Читать книгу "Два фронта Таисии Рассказ 18+"

– Не думал, что ты придешь так рано, – звучит за спиной голос Булатова.

А я, вздрогнув, тут же перевожу взгляд на экран планшета, на котором как раз открылась фотография Дани.

А за спиной стоит его отец…

Глава 10

Сердце колотится, как сумасшедшее. А в голове буквально за несколько секунд проносятся десятки мыслей из разряда если бы, да кабы.

Если бы… все было по-другому я бы сейчас повернулась, показала бы Дамиру фотографии с улыбающимся Данькой. Дамир бы улыбнулся глядя на них… А у моего сына был бы отец.

Но реальность такова, что я быстрым движением смахиваю с экрана фотографию и жмурюсь. Сижу ровно. Не оборачиваюсь на такой знакомый и некогда любимый голос. Жду когда он сядет напротив.

– Добрый день, Таисия, – опустившись на стул, произносит Дамир. Так размеренно произносит, что его голос словно патока начинает течь по моим внутренностям.

Открываю глаза и встречаюсь с внимательным изучающим взглядом.

– Здравствуй, – пытаюсь выдавить из себя улыбку, но получается совсем уж натужно.

В моменте я понимаю, что мне неуютно с ним таким. Когда он ведет себя как мудак и дает мне поводы злиться на него, мне намного проще. Я включаю оборонительную позицию. Где-то агрессию, где-то язвительность и так… так проще. Но сейчас, когда он говорит со мной вроде как уважительно, когда смотрит с вниманием, и нет в его взгляде надменности, я теряюсь. Непривычно видеть от него именно такие взгляды, обращенные в мою сторону.

Ведь что я раньше видела от него? Лишь пренебрежение. Недоверие и страсть. Страсти в его взглядах был целый океан. Огромный и бескрайний. А сейчас… сейчас там что-то другое. И я никак не могу понять, что. Если бы думала, что у Дамира есть совесть, решила бы, что это раскаяние.

– Я нарисовала.

Дамир кивает и тянет вперед руку, я открываю нужную вкладку и передаю ему планшет. Сердце снова начинает гулко биться. И не потому что я переживаю, что Дамиру не понравится моя работа, а потому что понимаю, что в его руках сейчас девайс, на котором есть сотни Даниных фотографий.

Неправильно на рабочем столько хранить, но… это мой сын. Любимый и единственный сын.

– Хорошо, – Дамир кивает. – Об оплате мы уже договорились с твоим начальником. Спасибо, Таисия.

Мои брови стремительно ползут вверх. И я даже не знаю, что в этот момент удивляет меня сильнее. Что Дамира все устроило. С первого раза. И он даже не потребовал каких нибудь доработок или переделок. Или что Андрей охренел в край. Пытался чуть ли не в рабство меня продать, потом отправил саму договариваться, а теперь решил и денег побольше в обход меня на мне же и заработать.

– Ты завтра уезжаешь?

– Да.

– Короткий у тебя отпуск, – сама не знаю зачем я это говорю, но говорю. Ведь надо уходить поскорее. Пока сюда не пришла его пассия, которой адресованы цветы.

– Это не совсем отпуск, – хмурится он, – но пусть будет так.

– Ладно. Я тогда пойду, – тянусь обратно за планшетом, – раз тебя все устраивает, я скину итоговый… – Дамир крепко держит планшет в руках и мне не отдает. – В чем дело?

– Ты изменилась, – констатирует он и разжимает пальцы.

– Спасибо, – забираю планшет, отправляю его в сумку и встаю, – всего тебе хорошего. Прощай, – говорю на выдохе, понимая, что вижу этого человека последний раз в своей жизни.

Пусть это и горько осознавать, но это самое верное, что может быть в жизни.

– Тая, – он даже отвернуться мне не дает. Так и застываю в полуобороте, – ты забыла цветы.

Что?

Я настолько удивляюсь, что все же вновь бросаю взгляд в сторону Дамира. Это что цветы для меня?

– Зачем? – Меня хватает только лишь на это слово. Большего из себя я выдавить не могу.

– За высокопрофессиональную работу в кратчайшие сроки.

Я машу головой. Не возьму я его цветы.

Ни за что и никогда больше.

