Читать книгу "Несерьезные отношения"

Глава 14

Я выхожу в коридор и не без удовольствия наблюдаю, как глаза бывшего мужа становятся огромными. Отлично, только его мне сейчас не хватало! Это же надо было так подгадать и прийти именно сегодня! У него что, где-то встроенный радар?

«М-м-м… представляю, что он сейчас думает».

Меня захлестывает чувство стыда да так сильно, что я начинаю заливаться краской, а мозг усиленно генерирует идеи для оправданий. В итоге выдает все ту же избитую фразу: «Это не то, что ты подумал». Фраза почти слетает с языка, но я вовремя торможу себя. Я ничего не должна говорить, что бы он ни сделал. Если забыла, то в гостиной на диване лежит синенький документ, где все предельно ясно расписано: «брак прекращен». Выпровожу всех сегодня и повешу на самом видном месте, чтобы почаще напоминать себе, что я свободная женщина и в своем доме могу позволить себе все, даже мужчину в полотенце. Не зря все-таки ночью за рамочкой съездили, ох, не зря!

Опираюсь плечом на косяк и скрещиваю руки на груди. Молчание затягивается.

– Что-то хотел? – произношу я.

– Да, по делу. – Женя чуть приподнимает руку, и я замечаю небольшую черную папку.

Перевожу взгляд на Влада, он почему-то до сих пор стоит в полотенце и никуда не уходит. Интересный мальчик! Так и будет красоваться или все же оденется? Вздыхаю, отталкиваюсь от дверного косяка и жестом приглашаю Женю на кухню, игнорируя «Мистера Набедренное полотенце».

– Кофе на столе, – произносит Влад, когда я прохожу мимо него.

– Спасибо! – Многозначительно смотрю ему в глаза, а после медленно скольжу взглядом вниз и вверх.

Влад не понимает намека, но повторяет за мной. Осматривает себя и, хлопнув ладонью по лбу, быстрым шагом направляется в ванную комнату. Сообразил? Неужели?

Женя уже сидит за столом, когда я появляюсь на кухне. Папка лежит перед ним, а он с любопытством рассматривает обстановку. На столе две чашки с кофе, одна из них полупустая – значит, это чашка Влада. По-собственнически двигаю ее к себе и сажусь за стол.

– Бери кофе, это мой, – киваю Жене на чашку.

– Спасибо! – ухмыляется он и добавляет: – Мальчик готовил?

– Да. Влад. Опасаешься?

– Это же твой кофе, сама сказала. Кто он?

– Мужчина… – пожимаю плечами и делаю глоток из чашки.

– Ты его хорошо знаешь?

– Женя! – строго произношу я. – Ты сказал, что по делу. Я жду.

Ставлю чашку на стол и складываю руки перед собой. Конечно, ему неприятно, но это не повод обсуждать мою личную жизнь. Я же не лезу в их отношения с Олесей.

– Поль, пойми меня: он молодой, смазливый, на альфонса похож.

– А Олеся?

– Что? – недоумевает Женя.

– Олеся твоя ни на кого не похожа?

– При чем здесь...

– Ближе к делу, Жень! – перебиваю я. – Все документы я подписала, возражений ни у кого не было. Что опять?

– Возражений нет, все как ты просила; половина всего имущества в денежном эквиваленте будет у тебя на счете в ближайшее время. Налог платить не придется, все документы оформлены до даты развода. Это… – Он подталкивает папку ко мне. —Тоже твое.

Не спешу. Делаю еще один глоток кофе и только потом аккуратно приподнимаю обложку за уголок. Первым в файле лежит договор на покупку помещения. Листаю дальше. Разрешительные документы, договор купли-продажи…

– Что это?

– Это твое кафе, Поль. Подпиши договор и принимай управление.

Ничего не отвечаю, переворачиваю страницу, читаю. Документы о переводе денег, несколько штук, одни – на мой личный счет, другие – на оффшорный. Всматриваюсь в суммы и ничего не понимаю. Это вместо того, что положено мне при разделе имущества?

– Жень, что это? – спрашиваю, застыв над документами. – Перевод моей доли?

– Нет, это отдельно, от меня лично. Все, что положено по суду, ты тоже получишь.

– Откупаешься? – горько усмехаюсь я

– Понимай, как хочешь. Я поступил гадко, но исправить уже ничего не могу. Не захочешь заниматься кафе – продай.

– А я приму, Жень, хоть и понимаю, зачем ты это все делаешь.

