удивительная особенность для молодой девушки. Олеся напряглась, пытаясь вспомнить, с какого года Арина. У них разница в два года, Арина старше.

Дальше день пошёл лучше. Но Олеся не обольщалась. В органайзере она пометила, с кем надо созвониться, пока Белов-младший не нанёс серьезный урон её маленькому, только-только начавшему развиваться бизнесу.

Звонок от Марты поступил ближе к вечеру.

– Привет, красивая девочка.

Услышав обращение, Олеся рассмеялась.

– От ещё более красивой слышу.

– Рада, что ты весела и довольная жизнью.

– Я сделаю вид, что не слышу двойного дна в твоих словах.

– А ты не делай, – рассмеялась Марта. – Так, ребятки, что-то я начинаю подзадалбываться быть свахой. Может быть, вы уже телефонами обменяетесь или как?..

У Олеси сразу же ослабли ноги, хорошо, что она сидела у себя в кабинете и составляла план встреч и мероприятий на неделю. Внезапно в комнате стало душно, и Леся расстегнула верхнюю пуговицу на блузе. А ещё немного оттопырила край и потеребила его, нагоняя воздух в блузу. Вернее, на кожу, что сейчас воспламенилась.

Не надо быть прорицательницей, чтобы понять, про кого говорила Марта.

– Или как, – выдохнула Олеся осипшим голосом.

– Эй, детка, с тобой всё хорошо?

– Нет. Жарко что-то стало, – по-легкому съязвила Олеся, пытаясь прийти в себя.

Он звонил Марте?

Правда, звонил?

– Жарко – это отлично! Превосходно. А вот ещё жарче тебе должно стать в пятницу. То же время и то же место. И, Лисичка, давайте уже без меня. Я тебя полюбила с первого взгляда. Вот пусть и Тойский полюбит. Вы будете шикарной парой. А сваха я никакая – быстро сдуваюсь.

– Марта, какая сваха? О чем ты… Я овдовела девять месяцев назад, – налет радости от предстоящей встречи немного притупился упоминанием о браке.

– И что? Девять месяцев прошло, не дней же! Даже не недель. Учитывая то, как ты жила.

– Я с тобой больше никогда в жизни не буду пить.

– Да куда ты, милая, денешься! Заеду на днях. Сегодня точно не получится. А вот завтра или послезавтра заскочу. Целую.

– Тоже.

Леся прервала связь, а потом ещё долго смотрела на погасший экран.

Неделя пролетела незаметно.

Столько навалилось, что Олеся думала: не сдюжит. Не вытянет.

Сдюжила. Вытянула.

Проверка оказалась не единственной. Никита, сволочь, спустил на неё всех кобелей. Одну за другой. Олесе тоже пришлось идти на поклон. Хорошо, что в окружении Вадима были и приличные люди.

Почти…

– Олеся, ты же понимаешь, что я не всегда смогу помогать? Дружба с Вадимом для меня многое значила, но его, к сожалению, с нами больше нет.

– Понимаю. Один раз… Пожалуйста.

– Ник донимает?

Олеся едва сдержалась, чтобы не поморщиться вслух.

Неужели так заметен нездоровый интерес пасынка к бывшей мачехе?

– Есть такое дело. К сожалению.

– Олеся, я приторможу его на месяцок. Максимум – два. Дальше – сама.

– Спасибо большое.

Ей хотя бы немного выдохнуть. Собраться с мыслями, а дальше она обязательно что-нибудь придумает.

Не бывает безвыходных ситуаций.

Надо будет – ещё на поклон сходит. С неё не убудет.

Кафе она никому не отдаст! И не позволит одному зажравшемуся засранцу разрушить её планы!

Олеся собиралась бороться.

Жизнь с Вадимом многому её научила. Выживать – в том числе.

Последний год отставной генерал много пил. Его здоровье сильно пошатнулось, и, как не кощунственно это звучит, но лишь благодаря слабости Белова-старшего у Олеси появилась квартира и кафе. Подарки… За что – лучше не вспоминать. Дарственные, на которые никак не мог претендовать Никита.