Перед глазами проносятся картинки тех роз, что я сама вытаскивала из ванны. Вазу, обещанную на следующий день, мне тогда, конечно же, не подарили, а я … я вынесла весь букет на помойку. Хотя они были свежие, красивые. Безумно красивые. Даже красивее тех, что стоят сейчас на столе.

– Спасибо, не стоит.

– Тая, это еще и извинение. Прими.

– Дамир, не стоит извиняться. Ты бизнесмен и привык никому не верить на слово. Все окей. Но цветы я не возьму. Мой… мой мужчина может это не так понять, – вру.

Как же легко ему врать. Это видимо наша с ним карма такая. Он верит моему вранью и никогда не верит моей правде.

– У тебя есть мужчина…

Не вопрос, утверждение. Словно он повторяет его для себя. Я киваю. Снова говорю прощай и ухожу.

В глазах жжет, и я ругаю себя за это, мне не должно быть ни больно, ни обидно. Мне должно быть все равно.

Два с лишним года я его не видела, и прекрасно жила. Да, случались моменты, что на стену лезть от воспоминаний хотелось, но… Тем не менее я жила. И дальше жить буду. Убеждаю себя.

Весь вечер посвящаю Ксю и сыну. Следующий день работе. И все еще отсиживаюсь дома, пока Лаура гуляет с Даней. Ведь я не знаю, во сколько самолет у Дамира, а значит лучше от греха подальше еще немного переждать.

На душе скребутся кошки, но я усиленно их не замечаю. Загружаю себя работой, домашними делами.

А еще через день я наконец-то иду гулять с сыном сама. Беру с собой Лауру, потому что мне нужно будет уйти чуть пораньше. Надо готовиться к торжеству Павла. На которое мне по-прежнему безумно не хочется идти, но надо. Сейчас мне это даже больше нужно, чем прежде.

Ведь можно найти не только полезные знакомства и связи, но и… мужчину. Да, я действительно хочу уже познакомится с кем-то и начать отношения. Нормальные отношения. Обычные. Которых у меня, оказывается, еще никогда не было.

Именно поэтому я решаю записаться и на макияж и на прическу, чтобы не делать этого самостоятельно. А еще я решаю надеть то самое платье, в котором когда-то готовила романтический вечер Дамиру.

Глава 11

– Такая погода сегодня чудесная, скажите? – говорит Лаура, когда выходим на улицу.

Я подставляю лицо мягким лучам солнца и улыбаюсь. Действительно хорошо. Не холодно и не жарко, как и всегда в эту пору года. Да и Даня себя сегодня ведет лучше, чем обычно. Ощущение, что чувствует, будто жизнь налаживается.

Я, по крайней мере, именно так себя и чувствую. С радостью качу впереди себя коляску и не могу перестать улыбаться. Все встало на круги своя. Дамир отправился домой, я влилась в привычную рутину по работе и, главное, вернула прогулки с сыном. Пускай сегодня мне придется уйти пораньше, но несколько часов мы все равно проведем вместе.

Так как у меня потом запись в салон неподалеку, я выбираю ту площадку, на которую мы ходим несколько раз в месяц, потому что она расположена чуть дальше от дома. Здесь множество развлечений для детей, есть веревочный парк, можно покататься на качелях или арендовать детские машинки.

Сначала мы с Даней идем на качели, потом лепим в песочнице смешных человечков, черепашек и цветочки, а далее шагаем к веревочному парку. Время пролетает незаметно. На моих лосинах посажено очередное пятно сока, а на коленке слегка стерта ткань – это я пыталась пролезть на узкой горке и едва там не застряла.

В такие моменты мне кажется, что быть молодой мамой прекрасно. Многие здесь женщины за тридцать, а некоторые и за сорок. У них уже нет той былой активности, да и проводить столько времени с детьми они не могут. Не говоря уже о том, чтобы дурачится с ними. А я могу. И надеюсь, что в будущем это поможет нам с сыном выстроить доверительные отношения.

В какой-то момент звонит мой телефон, и я, подозвав жестом Лауру, отхожу чуть дальше от площадки и принимаю вызов от Изабеллы.

– Ты уже прилетела?!

– Да! – вопит в трубку подруга. – Встретимся сегодня?