– Так я хотя бы буду уверен, что ты ни в чем не нуждаешься

Я пребываю в некотором шоке. Часть меня бунтует против такой подачки и требует, гордо вздернув нос, отказаться, швырнуть эту папку в лицо бывшему мужу, а другая шепчет: «Все правильно, бери, ты слишком много вложила в этот бизнес». Вложила слишком много, а потеряла еще больше. В глазах начинает щипать, но я ни за что не расплачусь сейчас. Только не перед ним! Зажмуриваюсь и пытаюсь подумать о чем-то хорошем. Получается с трудом. Слышу, как хлопает входная дверь, и открываю глаза. Влад ушел, даже не попрощавшись, и это становится последней каплей.

– У тебя все?

– Прости меня, Поль, – тихо произносит Женя, и меня прорывает.

Слезы текут по щекам, и я ничего не могу с собой поделать. Мне становится так обидно за себя, за то, что все разрушено, а новое я вряд ли построю: не смогу, да и поздно, слишком поздно что-то строить. Столько лет прожить с одним человеком и в тридцать четыре года остаться одной! Вот уж повезло так повезло! Обида сменяется злостью, что все теперь будет, но не у меня, я теперь сама по себе. Слова Жени прозвучали в голове как насмешка: «Буду уверен, что ты ни в чем не нуждаешься». Вот и все, Полина, живи как знаешь, тебе щедро заплатили за твою спущенную в унитаз жизнь.

– Поль, ты чего? Поль?..

Женя вскакивает со стула и пытается обнять меня, но я не позволяю, мотаю головой и машу руками, как сумасшедшая.

– Уходи, Жень, просто исчезни из моей жизни! Я приняла твою плату, теперь с чистой совестью можешь бежать к своей Олесе!

– Нет никакой Олеси! – Он мрачнеет.

В голове проносятся дурацкие мысли, я даже прекращаю реветь. Что он такое говорит?!

– Как – нет?!

– Ребенок не от меня, я настоял на тесте.

Бум! – Словно удар по голове

Я начинаю задыхаться, перед глазами плывут круги, а Женя продолжает говорить. Разобрать, что именно, не получается. В ушах словно что-то булькает. Смотрю на него так внимательно, что даже моргнуть боюсь. Как?! Как он мог променять нас на какую-то девицу?! Как он мог?! С Олесей все понятно: искала вариант повыгоднее. А что искал Женя? На что повелся и не разглядел ее истинное лицо?

– Почему ты решил сделать тест? – хриплю я.

– Приехал без предупреждения к ней домой и все сам увидел.

После всего, что произошло, я же должна что-то сказать, уколоть больнее? Я подготовила столько обидных слов, пока ночами рыдала в подушку. Где же они?

Хотела увидеть его убитым, сломленным?

Хотела, а сейчас смотрю и молчу. Похудевший, с синими кругами на пол-лица...

Он и так себя уже раз сто четвертовал и проделает это еще не раз.

Глава 15

Звонок в дверь заставляет меня проснуться. Кто же это посмел заявиться в такую рань?! Пытаюсь не реагировать, зажмуриваюсь, чтобы еще хоть немного насладиться сном, но очередная трель не оставляет шансов.

Натягиваю плед на голову и с сожалением наблюдаю, как картинки теплого и романтичного Парижа начинают блекнуть, а после и вовсе растворяются под натиском идиотской мелодии звонка. С трудом открываю глаза, чувствуя легкий зуд и дискомфорт, веки словно накачаны свинцом. Опухли? Аккуратно трогаю их руками – так и есть. Отек сильный, верхнее веко на ощупь, как колбаска.

Вспоминаю, как вчера после ухода Жени часа два сидела на кухне, листала папку с документами, подсчитывала нули и ревела. Дорого же он оценил наш развалившийся брак, очень дорого! Чтобы хоть как-то отвлечься, изучала документы по кафе. Надо будет сегодня туда наведаться, все проверить и познакомиться с персоналом. Пока размышляю, еще раз дотрагиваюсь до воспаленных глаз и с грустью отмечаю: не сегодня. Реакция персонала на мой внешний вид будет неоднозначной.

– Завтра, – вздыхаю и тянусь за ежедневником.

Он лежит на столике у дивана, там же нахожу папку с документами и ручку. Забираю все, сажусь по-турецки и накидываю плед на спину.

– Итак, – произношу вслух, открывая блокнот и снимая зубами колпачок с ручки, – завтра осмотр кафе.

Записываю время и адрес, одновременно прикидывая, как долго придется добираться. Надо бы свет включить. Почему так темно? Когда рассветет уже? Осматриваюсь в поисках телефона и нахожу его на полу.

– Все как обычно! – ухмыляюсь я.

Похоже, привычка бросать телефон на пол прижилась. С тех пор как я уволилась с работы, мне мало кто звонил, а официальный развод вычеркнул из списка контактов еще с десяток «друзей». Так что моему будильнику и по совместительству телефону самое место на полу.