От остального она отказалась сама, прекрасно понимая, что Ник в лепешку разобьется, но отсудит у неё всё имущество отца. Откровенно говоря, и сам Вадим не спешил делать жену богатой вдовой.

– Перебьешься, – сказал он как-то.

Олеся не претендовала ни на что. Из двух зол она выбрала меньшее. Опять же, за годы с Вадимом ей удалось скопить немного денег. Наличными. Карты Вадим контролировал, поэтому она еженедельно снимала небольшие суммы, переводила их в евро и прятала. Олесе до сих пор не верилось, что никто их не нашел.

Везение.

Были ещё драгоценности. Тоже подаренные Вадимом в последние годы. Безумно дорогие, с паспортами. Олеся их сразу же еще до похорон отнесла в банк. От греха подальше… Предчувствие её не подвело, потому что Никита сразу же после похорон пришел в дом и начал рыскать по сейфу, громко матерясь и что-то громя в кабинете.

Олесе не было дела до того, что там происходит – она собирала вещи.

Поэтому кое-какой финансовый запас у неё имелся. Деньги почти на исходе, на взятки и обновление интерьера кафе, на рекламу ушло почти всё. Крайний случай – драгоценности.

Но это совсем крайний…

Она всё же надеялась, что до них дело не дойдет.

Сегодня пятница, а, значит, у неё свидание.

С самого раннего утра она нервничала. Ночью спала тоже беспокойно, переживала.

Марк захотел с ней увидеться. Сам…

Что это могло означать? Что она ему понравилась? Что ему интересно?

Леся обрывала себя. Какие глупости лезут в голову…

Да, ей двадцать пять, и она уже вдова, но всё, что касалось отношений мужчины и женщины, для неё темный лес. Она, как слепой котенок.

Раньше ей казалось, что она больше никогда не позволит к себе прикоснуться. Одна мысль о сексе вызывала у неё стойкое отвращение. Её передергивало. Кто бы знал, как она радовалась импотенции Вадима. Неправильно? Грешно? Не по-христиански?

Любого, кто попытался бы её осудить, Олеся без зазрения совести послала бы далеко и надолго.

И всё же она согласилась на предложение Марты. А потом ещё.

И вот третья встреча, инициатором которой выступал мужчина.

Олеся опасалась думать о последствиях. Пока для них обоих – ведь это так, да? – эти встречи были некой игрой. Никто никогда не узнает про их встречи.

А к чему они приведут… Да ни к чему.

Олеся уткнулась головой в подушку.

Нечего гадать и думать. Надо приводить себя в порядок. Пусть Марк и не увидит её лица, она хотела выглядеть безупречно.

Поэтому заранее записалась в любимый салон. После тяжелой недели ей не помешает немного расслабиться. Арина сегодня допоздна, за «Весту» можно не волноваться.

Всё будет хорошо.

От спа-процедур Олеся решила не отказываться. Пусть её кожа будет идеально бархатистой. Визажист поработал над макияжем. Его тоже Марк не оценит, и всё же… Волосы она ещё месяц назад выпрямила с помощью кератина, теперь их лишь напитали маслами.

Олеся осталась довольна собой и тем, как она выглядит. Неброско, но привлекательно. Осталось выбрать наряд.

Она не переставала улыбаться, рассматривая одежду на вешалках. Он её не увидит, а она готовится так, словно они идут ужинать в ресторан. Для Олеси имел значение психологический настрой, потому ей и важно знать, что она если не безупречна, то удовлетворена своим образом.

Поэтому остановилась на джинсах, белой майке и кожаной куртке. Образ дополнят туфли на высокой шпильке.

Почему бы и нет?

За полтора часа до назначенного времени она была готова.

Заправив волосы с одной стороны за ухо, Олеся посмотрелась в зеркало в последний раз.

Подмигнула и повернула ночной замок на двери, открыла и… сразу почувствовала, как её схватили за плечи и фактически заволокли снова внутрь квартиры.