Я чуть было не говорю да, но вовремя вспоминаю, что сегодня вечер у Пабло.

– Не получится. Мне на день рождения к клиенту сегодня. Юбилей. Никак не могу пропустить. Но… у меня пригласительное с один плюс. Можешь пойти со мной.

Изабелла стала моей лучшей подругой здесь. Мы познакомились спустя полгода после того, как я прилетела. Совершенно случайно. Я впервые после родов вышла, чтобы купить кофе, потому что чувствовала себя выжатым эмоционально и физически лимоном, а Бель забежала в кофейню, чтобы встретиться с парнем, у которого так и не хватило смелости прийти на свидание.

Так что мы оказались за одним столиком. Я, с непонятным вихрем на голове, и она, красивая, с иголочки одетая. Удивительно, что мы подружились, но я очень рада, что она у меня есть. Понятия не имею, что бы я делала без нее. Не скажу, что мне часто приходится жаловаться, но все же очень хочется иметь человека, которому можно написать в десять вечера, попросить приехать и он точно приедет. Еще и бутылку вина с собой привезет, чтобы расслабить мысли и отвлечься.

– Шутишь, что ли? Чтобы я после суток в дороге поперлась к какому-то дедуле на юбилей? Нет уж, увольте. И вообще… ты туда одна идешь, что ли? С пригласительным на двоих? – вкрадчиво переспрашивает Бель.

– Ну, да… а что?

– Ничего… ты где будешь? В смысле, в салон идешь? Скинь адрес, я подъеду.

– Ладно. Я к часу там буду.

– Хорошо.

Подруга отбивает звонок, а я сбрасываю ей геолокацию салона. А затем резко оборачиваюсь, потому что слышу плач Дани.

За непродолжительный период материнства я поняла один феномен – где бы ни был твой ребенок, в какой бы толпе детей не находился, а ты всегда безошибочно определишь его плач.

Я несусь к Дане со всех ног. Лаура уже успела поднять его, отряхнуть и взять на ручки, как подхожу я.

Данька заливается крокодильими слезами. Так происходит всегда, когда он падает, и я ничего не могу с этим сделать, потому что он находится сейчас как раз в том возрасте, когда ему положено падать много и в любом месте. А уж на горках и детских площадках, так и подавно.

– Ну что ты, малыш? Ну, хватит, – забираю его у Лауры и прижимаю к себе, надеясь, что материнское тепло хоть немного его успокоит, но он заходится только сильнее.

И тогда я киваю Лауре, что нам пора. Я все равно собиралась через пятнадцать минут уходить. Уйдем чуть раньше, я проведу Даню до дома, куплю по пути сладкую вату. Мне нужно убедиться, что он больше не плачет, иначе моя материнская душа никак не расслабится, пока меня будут приводить в порядок в салоне.

Так и делаем. Даня, завидев продавца с ватой, ревет уже не так сильно. Успокаивается. А когда получает в руки палочку с воздушной белой пеной, так вообще замолкает и вгрызается в нее зубами.

Я выдыхаю. Пот перестает стекать по позвонку от нервного перенапряжения, а руки больше не дрожат. Когда Даня плачет, я могу нервничать практически до слез. Поэтому и нанимала Лауру. Она мастерски его успокаивает и не переходит при этом в истерику сама.

И вот когда я уже решаю, что все, можно окончательно выдохнуть, застываю. Потому что вижу перед собой Дамира. Он стоит буквально в десяти шагах и шанса на то, что он нас не видит нет, потому что он смотрит прямиком на меня. Внимательно, пристально.

А затем переводит внимание на коляску, которую я тут же отпускаю и ее, словно по команде, подхватывает Лаура. Она же и катит Даню дальше. Вперед. А я остаюсь стоять на месте. И никак не могу взять себя в руки. А когда Дамир начинает шагать ко мне, так и вовсе кажется, что свалюсь в обморок.

Он должен был уехать. Почему он все еще здесь?

Глава 12

– Таисия, – приветствует он меня, щурясь и заглядывая мне за плечо.

Нет. Нет. Нет.

– Здравствуй, Дамир, – выдавливаю из себя, чувствуя, как от волнения кружится голова, даже в глазах словно белые пятна мелькают. – Разве ты не должен был уехать еще пару дней назад? – улыбаюсь через силу, до последнего делая вид, что ничего криминального не происходит, и ни за чем таким он меня не поймал.