Новая трель звонка заставляет меня вздрогнуть. За несколько минут тишины я почти обрадовалась, что незваный гость ушел. Интересно, кто там такой настойчивый?

Разблокировав телефон, слегка жмурюсь от яркой подсветки. Дверной звонок продолжает разрываться, а я пытаюсь сфокусировать взгляд на экране. Чтоб вы там себе весь палец отдавили!

– Что непонятного?! – ругаюсь я. – Нет никого! Вчера я выполнила недельный план по гостям, поэтому объявляю сегодня неприемный день. Слышите?!Не-при-ем-ный!

21:30. Впадаю в ступор, увидев время на экране. Вечер? Отлично выспалась, сейчас было бы неплохо понять: это вечер, который сегодня, или уже вечер завтрашнего дня? Ну и дверь открыть, конечно, придется. Чувствую, если не остановить этого гостя с железной волей, то минут через десять соседи вызовут полицию.

Иду открывать дверь в том же халате, в котором была вчера утром... или сегодня? С этим разберемся. Под халатом – ничего, в руке – телефон, а в голове – огромный перечень маршрутов, куда можно отправить того, кто помешал мне досмотреть сон о Париже и насладиться одиночеством.

Поворот замка, щелчок... Открываю дверь, сжимая одной рукой ворот халата у шеи, и замираю. Сначала рассматриваю красивый букет и только потом перевожу взгляд на гостя.

– Влад?

– Да, Малыш. – Он окидывает меня внимательным взглядом с ног до головы и, кажется, чуть дольше задерживается на лице. – Почему так долго не открывала?

– Хотелось побыть одной, но кто-то не понимает намеков.

– А я переживал, поэтому был так настойчив. Мало ли чем мог закончиться утренний визит бывшего мужа…

– Все в порядке, как видишь… – Чуть поворачиваюсь, демонстрируя себя, и мысленно отмечаю: значит, сегодня все было, и сейчас вечер.

– Проверим.

С этими словами в мою грудь впечатывается букет, и я успеваю только ойкнуть. Не двигаюсь, но Влад разжимает руки, и я в последний момент обхватываю бумажную упаковку, не давая цветам упасть. Срабатывают инстинкты. Пока собираюсь с мыслями, чтобы возмутиться, Влад протискивается в приоткрытую дверь, нагло тесня меня в сторону.

– Ты что творишь?! – возмущаюсь я шепотом, стараясь, чтобы меня не было слышно в подъезде.

– Решил компенсировать. Утром не получилось позавтракать, вот. – Он демонстрирует два бумажных пакета. – Готов заменить ужином. Держу пари, у тебя в холодильнике все без изменений.

– Может, стоит спросить у меня, хочу ли я этого? Может, я видеть никого не хочу? – злюсь и незаметно для себя повышаю голос: еще бы, он рылся в моем холодильнике!

– Закрывай дверь, если не хочешь стихийного собрания соседей у твоей квартиры, и пошли на кухню. Кормить тебя буду.

– Тебя ничто не смущает? – возмущенно бросаю ему в спину, но дверь все-таки закрываю.

Влад ничего не отвечает, а лишь по-хозяйски выкладывает все продукты на стол, окидывает взглядом получившуюся кучу и начинает раскладывать все по местам. Его не смущает мое присутствие, наоборот, он периодически спрашивает, куда положить сахар или кофе. Я отвечаю, и вместо того чтобы орать и выгонять его из квартиры, подхожу к столу и начинаю помогать.

– И чем же ты собрался меня кормить? – спрашиваю я и кручу в руках банку консервированного тунца.

– Ужин вон в том пакете, можешь разогревать, а это, – кивает на банку в моих руках, – завтра на завтрак будет.

Я закашливаюсь и не сразу нахожу, что ответить. Завтрак? Он собирается здесь завтракать?

– Разве я приглашала тебя на завтрак? – спрашиваю я и одновременно ловлю себя на том, что рассматриваю его.

Фигура, конечно, шикарная, и этот самец знает и пользуется этим, не стесняясь. Вот и сейчас черная обтягивающая футболка не оставляет простора для фантазии, и я откровенно пялюсь на его спину. Ведь специально так оделся, уверена.

– Пригласи. – Влад поворачивается ко мне и нагло улыбается, пока я считаю кубики на его прессе.

Конечно, он перехватывает мой взгляд и отлично понимает, что мне нравится то, что я вижу. Только вот мне совсем не нравится моя реакция на этого мужчину. Стоп, какой мужчина? Мальчик.

«Сколько ему? – вспоминаю утренний разговор и высчитываю: минус восемь? – Двадцать шесть. Двадцать шесть, Полина!»