Она даже закричать не успела. Рыпнулась, но ей зажали рот.

– Тихо, моя хорошая, тихо.

Олеся сразу же узнала голос, да и запах тоже.

Никита.

Чертов гад, видимо, поджидал её на площадке. Или так совпало, что он появился перед её дверью в тот момент, когда она выходила.

Но его действия… Его хватка…

Это был перебор.

Олеся не стала дальше вырываться, замерла. Силы не равны.

Главное – без паники.

Он её сейчас отпустит… Обязательно отпустит…

Она крепче сжала одной рукой сумочку, вторую руку подняла и вцепилась в мужскую ладонь, попыталась отодрать её ото рта. Олеся всем видом показывала, что нет причин для того, чтобы и дальше её удерживать.

– Куда собралась, сучка? – горячее дыхание опалило шею, и Олесю едва не передернуло от омерзения.

Никита превышал её и по росту, и в комплекции в целом. Даже на каблуках она ему была в районе плеч. Драться с ним – не выход. В голове Олеси промелькнула мысль, что можно использовать шпильки. Хорошо, наступит она ему на ногу, а что дальше?..

В чужом дыхании Олеся уловила алкогольные пары. Никита выпил, прежде чем пойти к ней. А вот это уже совсем плохо.

Разговаривать с ним, когда он пьяный, у неё не получалось. Очень быстро мужчина терял контроль над собой, становился неуправляемым.

– Что молчишь? Сказать нечего? Так ты мне всё равно скажешь, дорогая!

Он, противореча своим же требованиям и продолжая зажимать ей рот, размазывая блеск для губ, нещадно расплющивая их, прижал Олесю сильнее к себе. Девушка сделала небольшой шаг назад, невольно прильнув к мужской груди спиной.

В Белове-младшем её раздражало всё: голос, запах, как он двигался. Само его присутствие рядом вызывало сильнейший дискомфорт. А прикосновения… Тошнота подкатывало к горлу.

Пусть они внешне были не схожи с отцом, характеры почти идентичны. Растоптать, уничтожить, взять. Пройти по головам и трупам к своей цели.

Никита Белов счел, что сейчас она его цель.

Не кафе. Не эта злополучная квартира, из-за которой он ей несколько раз предъявлял.

Кафе и квартира были лишь прикрытием.

Осознание накрыло Олесю с головой, дезориентировав. Почему она раньше не поняла? Почему отнекивалась? Почему допустила до этого момента, когда пьяный пасынок врывается в квартиру, зажимает её, а сам упирается эрегированным членом ей в попку.

Никита был возбужден.

Она это чувствовала.

Ещё одним подтверждением его неадекватного желания было прикосновение к шее Олеси. Мерзкое. Неприятное.

Которое она уже стерпеть никак не могла.

Она яростно дернулась, заводя локоть назад и ударяя им Белова в грудную клетку. В живот бесполезно – мужчина занимался спортом, наверное, среагирует. А тут имелся хотя бы небольшой шанс.

Олесин расчет оказался верным. Никита не разжал полностью – расслабил захват, и этого хватило, чтобы Олеся вырвалась, скинув с себя ненавистные прикосновения.

Она сделала два шага вперед, пошатнулась, налетев на стену. Упираясь рукой, развернулась и яростно прошипела:

– Ты что творишь, придурок? Совсем с ума сошёл? Ты…

Договорить Олеся не успела.

– Ах, ты дрянь…

Пощечина прилетела неожиданно. Никита никогда не поднимал на неё руку.

Олеся моргнула. Второй раз.

– Разоделась! На свидание побежала, да? Хрен тебе, а не свидание поняла… матушка?

И ещё один удар обжег щеку, задев губу и разбивая ту в кровь, наполняя рот неприятным привкусом.

***

Марк прождал полтора часа.

Достаточно, чтобы предупредить его о изменившихся планах.

Что ж…

Она не пришла.

А он прождал…

Хреново.

Сделает выводы.

Марк оглядел номер, смятую им кровать и вышел.

Г