Я ничего от него не скрываю. Ничего не скрываю. Ведь правда ничего – кого.

– Пришлось задержаться ради одного события, – медленно отвечает он, теперь уже откровенно пялясь мне за спину.

– Что такое? – удивляюсь я, надеясь, что не сильно наигранно, – что ты там такое увидел? – оборачиваюсь, будто бы не понимая.

– Ты не говорила, что стала мамой.

– Что? – смеюсь, понимая, что еще чуть-чуть и белые точки в глазах заполонят собой все на свете, превращаясь в белый туман, который накроет меня в казалось бы спасительном обмороке.

Но я стою. Стою и непонимающе лупаю на Дамира глазами. Наверное, он был прав когда-то, сказав, что во мне умирает потрясающий актерский талант. А возможно я просто переоцениваю свои силы.

Да только мать, защищающая своего ребенка, и не на такое способна. Именно поэтому я все еще стою. Хотя голова кружится так, что стоять я давно уже не должна.

– Это сын моей подруги. Да и… даже если бы я стала мамой, почему я должна была сообщить тебе эту информацию? – взгляд Дамира мгновенно стреляет в меня, лицо суровеет, он собирается что-то сказать, но я намеренно не даю ему этого сделать, – это бы касалось только меня, и моего мужчины. Еще работодателя, – усмехаюсь. – А ты больше ни первое, ни второе.

Дамир сверлит меня взглядом, а я даже рада этому, чем дольше он смотрит на меня, тем дальше отсюда уезжает Лаура с моим сыном.

Не видать тебе его никогда, Дамир Давидович. Не покажу. Не покажу и не отдам. Никогда.

– Да, ты права, – кивает Булатов и даже будто бы улыбается. Натужно, не искренне, но все же пытается. – Беги, а то они тебя вон ждут стоят.

Вот же черт. Лаура же знает, что у меня запись в салон красоты. Могла бы и ехать без меня.

– Да, я пойду, – отхожу на шаг, и все же спрашиваю. – Когда ты уезжаешь на этот раз?

– Завтра.

– Хорошего полета, – улыбаюсь, и даже машу ему напоследок, а руки тем временем дрожат. Так же как и ноги.

Сама не понимаю, каким чудом я не то, что дохожу до Лауры, а добегаю до нее. Оказавшись рядом, я крепко вцепляюсь в руку няни. То ли чтобы не упасть, то ли чтобы удержаться и не достать сына из коляски и начать его обнимать.

Лаура смотрит на меня удивленно, затем толкает коляску и катит ее сама. Ничего не спрашивает, за что огромное ей спасибо.

Через десять минут я отрываюсь от них, не поцеловав Даню на прощание. От чего мне очень не уютно, но для надежности лучше так.

В салоне я провожу почти два часа, сначала меня красят, делая из меня чуть ли не топ-модель. И губы смотрятся полнее, и тон лица настолько ровный, что хоть на рекламу средств для идеальной кожи, а глаза, настолько выразительные благодаря стрелкам, что я не сразу узнаю себя. И вроде бы косметики не много, по крайней мере, я все еще я, но будто бы другая. Купить и себе такие чудо-средства, что ли? Чтобы всегда так выглядеть.

Пока разглядываю отражение в зеркале, мне начинают делать локоны. Волосы сильно отросли за беременность и после, я только ровняла кончики. А потому занимаются моими волосами довольно долго. Накрутив, меня просят пересесть в другое кресло под наклоном, и там все эти локоны расчесывают и много-много пшикают, кажется, что всем подряд.

Первое мгновение мне хочется задохнуться от едких запахов, второе расстроиться, потому что в голове уже рисуется образ, слипшихся лаковых прядей, но нет. Когда я поднимаюсь и вижу себя – я вижу настоящую принцессу. Помесь рапунцель и женщины-кошки. Потому что стрелки сделали мой взгляд более хищным, а локоны настолько увеличили объем, что… что я и правда, как рапунцель.

Благодарю мастера, делаю селфи и пару фотографий в зеркале, а затем скидываю подруге. Изабелла записывает мне голосовое, полное восторженных писков и визгов.