Прикрываю глаза, чтобы не видеть его и трезво посмотреть на ситуацию. «Ужин ни к чему не обяжет, выгонять его сейчас не совсем красиво. Парень старался, покупал продукты, заботился. Если бы не он, ты бы сейчас жевала какой-нибудь бутерброд».

С ужином решили, а завтрак?

Нет, категорически!

Супер.

– Так ты будешь греть ужин? – Открываю глаза и сразу тону в его серо-голубом омуте. – А то мы так в клуб опоздаем.

– В клу-уб? – медленно проговариваю я.

– У друга день рождения, и я хочу пойти с тобой. Не отказывайся, – почти умоляет он.

И я не отказываюсь.

Глава 16

Как так у него получается? Или это я после развода размякла? Не знаю, но то, что мы поужинали и теперь я стою перед шкафом, выбирая, в чем поеду в клуб с мальчиком праздновать день рождения еще одного мальчика, меня беспокоит, и сильно.

– Нет, это не подойдет: компания молодежная, меньше пафоса. А это? – Я кручу перед собой белое атласное платье, отделанное черным кружевом. Вроде красивое и без намеков на статус и возраст.

«Какие намеки, Полина?! Тебе не двадцать шесть, и платьем этого не скроешь. Что ты хочешь показать, одевшись, как ровесница Влада? Что ты еще о-го-го и все можешь? Так ведь не все, сама понимаешь. Что ты можешь предложить такому мальчику, как Влад? Секс? А он? Красивое тело, адреналин и хорошее настроение, – пыжусь, перечисляя, а потом ржу над собой вслух, чем привлекаю внимание Влада, и честно себе отвечаю: – Секс, Полин. Он может дать тебе только качественный секс без обязательств. Семья, дети, серьезные отношения – все у него будет, но не с тобой. Развлечется и исчезнет из твоей жизни так же внезапно, как и появился». – Упираюсь лбом в торец дверцы шкафа и вздыхаю, а секса-то как-то не очень и хочется. Может, ну его, Влада, клуб, завтраки с ужинами?

Возвращаю выбранное платье в шкаф, но не закрываю дверцу. Провожу рукой по ткани и почти мурлычу от того, как кончики пальцев, скользя по атласу, приятно впитывают его холодность. Воображение подхватывает идею и дорисовывает продолжение, в котором горячие ладони Влада сминают прохладную шелковую гладь. Ткань скользит вверх по бедру, приятно щекоча кожу, сердце ускоряет ритм, а изо рта вырывается тихий вздох. Нежный атлас сменяют сильные мужские руки, они смело касаются чувствительной кожи...

– Полин, ты идешь?

«Умеет же он появляться в нужный момент!» – про себя фыркаю я, а вслух произношу: – Не знаю.

– Нечего надеть? – смеется он. – Давай помогу.

Влад быстро пробегается взглядом по моему гардеробу и достает из шкафа то самое платье-комбинацию, которое я только что-то туда вернула.

– Не много ли ты себе позволяешь? – Встав в позу, я забираю вешалку у него из рук.

Не переставая улыбаться, Влад делает шаг назад и поднимает руки, призывая успокоиться. Он улыбается, черт бы его побрал! Что смешного я сказала?! Злюсь, пытаюсь повесить платье обратно, но у меня не получается.

– Да что же ты будешь делать!

Платье летит на кровать. Скрестив руки на груди, перевожу гневный взгляд с улыбающегося Влада на перегородку, отделяющую спальню от гостиной. Сквозь квадратные окошки рассматриваю гостиную, кухню и злюсь. Понимаю, что надо успокоиться, дышать ровнее, но вместо внутреннего равновесия добиваюсь абсолютно противоположного эффекта. Пальцы то и дело сжимаются в кулаки, а из груди вот-вот вырвется крик.

Казалось бы, что может быть проще – выгнать Влада из квартиры, запереть двери и улечься на любимый диван к телевизору.

А если не выгонять? Если я не хочу этого? Вернее, хочу, но не так сильно, как не хочу.

Что делать в этой ситуации?

Злюсь от ощущения собственного бессилия, от того, что даже простой выбор сделать не получается. Я слишком хорошо понимаю последствия. Или, наоборот, не понимаю?

– Полин, ты не хочешь идти?

– Не хочу, – с облегчением выдыхаю я, – или не знаю, хочу или нет.

– Хорошо, попробуем так, Полин: что плохого в том, что ты сегодня сходишь в клуб и потанцуешь?

– Ничего. Только то, что я пойду туда с тобой и там будут твои друзья.

– Ну если так… – разочарованно разводит руками Влад, а я спохватываюсь и зачем-то начинаю оправдываться.