Она уже приехала и ждет меня в машине на парковке. Я даже немного жалею, что скинула ей фотографии и испортила сюрприз.

– Итак, – говорит она как только я сажусь в машину. – Вот, выбирай.

– Что это? – непонимающе смотрю на протянутый мне телефон, на котором светится мужская фотография.

– Не, что, а кто. Твоя пара на сегодняшний вечер. Ой, а может и не только на сегодняшний, – хихикает она, – листай. Там три кандидата.

– Белль, не надо, – кошусь на телефон подруги, как на ядовитую змеюку.

– Тая, ты носишь на руке картье от этого дядьки. Сейчас он зовет тебя на свой юбилей. Если ты явишься на празднование одна, то ты так подписываешься под его ухаживаниями.

– Что за глупости, – хмурюсь я, но телефон у подруги беру, и даже пролистываю фотографии. – Кто это?

– Первый мой коллега. Он давно на тебя заглядывается. Видел пару раз, когда ты приезжала, и с тех пор не перестает спрашивать. Второй – мой сосед, и надоел уже подкатывать ко мне, – смеется она, – а третий брат моей одноклассницы. И он очень-очень просит, чтобы его пристроили. Я-то мимо сразу, я знаю его с детства…

– Хватит, Белль, – обрываю я ее, – давай первого. Раз уж он сам хочет со мной познакомиться. Он красивый к тому же… может, что и выйдет.

– А почему я не слышу воодушевления в твоем голосе?

– Я просто устала сидеть в кресле два часа, – улыбаюсь я, – отвези меня домой, надо собираться дальше.

Изабелла подозрительно косится на меня, но все же заводит машину, забирает у меня телефон, и быстро что-то в нем печатает.

Практически сразу же мне приходит сообщение.

Какой-то Серхио.

– Какой он быстрый, – смеется Белль, а я захожу в диалог и отвечаю мужчине.

И да, я не испытываю воодушевления. Но не потому что устала сидеть на одном месте, а потому что я словно мысленно ставлю еще один крест на Дамире. Мне и правда пора начинать новые отношения. Хотя бы просто для того, чтобы отвлечься и развеяться.

Чем Серхио не вариант.

Мы с ним договариваемся о времени, и он сам заезжает за мной. С шикарным букетом белых роз. На мгновение в сердце бьет иголочкой радость, что не красные. Серхио улыбается, он галантен, вежлив, всю дорогу рассказывает, как давно и сильно он хотел познакомиться со мной.

В зал мы заходим под руку, Серхио берет два бокала шампанского у официанта, а я ищу взглядом именинника.

И нахожу.

А рядом с ним нахожу Дамира. Который заметил меня, судя по всему, намного раньше, чем я его. И сейчас он смотрит даже не на меня, а на Серхио. Я вряд ли могу разобрать эмоции на его лице, но взгляд замечаю. Холодный, проникновенный. Им будто бьет меня наотмашь, когда Дамир начинает смотреть не на Серхио, а на меня.

Я сглатываю и зачем-то убираю руку, которой до этого держала Серхио под руку. А потом, будто опомнившись, кладу ладонь обратно. И льну к мужчине ближе. Чтобы это сделать, приходится напоминать себе, что Дамир мне теперь никто.

Мужчина из прошлого, совершенно не имеющий на меня никаких прав. Но отчего-то щеки непривычно краснеют, а плечо с той стороны, с которой стоит Дамир, покалывает. Мне не нужно поворачивать голову, чтобы понять, что он бесцеремонно продолжает на меня смотреть.

Глава 13

– Наверное, это было навязчиво с моей стороны, – говорит Серхио, протягивая мне бокал шампанского.

– Что именно?

– Такое знакомство. Я фактически вынудил тебя меня пригласить.

Удивленно смотрю на него сквозь бокал шампанского, с которого отпиваю пузырящееся шампанское. Хорошее, между прочим. Я не часто пью, но узнаю его сразу. У меня дома стоит несколько бутылок, подаренных клиентами.

Одну мы открывали на Новый год, вторую распечатали с Белль. Эта марка принадлежит одному из местных производителей и одна бутылка стоит столько, что я бы в жизни сама не купила. По крайней мере до тех пор, пока не заработаю на квартиру, а лучше несколько, чтобы и Ксю было где жить, когда вырастет, и Дане.

– Скорее, это я вынудила тебя прийти. Не знаю, что тебе сказала Белль, но мне был необходим спутник на сегодняшний вечер.

После того, как я увидела здесь Дамира – тем более. Стоит только представить, как бы он радовался, если бы я пришла одна. Это ведь очередное подтверждение тому, что я соврала, что у меня никого нет и жизнь свою личную наладить не удалось. В отличие от него.

– В целом, она так и сказала, но ты могла позвать кого-то другого, верно?

Хочу сказать, что мне некого было звать, но в мыслях тут же возникают слова Белль “У тебя, Тася, с самооценкой беда. Ты красивая сексуальная девушка, а вечно перед мужиками пресмыкаешься. Голову выше, гонору больше. Да им надо еще постараться, чтобы ты обратила на них внимание!”. Так что вслух произношу совсем другое:

– Да, могла. Но Белль давно говорила, что ты хотел познакомиться ближе. Подумалось, это прекрасная возможность.

Мне кажется, что у меня горят щеки от вранья и неестественности произнесенных слов. Мне несвойственно так общаться с мужчинами, но судя по реакции Серхио, он гордится тем, что я позвала именно его.

– Ты многих тут знаешь? – спрашивает он, видимо, заметив, что мы стоим в стороне и не норовим ни с кем общаться.

– На самом деле, только именинника. И еще нескольких человек заказчиков. Еще должен подойти мой босс, если у него получилось.

Я очень надеюсь, что да, потому что будет немного неудобно и неловко, если из всей компании тут буду только я. Мне и так стыдно смотреть в глаза жене юбиляра. Кажется, что она прекрасно знает, кому ее муж подарил браслет. И вряд ли у меня получится убедить ее, что между нами ничего не было. Максимум – Пабло прикоснулся к моим пальцам, когда мы сидели за столиком впервые и он еще на что-то рассчитывал. Но мне все равно не по себе. И я то и дело осматриваюсь в поисках Адриана.

– Еще? – Серхио кивает на официанта, несущего поднос с шампанским, но я отказываюсь.

В моем бокале еще осталось несколько глотков. Этого вполне достаточно, я и так уже чувствую, что захмелела. Щеки слегка горят, пульс участился, а тело будто расслабилось.

– А тот мужчина? Ты его знаешь? Он уже несколько раз на тебя смотрел, – мне не нужно поворачивать голову, чтобы понять, о ком именно говорит Серхио.

Но я все же смотрю в ту сторону и отмечаю все такой же пристальный взгляд.

– Знаю. Один из моих клиентов. Буквально на днях закончила его рисунок.

– Он доволен?

– А что? Есть сомнения? – спрашиваю с улыбкой и выпиваю шампанское.

Кажется, стоило все-таки взять еще бокал.

– Никаких, конечно же, я видел твои работы. Тайм это нечто.

Дальше Серхио начинает распевать дифирамбы моим способностям дизайна. А я… я правда пытаюсь вникнуть. Послушать его, проникнуться и почувствовать, черт возьми, хоть что-нибудь! Но вместо этого я лишь нервничаю. Сердцебиение частит еще больше, руки потеют и трясутся. Так что в какой-то момент я не выдерживаю и, передав пустой бокал Серхио, извиняюсь и отлучаюсь в уборную.

Оставив сумочку на мраморной поверхности умывальника, несколько раз прикладываю холодные влажные руки к щекам и шее. Следом – проверяю, не потекла ли косметика, но нет. Все в порядке. Разве что блеск для губ слегка стерся, но так даже лучше. Естественней.

Я не думала, что еще и здесь столкнусь с Дамиром лицом к лицу. Что вместо того, чтобы развлекать свою спутницу, а он пришел с ней, он весь вечер будет смотреть на меня. Проверяет, что ли? Вдруг я здесь торгую запрещенкой?

От собственных мыслей становится смешно. А потом, стоит мне увидеть в зеркале Дамира, смех куда-то улетучивается.

Может, потому что он зашел в женский туалет и закрыл за собой дверь? Или все дело в том, что он вообще сюда пришел. И это отнюдь не игра моего воображения, как я подумала сначала.

Дамир здесь реальный. Из плоти и крови.

– Мужской туалет за дверью рядом, – стараюсь говорить так, чтобы голос звучал уверенно.

А затем сгребаю с мраморной поверхности сумку и собираюсь уйти. От мысли, что мы с ним здесь наедине, без посторонних, за закрытой дверью, у меня почему-то все внутри скручивает от волнения. Не то, чтобы я думала о чем-то таком, но мысли то и дело хаотично мечутся от одного к другому.

– Подожди.

Дамир неожиданно перехватывает меня за руку. Не позволяет уйти. Тянет на себя и ставит так, что за спиной – стена, а впереди – он.

– Что? – непонимающе хмурюсь.

И стараюсь быть спокойной, но сбитое прерывистое дыхание не может быть не замечено. Все это слишком. Его присутствие здесь, мой необъяснимый нервоз тогда, когда я не должна вообще ничего чувствовать. И то, что он приближается. Делает шаг и еще один, оказываясь почти вплотную.

– Где его нашла? – тихо спрашивает Дамир.

– Что? – вскинув голову, заглядываю ему в глаза и думаю, что лучше бы я этого не делала, потому что я вижу там то, что снилось мне во снах. Всегда, когда снился он.

– Твоего спутника, – поясняет Дамир. – Ты говорила, у тебя есть мужчина, но он – явно не тот, о ком ты говорила.

– Это почему?!

Во рту пересыхает, а тело начинает потряхивать. Я хочу возразить Дамиру, сказать, что он ошибается и унизить напоследок едкими словами, но мне нечего сказать. Серхио и правда не мой мужчина. У меня никого нет и такое ощущение, что не будет. По крайней мере, как только я решила, что пора, тут же появился Дамир.

– Какое тебе дело? – хочу отойти в сторону, но Дамир не позволяет. – Я могу ходить с тем, с кем хочу. Дай пройти.

– Тая…

Не знаю, что значит этот его выдох. Но точно знаю, что значит то, что он делает в следующее мгновение. И к собственному стыду, я никак этому не сопротивляюсь. Мне кажется, даже подаюсь навстречу, когда его губы накрывают мои.

Но отвечаю точно. Едва сталкиваемся губами, я раскрываю свои. Запрет ярким мигающим пятном возникает перед глазами, но тут же меркнет, стоит Дамиру обхватить меня рукой за затылок и углубить поцелуй. Мне кажется, что я просто выпила, поэтому сейчас чувствую все острее. Его прикосновения, обжигающий поцелуй, тяжелое сбивчивое дыхание, звучащее в унисон моему.

Все установки летят насмарку. Я едва ли контролирую то, что происходит. И уж совершенно точно не могу остановить.

Мы творим безумство. Делаем то, что никогда не должно было произойти – сгораем в неконтролируемой страсти друг к другу. Мое дыхание сбивается, пульс подпрыгивает до высоких отметок, в голове полнейший сумбур. И если бы не настойчивый стук в дверь, я едва бы пришла в себя. Но стук есть. Так что Дамир отрывается от меня. Вдавливается лбом в мой, тяжело дышит. Сбивает меня своим желанием. Выжигает им огромную зудящую внутри дыру.

Ринувшись к двери, открываю ее и вываливаюсь наружу, сталкиваясь с недовольным взглядом уборщицы. К счастью, никого из посетителей за дверью нет, иначе бы я ни за что не вернулась в зал, а сбежала бы отсюда. Но я возвращаюсь. По пути перевожу дыхание и даже нахожу в себе силы посмотреть на себя в зеркало, висящее в коридоре.

Я выгляжу иначе. С растрепанными волосами, горящим взглядом и слегка припухшими губами уже без блеска.

В голове проносится рой мыслей и все они вокруг произошедшего. Мне кажется, что я все придумала, но на губах отчетливо чувствуется знакомый вкус, а в груди все еще бахает сердце.

– Тася… я уж было подумал идти тебя искать, – говорит Серхио с улыбкой. – Тут немного неудобно. Я никого не знаю.

Я киваю, едва что-то понимая в сказанном. Перехватываю бокал с шампанским, а затем вижу Дамира, вышедшего в зал. Он стоит, ища кого-то взглядом. И когда замечает меня, замирает. А затем начинает идти размашистым шагом прямо на нас…